Жанр: Фантастика
Чародей 2. Чародей на том свете
...и было бы видно сразу, а
превращать магическую силу в деньги не возбранялось - хотя кому это надо?
- Ну что, Исида? - почтительно осведомился Менес. - Хватит ли твоих сил?
- Еще останется!
- Когда начинаем?
- Прямо сейчас!
И всех пятерых вдруг подняло высоко над утонувшей в тумане землей.
"Что сейчас будет!!" - успел подумать Даня. И действительно началось.
Туман резко обрывался, словно срезанный ножом, что позволяло увидеть расстилавшуюся
внизу широкую, хотя и неглубокую котловину, в центре которой стояла самая что ни на есть
обычная лагерная зона.
Даня еще раз оглядел лагерь.
Как и многое в Амдуате, он был размерами куда больше, нежели современные тюрьмы,
виденные им на Земле, - в хронике или Глобалнете. Тысяч десять, не меньше, зэков
обреталось за колючей проволокой, усиленной невидимой магической защитой и оружием
охранников - от мечей до автоматов. Вдоль ограды бродили, волоча хвосты по земле,
крокодилы, посаженные на цепь. Но твари эти, хотя и грозные, зубастые и хищные, не обладали
собачьим нюхом и чутьем, а от людских глаз "заговорщиков" скрывали амулеты из запасов
Менеса. Конечно, если бы не Эля, крокодилы могли бы быть опасны, но членам отряда не
пришлось перелезать через ограду, и хитрая придумка Дома Мехен оказалась бесполезной.
Да и вообще, слава богам, штурмовать этот лагерь по всем правилам им, скорее всего, не
потребуется. Их задача - всего-то перелететь ограду, быстро найти - с помощью Упуата и
Эли - томящихся здесь нетеру, освободить их и как можно быстрее бежать прочь.
Есть, конечно, вариант жесткого прорыва, но это на крайний случай.
Им нужно было всего минут десять, как предполагал Проводник, и немного удачи. Но как
раз удача им-то и изменила.
Когда они уже опускались вниз, завыла сирена. Да не привычная, земная, а должно быть,
магическая. Уж больно отвратительный, гнусный и неприятный был звук!
Дане даже на какое-то мгновение представилось, что издает его не машина, а
какая-нибудь живность, вопящая от боли (не иначе как вызванной током, подведенным к
проводам, что местные колдуны-вивисекторы воткнули ей прямо в живое мясо). Но, хоть плачь,
хоть скачь, тревога была поднята.
Вывалившись из тумана, они обнаружили первую угрозу. Прямо под ними оказалась
четырехствольная зенитная установка, весьма древняя на вид. К ней изо всех сил бежали трое
людей во главе с демоном.
Апельсинового оттенка вспышка - и все четверо куда-то исчезли, словно их и не было.
Следом исчезла и зенитка.
Но неприятности только начались. Минуту или две после "приземления" Эля вместе с
Упуатом отражали атаку выбегавших из-за бараков охранников самого разнообразного вида.
Каким-то образом отряду удалось от них оторваться и углубиться в лабиринт бараков, откуда
уже доносились недоуменные возгласы разбуженных зэков. Потом наткнулись на какого-то
охранника, засевшего в слуховом окне и поливавшего их из спаренного пулемета.
В прыжке Кириешко умудрился выстрелить и спрятался за бетонным блоком,
перекрывавшим проезд.
Вот он быстро высунулся, глянул и, выпустив короткую, но точную очередь по
противнику, метнулся за груду кирпича (должно быть, хозяева что-то собирались строить) в тот
самый момент, когда выскочивший непонятно откуда Рассекающий с испитым лицом занес над
головой засиявший смертоносным огнем хепеш.
Призрачное лезвие ударило чуть левее головы капитана, выбив сноп рыжих кирпичных
осколков. Демон кинулся за Владиленом Авессаломовичем, не разбирая дороги, и, завопив,
рухнул наземь, получив в живот полмагазина сразу.
Пулеметчик продолжал их удерживать. Эля, видно, не могла пока колдонуть вовсю, а
Кириешко не удавалось прицеливаться как следует. Им бы гранатомет, хоть самый плохонький!
Пулемет замолк сам - кончились патроны.
Кириешко с Менесом выскочили из укрытий с оружием наготове, но пулеметчика и след
простыл.
Эля уселась неподвижно, лишь гримаса боли и напряжения выдавала, как ей трудно.
Потом она с облегчением выматерилась, и Даня почувствовал, как исчезло давящее
беспокойство.
- Защиты больше нет, накрылась их магическая сеть!! Давайте вперед!! - выкрикнула
шаманка.
И тут из-за караульной будки вывалились двое в форменных хламидах боевых магов, чьи
красные носы и заплывшие глаза свидетельствовали, что последнее время они посвящали
отнюдь не совершенствованию мастерства в своем деле.
С ладоней Эйяно сорвался сияющий шар и полетел к магам-вертухаям. Видимо, как бы
пьяны они ни были, но в своем деле разбирались неплохо - рванулись в разные стороны,
поставив какую-то защиту. Впрочем, это их не спасло. Взрыв разметал сторожку, и если
чародеи и уцелели, то в бою уже участия принять ну никак не могли.
Упуат, ни слова не говоря, кинулся куда-то в проход, Кириешко с Менесом последовали
за ним.
Эля, к ее чести, прекрасно поняла задачу.
- Прикрываем их! - выкрикнула она. - Ну, давай, Осирис, или кто ты там, готовься!
Даня изо всех сил попытался воззвать к той мощи, что будто бы была ему "доступна".
(Как, интересно, он сможет ее передать девушке?) Естественно, у него ничего не получилось.
Хотя... На один-единственный миг парню показалось, что в его голове щелкнуло нечто этакое.
Но удержать это самое нечто Горовой не смог.
Тем временем Эля и без его помощи, похоже, пока неплохо справлялась. Она хлопала в
ладоши, что-то гортанно выкрикивала, подпрыгивала в некой непонятной веселой пляске: в
такт ее движениям падали сторожевые вышки по периметру лагеря, распахивались ворота
бараков, откуда высовывались очумелые рожи заключенных, вспыхивали казармы стражи.
Минут пять, а может, и меньше, в бою время течет по-иному, они продвигались вот так
вперед, пока им не встретилось первое препятствие.
Из-за очередного поворота выскочил страшенный субъект, ростом выше Даньки раза в
два, в ручище которого было зажато что-то вроде длинного хлыста - только не из кожи или
пластика, а из огня. По пути он придавил ножишей в стальном сапоге случайно
подвернувшегося сторожевого крокодила, так что тот даже пискнуть не успел, и вступил в бой.
Пахнуло серой и раскаленным металлом.
Жалобно загудел воздух, рассекаемый огненным бичом.
Даня едва успел уклониться, в очередной раз благословляя судьбу и неплохую
физическую подготовку.
Лиловая струя светящейся плазмы в окружении мелких электрических разрядов, змеясь,
пролетела перед самым его лицом и исчезла.
Великан вновь взмахнул рукой, заплясал в диком танце пылаюший бич. Потом огненная
струя расщепилась, превратившись в семихвостую плетку. Миг - и один пучок огненный
струй ринулся на Данилу, другой - на шаманку. Но Эля взмахнула руками - и неведомая сила
отбила оба пучка.
Страшила зло и озадаченно взвыл.
Огненный бич в руке его вновь взмыл вверх, изогнулся и, вытянувшись, обвился вокруг
тонкой фигурки Эйяно, замершей с воздетыми руками. Даня зажмурился, боясь увидеть, как
распадется тело девушки, рассеченное жутким оружием, а заодно - как смертоносная нагайка
обрушится на него самого.
В голове мелькали обрывки странных фраз вроде: "Бог Птах отверзает мои уста, и бог
моего города ослабит пелены, пелены, которые на моих устах..." Или: "Я есмь лопасть весла,
снаряженная там, где Ра перевозит Древних Богов, которая вздымает извержения Осириса из
озера полыхающего пламени, и он не был сожжен..."
Что за муть?! О том ли сейчас следует думать? Плеть... демон... Эля...
Но текли секунды, а он все еще был жив.
Открыв глаза, парень, к величайшей своей радости, увидел, что Эйяно по-прежнему цела
и невредима.
"Однако! Неужели действует?! Что там за бред я читал? Кажется, что-то из "Книги
Мертвых"?
Тем временем Эля, вцепившись в огненную плеть, сосредоточенно подтаскивала врага к
себе. И каким-то образом ей это удавалось - бесплотные струи плазмы оказались не менее
прочными, нежели самые крепкие ремни, а огромная слоноподобная туша, хотя и упиралась
ножищами в землю изо всех сил, но приближалась к колдунье.
Наводящее ужас чудовище, судя по всему, очень боялось ближнего боя.
В конце концов он сдался первым. Бросив свою огненную плеть, гигант не хуже зайца
кинулся прочь. Эвенкийка невозмутимо поймала рукоять колдовского оружия, летевшего ей в
лицо, и хлестнула убегающего по спине. Плеть вспыхнула зеленым огнем, превратившись в
девичьей ладони в жалкий огарок, а неудачливый боевой маг развалился аккурат пополам.
Девушка с отвращением отшвырнула пришедшее в негодность оружие.
- Вот мерзость! Ничем не брезгуют!
Даня хотел было спросить, что означают ее слова, но тут ситуация вновь изменилась, да
так, что он весьма сильно пожалел о том, что у них нет огненного кнута.
Дверь ближайшего барака вылетела, и в проеме возникло существо, похожее на гибрид
орангутанга с белым медведем, и при этом его когти (по десять на каждой ладони) поражали
своей длиной, а оскаленная пасть демонстрировала зубы, которым ничего бы не стоило
перекусить ось железнодорожного вагона.
Длинные, как кинжалы, когти твари пронеслись перед самым его лицом, и Даня,
перекатываясь, подумал, что, попади он под их удар - быть ему не просто мертвым, а
разрезанным на аккуратные дольки, подобно праздничному торту. Займись когтистое
страшилище археологом всерьез - ему бы несдобровать. Но монстр не стал отвлекаться на
всякую мелочь, а прямиком кинулся на шаманку.
"Ну, гнида косматая, держись!"
Что там у нас есть подходящее? Кажется, это должно сработать:
"Отойди ты, о, посланец всякого бога! Ты пришел исторгнуть мое сердце, которое бьется?
Мое сердце, которое бьется, не будет тебе отдано..."
Гибкое тело Эли в немыслимом пируэте уклонилось от атаки.
Ага, ага!
Едва Данькины уста закончили произносить заклинание, как запахло паленым, и
истошный, резко оборвавшийся вой оповестил о гибели еще одного стража.
Кто-то ткнулся в его ладонь. Горовой испуганно обернулся, но это оказался Упуат, устало
высунувший язык почти до земли.
- Ждите тут, я сейчас! Налево, метрах в ста отсюда, - блок усиленного режима! Там
наши... Ты умница, девочка, - повернув морду к Эле, похвалил он скупо. - Им сейчас не до
нас, зэки разбегаются, связь сдохла... Уж постарайся еще чуток! И побольше шуми! Пусть
думают...
- А ты, - рассерженно бросил пес Дане, - что столбом стоишь! Давай поднатужься,
помоги ей, хоть капельку силы выжми, Ра-Атум хренов!
Недоговорив, он скрылся в переулке. Даня обернулся, поглядел на девушку. Она устало
присела прямо наземь, платье потемнело от пота.
- Не обижайся на него! - слабо кивнула в ту сторону, куда умчался Проводник. - Он
просто не заметил. А ты молодец...
Впереди что-то знакомо взрыкнуло.
Из-за поворота выползала приземистая древняя бронемашина, бренчавшая всеми
сочленениями; на облупившейся краске брони можно было еще разглядеть большой
черно-белый крест. Из-за проклепанного борта выглядывали напряженные лица людей и
демонов, над которыми торчали стволы изрядного калибра. Завывая и улюлюкая, охранники
принялись прыгать из кузова, паля в воздух.
А за их спинами, пригибаясь, прятались, по крайней мере, пятеро магов, о чем
свидетельствовали шарики плазмы, плясавшие между их ладонями.
"Плохо дело!!!"
Даня напрягся.
Сумеют ли они с Элей, и без того выложившейся до предела в схватке с первым эшелоном
охраны, справиться с новой напастью?
Додумать он не успел. Из-за его спины один за другим вылетели три небольших предмета,
упав под ноги охране и влетев в кузов бронетранспортера.
Взрывы, вспышки магического пламени, крики боли и заглушивший все это взрыв
бензобака и боезапаса, превративший грозную боевую машину в охваченный пламенем каркас.
Только тогда Данила обернулся. Худой высокий человек в серой арестантской робе
приветливо улыбался ему.
- Магия? - только и спросил археолог.
- "Лимонки", земляк, - осклабился их неожиданный помощник беззубым ртом, покачав
на ладони рубчатое чугунное яйцо. - Мое любимое оружие. Бывай, земляк, спасибо, что
разнесли этот гадюшник, но с вами мне не по пути.
И странный тип скрылся между бараками.
Между тем лагерь наполнялся шумом боя, стрельбой, воплями страха и торжества.
Освобожденные зэки избивали охранников, забирали оружие, взламывали двери бараков,
выпуская своих товарищей, и поневоле отвлекали на себя львиную долю сил охраны.
Должно быть, те не догадывались, кто на них напал, что им нужно и зачем (вернее, за кем)
они сюда явились. Только поэтому, наверное, им все пока удавалось.
Во всяком случае, вначале появились измазанные грязью, сажей и кровью, но невредимые
Кириешко и Менес, а потом - Упуат и...
Данька, хотя и ждал этого, но поначалу не поверил своим глазам.
Позади волчка виднелись две фигуры в арестантских робах. Фигуры, так хорошо
знакомые Горовому по фрескам и статуям и оттого еще более нелепо выглядящие в полосатых
куртках и штанах с номерами на рукаве.
- Приветствия и все прочее потом, - сухо бросил Тот, щелкнув клювом. - Сперва
нужно уйти.
Но уйти далеко не удалось. Выскочив на перекресток двух улиц (где валялись вперемешку
трупы серокожих стражей и заключенных), они остановились. Навстречу им из переулка
вывалилась толпа вооруженных людей и нелюдей. И среди них почти треть составляли
колдуны, иные из которых вели с собой странных зверей. Не сразу Даня понял, что это
сфинксы. Правда, почему-то (и слава всем богам, что есть во Вселенной!) не очень крупные -
всего-то раза в три крупнее Упуата.
И беглецы, и преследователи замерли, напряженно глядя друг на друга.
Врагов было много, очень много даже для сильного мага. Даже для нетеру и шаманки,
обладающей, что ни говори, силой Исиды. (Себя со своими слабенькими задатками
просыпающегося Ра-Атума парень в расчет не принимал.) Но другого выхода, как принять бой,
не было - враги закрывали единственную дорогу к периметру, а отступать и искать обходной
путь времени не оставалось.
Кроме того, не все было так уж безнадежно. Долгие годы ссылки вкупе с пьянством не
могли не сказаться на реальной силе боевых магов. Помимо всего прочего, на стороне
обороняющихся была внезапность - давным-давно уже никто не делал попыток освобождения
каторжников. Побеги, бунты заключенных, среди которых иногда попадались нехилые
чародеи, - это случалось. Но чтобы кто-нибудь в здравом уме и твердой памяти покусился на
владения одного из сильнейших домов Амдуата? Абсурд, нонсенс!
Первыми ринулись вперед сфинксы. Эйяно была сведущей волшебницей, и сил у нее
было вполне достаточно. Но и ей не удалось вчистую отбить атаку магических тварей. Хотя
двое из них покатились по земле, объятые пламенем болотного цвета, а еще трое с отчаянным
мяуканьем, словно ошпаренные коты, унеслись куда-то за бараки, оставшихся это не
остановило. Вот они уже совсем близко... "Все, вот теперь уж точно - конец". Но вспыхнуло
знакомое бледно-желтое пламя, и львиноподобные создания исчезают, словно их и не было. А
следом за ними - приплясывающие с воздетыми руками чародеи из лагерной стражи. Но не
все, а ровно половина.
Упуат пошатнулся, и все его четыре лапы вдруг разъехались. Он беспомощно шлепнулся
брюхом на землю. Силы окончательно оставили нетеру. Даня беспомощно огляделся. От
соплеменников Путеводителя, судя по их унылым позам, помощи тоже ждать не приходилось.
Эля сделала было несколько пассов, но затем беспомощно опустила руки.
Уцелевшие колдуны потихоньку приходили в себя. Стражники тоже, неуверенно
покряхтывая и матерясь, поднимались с земли.
Даня поймал на себе умоляющие взгляды - эвенкийки, Хнума, Тота, жалобно
поскуливающего Проводника... И сам чуть не заскулил - помочь им он ничем не мог. Если и
был совсем недавно Ра-Атумом, то не сейчас. Заветные слова куда-то испарились.
- Ну же?! - выкрикнула Эля.
- Эй, там, сдавайтесь, а то будете убиты! - прокричал кто-то со стороны врагов.
Еще неуверенно, с явным сомнением: а вдруг они еще не утратили силу и пытаются
поймать стражников в ловушку?
- Дрянь! Тряпка! Слизняк никчемный! Чурбан! Ты же можешь! Я сама видела!
Шаманка подскочила к нему и изо всех сил влепила Дане пошечину. Боль обожгла его
щеку, а осмелевшие охранники заржали при виде этой сцены.
Подействовал ли на него так болевой шок, или издевательский смех врагов, или еще
что-то...
Но внезапно Данька почуял - сила, причем не та, факирская, заставлявшая врагов
исчезать в неведомом направлении, а истинная, чистая сила Ра-Атума пришла к нему. Не было
ни ощущения легкости и всемогущества, как об этом писали в бульварных романах, его не
обожгло ни жаром, ни холодом, он просто понял - вот оно!!
И это поняла Эля, наверное, единственная, кто уже видел его в деле.
Она приникла к нему всем телом (Даня успел почувствовать, какое оно восхитительно
упругое!). А потом, отскочив, взмахнула руками.
Брызнули многоцветные искры, раздался железный грохот, будто друг с другом
схлестнулись два огромных клинка. Сила рванулась во все стороны, расшвыривая охранников и
магов.
И Данила с запоздалым страхом узрел, как оплавился и застыл зеркальным стеклом
камень мостовой. Желудок подкатился к горлу, намереваясь выпрыгнуть наружу. Глаза
заволокло какой-то серо-синей дымкой - то ли нервный шок, то ли остатки магии так на него
подействовали.
В себя он пришел только после того, как яростно рычащий Упуат, вполне живой и
здоровый, оттащил его назад, до крови вцепившись зубами в руку.
Потом Данька куда-то несся, чувствуя, что сейчас упадет и умрет, и держа в голове лишь
одно - не потерять из виду спину бегущего впереди волчка.
Он очнулся лишь на опушке леса.
Позади, вокруг поваленной ограды, с громким ржанием гарцевали, кажется, так ничего и
не понявшие кентавры, тщетно пытаясь задержать толпу разбегающихся каторжников.
На крыше КПП, исходящего дымом, поджав перебитую переднюю лапу, громко плакал
забытый всеми сфинкс, и слезы катились по опаленной морде.
Даня механически пересчитал нетеру. Все были на месте.
Тот, Хнум, вокруг которого восторженно прыгал Упуат, от избытка чувств пытаясь
лизнуть сородича в нос...
Им удалось освободить пленников и остаться в живых, они не опоздали, и перед ними не
жалкие безумные существа, некогда бывшие почти всемогущими богами.
Оставалось уйти отсюда как можно быстрее, добраться до Ладьи, что-то решить с Судом,
а потом покинуть Амдуат. Совсем немного, если подумать!
Глава шестнадцатая
БОЛЬШИЕ МАНЕВРЫ
- Два колёры мои, два колёры-ы... - блаженно улыбаясь, выводил Кириешко приятным
баритоном, а Менес подвывал ему в тон:
- Чер-рвоный - то любое, а чор-рный - то жюрьба-а-а!
- Не жюрьба, Майонез, а журба, то есть, печаль! - поправлял капитан, и они начинали
петь по новой.
- О, надегустировались уже! - завистливо процедил Упуат, с тоской поглядывая на
принесенные певунами два бочонка с контрабандной "Оболонью" - как раз "красной" и
"черной".
Именно такие сорта загадал найти Мастер Хнум, дабы на скорую руку приготовить из них
два своих знаменитых состава: "Золотые рога" и "Слезы Маат". Пиво регенерации, чтобы
подлечить бывших узников и ободрить подрастерявших силы ратников, и пиво забвения,
могущее понадобиться для более серьезных дел. Варить оригинальные напитки у
бараноголового не было времени - через два дня нужно явиться на Суд. Так что приходилось
довольствоваться полуфабрикатами. Благо у запасливого экс-фараона в закромах имелись
практически все необходимые компоненты.
Хнум с завистью, а Проводник с подозрением осматривали мастерскую, оборудованную
Менесом в подвалах своего загородного дома. (Здесь решили перекантоваться до Суда. Хозяин
уверял, что место верное, перед легавыми не засвеченное.)
- Это ж надо! - восторженно блеял Баран, колдуя над колбами и ретортами. - У тебя и
антигравитационный автоклав есть. А это что, неужели атомный молот?! Да еще и с лазерной
оптикой! Откуда?! Я такого и в лабораториях Мехена не видел, когда создавал для него
кентавров!
Объединитель Двух Египтов скромно отмалчивался. У всякого порядочного бизнесмена
должны быть свои маленькие тайны.
- Не, Майонез, колись! - пристал к нему Кириешко, с которым у Менеса сложились
самые дружеские отношения. - Откуда дровишки?
- А это ему Бабаи по дешевке сплавил! - неожиданно выпалил Данька.
У хозяина только челюсть отпала, а Владилен Авессаломович по-совиному округлил
глаза:
- Какой еще Бабай? Дед, что ли?
- Бабаи, - пояснил всезнайка Тот, - правая рука Мехена. Он у него что-то вроде
завхоза.
- Ну да, - согласился Даня. - А заодно и приторговывает неучтенным хозяйским
имуществом.
- Ты-то откуда знаешь? - поразился Упуат.
- Он видит, - просто сказала Эля. - Сила прибывает.
Кириешко с уважением поглядел на парня и перекрестился на него, как на икону. Данила
поморщился. Ему было неприятно, что друзья стали воспринимать его, словно некоего мессию.
- Ладно, - махнул он рукой. - Что делать будем? Суд, насколько я понимаю, -
заведение серьезное.
- Да, - кивнул Носатый, - тут либо пан, либо пропал. Если судьи вынесут
оправдательный приговор, он не подлежит обжалованию, равно как и в случае обвинительного.
- А как нынче проходит Суд? - спросил Упуат у Менеса.
- Да все по старинке, благодетель. На одну чашу весов кладут сердце подсудимого, ну а
в вашем случае свиток с записями деяний, совершенных подсудимым, на другой - перо
богини истины Маат и смотрят, какая чаша перевесит.
- Ну а дальше? - заинтересовался Кириешко, никогда не сталкивавшийся с египетской
мифологией.
- Если свиток окажется тяжелее, то душу подсудимого отдают на съедение Амме, -
пояснил археолог.
- Ага, - нахмурился капитан, - это, как я понимаю, очередное местное чудовище.
- О, еще какое! - щелкнул клювом Тот, да так выразительно, что у Владилена
Авессаломовича отпала охота к дальнейшим расспросам.
- Да, тут без доброго пивка не разберешься! - повернул нос в сторону Хнума
Проводник.
Мастер как раз закончил священнодействовать и разливал по кружкам, мискам и
кувшинам пенящийся напиток. Запахло смесью высокогорных трав с луговыми цветами.
Данька судорожно сглотнул слюну.
Ему уже приходилось пробовать "Золотые рога". Ощущение было незабываемым.
Поэтому, когда Эля, взявшая на себя роль официантки, подала парню кружку, он, не
раздумывая, отхлебнул пузырчатого, как шампанское, напитка, в котором чувствовался привкус
меда и... земляники.
- Етить твою дивизию!! - удивленно крякнул Владилен Авессаломович, махом осушив
свою порцию и с непривычки едва не подавившись Хнумовой стряпней. - Это что ж делается,
люди... то есть друзья мои?! Словно второй раз на свет народился! Будто в нашей баньке с
березовым веничком попарился!
Он возжаждал повторения, однако Мастер категорично покачал рогатой головой:
- Нельзя. Это как лекарство. В определенных дозах спасение, в иных - яд.
Капитан шмыгнул носом, но спорить не стал. Производителю виднее.
Чудодейственный напиток оказал благотворное влияние на всех без исключения. Это
стало видно уже через мгновение, когда Эля, Упуат, Данька, Тот и даже Менес одновременно
воскликнули:
- А что, если?..
Полтора часа мозгового штурма определили следующий расклад.
Тот на всякий случай занимается составлением оправдательной речи. Мало ли что может
случиться во Дворце Двух Истин. Лучше подготовиться основательно.
Данька с Кириешко и Менесом отправляются на поиски истинной Ладьи Миллионов Лет.
По данным, полученным экс-фараоном из "весьма надежных и достоверных источников", ее в
последний раз видели в одном из многочисленных доков Сокариса, расположенных на
западном берегу Урна.
Упуат и Эля поступали в полное распоряжение Хнума, потому как Мастеру предстояло
совершить дело небывалое и неслыханное со времен сотворения Амдуата и обустройства
местного Суда.
Когда до искусника наконец дошло, чего от него хотят, он на несколько минут лишился
дара речи, превратившись в своего четвероногого травоядного сородича. Смотрел на Упуата,
как тот самый баран на новые ворота, только что не блеял.
- Ты это серьезно?! - возопил, едва к нему вернулась способность говорить
членораздельно. - Да за такие шманцы нас не то что на вечную каторгу отправят, а просто
аннигилируют!!
- Ой-ой-ой! - картинно всплеснул руками Кириешко. - Подумаешь, обычный
судебный подлог! У нас и не такое бывало. Вот, помню, году в...
- А в принципе, - перебила его Эля, - подобное возможно?
- Изготовить фальшивое перо Маат? - Хнум озадаченно почесал лоб. - Отчего бы и
нет? Нужны определенные ингредиенты, а остальное - дело мастерства и техники.
- Так о чем спор? - не понял Данила.
Хнум нетеру вперил в него свои круглые желтые глаза:
- Для вас, людей, нет ничего святого. Все можете оплевать и обгадить. Это же
величайшая реликвия!
- Ты хочешь назад, в тайные лаборатории Мехена? - ядовито осведомился волчок. -
Он тебя теперь хоть так, хоть этак на котлеты пустит. А тут есть хоть какая-то надежда. Пусть
только ритуальную формулу оправдания произнесут, а там хоть трава не расти.
Хнум сдался.
- Но где я раздобуду желчь Себека и шерсть богини Пахт? - уныло обвел он взглядом
мастерскую. - У тебя часом не завалялись, а, Менес?
- Нет, - покачал головой хозяин и хитро прищурился. - Но я знаю, где их можно
раздобыть.
- Молодчина, Майонез! - похлопал его по плечу Кириешко. - Я в тебя всегда верил.
Родина тебя не забудет!
- Чародейством в Амдуате не один Мехен промышляет. Есть, так сказать, и
конкурирующие фирмы. Самая главная из них - Дом Нитокрис.
- А кто она такая? - вопросил Упуат. - Имя-то на слуху, но я ее не знаю.
- Неудивительно, - ответил Данька. - Мы с тобой убыли из Та-Мери времен
Четвертой династии, а правление Нитокрис относится к концу Шестой.
- Ну и чем она таким прославилась?
- Прежде всего тем, что после убийства заговорщиками ее мужа, Меренра, Нитокрис
отомстила за его смерть ужасным образом. Она приказала построить большой подземный зал
для праздничных пиршеств и пригласила туда многих знатных вельмож. После того как
заговорщики сели пировать, воды Нила хлынули через потайные каналы в искусственную
пещеру, и все находившиеся в ней гости утонули. Во всем Та-Мери поднялась волна
возмущения, и царица, слывшая помимо всего прочего великой колдуньей, совер
...Закладка в соц.сетях
