Жанр: Фантастика
Сварог 7. Пленник короны
...расселины на
белом снежном фоне отчетливо
выделялось все то же темное пятно...
Хижина - вот что это такое. Небольшой кривобокий домик, сколоченный,
похоже, кое-как и из всякого хлама.
Сварогу даже удалось разглядеть над хибарой тоненькую струйку дыма.
Какие отсюда выводы, господа? А такие: кто бы или что бы не скрывалось в
хижине, оно имеет прямое...
прямейшее, а то и главнейшее отношение к происходящему. И если где-то и можно
найти ответ, а с ним и выправить
ситуацию, то только там - в этой лачуге.
Простояв на мостике минут пять, Сварог вконец окоченел. Он заскочил в
рубку, закрыл за собой дверь. Потопал
ногами, обняв себя за плечи. Потом несколько раз присел, помахал руками, сделал
десяток отжиманий. Может, холод - тоже
всего лишь чье-то там порождение, но пробирает качественно.
Хорошо бы, конечно, сотворить чашечку кофейку с коньячком... Но очень не
хотелось терять время на пустяки.
Некогда. Также некогда, а главное, бесполезно бить спящих по щекам, трясти их и
проводить на них болевые приемы.
Очевидно и несомненно, что и их сон - ягодки с того же магического огорода. А
вот отчего да почему самого Сварога не
тронули? Уж не за тем ли, чтобы таким своеобразным образом зазвать в гости? Что
ж, раз приглашают, надо идти.
Сварог снял со стены сабельку - висела, видите ли, в рубке на ковре
небольшая такая коллекция холодного
антикварного оружия. Кто-то из корабельных баловался - может, капитан, а может,
и сам верх-адмирал. Молодцы, спасибо.
Шаур, конечно, вещь хорошая, но не на все случаи жизни вещь. Так-то оно будет
ненадежней. Сварог вытащил саблю из
ножен, пальцем проверил заточку. Ого! Видимо, хозяин коллекции нагружал своих
денщиков работенкой, дабы те не
скучали в походах и на рейде. Сабелька заточена, что у твоего казака.
Вызывать лифт Сварог и пробовать не стал, посмотрев на горящие в треть
накала лампы, - сбежал вниз по узким
трапам. Диафрагму выхода пришлось разводить вручную, вертя какую-то ручку,
электромотору напряжения не хватало. Ну
все, можно покинуть "Пронзающий".
Снежная волна налетела на Сварога, едва он вышел наружу. Точно огненный
вихрь, ледяная пыль, несомая
шквальным ветром, обожгла лицо и руки. Вот так здрасьте! Если учесть, что до
этого стоял штиль полнейший... Выходит,
нас так встречают. Под порывом ледяного ветра в лицо версия о приглашении в
гости несколько потеряла в правдоподобии.
Но в гости мы так и так зайдем, ждите.
И Сварог двинулся сквозь пургу. Стихия неистовствовала, ледяная пыль
секла кожу, сбивала с ног, швыряла в лицо
пригоршни ледяного крошева. Завывающая, как голодная дикая кошка, пурга пыталась
оттеснить, оглушить, запутать и
навеки похоронить в снежном беспамятстве.
А Сварог шел вперед. Ничего не видя в снеговерти, оглушенный штормовыми
ударами. Лишь иногда включал
"третий глаз", сверялся с ориентиром - с тем, что было хижиной в одном зрении и
иссиня-черным сгустком в другом, видел
беснующуюся вокруг него синюю круговерть, отключал "третий глаз" и шел, шел,
шел. Воздух словно стал твердым -
плотная стена ветра не пускала, лезла в гортань морозным кулаком, норовила
сорвать одежды, опрокинуть, унести... Он
падал, но поднимался, вытирал лицо рукавом и шел.
И вдруг все прекратилось. Разом. Как отрезало. Как рубильник отключили.
Впрочем, может и отключили. Некий
магический рубильник - ведь в этом мире, помнится, очень любят всяческие
рубильники... Как бы то ни было, а воцарилась
картина, которую Сварог наблюдал с мостика: штиль, закат, снег в красках заката,
- короче, холодная сказка снежного
безмолвия.
- Издеваешься, сука? - пробормотал Сварог, глядя на хижину и нисколько не
беспокоясь, что его могут слышать. -
Эксперименты ставишь? Лады... И об этом тоже переговорим.
Сварог оглянулся. От корабля тянулась цепочка кажущихся синеватыми на
белом фоне следов. Пройдена где-то
одна пятая пути до хижины, впереди - четыре пятых снежной целины...
Он продолжил поход. Ровный уклон был небольшим, почти неощутимым, и
Сварог продвигался вперед
беспрепятственно, если не считать того, что ноги проваливались в снег по
щиколотку. Но хоть не по колено, и на том
спасибо...
При каждом выдохе изо рта вырывалось легкое облачко пара, белая пустошь
слепила глаза, хрустел под шагами
снежный наст. Ничего, до снежной слепоты не нагуляюсь, я тут у вас не собираюсь
задержи...
Тренькнуло чувство опасности - не громко, так, словно напомнило о своем
существовании. И тут же в пятидесяти
шагах от него вдруг заходили ходуном, всколыхнулись сугробы, снеговой покров
разошелся в стороны, словно его
раздвинули руки великана, и из образовавшейся бреши с оглушительным чмоканьем
вылетела исполинских размеров серозеленая,
лоснящаяся тварь, уардов двадцать длиной, толщиной в два обхвата. Ни
конечностей, ни головы, ни глаз, ни носа у
твари не было - просто уродливая, изломанная в трех суставах колбаса, увенчанная
круглой розовой склизкой пастью с
тремя частоколами мелких, но очень острых зубов. И пасть эта жадно открывалась и
закрывалась.
Несомненно, это было зло. Не сказать, что смертельно опасное, однако ж то
был и не простенький пустотный
призрак - в магическом зрении Сварог отчетливо видел колыхание черных лоскутьев,
простреливаемых навылет темными
извивающимися нитями. При большом желании можно было углядеть в этом клубке
очертания, смутно напоминающие
давешнего червя, но... Но желания такого не было, и Сварог вернулся в
реальность. Чудовище сделало глубокий, явственно
слышный вдох, а затем струя смрадного воздуха резко и сильно вырвалась из
прожорливой пасти. Бестия покачивалась над
Сварогом, словно раздумывала над великой проблемой, - есть или не есть.
Высунула доселе невидимый хрящеватый хвост
с шипом на конце, повела им, изогнулась, готовясь к броску...
Сварог уже держал шаур поднятым. Вдавил курок, и над снегом понеслось
сияющее серебро. Все круглые
зазубренные пули ложились в цель: по такой мишени захочешь - не промажешь...
Тварь разинула пасть - да так и застыла. Из отверстия, сверкающими
кинжалообразными зубами, повалил дым.
Тварь издала звук, подобный писку щенка, которому сжали пальцами горло, но
усиленный тысячекратно, задрожала, по ее
телу пошли на глазах набухающие волдыри... Потом волдыри лопнули, образовав в
спине бестии огромную дыру, из
которой ударил столб огня...
И все.
Была тварь, да кончилась. И разметало клочки по закоулочкам...
- Ну и зачем? - громко спросил Сварог у ледяного безмолвия. - Чего ты
добиваешься, а, приятель? Для чего вся эта
клоунада, в чем ее высший смысл? Ау, я кого спрашиваю?
Вопль души остался без ответа. "И что ты мне еще приготовил? - думал
Сварог, продолжая утаптывать снег на пути
к хижине. - Дешевым балаганом отдают твои затеи, мой незнакомый и очень
навязчивый друг. Примитивно и даже, я б
сказал, глупо..."
Он выдернул ногу из снега, приготовился сделать шаг и... не сделал его.
На этот раз детектор опасности смолчал, но
вот нога...
Нога была занесена над огромным черным колодцем, уходившим, казалось, в
самое сердце земли. Колодец возник
из ниоткуда. Мгновение назад впереди лежал девственно нетронутый снежный покров
- и вот... получите колодец. А что
показывает "третий глаз"? Ни-че-го. Магический визир демонстрировал, что никакой
дыры перед ним нет. Так что? Идем
вперед без страха и упрека?..
Сварог осторожненько ногу опустил - в глубине колодца вдруг вспыхнул
нереальный, ослепительно яркий белоголубой
свет, высветив каждую трещинку, каждую щербинку в стенах, и Сварог
скорее ощутил, чем увидел или услышал,
как из бездонного провала не спеша поднимается что-то огромное, безжалостное,
смертоносное. В тишине, наполняющей
горную долину, стали отчетливо слышны звуки - шуршание, скрежет, хруст, словно
доносящиеся из ведра, доверху
наполненного шевелящимися насекомыми, но усиленные десятикратно. И Сварог
увидел. И зрелище это переполнило его
таким невыразимым ужасом, что он напрочь забыл о магическом зрении - он смотрел
и смотрел зрением обычным, не в
силах оторваться. Черная громада неторопливо вздымалась над краем колодца,
заслоняя голубой свет. В ней не было ничего
от человека, ничего от зверя; вообще ничего от живой твари, когда-либо
появившейся под солнцем. У нее не было
определенной формы, она клубилась, как дым и переливалась, как отражение луны в
неспокойной воде. У нее не было глаз,
щупалец или пасти, однако сразу становилось понятно, что оно живое и наделено
злым, нечеловеческим разумом; и именно
это знание застлало мозг Сварога беспросветной пеленой ужаса. Не в силах
оторвать взгляда от чужеродного создания, не в
силах пошевелиться и даже закричать, он чувствовал, что сердце его работает в
бешеном ритме, готовое вот-вот лопнуть,
что сознание медленно покидает его, уступая место кроваво-красному безумию, что
мышцы свело непроизвольной
судорогой, превратив их в туго натянутые канаты...
Гигантское нечто поднималось и поднималось. По его бесформенной туше
сновали тысячи, миллионы крошечных
существ, описать которые человеческий язык не в состоянии - то ли они являлись
частью этой твари, то ли были всего лишь
насекомыми, паразитирующими на теле демона...
Бежать! Прочь от этого сводящего с ума кошмара. Дальше, дальше, как можно
дальше! Чтобы не потерять разум.
Иначе невозможно не потерять разум, не в силах человеку выстоять перед ужасом,
собравшим в себя все страхи вселенной
ото дня творения до последнего дня. Бежать или потерять разум... Бежать или
потерять разум.
Бля, вот чего от него добиваются!
И Сварог сделал шаг вперед. Шаг туда, в колодец...
И под ногой хрустнул тонкий наст. Нога, уже привычно, погрузилась в снег
по щиколотку. Никакого колодца... Он
не ухнул в звенящую бездну, не попал в объятия посланца из преисподней. Но
каково...
- Ну, сучий потрох! - заорал Сварог. - Гнида ползучая, я ж тебя по льду
размажу! Кишки на кулак намотаю!
Сварог еще что-то кричал, размахивал шауром, стрелял в проклятый снег,
потому что больше стрелять было не во
что. И шел, шел, продирался вперед.
И успокоился, только когда до хижины оставались считанные уарды.
Хибара была возведена на скале. В радиусе трех шагов от лачуги отчего-то
снега не было, и в закатных лучах
отчетливо виднелась каждая трещинка в скале, ледяная корка на камнях блестела,
точно бриллиантовая. Вблизи же
развалюха производила еще более жалкое зрелище, нежели издали. Доски - сплошное
гнилье, набиты кое-как, вкривь и
вкось. Единственное окошко забрано слюдой, покрытой коричневой коркой вековой
грязи. Крыша, казалось, с грохотом
провалится от неосторожною хлопка дверью. Получше, что ли, времянку не мог себе
отгрохать некий с-садовод-ледовод
хренов?!
Сварог потянул на себя скрипучую дверь. Освободил саблю из плена ножен,
вошел внутрь...
Глава восемнадцатая
НЕКТО ВИЗАРИ
...и оказался в зале, освещенном тысячью светильников.
Зал был громаден, потолок и противоположная стена совершенно терялись в
туманном желтом сиянии,
струящемся, мерцающем, льющемся, завораживающем. Окутанные этим светом, в
воздухе медленно плыли призрачные
фигуры всевозможных цветов и оттенков - кольца, звезды, конусы, спирали. В их
мерном танце присутствовал некий
трудно уловимый ритм; они кружились, подгоняемые невидимыми волнами, исходящими
из неподвижного центра -
находящегося в середине зала ступенчатого пьедестала, на котором ровным
изумрудно-желтым светом сиял
полупрозрачный кристалл размером с голову взрослого человека. А у подножья
пьедестала, благоговейно воздев руки к
небу, застыл на коленях силуэт человека, кажущийся черным в отблесках яркого
волшебного света. На голове его сияла
серебряная корона с четырьмя уродливыми рогами. Зловещий гул, напоминающий
гудение потревоженного улья или рокот
далекого морского прибоя, наполнял помещение, свербил в ушах, вызывал тупую,
ноющую боль в зубах. На вершине
каждой из высоких мраморных колонн, расположенных в строгом порядке, горел
неяркий колеблющийся огонь. Человек в
короне находился внутри неровного круга, начертанного на мозаичном полу чем-то
красным, похожим на кровь. И центром
этого круга являлся пьедестал.
Черная фигура медленно опустила руки, медленно повернулась и невидяще
посмотрела на вошедшего - словно
пребывая в трансе и не понимая, что происходит. Но постепенно взгляд человека в
короне прояснился, и улыбка появилась
на его исхудалом лице.
- А-а, - ласково проговорил он, покачав головой, но на ноги не
поднимаясь, - пришел. Ты пришел. Что ж, так даже
лучше. Рано или поздно... Не все ли равно с кого начинать. Начать - вот самое
важное. "Начало" - вот самое главное слово во
вселенной...
- А если изъясняться конкретнее? - Сварог раздражения не скрывал. Не
хотелось ему скрывать, и все тут. - И стоит
ли начинать с угроз, уважаемый?
Сварог шагнул вперед и... и словно бы увяз в чем-то липком, вяжущем, не
пускающем дальше. Включил "третий
глаз". Точнее, попытался включить - потому что ничего не вышло. А, дьявол... Все
его магические способности были мягко,
ненавязчиво, но действенно блокированы.
Ага. Ну ладно. Обложил себя колдовской защитой, гад? Ну да мы не гордые,
мы и без магии кое-что могем,
приучены-с... И Сварог отступил. Пока отступил.
- С угроз? - незнакомец искренне удивился. - Ах, вот ты о чем! О невинных
шалостях с холодным сном! Или ты
говоришь о тех забавных фокусах, что я показал тебе на пути к моему скромному
жилищу?.. Прости, я просто хотел
посмотреть, на что ты способен. Маленькая такая проверка, результатами которой я
остался вполне удовлетворен. Но теперь
ты мой гость и я окажу тебе почести по чину.
- Тогда уж по королевскому чину, - сказал Сварог.
- Вот как? Покорнейше прошу простить меня за тыканье, - никакой издевки
в словах "рогатого" Сварог не
почувствовал, кажется, тот говорил на полном серьезе. Эх, определитель лжи бы
сюда... - Уж не обессудьте, я не стану
обращаться к вам "ваше величество". Во-первых, не люблю слишком длинных
титулований, а, во-вторых, мы ровня. ("Везет
же мне на королей", - устало подумал Сварог, мигом припомнив владыку
Хелльстада... И то чем владыка кончил.) Я не
спрашиваю вас, в какой части Гаранда находится ваше королевство и каковы его
размеры. Да и какое, в сущности, это имеет
значение! Мое же королевство... оно перед вами. Я устроил его по своему вкусу.
Мне всегда нравилась зима в горах, эта
холодная горделивая красота, заставляющая человека почувствовать свои
ничтожество и мелочность. А вы сейчас
находитесь в королевском дворце... Но не пора ли представиться? Не стану
настаивать, чтобы первым представлялся гость.
Тем более, что я чувствую некую вину перед вами за эти... невинные розыгрыши.
Человек в серебряной короне с четырьмя рогами поднялся с колен, согнул
голову в легком поклоне. Сказал просто:
- Мое имя Визари. И я бог.
Ну-ну. Ни больше, ни меньше. Даже покойный Фаларен богом себя отнюдь не
считал...
Не сказать, чтобы Сварог очень удивился произнесенному имени. Чего-то
похожего он, признаться, и ожидал. К
этому все и шло. Слишком уж много странностей накопилось - чувствовалось, что
все они связаны одной нитью и эта нить,
как нить путеводного клубка, должна наконец-то куда-то привести. Вот и
привела... Но чтобы к богу? Это, извините, не для
нас, мы так высоко не замахиваемся...
- Не могу утверждать, что очень приятно познакомиться, - он позволил
себе легкую улыбку, - однако ж, если
настаиваете... Извольте: Сварог. Не бог, но король, - на ответный поклон он
растрачиваться не стал. Пусть это и не по
этикету, но король сам себе указ и этикет, не так ли?
Визари что-то прошептал, провел ладонью по лицу, словно смахивая паутину,
и вслед за этим за спиной Сва-рога
что-то громко стукнуло о пол. Оглянувшись, Сварог увидел кресло на гнутых
ножках, с мягкой обивкой и высокой
спинкой.
- Садитесь, король Сварог, я полагаю, разговор нам предстоит долгий.
Хотя Сварог придерживался иного мнения, но все же сел. Сам Визари попростому,
без церемоний опустился на
ступень пьедестала.
- Прошу простить меня за то, что разговаривать нам придется на некотором
удалении друг от друга, но я отвык от
людей с их странными привычками, с их непредсказуемостью и
непоследовательностью. Прошу не обижаться. Когда я
смогу всецело вам доверять, меж нами не будет разделительного барьера...
Впрочем, в этом зале замечательная акустика и
даже если вы захотите перейти на шепот, я услышу. Как слышал я все, что вы
говорили во время вашего недолгого, но
насыщенного путешествия от корабля до моего дома и что меня, признаться, немало
позабавило. Как вам мое скромное
жилище, кстати?
- Вполне, - сказал Сварог, загоняя глубоко внутрь неприязнь. В конце
концов, он пришел сюда по собственной
воле, никто его не тянул. Да и выяснить кое-что не мешает - мирно... Хотя
чувствовал он и легкое разочарование: как-то не
так представлялась ему встреча с лидером Иных. Да и сам лидер выглядел
несколько... несколько непрезентабельно, что ли.
Впрочем, лидеры не всегда являют собой образец мужественности и красноречия -
по-всякому бывает, знаете ли... - А вы,
выходит, тот самый неуловимый, таинственный маг? О ком слагают легенды,
ненавидят, боготворят, чье имя пишут даже
на стенах домов?
- На стенах домов? Да что вы говорите! Про это я впервые слышу... Что ж
да, я и есть тот самый Визари. Тот самый
бог, который заставил заговорить мир о себе... Если бы вы знали, чего мне это
стоило, каких титанических усилий
потребовало!
- А дозволено мне будет спросить, король Визари, зачем вам потребовался
я?
- Вы? - вырвалось у Визари. Словно он удивился вопросу. - Ну... Раз вы
здесь, значит вы - Призванный. В этом я
убедился, когда вы прошли все испытания. Недаром... Впрочем, это неважно. Важно,
что вы здесь.
- Под испытанием вы подразумеваете все то, что происходило со мной,
начиная с подводного корабля?
- Вот видите, как велико мое могущество, - сказал Визари с ноткой
хвастовства.
Что-то не так. Как бы отталкивающе не выглядел лидер, в нем должна,
просто обязана быть жилка, какая-то черта,
особенность, которая и заставляет людей следовать за ним со знаменами да под
танки. А такой черты, сколько ни старался,
Сварог в новоявленном боге углядеть не мог. Ладно, будущее покажет, что это за
бог, лидер и маг в одном лице...
- В таком случае, удовлетворите мое отнюдь не праздное любопытство, ваша
божественность. Имеете ли вы
отношение к болезни, внезапно поразившей моего друга?
- Это все неважно, - скривившись, сказал Визари. - Вы начали говорить не
о том. Не о том. Есть вещи, о которых
мы должны говорить с вами сейчас, не размениваясь по мелочам.
- Хорошо, я слушаю вас, бог Визари, - покладисто сказал Сварог.
"Ему что-то жжет язык... Ну, пусть выговорится, глядишь, нервозность
пройдет, тогда мы и вернемся к моим
вопросам..."
- Слушайте меня внимательно, король Сварог, - голос Визари неожиданно
изменился, стал торжественным. - Я
сейчас открою вам глаза на многие вещи, которые для прочих людей надолго, если
не навсегда, останутся тайнами за семью
печатями. Здесь, в Зале, хранится самая большая драгоценность, что когда-либо
попадала в руки человека. Ее нетленным
светом пронизано все вокруг. Никто не знает, откуда на Гаранде появилась эта...
драгоценность. В одном старинном свитке,
случайно попавшем мне в руки, написано, что миллионы лет назад за право владеть
нашим, тогда совсем юным, миром
сражались Древние Боги, имена которых вместе с ними самими исчезли в бездне
веков. Один из Богов, сражавшихся на
стороне Добра, был ослеплен противниками, лишился глаза. Глаз этот упал на Землю
- на крошечный безымянный остров...
сюда. Частичка божества, он сохранил силу своего умершего обладателя, но некому
было разбудить дремлющую в нем
мощь... И я, я сумел отыскать этот предмет... э-э, назовем его Око. Я сумел
восстановить его могущество. Око - это один из
элементов вселенской структуры, поддерживающей равновесие в мироздании, частичка
силы, стремящейся к
упорядочиванию хаоса. Разработав и применив необходимые заклинания, я подчинил
его мощь. И с его помощью заглянул
в будущее. Сейчас я расскажу вам, первому человеку на свете, что открылось мне.
Чего не знает никто, кроме меня.
Визари порывисто вскочил, принялся ходить перед пьедесталом, заложив руки
за спину. Сварог наблюдал за его
перемещениями, и с каждой секундой в нем все сильнее росло ощущение, что он
присутствует на дешевом спектакле с
отвратительными актерами и картонными декорациями. Даже пресловутый Фаларен - и
тот был более... более
правдоподобный. Вменяемый он был, несмотря на манию величия. Хотя сходство
несомненное. Так что - опять дежа-вю?
Опять отражения в зеркалах?..
- Грядут великие перемены, король Сварог! Хоть в это трудно поверить, но
через шестьсот лет исчезнут материки и
острова, исчезнет Корона и исчезнут все прочие мелкие государства. Миром будут
править орды безжалостных дикарей,
вышедшие из лесов Ханнры. Грядут кровопролитные битвы, жестокость которых и
представить невозможно. Будут
возведены и уничтожены в войнах новые города, будут возноситься к вершинам славы
и рушиться в бездну забвения целые
империи. Но войны - это еще не самое страшное. Ибо потом... Лик мира изменяется,
король Сварог, и спустя еще тысячу
лет он станет совсем другим. Материк Корона будет затоплен океаном, исчезнет в
пучине Гвидор, лишь вершины гор
останутся над поверхностью вод. Родятся новые материки, появятся новые моря и
океаны, пустыни превратятся в
громадные горные цепи. И в поколениях не останется памяти о живущих ныне. Все,
чем мы жили, чего достигли, исчезнет
без следа. Новое человечество придет нам на смену, великое и прекрасное.
"Ага, вот и зазвучала тема конца света! Давно пора". Сварог закинул ногу
за ногу, хотя больше всего ему хотелось
встать и просто уйти из зрительного зала. Терпение, граф, терпение: Визари
настолько увлекся риторикой, что несколько
ослабил контроль над магическим щитом, заголосила уже не подавляемая
сигнализация опасности, и Сварог очень
аккуратно, искоса, мельком глянул на колдуна "третьим глазом". Глянул - и тут же
"глаз" выключил, потому как сияние
кристалла на пьедестале оказалось невыносимо ярким. Впрочем, и увиденного было
достаточно. Что ж, судари мои, перед
ним был несомненно человек - человек как человек, не без магических
способностей, но и не супермаг. Так, серединка на
половинку. И, что характерно, способности эти были не темные и не светлые, а
какие-то... какие-то никакие. Блеклые и
невзрачные. И это он вычислил появление Сварога в этом мире, организовал его
спасение и череду последующих событий?!
Быть того не может.
- И мы, мы создадим это человечество! - продолжал Визари, и голос его
эхом отскакивал от стен. - Мы сбережем,
пронесем сквозь тысячелетия все то, чего достиг наш мир, чтобы потомки смогли
насладиться произведениями нашего
искусства, чтобы не открывали заново те законы мироздания, которые уже открыли
мы, чтобы не повторяли наших ошибок.
Пользуясь силой магии, мы превратим этот остров в цветущий сад, возведем
прекрасные здания. Мы отгородим этот остров
от остального мира цепью преград и ловушек, сквозь которую мало кому удастся
проникнуть. Мы станем искать по всей
Земле людей, которые обогнали свое время, - тех, кто посвятил свою жизнь
раскрытию тайн природы и изучению
устройства всего сущего, тех, кто неустанно пытается заставить стихии служить
человеку, художников, скульпторов,
сочинителей музыки, по красоте превосходящей мелодии небесных сфер. Мы призовем
их к себе. Долго придется
объяснять, как это устроить, но поверьте мне, я знаю - как. И это произойдет -
со всех уголков света сюда начнут стекаться
самые светлые умы, самые мудрые личности, изобретатели и поэты, маги и
исследователи. А лишние и бесполезные
погибнут в ловушках, которые мы возведем на их пути к острову, потому что на
поиски благословенной земли ринутся
толпы разочарованных своей жизнью, уставших от каждодневной суеты, от
необходимости добывать своим трудом хлеб
насущный. Но острову - нам - они не нужны. Остров в конце концов не сможет
вместить всех тех, кто ищет счастья и
спокойствия лишь в существовании подобно скоту, которого кормит и о котором
заботится трудолюбивый хозяин. И на
дороге таких людей мы возведем непреодолимые стены - тем прочнее, чем ближе
настырный путник находится к нашей
стране. Если ты, не желая никого видеть, окружаешь свое собственное жилище
высокой стеной, глубоким рвом и сажаешь у
дверей свирепого пса, а какой-то излишне любопытный пройдоха все же вознамерился
забраться к тебе, и его растерзала
твоя собака, - кого ты станешь винить в происшедшем? Конечно, вора и пройдоху.
Нам не нужны здесь воры и пройдохи!
А править новым и воистину счастливым человечеством станем мы, основатели
нового мира. Мы с вами, король
Сварог, выберем себе женщин из тех, кого зовут Иными. Самых достойных, кто от
природы наделен умением чувствовать
магическую суть вещей. К нашим потомкам, согласно природе наследования, перейдут
наши способности и они, как и мы,
смогут успешно править созданной нами страной. И вот что я вам еще хочу сказать
касаемо женщин. Вы удивитесь, когда
услышите...
- Две королевские династии на одном троне не уживутся, - негромко
произнес Сварог.
- Что? - спросил Визари.
"А говорил, что акустика в зале расчудесная, что он услышит даже мой
шепот. Похоже, кроме себя, он никого не
способен услышать".
- Я говорю - считайте, я согласен, - сказал Сварог устало. - Давайте
заложим новую расу, расу избранных, вдобавок
заложим расу в расе, избранных среди избранных - я на все согласен. Вы правы,
мне нечего возразить... да и не хочется
возражать. У меня есть к вам всего одна маленькая, крохотная просьба. Так
сказать, в залог нашего будущего
сотрудничества и полного доверия.
- Вы о чем? - голос Визари стал резким.
- О моем друге. Не знаю, как это выглядело со стороны, но на самом деле я
направлялся не на увеселительную
прогулку, а за лекарством для моего товарища, он, понимаете ли, при смерти. И у
меня очень мало времени. По сути,
времени нет вов
...Закладка в соц.сетях
