Жанр: Фантастика
Небесные властелины (Небесные властелины 1)
...яла упряжи и
канату и вполне могла держать инструмент обеими руками; прежде одной рукой
приходилось держаться за канат, так как Джен боялась выскользнуть из петель на упряжи,
хотя там и были замки.
Она стояла, упершись обеими ногами в корпус, под наклоном примерно в сорок
градусов и чуть откинувшись назад. Если бы она посмотрела вверх, она бы увидела свой
канат, исчезающий за изгибом корпуса, где был закреплен. Примерно в пятнадцати футах
на одном уровне с ней работал Мило. Слева, чуть ниже, висел другой раб. Стеклоходы
образовали ломаную линию на поверхности корпуса, медленно двигаясь вниз. Корпус
нужно было обрабатывать с двух сторон, насколько позволял канат, и продвигаться вниз.
Рабы, которые разбрызгивали раствор, ушли далеко вперед.
- Все в порядке? - крикнул ей Мило.
Хотя двигатели Небесного Властелина были заглушены, порывистый ветер обдувал
корпус, и слышно было плохо.
- Прекрасно, - отозвалась она, хотя у нее отчаянно сводило мышцы ног, рук и
спины.
Интересно, сколько эта пытка будет продолжаться, думала Джен. Кроме того, было
интересно и то, что происходит там, на земле, что это за поселение, с которого Небесный
Властелин собирается снять дань. Мило успел ей сказать только, что это
сельскохозяйственная община, причем довольно большая. Через плечо она могла видеть
далекие холмы, которых, казалось, не коснулось опустошение. Она надеялась, что
местные жители не планируют ничего подобного неудачному нападению Минервы на
Небесного Властелина. Она и так чувствовала себя беззащитной, повиснув на своей
веревке; не хватало только сражения.
Джен управилась, насколько могла, в своем секторе; пора было спускаться дальше.
Засунув швабру за ремень упряжи, она крепко вцепилась в канат правой рукой и
приготовилась отпустить левой тормозной механизм. Она приказала себе не волноваться.
Даже если она выпустит канат, тормозной механизм, как наглядно объяснил ей Мило,
сработает автоматически, если канат начнет слишком быстро разматываться.
Она отпустила тормоз и медленно начала отступать по наклонному корпусу, каждый
раз на несколько дюймов приспуская канат. Ее удивляла ловкость, с которой двигались по
корпусу Мило и другие, но они были опытнее.
Когда Джен решила, что спустилась достаточно далеко, она притормозила и
вытащила швабру. В этот миг резкий порыв ветра прижал ее к корпусу "Властелина
Панглота", и она чуть не выронила швабру, вытянув руку, чтобы не удариться лицом о
солнечные батареи. И тут это случилось...
Ее канат ослаб. Она начала скользить вбок.
Джен закричала. Она выпустила швабру и попыталась вцепиться в корпус, в надежде
просунуть пальцы в узкие щели между солнцеуловителями, но из-за толстых перчаток это
оказалось невозможно. Удержаться на подошвах также не удалось. Угол скольжения был
слишком крутым. Она начала набирать ускорение.
Чем быстрее она падала, тем медленнее, как ей казалось, шло время, давая ей
возможность почувствовать сквозь перчатки усиливающийся жар, рассмотреть в
солнечных батареях свое отражение с ртом, раскрытым буквой "О", услышать ужас в
собственном вопле, рвущемся изо рта.
Угол скольжения набирал крутизну, и вдруг оказалось, что она падает вертикально
вниз, полностью потеряв соприкосновение с корпусом. Под ней ничего не было, кроме
воздуха, отделявшего ее от земли.
Удар. Ужасное чувство будто бы она уже упала: воздух вышибло из легких, крик
оборвался. Что это, она уже на земле? Но тогда почему она еще жива...
Джен заметила краем глаза серебристо-серый корпус, потом синее небо, далекие
холмы. Она поняла, что висит на страховочном канате. Должно быть, что-то на корпусе
оборвало его! Но облегчение Джен испытала лишь на миг, тут же осознав безнадежность
своего положения. Канат может соскользнуть задолго до того, как кто-нибудь заметит и
спасет ее.
Она осторожно вытянула руки, и так ей удалось замедлить скорость вращения. Джен
увидела, что корпус слишком далеко от нее. Джен миновала его центр, и теперь он
выгибался внутрь. Она видела ряд больших окон, но и они были слишком далеко. И еще
она видела большой пропеллер на одном уровне с ней, но примерно в пятидесяти ярдах к
корме.
Канат резко дернулся; Джен решила, что снова падает, и в ужасе закрыла глаза. Но
тут она поняла, что движется вверх. Кто-то ухватился за канат и тянул ее.
Двигалась она медленно, с поминутными внезапными остановками. С каждым
толчком она думала, что снова падает. Стараясь сохранять спокойствие, Джен несколько
раз глубоко вздохнула и сказала себе, что скоро будет в безопасности. Вниз она пыталась
не смотреть, однако это ей не удавалось. Город внизу казался страшно далеким. Она
попыталась отвлечься, рассматривая город и окружающие его земли. Он был меньше
Минервы, дома воздвигнуты явно наспех. Вокруг города не было ни крепостной стены, ни
ограды, и пахотные земли явно не пострадали от опустошения. За пшеничными полями
она разглядела что-то вроде обширных виноградников.
Она ударилась плечом обо что-то. Подняв глаза, Джен увидела, что это корпус
"Панглота". Она стала карабкаться, цепляясь руками и ногами, в то время как канат
настойчиво продолжал тащить ее вверх. От ее потуг толку было мало, но делать хоть чтото
казалось ей менее безнадежным, чем просто болтаться на конце каната.
Медленный подъем продолжался. Она миновала склон корпуса и увидела своего
спасителя. Мило. Каким-то образом он одолел расстояние в пятнадцать футов между
ними и вовремя ухватил ее быстро ускользающий канат - прежде, чем он исчез из виду.
Джен знала, что Мило гораздо сильнее, чем кажется, но не представляла, как он мог
удержать ее, не выдернув себе обе руки из суставов...
Другие рабы бросили работу и смотрели на них, но никто не пришел на помощь.
Напротив, когда Джен появилась перед ними, они начали ржать и улюлюкать. Внезапно
неприязнь и недоверие к ним перешло у Джен в искреннюю и беспримесную ненависть. И
если прежде ее беспокоила их судьба, то теперь подобное чувство окончательно
растворилось в ненависти и презрении. Они получат то, чего заслужили.
По мере уменьшения наклона корпуса она стала крепче цепляться за
солнцеуловители, чем слегка облегчила задачу Мило. Джен была уже достаточно близко,
чтобы увидеть его лицо. Теперь между ними осталось всего несколько ярдов. Мило
вымученно улыбнулся ей.
- Привет, амазонка, - сказал он. - Понравился вид?
Джен сумела даже выдавить улыбку в ответ.
- Превосходный, - прохрипела она.
Вскоре он схватил ее за руку. Она чувствовала невероятное облегчение, лишь
смутно сознавая, что Мило снова привязывает канат к упряжи.
- Ну вот, хватай меня за пояс и держись покрепче, - велел он, и Джен
подчинилась.
Насмешки прочих рабов стали громче. Мило стал подтягиваться. Прижав лицо к его
спине, Джен изо всех сил старалась отталкиваться ногами от чешуек солнцеуловителей.
- Что случилось? - спросила она его.
- Насколько я понимаю, твой канат перерезал Бенни, - отозвался он через
плечо. - Кроме него больше некому.
- Но зачем?
- Чтобы отомстить мне. Проучить меня.
- Ты спас мне жизнь.
- Именно. Еле успел.
Наклон корпуса достиг двадцати пяти градусов; здесь было уже легче. Мило сказал,
что она может двигаться самостоятельно. Они почти добрались до небольших
металлических скоб, к которым крепились канаты. Неподалеку Джен разглядела мрачную
физиономию Бенни.
Не выпуская руки Джен, Мило двинулся к нему.
- Эй, Бенни, так много - за один день? - весело окликнул он.
- У нее лопнул канат, - пробормотал надсмотрщик. - Что я мог сделать?
- О, я думаю, сегодня ты сделал достаточно, Бенни, - ответил Мило тем же
веселым голосом.
Он отпустил Джен и подошел к скобе. Присев на корточки, Мило стал осматривать
короткий кусок каната, оставшийся в петле. Потом перевел взгляд на Бенни.
- Говорю же, он лопнул, - проворчал Бенни. - Что не так, Мило?
Мило поднялся и подошел к нему.
- Согласен, Бенни, он лопнул. Беда только в том, что амазонка уронила за борт
швабру. Неплохо бы тебе спуститься за ней.
Бенни побледнел. Он сделал шаг назад, в то же время потянувшись за своей палкой.
- Ну-ка, подальше от меня, Мило! - заревел он, и в голосе его послышался страх.
Мило остановился и поднял руки.
- Все в порядке, Бенни. Я не собираюсь тебя трогать.
- Ты мне угрожал! Я слышал! Ты знаешь, какое за это назначено наказание! -
Бенни тыкал своей палкой в направлении Мило.
- Я? Угрожал тебе? - сказал Мило с деланным изумлением. - Какая чепуха. Я
просто предложил тебе возвратить утерянное орудие труда. Цеховой мастер Баннион не
потерпит такой расточительности. Да и вряд ли он обрадуется, узнав о том, что едва не
лишился своей новой рабыни в первый же день работы.
Бенни опустил палку.
- Я скажу, что у нее лопнул канат. Баннион мне поверит.
- Ну еще бы, - согласился Мило улыбаясь.
Мило вошел в кабинку и уселся в плетеное кресло. Он посмотрел на Джен,
лежавшую на кровати, и довольно улыбнулся.
- Я виделся с Баннионом. Рассказал ему, что произошло. Он не в восторге.
- Он поверил? - удивленно спросила она. - Я-то думала, он примет сторону
Бенни.
- Он так и сделал - официально. Он же не может открыто принять сторону раба в
споре с надсмотрщиком. Но он знает и то, что такие канаты просто так не лопаются;
слишком многих рабов он уже потерял таким образом. Для стеклоходов это обычный
способ сводить счеты, и Баннион из-за этого бесится. Ему не хватает только, чтобы этим
занялись еще и надсмотрщики. Его вовсе не радует, что Бенни попытался убить ценную
рабыню - пусть даже только для того, чтобы насолить мне. Так что скоро нашему
приятелю Бенни не поздоровится.
- Отлично! - с чувством произнесла Джен.
- Да, еще одно приятное известие. Говорят, Банчер помер. Выхаркнул несколько
пинт крови и откинул копыта. - Мило заложил руки за голову и откинулся в кресле.
Выражение его лица было безмятежным. - Вероятно, я слишком горячо обнял его -
осколок ребра вошел Банчеру в легкое.
Джен вытаращила глаза.
Ночью, когда свет погас и они легли спать, Джен лежала на матрасе и думала, как
быть с Мило. Она обязана ему жизнью. Если бы он не поймал конец ее каната - а она до
сих пор не понимала, как ему удалось сделать это вовремя, - ее труп лежал бы сейчас на
мостовой того города, даже не труп, а месиво из плоти и костей. Он не только спас ее, но
дал ей возможность осуществить план мести. Если бы Джен умерла, с ней умерла бы
возможность отомстить тем, кто уничтожил ее город, семью и друзей.
И тут Джен столкнулась с дилеммой. Раз она теперь стольким обязана ему,
получалось, что она просто должна дать ему то единственное, чего он хотел от нее - ее
тело. Несколько раз Джен уже готова была разбудить его и объявить свое решение, но
никак не могла себя заставить. Мысль о близости с Мило пугала Джен. Она занималась
любовью только один раз, с Саймоном. Это было ново и интересно, хотя и не особенно
приятно, однако вовсе не больно и не противно. Но Саймона она знала хорошо и даже
была хозяйкой положения. Перед ней, в конце концов, был минервианец. А близость с
"первозданным" мужчиной вроде Мило - совсем другое дело. Мысль о том, что он
проникнет в нее, может быть, причинит боль, которой она будет не в силах
сопротивляться, пугала Джен.
С другой стороны, ее пугал и сам Мило. Пусть он спас ей жизнь, но что-то в нем
тревожило Джен. Она вспомнила, что и рабы и надсмотрщик Бенни называли его
колдуном. Что ж, нетрудно поверить. Джен оглядела фигуру спящего. По внешнему виду
не скажешь, что этот парень способен на такие подвиги: как он удержал канат, остановив
ее падение, как раздавил Банчера, лишь слегка приобняв его.
Джен вздрогнула и отвернулась. Нет, она не предложит себя Мило, несмотря на то
что в большом долгу перед ним. Она отплатит ему чем-нибудь другим за то короткое
время, оставшееся до гибели "Властелина Панглота".
Глава 13
На следующий день ей пришлось собрать всю свою силу воли, чтобы снова выйти на
корпус и довериться тонкому канату, хотя Мило и уверял ее, что новый надсмотрщик едва
ли повторит ошибку Бенни. Лихорадочно орудуя шваброй, Джен не помнила себя от
страха. Ей хотелось закрыть глаза и вцепиться в корпус, разразившись истерическим
плачем, но она заставляла себя работать дальше. Джен должна была оставаться среди
стеклоходов - ради выполнения замысла. Ей нужно было как следует ознакомиться с
верхним корпусом и особенно с пространством между двумя оболочками.
На следующий день, когда Джен уже вполне освоилась с новой работой, Бенни
появился снова. Он был тихий, с опухшим лицом, и двигался с трудом. Видимо наказание,
которому подверг его Баннион, пошло ему на пользу.
На четвертый день после случившегося Джен входила вместе с другими в
стеклянную клетку, чувствуя уверенность и возбуждение. План действий был разработан
окончательно. Если все будет в порядке, то уже сегодня вечером...
Клетка, в которой они поднимались на этот раз проходила не внутри газовой секции,
как первая, а в свободном пространстве между двумя секциями.
- Мы поднимаемся через одну из поперечных рам, - объяснил ей Мило, указывая
на шестиугольные узоры металлической паутины. - Они образуют скелет Небесного
Властелина. Между каждыми двумя газовыми секциями имеется поперечная рама. Лифт
поместили сюда, потому что ячейки с обеих сторон заполнены водородом. Техники
опасались, что механизм лифта может произвести случайную искру.
То, что они оказались со всех сторон окружены взрывоопасным водородом,
одновременно пугало и радовало Джен. Все идет по плану, говорила она себе. Джен
старалась не думать о том, куда будет подкладывать бомбу и каким образом приводить ее
в действие. Где-то в глубине сознаний брезжила смутная мысль о том, что она выберется
на корпус и успеет отбежать как можно дальше от места взрыва, но после этого ее ждала
неизвестность. Впрочем, Джен понимала, что едва ли ей удастся уцелеть.
За эти несколько дней она многое узнала о Небесном Властелине. Особенно
пригодилась информация о том, что почти две трети огромных газовых ячеек были
заполнены горючим водородом.
Элен была права. Мило подтвердил, что когда в результате естественной утечки
пропадал гелий, восполнить его запасы было невозможно, в то время как водород
добывали из воды. Мило также поведал ей о происхождении Небесных Властелинов; его
рассказ лишь отдаленно напоминал минервианские легенды об этих давних событиях.
Джен с неохотой начала признавать, что в минервианской версии событий насчитывалось
немало пробелов, в то время как версия Мило казалась исчерпывающей. Джен не хотелось
верить ему, но рассказ Мило все больше захватывал ее.
По словам Мило, Небесные Властелины первоначально именовались Небесными
Ангелами. Они были построены Организацией Объединенных Наций для двух целей. Вопервых,
как дешевый и экологически безопасный транспорт для перевозки грузов между
странами, в основном странами более бедного "третьего мира"; во-вторых, для оказания
помощи в периоды стихийных бедствий: они могли доставлять большое количество
необходимых грузов в страны, пораженные голодом, или же, в случаях землетрясений или
наводнений, служить убежищем для жертв, предоставляя им ночлег и пищу в своих
огромных помещениях.
Поэтому в хаосе, наступившем после Генных войн, вполне естественно, выжившие
постарались избежать эпидемических вирусов и прочих напастей, укрывшись в этих
небесных ковчегах. Беда в том, что одна и та же мысль пришла в голову многим, и
некоторое время вокруг каждого Небесного Ангела и внутри него бушевали
ожесточенные схватки. Два корабля были уничтожены. Наконец определились
победители, и жизнь на Небесных Ангелах вошла в привычную колею.
Когда же запасы, имевшиеся на каждом корабле, начали иссякать, люди снова
обратили внимание на землю. Им нужны были пища и сырье, а поставлять их могли лишь
те, кто продолжал жить на земле. Началось правление Небесных Властелинов.
Поначалу у них не было никакой организации. Небесные Властелины соперничали
за одни и те же районы, поставлявшие им пищу, и часто сражались между собой в
воздухе. После того как было уничтожено еще два корабля, остальные заключили мир. За
этим последовало совещание глав Небесных Властелинов, и мир был поделен на сферы
влияния оставшихся воздушных кораблей. После этого правило, что каждый Небесный
Властелин не выходит за пределы своей территории, неукоснительно соблюдалось. Но, по
мнению Мило, вряд ли оно долго будет соблюдаться впредь...
- Опустошение царит почти на всей земле, - объяснял он. - Слишком много
наземных поселений вымирает. Когда "Панглот" обнаружит, что на его территории уже
не осталось поселений, производящих пищу для его нужд, он начнет разбойничать на
чужой территории. Ходят слухи, что столкновения между Небесными Властелинами уже
имели место. Кончится это самой настоящей войной. - Казалось, эта перспектива
радовала его.
- Но это глупо, - заметила Джен. - Мужчины будут драться между собой, пока
Мать-Земля не погибнет окончательно. Почему бы Небесным Властелинам и наземным
жителям не объединиться, чтобы остановить опустошение, пока не поздно?
- Старые привычки трудно искоренить, - ответил Мило. - Небесные люди по
традиции не признают наземных жителей людьми. Пока для них не может быть и речи о
том, чтобы начать сотрудничать с "землеройками" на равных. К тому же я не
представляю, чем могут помочь Небесные Властелины землянам в борьбе с
опустошением.
- А эти лучи? Лучи, которые уничтожили наши ракеты, - разве они не могут
очистить опустошенные земли?
- Ну, вообще-то могут, - медленно проговорил Мило. - Но я же объяснял тебе,
что небесные люди не умеют управлять лазерным оружием. Оно срабатывает
автоматически и уничтожает только неодушевленные предметы, грозящие Небесному
Властелину. - Мило покровительственно улыбнулся ей: - Какая минервианка не любит
поломать голову над назначением аппаратов Науки Мужчин, а?
Джен холодно ответила:
- Если такие приборы поставить на службу очищения мира, я уверена, что БогиняМать
отнеслась бы к мужчинам благосклоннее.
Когда Джен, преодолев крутизну ската, выбралась наверх, ее ждал неприятный
сюрприз. Люк окружало несколько Небесных воинов. Все они были вооружены
длинноствольными ружьями и пристально осматривали небо. Джен спросила Мило, зачем
они здесь.
- Хаццини, - ответил он. - Мы пролетаем над территорией Хаццини. Будем
лететь над ней примерно сутки. Посмотри, вон их "гнезда".
Джен огляделась и увидела множество высоких построек, которые высились на
низких холмах, изъеденных опустошением. Они напоминали огромные кривые стволы
деревьев с высохшей корой. Джен с ужасом поняла, что каждая постройка имеет
несколько сот футов в высоту.
- А что такое Хаццини? - спросила она, пристегивая петлю своего каната к скобе.
Сегодня они работали на носу Небесного Властелина, и вид, открывавшийся с их
места работы, был впечатляющим.
- А у вас на Минерве никогда не случалось налетов со стороны Хаццини? -
спросил Мило.
- Я о таких не слыхала, - прокричала она в ответ.
- Ну, если бы были, ты бы слыхала. Наверное, Минерва была вне их досягаемости.
Считай, что вам повезло. Хаццини - это выведенные с помощью генной инженерии
машины-убийцы с примитивным рассудком и ясным логическим мышлением. Одна из
крупных корпораций построила их когда-то для нужд частной армии. Основной
генетический материал - из мира насекомых. У них есть крылья. Большинство из них не
способно летать на такой высоте, но если какой-нибудь Хаццини поднимется повыше -
нам несдобровать.
Джен невольно ахнула. Теперь они подлетели ближе к "гнездам", и она увидела,
насколько огромны эти сооружения. По бокам располагались уступы, на которых, как
показалось Джен, маячили черные точки. Они с Мило, как и другие рабы со швабрами,
ждали, пока те, кто разбрызгивал раствор, продвинутся вперед. "Властелин Панглот", как
всегда, слегка замедлил ход, чтобы дать бригадам выйти на корпус, но воздушные потоки
были такими мощными, что Джен с трудом удерживалась на ногах.
- Так значит, Небесные воины охраняют нас? - спросила она Мило.
Он засмеялся.
- Нас? Кто станет охранять горстку рабов? Нет, воины охраняют люки и другие
возможные входы на корабль. И, как ты могла заметить, наш приятель Бенни сегодня
бросил нас на произвол судьбы.
Она обернулась через плечо. Надсмотрщик остался у люка вместе с группой воинов.
- Думаешь, нам грозит опасность со стороны тварей? - спросила Джен, снова
всматриваясь вниз.
Черные точки теперь поднялись в воздух; некоторые из них казались достаточно
большими и уже издалека вызывали отвращение.
- Я много раз работал над территорией Хаццини, - сказал Мило, - и ни разу не
видел, чтобы они приближались к нам. Но, если верить слухам, в прошлом были случаи,
когда Хаццини хватали стеклоходов с корпуса.
- А они разумные?
- В смысле, понимают ли, что делают? Думаю, нет. Но конечно, они соображают.
Они запрограммированы на две задачи - убивать и размножаться, - и создатели
Хаццини наделили их достаточной гибкостью, чтобы как можно лучше выполнять и то, и
другое. А поскольку Хаццини к тому же сделаны так, что могут питаться чем угодно, они
могут есть даже самые ядовитые грибы. Поэтому они выживают на опустошенных землях.
Насколько я представляю себе, скоро на земле останется только опустошение и Хаццини...
Джен чувствовала себя очень неуютно на корпусе: то и дело она оглядывалась,
проверяя, не удалось ли какому-нибудь Хаццини подняться на высоту "Властелина
Панглота"; но, хотя воздушный корабль, пролетая над гнездами, вызвал там большое
оживление, рой черных точек оставался далеко внизу.
Присутствие Хаццини чуть было не заставило Джен пересмотреть свой план взрыва
корабля этой ночью. Но вскоре она убедила себя, что это только предлог, за которым
прячется ее трусость? Ее цель - уничтожить "Властелин Панглот" и всех на борту, какая
ей разница, от чего они погибнут?
Огонь, падение на землю, Хаццини - смерть одинакова. Она не могла также
допустить мысли, что из-за Хаццини ее собственная, и без того весьма слабая надежда
уцелеть в предстоящей передряге рушится окончательно. Нет, выбора у нее не оставалось:
сегодня ночью или никогда.
Из-за тяжелых условий работы к концу долгой смены у Джен болели все мышцы. Во
время краткого перерыва в середине дня она посетовала Мило, что у небесных людей не
хватило ума приспособить для чистки корпуса шимпанзе.
- Они были бы прекрасными стеклоходами, - говорила Джен, сидя рядом с
Мило. - И делали бы это гораздо быстрее.
- Что верно, то верно, - согласился он. - Но небесные люди не используют
никаких "перепрограммированных" животных. Это противоречит их убеждениям. Они
считают таких животных нечистыми - запятнанными. Вот тебе еще одно проявление
культурного распада эпохи после Генных войн. Не только у вас, минервианцев, оказались
странные представления о Старой Науке.
Джен не обратила внимания на издевку. Она слишком устала, чтобы злиться.
- Да, мы не пользовались Старой Наукой, но против животных не было закона. Они
же не виноваты, что их изменили. Когда-то, очень давно, в Минерве были разные
животные, но, когда я родилась, остались только шимпанзе. Остальные стали
ненадежными. Даже самцам-шимпанзе нельзя было доверять. Их приходилось сажать в
клетку после достижения определенного возраста.
- Интересно, - пробормотал Мило. - Впрочем, этого следовало ожидать. Генные
инженеры не сумели обеспечить стабильности выведенных ими новых хромосом.
Невозможно предотвратить мутации, и, следовательно, в их программах неизбежны сбои.
Все больше и больше сбоев. Вроде тебя.
- Вроде меня? - с удивлением спросила она.
- Ну конечно. Для минервианки ты необычно мала ростом. Ты явный шаг назад к
эволюции мутагенеза. О, я уверен, что во всех других отношениях, кроме роста, ты
генетически здоровая минервианка - об этом говорит твое сложение и черты лица:
андрогинного типа, с длинными ногами, маленькой грудью, мускулистым телом, смуглой
кожей и весьма привлекательным лицом - настоящая минервианка. Очевидно, пострадал
только генетический материал, влияющий на твой рост, но интересно было бы посмотреть
на твоих детей от союза с неминервианцем.
Такая сугубо медицинская оценка ее тела раздосадовала Джен, хотя при упоминании
о "весьма привлекательном лице" она почувствовала себя слегка польщенной. Но больше
всего ей не понравилось предположение Мило, что у нее могут быть дети. "Ничего
подобного", - мрачно подумала она. Вообще ничего - после сегодняшней ночи.
Между люком и стеклянной клеткой, ожидавшей их, чтобы отвезти вниз, оставалось
довольно большое расстояние, и это вполне устраивало Джен. Она отстала от
растянувшейся группы рабов, которые шли сквозь переплетение конструкций между
двумя корпусами. Мило рассказал ей, что весь этот хаос и путаница внутри "Властелина
Панглота" были делом рук нескольких поколений небесных людей.
- Год за годом они проводили все более нелепые доработки, ремонты, - сказал
он, - и другие изменения вроде реконструкции грузового отсека в жилой. Я сомневаюсь,
что те, кто проектировал Небесных Ангелов, могли бы теперь узнать их в Небесных
Властелинах.
Джен ухватилась за свой шанс. Она спряталась за наклонной балкой и быстро
отбежала в тень. Двигаясь как можно неслышнее, она спешила оказаться как можно
дальше от остальных, пока ее отсутствие не обнаружилось. Больше всего ее беспокоил
Мило. Он-то первым заметит исчезновение Джен и, конечно, будет больше всех
заинтересован в ее поиске.
Чем дальше она бежала, тем темнее становилось вокруг. Освещены были только
переходы. Джен остановилась и присела на корточки, прислушиваясь. Она слышала, как
голоса рабов тают в отдалении. Потом наступила тишина, нарушаемая только скрипом
корпусов. Она продолжала идти. Поскольку она двигалась к борту, наклон пола вдруг
начал набирать крутизну так, что ей пришлось снова остановиться, чтобы не
поскользнуться в темноте. Задыхаясь, Джен вцепилась в переборку. Вдруг она услышала
вдали крик. Свое имя. Ее ищут.
Джен не представляла, сколько времени ждала там в почти кромешной
...Закладка в соц.сетях
