Жанр: Фантастика
Амулет
...досторожности я зарядил его заклинанием
Шаровой Молнии, в соответствии с которым каждый, кто вздумал бы обратить колдовство
против другого человека, должен пострадать от него сам. Дело было рискованное, потому
что Сараккан мог обнаружить ловушку. Но я тогда не знал, что ты убежишь и отдашь ему
амулет...
Макоби, смутившись, уткнулась монаху в плечо. Но любопытство взяло верх, и она,
заглянув юноше в глаза, спросила:
- Ты знал, что это был он?..
Гларт устало кивнул. Взяв принцессу за руку, он подвел ее к алтарю.
- Знал.
- Откуда?..
- На основе некоторых фактов у меня зародилось подозрение, которое переросло в
уверенность после разговора с орком Кала-азаром. Напоследок, когда ты ушла, я задал ему
один вопрос: "Как выглядел Миал?" Орк ответил, что у мужчины были каштановые волосы
и что он постоянно улыбался. К Миалу подобное описание не подходило, зато
соответствовало внешности Сараккана. К тому же прошлой ночью дух Дариана
окончательно вспомнил, что ему сказал Марден, вручая амулет.
- Но почему ты утаил это от меня?
- Ты бы все равно не поверила. Сараккан околдовал тебя, применив чары Обольщения.
Поэтому ты в него и влюбилась...
Макоби на минуту задумалась. Теперь, когда колдовские чары потеряли свою силу, она
вспомнила, что всегда считала Сараккана льстивым лгуном и старалась обходить его
стороной. Но несколько месяцев назад все изменилось.
- Он был не таким уж плохим магом, - добавил Гларт.
- Но до тебя ему было далеко!..
Макоби обвила его шею руками и обняла, потом подошла к тому месту, где лежал
амулет. Он снова принял первоначальную форму, и на нее смотрело страшное в своей
уродливости ухмыляющееся лицо орка.
- Мы так и не решили, что с ним делать, - заметила она.
- Можешь до поры до времени оставить амулет у себя. Только никому не говори об
этом и не показывай драгоценность всяким посторонним парням.
Макоби горестно улыбнулась, потом подобрала вещицу с пола, надела на шею и
спрятала кулон в вырез платья, тотчас ощутив на груди прохладу металла.
- Эге! Снова дома!.. - услышала она радостное восклицание наглеца. - Так-то лучше! У
того мужика было не очень-то уютно на его волосатой груди.
- Заткнись! - прошипела Макоби и огляделась вокруг. - Нужно поблагодарить
привидение, - добавила она. - Куда это пропал призрак?
Они обыскали часовню, но безуспешно. Дариана и след простыл. Вероятно, он покинул
грешную землю
Так, в сущности, оно и было.
Как только шаровая молния поразила Сараккана, Дариан почувствовал, будто у него
гора с плеч свалилась. Цепи, связывавшие его с амулетом, пропали.
Призрак ощутил необыкновенную легкость и взмыл вверх, подобно ракете.
Материальный мир вдруг стал осколком призрачной мечты и вскоре исчез из виду. Дариан
слышал зов.
Внезапно впереди он увидел ослепительное золотое сияние, наполнившее его
восторгом. Внутренний голос подсказывал призраку, что это Валгалла. По мере
приближения к цели Дариан все яснее различал высокие стены из плотных клубов тумана с
массивными железными воротами. За ними он увидел своих павших товарищей по оружию.
Они ждали его. Вот Торан Черный Щит, а рядом с ним - Анкас Отважный... Воины пили
вино и веселились. Возле них вились высокие, стройные белокурые валькирии.
Когда Дариан подлетел еще ближе, ворота распахнулись, товарищи обратили к нему
просветленные лица и приветственно замахали руками.
Душа Дариана, хоть и с опозданием, наконец прибыла в Рай.
ЭПИЛОГ
Макоби ехала верхом на лошади среди ликующей толпы, радостно улыбалась и кивала
в знак признательности.
Рядом на лошади восседал угрюмый Миал. За ними следовала целая когорта
гвардейцев и знати. Миал возвращался в Минас Лантан. На его брачное предложение
ответили вежливым, но твердым отказом, зато организовали пышные проводы.
Принц был разочарован, но Макоби, пытаясь его утешить, сказала, что, хотя его
предложение является для нее большой честью, она считает, что выходить замуж ей пока
рано. Ее отец, правитель Кумаса, сделал официальное заявление, в котором принес
извинения по поводу неловкой ситуаций, в которую попал Миал во время последнего визита,
и подтвердил, что узы дружбы между двумя городами остаются незыблемыми.
Чтобы Миал не чувствовал себя обиженным, в его честь закатили роскошный пир и
устроили праздничную церемонию прощания. Тысячи людей высыпали на улицы, чтобы
проводить героя.
Правда, торжественную процедуру омрачило одно небольшое происшествие, когда
какой-то явно чокнутый констебль транспортной полиции выскочил из толпы и вцепился в
ногу Миала. Назвавшись инспектором Трассой, безумец орал, что должен арестовать принца
по обвинению в убийстве полковника Де Венчаса. Но дюжина рослых гвардейцев тут же
повалила сумасшедшего наземь, а потом увела с глаз долой.
Макоби украдкой взглянула на Миала. Как это ей могло прийти в голову, что он
способен на заговор? В его облике, не лишенном достоинства и благородства, полностью
отсутствовали признаки глубокого ума. Он мог быть отличным полководцем, но
заговорщиком - вряд ли.
Принцесса улыбнулась про себя.
Было так приятно снова вернуться во дворец, опять наслаждаться солнцем и радостью,
носить изысканные туалеты и украшения, ехать верхом в ликующей толпе верных
подданных... Но прошедшие дни пробудили в ней жажду приключений. Ей хотелось быть...
Нет! Макоби вовремя опомнилась. Желать нельзя! Она надеялась, что, может, скоро
вновь отправится с Глартом путешествовать по неизведанным местам, и они будут ночевать
под звездным небом... И пусть по этому поводу отец и придворные говорят, что им
заблагорассудится.
Но тут девушка вспомнила об амулете, мирно покоившемся на ее груди. В конце
концов, если они все же воспротивятся, она всегда сможет загадать желание...
Бывший инспектор Трасса сидел в деревянных колодках и морщился каждый раз, когда
о его голову расплющивался очередной перезревший помидор.
Он провел в таком положении уже шесть часов. Еще три часа пройдет, прежде чем его
освободят... Покрытый сверху донизу тухлыми объедками и следами гнилых овощей, Трасса
умирал от голода и жажды, нестерпимо хотел в уборную и чувствовал себя ужасно
несчастным.
Единственное, что не давало ему окончательно пасть духом, так это сознание
собственной правоты. Часа два назад его навестили сержант Кратаван и инспектор Раси,
выразившие восхищение его сообразительностью. Сараккан оставил чересчур запутанный
след, ведущий к Миалу, и только Трасса оказался настолько умен, чтобы проглотить
наживку и выйти на принца. Даже сама госпожа Макоби подозревала сначала Миала и
поняла, кто истинный преступник, только тогда, когда Сараккан пытался ее убить.
Трасса увидел старушку, резво направившуюся в его сторону, и вздохнул. Ее
намерения не оставляли сомнений. Интересно, что заставляет этих старых перечниц
радоваться горю ближних? Подавляющее большинство людей, развлекавшихся в тот день
метанием в него гнилых продуктов, были милыми седовласыми стариками и старушками.
Он мысленно содрогнулся, когда разглядел в руках у приближающейся женщины
какую-то выпечку явно домашнего изготовления.
"О нет! - подумал он про себя. - Неужели она запустит этот дымящийся пирог мне в
лицо?"
Но старушка жалостливо улыбалась и смотрела на него с сочувствием.
- Бедолага! - сказала она, приблизившись. - Как пить дать вы умираете с голоду. Я тут
кое-что для вас припасла. Сама испекла. Надеюсь, вам понравится.
Трасса принял пирог с благодарностью, благословляя доброе создание. Старушка,
ковыляя, удалилась.
Детектив понюхал угощение, пытаясь вспомнить, где видел эту женщину раньше, ибо
ее лицо показалось ему знакомым. Пирог источал умопомрачительный запах, и в животе у
бывшего инспектора забурчало.
Трасса поднес пирог ко рту и, откусив кусочек, принялся жевать.
Хм, подумал он, рассматривая лакомство. Вермишелевый пирог. Как необычно.
Однако когда вермишелины внезапно зашевелились, Трасса понял, что старушенция -
не кто иная, как бабка Раси. Но догадался он об этом слишком поздно...
Гларт сидел на кровати в маленькой, скромно обставленной комнате, предоставленной
в его распоряжение.
Вероятно, это было самое крошечное помещение во всем дворце, но, по меркам монаха,
жилье можно было считать роскошным. Юноша как раз раздумывал, под каким предлогом
задержаться во дворце еще на неделю или две, когда дверь открылась и вошла Макоби.
- Привет! - сказала она. - Занят?
Гларт вскочил на ноги. Разодетая в пух и прах, девушка теперь выглядела как
настоящая принцесса и совсем не походила на заурядную путешественницу в запыленной
одежде, которую он знал. Молодой монах вдруг почувствовал себя неловким и робким.
Макоби примостилась на краю кровати, жестом приказав Гларту присесть рядом. Он не
заставил себя упрашивать.
- Я много размышляла по поводу этой штуки, - сказала принцесса, извлекая амулет из
привычного места хранения. - Полагаю, тебе нужно забрать его в монастырь. Там он будет в
большей сохранности.
У Гларта защемило сердце. Похоже, ему ненавязчиво велят отправляться восвояси.
- Несомненно, - согласился он. - Но меня беспокоит одно обстоятельство. Мне
кажется, его официальная хранительница - ты.
Макоби улыбнулась.
- Как это ни странно, - согласилась она, - я испытываю то же самое чувство. Может,
тогда мне пойти вместе с тобой?
- Что?.. Со всеми этими охранниками, фрейлинами и горничными?!
- Нет-нет! С ними будет не так круто. Я хочу путешествовать, как тогда, когда мы шли
в Великий Тошнотик. Ночевать под звездами, получать еду в награду за твое колдовство. Вот
чего мне хочется!
В этот момент Гларт внезапно почувствовал, что их колени соприкасаются.
- Я не хочу возвращаться в монастырь так быстро, - сказал он. - Как только я окажусь
в его стенах, меня вряд ли выпустят когда-либо за его пределы. Было бы здорово сначала
немного попутешествовать, посмотреть на мир, да и себя показать...
Гларт замолчал и посмотрел девушке прямо в глаза. По какой-то необъяснимой
причине ему стало трудно дышать.
- На этой уйдут недели... - добавил он, как бы невзначай.
- Или месяцы... - уточника Макоби деловито.
- Ага! Или месяцы.
И опять, уже, наверное, в сотый раз, Гларта охватило непреодолимое желание
заключить девушку в объятия и зацеловать до смерти.
Теперь он не стал ему противиться.
И Макоби тоже не стала.
ПРИЛОЖЕНИЕ
Незнакомые слова и понятия, не указанные в нижеприведенном списке, можно
обнаружить в приложениях к Ронанским книгам.
Братья Смертных - братство странствующих монахов, ведущих кочевую жизнь.
Обычно они разъезжают по открытым дорогам группами на могучих ухоженных лошадях.
Они также известны под именем Небесные Ангелы или Конная Братва. Главные догматы их
ордена основываются на Послании святого Ставро Строгого, в котором тот провозглашает
ересью модный тезис о реинкарнации и заявляет, что человек живет только один раз. Эти
догматы перечислены в Трех Заповедях Братьев Смертных:
1. Помни, что в этой жизни имеешь право всего на одну попытку, так что извлеки из
нее максимум пользы.
2. Пробуй все один раз. Если ты выжил, повтори попытку. Если получил при этом
удовольствие, продолжай в том же духе, чтобы было о чем вспомнить.
3. Получай удовольствие.
Неудивительно, что, согласно опросу всех журналов без исключения, последние десять
лет Братство Смертных неизменно занимает ведущие места среди "наиболее популярных
религиозных орденов". Важно иметь в виду, что стать членами секты стремится огромное
число людей, поэтому орден является единственным, где ждать очереди на инициацию
приходится по шесть лет.
Углеродный анализ. Брат Углерод, монах из АБРАКАДАБРы, имел дар, позволявший
ему с удивительной точностью определять возраст любого предмета быта и искусства. Этот
дар снискал ему большую известность среди археологов и других ученых, но сделал его
крайне непопулярным среди их жен. Наука понесла тяжелую потерю, когда брат Углерод
скончался после злосчастного происшествия на вечеринке по поводу (предположительно)
тридцать девятого дня рождения супруги декана в результате ряда ранений, нанесенных ему
шашлычным шампуром после того, как он открыл собравшимся, что имениннице на самом
деле стукнуло сорок семь.
Растительная жвачка - вид табака, предназначенного для жевания, а не курения.
Впервые получен в Орквилле - городе в северных горах с наиболее суровым климатом во
всем Среднемирье. В условиях постоянных дождей почти невозможно уберечь что бы то ни
было от влаги. Предполагается, что растительная жвачка получила распространение после
того, как завзятые курильщики обнаружили, что из-за сырости больше не могут курить
сигареты, и, чтобы получить привычную дозу никотина, были вынуждены жевать их.
Кажавоги - одомашненные рептилии, крайне непопулярные среди людей из-за
огромных размеров и дурного запаха. Испуская газы, существа эти гадят постоянно и
повсюду, причем без меры. К тому же они склонны без предупреждения откусывать головы
гостям дома. Однако по этим же причинам животные являются чрезвычайно любимыми
домашними питомцами в среде орков.
Клатт - бранное слово оркского происхождения. Но не то, что вы подумали, другое.
Сестры Вечного Возбуждения - орден монахинь, практикующий сочетание
ортодоксальной религии с чувственными плотскими удовольствиями. Они были первыми,
кто ввел моду на мини-облачения и просвечивающий плат. Кроме того, им приписывается
слава изобретения благословенных имплантатов. Это единственные монахини,
выбривающие волосы в виде тонзуры. Интересно и то, что выбриваются волосы не на
голове...
Информацию об углеродном анализе и других реалиях Среднемирья можно получить в Приложении.
Закладка в соц.сетях
