Жанр: Фантастика
Амулет
...зяин...
- Изменись!
Возникла пауза.
- Ну? - требовательно повысила голос Макоби.
- Довожу до вашего сведения, что имел честь выполнить ваше компетентное
распоряжение, согласно повелению, - сообщило кольцо хорошо поставленным, но слегка
запинающимся голосом престарелого актера классической драмы, принявшего перед
спектаклем своеобычную дозу хереса. - Какие еще будут пожелания у вашего досточтимого
высочества?
- Э-э-э... никаких.
- Тогда, наипрекраснейшая из прекрасных, - снова завело волынку кольцо, - самая
благороднейшая из дам, восхитительная и несравненная...
- ЗАТКНИ КОРОБОЧКУ!
Перстень обиженно замолчал.
- Не стоит на него сердиться, - сказал Гларт. - Адомо вдохнул в него такие типы
личностей, с которыми ему хотелось общаться.
- Тогда он и вправду был несчастным стариком! - крикнула Макоби в сердцах.
Вскочив на ноги, она выхватила из кучи пару поленьев и с силой запустила их в костер.
Успокоившись, принцесса вновь опустилась подле Гларта и, подтянув колени к подбородку,
уставилась на пляшущие языки пламени.
- Уверена, что должен быть способ заставить эту клаттерную штуковину рассказать
нам, что происходит и кто за всем этим стоит, - произнесла она, - а не гоняться за
непонятными химерами.
Гларт посмотрел на нее широко раскрытыми глазами, полными благоговейного
трепета.
Когда он впервые встретил девушку и узнал, что она дочь правителя Кумаса, то ожидал
увидеть чопорную благовоспитанную барышню, однако принцесса оказалась весьма
практичной особой, не лишенной здравого смысла, с которой было приятно и весело
проводить время.
И, клатт, она была божественно красивой!..
Гларт окинул взглядом ее забрызганные грязью брюки и попытался представить, как
бы она выглядела в платье. Потом он попробовал представить ее без платья...
- О чем ты думаешь? - услышал он голос девушки и едва не проглотил язык.
- М-м-м... я размышляю над планом наших действий в Великом Тошнотике, - соврал
он, заикаясь. - Полагаю, что дочери правителя Кумаса будет нетрудно добиться аудиенции у
мэра орков... Но о чем мы спросим его? Сомневаюсь, что при виде нас он разразится
слезами и признается во всем, что знает.
- Я думала над этим, - сказала Макоби. - Мне кажется, что нам нужно найти
кого-нибудь из орков, кто принимал участие в сражении. Было бы здорово побеседовать с
одним из командиров и узнать, почему они отступили. Может, если повезет, мы найдем
кого-то, кто видел, как умер мой брат, или того, кто его убил. Если бы только нам удалось
встретить этого орка, чтобы узнать, куда делось тело...
Ее глаза наполнились слезами, и Гларту захотелось обнять ее, прижать к себе и
успокоить. Но вместо этого он просто взял принцессу за руку и осторожно сжал в своей.
- Может быть, нам поможет эта драгоценность Адомо, - предположил он.
Макоби с сомнением посмотрела на кольцо.
- Не мог бы ты нам показать лицо орка, убившего Мардена? - спросила она
недоверчиво.
- Все зависит от того, что ты имеешь в виду, - ответила голова льва. - Если хочешь,
чтобы я доставил его сюда, то никаких проблем. Я могу это сделать.
- Пожалуйста, сделай! - воскликнула Макоби, прежде чем Гларт успел ее остановить.
Раздался легкий свист рассекаемого воздуха, и у ног принцессы появился
распластавшийся на спине орк.
Это был довольно крупный индивид, вероятно, из племени утуков, с длинными
кривыми ногами и мощной мускулатурой. Но он был мертв, и это не вызывало никаких
сомнений. Меч или топор раскроил ему ключицу, несколько ребер и легкое, оставив
огромную зияющую рану.
Вид орка позволил Гларту заключить, что солдат был убит во время сражения и остался
лежать на поле брани. Судя по всему, смерть наступила дня два назад. Об этом говорили и
признаки тления, и полчища мясных мух, облепивших гноящуюся рану, а больше всего -
мерзкий запах разлагающейся плоти.
- Убери его! - воскликнула девушка, и мертвое тело в тот же миг исчезло.
В расселине, где Гларт и Макоби нашли себе приют, воцарилась звенящая тишина,
нарушаемая озадаченным жужжанием двух-трех трупных мух, неожиданно лишившихся
трапезы.
После минутного замешательства принцесса разразилась слезами. Она рыдала так
горько, словно мир вокруг нее рухнул и жизнь потеряла всякий смысл. Гларт обнял ее
хрупкое тело и прижал к своей широкой груди, стараясь успокоить. Постепенно
всхлипывания умолкли, и Макоби забылась беспокойным сном.
Когда Гларт проснулся, было уже светло.
Солнце, вероятно, взошло, но свинцовые тучи, тяжело нависшие над горными
вершинами, скрывали его присутствие. Поднялся холодный пронизывающий ветер. Он то и
дело задувал в расселину, разметая остывшую золу погасшего костра.
Гларт сел и огляделся вокруг. Макоби тоже не спала. Она сидела на соседнем камне,
отрезая ножом полоски вяленого мяса и засовывая их в рот. Монах понял, что она встала уже
давно, так как рядом с ним стояла бутылка, наполненная заботливыми руками принцессы
чистой, прозрачной водой.
Он поднес бутылку к пересохшим губам и сделал несколько жадных глотков, потом
налил воды в ладонь и сполоснул лицо.
- Вот так-то лучше, - произнес Гларт. - Хотелось бы предстать перед орками в лучшем
виде, - добавил он.
- Это ты называешь лучшим видом? - спросила девушка. - Не дай бог увидеть тебя в
худшем виде.
Гларт усмехнулся. Положительная перемена в ее настроении радовала. Но девушка
почему-то избегала смотреть на него и выглядела несколько смущенной.
- Послушай, - сказала Макоби, - насчет прошлой ночи...
- Не думайте об этом, - оборвал ее Гларт. - Я и сам мог разрыдаться. Этот труп был
таким страшным. Вы столько пережили за последние дни, что на вашем месте и камень
расплакался бы.
- Но...
- Никаких "но"! - Гларт вскочил на ноги и потянулся.
Он обвел взглядом горизонт и не мог не залюбоваться открывавшимся зрелищем.
Впереди высились горы, цеплявшие гонимые ветром тучи. Гларт перевел глаза на Макоби.
- Когда все закончится, - заговорил он, - я вернусь в монастырь и проведу в его стенах
всю оставшуюся жизнь. Года через три я состарюсь и поседею, мне будет что вспомнить.
Воспоминания о вчерашнем дне, когда, пытаясь утешить отважную женщину, я сжимал ее в
объятиях, согреют мою душу.
Юноша лукаво улыбнулся, давая девушке понять, что шутит, и молил бога, чтобы она
не догадалась, что он говорит чистую правду. Она застеснялась, но улыбнулась в ответ и
протянула ему полоску сушеного мяса.
- Как поживает Дариан? - спросил монах. - Все еще стоит на карауле?
- С ним все в порядке. Он не спускает глаз с дороги на тот случай, если появятся
какие-нибудь путники.
- Жаль, что ему не представилась вчера возможность взглянуть на труп. Как знать,
может, он сумел бы кое-что прояснить.
- По правде говоря, такая возможность у него была, - возразила Макоби. - Сегодня
утром я попросила перстень предъявить тело опять, чтобы он мог посмотреть на него.
Гларт посмотрел на нее с уважением. Сам он вряд ли отважился бы на такое повторно.
- И?.. - Ему не терпелось услышать продолжение рассказа.
- Он, как и в случае с Де Венчасом, смог сказать, когда наступила смерть.
- Во время боя?
- Нет. Два часа спустя. Вероятно, орка зарубили свои же. Похоже, кто-то тщательно
стремится замести все следы.
Гларт нахмурил лоб и задумался над словами Макоби.
Кто-то и впрямь проявляет удивительную предусмотрительность, словно действует в
соответствии с заранее подготовленным планом.
- Надеюсь, что нас не заманивают в капкан, - пробормотал монах.
Макоби покачала головой.
- Никто не мог предугадать твое появление, - заметила она. - Тот, кто все это затеял,
не допустил бы такой промашки. Ты - мой козырной туз.
Гларт, польщенный, отвел взгляд в сторону. Ему было приятно это слышать. И вновь,
как прошлой ночью, юношей овладели неприличные мысли, впервые посетившие его, когда
он держал Макоби в объятиях.
Принцесса вздохнула, и ее лицо стало отрешенным и мечтательным.
- Надеюсь, что Сараккан прав, - пробормотала она.
Слова девушки вернули Гларта к реальности. Его словно ушатом ледяной воды
окатили.
- Не сомневаюсь, - сказал он охрипшим голосом и, нагнувшись, принялся с
остервенением скатывать свою постель.
Широкая дорога, лежавшая перед ними, поднималась в горы извилистой лентой.
Мощенная отполированным миллионами ног камнем, она была построена в Первом
веке, когда по ней маршировали буйные орды орков под предводительством таких
знаменитых царей, как Удок Зеленый Клык и Загаш Напыщенный, чтобы сровнять с землей
богатые, но упадочной культуры города на равнинах древнего Китала.
Теперь этой дорогой практически не пользовались, ибо то там, то сям пробивалась
между булыжниками трава и другая поросль, не оправившаяся еще после недавнего
прохождения сил вторжения оркского воинства. Сейчас старая дорога была безжизненной, о
чем свидетельствовали висевшие над ней безмолвие и тишина, как будто она понимала, что
дни ее славы миновали и что со временем она сольется с местной природой и превратится в
часть горного ландшафта.
Макоби и Гларт продолжали путь, натянув капюшоны, чтобы защититься от резкого
ветра и промозглой сырости, окружавшей их водянистым облаком мелкого дождя. Размытая
тень Дариана двигалась впереди на расстоянии дюжины ярдов, чтобы предупредить
странников о появлении малейших признаков жизни, но до сих пор они не встретили ни
единой живой души, хотя мертвые попадались на их пути постоянно - вдоль дороги
валялись распухшие трупы орков, скончавшихся от боевых ран или убитых в раже
варварских азартных игр.
Призрак Дариана начал немного волновать Макоби, ибо с каждым шагом он делался
все отрешенней. Было похоже, что он всецело поглощен собой и мир живых его больше не
интересует. Мрачное настроение призрака усугублялось также безуспешными попытками
вспомнить, какое сообщение ему оставил Марден.
Хотя Макоби сказала, что это больше не имеет значения, поскольку они знают, что за
всеми убийствами и во главе заговора стоит Миал, Дариан не успокаивался. Он был уверен,
что должен что-то вспомнить, прежде чем рухнут Оковы Души, не отпускавшие его дух на
покаяние. Эта мысль терзала его бесплотные нервы.
Макоби для себя решила, что орки прояснят ситуацию и, возможно, освежат память
Дариана, поэтому старалась не обременять голову лишними проблемами.
Так они и шли, погруженный каждый в свои мысли.
Дождь лил не переставая, и путники промокли до костей. Все чаще им приходилось
шлепать по лужам, а мелкие ручьи сменились на бурлящие потоки жидкой грязи. Когда
накануне ночью Макоби увидела труп орка, убившего ее брата, она подумала, что ничего
хуже быть не может. Теперь она знала, что ошибалась.
Когда в очередной раз путешественники наткнулись на мертвое тело орка, Гларт
остановился и наклонился, чтобы разглядеть его получше. Это было маленькое уродливое
существо, павшее жертвой типичного для его племени развлечения под названием "Поймай
кинжал". Миниатюрный игральный нож до сих пор торчал из одной глазницы. Гларт
обшарил труп и, сняв что-то с его шеи, повернулся к Макоби. Он держал на шнурке
вращающийся кулон из черного металла, изображавший фигурку в непристойной позе.
- Вот, - протянул он девушке вещицу, - наденьте.
- Ты что, смеешься?!
- Послушайте! Если мы угодим в ловушку, то орки обыщут вас в поисках амулета или
подвески. Этот кулон введет их в заблуждение, и они могут не обратить внимания на кольцо.
Макоби нехотя согласилась. Взяв гадкий предмет, она с отвращением надела его на
шею.
- Хорошо, - согласилась она, - но если тебе взбредет в голову сказать, что эта штука
мне идет, я засуну ее тебе в нос.
- Кому, мне?.. - удивился Гларт, собиравшийся сказать, что он пока еще в своем уме.
Макоби достала из заплечного мешка хлеб. Хотя нудный дождь промочил девушку
насквозь, прочный кожаный мешок, произведенный эльфами, надежно защищал
хранившиеся в нем продукты от сырости. Принцесса разломила хлеб пополам и отдала один
кусок монаху. Жуя хлеб, они продолжили путь.
К вечеру путешественники вышли к развилке. Одна дорога вела на юг, где находился
Восточный Тошнотик и другой оркский город, Зам. Вторая уходила на север и, змеясь по
горным перевалам, спускалась на просторную болотистую равнину между реками Аловак и
Большой Лено. Там располагался оркский городок Малый Тошнотик-на-Болоте.
Поскольку конечным пунктом их следования был Великий Тошнотик, подземная
столица Ирридской земли орков, путники выбрали третью дорогу, идущую прямо. Сделав
короткий привал, они наполнили бутылки свежей водой из ручья, почти вертикально
падавшего со скалы, и устало побрели дальше.
Начало смеркаться, когда перед путешественниками вырос крутой утес, и они поняли,
что достигли цели.
Далее дорога сворачивала влево, обходя скалистый выступ, а затем поднималась в горы
и устремлялась на запад. Однако Гларту с принцессой нужно было идти прямо, а туда вела
вторая дорога, исчезавшая в широком темном тоннеле.
Этот тоннель и был входом в Великий Тошнотик.
Подойдя поближе, они обнаружили, что кто-то выставил стражу. Охрана, вооруженная
копьями, состояла из нескольких мелких орков с мрачными лицами. Сбившись в кучу у
обочины дороги внутри тоннеля, они развлекались игрой в кости, громко орали и время от
времени колотили друг друга тупыми концами копий.
Хотя Гларту прежде не доводилось наносить визиты в оркские города, из
монастырского учебного курса он хорошо разбирался в племенах и традициях орков.
Ему было известно, что такие тривиальности, как сторожевой пост, их никогда не
волновали, так как орки знали, что никто в здравом уме в оркский город не сунется. По всей
видимости, местного городского старшину заботила высокая вероятность акта возмездия в
ответ на непрошеное вторжение. Но может статься, что его кто-то предупредил о возможном
появлении двух неожиданных гостей...
Макоби догнала призрак Дариана и шепотом приказала ему держаться в тени и как
можно дальше от них с Глартом. Затем вместе с юношей принцесса бодро направилась к
караульным.
Раззадоренные игрой и бранной перепалкой орки не сразу заметили приближение
людей и обнаружили присутствие посторонних только тогда, когда расстояние между ними
сократилось до трех десятков ярдов. Охранники выпрямились, образовав неровную шеренгу,
и ощетинились копьями.
Обдавая незнакомцев зловонным дыханием, орки недоверчиво пялили на них глаза.
- Э-э-э... Шта вам двоим нужна? - прорычал самый рослый из них, оказавшийся
командиром отряда.
- Мы - официальная делегация из города Кумаса. Пожалуйста, передайте наш поклон
вашему городскому старшине и скажите, что мы просим об аудиенции.
- Вы что, парочка заплутавших комедиантов? - гаркнул другой орк, и все рассмеялись.
Звуки их смеха больше напоминали вой схватившихся в смертельной схватке гиен.
- Очень забавно, - сказала Макоби голосом, походившим на угрожающее
потрескивание ломающегося льда.
Смех умолк.
- Зачем это старшине Болотному Духу принимать какую-то официальную дегли...
дули... дегила... как это вы сказали? - переспросил начальник караула.
- Почему бы вам не спросить у него? - предложила Макоби ласковым тоном.
Орки переглянулись. Хотя их и поставили нести дежурство, никто не удосужился
предупредить, как поступить в том случае, если кто-то появится.
- Ладно, - сказал начальник, - Блеб, Мегрим, оставайтесь на посту, остальные следуют
за мной.
Он пробурчал еще что-то себе под нос, и группа снова покатилась со смеху, бросая
многозначительные взгляды на Макоби. Гларт был рад, что принцесса не поняла смысла
отпущенной шутки, иначе, подумал он, ей это не понравилось бы.
Тоннель вел в самое сердце горы.
Он имел ярдов пятнадцать в ширину, ярдов десять в высоту и был освещен вонючими
коптящими факелами, закрепленными в грубых каменных канделябрах, тянущихся вдоль
стен по обе стороны. Углубляясь в подземелье, Макоби и Гларт слышали несмолкаемый
далекий гул, похожий на рев многотысячной толпы. Казалось, что где-то в полумиле от них
идет лихая, прямо-таки отвязная гулянка. Впрочем, так оно и было.
В оркском обществе никто не станет тратить время на такие пустяки, как погоня за
богатством и накопление имущества. Орков всегда интересовала только одна вещь - веселое
времяпрепровождение. Их жизнь - один бесконечный праздник, подогреваемый обильными
алкогольными возлияниями. У них есть очень убедительный метод воздействия,
обеспечивающий выполнение таких необходимых работ, как строительство, уборка,
производство продуктов питания и напитков; более сильные орки грубой силой принуждают
мелких и слабых работать. Пока громилы сами прохлаждаются и пируют, малявки
вкалывают, а потом присоединяются к общему веселью.
Звуки, доносившиеся до ушей странников, оказались гулом столичного города орков,
обитатели которого пили, орали, горланили песни, жрали, пукали, рыгали и опять пили и еще
громче кричали. Чем ближе было поселение, тем слышнее становился шум. Когда Гларт и
Макоби наконец достигли первой пещеры невероятных размеров, из которых состоял город,
гул сделался невообразимым.
Гларт повернулся к принцессе, чтобы что-то сказать, но она его слов просто не
расслышала. Девушка пожала плечами и показала на уши, давая понять, что не слышит.
Юноша кивнул. Улыбка не покидала лицо монаха. Его выдержка и самообладание
восхищали Макоби. Она считала большим везением иметь такого спутника. В знак
благодарности принцесса взяла его под руку и доверчиво прижалась к его плечу.
Орки свернули в низкий боковой проход и ускорили шаг. По пути они сделали еще ряд
поворотов в боковые ответвления тоннеля, и Макоби совершенно утратила представление о
своем местонахождении.
В конце концов, путешественники в сопровождении эскорта очутились в длинном
прямом коридоре, который привел их к круглому дверному проему, плотно закрытому
хорошо подогнанной дверцей. Последняя удивительным образом смахивала на донышко
огромной пивной бочки. Фактически так оно и было.
Шум стал потише, и можно было слышать друг друга, если сложить ладони рупором и
что-нибудь гаркнуть в самое ухо.
- Приятное место для отпуска, - заорал Гларт, приложившись к изящному ушку
принцессы.
- Я бы предпочла что-нибудь более пустынное, - ответила Макоби.
Рослый орк из их сопровождения остановился перед дверью и, указав на Макоби
узловатым пальцем с кривым длинным ногтем, сказал:
- Городской старшина Болотный Дух примет тебя. Без монаха. Он пойдет с нами, пока
ты будешь на этой своей аудиенции. Болотный Дух просил тебя подождать здесь. Он придет,
как только сумеет.
Макоби посмотрела на Гларта с сомнением, но он приободрил ее улыбкой.
- Идите, - прокричал он. - Я попробую что-нибудь выведать у этих ребят.
Макоби сделала глубокий вдох, но тут же пожалела об этом, потому что орки воняли
так, словно в целях личной гигиены принимали ежедневно не душ, а ванны в бочках с тухлой
рыбьей требухой. Потом она сделала шаг вперед и, постучав в дверь, вошла внутрь.
Помещение, в котором очутилась принцесса, представляло собой круглую каменную
пещеру двадцати футов в поперечнике с голыми стенами, освещенную огарком свечи,
прилепленном на шатком стуле. Этот стул был единственным предметом меблировки.
Макоби, не понимая, что происходит, хотела было выразить возмущение, но дверь за ее
спиной захлопнулась, и она услышала звук задвигаемого засова.
Хорошо, подумала девушка, я дам этому городскому старшине Болотному Духу ровно
один час...
Безжалостно отогнав от себя страхи и сомнения, принцесса поставила свечу на пол и,
сев на стул, приготовилась ждать, стараясь не думать, сможет ли что-либо сделать в случае
опасности.
Прошло около пятидесяти минут, прежде чем дверь открылась и внутрь с милой
улыбкой на безобразном лице ввалился огромный орк.
Он был одет в угольно-черные одежды, сшитые из бородавчатой шкуры какого-то
создания, происхождение которого Макоби предпочла не узнавать. В левой руке незнакомец
держал меч с длинным кривым лезвием.
- Добрый вечер, моя госпожа, - сказал он, протягивая для пожатия правую руку.
Макоби, сжав зубы, ответила на пожатие в соответствии с дипломатическим этикетом,
изо всех сил стараясь не выдать охватившего ее отвращения.
- Вас приветствует регент Кумаса, - сообщила девушка. - После недавнего...
неприятного происшествия между двумя городами мы считаем, что пора начать процесс
оздоровления обстановки и укрепления дружбы между народами. Многие наши люди
погибли в сражении. Другие, такие, как я, потеряли своих любимых и не знают об их судьбе.
Я прибыла сюда, чтобы навести справки об этих пропавших без вести. Я бы хотела получить
ваше разрешение поговорить с теми, кто в тот день принимал участие в сражении, -
например, с вашим генералом.
Все это время Болотный Дух ходил вокруг Макоби кругами, и ей пришлось вертеться,
чтобы его видеть. Она чувствовала себя лотом на каком-то невообразимом аукционе.
- Боюсь, что это невозможно, - наконец произнес орк с глубоким грудным рыком, что
на языке орков выражало высшую степень елейности тона. - Дело в том, что генерал
Кала-азар был наказан и понижен в должности. К тому же весьма существенно. Но я передам
ему, что вы о нем справлялись.
Макоби неосторожно шагнула вперед, чтобы попробовать уговорить городского
старшину, но орк угрожающе выставил меч, и принцесса застыла как вкопанная.
- Может быть, вы хотели бы немного отдохнуть, - предложил он. - Надеюсь, ваши
покои... придутся вам по вкусу.
- Мои - что?..
- Разве вам ничего не сказали? Какая промашка! - Болотный Дух обвел жестом голые
стены пещеры. - Эта очаровательная комната будет вашими покоями в ближайшие
несколько дней. Ваш приятель присоединится к вам чуть позже... если выживет.
При виде выражения ужаса на лице Макоби Болотный Дух громко расхохотался. Затем
медленно поднял меч, пока острие не коснулось горла девушки, и быстрым движением руки
сорвал кончиком клинка с ее шеи кулон, который Гларт снял с мертвого орка. Вещица
взвилась в воздух и мгновение спустя приземлилась на его ладонь.
- Спасибо, - прорычал он. - Приятных сновидений.
С этими словами Болотный Дух попятился к выходу и, захлопнув дверь с другой
стороны, запер ее на засов. Макоби осталась одна.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Когда Трасса проснулся, он увидел сквозь спущенные занавески свет утреннего солнца.
Несколько секунд детектив не шевелился, таращась на выцветшие и местами отставшие
от стены обои и размышляя, стоит ли еще немного понежиться и переждать синдром
похмелья в постели. Но в следующую минуту понял, что нынче никакого похмелья нет, и тут
же решил подниматься.
У Трассы было слишком много забот, чтобы бить баклуши. Сегодня он надеялся
закрыть дело Де Венчаса, поэтому ему не терпелось приступить к работе.
Не удосужившись даже поджарить гренки и вскипятить чайник, Трасса выскочил на
улицу, чтобы купить свежую газету. В душе инспектор не верил, что Колин Зловещий
сдержит слово и не проболтается о том, что узнал от следователя по поводу виновности
Миала и о кровавом убийстве на территории оркского консульства.
Купив очередной выпуск "Кумасской газеты" в магазине на углу улицы, детектив
дрожащими руками развернул листы и увидел, что журналюга остался верен данному слову.
Никакого упоминания о деле Де Венчаса не было.
В передовой статье рассказывалось об аресте известной балерины, подрабатывавшей в
ночные часы дорогой проституткой. Она родилась в дворянской семье вместе с другими
четырьмя близнецами. Своих клиентов балерина завлекала, выступая на сцене без нижнего
белья. Факт этот становился общеизвестным, когда при выполнении стремительных
пируэтов ее юбки взмывали вверх. Зловещий поместил историю на двух страницах под
заголовком "Соблазнительный вихрь танца. Близняшки без исподнего".
Трасса прочитал историю от начала до конца по дороге в офис. Содержание истории
так сильно поглотило его, что он едва не угодил под колеса телеги. Подобные щекотливые
аспекты полицейской работы привлекали инспектора гораздо больше, чем убийства, так что
раз или два Трасса всерьез думал подать заявление о переводе в отдел нравов.
В дверях полицейского участка мысль о переводе снова посетила его, и инспектор
решил, что, если расследование дела Де Венчаса закончится для него поражением, он
подыщет себе более подходящее занятие.
Захватив в служебной столовой чашку кофе, Трасса прошел в кабинет и плюхнулся на
стул. Инспектору предстояло определить план работы и подобрать веские слова, с которыми
он обратится к своим подчиненным. На это утро Трасса назначил совещание у себя в
кабинете, пригласив двадцать офицеров, работавших по другим делам. В данный момент
перед инспектором стояла задача срочно задержать для дачи показаний одного из агентов
Миала.
Однако детектив не имел ни малейшего представления, где и как он его найдет. Теперь,
когда основной контингент войск из Минас Лантана ушел домой, секретные агенты сняли
форму и, запрятав ее подальше, скрывались в толпе обычных граждан. Поиск нужного
человека был равнозначен поиску иголки, замаскированной под соломинку, в стоге сена.
А вдруг мне повезет, размышлял Трасса. Вдруг хоть один из них окажется достаточно
тупым, чтобы носить форму гвардейцев Минас Лантана. Но нет. Это из области фантастики,
парень. Может, кретины среди них есть, но не до такой же степени.
Рядовой Борон из гвардии Минас Лантана очень гордился тем фактом, что был
удостоен чести служить в личной охране господина Миала.
За три года армейской службы ему впервые доверили столь важное дело. Но в этом не
было ничего удивительного. Раньше Борон был хилым, тщедушным, неуверенным в себе и
трусливым от природы. Единственная черта его характера, которая была полезна в жизни,
заключалась в горячем стремлении угождать. Одного взгляда на Борона было достаточно,
чтобы сказать, что для солдата он не подходил, не говоря уже об офицерском чине.
Так думали все, кроме его бедной старой вдовой матери. Исполненная решимости дать
сыну хороший старт в жизни, она выбрала для него армейскую карьеру. Отказывая себе в
последнем, старушка наскребла нужную сумму и купила ему погоны. Так Борон стал
лейт
...Закладка в соц.сетях
