Жанр: Фантастика
Заклинание для спецагента
.... Я бы заметил. Да тут и не было времени, чтобы докопаться до корней. Она просто
сделала то, что туристам показывает. Пение там, погремушки, чтобы злых духов застращать.
Действует недолго, но вы же видели: мисс Фионна раздухарилась. Тут, знаете, больше
самовнушения, чем лечения.
Лиз вздохнула:
- По крайней мере репетиция продолжается. Бобо, склонив голову набок, слегка
усмехнулся:
- Не волнуйтесь, мэм. Мы поймаем того, кто ее преследует. Зуб даю!
Глава 12
В двадцать два ноль-ноль ведущий САТН-ТВ вытянул вперед руку и ткнул пальцем чуть
ли не в объектив.
- Да, леди и джентльмены, да - вы и только вы! Вы способны уберечь своих детей от
дурного влияния диверсантов вроде этой женщины и ее прихвостней! - Камера взяла крупным
планом афишу "Изумруда в огне". Под желтым софитом глаза Фионны Кенмар, обведенные
черной тушью, выглядели устрашающе зловещими, а прочие музыканты смахивали на шайку
бандитов. - Сегодня мы научим вас противодействовать всепроницающему воздействию так
называемой белой магии и так называемой рок-музыки. В этот вечер в нашу студию
приглашено много гостей, которые вам, несомненно, понравятся. Оставайтесь с нами!
Аугустус Кингстон смотрел на экран, щурясь, точно блаженствующая змея. Шла
передача, обеспечивающая САТН-ТВ хлебом с маслом. Статистики и социологи страшно бы
удивились, если бы им вздумалось провести опрос в этом регионе. Местные жители всему на
свете - будь то ночные повторы старых комедий или "Магазин на диване" - предпочитали
ток-шоу "Не люби ближнего своего", которое вел Ник Трентон. За последние пять лет Трентон
проявил себя как гениальный провокатор, мастер ссорить своих гостей, половина которых
имела какое-то отношение к злодеяниям, а другая относилась к числу ненавистных жертв этих
самых злодеев. Редкий вечер обходился без рукопашной схватки. Адепты черной магии
боролись за места на зрительских трибунах. Спонсоры окружали передачу заботой и
поддержкой. Говорят: "Человек может умереть, но содеянное им зло пребудет на земле".
Аугустус Кингстон не мыслил лучшего памятника себе, чем этот неиссякаемый источник
черной энергии, носящий его имя. Впрочем, он рассчитывал жить еще долго и на полную
катушку.
Сегодняшняя программа обещала много интересного. САТН-ТВ связалось с виккианцами
и уговорило их принять участие в шоу с проповедью своего мирного культа природы.
Виккианцы - мужчина и четыре женщины - уже сидели в студии, настороженно косясь на
черные свечи и алтарь в виде свиньи. Впрочем, они еще не подозревали, что дискутировать им
придется с махровыми ультраконсерваторами, которые считают, что женщин даже не следует
учить читать. Приглушив аудио-монитор, Кингстон связался по телефону с аппаратной.
- Эд, как там с испытаниями?
- Все путем, сэр! - прокричал инженер сквозь шум и помехи. - Не знаю, что там у вас
на том конце, но датчики показывают: уже пятнадцать процентов на входе. Ого, почти
шестнадцать!.. Сэр, можно узнать, что это за трансляция такая? - обеспокоенно спросил он.
- Нет, Эд, я предпочел бы, чтобы ты не спрашивал, - проговорил Кингстон
покровительственным тоном. Достал из орехового хьюмидора на своем столе кубинскую
сигару.
- Э-э-э.., сэр, а это не радиация? Не подумайте чего, но мы с женой хотели бы
обзавестись детишками...
- Я тебе клянусь, сынок, - пробурчал Кингстон, стараясь обрезать кончик точно так, как
следует. - Счетчик Гейгера на это дело даже не среагирует. Но пальцы все равно под луч не
подставляй.
- Хорошо, сэр.
- Вот и молодчина. Эта энергия поступает на специальные аккумуляторы, согласно моим
инструкциям?
- Да, сэр, - покорно подтвердил Эд.
- И что там на приборах?
- Почти шестнадцать процентов.
- Так держать. Я тобой горжусь, сынок. - Покосившись на часы. Кингстон нажал
кнопку и переключился на телефонистку. - Чарлина, детка, мне тут должны позвонить по
межгороду. Свяжи их со мной немедленно, поняла? И смотри не подслушивай - выгоню!
Агент позвонил в назначенный час, без четверти одиннадцать. Кингстон с ним вообще не
был знаком - агента нанял приятель приятеля приятеля. Может, это и не мужчина вовсе, а
женщина. Впрочем, голос мужской - что еще ничего не значит... К тому же Кингстон
подозревал, что голос нарочно искажен специальным приспособлением, известным ему по
детективным сериалам. Ну да какая разница! Главное, чтобы план удался. От этого зависело
все, чего Кингстон ждал от будущего.
- Мистер Кингстон? - зажужжало в трубке.
- Он самый, - отозвался владелец телекомпании. - Как там у вас?
- Вся техника на месте. Тут столько всякой электроники, что нашу удалось без труда
спрятать. Подумаешь, лишние два-три кожуха с кабелями...
- Отлично, - отозвался Кингстон. На душе у него полегчало. Приятель приятеля не
промахнулся - умного человека завербовал. - Сегодня вечером вам энергию подать?
- Ненадолго, для лишней проверки, - проскрипело в трубке. - Надо подключить
кабели в аппаратной.
- А их там разве еще нет? - забеспокоился Кингстон.
- Есть, но они к распределительному щиту идут, - сообщил голос. - Теперь я их
подключу к стулу моего медиума.
- Ага, - призадумался Кингстон. - А я тут все гадаю, как вы добились
непосредственного контакта. Закон передачи энергии гласит, что необходимо соприкосновение.
- Первая линия была широковата. Она перегорела. Эта будет намного лучше.
Глобальные испытания я откладываю до генеральной репетиции - она будет завтра после
обеда. Тогда станет уже поздно отменять концерт. И пусть себе ваша энергия течет. Отдачу я
вам гарантирую что надо.
- Чудесно, - пропел Кингстон, воображая себе, как восходит к зениту власти и славы,
точно поднимающееся над горизонтом солнце. - Трубопровод принесет потоки зла, которые
вольются в наши закрома и сделают нас бессмертными!.. Эгм, чур, я вам этого не говорил.
- Понял, сэр, не говорили.
- Сколько человек, по-вашему, придет на этот концерт?
- Отпечатано девяносто тысяч билетов. Еще не все раскуплены.
- А знаете, - проговорил Кингстон, откидываясь на спинку стула, - каждое из этих
пустующих кресел я считаю упущенной оказией. Вот еще что - а вы уверены, что ваш
проводник не подозревает о ваших целях?
- Ни сном ни духом... - Собеседник слегка замялся. - Тут, правда, возможна одна
загвоздка. Вокруг группы отираются два агента спецслужб. Они всерьез подозревают о
причастности магии... - тут человек Кингстона понизил голос, - и, кажется, сами немного
умеют колдовать.
- Ну-ну. - У Кингстона глаза полезли на лоб, но он сумел спокойно продолжать беседу.
Да и велика ли вероятность, что эти колдуны знают о существовании специфических средств,
применяемых его людьми? - Не тревожьтесь. Опишите мне их поподробнее.
Голос описал внешность подтянутой светловолосой англичанки, предпочитающей
деловые костюмы, и южанина в оборванном полухипповском, полувоенном наряде. Кингстон
все записал.
- Хорошо-хорошо-хорошо, - проговорил наконец владелец телекомпании. - Я приму
меры. Свяжитесь со мной завтра.
Повесив трубку, Кингстон неспешно отправился в аппаратную.
Шоу Трентона было в самом разгаре. Виккианец пытался защитить своих спутниц от
гнусных оскорблений архиконсерваторов. Женщины тоже за словом в карман не лезли, но их не
было слышно за ревом зрителей. Один из консерваторов вскочил и начал примеряться к своему
массивному креслу, как бы размышляя, швырнуть его или погодить. Похоже, назревала первая
драка, но тут Трентон объявил перерыв. Кингстон заулыбался. Теперь зрители приклеятся к
телевизорам - интересно же, дойдет ли до рукопашной.
После того как полицейские выпроводили драчунов из студии, Трентон вышел в
зрительный зал. Пора предать Фионну Кенмар анафеме.
- ..Вы действительно хотите, чтобы эта распутная тварь и иже с ней влияли на
неокрепшие души ваших детей? - вопрошал он ровным, вкрадчивым голосом, указывая на
афишу над свинообразным алтарем. Не прошло и нескольких минут, как Трентон довел
зрителей до исступленной ярости. - Эта мерзавка! Эта ханжа! Она верит в белую магию!
Зрители начали вскакивать с мест, скандируя:
- Долой ее! Долой!
Кингстон расплылся в улыбке.
Новый приемопередатчик у пульта - зловещий агрегат, точно позаимствованный из
лаборатории Франкенштейна, - довольно заискрился. На счетчике пылали красным огнем
цифры "16". На месте шестерки порой выскакивала семерка. Анонимный агент прав -
выбранный живой "проводник" работает отлично. Слава темным силам, ни проводник, ни
кто-то посторонний еще не подозревают, что именно происходит. Люди часто утрачивают свои
экстрасенсорные способности, когда осознают, что творят, - или, как в данном случае, что их
заставляют творить. Эх, и веселая же нас завтра ждет суббота!
- Ну что ж, - браво повторял Найджел Питере, - есть такая народная примета: чем
кошмарнее генеральная репетиция, тем успешнее пройдет премьера. Если примета была верна,
то завтрашний концерт "Изумруда в огне" должен был затмить все зафиксированные в анналах
выступления Трех Теноров, Барбры Стрейзанд, "Бостон Попе" и Кайли Миноуг. Все, что
должно было стоять прямо, падало. Прожектора перегорали пачками. Колонки включались
только тогда, когда их в сердцах пытались выключить. Люди спотыкались на ровном месте и
поскальзывались на совершенно сухом. Костюмы рвались, струны тоже, клавиши синтезаторов
западали, цифровые настройки сбивались. Двери "Супердоума" распахивались сами собой - а
прикрыть их не было никакой возможности. Пришлось вызвать на работу дополнительных
охранников и поставить их на входе, чтобы люди, заходящие купить билеты, не просачивались
в зал. Лиз сознавала: половина группы считает, что репетицию сглазили она с Бобо.
- Чертово правительство, - не раз бурчали техники и музыканты, проходя мимо. На
круглой сцене спрятаться было сложно, но Лиз постаралась. Они с Бобо встали за одной из
огромных колонок, окруженные со всех сторон сплетениями кабелей. Здесь они никому не
мешали и отлично видели все вокруг - но волны досады так и наплывали на них со всех
сторон.
Дело обстояло хуже некуда. За час работы "Изумруд в огне" так и не домучил до конца
первую песню программы - все время происходила какая-нибудь катастрофа. Лиз считала, что
это отчасти объясняется самым обыкновенным переутомлением - она сама-то еле держалась
на ногах.
Вчерашняя вечерняя - или даже ночная - репетиция прошла без сучка без задоринки.
Спасибо старой шаманке. Фионна, порхая на крыльях вдохновения, подняла на седьмое небо
всех прочих. Она была в голосе и отлично сознавала, как замечательно поет и как эффектно
выглядит. Все спецэффекты включались точно по графику, прожектора светили куда надо,
музыканты ни разу не сбились. Даже придирчивый Гитархангел не нашел, к чему прицепиться.
Улыбаясь своей загадочной улыбкой персонажа с картин прерафаэлитов, он брал божественные
аккорды своими длиннющими пальцами. Лиз с Бобо обошли весь "Супердоум" внутри и
снаружи - но так и не нашли ни единого следа злой магии.
Репетицию закончили в отличном настроении. Если бы ее засняли на видео и теперь
показали на одном из гигантских экранов, нависающих над сценой, точно тучи Судного дня,
дела теперь шли бы не так кисло.
Вернемся к вчерашнему вечеру. На радостях Фионна вызвалась всем поставить выпивку
- и вся группа гуртом отправилась бродить по Французскому Кварталу, шумно обсуждая
удачную репетицию. Окрыленная успехом Фионна тащила коллег из бара в бар, пока не
оказалось, что все заведения они уже обошли. Музыканты просияли - на гастролях им редко
удавалось осмотреть какой-нибудь город по-настоящему.
- С тем же успехом можно было бы играть в оазисе посреди пустыни - все равно,
сколько ни ездим, одни гостиницы видим, - горько заметил Эдди Винсент. Остальные
согласились.
- А я бы все отдала, чтобы хоть один денек походить по здешним магазинам, -
вздохнула Фионна, глядя на темные витрины. - Ну ладно, хоть одним глазком поглядеть...
Лиз не очень-то нравилась эта незапланированная прогулка, но она понимала Фионну:
иногда так хочется все бросить и сорваться куда глаза глядят. Кроме того, как правильно
рассудил Бобо, Фионну теперь в отель и на аркане не затащишь.
- Ничего, пойдем с ними и постараемся не нервничать, - заявил он. - Кто рискнет на
нее напасть в такой толпе?
- У семи нянек дитя без глазу, - проворчала Лиз. Но тут Бобо был прав: в этот момент
не стоит призывать к бдительности - настроение у людей не то. Пусть идут куда хотят. Против
неведомой силы Лиз все равно бессильна. Пока таинственный недруг не нанесет новый удар,
делать нечего. И потому Лиз шла, все время крутя головой, заглядывая во все проулки,
осматривая бесчисленные балконы. Неужели в Новом Орлеане все развлекаются - и только
она одна на работе?
Куда бы они ни заходили, Найджел Питере заказывал выпивку всем. Во Локни увлекся
"сейэераками". Музыканты и техники уничтожили чуть ли не все запасы хорошего виски в
Квартале. Они подпевали всем, песням, которые знали, с пьяным энтузиазмом аплодировали
исполнителям. Робби Ундербургер не сводила влюбленного взгляда с Ллойда, который не
обращал на нее никакого внимания. Патрик Джонс уморительно передразнивал всех встречных.
В какой-то момент они забрели в "Кафе-дю-Монд" - кофейню под открытым небом - и
угостились квадратными пончиками, состоящими в основном из сахарной пудры. Лиз
держалась на ногах и в боевой готовности только благодаря адреналину, сахару и особому
сорту кофе (Бобо сказал, что странный привкус этого напитка объясняется примесью цикория).
Когда все наконец-то улеглись спать, заря уже занималась. Соответственно с проверкой
аппаратуры техники закончили далеко за полдень.
Беспрерывно куря одну за другой сигареты без фильтра, Найджел Питере признался
агентам, что группе очень крупно повезет, если перед концертом удастся выкроить время для
обеда и отдыха. Извелись все, а Фионна так и вообще разбушевалась. Причем ее дурное
настроение было заразительно.
- Ну ладно, - процедил Майкл, стоя посередине сцены, морщась, точно от мигрени.
Вероятно, голова у него действительно гудела. - Пройдемся еще разок с самого начала. И
будем повторять, пока не получится как надо. Если сдвинемся с этой мертвой точки, остальное
само пойдет. Ясно?
Это заявление было встречено недовольным гвалтом и душераздирающими стонами. Лиз
заподозрила, что Майкл когда-то преподавал в школе. Фионна, двигаясь как робот, побрела
назад к невысокой лестнице, по которой она спускалась на сцену в начале концерта. Во время
выступления закулисная деятельность будет скрыта от глаз зрителей тьмой, но сейчас свет
горел, и Лиз все отлично видела. Лора Мэннинг подправляла безумный макияж Фи, делая его
еще безумнее. Фитц, ползая на коленях, возился с подолом нового платья из зеленого шелка -
обновка была подколота к черной футболке Фионны. Это облегающее платье в нужный момент
будет надето на Фионну и буквально дошито на ней - застежек не предполагалось. Судя по
сложному покрою и красивым бисерным узорам вокруг светодиодов, Томас Фитцгиббон
трудился над своим шедевром весь остаток ночи. Казалось, он боится выпускать платье из рук
- а вдруг загорится, как предыдущее? Хлопоты Фитца, который буквально не давал ей ни
рукой, ни ногой двинуть, раздражали Фионну.
В надлежащий момент Фионна направилась к сцене. Фитц пополз за ней на коленях,
придерживая подол платья, чтобы оно не зацепилось за половицы. Махнув рукой, Фионна
случайно шлепнула его по макушке. Оба от неожиданности подскочили на месте. Фионна
обернулась и смерила Фитца ледяным взглядом, способным заморозить даже ртуть.
- Да хватит в самом деле! - вскричала она. - Кыш! Прочь отсюда!
Замявшись, Фитц отошел на край сцены. Его пальцы беспокойно теребили концы
клеенчатого портновского метра, который висел у него на шее. Лора Мэннинг глянула на него с
укором, призывая коллегу к профессионализму.
- И внимание! - возгласил режиссер Хью Бэнкс, обходя вокруг сцены. - Первые
фонтаны света включаются на рампе на счет шесть. Точно шесть, милочка? - уточнил он,
поправив наушники. Прислушался. Кивнул. - И ВЫХОД!
Музыканты продолжали играть.
Лиз и Бобо вооружились всем своим магическим арсеналом. Ни англичанка, ни
американец не имели особого желания посвящать друг друга в секреты своих ведомств, но Лиз
заявила, что, применяя несогласованные заклинания, они просто не дадут друг другу работать.
Но лишь когда она достала свой собственный мешочек с амулетами и прочими
приспособлениями и вывалила все наружу, а сам мешочек вывернула наизнанку, Бобо
расслабился и позволил ей ознакомиться со своим собственным секретным арсеналом. Он
произвел на Лиз большое впечатление. Впрочем, англичанка постаралась утаить свое
восхищение - и понадеялась, что Бобо в этот миг сдерживает то же самое чувство. Бывшей
Британской Империи, хоть и сильно съежившейся в размерах, негоже сильно отставать от своей
бывшей колонии. На каждый американский оберег у Лиз находился свой. С правдоискателями,
противоожоговой сывороткой (очень полезная вещь для человека, постоянно колдующего на
свечах), глазоотводами для нежеланных очевидцев и прочим тоже было все в порядке.
- Все сначала! - взвыла Фионна, когда мелодия утонула в громоподобном треске. -
Меня эти толпы совсем заколебали. Все, кому нечего делать на сцене, брысь отсюда!
И, чтобы окончательно снять все сомнения, испепелила взглядом Лиз и Бобо. Найджел
Питере направился было в их сторону, но Бобо уже подхватил свою коллегу под локоть и
потянул в зал. Пятясь, Лиз подобрала себе наиболее удобный НП, откуда просматривалась бы
сцена, и остановилась. Питере метнул в их сторону взгляд, полный немой благодарности. Вид у
него был замученный, точно он всю ночь не смыкал глаз.
Зловещая туша "Джамботрона" по сравнению с вчерашним вечером спустилась ниже. Его
брюхо ощетинилось круглыми прожекторами и черными коробками - вероятно,
предположила Лиз, то было оборудование для спецэффектов. Со всех сторон "Джамботрона",
скрывая от зрителей осветительные приборы, свисали огромные плакаты группы - причем
разные. С каждой стороны на первом плане находился кто-то один из четырех членов группы.
Про себя Лиз заметила, что Фионна изображена прямо-таки в виде невесты Франкенштейна:
разинутый рот, искаженное ужасом лицо. Тут Лиз не смогла сдержать усмешки.
В зал вошла деловитая процессия - человек десять обоего пола в джинсовых робах. Они
внесли на плечах алюминиевые ящики. Все они были незнакомы Лиз. Она потянула Бобо за
рукав.
- Телевизионщики, - пояснил тот. У Лиз сердце упало в пятки.
- Они что же, будут транслировать концерт живьем? В таких-то обстоятельствах? Дело
пахнет катастрофой!
- Спокойно, - утешил ее Бобо. - Никакой прямой трансляции не будет - только
запись. Камеры у них с длиннофокусными объективами. Мистер Питере сказал, что они хотят
снимать сцену с полудюжины разных точек. Лучшие планы будут показывать на экранах
"Джамботрона" - чтобы даже с дешевых мест были видны драматические рожи и все такое.
- Отличная мысль, - просияла Лиз. - Когда между публикой и сценой целое
футбольное поле, большие экраны - просто находка.
Ей вспомнилось, что из аппаратной музыканты кажутся не больше фигурок на свадебном
торте. Неужели посетителей концертов это устраивает? В то же самое время "Джамботрон"
продолжал ее нервировать. Исполинский ящик абсолютно неподвижно свисал со своих опор, но
ни капли доверия он у Лиз не вызывал. "Прямо-таки тучи Судного дня", - в очередной раз
подумалось ей.
- Утро доброе, агент Будро, - раздался у них за спиной звучный голос. Обернувшись,
Лиз и Борей увидели мистера Уинслоу, административного директора комплекса. Как и прежде,
он был в щегольском белом костюме. Он подошел пожать Бобо руку. - Вот зашел
посмотреть.., как идут дела. Все чудесно, а?
- Знаете ли... - начал Борей.
Эдди Винсент энергично ударил по клавишам электрооргана. Нестройный аккорд
вырвался из колонок, пронзительный, как гудок на стройплощадке, извещающий о конце
рабочего дня. Все схватились за уши.
Страдальческие складки избороздили лицо мистера Уинслоу.
- Ну что ж, пойду, пожалуй. Не хотелось бы путаться под ногами.
- Я уверен, что группе вы совершенно не мешаете, - заметил Бобо.
- Сказать по чести, - произнес директор, пятясь в сторону коридора, - у меня от этой
музыки уши болят. Ну, вам-то, молодым, она, наверно, нравится...
Бобо с видом заговорщика приложил к губам палец.
- Э-гм, простите за намек, мистер Уинслоу, но мы должны привлекать к себе как можно
меньше внимания, так что позвольте на сем с вами распрощаться.
- О-о! Понимаю! - воскликнул мистер Уинслоу с приятно-изумленным видом человека,
который случайно оказался причастен к самым настоящим шпионским приключениям. И вновь
пожал Бобо руку. - Рад был увидеться с вами, агент. И с вашей.., прелестной ассистенткой.
Всего хорошего, мэм. Мы очень ценим вашу посильную помощь. - Мистер Уинслоу слегка
поклонился.
- Ассистенткой! Но я вовсе... - запротестовала Лиз, но пальцы Бобо сильно стиснули ее
запястье.
- Пусть идет, Лиз, - прошептал Бобо.
- Но он подумал, что я ваша ассистентка! Почему вы мне не дали... - Мистер Уинслоу
свернул в конце коридора налево, к длинным эскалаторам, ведущим в фойе. Его еще можно
было догнать.
- Неужели так уж важно, что он там себе думает? - прервал ее Бобо.
Высвободив свою руку, Лиз призадумалась. Уставилась сощуренными глазами на Бобо.
- Ну хорошо, почему вы постарались от него так быстро отделаться?
- Не знаю, заметили вы или как, - небрежно произнес Бобо, - но у мистера Уинслоу
есть одна привычка: прерывать фразу на середине, пока вы на него не посмотрите. Значит, если
бы мы с ним здесь стояли и гнали светскую пургу, мы бы не смогли следить за сценой.
Брови Лиз удивленно взлетели кверху.
- Да, вы совершенно правы. Прошу прощения. Но при следующей встрече я ему все
растолкую. Я не ассистентка.
- Я правильно сказал, что мы должны привлекать к себе как можно меньше
внимания? - поинтересовался Бобо, созерцая Лиз ангельски-голубыми глазами.
- Да, но...
- Значит, я вам помогаю соблюдать конспирацию, - заявил Бобо со своей коронной
ослепительной улыбкой, явно считая свой довод решающим. В глазах Лиз блеснула ярость. Как
бы то ни было, догонять мистера Уинслоу бессмысленно. Борей опять ее обошел. Но ничего,
еще посмотрим, кто кого.
Музыка зазвучала вновь. Лучи прожекторов скользили по сцене. Майкл поднялся по
лестнице из кулис. Золотистый свет пролился на него сверху. Слоновая кость лица и рук, точно
светящихся изнутри, полыхающие огнем гитарные струны, венчик золотых бликов на темных
волосах. Он был так хорош собой, что у Лиз перехватило дыхание.
Прожектора осветили и клавишника с барабанщиком. Казалось, будто над их длинными
патлами возникли сияющие нимбы. Майкл шагнул вперед - и вышел из светового круга.
Нахмурившись, Майкл посмотрел себе под ноги. Задрал голову.
- Стоп! - вскрикнул он. - Стоп! Музыка смолкла.
- Ну что там еще со светом?
Как только все подняли глаза кверху, в районе "Джамботрона" вспух и разорвался
огромный огненный шар. Лиз едва не пульнула в сторону сцены оберегом, призванным
защитить людей. И лишь благодаря своей быстрой реакции, выработанной в результате
упорных тренировок, умудрилась не раздавить ингредиенты в кулаке, когда поняла, что это
просто взорвалась какая-то лампа. На сцену посыпались искры. Техники схватились за головы.
И только Майкл невозмутимо, с видом рассерженного начальника стоял под огненным дождем.
- Это был мой прожектор?
- Проверьте, кто-нибудь! - Техники засуетились. завопил режиссер.
Бобо решительно, но безболезненно взял Лиз за запястье и разжал ее пальцы. Та
изумленно уставилась на него. Бобо взял с ее ладони хрупкий восковой кокон. - Лиз, здесь
этим нельзя пользоваться, - заявил он.
- Это почему же? Он совершенно безопасный. Оберег против пожара.
- Позвольте заметить, у него дальности маловато. Всю сцену не покроет.
- Значит, я задействую сразу два, - разозлилась Лиз. - Двух с лихвой хватит.
- А два будут друг друга тормозить и не долетят, даже если вы будете распевать
заклинание во всю глотку. А если вообще издали придется?
- А у вас, значит, найдется кое-что получше? - процедила Лиз.
- Еще как, - отвечал Бобо самым дружелюбным тоном. - Утром я связался с
начальством. Они разрешили поделиться с вами вот этим.
И он протянул Лиз несколько саше. Лиз уставилась на них с недоверием. Саше испускали
сильный запах мирры и портулака - травы-амулета, традиционно повинующейся стихии воды.
Лиз не могла признать, что саше - тонкие бумажные конверты, аккуратно зашитые
кукурузными волокнами, - изготовлены рукой мастера. - Попозже мы вам и формулу
передадим. Если эти штучки вас устроят, конечно.
- Спасибо, - произнесла Лиз, пытаясь скрыть свой сарказм. "Помогли бедной
родственнице", - пробурчала она мысленно, просто-таки кипя от ярости. Вот ведь всезнайка
нашелся. Его правительство явно может позволить себе более качественные вещи, чем ее
правительство. Очередной случай бесстыдного выпендрежа. - Это не тот оберег, о котором вы
подумали, - сказала она, стыдясь своего неровного кокона с мокрыми кристалликами внутри,
очень похожими на соль для ванны.
- Ну, я вообще-то уверен, что угадал, - сказал Бобо, со всеми возможными
предосторожностями возвращая ей кокон. - Наша разведка хорошо работает.
- А наша техника не стоит на месте, и вообще... - Лиз прикусила язык. Она чуть не
проболталась, что является ведьмой в бог весть каком поколении и умеет делать эффективные
обереги, тысяча чертей! Затем, к своему полному отчаянию, Лиз осознала, что Бобо наверняка и
это знает. Лиз призвала себя вспомнить о профессионализме. Она на задании. Но потом -
потом она выскажет этому наглецу все, что о нем думает. Лиз учтиво взяла у Бобо саше и
выслушала инструкции по их применению.
- "Бимити полоп карума"?
- "Каруна", - поправил Бобо. - Через "н". Лиз кивнула. Смешно: американцы
уверяют, что в отличие от англичан не верят в магию, но их соответствующее ведомство
создало более успешные контрзаклинания для гипо
...Закладка в соц.сетях
