Жанр: Фантастика
Звездный взвод 4. Стальная кожа
...льный дух боргов. В противном случае
нападения оливийцев еще долго не прекратятся. Одним ударом мы решим все проблемы.
- Найти группу мутантов в пустыне Смерти непросто, - задумчиво сказал майор.
- Следы хорошо видны на песке, - возразил Тино.
- Я должен посоветоваться с командующим, - тяжело вздохнул офицер.
- Меня бесит ваша трусость! - гневно воскликнул самурай. - Неужели так трудно
принять самостоятельное решение? Победителей не судят. Пока вы думаете, начнет темнеть.
Вести поиски ночью бессмысленно и опасно. Полковник не способен сейчас быстро
соображать. Он потрясен большими потерями и находится в прострации. О штабных крысах
даже не говорю.
- Хорошо, - грустно улыбнулся аланец. - Повышение по службе мне не светит, а
взыскания все равно не избежать. Возан обязательно возложит всю вину на командиров полков.
Берите машины и двадцать солдат. Постарайтесь обойтись без жертв.
Спустя пять минут бронетранспортеры устремились в погоню за беглецами. Почти сразу
отряд наткнулся на группу отступающих тасконцев. Раненые, уставшие борги медленно брели
на юго-восток.
Наводчики открыли огонь из крупнокалиберных пулеметов. Почти никто из оливийцев не
спасся. Останавливаться Аято водителю не разрешил. Машины на предельной скорости
двигались дальше.
Японец не ошибся - следы мутантов уходили в одном направлении. Племя хотело
укрыться в саванне. Путь неблизкий, но другого шанса уцелеть у тасконцев не было.
То и дело между барханами мелькали фигуры боргов. Услышав рев моторов, оливийцы
предусмотрительно прятались за высокими дюнами.
По расчетам Тино, отряд Талика преодолел километров десять-двенадцать.
Примерно через полчаса самурай приказал снизить скорость. Сидя на броне, наемник
внимательно вглядывался в отпечатки ног на песке. Русич с равнодушным видом потягивал
теплую воду из фляги.
Затея Аято казалось Олесю глупой и абсурдной. Мутанты уже никогда не вернутся в
Аклин. Да и вряд ли вождь племени действительно владеет Конзорским Крестом. Случайное
совпадение.
Японец приподнялся со своего места и громко крикнул:
- Борги справа!
Примерно в пятистах метрах от машин шла группа оливийцев. Тотчас раздалась длинная
очередь из пулемета. Несколько мутантов покачнулись и упали.
Вскоре бронетранспортеры догнали беглецов. На земле лежали мертвые женщины и дети.
- Проклятие! - выругался Тино. - Талик где-то рядом. Я уверен в этом.
Спорить с самураем никто из десантников не посмел. Солдаты послушно исполняли все
приказы землянина. Добивать раненых воины не стали. За них это сделает пустыня.
Поиски затягивались. Диск Сириуса клонился к горизонту.
Наконец на склоне пологого бархана наблюдатель заметил вооруженных боргов. Отряд
оливийцев двигался довольно быстро. Аято насчитал пятнадцать человек.
Мутанты постоянно оглядывались. О преследователях они уже знали. Расстояние между
противниками неуклонно сокращалось. Тасконцы упорно карабкались наверх. Они хотели
спрятаться за дюной.
- Огонь! - скомандовал японец наводчику.
Пули скосили сразу четверых. Борги уткнулись в песок и замерли. Промахнуться с
пятисот метров невозможно. Группа оливийцев таяла на глазах.
До вершины добрались только шестеро. Неуклюже взмахнув руками, упал еще один
мутант. Его труп медленно сполз вниз по склону. Стрельба сразу стихла.
Пехотинцы покинули десантные отделение машины и заняли круговую оборону. Тино
спрыгнул с бронетранспортера и осмотрелся по сторонам. Тасконцев поблизости не было.
- Олесь, слезай! - вымолвил самурай. - Надо прикончить вождя боргов.
- А что делать нам? - осторожно вставил сержант, парень лет двадцати пяти.
- Оставайся здесь, - проговорил Аято. - Если появятся мутанты - уничтожьте
мерзавцев.
Обнажив клинки, наемники начали подниматься на бархан. Численное превосходство
оливийцев Тино совершенно не пугало. Он знал, как действовать в подобной ситуации.
Храбров шел чуть позади японца. Особого энтузиазма этот поход у него не вызывал.
Тасконцы двигаются быстро, и догнать беглецов будет нелегко.
Минут через пять земляне достигли вершины. К удивлению русича, борги находились
всего в тридцати метрах от воинов. Оливийцы словно ждали врага.
В воздухе раздался пронзительный свист. Олесь едва успел увернуться.
Стрела пролетела возле головы.
Самураю повезло меньше. Вскрикнув от боли, Аято опустился на колено. Из левого бедра
торчало окровавленное оперение.
- Вот гады! - раздраженно пробурчал японец, обламывая древко.
Между тем, размахивая оружием, мутанты устремились к наемникам. Тино с
равнодушным видом снял с пояса две гранаты и бросил их одну за другой. Взрывы разметали
тасконцев. Пятеро боргов распластались на склоне дюны.
- Так-то лучше... - усмехнулся самурай, вставая на ноги.
Заметно прихрамывая, Аято направился к убитым оливийцам. Стоило ближайшему
мутанту пошевелиться, как меч японца пронзил его грудь. Русич безжалостно добил второго
раненого тасконца.
Бой длился недолго. У боргов не было ни единого шанса.
- Как ты узнал, что они спрятались за барханом? - спросил Олесь.
- Оливийцы - не дураки, - ответил Тино, склоняясь к высокому, широкоплечему
мутанту с длинными волосами. - На открытом пространстве мы бы просто расстреляли отряд.
Идти дальше - равносильно самоубийству. Тасконцы решили вступить с противником в
рукопашную схватку. Машинам по такому склону наверх не подняться.
Самурай обыскал мертвого борга, но ничего не обнаружил.
Сзади послышалась частая стрельба. Видимо, аланцы заметили новую группу оливийцев.
Аято на это не отреагировал. Он приблизился к коренастому оливийцу и бесцеремонно
перевернул его на спину. Осколки гранат буквально изрешетили грудь мутанта. Одежда
покойника обильно пропиталась кровью. Японец достал кинжал и вспорол рубаху тасконца.
- Матерь Божья! - невольно вырвалось из уст Храброва. В лучах Сириуса сверкал
Конзорский Крест. Изящная, изогнутая форма, плавные линии, на гладкой поверхности -
витиеватый рисунок, в центре пылает огромный ограненный рубин. В длину драгоценность
достигала двадцати сантиметров.
Тино разрезал грязную веревку и взял крест в руки.
- А он тяжелый... - довольно улыбнулся самурай.
- Невероятно, - произнес русич. - Я ведь не верил, что мы его найдем. Странные
видения, пыльные каталоги, кровавые надписи на стенах - цепь безумных совпадений...
- Любые случайности обладают определенной закономерностью, - возразил Аято. -
Реальность часто бывает куда удивительнее и страшнее вымысла. В мире все предопределено.
- На северо-западе около полусотни боргов! - выкрикнул молодой десантник, спускаясь
с вершины бархана. - Сержант послал меня предупредить вас об опасности...
Парень остановился в трех метрах от наемников. Он не мог оторвать взгляда от
оливийской реликвии. Ничего подобного десантник раньше не видел. Древние произведения
искусства хранились в аланских музеях, доступ туда непосвященным закрыт.
- Твой сержант кретин, - зло процедил сквозь зубы японец. - Я же приказал ему
оставаться у машин. Теперь у меня нет выхода... Солдат, иди сюда, помоги мне перевернуть
мутанта.
- Слушаюсь, - отчеканил пехотинец, склоняясь к тасконцу, заколотому Тино.
Самурай поднял с песка меч борга и наотмашь ударил десантника по шее. Парень
беззвучно рухнул рядом с оливийцем. На всякий случай Аято проверил пульс бедняги.
- Ты сошел с ума! - изумленно выдохнул Олесь. - Он же мертв!
- Конечно. О Конзорском Кресте не должен знать никто. Требовать сохранения тайны от
аланца - величайшая глупость. Служба безопасности вытряхнула бы из юнца всю правду, до
мельчайших подробностей. Я не могу позволить себе такой риск.
Храбров лишь бессильно развел руками. На убитого пехотинца русич старался не
смотреть. Несчастный парень поплатился жизнью за ошибку командира.
Тино вложил меч в руку мутанта и, прихрамывая, направился к бронетранспортерам.
Олесь устало брел сзади.
Настроение было отвратительное. Подобной развязки русич никак не ожидал.
Не обращая внимания на солдат, самурай жестко отчитал сержанта и пригрозил, что
обязательно доложит о случившемся майору Ходсону. Ответственность за гибель десантника
Аято целиком и полностью возложил на аланца.
Низко опустив голову, пехотинец молча слушал наемника, даже не пытаясь возражать.
Вскоре солдаты погрузили тело мертвого товарища на машину, и отряд двинулся в
сторону Аклина. Диск Сириуса уже коснулся песчаных дюн, окрасив их в оранжево-красный
цвет.
Под курткой японца была надежно спрятана древняя реликвия Оливии. Легенда оказалась
права. На протяжении всей истории Конзорский Крест собирал обильную кровавую жатву.
Сегодня его жертвой стал простой аланский парень. Кто следующий?
ЭПИЛОГ
Спустя два месяца небольшая группа землян вошла в сектор гетер Морсвила. Кроме
Стюарта, на этот раз высокой чести побывать в Нейтралке удостоился Дойл.
Гигант с нескрываемым восхищением разглядывал уцелевшие кварталы города. Даже в
таком виде оливийский мегаполис производил неизгладимое впечатление. Мануто стал
полноправным членом сплоченного отряда ветеранов.
В "Грехах и пороках" наемники закатили настоящий пир.
Пиво лилось рекой. Кроме Весты, никто не заметил, как из зала исчезли Тино и Олесь.
Воины не спеша двинулись в сторону единственного морсвилского кладбища. На улицах
города быстро темнело. Лишь кое-где, разгоняя мрак, горели смоляные факела.
Впереди показались знакомые очертания домов. Еще один поворот - и...
Перед землянами неожиданно выросла сгорбленная уродливая фигура мужчины.
- Вы сегодня что-то припозднились, - угрюмо произнес Кошмарный Дол.
- Обстоятельства, - вымолвил самурай, приближаясь к тасконцу.
Вытащив из-за пояса кинжал, Аято протянул его смотрителю кладбища и тихо добавил:
- Мы опасаемся слежки. Нам необходимо всего пять минут.
- Можете не беспокоиться, - оскалил зубы оливиец. - Мимо меня не проскользнет ни
человек, ни мутант. На этой территории Нейтрального сектора я полноправный хозяин.
Наемники тут же растворились в вечернем сумраке. Огибая могильные камни, воины шли
на северо-восток.
Вскоре Храбров остановился возле небольших песчаных холмиков. Ошибиться русич не
мог. Именно здесь погребены Агадай, Риме и Кайнц. Кажется, это случилось совсем недавно,
словно вчера...
Маленькая, измотанная погоней группа достигла Морсвила. Прорыв через кварталы
Чистых, несколько дней отдыха - и решающий рывок к космодрому. Из двенадцати
разведчиков уцелело лишь пятеро...
А ведь с тех пор минуло почти два года. Невероятно!
Японец осмотрелся по сторонам, прислушался, достал из-под куртки саперную лопатку и
начал быстро копать возле камня. Когда яма достигла в глубину метра, Тино взглянул на
товарища, требовательно протянул руку и едва слышно сказал:
- Давай!
Олесь молча подал самураю металлическую коробку из-под патронов.
В ней лежал Конзорский Крест. Более надежного места для хранения оливийской
реликвии земляне не нашли. Оставлять драгоценную вещь в лагере на "Центральном"
наемники не решились.
Во время боевых операций служба безопасности частенько производит обыск бараков.
Иметь огнестрельное оружие воинам категорически запрещено. Автоматы землянам выдают
только перед походом.
Не исключено, что аланцы знают историю Конзорского Креста и захотят им завладеть.
Носить реликвию постоянно при себе чересчур рискованно. Альтернативы Морсвилу нет.
Доверить ценную вещь Сфину? Он в неоплатном долгу перед наемниками. А если кто-то
увидит Крест? Тогда за жизнь Орэла воины не дадут и ломаного гроша. Искушение слишком
велико.
Веста? Этот вариант Храбров отмел сразу. Подвергать девушку опасности русич не станет
ни при каких обстоятельствах.
Идея превратить могилы погибших разведчиков в тайник пришла в голову Аято.
Кошмарный Дол никому не позволит копаться в останках покойников.
Аккуратно заровняв холмик, японец встал, отряхнул с колен песок и грустно заметил:
- Надеюсь, Освальд сбережет нашу добычу. Чтобы заполучить ее, мы пролили немало
крови.
Земляне покинули кладбище и направились к "Грехам и порокам".
Заведение Броуна было озарено огнями многочисленных факелов. Ночное веселье там
только начинается. Из зала доносились возбужденные крики подвыпивших посетителей.
Обнимая двух полуобнаженных женщин, Дойл горланил какую-то песню. Разобрать слова
Олесь не сумел. Де Креньян спал, уткнувшись головой в стол. Рядом с Жаком сидела Веста.
Заметив возлюбленного, тасконка радостно улыбнулась и двинулась к Храброву. Никаких
вопросов девушка не задавала.
- Пойдем наверх, - вымолвил юноша. - У меня сегодня тоскливое настроение.
- Конечно, - произнесла оливийка. - Наедине нам будет гораздо лучше.
- Это верно, - согласился с Вестой русич, прикасаясь губами к ее щеке.
Олесь стоял возле окна и задумчиво смотрел на пробуждающийся от сна город.
Морсвил оживал с каждым мгновением. Небо приобрело обычный сине-зеленый оттенок,
дома окрасились в розово-красный цвет, стражи порядка тушили чадящие факелы, жители
Нейтралки спешили по своим делам.
Во время утренней прохлады сектор казался особенно многолюдным. И хотя Храбров не
видел Сириуса, он прекрасно знал, что огромная белая звезда уже показалась из-за горизонта.
Начинался новый день.
Сколько их было в истории планеты? Наверное, миллионы...
Человеку никогда не понять тайны мироздания. Слишком короткий путь познания
проделала эта Богом созданная разумная раса. И еще неизвестно, не оборвется ли когда-нибудь
тонкая нить продолжения рода.
Мы так часто делаем роковые ошибки... В нас слишком много пороков. Тщеславие и
властолюбие, жадность и похоть, жестокость и мстительность - любой из них способен
привести человечество к пропасти.
Таскона проделала нелегкий путь от варварства до звездного могущества за нескольких
тысяч лет - и рухнула в бездну дикости в течение одного дня.
На руинах некогда цветущего города понимаешь бренность собственного существования
особенно отчетливо.
Сегодня русичу исполнилось двадцать два года. Не ахти какой возраст. Но сколько же
испытаний выпало на долю юноши!
Разве могли его родители хотя бы предположить, что их сыну уготована судьба
наемников на далекой, неизвестной планете! Воистину, верно говорится, что пути Господни
неисповедимы.
Тяжело вздохнув, Олесь отвернулся от окна. Вид Морсвила всегда наводил юношу на
тягостные размышления.
На кровати, широко раскинув руки, спала Веста. Длинные темные волосы разбросаны по
подушке, на щеках легкий румянец, дыхание ровное, спокойное. Девушка необычайно хороша.
Даже в этом страшном мире есть место для красоты. Любовь оливийки согрела душу
Храброва, растопила лед в его сердце. Жаль, что русич не может ответить ей тем же.
Как юноша ни старался, выбросить из памяти образ миловидной русоволосой аланки он
оказался не в силах. Глупые, несбыточные, мальчишеские чувства!..
В то же самое время по коридору академии Внешних цивилизаций стремительно
двигалась Олис Кроул. Аккуратно уложенные волосы, легкий, едва заметный макияж, строгий
костюм, уверенный взгляд. Девушка направлялась в кабинет Виндоула.
До окончания обучения оставалось два месяца. Пришла пора сделать выбор. Слушатели
должны были определиться с местом предстоящей работы.
Перед Олис открывались неограниченные возможности: научная деятельность, должность
преподавателя в академии, дальние экспедиции к звездам, отдел социологии в службе
безопасности...
Стремительный карьерный взлет Кроул поражал очень многих и нередко вызывал зависть.
Уже через пару лет она будет способна достичь вершины в аланской иерархии власти.
Однако, ко всеобщему удивлению, девушка приняла очень необычное и неожиданное
решение. Олис попросила назначить ее в отдел, занимающийся освоением Тасконы.
На первый взгляд это казалось ошибкой. Колонизация планеты шла чрезвычайно
медленно и тяжело. Явный тупик.
Впрочем, Кроул так не считала.
Руководитель академии не стал спорить и, посоветовавшись с Великим Координатором,
утвердил прошение. Теперь после выпускных экзаменов девушке придется покинуть Фланкию.
Отдел располагался в городе Торнтон, почти в двух тысячах километрах от столицы...
Стоун был в шоке. Их отношения подвергались серьезному испытанию.
Сама же Олис совершено не переживала. Разлука со Стилом ее не пугала. Он отличный
парень, но... Кроул сделала решительный шаг на пути к своей цели.
Аланка хотела еще раз увидеть Олеся и окончательно разобраться в собственных
чувствах.
Почему воспоминания об этом странном дикаре так будоражат нежную девичью душу?
Почему она, как ни старается, никак не в силах выкинуть Олеся из памяти?..
Ответить себе честно на поставленный вопрос Олис боялась.
Воистину, любовь не ведает пощады!
Файл из библиотеки Фензина http://www.fenzin.org
Любишь фантастику? Давай на Фензин!
Закладка в соц.сетях
