Жанр: Фантастика
Игроземье 1-3.
...ет ошарашенно уставился на него. Казалось, никто, кроме него, не был потрясен
смертью Дирака. Сам он чувствовал глубокое горе хотя бы потому, что Майер потеряла
своего отца. Брил пихнул его локтем под ребро.
- Мы подарим вам любые идеи, какие только придут нам в голову, - сказал Вейлрет, -
но мы хотели просить вас о помощи. Нам необходимо пересечь океан.
Морзе поднялся и отряхнул пыль со своих рук. По одной ладони струилась кровь.
Остальные ситналтане уже разбирали обломки. Вейлрету не хотелось присутствовать
при том, как они достанут оттуда изуродованное тело Дирака.
- Тогда идите к центру города, - сказал Морзе, указав в соответствующем направлении.
- Мы продолжаем множество строительных проектов. Нам нужно восстанавливать
наши здания быстрее, чем это проклятье заставляет нас снова разрушать их. Вы увидите там
профессора Франкенштейна. Да, новые Идеи. Возможно, это единственное, что еще может
нас спасти.
Вейлрет и Брил поспешили по улицам Ситналты, чувствуя какое-то странное
угнетение. Вейлрет еще не смог определить, что же происходит.
- Это что-то вроде Скартариса в Тайре, снова манипуляция бессознательными
персонажами, - сказал Брил.
Вейлрет заметил паровые машины для очистки улиц, которые тщательно вылизывали
сточные канавы. Он вспомнил, как Майер говорила ему, что Дирак был первым, кто
запатентовал их. Он покачал головой. Нет, не как Скартарис. Персонажи здесь понимают,
что они делают. Просто они не могут управлять своим телом.
Брил заморгал:
- Похоже на колдовство.
Вейлрет даже остановился от этой мысли.
- Колдовство в Ситналте? Но мы внутри технологического кольца.
- А ты не думаешь, что Правила могли потерять силу?
Послышавшиеся из-за угла звуки привели их на широкую площадь. Горожане
собрались перед высоким зданием, у которого были выбиты все окна и рухнули колонны
фасада. Ситналтане сейчас возводили вокруг него леса, оснащали их канатами и лебедками.
Повсюду лежали новые строительные материалы, кирпичи и раствор, бревна, доставленные
из ближайших лесов, и каменные блоки. Тут же закладывались новые фундаменты.
Горожане карабкались вверх по фасаду здания. По заметному участку новой стены Вейлрет
мог видеть, как много уже сделано, и явно в течение одного дня.
Некоторые горожане обратили на него внимание, но большинство было слишком
поглощено своим делом, чтобы отвлекаться на такие мелочи. Казалось, они боялись
остановиться хотя бы на минуту.
Тросы заскрипели, и новый кусок оконного стекла, качаясь из стороны в сторону,
пополз наверх, затем повис, в то время как четыре ситналтанина крутили лебедку, затаскивая
его на второй этаж, где было выбито большое окно.
- Извините нас, - крикнул Вейлрет, - это очень важно!
Каждый горожанин, работающий на строительстве, остановился, как автомат,
выключенный чьей-то невидимой рукой. Вейлрет никак не мог понять, как ему удалось
достичь такой немедленной реакции - впрочем, ситналтане тут же застонали в унисон:
- Стоять! Не сейчас!
Две женщины, которые вертели лебедки, поднимавшие стекла, отступили назад. Одна
пнула расцепляющий механизм, и тросы загудели, разматываясь. Стекло упало вниз на
мостовую и разбилось на маленькие кусочки.
Другие ситналтане, проклиная себя, ринулись крушить леса, выгибая подпирающие
стойки. Железные ломы горожан впивались в свежую кирпичную кладку. Персонажи рьяно
били окна с помощью досок, но при этом поглядывали с ужасом друг на друга.
Один из них перерезал трос люльки, посылая себя и еще четырех ситналтан лететь вниз
головой на каменную мостовую. Тяжелая люлька, полная кирпича и камня, похоронила их
под собой.
Девять ситналтан при помощи рычагов и блоков подняли наверх тяжелые грузы, с
помощью которых они быстро снесли половину целого фасада. И конечно, стенали при этом
от ужаса.
Вейлрет наконец понял, где он находится. В центре площади был недействующий,
застоявшийся фонтан. В зеленоватой воде описывали медленные круги покрытые тиной
механические рыбки. Несколько из них неподвижно лежали на дне, где обросли
водорослями.
Напротив, через площадь, находился перестроенный мавзолей-музей, в котором
хранились рукописи великого изобретателя Максвелла, которого ситналтане почитали как
основателя своего города. Когда Вейлрет был в Ситналте в первый раз, мавзолей был
охвачен огнем. Он ворвался внутрь, чтобы спасти драгоценные бумаги, в то время как
ситналтане не выказывали особого желания взять на себя такой риск.
Теперь горожане карабкались поверх обломков здания, которое они только что
разрушили. Построившись в стройные ряды, они маршировали через площадь, огибая
мертвый фонтан, у которого стояли, уставившись на них, Вейлрет и Брил. Ситналтане
направлялись прямо к перестроенному зданию мавзолея.
Ситналтане и сами видели, что именно заставляет их сделать невидимая сила, и
пытались сопротивляться с удвоенной энергией. Одной отважной женщине удалось
опрокинуть себя на пути марширующей колонны. Три следующих персонажа повалились на
нее, а остальные продолжали маршировать, наступая на ее тело. Она кричала от боли, но не
могла выбраться из-под ног.
Вейлрет ринулся вперед, расталкивая горожан локтями. Он потянул женщину прочь;
Брил схватил ее за другую руку и помог ему тащить ее по булыжной мостовой. Она
задыхалась и, казалось, пребывала в болевом шоке.
- Не меня! Если вы можете двигаться, остановите их! Они уничтожат Грамоту
Ситналты!
Несчетное количество ситналтан приближалось к своей цели. Вейлрет посмотрел на
Брила. Вдвоем они не могли сразиться с таким количеством одуревших людей. Даже если
сами ситналтане не желают им никакого зла, сила, контролирующая их, вряд ли подвержена
приступам жалости.
- Брил, попробуй Камень Воздуха! - сказал Вейлрет. - Смути их.
Брил вытащил четырехгранный брильянт, но стал возражать:
- Это же Ситналта. Магия здесь не сработает.
- По крайней мере попытайся, - настаивал Вейлрет. - Это наш единственный шанс.
Брил закрыл глаза и швырнул брильянт на землю. Выпала цифра "три". Вейлрет
стукнул кулаком по ладони.
- Ну и ну! - поразился Брил.
- Я и не рассчитывал, что здесь выпадет что-нибудь, кроме "единицы".
Но через секунду он уже подхватил брильянт и полностью сконцентрировался на своем
воображении.
Вокруг здания вырос лабиринт из кустов ежевики с острыми и длинными шипами.
Закрыв глаза, Брил обеими руками сжимал Камень Воздуха. Ситналтане остановились,
оторопев от неожиданности. Несколько человек двинулись вдоль лабиринта, но так и не
нашли возможности преодолеть его. Они остановились и огляделись, словно собираясь с
силами. Вейлрет боялся того, что они могут сделать.
Затем персонажи одной из колонн ринулись вперед, не пряча лиц и не колеблясь.
Вейлрет не знал, игнорировали ли они преграду из ежевики, отказываясь верить
собственным глазам, или невидимая сила хорошо знала цену иллюзиям. - В любом случае,
колонны ситналтан маршировали через иллюзорные кусты ежевики.
- Не сработало, - пробормотал Брил. Он отпустил брильянт, и иллюзия рассеялась.
- Пора приступать к более решительным действиям, - сказал Вейлрет. - У тебя есть
Камень Огня. Посмотрим, что он сделает.
Брил посмотрел на рубин.
- Если уж Камень Воздуха дал осечку, то глупо рассчитывать, что этот сработает.
Шансы...
- Ну хоть попытайся!
Брил бросил восьмигранный рубин, и тот приземлился, показывая "пять" - еще один
успех.
На этот раз высокое кольцо огня полностью окружило здание, хотя там нечему было
гореть, кроме как булыжникам на мостовой. Ситналтане столпились вокруг огненного
кольца, подталкивая друг друга как можно ближе к нему, так что многие подпалили себе
волосы. Дым окуривал их лица, вызывая бешеное чихание. Ясно было, что они неминуемо
погибнут, если попытаются прорваться.
- Ты бы лучше смотрел, что делаешь, Брил. Я совсем не хочу спалить их. Уж лучше
пусть они уничтожат свои чертовы документы.
Но тут ситналтане замедлили свои шаги, остановились и наконец рухнули, отпущенные
на свободу из невидимых тисков.
Как только персонажи стукнулись о землю, большинство из них снова вскочило на
ноги, сжимая кулаки и намереваясь стереть в порошок любого врага, которого только смогут
найти. Впрочем, некоторые оставались сидеть на земле, дрожа и всхлипывая.
- Ситналта заколдована, - сказал Вейлрет. - Ты был прав.
Сейчас ситналтане выглядели так, словно их одурачил какой-то ловкий фокусник.
Одни тупо смотрели на невредимый, хотя и запятнанный дымом мавзолей. Другие с
недоумением пялились на только что разрушенное ими здание.
- Может быть, нам надо просто переплыть через гексагон воды? Я бы даже отдал
горячий суп и теплую постель, чтобы только убраться отсюда. Профессор Морзе был прав. -
Брил дрожал, пряча руки в складках своей синей одежды. Сейчас он казался совсем
старым. - Если этот манипулятор достанет нас, мы рискуем никогда уже не выбраться
отсюда.
- Если этот манипулятор заставит тебя использовать Камень Огня против твоей воли,
тебе хватит одного часа, чтобы стереть с лица земли весь город. - Вейлрет огляделся. Ему
совершенно не хотелось беседовать с пораженными ситналтанами. - Пошли, поищем
профессора Франкенштейна, пока еще чего-нибудь не случилось.
Брил никогда раньше не был в мастерской Верна и Франкенштейна, но Вейлрет
помнил, как он просил профессоров создать новую механическую пару глаз для Пэйнара, чей
магический глаз-посох перестал функционировать в Ситналте.
Ориентируясь по фонтану и музею Максвелла, Вейлрет вспоминал те места в Ситналте,
которые показывала ему когда-то Майер во время их экскурсии по городу: залы
размышлений и огромные комнаты, где горожане бросали кости и записывали полученные
результаты, чтобы рассчитать Правила Вероятности.
- Франкенштейн живет где-то в конце улицы, - сказал он.
С каждым шагом в нем разрастался страх, что невидимая сила вонзит когти в его
собственное сознание, понуждая его тело делать какие-нибудь ужасные вещи, особенно
теперь, когда они с Бри-лом привлекли к себе внимание, воспользовавшись Камнями." Если
эта сила действительно использует магию, чтобы манипулировать персонажами, не
исключено, что она хочет завладеть Камнями.
Чередующиеся в причудливом беспорядке двери и фасады напоминали о разных
исследовательских учреждениях Ситналты. Майер во время той экскурсии старалась
привлечь его внимание к разным деталям, и теперь Вейлрету приходилось собирать их в
единое целое. Майер, помнится, была оскорблена, когда они с Пэйнаром пожелали увидеться
с изобретателями, вместо того чтобы продолжать прогулку. Тогда она остановилась у
какой-то двери, а затем величественно прошествовала прочь, предоставив гостей самим себе.
Вейлрет остановился.
- Вот эта.
Гравированная табличка на двери гласила:
Проф. Франкенштейн и проф. Верн
Свободные Изобретатели
ПРОСЬБА НЕ БЕСПОКОИТЬ
- Давай зайдем, - сказал Вейлрет. Он сильно постучал в дверь, поморщившись, когда
попал ребром ладони по украшенному резьбой косяку.
Изнутри раздались громкие проклятия и грохот падающих книг и каких-то железяк.
Послышались шаги, все еще сопровождающиеся ворчанием. Вейлрет отступил на полшага
назад, спрятавшись за спиной Брила.
- Тебе лучше стоять спереди.
Кто-то дернул дверь изнутри, и оттуда высунулась голова раздраженного, усталого
мужчины. Его темные волосы были всклокочены, жирные полосы проходили по щекам, а
глаза казались совершенно стеклянными. По его голосу чувствовалось, как он возмущен.
- Я здесь занимаюсь важным делом! Если вы хотите...
Он запнулся, выпучив глаза на Вейлрета, а затем повернулся к Брилу. После минутного
замешательства Франкенштейн узнал их обоих, и выражение изумления на его лице
сменилось восторженной улыбкой.
- А, магия! - Он схватил Брила за руку и втащил его внутрь. - Мне нужно, чтобы ты
мне кое-что рассказал!
Вейлрет все же успел проскочить в дверь до того, как Франкенштейн захлопнул ее и
заперся изнутри.
Глава 11
Пушка Верна Правило 9. Оружие в Игроземье может быть
самое разнообразное. От самых простых импровизаций с камнями и
палками до сложных осадных машин. Умные персонажи
приспособят для оружия все что угодно. Те персонажи, у которых
больше всего оружия и оно самое лучшее, имеют наибольшие шансы
на то, чтобы победить в Игре.
Книга Правил
Две уродливые волосатые твари хрюкали от напряжения, держа за гигантские ручки
огромный тигель, чтобы вылить беловато-оранжевый металл прямо в форму. Огненные
искры густо летали по дымному воздуху.
Жюль Берн прищурился, смахивая слезы и пот со своего изможденного лица. Он стер
копоть со щеки. Губы потрескались, рот пересох. Его тело ныло от усталости.
- Хватит, хватит! - крикнул вожак слаков по имени Корукс, видя, как волосатые твари
продолжают заливать форму, хотя она уже давно была полна до краев. Брызги горячего
металла полетели в разные стороны и сильно обожгли одну из тварей. Ее спутанные волосы
вспыхнули, наполнив густым дымом и без того душное помещение. Тварь дико завизжала,
отпустив свой конец рукояти, и стала энергично колотить себя по дымящейся спине.
Тигель наклонился, закачался, и жидкий металл вылился через его край. Вторая тварь
расставила ноги и, отвратительно гримасничая, старалась удержать тигель, чтобы тот не
опрокинулся.
Голова Верна кружилась. Он, с трудом удерживаясь на своих израненных,
забинтованных ногах, отступил назад и прижался к черной от дыма и копоти стене. Один
дородный слак продолжал раздувать меха, поддерживая точную температуру, необходимую
для плавления металла.
- Не останавливаться! - взревел Корукс, перекрикивая царящий в кузнице грохот. - Мы
должны наполнить вторую форму!
Несколько монстров из армии Серрийка крадучись подались к двери. Корукс указал на
одного из них своей когтистой лапой.
- Ты! Займи место этого идиота! И уберите его отсюда. Позаботьтесь о его увечьях,
облегчите боль, а затем убейте его.
Обгоревшая тварь заревела и с трудом поднялась на ноги, она съежилась, видя, как
несколько вооруженных слаков приближаются к ней. Не оборачиваясь, Корукс бросил через
плечо, процедив своим искривленным ртом:
- Можете убить его сразу, если он не желает медицинской помощи.
Еще три твари поднялись с того места, где они на корточках ожидали своей очереди, и
поволокли первую форму прочь, загребая по дороге золу для шлифовки после охлаждения.
Затем они подтянули вторую форму под тигель.
- Если и это новое оружие не будет работать, человек... - Корукс мотнул своей
угловатой головой в сторону тигля. - Мы искупаем тебя вот в этом.
Верн глянул на кипящий металл, но это ничего не прибавило к его и без того
постоянному ощущению кошмара.
- Не думаю, - пробормотал он тихо, но удостоверившись предварительно, что вожак
слаков не услышит его из-за шипения металла. - Я нужен Серрийку, чтобы делать и делать
оружие.
Кое-что было заново создано, кое-что приспособлено к примитивным условиям Тайра.
В старом городе имелось только сырье, кое-что из оборудования и кое-какие инструменты,
но ничего из тех высоких технологий, которые Верн использовал в Ситналте. Тайр зависел
от ручного труда и примитивных инструментов.
Чтобы еще потянуть время, он перепланировал уже существующие в Тайре топки и
кузницы. Он медлил столько, сколько мог, но понимал, что если Серрийку не предоставить
как можно скорее каких-нибудь результатов, то придется лишиться еще нескольких пальцев
ног.
Верн сделал набросок новой пушки, где несколько частей были умышленно искажены.
Если бы пушка потерпела неудачу при испытаниях, потребовалось бы еще некоторое время,
чтобы ее исправить. Но мантикор, чья лапа была такой же огромной, как и листы с
чертежами, пристально глянул на них щелочками своих глаз. Опустив углы рта, он своим
длинным когтем проткнул дырку в бумаге.
- Вот это не будет работать. - Мантикор поднял квадратную морду. Его смертоносные
рога, выступающие изо лба, нацелились прямо на Верна, а звериные глаза сузились еще
больше.
- Кажется, вы допустили ошибку, профессор. Смотрите, чтобы этого больше не
повторилось.
Итак, Верну пришлось переделать свои чертежи, исправив умышленные ошибки. Он
принялся за выпуск первого опытного образца. На этот раз он точно знал, что тот сработает.
Он не мог больше рисковать, придумывая новые дефекты. Конечно, у него никогда не было
гарантии, что его изобретения будут работать в любом случае', потому что всегда
находилось немало разных препон: не правильное, но глубоко укоренившееся в умах
понимание Правил Физики, брак в работе или какие-нибудь ошибки в проектировании, от
которых никто не может быть застрахован.
Но каждый раз, когда Верн думал об этом, подступающее ощущение тошноты
говорило ему, что образец обязательно сработает.
По крайней мере пушка была значительно менее разрушительным орудием, чем
ситналтанское оружие. Подарив Серрийку новую игрушку, Верн, может быть, предотвратит
более серьезные катастрофы. Он подумал, что Франкенштейн сказал бы о таком решении.
Захлебывающийся рев прорезал шумовой фон. Верн повернулся и увидел обгоревшую
тварь, в которую вонзили с трех сторон зазубренные гарпуны.
Стоя рядом с Верном, вожак Корукс улыбнулся так широко, как только могли
раздвинуться его жесткие губы рептилии.
Мантикор Серрийк глухо урчал во сне, растревоженный видениями с ТОЙ СТОРОНЫ.
Мощный взрыв и падающие камни вернули его к действительности. Он поднял свою
огромную косматую голову и прочистил горло булькающим кашлем. Его скорпионий хвост
все еще пульсировал от детонации.
Во сне, преследуемый кошмарами, он, должно быть, метался и хвостом повалил одну
из колонн открытого амфитеатра. Большие каменные блоки рухнули на его львиную спину.
Каждый из них был достаточно тяжел, чтобы смять человеческого персонажа, превратив его
в кровавое месиво, но они только слегка ушибли чудовищное тело слака. Удар камня
напомнил Серрийку, как предательская скала горгульи Аркен врезала по нему во время
битвы в сокровищнице Скартариса.
Тлеющие огоньки в ямах освещали все вокруг оранжеватым сиянием. Серрийк
поморгал и уселся на задние лапы. Стражи, стоявшие вокруг, съежились от страха, гадая, что
же мантикор видел в своих кошмарных видениях.
Серрийк встал на все четыре лапы и потряс головой. Он снова посмотрел на сломанную
колонну и звезды наверху. Их было видно, так как часть перекрытий потолка была снесена.
Он опять видел во сне Игроков. Там, ПО ТУ СТОРОНУ, они сидели в своих уютных
жилищах, склонясь над картой и манипулируя Игроземьем. Серрийк чувствовал, что он
путешествует по умыслу одного из НИХ, Дэвида. Дэвид был юн и глуп, и его банальные
мечты сводились к гигантским рукам, дергающим за марионеточные нити. В его сознании
также таился растущий страх.
Серрийк знал, что являлся лишь результатом малодушия Дэвида. Но ТОТ уже начал
подозревать, какого могущественного соперника создал. Предполагалось, что мантикор
должен быть союзником Дэвида, но у Серрийка имелись свои мысли на этот счет.
Серрийк развлекался битвами, как, по мнению Игроков, и положено было любому
добропорядочному монстру, собирал новые силы и наступал по всей территории. Скартарис
направлял его. Дэвид собирался уничтожить Игроземье, не оставив остальным ничего, с чем
можно было бы Играть.
И когда слаки выступили в поход, Дэвид рассчитывал, что военный вождь монстров,
мантикор, действует заодно с ним. Но теперь у Серрийка было ситналтанское оружие Верна,
и профессор обязан будет создать еще много других смертоносных аппаратов. Армия
нападет на человеческую Цитадель и получит назад великий Камень Огня, который потерял
Энрод, когда он собирался уничтожить большую часть Игроземья. Серрийк знал обо всех
четырех Камнях, три из которых были в руках у человеческого персонажа Делраэля.
Серрийк нападет на орды Делраэля. Но не потому, что того требуют Правила Игры, и
даже не потому, что один из Игроков, Дэвид, хочет, чтобы это случилось. Серрийку нужны
Камни. С Камнями и с ситналтанским оружием у него будет достаточно сил, чтобы нанести
ответный удар.
Утреннее небо казалось таким голубым и прозрачным, что, когда Верн глянул вверх, он
подумал, что мог бы, вероятно, различить границы ТОЙ СТОРОНЫ.
Далеко к западу облака пыли кружились над полем последней битвы против
Скартариса. Никто не смел приблизиться туда с тех пор, как гексагоны провалились в
никуда. Все Игроземье было сильно повреждено из-за этого, поскольку появилась великая
пустота с рваными краями, да и Правила исказились.
Никто не знал, что произошло там. Никто не смел подойти ближе.
Двадцать три мускулистых слака в облегчающих одеждах совместными усилиями
протащили пушку Верна сквозь пролом в стене Тайра на мертвую землю в его окрестностях,
где должны были проводиться испытания.
Пушка должна была быть испытана уже два дня назад, но Верн настоял на том, чтобы
отполировать ее внешнюю сторону и сильно выступающие медные ручки -
"поддерживающие стойки", как он называл их, впрочем, они служили только украшением.
Чтобы на них хватило металла, Корукс расплавил одну из бронзовых тайрянских статуй.
Огромный цилиндр передвигался на колесах с металлическими ободами, высотой с
самого Верна. Пушка была длинноствольная, черная и блестящая. Несколько вооруженных
пемзой гоблинов дни и ночи следили, чтобы металл не портили окислы.
Колеса пушки оставляли глубокие желобки в выжженной почве, по мере того как отряд
слаков катил ее прочь от города. Следы их собственных ног оставляли морщинистые
вмятины на земле.
Верн ковылял за ними, сопровождаемый - нет, конвоируемый Коруксом и еще двумя
слаками. Огромный мантикор шагал следом, делая неуклюжие, но достаточно энергичные
шаги.
Серрийк собственноручно нес тяжелое пушечное ядро. Верн и Франкенштейн вдвоем
едва ли сумели бы даже приподнять его. Он казался довольным, и это означало, что Верн
сможет прожить еще немного. Скорпионий хвост мантикора стоял торчком, готовый ударить
в любую минуту. Все монстры старались находиться от него на почтительном расстоянии:
при случае удар мог быть нанесен без предупреждения.
Верн экспроприировал у армии монстров весь их огненный порошок, целую дюжину
горшков, которые он предполагал использовать для того, чтобы запустить снаряд пушки.
Вожак Корукс протестовал против такого неэкономного использования ценных боеприпасов,
но Серрийк приказал отпустить столько порошка, сколько просил Верн. "Если оружие
профессора сработает должным образом, - сказал он, - это будет гораздо важнее, чем самое
большое количество горшков с зажигательной смесью".
Двадцать три слака, тащившие пушку, остановились и повернули ее назад, целясь на
Тайр. С помощью сажи и копоти они заранее нарисовали обширную мишень на торце
высокого здания. Стоя позади пушки, один из слаков опустил ствол так, чтобы он был
нацелен прямо на слуховое окно.
Верн не сомневался в том, что ядро вдребезги разнесет любое здание, в которое
попадет.
Корукс притащил фитиль и теперь наблюдал, как монстры засыпают порошок в
казенную часть пушки и затем берут ядро из лап Серрийка. Верн тоже следил за ними. Он
знал, что все сработает. Но на сей раз он не чувствовал той радости, которую обычно
испытывал при первом запуске своего нового аппарата.
- Ну что же, посмотрим, профессор Верн, - сказал Серрийк, беря фитиль из лап
Корукса.
Мантикор подошел к пушке и внимательно посмотрел на мишень, расчерченную на
здании, затем щелочками своих глаз уставился на небо. Его морду перекосила не то улыбка,
не то гримаса.
Своей свободной передней лапой Серрийк стал перенацеливать орудие. Мантикор
менял угол прицела до тех пор, пока не направил ствол прямо в небо.
- Мы сможем уничтожить это здание в любой момент и без всякой пушки, - сказал
он. - Покажем лучше ТЕМ, на что мы способны.
Мантикор дотронулся фитилем до запала пушки. Слаки, другие монстры и профессор
Верн сделали шаг назад. Но Серрийк остался рядом с орудием.
Запал шипел около секунды, после чего в спокойном утреннем воздухе раздался
сильный разрыв. Верн съежился, затем посмотрел вверх.
Как он и ожидал, вьющийся дым поднимался из жерла пушки. Но металлическое ядро
взлетело высоко в небо, где и исчезло на фоне его прозрачной голубизны.
Верн крепко зажмурился, отказываясь даже смотреть, куда оно приземлится.
Интерлюдия: ТАМ
Игра продолжалась без видимых осложнений.
Дэвид, плотно поджав губы, наблюдал за приключениями персонажей. Тэйрон был
увлечен так же сильно, как Мелани, но несколько иным образом.
Для него Игра была чем-то вроде наркотика; улыбка не сходила с его лица, а глаза с
каждой минутой разгорались все ярче и ярче. Скотт совершенно расслабился. Сейчас все они
играли вполне дружно, и это напоминало о тех временах, когда Игроземье представляло
обычную забаву.
Но с тех пор многое изменилось. Дэвид не мог больше притворяться.
В перерыве между турами Скотт вышел в кухню и вскрыл еще один пакет с чипсами. С
громким шуршанием он опрокинул его в вазу.
- Эй, люди, кто-нибудь хочет еще пить?
Дэвид пристально вглядывался в огонь, где танцевали жадные языки пламени. Он
слышал треск поленьев, чувствуя, как тысячи маленьких острых иголочек вонзаются ему в
позвоночник.
Он закрыл глаза, и перед его взором вставал не камин в гостиной, но дымный жар в
огненных ямах темного амфитеатра. Он видел следы копоти на стенах, изуродованные
фрески, фризы, высеченные в каменных колоннах.
Дэвид поморгал, желая избавиться от навязчивого видения, и почувствовал, как чьи-то
огромные веки закрылись и раскрылись одновременно с его глазами. Что-то захрипело и
загрохотало в его груди. Двигаясь, он почувствовал, как нечто не правдоподобно большое
связало его мускулы словно стальным тросом. Он обернулся, ожидая увидеть за спиной
когти величиной с карандаш, и крепко зажмурился.
- Убирайся. - Слова были уже готовы выскочить из его горла, но он крепко сжал губы,
чтобы никто не мог услышать его. Он чувствовал, как чужеродные мысли роятся у него в
голове, зондируя его сознание.
Это был Серрийк.
У Дэвида был хороший план, как уничтожить Игроземье, он знал, что еще надо
разыграть, дабы довести дело до
...Закладка в соц.сетях
