Жанр: Фантастика
Познавший кровь
...лностью окрасился в кровавый цвет, но не мог остановиться, а лишь наблюдал, как снег и лед
плавятся от теплой жидкости...
Исследователь жизни
Плевать хотел на это,
Закинулся бумагой -
И сам себе звезда...
- О, Дьявол! Серега, что с тобой!
Не отбрасывая тень,
Мы по сумеркам плывем.
Не отбрасывая тень,
Мы на облаке живем...
Рядом бегал не находивший себе места Андрей. Сквозь шум в ушах и рев музыки я
слышал его причитания, но он кричал будто через каменную стену. Я и рад был ответить
что-нибудь, но не мог даже простонать, потому что кровь лилась и лилась из моего рта, а два
фонтана били из ноздрей.
Издалека донеслись какие-то возгласы. Это люди, уже проснувшиеся после холодной
декабрьской ночи и торопящиеся по своим делам, в ужасе разбегались от непонятного и потому
страшного зрелища живого кровавого фонтана.
И кивают, и кивают,
Не отбрасывая тень,
Очень важно головами
Наши тоненькие шеи...
Рядом остановились еще два черных автомобиля. Подбежал Макс, поскользнулся в потоке
и упал рядом со мной:
- Ты чего, Серега!
Стекло одного автомобиля опустилось, и две пары глаз, принадлежащих Топору и
Шокеру, в полном недоумении, смешанном с отвращением и ужасом, наблюдали за
происходящим.
А я не мог остановиться и все изрыгал и изрыгал очередные литры крови. Мое горло
полыхало от боли, в ушах царила такая какофония, что они могли в любую минуту лопнуть. В
алых потоках я видел свое отражение, как когда-то увидел его в свиной крови. Я заметил, что
даже из глаз и ушей моих сочатся тоненькие струйки крови и по обрызганному лицо впадают в
общий бурлящий поток.
Но вдруг мое отражение резко переменилось, и теперь на меня смотрел от самый
пылающий взгляд Познавшего. Он скалился в яростной ухмылке и говорил:
- Мы еще встретимся с тобой, вампир! Мы еще встретимся!
Пляшет небо под ногами,
Пахнет небо сапогами.
Мы идем, летим, плывем,
Наше имя - Легион!...
Когда я уже был готов потерять сознание, спазмы прекратились. Я бессильно упал в
красную лужу и издал протяжный, полный нескончаемых мук стон.
- Быстрее, тащите его в машину! - командовал Андрей. - Х...лей встали, живо!!
Кто-то поднял меня и перекинул через плечо. Я попытался понять, кто это был, но смог
лишь немного приподнять голову и увидеть, как из-за поворота с мигалками на большой
скорости вылетела машина "скорой помощи", а за ней спешили несколько милицейских
автомобилей.
А еще я увидел невероятно большую, как искусственное озеро, алую лужу человеческой
крови, по которой как по простой дождевой воде, приближались машины с проблесковыми
маячками. От поверхности лужи шел пар, и его было так много, что на улице образовался
легкий туман...
Черным BMW негельносов пришлось уходить от погони, что было непросто, учитывая
введенный милицией план "Перехват". Помогло отсутствие пробок на дорогах и мастерство
водителей. И вот, с визгом залетев на подземную стоянку, немецкие автомобили быстро
пересекли две сотни метров парковки и исчезли за стальными воротами частных владений.
- Ты как, в норме? - участливо спросил Андрей, едва мы остановились.
Я рыкнул что-то неразборчивое, вывалился из машины и кое-как уселся на холодный
бетон. Тут же подбежал Макс, Ганс, приковыляли закованные в кандалы боевики-оуросы, еще
кто-то. Вокруг меня столпилось прилично народу, что даже стало как-то неудобно: я сижу на
земле, весь грязный и насквозь пропитанный кровью...
- Это... дайте... воды, - хрипло попросил я.
Ганс откуда-то вытащил бутылку минералки и влил ее в меня до последней капли.
Спросил, хочу ли я еще пить, но я отказался.
- Слушай, ты в самом деле в порядке, а? - переспросил Андрей. - Больно неважно ты
выглядишь.
- Еще... бы, - попытался я улыбнуться, но онемевшие губы не слушались. - Столько
крови... выблевал.
- Что верно, то верно, - согласился Андрей. - Ты как будто исторг всю кровь,
выпитую уничтоженными оуросами!
Мне эта фраза показалась не лишенной смысла, тем более что в памяти всплыли
сказанные Наташей слова: "Дабы развиваться, вам надо убивать: людей, оборотней, других
вампиров... Убивать. Принадлежащая жертвам энергия передастся вам, повышая ваш
собственный потенциал". Может быть, темная сила вампиров, взорванных не без моего
участия, перешла именно ко мне? Но если она все-таки перешла, то почему же ко мне, а не к
Андрею или, скажем, Старейшине Негельноса?
- Там было несколько тонн, босс! - добавил Ганс. - Думаю, не меньше десятка! Прямо
кит какой-то.
- А вы видали лица прохожих? - подключился напарник Ганса. - По-моему, они все
обосрались от страха!
- Заткнитесь оба! - беззлобно шикнул Андрей. - Лучше тащите Сергея внутрь.
Меня подняли под руки и поволокли в сторону лифтовых дверей. Лифт оказался
грузовым, но переделанным в пассажирский: с мягким ковровым полом, приятным светом и
зеркальной стеной, в которой отразились только Ганс и его напарник. Подъем занял совсем
немного времени, и через короткий коридор наша процессия ввалилась в неярко освещенную
комнату.
- Пока останетесь здесь, - сказал Андрей. - Я встречусь с некоторыми людьми и
обсужу кое-какие дела, а потом мы решим, чем вы будете заниматься.
Пока негельнос не ушел, я поднял руку и позвал:
- Андрей! Ты это... развяжи пацанов. - Глазами я указал на топчущихся неподалеку
оуросов.
Вампир секунду раздумывал, а потом кивнул:
- Окей, я сниму оковы. Может быть вы, ребята, этот день хотите провести вместе?
Напарники все-таки.
- Было бы неплохо, - ответил за всех Макс.
- Заодно присмотрите за этими двумя, - добавил Андрей, расстегивая замок на руках
Шокера. Когда путы освободили боевиков, Андрей спросил: - Надеюсь, моя помощь не
нужна, Серега? Макс, вы бы помыли его да уложили в постель, а я распоряжусь, чтобы в номер
прислали все необходимое.
Мой друг пообещал позаботиться обо мне надлежащим образом.
- Если что-нибудь понадобится, свяжитесь с охраной. Или позвоните мне на мобильный,
вот номер. - Негельнос нацарапал на салфетке ряд цифр и передал Максу, а потом вышел,
закрыв за собой дверь.
Меня потащили в ванную комнату, раздели и отмыли от кровавых разводов. Горячая вода
подействовала на меня укрепляюще, и обратно я уже мог идти сам. Макс через внутренний
телефон связался с охраной и сдал мой изгаженный гардероб в химчистку, заодно попросив
принести что-нибудь "пожрать", "выпить" и "съесть". При этом перед словом "съесть" он
поставил глагол "привести".
Я занял место на диване и прикрылся легким покрывалом. Шокер, скинув плащ,
развалился на софе, Макс сидел в кресле. Ждали, пока Топор освободит душ. Вскоре нам
доставили ужин, несколько бутылок какого-то напитка и... трех девушек. Девушки были без
сознания, и охранники пронесли их на кухню, где аккуратно сложили на пол.
- Позвоните, когда надо будет забрать тела, - попросил последний выходящий
охранник.
Черт, заказать на ужин человека так же просто, как заказать пиццу! "Алло, это харчевня
"У Эндрю"? Пришлите, пожалуйста, трех сочных девочек, а то я что-то проголодался! Да,
можно без хлеба! Нет, что вы, соус обязательно! Грибы? Знаете, я не уверен. Решите сами!
Спасибо!".
Языком я покатал во рту слюну, которая все еще отдавала железом.
- Леха, что в бутылках?
Вампир протянул руку и взял со столика одну из них.
- Хрен его знает, вроде мартини с кровью. - Он ловко открутил крышку и сделал
внушительный глоток. - На вкус ничего!
- Дай-ка! - Я залпом осушил почти половину бутылки и почувствовал колоссальное
облегчение. Алкоголь и кровь в небольших дозах действуют просто фантастически!
- Смотри, опять блеванешь, - предостерег Шокер. - Не пил бы много.
Макс, вертевший в руках пульт от большого плазменного телевизора, нажал на кнопку
включения канала. Через пару секунд мы увидели довольную рожу Красавчика Фредди,
кромсающего очередную жертву .
- Ну-ка оставь, - попросил Леха. - Прикольное кино!
А я, внезапно опьяневший, выругался и запустил полупустой бутылкой в экран.
- Как меня достала эта гребаная кровь!
Макс и Шокер недоуменно переглянулись между собой, а я поспешил извиниться и в
очередной раз прикусить язык.
К счастью, бутылка пролетела мимо телевизора, но Макс все же переключил канал на
местное вещание. В эфире как раз шел последний выпуск новостей, и мы в предвкушении
уставились в лицо диктора.
- Сегодня примерно в десять тридцать утра на проспекте Ленина произошло странное и
непонятное происшествие. Недалеко от перекрестка с улицей Вейнбаума тротуар и дорога
залиты красной жидкостью, предположительно кровью. - Появилось изображение "пятна".
Скорее, это напоминало место прорыва магмы и размерами походило не на пятно, а на
гавань. - По официальной версии, предоставленной нам пресс-службой Новосибирского УВД,
в этом месте перевернулся грузовик, перевозивший безвредное химическое вещество красного
цвета. Ни названия вещества, ни доказательств, что оно действительно безвредно, ни фактов,
подтверждающих дорожно-транспортное происшествие, нами получено не было. Все бы
ничего, но многие очевидцы видели, как из черного автомобиля с государственными номерами
выпал мужчина, который и стал причиной огромного пятна. Очевидцы утверждают, что
мужчина, скорее всего, не пострадал при падении, а пятно образовалось в результате долгого и
очень обильного опорожнения желудка. Однако возникает вопрос: разве могло столько
жидкости вместиться в одного человека? - Уличные съемки кончились. Опять была студия и
безэмоциональное лицо диктора. - Примерно в это же время поступило сообщение от
дорожно-патрульной службы города, что введен план "Перехват" для поимки трех черных
иномарок предположительно с государственными номерами. Мы...
Макс вырубил телевизор.
- Нам всем надо отдохнуть, господа, - хлопнул он по коленям. - Пойду... поем, что
ли. - Он нехотя встал и направился на кухню. - Серега, ты будешь?
Я закрыл глаза и повалился на подушку.
- Сначала посплю. Вы мне... оставьте немного.
Друг кивнул и вышел. Шокер, схватив бутылку мартини, заторопился следом. Когда он
пробегал мимо двери в ванную, то несколько раз ударил по ней кулачищем:
- Стас, мать твою, ты не утонул? Давай в темпе!
Из кухни сначала раздался легкий звон, а потом характерное хлюпанье.
Я накрыл голову подушкой и попытался забыться.
ГЛАВА XIV
И треснул мир напополам - дымит разлом...
"Ума Турман".
Ближе к вечеру следующего дня я проснулся и первым делом подкрепился. Подкрепился
кровью девушки, как бы мне не было противно. Затем, вернувшись в комнату, увидел
почищенную одежду и вспомнил, что, черт побери, в кармане лежала очень нужная мне вещь!
Я запустил руку, поводил ее внутри плаща, но ничего не обнаружил.
Сзади послышался легкий кашель, я обернулся и встретился взглядом с Топором. В руках
он держал Медальон Бескровия и стержень усилителя. Только сейчас я понял, что с момента
моего пробуждения и Стас, и Леха, и Макс не спускали с меня пристального взгляда.
- Это, если не ошибаюсь, Медальон Бескровия? - угрюмо спросил Стас.
Я забрал у него вещи, окинул комнату тяжелым взором и плюхнулся на диван.
- Мне как раз надо кое-что рассказать вам, ребята, - начал я осторожно, потому что
лица боевиков мне не нравились. - Кое-что, касающееся минувшего взрыва.
- Валяй, - позволил Стас. - Ты не думай, что мы не благодарны тебе за спасение, ведь
если б события развивались по-другому... Впрочем, мы все хотим, чтобы ты рассказал нам,
Сергей, какую игру ведешь. Если Медальон Бескровия, заговоренный негельносами, все еще у
тебя, то, черт побери, что же в таком случае подкинуло "Носферату" до небес?
Я поднес блестящий золотой диск к глазам, полюбовался игрой света на камнях, погладил
неровную поверхность, испещренную знаками.
- Когда я вернулся в город, то сразу же сообщил Игорю о задании, навязанном Андреем.
Глаза Топора и Шокера стали намного круглее обычного. Даже челюсти их приоткрылись,
показывая длинные сильные зубы.
- Вместе с ним и Старейшиной мы выработали простой, но коварный план - вернуть
подарок негельносов самим негельносам, а чтобы эффект от взрыва был сильнее, и чтобы
негельносы получили по заслугам за свою подлую выходку, Игорь дал мне это. - Я
продемонстрировал цилиндрик. Никогда бы не подумал, что черная палочка весом граммов
двести может быть грозным оружием массового поражения. - Эта штуковина - усилитель.
Как она работает, я понятия не имею, но Игорь заверил, что при взрыве Медальона сдетонирует
и усилитель, увеличивая мощность взрыва в пять раз.
Из слушавшей меня тройки лишь у Макса взгляд был не пронзительным и тяжелым, а
каким-то отрешенным, что ли. Как будто он обо всем давно догадался, но ждал подтверждения
догадки.
- И ты поперся с бомбой в пять раз сильнее той, что была первоначально, к нам? -
икнул от удивления Стас.
- Успокойся, усилитель не только делает взрыв опаснее, но и защищает всех оуросов от
действия магии. Никто из нас четверых не пострадал бы в любом случае.
Леха перекинул ногу на ногу и стал похож на следователя, ведущего допрос
подозреваемого в преступлении века. Наморщив переносицу, он спросил:
- Но ведь клуб и Старейшина уничтожены? Тогда кто или что их уничтожило, раз
Медальон по-прежнему с тобой?
- Дело в том, - стал я покорно объяснять, - что до разговора с Игорем я сумел сделать
точную копию Медальона. Реплику, практически неотличимую ни внешне, ни энергетически.
- Ты что, сумел скопировать заклинания? - удивился Стас.
- Не я, а гадалка, на которую случайно вышел. И она не копировала заклинаний, а
перенесла их на реплику. Перенесла все заклятия, наложенные негельносами.
- Ни хрена себе, гадалка! - подивился Леха. - Ты хоть представляешь, что это такое -
перенос защитных и взрывных заклятий?
Я не представлял, что это такое, да и не хотел вникать в дела, меня не касающиеся.
Однако, я понял, что Шокер, по крайней мере, догадался, что и как взорвалось.
- Как бы там ни было, я сказал Игорю и про реплику. Не сказал лишь, что вместе с
сигнализирующими заклинаниями на муляж перенеслась и бомба.
- Выходит, Игорь не знал о том, что реплика - это бомба! - ахнул Стас. - Он
продолжал думать, что бомба спрятана в Медальоне, а на самом деле... Дьявол, ты в своем уме,
Сергей! Я думал, ты идешь на это дело, потому что нет выбора. Ты спасал свою шкуру, наши
шкуры, и мне это кажется достаточной причиной, но на самом деле ты затеял какую-то свою
темную и мне непонятную игру!
Я подождал, пока Топор выскажется и выругается, поделится всеми мыслями, которые
скопились под костями его черепа и касались обсуждаемого вопроса. Наконец, Топор
остановился, чтобы перевести дух, и я воспользовался случайной паузой, чтобы попытаться
оправдать себя:
- Я поступил так, как должен был поступить. Понимаете...
- Но зачем? Если у тебя была возможность спасти наших, зачем ты их убил? - взревел
Топор, инстинктивно - я знал - пытаясь вытащить томагавк. Он не накинулся на меня с
кулаками только потому, что Стас вовремя придержал друга за руку.
- Вспомни день, когда ты стал вампиром! - закричал я в ответ. - Вспомните все! Что
вы чувствовали тогда, а? Вы были довольны переменой? Я готов спорить, что никто из вас не
стал вампиром добровольно!
Ответом мне было общее молчание. Может быть, я выбрал верное направление.
- Боль, страх, ненависть, отчаяние - вот те чувства, которые сопровождали наше
перевоплощение. Первый глоток крови - как ножом по собственному сердцу, первое убийство
- как кошмарный сон. Понимание того, что душа навек проклята - невыносимо! Разве не так
было у вас, парни? - Я сбавил громкость голоса, чтобы охранники не подумали, будто у нас
проблемы. - Я не хотел становиться вампиром, понимаете? Если бы Игорь спросил, хочу ли, и
ответом было б мое согласие - тогда пожалуйста. Но меня, черт вашу мать, никто ни о чем не
спрашивал!
- Что ж получается, ты уничтожил столько вампиров только из мести? Это был акт
возмездия, да? - сказал Стас голосом, не обещающим хорошего.
- Да! Это была месть! - Я опять вскричал. - Месть за всех тех, кого я убил против
своей воли! За тех, кого убили другие! Знаете, я как-то раз повстречал родственников одной
девчонки. Эта девчонка стала моей первой жертвой, произошло все в ту ночь, когда мы с
Максом пришли к Игорю... После разговора с ее родней я по-настоящему возненавидел себя.
Ведь они - самые обычные люди, не зажравшиеся и не обнаглевшие от изобилия, а наоборот
- в чем-то обделенные, в чем-то несчастные. И единственным настоящим счастьем для них
была внучка, милая семнадцатилетняя девчушка Оленька, которую Игорь подсунул мне как
кусок мяса. И которую я убил.
- Тебя муки совести истерзали, что ли? - шипел Стас. - Святой, мля!
- Нет, совесть меня не терзает, - парировал я. - У вампиров нет такого чувства, сам
знаешь. Меня терзает то, что я причиняю зло. Я творю зло каждый день, с каждым убийством
делаю многих несчастными.
Стас откровенно издевательски засмеялся, тыча в меня палец:
- Нет, вы слышите, какую чушь он порет? Вампир, который чувствует, что он живет не
по Священному Писанию! Вот уморил, блин!
Не слушая язвительных реплик Топора, Леха серьезно сказал:
- Я никак не могу понять, о чем ты толкуешь, брат. Ты говоришь, что убивать плохо, и, в
принципе, я согласен. Мочить людей просто так бессмысленно. Но вампир - вампир! - не
может жить, не приканчивая хотя бы по человеку в один-два месяца. Таков закон нашей жизни,
и несоблюдение этого закона приведет к смерти. И тем более ты говоришь, что убивать - зло,
но вампир - это существо Тьмы, порождение зла! Он изначально существует для сеяния зла! И
вот что я тебе скажу, Сергей: может быть, убивая людей, ты по своему разумению творишь зло,
но, убивая вампиров, ты поступаешь еще хуже.
- Мне так не кажется, - насупился я. - Можете считать, что я особенный.
- Особенный! - не мог уняться Топор. - А ты знаешь, мистер Особенный, что среди
тех вампиров было много моих друзей! Наших друзей, мать твою! И еще, мистер Особенный, я
хочу сказать кое-что по поводу твоей "святости": не один ты такой чувственный. Многие
вампиры, живя во тьме десятилетия, не могут привыкнуть к крови. Они молятся богу -
Господу Богу Актарсиса! - перед каждым глотком, перед каждым укусом! Они проклинают и
без того проклятого Дьявола и ненавидят жизнь, но вынуждены жить, потому что не хотят
альтернативы. Они мучаются чувствами еще сильнее твоего, но при этом не валят друг друга
пачками! Ты... да ты вахаббит какой-то! Террорист Аль-Кайеды! Сумасшедший с претензиями
на прощение души.
Леха хмыкнул:
- Может, ты в самом деле думаешь, что Небеса простят тебя? Хочешь заплатить за
очищение души сотнями жизней вампиров?
- Нет, я не хочу этого, потому что знаю, что такой вариант невозможен, - ответил я,
помассировав лицо. Разговор шел совсем не так, как я рассчитывал. Черт, запланировать и
осуществить теракт проще, чем серьезно поговорить с товарищами. - И не хочу нести на себе
чужой грех, кому бы он ни принадлежал: Сатане, Познавшему Кровь, Игорю... Я не желаю
принимать участие в войне Яугона и Актарсиса.
Топор, поняв, что Шокер не подпустит его ко мне на расстояние удара, бессильно
откинулся на спинку и тяжко застонал, бессознательно повторяя мое движение - массируя
лицо.
- Но, к сожалению, я должен принять в ней участие, - добавил я.
- Ты выбрал не ту сторону, - заметил Леха.
- Я выбрал сторону, которая мне ближе по духу. Ведь и ты, Алексей, и Стас, и Макс...
Да что уж там, многие вампиры внутри совсем не злобные твари, а просто существа,
обреченные жить в рабстве жестоких правил, навязанных Дьяволом! Мне больно от мысли, что
тысячи людей, хороших людей, вынуждены теперь быть убийцами и кровососами.
- Как до тебя не доходит, что так заведено! Не ты разработал правила игры. Не тебе их
менять! - опять откликнулся Стас.
- Я не меняю правила игры, - жестко ответил я. - Я меняю саму игру. И хотел бы
видеть вас в своей команде.
Теперь рассмеялся и Леха, что меня немного смутило. Из них двоих Шокер казался мне
гораздо рассудительнее, и я надеялся так или иначе произвести на него впечатление,
попробовать отступить от привычных ему установок и рискнуть. Рискнуть умереть ради
добра... Господи, ну и чушь я требую от вампира!...
- Команде? - переспросил Стас, перестав смеяться. - То есть ты всерьез задумал
заняться истреблением вампирского братства? - Я перевел взгляд на антрацитовый стержень.
Шокер заметил это и сразу догадался: - Усилитель можно взорвать и без Медальона.
Стас перестал шуметь на своем месте и тоже уставился на цилиндрик. Его правый глаз
нервно подрагивал, когда он вновь посмотрел на меня.
- Ты задумал развеять и негельносов, - охнул Топор. На его лице промелькнула тень
страха. - Ты и в самом деле больной, психически ненормальный маньяк, одержимый жаждой
убийства себе подобных.
В руках Шокера оказалась непочатая бутылка мартини. Быстро справившись с пробкой,
он жадно глотнул и передал по кругу.
- Отчего-то кажется, что не обошлось без влияния светлых, - прищурился вампир.
- Я чую то же самое, - поддержал Топор. - Снюхался с астерами, перебежчик! Они,
небось, наобещали кучу благ вроде загородной фазенды и свежей девочки каждую неделю!
Хотя нет, астеры не позволят ему кушать кровь человеков. Но, по крайней мере, по оборотню
пообещали, да?
Он и не знал, как был близок к истине. А я, выдержав на себе взгляд трех пар глаз,
признался:
- Да, толчок к настоящим действиям дали светлые. Конкретно, охотница Ордена Света,
приставленная наблюдать за мною.
Топор воскликнул что-то весьма бранное. Шокер сдержался. Макс как сидел тише воды
ниже травы, так и продолжал сидеть.
Я отхлебнул солидную порцию выпивки и передал бутылку Максу.
Тогда, в день моего бегства из собственной квартиры, Светлана пришла ко мне с
конкретными задачами, поставленными Орденом. Она на три минуты установила вокруг нас
защитный колпак, чтобы случайные уши не узнали, о чем будет разговор, и быстро передала
суть задания. согласно ее словам, Орден желал внедрить в вампирскую братию своего агента,
причем очень давно, но специфика обращенных в нечисть людей не позволяла добиться этого.
Я же, по разумению Светы, как нельзя лучше подходил на роль шпиона-диверсанта, хотя не
смог понять, что явилось тому причиной.
Зато я сам хотел насолить вампирам. Сначала из чувства обиды. А потом, после
инициации Макса - уже из мести. Друг, кстати, был в курсе моего положения, но предпочел
занять нейтральную позицию: не мешал и не открывал меня, но и не стремился помогать. Мое
желание пойти против себе подобных усилилось после Ольги... И росло после каждого
убийства, как будто во мне действительно есть некая чаша терпения. Я пытался честно
выслужиться перед Игорем и найти контакт со Старейшиной, чего требовал Орден. Пытался
как можно быстрее определить слабое место клана и ударить... или сообщить о нем светлым.
Однако, судьба сама подкинула мне очень удачный случай. Понадеявшись на лучшее, я
изобрел нехитрый план уничтожения не только вампиров моего города, но, если повезет, и
несколько сотен негельносов.
- У меня тоже были друзья в "Носферату", - сказал я тихо, едва Стас заткнулся.
- Ну надо же, какая печаль! - не оправдал моих надежд Топор, опять взвившись как
летучая мышь.
- И я выполнил задание Ордена, - добавил я так же спокойно. - Но, как видите, не
останавливаюсь, не бегу получать приз, потому что игра только начинается.
- Потому что ты маньяк! - поправил Стас. - Истинный шизик, не знающий, что
творит.
Не обратив внимания на оскорбление, я продолжил:
- Мне понятны ваши чувства, и я знаю, что вам не понять меня. Судя по словам, вы вряд
ли станете помогать мне, но тогда хотя бы не мешайте! Дайте мне шанс взорвать усилитель, и
тогда мы вернемся домой, попробуем зажить по-другому, может даже...
- Вот уж хрен тебе! - рявкнул Топор. - Я ни действием, ни бездействием не буду тебе
помогать. Это ж где видано - переть против Дьявола! Ты вообще в курсе, что мы, вампиры,
жалкие черви перед настоящими жителями Яугона? Любой демон, поднявшийся в Срединный
мир, оторвет нам головы одним махом, мы даже пискнуть не успеем! Ты не генерал в этой
войне, она не твоя. Ты всего лишь пешка в руках Бога и Дьявола, но возомнил себя Мессией. Да
и о каком возвращении стоит говорить? Если демоны прознают про все дела и про того, кто их
устроил, то захотят наказать виновника. А заодно и всех, кто будет рядом.
- Если демоны прознают, я попрошу защиты Актарсиса.
- Защиты астеров! Нет, парни, я вам точно говорю, этот вампир не в себе. Ему нужна
срочная медицинская помощь, - посмеялся надо мной Стас. - Он совершенно...
- Но ведь есть и другая сторона медали! - не стал я дослушивать слова боевика. -
Во-первых, вы теперь свободны, ведь Игорь, инициировавший всех нас, мертв. Следовательно,
никто из вампиров не смеет претендовать на нас, как на своих... слуг! Во-вторых, Оурос
лишился Старейшины, а все мы из этого клана. Если удачно все продумать, то власть над
кланом можно сосредоточить в своих руках. Я догадываюсь, нового Старейшину, скорее всего,
выберут из числа самых древних ныне живущих оуросов, и мы можем воспрепятствовать
этому. Уничтожим несколько древних, посеем страх перед остальными, и клан - боевой клан
Оурос - наш!
Интуитивно догадываясь, что хотя бы эти слова должны произвести положительный
эффект на Стаса и Леху, я обрадовался, убеждаясь в этом. Лицо Стаса приобрело задумчивое
выражение, а в глазах Шокера полыхнул огонек желания... власти. Да, они остались вампирами
с присущими им слабостями.
Шокер сказал:
- А ведь и в самом деле наш клан сейчас обезглавлен. Если постараться, то управление
можно взять на себя.
- "На себя" - это дело, - согласился Стас. - Но маньякам руль давать не стоит.
Я выдержал его взгляд, а потом решил вновь попытать счастья:
- Мы уничтожим всех влиятельных вампиров клана и перестроим его на новый лад.
Сейчас Оурос - боевой клан, но он станет еще сильнее, когда мы поднимемся на войну против
Тьмы. Только представьте: один из легионов перегруппировывается и направляет мечи в
обратную сторону! Мы ва
...Закладка в соц.сетях
