Жанр: Эзотерика
Полтергейсты
...азав другим усердно молиться и петь псалмы. Когда они на время
прервали молитву и стали говорить о чем-то другом, рядом со столом с
грохотом упал лемех от плуга. На стол же, на котором лежали Евангелие,
молитвенники и книги церковных песнопений, упал большой камень и тут
же, со страшным треском разбив окно, вылетел во двор. От ужаса все
задрожали".
Священник вновь призвал всех молиться, но дьявол все бросал и бросал
на пол свечу, так что она
95
гасла. В конце концов ее удалось зажечь, несмотря на то, что на нее
"дул сильный ветер". Однако броски и стуки не прекращались: "Некоторые
из моих слушателей в великом страхе спрятались за печкой, но там их
забросало яйцами. Опять я набрался смелости и именем Господа спросил
дьявола, что ему надо и почему он причиняет нам столько бед. Затем
приказал ему удалиться, вскочил с пола, широко открыл окна и двери,
вышел вместе со всеми во двор, неся в руках зажженные свечи и громко
распевая "Наша твердыня Господь". Тогда был брошен мне под ноги
изразец от печи, не причинив, однако, вреда. Я поднял его и вдребезги
разбил о землю. После того наступила тишина и начало брезжить утро".
Стуки, бросания камнями и прочим, а также шум продолжались три месяца:
июль, август, сентябрь, Владелец имения, арендуемого священником, граф
Ксаки, пишет Гюнтср, "в сопровождении нескольких слуг навестил меня.
Он лично убедился в том печальном положении, в котором я оказался, и
сожалел об этом вместе с соседями". ;
Странности постоянно разнообразились: "Иногда 1 несколько Хдней было
почти спокойно, а потом все: начиналось с новой силой. Днем проявления
были не так сильны, как ночью. Прихожане советовали мне уехать, но
разумные богословы убеждали, чтобы я проявил мужество: пусть бежит
дьявол. Так оно и вышло - постепенно, с Божьей помощью шумный дух
наконец-то утих".
В заключение священник приводит следуюи-ее донельзя удивившее его
наблюдение: "Но самым странным было то, что ни мне, ни жене, ни дет^м,
ни другим верующим христианам не было прич) но особого вреда, хотя
часто мы испытывали боль, да ке несколько капель крови иногда падало
из поражен ь ого места. В нас летели большие камни и другие опасные
предметы, но удар их производил впечатление
прикосновения губки. Дурные же люди переносили его весьма
чувствительно".
В восемнадцатом веке проделки шумных духов были не менее разнообразны.
Злокозненный феномен продолжал терзать представителей всех сословий я
профессий - судей, священников, торговцев и даже почтенных
профессоров. Последнее наблюдалось в 1721 году в доме почтенного
немецкого востоковеда, профессора Шуларта, в Гробене, Германия. В
домочадцев профессора, не исключая и его самого, постоянно швырялись
камни и прочие предметы. Некоторые из булыжников весили свыше четырех
килограммов и так досаждали бедному ученому, что тот свыше месяца не
раздевался и не спал в кровати. Его жену что-то постоянно било,
щупало, щипало и сбивало с ног. Профессор приглашал свидетелей
удостовериться в происходящем. И однажды около дюжины людей стали
свидетелями яростной атаки на самого профессора: какие-то невидимые
руки вдруг принялись причинять ему невыносимую боль!
Во Франции, в одном из местечек, в доме и магазине, которыми владел
один и тот же хозяин, в 1734 году началось необъяснимое камнебросание.
Специально назначенная комиссия зафиксировала бросаемые неведомо кем
внутри и вне дома камни, но не обнаружила причин странного феномена.
В Амьене в 1746 году вспыхнул полтергейст, длившийся с перерывами
целых 14 лет! Очень многие, в том числе и видные сановники, слышали
непонятные шумы, видели бросаемые камни. Эта вспышка - одна из самых
продолжительных в истории явления.
Иногда шумные духи сосредотачиваются на чемлибо одном. Так, в
тридцатых годах прошлого века в Англии началась прямо-таки эпидемия
самопроизвольного "срабатывания" механических звонков и сигнальных
колокольчиков. Они звонили, к недоумению хозяев, сами собой. Искали
шутников,
умышленников, но тщетно. Бывало, колокольчики бились столь неистово,
что ни в каком из "следственных экспериментов" это не удавалось
воспроизвести!
Самый первый случай имел место в доме, принадлежащем некоему Д.
Эмуэлю. Там в 1830 - 1831 годах в течение восемнадцати месяцев "часто
и подолгу" самопроизвольно звонили механические сигнальJrtbie
колокольчики. Длительные и настойчивые поиски естественных объяснений
остались безуспешными. Было замечено только, что события по времени
совпадали с пребыванием в доме одной молодой особы. Очевидцы и их
окружение испытывали ужас, испуг, сильное возбуждение. Детям объявили,
что "колокольчики больны". Взрослые искали более правдоподобных
объяснений. Хозяин дома, "человек очень образованный, основательно
мыслящий и неутомимый в анализе, пробовал разные опыты с электрометром
и другими проверочными средствами и советовался по этому предмету со
многими учеными людьми, но все это не привело ни к чему". С отъездом
молодой особы звон прекратился.
В начале февраля 1834 года таинственные звонки обрушились на дом
майора Эдварда Мура (1771 - 1848), члена Королевского общества,
проживавшего в Билингсе, графство Суффолк; звон продолжался до 27
марта 1834 года. 2 февраля слуги доложили вернувшемуся из церкви
майору, что несколько раз сами собой звонили комнатные колокольчики.
Майор с сыном тщательно все проверили, но не нашли никаких
естественных причин: "Погода была тихая, термометр стоял на 29
градусах, барометр - в обыкновенных пределах. Никаких особенных
атмосферических явлений заметно не было". А звонки продолжались,
продолжались и поиски их естественных причин. Майор был "совершенно
убежден, что этот звон происходил не от человеческих рук";
одновременно он высмеивал некоторые из предложенных
объяснений, замечая, что "его дом вовсе не изобилует крысами и что он
не держит обезьяну".
Пережитое настолько поразило Мура, что он стал коллекционировать
подобные события и в 1841 году издал книгу, где описал двадцать
случаев самозвонящих колокольчиков, сведения о которых получил из
первых рук.
Механические звонки звонили сами собой как до наблюдений майора Мура,
например в 1753 году в одном из монастырей России, так и после; иногда
звон сопровождался и другими проделками шумных духов. В 1868 году
эпидемия звона и опрокидывания мебели обрушилась на один из домов в
штате Массачусетс в явной связи с приходом молодой служанки. Провода
звонков оказывались оборванными, а сами колокольчики - подвешенными к
высокому потолку, но продолжали звонить при свете дня и на глазах у
всех. Служанка же занималась своим делом в другой комнате. В начале
1905 года дверные звонки в одном из домов английского города Блекхета
звонили как бы по собственному желанию, несмотря на то нто рядом
стояла и за всем наблюдала полиция. В нашем веке, когда механические
звонки вышли из потребления, при полтергейсте сами собой звонят
электрические.
Один из наиболее знаменитых и выразительных полтергейстов прошлого
века разразился в семье американского священника Элиакима Фелткя из
небольшого городка Стратфорд, штат Южнектикут. вспышка началась в
воскресенье, 10 марта 1850 года, ц закончилась 1 октября 1851-го.
Феллс, которому тогда было уже около шестидесяти, женился на вдове *;
четырьмя детьми: девочками шестнадцати и шести дет и мальчиками
одиннадцати и трех. Он интересовался спиритизмом, ясновидением и даже
практиковал "месмерическое" лечение, то есть выступал ^ качестве
экстрасенс*. Вскоре после первого проведенного в доме спиритического
сеанса с участием
r 99
домашних началивь нввусветные странности. Это был один на первых
случаев, когда сеанс, как не раз бывало впоследствии, спровоцировал
полтергейст.
10 марта Фелпсы, а полном составе возвратившись с воскресного
богослужения, обнаружили в доме страшный беспорядок: в комнатах
разбросаны вещи. опрокинута или передвинута мебель. Стали выяснять
причины, обыскивать и обследовать все за"коулки дома. Вот
свидетельство современника тех далеких событий:
"Пока дом Фелпса подвергался тщательному осмотру от погреба и до
чердака, в одной из комнат таинственным образом появилось одиннадцать
сделанных из одежды чучел ангельской красоты. Они были так грациозно
расположены, что казались живыми. Кроме одной, все фигуры были
женскими, большинство - в молитвенной позе, с Библией в руках,
указывая на различные тексты с очевидным намерением подвести под
Священное писание наблюдаемые странности. Некоторые из фигур стояли на
коленях около кроватей, другие - со склоненными головами, в позах,
'преисполненных самого глубокого смирения. В центре группы
располагался карлик, одетый весьма причудливым образом, а сверху
висела фигура, которая, казалось, летала по воздуху".
Стали еще более тщательно наблюдать за людьми и комнатами, но чучела
возникали и в закрытых на ключ помещениях, а также тогда, когда было
твердо известно, что в комнате никого не было. "Все это, - сообщает
очевидец, - было чрезвычайно красиво и живописно, отличалось
прелестью, непринужденностью и выразительностью. Одежды, из которых
создавались фигуры, каким-то образом попадали в комнату, где это все
происходило, со всех частей дома, несмотря на самый тщательный
контроль. За очень короткое время появлялось столько изящно одетых и
грациозно расположенных фигур, сколько
^ смогли бы сделать за несколько часов непрерывной
работы до полудюжины самых опытных хозяек. Всего
^ыло создано до тридцати фигур. Некоторые из них
^азались до того живыми и естественными, что илал1лцй
сын Фелпсов, вбегая в комнату, принимал одну
^ них за склонившуюся в молитве мать".
Однако чучелами, изящными и столь живописными, дело не ограничилось.
Со временем оно приняло совсем дурной оборот: по дому невидимо
разбрасывались всякие предметы и вещи, бились вдребезги оконные стекла
- число разбитых превышало семьдесят, много вещей было попорчено,
появлялись таинственные надписи и записки, слышались стуки. Это и
^ногое другое повторялось очень часто и с необычайной силой несколько
дней подряд, а после краткого затишья возобновлялось вновь в
продолжение почти восемнадцати месяцев.
Иногда люди видели, как стул сам собой отрывался от пола и тут же
ударялся о него с такой силой, что вотрясался весь дом. Большой
металлический подсвечник был невидимо снят с камина и поставлен на
пол, где стал биться о него с такой яростью, что ^ломался. Щетка,
лежавшая на камине, полетела в ^кно и разбила стекло, то же сделал
стоявший на полке стакан. От большого зеркала отделился обло(WK
кирпича и с силой упал на пол. Откуда-то с потолка падали записки.
Прямо на глазах изумленного семейства из узоров ковра "вырастала" репа
с вскрытыми какими-то иероглифами листьями, другая репа падала с
потолка. Каминная лопата и ^нпцы, вместе с железной подставкой для
них, выползли на середину комнаты и пустились в пляс. большой
обеденный стол поднялся в воздух на полметра. Горевшая на камине лампа
спустилась на пол, пересекла комнату и подожгла лежавшие на кровати
бумаги. За обедом ложки и вилки вылетали из таредок, а однажды
несколько ложек были согнуты
лам. Все это лишь незначительная часть того, чему оказались
свидетелями семейство Фелпсов и те, кто навещал их.
Со временем стало очевидно, что странности были связаны с
одиннадцатилетним Генри, приемным сыном священника: они возникали в
его присутствии, поблизости, и ему доставалось больше всех. Головные
уборы и одежда мальчика разрывались на куски, ' были свидетели,
которые видели, как его что-то как бы понесло по комнате и мягко
опустило на пол, а однажды бросило в цистерну с водой. Когда его
отдали в школу в Пенсильвании, мальчика что-то стало колоть и щипать,
рвались его книги и одежда, стуки преследовали Генри и в школе. Семья,
в которую его поместили, встревоженная всем этим, отказалась держать
мальчика у себя, и его отправили домой, после чего началась порча и
уничтожение имущества, главным образом фаянсовой и стеклянной посуды.
А летом в доме начались самовозгорания.
Поскольку жизнь в доме стала невыносимой, Феллс прислушался к совету
установить связь с шумным духом при помощи закодированных стуков.
Таким образом он узнал, чего же от него добивались. Требование было
исполнено, и 1 октября 1851 года шумные духи навсегда покинули чем-то
приглянувшийся им дом Фелпсов.
Невидимки продолжали и продолжают досаждать землянам и в текущем
столетии. Их выходки нс стали менее разнообразными, но люди успели
распознать некоторые особенности поведения феномена. Однако от этого
жертвам полтергейста легче не стало - явление редкое, и с ним
встречаются не каждый день. Вот что произошло в одной немецкой семье
вскоре после второй мировой войны.
В 1945 году бездетные супруги Шрей удочерили двух девочек, чьи
родители погибли при бомбежке в
конце войны. В июле 1946 года беженцы поселились в баварской деревне
Лаутер. Первое время все было корошо, но потом со старшей из приемных
дочерей, Эдит, произошло неладное: она вдруг стала злобной,
неуправляемой, раздражительной. К осени она начада впадать в какое-то
полубессознательное состояние. и то же время в самых разных и
неподходящих для испражнений частях дома стали появляться невероятно
большие кучи кала и огромные лужи мочи. Они возникали вроде бы из
ничего. Правда, вначале родители думали, что это проделки дочерей, но
кучи и лужи продолжали множиться, становясь с каждым разом все больше
и больше, что превышало все мыслимые возможности человека.
Вскоре и младшая, Ирма, стала впадать в такое же состояние, а в доме
началась чушь уж вовсе несусветная: помидоры и овощи вылетали из
закрытых кладовок, письменные принадлежности, бритвенные лезвия и даже
тяжелые металлические ящики обнаруживались разбитыми на мелкие
кусочки. Затем невидимки принялись за девочек. У них чем-то типа тупых
ножниц были отрезаны длинные косы, на головах стали появляться раны.
Однажды они оказались столь серьезны, что Ирму пришлось
госпитализировать. Лечащие врачи, выслушав родителей, сообразили, что
это, видимо, полтергейст, и связались с немецким парапсихологом Гансом
Бендером. Тот посетил "нехороший" дом и убедился, что семья стала
жертвой феномена. Но помочь ничем не смог, однако успокоил: все само
собой пройдет, как только девочки достигнут возраста половой зрелости.
Так оно и случилось. Чего только не испытали родители, пока все не
кончилось!
Пожалуй, на этом я закончу представлятьзарубежные полтергейсты
последних пяти веков, с другими случаями, в том числе и с
современными, читатель встретится в последующих разделах книги. Сейчас
же
перейду к описанию некоторых отечественных случаев. Они не менее
любопытны.
Российские полтергеисты. В России шумные духи вели себя ничуть не
лучше, чем за границей нашего государства. Самая первая из известных к
настоящему времени вспышек пришлась на 1666 год и произошла в Москве.
Она была столь необычна, что память о ней закрепилась в поговорке "у
черта на куличках" - черт-то оказался говорящим! Этот и некоторые
другие из кратко упомянутых здесь случаев будут подробно описаны позже
в соответствующих разделах книги.
В 1670 году шумные духи, похоже, навестили один из домов Могилева, но
из-за неполноты описания дать точный диагноз тому, что там было,
довольно затруднительно.
В конце 1722 года полтергейст облюбовал санкт-петербургскую Троицкую
церковь. На тот случай обратил внимание доктор исторических наук Е. В.
Анисимов. До этого он прочитал брошюру А. А. Горбовского "Незваные
гости? Полтергейст вчера и сегодня", вышедшую в издательстве. "Знание"
в 1990 году, и таким образом поставил правильный диагноз событиям,
описанным в найденных им материалах, после чего передал их
Горбовскому, а последний - мне.
Что же это за материалы? Они представляют собой хранящееся в
Центральном государственном архиве древних актов следственное дело
Тайной канцелярии за декабрь 1722 года о странном происшествии в
главном храме тогдашней новой столицы России - Троицкой церкви
Санкт-Петербурга. Вот что там сказано:
"Троицкий протопоп Иоанн Симеонов объявил:
сего декабря девятого числа после утрени в церкви того же собора
пономарь Дмитрий Матвеев сказывал, что в настоящей против девятого
числа в ночи на колокольне был великий стук с жестоким страхом
подобием бегания, да и напред того тому недели с три
в трапезе при часовых солдатах в ночи был великий "е стук и как
часовой солдат его, пономаря м прочих караульных в каморе, пришел,
разбудил, и в то время в трапезе стукнуло так, якобы кто упал".
На допросе в Святейшем синоде Матвеев по доношу Симеонова показал:
"Сего декабря десятого числа пред утренею, когда пришел он в церковь,
и в то время из караульных солдат часовой Федор Данилов сказывал ему,
что сего декабря против девятого числа по полуночи в первом часу был
стук на колокольних лестницах, якобы кто бегал. А по слышании техречей
он, Дмитрий, пошел на колокольню благовсстнтъ к заутреней, и в то
время осмотрел он, что лестницастремянка, с которою ходят осматривать
колокола, лежит на земле; также канат порозжей (свободный. - И. В.),
который положен был на месте, перенесен на другое место, и веревка,
которая была спущена для благовеста, с нижнего конда на трапезе на
перекладине обернута вчетверо, а наперед того тому недели с три в
трапезе при часовых солдатах, а кто, именами не знает, был великий же
стук, и часовой солдат да псаломщик Иван Максимов тот стук, якобы кто
упал, слышали и девятого числа при отпуске утрени в той церкви пору
Герасиму Титову сказывали".
Как можно видеть, к расследованию события, признанного чрезвычайным,
приложили руку Тайная канцелярия и Святейший синод. А как же иначе,
ведь ртало "беспокойно" в главном храме империи!
Конечно же в богатейших архивах нашего государства хранится немало
описаний подобных событий, но историки редко обращают на них внимание:
уж больно странно они выглядят. Автору не раз приходилось работать в
архивах и случайно наталкираться на прелюбопытнейшие вещи. Как-то раз,
сорирая материалы для философской биографии драматурга А. В.
Сухово-Кобылина (1817 - 1903) и просматривая описи хранящихся в
Российском архир"? литературы и искусства материалов, я в фонде
П. В. Бартенева (1829 - 1912), знаменитого издателя не менее
знаменитого журнала "Русский архив", обнаружил дело, озаглавленное
"Рукописи религиозного содержания, выписки о замечательных случаях
мистического характера, рукописи и выписки о сектантах". Заказал, стал
просматривать и наткнулся на такой документ: "Чудесное исцеление одной
благородной девицы, случившееся 1 октября 1934 года в Смо,ленской
губернии". По мере прочтения прояснялся диагноз: одержимость,
осложненная полтергейстноподобными проявлениями. Похожие случаи не раз
описывались в средневековых и более поздних источниках.
В конце того документа была приписка: "Сообщено в Москву самовидцем
того чуда его превосходительством бывшим смоленским губернатором
генералом Яковом Семеновичем Храповицким". Так о чем же сообщал
генерал? Вот в сжатом виде то, что было описано в документе.
Некая молодая особа, отданная учиться в санктпетербургский
Инспекторский институт, "занемогла и лишилась употребления руки, ноги
и глаза". Ее отвезли к дальнему родственнику, живущему под Смоленском.
Какое-то время девушка "одержима была беснованием", а потом "впала в
совершеннейшее изнеможение, продолжавшееся шесть недель", после чего
стала приходить в себя, "но с болезненного одра, за лишением
употребления членов, сходить не могла". Лежа в постели, стала
предсказывать события, которые все сбывались. В день Покрова пресвятой
Богородицы объявила, что будет исцелена, "для чего просила пригласить
из Смоленска как можно более благородных особ"; их собралось шесть,
включая бывшего генерал-губернатора. Вот свидетельство последнего:
"Чудо начинается на виду у всех, больная поднимается с одра невидимой
силой на значительную высоту, лежа выносится на середину залы и
ставится на одну ногу. Вдруг все присутствующие
слышат голос: "Простри больную ногу!" Сведенная судорогой нога
опускается. Потом слышится тот же голос: "Простри руку!" - и больная
рука опускается. Совершенно исцеляется и глаз. У больной на груди была
рана необыкновенной величины. Она вслух молит исцелить рану. В
мгновение ока рана на виду у рсех покрывается плотью".
Далее, согласно показаниям генерала, послышался "звук нескольких
голосов, с наиприятнейшей и неслыханной, кроме вифлеемских пастырей,
гармонией, раздается по всему дому и слышится только в нем звон
колоколов, между тем как приходская церковь находится далеко". Через
некоторое время пение и звон прекращаются.
Генерал особо отметил, что над тем местом, где всеми был услышан
голос, на полу комнаты остались следы - "будто вдавленные впадины".
Присутствующие, завершает рассказ генерал, "сделали за общей подписью
донесение государю Императору". А ведь и оно, возможно, до сих пор
где-то хранится!
Я несколько забежал вперед с этим интереснейшим случаем, поскольку мне
известны две предшествующие вспышки. В журнале "Русский архив" за 1878
год сообщалось о самозвонящих колокольчиках в одном из монастырей
России, "забеспокоившихся" в 1753 году. А в одном из номеров журнала
"Московитанин" за 1853 год рассказано о вспышке полтергейста,
обрушившейся на одну московскую семью, эвакуировавшуюся из столицы
перед занятием ее французами в 1812 году. На этом случае следует
(остановиться подробнее, тем более что он описан р слов
непосредственных участников тех событий, ^огда москвичи, встревоженные
слухами о приближении французов, стали на время покидать столицу и
уезжать в провинцию.
Семья, о которой идет речь, состояла из главы -
^^ндрея Николаевича, его старухи матери, жены,
дочерей Маши и Наташи, двух маленьких сыновей, а
также их тетки по матери - Марии Антоновны. Отъехав от Москвы, они на
время остановились в небольшом уездном городке неназванной губернии,
где удалось пристроиться в большом каменном доме. В одной просторной
комнате разместились женщины и дети вместе с пожитками, глава семьи
выпросил себе уголок в комнате напротив, где поселилось семейство
Семена Ивановича, соседа по даче. Устав с
.дороги и наскоро поужинав, тут же расположились на
ночлег. Маша и Наташа легли вместе. Водворилась тишина. Лампада,
горевшая под образами, светила достаточно ярко.
Вдруг Маша вскочила от сильного толчка: что-то выдернуло подушку у нее
из-под головы, и девушка соскользнула с перины на пол. Мальчики, от
которых это можно было бы ожидать, спали в углу. Маша разбудила
сестру, та нашла подушку в угяу на сундуке и успокоила сестру: "Ты,
наверно, сама ее отбросила", потом перевернулась на другой бок и
усяуяа. Ее примеру последовала и Маша, но вскоре голос Наташи разбудил
ее: она бранила Машу, что та так некстати расшутилась: у Наташи
подушка тоже пропала! Проснулись взрослые, пошли расспросы, начались
поиски. Подушка оказалась крепко-накрепко затискана за печку. Девка,
которой поручено было ее вытащить, шепнула сестрам: "Ох, матушка,
чуяло мое сердце, что недоброе совершается в доме. Недаром слышалось
мне, что в сенях кто-то охает да стонет". Но до самого утра уже ничего
не произошло.
Днем все было спокойно, но вечером, когда легли спать, вспомнились те
ночные страхи. Только тетушка Мария Антоновна сразу же погрузилась в
крепкий сон. Ее вообще ничто не могло вывести из равновесия: с момента
выезда из Москвы она при каждом удобном случае все продолжала вязать
чулок.
Вдруг за печкой раздался странный.шум: кто-то мерно и протяжно
царапался в ней изнутри, почти
род потолком, только это были не мыши. Звуки походили на то, будто
кто-то скребется в дверь комнаты, желая дать знать о себе - четко и
раздельно, с очень равными интервалами. Затем зашевелились подушки, по
комнате задвигались и покатились узлы. Потом все прекратилось, но в
комнате внизу, где' мертвым сном спали другие эвакуировавшиеся,
послышался шум, будто бы работают повара, готовящие обед человек на
сорок: было слышно, как мерно рубят зелень, мясо, котлеты и прочее. К
утру все стихло.
Мария Антоновна проснулась не в духе и после
-завтрака хотела было взяться за вязание, но ии чулка, ии клубка
шерсти на месте не оказалось. Тетушка, кажется впервые в жизни, вышла
из себя: подозрение дало на Наташу, резвушку и затейницу. Назревал
скандал, вмешалась мать, все бросились искать пропажу по углам.
Наконец девка, засунув за печку мощную, до плеча обнаженную руку,
торжественно вытащила оттуда сначала чулок, потом клубок. Но в каком
виде! Все спицы были согнуты и кое-как роткнуты в клубок,
...Закладка в соц.сетях
