Жанр: Эзотерика
Великий святой
...он обследовал местные часовни
и храмы в поиске блага, обещанного ему.
Но как он ни пытался, его поиск, казалось, не вел никуда. Он не мог найти нити к человеку,
которого искал. Были ли его надежды беспочвенными? Было ли обещание, данное ему в Пешаваре
и подтвержденное в глубине леса на берегах священной Ганги, лишь мистификацией или
иллюзией? Может быть, это была ошибка? Может быть, он еще не созрел для Дара? Множество
мыслей толпилось в уме Джаймал Сингха, когда он сидел однажды утром, созерцая, на берегах
Джамуны после купания в ее водах. Когда он сидел этим утром, к нему приблизились два человека,
обсуждавшие личные дела. Сначала он едва обратил на них внимание, так как многие приходят
ежедневно искупаться в священной реке. Но затем слово выстрелило в его ушах, и он был весь
внимание. Да, они говорили о Свами Джи, великом Святом, который часто проводил беседы о
сикхских священных писаниях в своем доме для малой аудитории. Джаймал Сингх был на ногах. Он
обратился к прохожим, спросил их о великом человеке, о котором они говорили, и попросил быть
приведенным в его жилище.
Как только двое последователей закончили купание, они отправились с Джаймал Сингхом в
Пунни Гали, где жил великий Свами Джи. Когда трое достигли своей цели, Мастер говорил о Джап
Джи, излагая ее глубокий смысл и открывая духовные сокровища, скрытые в ее лирическом
экстазе. Там было всего несколько слушателей, и Джаймал Сингх тихо проскользнул в угол. Он
слушал беседу с восторженным вниманием, выпивая каждое слово, которое слетало с губ Святого.
Когда утреннее собрание кончилось, Свами Джи приветствовал своего нового посетителя и
пожелал познакомиться с целью его визита. Джаймал Сингх ответил:
- Я нахожусь в поиске дара Наама и Святого, который может дать его благословение мне. Я
услышал о вашем величии и поспешил к вашей двери.
Сияющий Свами Джи улыбнулся:
- Боюсь, вы не найдете здесь Святого. Я - лишь простой слуга Святых. Даже великий Нанак
не считал себя Святым, тогда как может просто ничто вроде меня что-либо значить?
Затем он поприветствовал Джаймала еще раз, уверив его, что он может оставаться здесь,
сколько пожелает, так как все должны свободно разделять блага Сахиба, Господа.
После этого дня Свами Джи говорил с Джаймал Сингхом снова. Довольный глубокой
погруженностью Джаймала в Грант Сахиб, он попросил юношу продекламировать один из его
любимых гимнов. Джаймал начал мелодично петь отрывок, начинающийся так:
Карам ховае Сатгуру милае Сева Сурат Шабд чит лае.
Милостью Божьей человек может встретить Мастера, Который поставит его на служение
Сурат Шабд Йоге.
Раг Магх, М.3
Декламация была трогательной. Было ясно, что говорящий сам глубоко ощутил то, что он
пел. Когда он кончил, Свами Джи спросил его, знает ли он полный смысл стихов, которые он
только что читал. Он ответил:
- О Святой, если бы я понимал их истинный смысл, зачем бы я тогда блуждал потерянным
таким образом?
И когда он произнес эти слова и вспомнил свои долгие путешествия и множество
превратностей, которые он встретил, глаза Джаймал Сингха наполнились слезами, которые
потекли молча.
Свами Джи любяще положил свою руку на спину юноши и ободрил его, сказав:
- Будь в хорошем настроении. Мы - старые товарищи, и нет причины для беспокойства.
Затем, взяв гимн, который только что был продекламирован, он подробно объяснил его
смысл, искусно свивая нити личного усилия и Божественной Милости, важные для спасения
человеческой души.
На следующее утро Свами Джи возобновил свою беседу о Джап Джи. Когда она окончилась,
он повернулся к Джаймал Сингху и посоветовал:
- Если у тебя есть какие-то сомнения или вопросы, почему не прояснить их сейчас?
Высказывай свои соображения полностью. Я - лишь смиренный слуга Сахиба, Господа, а слуге
можно говорить что угодно - высокое и низкое; не бойся, а говори прямо. Я был бы счастлив тоже
быть сколь-нибудь быть полезным тебе, так как я считаю это служением моему Гуру.
После этого, после полудня, Свами Джи еще раз попросил Джаймала продекламировать гимн
из сикхских священных писаний, и сикхский юноша начал петь:
Утпат, Парлае, Шабде ховае
Шабде хе пхир опат ховае.
Творение и растворение вызываются Шабдом, И творение снова приходит в бытие Шабдом.
Раг Магх, М.3
Послеполуденная беседа сосредоточилась вокруг этого гимна, и Мастер подробно занялся
темой Шабда или Наама, отвечая на один вопрос за другим по этой теме, еще не заданные
Джаймалом. Он показал, как Слово или Наам было Первопричиной творения, а также его
растворения; как Оно было одновременно и Агентом Всемогущего Абсолюта, и Самим Абсолютом.
Без Его силы ничто не было создано, и только через контакт с Ним можно вернуться в свой
Небесный Дом.
Когда все ушли, и Джаймал Сингх остался один со Свами Джи, юноша подошел ближе и
начал спрашивать его о пути к спасению. Он был убежден, что Святой из Агры был истинным
Святым, но то, что он не был сикхом и курил хуку (трубку), вызывало у него некоторую неловкость.
Но когда Свами Джи взялся за тему спасения и начал открывать, как Шабд является единственным
средством Мукти, как контакт с Ним может быть дан только Пуран Сантом, Совершенным
Мастером, как без Него человек никогда не может полностью избежать сетей Майи и как его
практика и овладение Им доступны всем, независимо от различия их касты и обычаев, сомнения
Джаймала рассеялись, и он попросил быть посвященным. Тогда Свами Джи стал наставлять его в
теории и практике Сурат Шабд Йоги; а когда наставления кончились, попросил юношу семнадцати
лет сесть в медитацию и вышел из комнаты.
Как только Джаймал Сингх сел в медитацию, он потерялся в Самадхи. Ночь пришла и
прошла, и начался день, но он продолжал быть неподвижным, потерявшись во внутреннем
блаженстве, которое он нашел. Следующий день сменился ночью, и ночь сменилась следующим
днем, однако юноша сидел, потерянный для окружающего мира. Когда таким образом прошло
около 48 часов, Свами Джи спросил некоторых из учеников, куда исчез посетитель из Пенджаба.
"Мы видели его два дня назад на Сатсанге,- сказали они,- но с тех пор мы не видели его". Свами
Джи улыбнулся и пошел прямо в маленькую комнату, где он оставил своего нового ученика и в
которую никто не входил два дня.
Он положил свою руку на голову Джаймал Сингха, и когда душа того вернулась к обычному
физическому сознанию и он открыл глаза, он увидел своего Гуру, улыбающегося ему:
- Ну, мой мальчик, ты все еще сомневаешься, истинный ли сикх твой Мастер? - спросил он
его с блеском в глазах. Парню захотелось упасть к его ногам, но долгие чары Самадхи сделали его
суставы онемевшими и неподвижными. Свами Джи посоветовал ему растирать свои ноги, и когда
Джаймал смог двигаться, он сопроводил его наружу. Там своими руками он дал Джаймалу выпить
молока, и, глядя на него с любовью, сказал:
- Ты тоже будешь делать однажды работу, которую я выполняю сейчас. Наш Путь не
заботится о внешних формах и ритуалах, и каждый из нас должен жить лучшими традициями
общины, в которую Господь соблаговолил поместить нас.
Затем он начал комментировать учение Нанака и сикхских Гуру и сказал, что последователям
этого учения не нужно много наставлений. Он продолжал:
- Всегда придерживайся предписаний Грант Сахиб, воздерживайся от мяса и выпивки;
никогда не завись от других при зарабатывании на жизнь, а живи трудом своих рук. Что бы ты ни
заработал, свободно делись с нуждающимися и помни о служении святому и бедному. И превыше
всего - никогда не гордись своими добрыми делами и не критикуй действия других, а знай, что сам
ошибаешься; и никогда не выходи из добродетели внутреннего смирения.
Джаймал Сингх слушал с благоговейным вниманием советы своего Мастера и после этого
всегда старался формировать себя таким. Он неизменно посещал ежедневный Сатсанг и помогал
любым доступным ему способом. Его прошлая тренировка хорошо дисциплинировала его для его
духовной садханы, и он неутомимо посвящал себя Баджану. Под руководством Свами Джи и при
его феноменальном внутреннем прогрессе ему ежедневно открывались новые тайны; те тайны, о
которых так экстатически пели Нанак, Кабир и Тулси.
В те времена, в середине пятидесятых, у Свами Джи не было много последователей. Он еще
не начал давать беседы публично и ограничивал их маленькой частной аудиторией в своем доме в
Пунни Гали, после того как прекратил свои беседы в Маи Тхан Гурдвара. Семь или восемь его
учеников были особенно преданы ему и постоянно искали его общества; и была большая любовь и
гармония.
Каждое утро Мастер давал вдохновляющую беседу, показывая своим слушателям духовные
сокровища, скрытые в Грант Сахиб, писаниях Кабира или других великих Святых. После утреннего
Сатсанга присутствующие садились за еду. Пищу готовила жена Свами Джи, госпожа Нараин Дэви,
к которой впоследствии обращались "Радха Джи" в знак уважения и поклонения, а Свами Джи
лично подавал еду с любящим вниманием к каждому. После полудня часто бывали
непринужденные разговоры и дискуссии, а временами - регулярные беседы.
Так прошло полтора месяца. Джаймал Сингх был счастлив жить у ног своего благосклонного
Мастера. Был 1856 год, и полк индийских сипаев, в котором было несколько сикхов, примерно в это
время был расквартирован в Агре. По примеру Свами Джи, Джаймал Сингх записался рекрутом. Он
посещал свое утреннее построение и, после выполнения обязанностей, спешил к двери своего
Гуру. Там он посещал Сатсанг, слушал Свами Джи, садился в медитацию и возвращался в свою
казарму в военном городке ночью. Его армейские коллеги часто спрашивали его, где он проводит
столько времени. Когда он рассказал им о величии Свами Джи, некоторые из его сикхских друзей
захотели встретиться с блистательным Святым, и однажды Джаймал Сингх отправился в Пунни
Гали в сопровождении шести из них.
Свами Джи обсуждал какой-то гимн из Грант Сахиб, когда пришла группа из военного
городка. Чача Партап Сингх с хорошим юмором заметил, что Пенджаб, кажется, преобладал на
Сатсанге в этот день. Свами Джи повернулся к нему и сказал: "Люди этой страны больше всех
имеют право на духовные богатства, о которых я говорю. Кто сможет когда-либо судить о славе
Пенджаба, породившего такую душу, как Нанак? Он, прежде всего, учил нас, что свобода
заключается не в идолопоклонстве и не в ритуалах; и в то время как мы в этих районах все еще
погрязли в церемониях и идолопоклонстве, нечувствительные к посланию Кабира и Нанака, души
Пенджаба свободны от таких зол и нуждаются только в искре, чтобы загореться. Отметь мои
слова, так как они достойны запоминания: Дар, дарованный мне Богом, однажды расцветет на
равнинах Пенджаба." Затем, повернувшись к посетителям, он приветствовал их, принял их как
можно лучше и велел их лидеру Джаймал Сингху быть дисциплинированным в своих армейских
обязанностях, а когда пришло время ухода, попрощался с ними.
Легкие армейские обязанности оставляли Джаймал Сингху много времени для медитации.
Если у него не было ночного дежурства, он вставал в 2 часа ночи, купался и садился в медитацию.
В дневное время, как только построение и другие обычные обязанности кончались, он занимался
тем же или спешил в дом Свами Джи. О нем было известно, что он не тратит ни единого мгновения
на развлечения, популярные среди его собратьев-солдат. С большой регулярностью он посещал
Пунни Гали, где он часто бывал Патхи (чтецом священных писаний) Свами Джи, и многие из его
друзей под его влиянием стали учениками его Мастера. Жизнь была спокойной и счастливой и
приносила постоянный плод. Но наступил день, когда полк получил приказ уйти из Агры. С
тяжестью на сердце Джаймал Сингх встретил своего Мастера и печально рассказал ему новости.
"О Господин,сказал он,- как я жажду наслаждаться благословениями Сатсанга еще немного."
Свами Джи улыбнулся и ответил: "Хорошо, подождем и увидим волю Сахиба". На следующий день
прибыли новые приказы, отменяющие уход полка.
Джаймал Сингх делал быстрый внутренний прогресс. Он часто рассказывал Свами Джи о
своих различных духовных опытах, и его Гуру был доволен его прогрессом. Однажды, когда он
рассказал ему о своей готовности войти в Дасван Двар, или Десятые Ворота, но о своей
неспособности проникнуть за их пределы, Свами Джи воскликнул: "Ах, это вполне понятно. Мы
работали в этом духовном поиске до этого вместе, и в твоей последней жизни ты овладел вплоть
до третьего плана. Отсюда твоя легкость в прогрессировании до этого и твоя последующая
трудность." Однако он утешал своего юного ученика и вдохновлял его продолжать свои усилия.
Когда Джаймал Сингх однажды рассказал о еще более высоком подъеме, Свами Джи был
очень доволен и с энтузиазмом провозгласил:
- Продолжай в том же духе, и вскоре ты будешь готов помогать другим душам спастись. Ты
родился, чтобы помогать человечеству, и между тобой и мной нет реальной разницы.
- Я недостоин такой чести. О позвольте мне быть смиренным у ваших ног, далеким от клыков
гордости.
- Не бойся, истинный Святой никогда не может быть горд.
- О господин, держите меня у ваших ног слугой слуг Святых. Это все, о чем я прошу.
- Ты действительно будешь служить как Святой, спасая человечество, приводя его к Истине
и духовной свободе. Что значит отдать миллион коров, чтобы спасти одну душу?
- Вы можете делать, как считаете лучшим, но только я сам знаю слишком хорошо свою
недостойность и ограничения.
Шесть месяцев, на которые был отсрочен уход полка, прошли, и Джаймал Сингх должен был
уходить. Он взял отпуск на последние три дня и провел его в обществе своего Мастера. Когда,
наконец, приблизилось время прощания, Джаймал Сингх не мог больше сдержаться:
- Мое сердце разрывается при мысли о разлуке. Если вы хотите, я могу выйти в отставку.
Но Свами Джи и слышать не хотел о таком:
- Строй свою любовь на Шабде внутри. Это твой настоящий Гуру, и Он всегда с тобой. Все
остальное преходяще и должно быть оставлено. Ты должен зарабатывать на жизнь, так как если
ты зависишь от труда других, ты должен платить за это своим умственным покоем, и твое
понимание будет омрачено. Если ты должен работать, зачем тогда оставлять армию?
У Джаймал Сингха не было другого выбора, кроме как склониться перед высшей мудростью
своего Мастера. При расставании Свами Джи рассказал о природе Святости и поведении Святых.
Он рассказывал истории об их великом смирении, и, прощаясь, сказал:
- Твой полк сейчас уходит. Если ты когда-нибудь встретишь истинного искателя, поставь его
на внутренний Путь; но всегда помни, что ты - лишь смиренный инструмент Святых.
Слезы наполнили глаза молодого солдата, когда он упал к ногам своего Гуру и сказал ему
"до свидания".
СОЛДАТ - СВЯТОЙ
Из Агры полк перешел в Дели. Джаймал Сингх, лишенный общества своего Мастера, начал
искать какого-нибудь духовного искателя, с которым он мог бы общаться. Вскоре он нашел одного,
Баба Карам Сингха, который был очень верующим в Господа. Он начал часто посещать его и
сидел в его казарме, наслаждаясь обществом старшего. Когда однажды Баба Карам Сингх
спросил, что привлекло Джаймал Сингха в его жилище, тот очень просто ответил: "Я прихожу
сюда, потому что с детства я любил сидеть у ног любящих Бога". Баба Карам Сингх был в восторге
найти товарища по духу, такого молодого годами, и последовала живая дискуссия о Духовности.
Оказалось, что Баба Карам Сингх, как и Баба Балак Сингх из Хазро, принимает пранический ритм
за принцип Наама, о котором поется в Грант Сахиб. Молодой солдат, еще не достигший
совершеннолетия, начал с большим смирением исправлять его ошибку. Он цитировал подходящие
отрывки из сикхских священных писаний, чтобы показать, что Божественный Шабд является
Первичной Энергией, приводящей в действие все, даже прану, но не тождественен пране. Он
остановился на том факте, что все великие представители Сант Мата, или Пути Мастеров, ясно и
недвусмысленно заявляли, что в наше время пранаяма и другие подобные практики не могут
принести внутреннего освобождения. Затем он рассказал о своем великом Учителе из Агры и его
вдохновляющем учении, и помог Баба Карам Сингху вступить на правильный путь к Богу.
После Великого Мятежа (Восстания сипаев) в 1857 году полк, в котором служил Джаймал
Сингх, был расформирован. Он долгое время не встречался со своей семьей и отправился прямо
домой. Радость его матери, увидевшей его снова, не знала границ. Но ему не было суждено
пробыть с ней долго. Получив новости, что 24-й сикхский полк сформирован в Пешаваре, он
попрощался со своей семьей и отправился присоединиться к нему. После некоторого времени
дислокации в Северо-западной провинции, полк был переведен в Амбала в январе 1858 года. В
сентябре следующего года он был переведен в Сагар, город на берегах большого озера в
Центральной Индии. До этого солдаты-сослуживцы Джаймал Сингха привыкли к его суровой
дисциплине, но в те дни, когда полк был на марше, они с удивлением обнаруживали, что он рыл
маленький окоп, в котором он мог сидеть в наклонной позе со спиной, опирающейся на земляную
стенку, и проводил всю ночь в медитации.
Находясь в Сагаре, однажды ночью Джаймал Сингх попросил Свами Джи в медитации, чтобы
полк затем был переведен в Агру, чтобы он мог иметь благословение сидеть у его святых ног.
Человек, реализовавший Бога, может творить удивительные чудеса, будучи един с Волей Бога; и
любовь Гуру к истинному ученику так велика, что он не отказывает такому ни в чем.
Молитва Джаймал Сингха была исполнена, и на следующее утро он между прочим заметил
своему товарищу и преданному поклоннику Бхагван Сингху, что когда полк будет
передислоцирован, он будет переведен в Агру. Тогда Бхагван Сингх обратил мало внимания на его
слова, но когда были получены новости о его следующей дислокации, история о солдате-пророке
распространилась по полку, как пожар.
Приказ о переводе в Агру еще не был получен, когда Джаймал Сингх подал заявление об
ежегодном отпуске. Отпуск был предоставлен, но когда он доложил о своем отъезде, его
начальник информировал его возвращаться не в Сагар, а в Агру. Сипай был так возбужден
новостями, что вместо того чтобы ехать домой, поехал прямо в Агру. Свами Джи принял его с
большой любовью, а Радха Джи специально приготовила халву, чтобы отметить событие. Великий
Гуру считал его Пуран Гурмукхом, истинным учеником, и прочитал ему некоторые из мистических
стихов, которые он сочинил во время отсутствия Джаймала в Агре; стихов, позднее собранных Раи
Салиграмом Джи, другим незаурядным учеником, вместе со многими его сочинениями в одну книгу,
озаглавленную "Сар Бачан" (Поэзия). Один из стихов, прочитанных им, относится прямо к его
ученику:
Йех дхун хаи дхур лок адхур ки
Койи пукре Сант сипаи.
Эта музыка нисходит прямо с трансцендентального плана внутри
И подхватывается солдатом-Святым.
Сар Бачан, Шабд 9 Джаймал Сингх извлек максимум из своего времени с Мастером. Он
регулярно посещал Сатсанг и часто пел стихи, которые Свами Джи потом объяснял. Тем временем
24-й сикхский полк прибыл в город, но он продолжал оставаться в Пунни Гали, так как его отпуск
еще не кончился.
Однажды вечером Свами Джи попросил его нести множество покрывал и одежды и
сопровождать его в бедную местность. Там он лично распределил нуждающимся согласно их
нуждам принесенные подарки. Получатели их были полны благодарности, с энтузиазмом
благодарили и благословляли щедрого странника. Но Свами Джи был не тем человеком, который
принимает хвалы на свой счет, даже когда они действительно заслуженные. Он воскликнул
толпившимся вокруг него:
- О не обременяйте меня благодарностями. Я - просто ничто, только агент моего щедрого
Господина. Вся заслуга - Его.
Когда вечерняя миссия кончилась, великий Учитель повернулся к своему ученику и сказал:
- Джаймал, сын мой, всегда служи бедным таким смиренным образом, никогда не заявляя о
какой-либо своей заслуге.
Когда его ежегодный отпуск кончился, Джаймал Сингх вернулся к своим обязанностям. Но он
сделал правилом не упускать никакой возможности посетить своего Мастера. Однажды, забывшись
в Сатсанге и Баджане, он совершенно забыл о том, что ночью он должен быть на дежурстве. Рано
утром он пришел в казарму и пошел прямо к своему товарищу.
- Ты уже закончил свое дежурство? - спросил Бхагван Сингх.
- Как, разве я был на дежурстве этой ночью? - отважился спросить Джаймал Сингх.
- Ты думаешь, что это очень смешно! Как будто я не видел тебя выходящим одетым для
дежурства прошлым вечером.
Джаймал Сингх больше ничего не сказал. Он размышлял о неизменной заботе своего
Мастера и соображал, что же произошло на самом деле. Если у него еще были какие-то сомнения
в чуде, вскоре они были рассеяны. Его хавилдар, встретивший его вскоре после этого, тоже
упомянул о его ночном дежурстве и о том, что его присутствие было отмечено в ночном журнале.
Как только он смог уйти, он поспешил в Пунни Гали и упал к ногам своего Мастера.
- Как мало мы, заблуждающиеся смертные, заслуживаем милости, которую вы проливаете на
нас!- воскликнул он и рассказал о странных событиях прошлой ночи.
- Я надеюсь, ты не сказал об этом никому из своих армейских друзей.
- О господин, я был слишком ошарашен, чтобы произнести слово.
- Превосходно! Превосходно! Теперь держи это в себе. И запомни, если какая-то подобная
вещь когда-нибудь случится в будущем, помни о том, чтобы сдерживать себя и не делать из этого
публичную шумиху.
Это чудо было повторено, когда подобная ситуация возникла вскоре после этого.
Полтора года, которые 24-й сикхский полк провел в Агре, прошли, как счастливый сон. Перед
тем как полк ушел, Джаймал Сингх провел три дня со Свами Джи. В последний день, когда он
должен был попрощаться, он смиренно упал к ногам своего Мастера. Свами Джи поднял его с
пола, любяще прижал его к себе и заметил: "Между нами нет какого бы то ни было различия, так
как мы одинаково пропитаны Силой Наама".
Из Агры полк проследовал в Пешавар, что является обычным в армейской жизни. Каждые 23
года 24-й сикхский полк переезжал из одного военного городка в другой. Среди различных мест,
где он размещался, самыми важными были Равалпинди, Абботтабад, Мианмир около Лахора и
Джханси. Во время пребывания в последнем из них Джаймал Сингх был повышен до звания наик
(капрал).
В октябре, два года спустя, он снова был на пути в Агру, чтобы провести ежегодный отпуск
со своим Гуру. Кто может описать блаженство, переживаемое у ног Божественного Учителя! Время
пролетело, и день отъезда Джаймал Сингха настал прежде, чем он смог даже понять это. Он
пришел к Свами Джи для благословений и попрощаться с ним.
- Это наша последняя встреча, - заметил Мастер. - Моя миссия на земле почти окончена.
Едва ли мне нужно повторять, что я сформировал тебя по своему образу, и ты - из самой моей
сущности.
Когда Чанда Сингх, тоже бывший в Пунни Гали в это время, услышал, что Свами Джи
намерен оставить этот мир через короткое время, он воскликнул:
- Что станет с нами? - и попросил его оставить кого-то после себя, чтобы проводить его
работу в Пенджабе. Свами Джи улыбнулся и ответил:
- Твои молитвы уже исполнены Всемогущим, и Джаймал, которому я дал полномочия для
Посвящения, предназначен для этой задачи.
Затем, обратившись снова к Джаймалу, он сказал:
- Ставь всех искателей, приходящих к тебе, на Путь Наама, но смотри, держись подальше от
сект и верований. Наш Путь - это Путь Нанака и Кабира. Кто бы ни горел духовным рвением, этой
веры или той, имеет право на это. Продолжай во всем смирении, и что бы ты ни делал, делай это
как слуга Святых.
Затем он обратился к Радха Джи и, положив свою руку на спину Джаймала, заявил:
- Он действительно наш сын - Гурмукх, - и взяв саропа, или головной платок, он любяще
преподнес его как прощальный дар своему способному и верному ученику. Этой большой любви и
чести было слишком много для скромного Гурмукха, и от избытка чувств его глаза наполнились
слезами. На сердце у него было тяжело, когда он уходил, думая о приближающемся конце земного
пребывания своего Мастера и трудном бремени, возложенном на его плечи.
Из Агры Джаймал Сингх вернулся в свой полк в Джханси. Остаток его истории как солдата
рассказывается очень просто. Необязательно перечислять множество мест, в которых время от
времени останавливался 24-й сикхский полк. Что бы ни случалось, куда бы он ни шел, Джаймал
Сингх ничему не позволял прерывать рутину его духовных садхан. Как возлюбленный в лихорадке
любви, он всегда был сосредоточен на радости внутренней жизни. Даже когда его полк был в бою
на северо-западной границе во время англо-афганской войны 1879 года, он оставлял свой лагерь
ночью, шел в пустыню, рыл яму и с зажатым между коленями ружьем забывался в медитации.
Вражеские снайперы часто обнаруживали его, но видя его Сияющую фигуру, понимали, что он не
обычный солдат, а какой-то великий Факир, и оставляли его в неприкосновенности. Временами,
когда он вставал после своей садханы, они даже склонялись перед ним в почитании.
Когда Джаймал Сингх, который пошел в армию в 18 лет в Агре, вырос в зрелого человека и
перешел от юности в зрелый возраст, он медленно, но верно завоевывал все сердца вокруг себя.
Сначала некоторые из его сослуживцев могли не принимать его всерьез как ортодоксальное
ничтожество, не знающее искусства наслаждения жизнью, а потерянное в чтении священных
писаний и практике утомительных духовных садхан. Но с течением времени они поняли, что среди
них находится не простой смертный. Его предсказание Бхагван Сингху в Сагаре следующего
местонахождения их полка стало широко известным и завоевало ему много поклонников. Будучи в
Джамруде во время афганской войны, его товарищ Бхагван Сингх, шедший с конвоем, внезапно
заболел и умер. В тот самый момент, когда его дух оставлял свое физическое тело, Джаймал
Сингх, за много миль оттуда, отрывисто воскликнул: "Хорошо, хорошо, это, наконец, кончилось!"
Такие странные события касательно Джаймал Сингха не были редкостью, и с течением
времени он стал притчей во языцех в полку. Его уважал к
...Закладка в соц.сетях
