Жанр: Эзотерика
Курс начинающего волшебника
...лице, а за книжку его не
усадить. Пожалуй, я и в этом вопросе перегнула палку, заставляя Андрея
читать книги против желания. Поблагодарила сына за предупреждение о том, что
он совсем перестанет читать, и дала себе новое имя: "Я та, которая читает
Андрею книгу о Карлсоне". Это - любимая книжка его детства. Он всегда
заливисто хохотал, слушая о похождениях Малыша и Карлсона. Андрюшка был
маленьким толстым человечком, и наибольший восторг у него вызывало
откровение Карлсона: "Я красивый, умный и в меру упитанный мужчина в самом
расцвете сил!"
Андрей сразу начал читать запоем. За последние два месяца проглотил "Три
мушкетера", "Граф Монте-Кристо", "Робинзон Крузо". Недавно заметила у него
на столе книгу Зощенко.
ГЛАВА 2. ИСТОРИИ О МАТЕРИАЛЬНЫХ УСПЕХАХ
КВАРТИРА И ДАЧА
На дворе стоял апрель. Муж моей подруги, Вова, начал мне рассказывать об
интересной методике под названием Симорон. Я никак не могла в нее вникнуть.
Какого-то Ванечку надо отблагодарить, и произойдут чудеса. Я вначале
отмахивалась от этой информации, но, заинтригованная его рассказами о
симоронских успехах, задумала испытать Симорон и обратилась к Вове:
- Раз ты так рекламируешь Симорон, раз он может такие чудеса, то мне
нужна квартира и дача. Дача в Малаховке, с магистральным газом и телефоном,
а однокомнатная квартира в Новогиреево, в ста метрах от метро.
- Ну ты и загнула, - присвистнул Вова, но танец станцевал и выдал мне
мантру ЧИ ЁРВА. И показал жест руками, опуская их так, будто ладони скользят
по поверхности большого кувшина.
Я внутренне посмеивалась, потому что ни на минуту не воспринимала
серьезно всю эту белиберду. Но стала твердить мантру вслух и "рисовать"
руками кувшин. Мне понравились и жест, и мантра. Каждый раз, идя к подруге,
которая жила недалеко, я прилюдно размахивала руками и бодро чеканила ЧИ
ЁРВА. Люди на меня оглядывались, кто с сочувствием, кто с улыбкой, а мне
самой было весело. Эта мантра стала частью меня. Однажды Вова с ехидной
улыбкой посоветовал написать мантру 108 раз, она будет работать гораздо
сильнее. И я перед сном взяла лист плотной бумаги и написала ЧИ ЁРВА ровно
108 раз. После этого я прикрепила лист на стенку, чтобы он почаще попадался
на глаза.
В августе я уехала в отпуск в Пицунду. Оттуда позвонила маме, чтобы
узнать, как дела дома. Мама, услышав мой голос, заплакала, потом начала
кричать и что-то от меня требовать. Я не сразу поняла в этой суматохе, что
неведомо откуда взялась ее родная сестра Варя (стало быть, моя тетя),
которая с ней навеки поссорилась двадцать лет назад. С тех пор мы ее ни разу
не видели и не знали, что с нею стало и где она живет.
Варвара Ивановна приехала к маме и стала умолять, чтобы я взяла ее
квартиру. Тете 75 лет, она одинокий человек, и ей не хватает родственного
тепла и ухода. Сгорая от нетерпения, тетя Варя попросила мою маму срочно
вызвать меня из отпуска. Примечательный факт - тетина однокомнатная квартира
с десятиметровой кухней, с огромной лоджией, находится в доме-башне как раз
напротив метро "Новогиреево".
По логике вещей тетя должна была оставить квартиру своему племяннику
Жорику, выросшему на ее глазах, единственному человеку, которого она любила
и принимала. Тетя Варя - человек недоверчивый, закрытый, у нее никогда не
бывало гостей. О тетином расположении к Жорику свидетельствовала покупка для
него тапочек.
Когда я вышла из переговорного пункта в Пицунде, то вспомнила, как не
один раз подкалывала Вову:
- Где же твоя квартира? А где дача в Малаховке? Денег больше не стало,
откуда взяться квартире и даче?
Вова невозмутимо отвечал:
- Обязательно будет, когда-нибудь, через 27, ты работай.
Я думала, что 27 неизвестно чего, - это Вовины шуточки. И вдруг
принципиальная тетя, человек жесткого характера, принимает парадоксальное,
неожиданное для всей родни решение. Надо знать мою тетю Варю, она не
выбросит и пустой коробочки из-под спичек, - это Плюшкин в кубе. Я решила не
забивать себе голову этой ерундой - вернусь в Москву, разберусь.
В день моего прибытия с восьми утра в нашей квартире разместилась тетя
Варя. И когда я в три часа дня вошла в квартиру, она чуть не плакала. Прямо
с порога она выпалила:
- Ты думаешь квартиру-то брать? Или так и будешь дурака валять и меня за
нос водить?
На что я выдала тираду:
- Здравствуй, тетя! Рада тебя видеть! Я хочу понять, чего тебе надо, ведь
я тебя ни о чем не просила. Дай мне время подумать.
Я всячески оттягивала принятие решения, ибо не могла поверить в
серьезность тетушкиного намерения отдать мне квартиру. Спустя полтора месяца
тетя Варя стала плакать, стенать, называть меня нехорошими словами и
упрекать в том, что я никак не хочу помочь ей в жизни. Наконец я сдалась и
стала оформлять документы на квартиру. В это время тетя упала и сильно
расшиблась. Было предположение, что она могла сломать шейку бедра, а для
пожилого человека это часто сопровождается тяжелыми осложнениями. Нужно было
срочно переоформить квартиру. И я опять обратилась к Вове - пусть доводит
дело до конца, пусть поможет мне быстро оформить документы.
На этот раз Вова выдал мне картинку: через поле спелой ржи проложена
красная ковровая дорожка с зелеными полосками по бокам. В конце дорожки
стоит огромный дубовый стол. На зеленом сукне стола - изящная бронзовая
чернильница, промокашка, подставка под ручки и полукомпас-получасы.
Вооруженная этой картинкой, я отправилась в Бюро технической
инвентаризации за справкой. Когда я туда приехала, то с ужасом поняла, что
попала в неприемный день. Унылый внутренний голос загнусил:
- От этих канцелярских крыс и в обычный день ничего не добьешься. Справка
делается не меньше месяца. Со мной никто и разговаривать не будет.
Из двери в дверь сновали какие-то женщины с кипами документов. Окошки, в
которые обыкновенно стоит очередь, были наглухо закрыты. Навалилось ощущение
безнадежности.
Внезапно через дверь донеслись громкие вопли. Я прислушалась и подняла
глаза. На двери висела табличка "Заместитель начальника БТИ Людмила
Васильевна Грозная". Пока я рассматривала эту табличку, крики усилились, и
дверь распахнулась, с глухим стуком ударившись о стену. Из кабинета вылетел
потный, красный мужчина. Одной рукой он прижимал к груди стопку растрепанных
документов, а другой рукой придерживал открытый дипломат. Вслед ему неслось:
- Больше никогда не приносите мне документы в таком виде! Я и в лучшем-то
виде документы не подписываю. И когда вы ко мне едете, то должны соображать,
что вы везете и что вы хотите. И учтите, что не все ваши желания
выполняются. Здесь сидят серьезные люди, которые отвечают за серьезные вещи.
Перепуганный мужчина поспешно поскакал по коридору, а я оказалась лицом к
лицу с миловидной женщиной средних лет, возникшей в дверном проеме. Крашеные
белые волосы собраны в высокую прическу, брови нахмурены, над глазами сочные
голубые тени, а губы накрашены ярко-красной помадой. На ней был хороший
серый костюм. Глаза излучали административное рвение.
Я мгновенно увидела перед собой дорожку красного цвета с зелеными
полосочками по бокам..., а за циклопическим дубовым столом восседала сама
Людмила Васильевна. Я перевела взгляд на реальную начальницу. Ее лицо стало
спокойным, приветливым, и она ровным грудным голосом спросила:
- Вам чего?
Я оторопела, не зная, что сказать. Людмила Васильевна повторила вопрос.
Почесав нос, я собралась с мыслями и ответила:
- Я пришла к вам за невозможным.
- Проходите, - предложила она с заинтересованным видом.
Я вошла в кабинет. Людмила Васильевна закрыла дверь и предложила мне стул
напротив роскошного стола, очень похожего на стоявший посреди ржаного поля.
Многие предметы с воображаемого стола перекочевали на реальный, слегка
изменив свой вид. Самое интересное, что на подставке стояли круглые часы,
которые с другой стороны были барометром. Громадный подоконник, какие бывают
в старых домах, был весь заставлен ухоженными цветами. В уголочке теснились
трехпрограммный радиоприемник и электрический чайник, а на батарее сушились
пучки трав.
- Что у вас? - спросила Грозная.
- Я вам сказала, что пришла за невозможным. Документ, который я хотела бы
получить сейчас, вы готовите в срочном порядке две недели, - ответила я,
доставая папку.
Она внимательно посмотрела мои документы и сказала:
- Чаю хотите?
Я в замешательстве отказалась.
- Тогда я вам музыку включу.
Оказалось, что с двух до трех на радио бывает перерыв, видимо, дикторы
обедают.
- К сожалению, музыки нет. Подождите, - сказала Людмила Васильевна и
вышла из комнаты.
Я огляделась по сторонам и заметила в углу две удочки. Пока я размышляла,
для кого они предназначены, Людмила Васильевна вернулась с моими
документами, открыла стол, достала печать. В двух местах шлепнула ею,
поставила подпись, достала толстую амбарную книгу, что-то туда вписала и,
показав мне пальцем на галочку в одной из граф, любезно предложила: "Вот
здесь распишитесь, пожалуйста". Я машинально расписалась. Людмила Васильевна
с улыбкой подала мне документы: "Видите, ничего невозможного нет!"
Наступила минута молчания. Я не могла выговорить ни слова - ситуация была
совершенно нереальной. Молчание прервала она сама, начав рассказ о цветах на
подоконнике. Особенно была горда за редкий цветок, с волосатыми листьями и
множеством крошечных белых соцветий. Цветок привезли издалека, и он долго не
приживался. Людмила Васильевна рассказала, как она его удобряла,
разговаривала с ним и, в конце концов, выходила.
Наконец я спохватилась и начала ее благодарить.
- Вы себе представить не можете, как вы меня выручили. Вы удивительный
человек. Я действительно начинаю верить, что ничего невозможного нет.
Людмила Васильевна сидела и довольно улыбалась, с текстом она была
полностью согласна. Я уже направилась к двери и вспомнила:
- А деньги?
Она замахала руками:
- Что вы, что вы! О чем вы говорите!
- Да за справку.
- Ах, - всплеснула она руками, - за справку я действительно с вас не
взяла.
Я расплатилась и сама не помню как оказалась на улице.
Моя приятельница Алла не поверила рассказу о Людмиле Грозной. Алла
обращалась раньше за справкой БТИ и стала изобличать меня в том, что я
целиком выдумала эту историю. Алла уверяла, что справка выдается только
после предъявления оплаченной квитанции, на что я загадочно улыбалась.
В квартирных хлопотах я совсем забыла, что мой заказ состоял из двух
частей: квартира и дача. О последней мне напомнил телефонный звонок
приятельницы, имевшей дачу в Малаховке:
- Ты знаешь, сегодня мой муж подвозил мужчину, оказавшегося нашим
соседом. Этот мужчина является владельцем трети дома и продает ее. Поскольку
ему срочно нужны деньги, то цена будет небольшой. Может быть, ты купишь этот
дом?
Я замерла. Не успела опомниться от квартиры, как валится дача. Я
договорилась о встрече и спустя день поехала смотреть дом. Это оказался
небольшой участок в три с половиной сотки, в ста метрах от станции, рядом с
прудом. В доме есть магистральный газ и телефон. Я как раз хотела дом с
соседями, чтобы они в мое отсутствие присматривали за моей частью. Я
обрадовалась и загрустила одновременно. Хозяин запросил 6000 долларов, хотя
сотка в Малаховке стоит 2000. Мы договорились на 4500, а у меня было всего
1500. Я подумала, что если фортуна мне улыбнулась, то и деньги откуда-то
возьмутся.
Вечером ко мне приехал приятель, и мы с ним долго обсуждали, как можно
обустроить эту дачу. С изумлением он узнал, что, не купив дачу, я уже строю
планы, причем у меня и денег нет. В этот момент позвонил Семен - другой мой
приятель, с которым мы не виделись около полугода. Он услышал конец моей
фразы о том, что у меня нет денег, и спросил, о какой сумме идет речь.
Спустя сорок минут Семен приехал ко мне в бархатном костюме, с французским
коньяком и целой сумкой фруктов. Под музыку и при свечах мы стали обмывать
будущую покупку дачи. На столе лежали три тысячи долларов, которые Семен дал
мне без процентов и на неопределенный срок.
Так я приобрела квартиру и дачу.
НЕМНОГО О ПОЛЬЗЕ БОРЩА
Однажды дама, которая привозила ко мне на массаж шестилетнего сына,
приехала в сильно взъерошенном эмоциональном состоянии. Ее звенящий,
срывающийся голос и напряженные черты лица выдавали рвущиеся наружу чувства
негодования и раздражения. Выяснилось, что эти чувства адресованы молодому
парню, который снимал у Наташи (нашей героини) квартиру. Со временем
квартира превратилась то ли в проходной двор, то ли в склад, - там толклись
подозрительные личности, образовались нагромождения коробок и ящиков. Кипа
неоплаченных телефонных квитанций за междугородние переговоры стремительно
возрастала. С большим трудом Наташе удалось заставить Юру освободить
квартиру. Помимо телефонных счетов, он остался ей должен приличную сумму
денег.
- Нет, каков придурок! Мало того, что не рассчитался за квартиру, еще и
наговорил по телефону чуть ли не со всем Советским Союзом! - восклицала
Наталья, бурля от "справедливого гнева".
Я попытался объяснить, что если она будет относиться к Юре, как к
"придурку", то на возврат денег вряд ли стоит рассчитывать. Юра появился в
ее жизни из-за того, что Наташа проигнорировала все предыдущие сигналы,
предупреждавшие, что с ней могут обойтись несправедливо - не выполнить
обязательства, воспользоваться доверием. Я предложил отблагодарить возникшее
препятствие, от которого уже не отвертеться, и которое говорит: "Если ты со
мной не разберешься, то все подряд будут садиться тебе на шею, свешивать
ножки и болтать ими". На это предложение разгоряченная Наташа отреагировала
достаточно традиционно:
- Чтобы я этого засранца благодарила? Да ни за что! Он у меня все время
перед глазами стоит, с оттопыренным мизинчиком, - аристократом прикидывался!
После моего рассказа об успехах симоронцев в работе с препятствиями
Наташа утихомирилась и стала спокойно обсуждать сложившуюся ситуацию.
Вернувшаяся способность логически мыслить помогла ей понять, что для выхода
из тупика необходимо изменить отношение к препятствию. Наташа искренне
поблагодарила Юру за то, что он предостерегает ее от более серьезных
проблем. Например, от появления в Наташиной жизни людей, которые не только
не будут платить по счетам, но и выселят ее из квартиры, и ей придется
слоняться по чердакам и подвалам.
Мы имели дело с вихрем - квартирный вопрос тянулся давно. Применив
переименование через трэк, Наташа увидела себя и Юру, сидящими рядом за
обеденным столом, накрытым красивой скатертью. На столе, распространяя
соблазнительный аромат, дымится тарелка с густым наваристым борщом. В
бордовом бульоне плавают золотистые лужицы жира, огибая куски мяса, островки
картошки, свеклы, капусты и прочих ингредиентов. Юра сидит за столом в белом
кружевном нагрудничке, а Наташина рука с большой ложкой ныряет в тарелку,
зачерпывает очередную порцию борща и ловко отправляет ее Юре в рот. Новое
имя Наташи звучало так: "Я та, которая кормит Юру борщом". Она подтвердила
точность найденного имени, признавшись, что в приготовлении борща достигла
высочайшего мастерства.
Потом я порекомендовал Наташе повторять новое имя и представлять сцену
угощения борщом в те моменты, когда она будет вспоминать о Юре или общаться
с ним. Наташа ушла в приподнятом настроении и, что особенно важно, с новым
пониманием происходящего. Она осознала, что Юра - не "засранец" и не
"придурок", а экзаменатор, указывающий на ее собственные промахи и
предлагающий ей скорректировать свои действия. Наташа была полна решимости
сдать этот экзамен, что ей великолепно удалось.
Она появилась примерно через неделю и прямо с порога радостно сообщила,
что Юра с ней полностью расплатился (к удивлению родственников и знакомых).
Но самое любопытное, что Юра стал названивать Наташе по телефону, рассыпать
комплименты, мило шутить и забавлять ее, и, наконец, делать недвусмысленные
намеки. В общем, стал "подбивать клинья", чего ранее никогда не наблюдалось.
Рассказывая об этом, Натали равнодушно пожимала плечами, ее лицо принимало
пренебрежительное выражение, и она заявляла: "Все это меня, конечно, не
интересует". Но на мой взгляд, это была маленькая женская хитрость, и,
скорее всего, Наташа с удовольствием выслушивала Юрины "серенады". Тем более
что в следующее мгновение ее лицо озарялось довольной улыбкой, и с губ
слетало признание: "Похоже, борщом-то я его перекормила...".
ПЕРЕМЕЩЕНИЯ В ПРОСТРАНСТВЕ
Мы с мужем решили снять отдельную квартиру без мебели на длительный срок,
чтобы потихоньку обзаводиться собственным хозяйством. Со временем мы
планировали приобрести собственную квартиру. У нас уже был печальный опыт
неудачной аренды жилья - за прошлый год мы переезжали дважды. Стоило нам с
мужем довести до ума чужие хоромы, сделать ремонт, частично оплачиваемый
владельцами, как нас просили освободить квартиру. С формальной точки зрения
все было правомерно, но хозяева быстро забывали свои обещания о длительности
аренды.
Когда хозяин нашей новой квартиры, господин Форточкин, потупив взор,
намекнул, что нам, возможно, придется освободить его квартиру, мы прямо-таки
оторопели. Мы снова дали себя облапошить - предстоял третий переезд. Самое
неприятное было чувствовать себя дурачками, которых ловкие владельцы
недвижимости использовали как бесплатную рабочую силу для обустройства своих
апартаментов, да еще взимая изрядную плату. Наплакавшись вволю, я решила
действовать. Но как?
Форточкин и рад бы пролонгировать договор на несколько лет, как обещал
ранее, но его дочь Эльза надумала выйти замуж и поселиться в этой квартире.
Нашего хозяина явно настораживал жених дочки, его криминальные замашки,
неопределенность занятий, отсутствие жилья. Словом, Макар Кузьмич надеялся,
что дочь изменит решение, и умолял нас подождать до окончательного ответа
месяц-другой. В любом случае, мы могли прожить в их квартире еще несколько
месяцев после окончания нашего годичного договора, пока не подыщем себе
новое жилье.
Вдобавок, квартира вдруг стала меня раздражать. Заходя на собственноручно
оклеенную кухню, я испытывала жалость, что все мои труды по обустройству
быта пошли "коту под хвост". А когда заходила в комнаты, охватывал ужас: как
вывозить отсюда мебельные гарнитуры? Пугала и финансовая сторона переезда.
Теперь стали проявляться минусы нынешнего жилья, на которые я раньше
закрывала глаза, и мне захотелось скорее покинуть эту квартиру.
Я не знала, как быть, - то ли всеми силами пытаться остаться здесь, то ли
попробовать найти жилье, которое нас действительно устроит. И, не дожидаясь
от Эльзы окончательного решения, я начала поиски квартиры.
Тут я встретила своего знакомого, несколько лет применявшего симоронские
техники. Он подробно рассказал мне о системе Симорон. Я искренне
поблагодарила Макара Кузьмича за предупреждение, что наши скитания никогда
не закончатся. Я стала размышлять, как переименовать Форточкина, и вспомнила
недавнюю встречу с ним.Однажды, прибыв за квартплатой, он обмолвился, что
больше всего на свете любит спокойненько порыбачить. Кузьмич даже приобрел
для вылазок на природу старенький "УАЗик". Покупку жена обозвала "просто
бредом" и долго возмущалась: "Зачем купил эту развалюху?" Форточкин добавил,
что его дражайшая половина, Евдокия Апполинарьевна, не одобряет его
увлечения. Пригладив висячие усы, он сокрушенно изрек: "Доконали меня эти
бабы! Хотел 8 марта поехать на рыбалку, отдохнуть по-человечески, а эта
стервоза не пустила. Пришлось сидеть дома".
Я впервые обратила внимание на этого мешковатого, лысенького мужичка с
одутловатым лицом. Казалось, что он всеми заброшен: мятые штаны, разлапистые
ботинки с комьями грязи, куртка в пятнах машинного масла. Я заметила его
суетливость, виноватый вид, вызывающий жалость. Передо мной стоял замученный
семьей из трех женщин человек, которого мой муж окрестил подкаблучником.
Макару Кузьмичу явно недоставало душевного комфорта и спокойствия. Но когда
он рассказывал о зимней рыбалке, его лицо озарялось блаженной улыбкой. Я
подумала, что лучшим способом обеспечить ему душевный комфорт будет отдых от
семьи и возможность вырваться на природу, прихватив коловорот. Господин
Форточкин получил имя: "Я тот, который едет на "козле" с коловоротом".
После такой нестандартной работы я совершила вполне прозаические действия
- оставила с десяток заявок в агентствах по недвижимости. Когда ко мне
возвращались сомнения по поводу переезда, я мысленно заводила "козлика" и
"отправляла Кузьмича рыбачить". В итоге я почувствовала себя гораздо
спокойнее.
Форточкин, приехавший за квартплатой, посвятил меня в перипетии его
отношений с дочерью и пообещал всячески на нее влиять. Он практически не
надеялся на успех. Раньше я не знала о его разногласиях с Эльзой, и меня
очень удивил рассказ Кузьмича. Истинной драмой Макара был серьезный конфликт
с дочерью. Она вела с родителями настоящую войну, вечно огрызалась,
запиралась в своей комнате и "отца родного ни в грош не ставила". Эта
информация требовала коррекции в работе. Через трэк было добыто свеженькое
имя Форточкина, учитывающее проблемы с Эльзой: "Я тот, который надувает
разноцветные наволочки".
Во всех агентствах мне отвечали: "Найти квартиру по вашей заявке просто
нереально. Не мешало бы вам либо снизить требования, либо повысить арендную
плату". Несмотря на это, я методично работала с именем. Еще десяток агентств
получили ту же заявку.
Через две недели позвонила агент и предложила посмотреть интересную
квартиру, отвечавшую всем моим требованиям, но которая была на 40 процентов
дороже нынешней и на одну комнату меньше. Правда, огромная кухня
компенсировала второй недостаток, но цена... Было решено ехать на встречу с
хозяйкой и попытаться сбить цену. Ни на минуту не забывая про взмывающие в
небо наволочки умопомрачительных цветов, мы отправились на просмотр.
Хозяйка новой квартиры, мадам Симбиевич, оказалась поистине грандиозной
женщиной: крупный торс, глубокое декольте, зычный голос плюс бьющая через
край энергия и напористость маленького танка. Я мысленно попрощалась с
надеждой снять расчудесную квартирку, понимая, что нам не уступят ни
копейки. Выяснилось, что уступят, и столько, сколько нам нужно, и ремонт
оплатят, и договор составят на нужное количество лет.
Я мечтала снять квартиру именно в этих домах: в 50 метрах от роскошного
парка с озерами, каменными мостами, скульптурами и памятниками. Вдобавок,
дом располагался в пяти минутах ходьбы от метро и поблизости от моих
родителей. Он представлял собой кирпичную башню с домофоном, высокими
потолками, огромной лоджией и милейшими соседями. Хозяйка оказалась очень
приятной женщиной, с которой мы быстро нашли общий язык.
Когда агент оформляла договор, я вспомнила наши условия проживания у
Форточкина, за которые упорно цеплялась. А именно: блочный дом с
"картонными" стенами; пятиметровую кухоньку; окна, выходящие на крышу
библиотеки, то есть помойку, по которой ходят подростки и стучат в окна;
соседей, преимущественно, хронических алкоголиков; инциденты с ними, иногда
заканчивающиеся вызовом милиции. Грустную картину дополняли котлованы вокруг
дома, которые забыли засыпать. Я припомнила героические вылазки с ребенком в
коляске, когда мы рисковали свалиться в какой-нибудь окоп.
После подписания договора мы с мужем с энтузиазмом принялись за ремонт и
вскоре переехали. Ура!
Спустя месяц после переезда мне позвонила дочь Форточкина, чтобы решить
вопрос с телефонными счетами. После официальной части Эльза вдруг задушевно
призналась мне, абсолютно незнакомому человеку, что замуж она так и не
вышла, ибо жених оказался редкостным проходимцем. Эльза предложила будущему
мужу составить брачный договор, в котором владение квартирой остается только
за ней. Жених вознегодовал: "Как можно мешать мои светлые чувства с
меркантильной дележкой имущества?" И поставил условие: либо он прописывается
к Эльзе без всяких брачных договоров, либо свадьбы не будет. Она разумно
решила, что и, правда, - лучше свадьбе не бывать. Теперь он периодически
преследует Эльзу и угрожает ей. А потом девушка с сожалением добавила: "Как
жалко, что вы уехали. Ведь мы собирались продлить договор".
Все действующие лица оказались в выигрыше. Мы с мужем - в полном восторге
от нового жилья. Эльза вовремя раскусила жениха-авантюриста и, по ее словам,
избежала глобальных неприятностей, вплоть до потери квартиры и жестокой
душевной травмы. Форточкин с женой теперь проводит много времени в квартире
у Эльзы, помогает ей обустроиться, вешает книжные полки и морально
поддерживает дочь в трудный момент разрыва с "любимым". По последним
сведениям от Макара Кузьмича, в семье воцарились мир и покой.
ЖЕРТВАМ ФИНАНСОВЫХ ПИРАМИД
Повествование относится к 1994 году, когда население страны было охвачено
"золотой лихорадкой". В Москве на каждом углу пестрели объявления, в которых
всевозможные коммерческие банки, компании и акционерные общества сулили
баснословные проценты, обещая осчастливить вкладчико
...Поділитися у соцмережах
