Жанр: Эзотерика
Эти загадочные животные
...о, это была давняя мечта Бима. Он и раньше мог часами сидеть,
вилять хвостом и зависши то поскуливать, взирая на кошачьи радости и
забоин. В Биме явно погибал дар заботливого отца, скорее даже матери.
Оказавшись на месте Акулины, самозванец тут же подгреб под живот ее
потомство, и котята блаженно заснули, зарывшись в его мягкую белую
шерсть.
Застав такую картину, мамаша пришла в ярость. Но доселе добродушный
Бим показал характер. Нам пришлось вмешаться и водворить в доме
поря.юк. Для Бима это стало настоящей трагедией.
И тогда мы "женили" Бима на соседской ссС)ачке. Она тоже была
беспородной, и ее хозяева хотели, чтобы щенки были похожи на нашего
песика. ° качестве калыма мы взяли с хозяев "девочки" обе
щание, что, когда она станет мамой, наш Бим не будет лишен
родительских прав.
Щенки родились. В соответствии с договором Биму разрешалось четыре
раза в неделю по три часа в день нянчиться со своими детьми в квартире
хозяев мамаши. Как ждал этих часов и как был счастлив Бим!
К сожалению, в начале 1999 года он пропал и так и не нашелся.
Наверное, кто-то его украл, уж больно красив он был. Люди часто
смотрят на животных как на игрушки, не понимая, что и у бессловесных
наших братьев есть любящие сердца, которые, как и наши, разбиваются от
горя.
Из письма Винюковой Л. П., г. Ульяновск
Лебединая верность
Я часто убаюкиваю моего уже "взрослого" 6-летнего внука, как
маленького, песнями. "Бабушка, спой!" - просит Коленька, и я пою ему
дорогие моему сердцу песни, а он слушает их очень внимательно.
"Лебединая верность" стала у нас запретной песней. Когда я, не
подумав, впервые спела ее, закончилось все это очень драматично. Еще
не успев допеть, я увидела, как трясутся под одеялом плечи моего
малыша от сдерживаемых рыданий. А когда я допела, он зарыдал в голос.
Полночи он не спал, и мне стоило больших усилий успокоить его.
"Я никогда не буду охотником! И не буду с ними дружить!" - сделал
вывод мой мальчик. И я, понимая, что должна беречь его от
отрицательных эмоций, одновременно испытала какую-то внутреннюю
радость, что мы растим человека, который способен сопереживать боль
наших меньших братьев.
И тогда я вспомнила, что лет тридцать назад так же успокаивала другого
человека - своего мужа,
28-летнего мужчину. У него дрожал голос и тряслись руки, когда он
рассказывал мне о потрясшем его случае. "Я никогда больше не нажму на
курок!" - сказал он тогда. И сдержал слово.
Мы проводили наш медовый месяц в Якутии в деревне у родственников. Мой
дядя Устин, заядлый охотник, уговорил мужа сходить с ним на утиную
охоту.
"Я увидел двух крупных серебристых птиц, - рассказывал мне трясущимися
губами муж. - Устин говорил, что может повезти и мы встретим гусей. Я
так и подумал: "Повезло!" Меня охватил какой-то бездумный азарт.
Я нажал на курок и понял) что не промахнулся. Гибкая и мощная шея
одной из птиц дернулась, как от удара палкой. И тут же они взвились в
воздух. Несколько взмахов крыльями - и стало ясно, что раненая птица
поднялась в небо в последний раз. Это понял и селезень, который успел
опередить ее в полете. Сначала закричала его раненая подруга, а он
закричал в ответ и, развернувшись, бросился к иен. Птица падала. Ее
друг пытался поднырнуть под нее, удержать ее в воздухе, но все его
попытки были бесполезны. Она падала, и все, что он мог для нее
сделать, - это смягчить ее падение. Я побежал к ним с единственным
желанием прекратить мучения несча^ стной птицы. Ни об охотничьем
азарте, ни о стремлении завладеть охотничьим трофеем уже не было речи.
Я чувствовал себя убийцей.
Селезень был рядом с упавшей подругой. Отчаянно крича и растопырив
крылья, он не подпускал меня к ней, как бы подставляя свою грудь под
выстрел.
Подбежал Устин. Увидев, что я не стреляю, он вскинул ружье, но я его
вышиб из его рук.
- Ты что, очумел?! - заорал на меня дядька. - Стреляй!
- Устин, - сказал я, - если выстрелишь - мы враги!
А селезень все гнал нас. И хотя подруга его уже была мертва - ее
золотистые глаза уже затянулись пленкой, - он защищал ее от нас даже
мертвую...
Я тогда подумал про нас с тобой... Может быть, у них тоже был медовый
месяц?.. Я никогда больше не нажму на курок!.."
Потом эту же историю мне рассказал дядя Устин. Но в его видении все
было иначе: "Колян подбил крохаля (это такой вид крупных уток), потом
второй на выстрел сам нарывался, а твой как взбесился - ни себе, ни
людям!"
Мы уехали из деревни раньше, чем предполагали. Отношения с
родственниками как-то сами собой становились все холодней и холодней,
пока совсем не угасли...
А сейчас, когда внук напомнил мне своего деда, я почувствовала, что
счастлива. Что два моих Николая - те люди, с которыми я хочу быть
рядом. И прежде всего потому, что оба они смогли увидеть в братьях
наших меньших действительно братьев. И на их боль, страдание, верность
и готовность к подвигу ради любви смотрят не глазами дяди Устина...
Записано со слов Василенко В. П., г. Кемерово
Глава четвертая БЛИЗНЕЦЫ ОТ РАЗНЫХ ОТЦОВ
Когда говорят о людях, совершенно непохожие по внешнему облику и в то
же время схожих между собой по манере поведения, характер ру,
привычкам и пристрастиям, обычно шутят: "Это близнецы от разных
отцов". То же самое можно сказать о человеке и животных. И дело даже
не в том, что мы различаемся внешне. Разная физиология должна
диктовать и различия "внутреннего мироустройства". Но в то же время
между людьми и братьями нашими меньшими существует большое
сходство.
ЗВЖААЬНОВ ОТРАЖЕНИЯ
Не будем брать в качестве примера обезьян: uj жесты у нас одинаковые,
и ужимки, да и внешность^ порой исключительно похожа Попробуем
сопоста-j вить себя с существами, внешний облик которых^ совсем
несравним с человеческим ^ ни размерами^ ни чертами "лица".
Вот что рассказывает известный натуралист Брайан 0'Бриен о слонах.
"В течение многих лет изучая повадки этих животных, я нередко замечал
сходство черт характера слона и человека. У них есть чувство
товарищества. Охотники рассказали мне, как однажды два слона пришли на
помощь третьему, раненому. Подхватив бивнями с двух сторон своего
упавшего товарища, они поставили его на ноги и поддерживали его в
течение долгого перехода, пока ему не стало лучше".
Брайан уверен, что у слонов есть чувство юмора, что всегда считалось
привилегией лишь хомо сапиенса. По крайней мере, неподалеку от одного
из кенийских национальных парков ученый встречал слона, любившего
пошутить. Тот прятался в зарослях, где дорога делала крутой поворот,
и, когда появлялась автомашина, устрашающе растопырив уши, выскакивал
из укрытия. Удовлетворившись видом напуганных пассажиров, слон весело
качал головой, трубил и уходил в укрытие поджидать следующих туристов.
Вы скажете, что шутка неудачная? Но я видела и людей, которые шутили
почти так же!
Слонам присуще чувство романтической любви. Брайан описывает, как
увидел в национальном парке Кунн Элизабет лирическую сценку. К стаду
животных, мирно пасшихся на склоне холма у озера Лейк-Эдвард, подошел
молодой самец. Ему наистречу, застенчиво склонив голову, вышла
красивая самка. Приблизившись, они нежно сплели свои хоботы. Затем
слон вырвал из земли пучок сочной 1равы, стряхнул глину с корней и
предложил подруie "букет". Правда, самка тут же сунула его в рот, но
простим ей этот "неромантический" поступок - так же поступила бы любая
юная леди, получив в подарок, например, плитку шоколада.
Отношение слонов к потомству тоже по-человечески трогательно. Они
поддерживают малышей, когда пересекают реку, срывают с высоких
деревьев недоступные для них сочные плоды и ветви, а в случае
необходимости строго утихомиривают шалунов. Гибель ребенка для них
настоящая трагедия.
казательный случай произошел в национальном парке Мерчисон Фоле.
Однажды управляющий парком заметил слониху, которая бережно несла на
бивнях новорожденного слоненка. Она остановилась и осторожно положила
ношу на землю. Слоненок был мертв. Три долгих дня самка носила его,
опуская на землю лишь в тех случаях, когда ее мучила жажда. Потом ее
увидели одну. Несколько дней она стояла неподвижно под деревом, время
от времени издавая угрожающий рев, когда кто-нибудь приближался к ней.
А вот отношению слонов к "старикам" нам у них стоит поучиться. Когда
слоны по возрасту "уходят на пенсию", стадо приставляет к ним молодых
помощников. Охотники утверждают, что старик в обмен на заботу о его
безопасности обучает молодых древней слоновьей мудрости. Молодые
телохранители предупреждают его о грядущей опасности, прячут в
укрытии, а затем смело бросаются навстречу врагу. Нередко слоны
сопровождают старца до самой его смерти.
Слоны хорошо помнят добро. Однажды один охотник поймал небольшого
слона, в задней ноге которого торчала большая заноза. Человек поместил
его в загон из крепких и толстых бревен, такой тесный, что слон не мог
в нем пошевелиться, и стал обрабатывать рану. Когда он
продезинфицировал ее спиртом, слон взревел от боли и ярости, чуть не
разметав бревна клетки. Но после того как рана была обработана и боль
утихла, животное успокоилось. Третью и четвертую перевязки слон
перенес спокойно, а потом его выпустили на волю. Всякий раз, встречая
своего спасителя, слон подбегал к нему, захватывал его руку хоботом и
клал ее на место зарубцевавшейся раны.
Наблюдать животных в дикой природе дано не всем, но зато каждый из вас
может присмотреться к своим питомцам. Они тоже нередко ведут себя
совершенно по-человечески, и не случайно почти в
каждом втором письме, рассказывающем о домашних любимцах, авторы
восклицают: "Наблюдая за ними, порой ощущаешь, что смотришься в
зеркало!"
Попробуем же и мы, читая предложенные рассказы, посмотреть на себя,
как в зеркало.
Народный контроль
Холодильник для нашей мопсихи Мэри был и остается предметом, права на
который имеют только женщины. Мужчина у холодильника, с ее точки
зрения, равносилен несуну на производстве. Только женщина создана для
того, чтобы извлекать оттуда продукты и кормить семью. Поэтому я и
дочь имеем на него все права, а приближение к нему наших мужчин
воспринимается Мэри как несанкционированное использование чужого
имущества. То ли наслушавшись моих возмущенных речей по поводу
несъеденных гарниров из-за "вечного кускования", то ли заприметив, как
пару раз я отбирала из рук мужа извлеченную им из холодильника бутылку
пива: "Подожди до ужина!" - но как истинная женщина Мэри проявляет в
этом вопросе женскую солидарность. Правда, как и все эмоциональные
натуры, выполняет самой себе предписанные обязанности с чрезмерным
усердием: порыкивает и скалит зубы, когда рука нарушителя лишь тянется
к дверце. А если меня и дочери нет рядом, то бежит к нам и зазывает на
кухню, возмущенно повизгивая и мотая головой в направлении места
происшествия. Но стоит сказать: "Не волнуйся я разрешила", как все
претензии тут же снимаются. "Народный контроль в действии", -
комментирует муж ее поведение.
Еще она не терпит, если кто-то надевает чужие тапочки. В этих случаях
она устраивает настоящий скандал и успокаивается только тогда, когда
имущественная справедливость восстанавливается. Она зорко следит за
тем, чтобы каждый пил из
своей чашки. Все чашки одинаковые, одного цвета и отличаются лишь
написанными на них именами членов семьи (сейчас сплошь и рядом
продаются такие!). Тем не менее она их отличает и облаивает того, кто
нарушает утвержденные синим по белому права. Неужели умеет читать?
Но самое смешное событие случилось недавно. В гостях были родители
мужа. И как-то так зашел разговор, что свекровь привязалась ко мне с
вопросом: где -шестая вилка из набора? Я хорошо знала характер
мужниной мамы, поэтому не сомневалась, что если скажу, что вилка
где-то здесь, то весь вечер будет испорчен ее поиском. Поэтому, не
моргнув глазом, я сообщила, что она пропала еще полгода назад и что,
скорее всего, я вынесла ее вместе с мусором.
А через несколько минут "народный контроль" восстановил истину: с
победным выражением глаз перед нами предстала наша всегда ратующая за
справедливость собака с недостающей вилкой в зубах. Посчитала
все-таки!
И откуда у собаки такой явно человеческий характер? Муж говорит, что в
прошлой жизни она, наверное, была проштрафившимся вахтером на "-iводской
проходной. А теперь грехи замаливает.
Записано со слов Кругловой Г., г. Кемер^ч)
Козел
Английский бульдог Джон - точная копия св^- го хозяина: невелик
ростом, коренаст, широкоплеч, на коротких ногах, с крупной головой и
вислыми щеками. Рядом они выглядят талантливой карикатурой друг на
друга.
Когда во дворе галдящей стаей собираются друзья 12-летнего соседа
Вовки, хозяин собаки постоянно вступает с компанией в конфликт: не там
сидите, громко смеетесь, мусорите и т. п. Джон же сопровождает его
выступления звуками,
щими хриплый кашель, хрюканье и еще бормотание мотоцикла, который
никак не заводится. При этом он мотает головой из стороны в сторону,
после чего на кустах, скамейках и ногах находящихся поблизости людей
повисают длинные и тягучие пенные сосульки его разлетающейся во все
стороны слюны. Обычно именно летящая слюна, а не крики хозяина
становится решающим аргументом, после которого мальчишки уходят.
Но однажды пацаны заупрямились, и в ответ на грубости, на которые не
скупился хозяин Джона, послышалось негромкое "козел!". Это кто-то из
мальчишек поделился с друзьями своим впечатлением то ли о человеке, то
ли о собаке, которая хрюкала и плевалась, поддерживая хозяина.
Реакция была бурной. Озверевший мужчина схватил первую попавшуюся под
руку палку и бросился на врагов. Для 12-летних сорванцов это был
истинный подарок. С хохотом и гиканьем пацаны бросились врассыпную, но
не со двора, а по двору. Взрослому неуклюжему человеку тягаться с
шустрыми и ловко увертывающимися от него мальчишками явно не стоило...
Джон, несколько секунд ошеломле^но вращавший головой из стороны в
сторону, нисколько не оскорбившийся на "козла", оценил своим собачьим
умом происходящее как игру. Он стал носиться по площадке, путаясь в
ногах своих и чужих. Пена и слюна летели во все стороны, повисая уже
не только на ногах, но и на лицах участников корриды.
Игра затягивалась. Но хозяин почему-то ее не прекращал. Пару раз он
достал палкой кого-то из своих оппонентов, и это явно вдохновило его
на дальнейшие подвиги. Мальчишки тоже стали агрессивны, и в их руках
появились палки. Джон, шумно выпуская пар и хрюкая, сел посреди
площадки. Он явно начинал понимать, что одна игра сменилась другой. И
тогда, резво вскочив, бульдог бросился в угол
двора, где были свалены ветки и стволы недавно спиленных деревьев.
Оттуда он вернулся тоже вооруженный. В огромной своей пасти он тащил
"хворостину" диаметром сантиметров пятнадцать и длиной не менее двух
метров. С бревном, перехваченным зубами посредине, Джон ворвался в
беснующуюся толпу.
С его появлением игра приняла совсем другой оборот. Теперь это был уже
бег с прыжками через барьер. Мальчишки носились по двору от
гоняющегося за ними бульдога, стараясь вовремя развернуться к нему
лицом, чтобы успеть перепрыгнуть через бревно, грозящее их ногам
болезненными ударами.
Одновременно в прыжке в воздух 'взлетали несколько человек. Вместе с
мальчишками скакал и забывший о мести хозяин собаки. Его крики "Джон,
фу! Джон, сидеть!" не производили на впавшего в азарт пса ни малейшего
впечатления.
Уже через несколько минут мальчишки гроздьями висели, поджав ноги, на
ветках деревьев. И только хозяин в промежутках между криками "Джон,
фу" в одиночку скакал "козлом" через в очередной раз несущееся на него
бревно, мертвой хваткой зажатое в пасти то ли сверх меры
разыгравшегося, то ли просто забывшего его бросить Джона...
Сцена эта, собравшая в окнах и на балконах дома большое количество
зрителей и болельщиков, закончилась тем, что последние команды хозяин
давал Джону, уже стоя на скамейке. Бульдог, наконец сообразив, что
игра закончена, разжал пасть, аккуратно положил бревно у ножек
скамейки, на которой стоял хозяин, и, радостно хрюкая, ждал добрых
слов...
Услышал он их, я полагаю, только дома, потому что со двора он был
уведен молча и весьма грубым способом - волоком за шкирку. С этого дня
Джона выгуливала только милая
худенькая женщина - жена хозяина. В руках ее был мячик, который она
бросала, а бульдог приносил. В "палочки" ему больше играть не
разрешали.
Записано со слов Олисова Н. П., г. Липецк
Лорд
У меня большая квартира и под стать ей собака - мраморный дог.
Говорят, что собаки этой породы глупы. Но не надо верить тому, что
болтают. Как и среди людей, среди собак всех пород есть умные, глупые
и заурядные. А про догов сложилась такая слава потому, что живут они
среди людей в условиях, где повернуться негде и где у них из-за их
размеров нет возможности в игре или других действиях проявлять свой ум
так часто, чтобы мы наконец-то его заметили. В основном им приходится
или забиваться в предназначенное для них место, или слоняться вдоль
стены, чтобы не перекрывать дорогу людям, не зацепить и не уронить
какие-то предметы и не вызвать недовольство хозяев. А как они ведут
себя, когда нас нет, нам неведомо.
А вот мне повезло. Удачное стечение обстоятельств подарило мне
возможность застать сцену, которую я никак не ожидал увидеть.
Дога зовут Лорд. Он у меня с 3-месячного возраста. Сейчас ему пять
лет. Он доброжелателен, сдержан, ненавязчив, послушен. Выполняет все
полагающиеся команды, носит хозяйке сумки, мне - тапочки и газеты,
сыну - портфель. В общем, воспитанная собака без "особых"
способностей.
Всегда, когда кто-нибудь приходит домой, он выходит, садится и ждет,
когда с ним поздороваются, и только после слов "Привет, Лорд!"
начинает бить хвостом, улыбаться, кивать.
В доме у нас живут по распорядку. И дог его изучил. Это во-первых.
Во-вторых, в момент, когда я
его "застукал". Лорд находился в моем кабинете (самой дальней комнате
квартиры), и наконец, в-третьих, форточка была открыта, а под окном
наш сосед сидел в своей машине, открыв дверцы и врубив на полную
катушку музыку. Это стечение обстоятельств и подвело моего всегда
находящегося начеку пса.
Итак, я не вовремя вернулся домой. Меня никто не встречал. Я тихо
позвал: "Лорд'" Никто не откликнулся. Гремела музыка, и собака меня не
услышала. Я решил застать его спящим и устыдить за невыполнение своих
сторожевых обязанностей, поэтому, сняв обувь, пошел на цыпочках.
В кабинете в моем кресле, в моем халате и тапочках сидел Лорд!
Тот, у кого есть или были доги, поймет, что означает "сидел". Это не
поза других собак, всеми четырьмя лапами забравшихся на стул. Это
совсем другое. Доги сидят, как люди, присев на стул и упираясь задними
лапами о пол. Передние используются в зависимости от ситуации: или
тоже опущены на пол, или на чем-нибудь лежат, или находятся в
движении.
Лорд сидел в кресле, прикрыв глаза и медленно покачиваясь в такт
музыке. Поперек его спины лежал мой халат, задние лапы были в моих
тапочках, передние раскинуты в стороны на подлокотниках кресла. Эта
комичная поза напомнила мне фильм "Особенности национальной охоты" -
тот эпизод где корова раскорячилась в бомболюке.
Потрясенный увиденным, я не смог удерЖиГь смеха. Глаза дога мгновенно
раскрылись и в течение нескольких секунд становились все шире и шире.
Тут же пришедший в себя пес сорвался с места и, разбрасывая тапочки и
волоча халат по полу, попытался прорваться мимо меня. Окриком я
остановил его, снял с его спины свой халат и задал вопрос: "Это как
понимать?" Лорд завилял всем своим мощным телом, не поднимая на меня
глаз. Ему я^но
ло не по себе, и он хотел, чтобы я это понял. Я прочел ему лекцию о
том, что его задача - дом сторожить, а когда я прихожу - мне тапочки
приносить, а не разгуливать в хозяйских вещах по дому. Лорд каялся и
явно стыдился.
Больше ничего подобного подглядеть мне не удалось. Инцидент, как
говорится, был исчерпан.
Но иногда,, когда я в тапочках и халате начинаю подниматься с кресла,
упираясь на подлокотники, то отмечаю: "До чего же мы в этот момент
похожи!"
Записано со слов Лившица В. Б., г. Москва
Свекровь
Дворняжка Нюся и кошка Муся жили в нашем доме очень дружно. Потом Муся
окотилась, а через два месяца погибла под колесами машины. Ее сынок
Котя остался сиротой. И Нюся усыновила его. Матерью она была нежной и
заботливой. В сыночке своем души не чаяла. И Котя любил ее, не
стесняясь демонстрировать свои чувства.
Время шло, котенок превратился во взрослого кота. И вот он загулял.
Его истошные ночные вопли будили нас по ночам, и мама Нюся вообще
потеряла сон. В битвах своего сыночка она принимала самое активное
участие. Голос его она отличала от всех кошачьих голосов, хотя в этот
период они омерзительно одинаковы. По ее поведению мы могли определить
состояние дел Коти: если она, стоя передними лапами на подоконнике,
перебирая ими и раскачиваясь, повизгивала, то можно было быть
спокойными - Котя кого-то лупит. Если она рычала и лаяла, подаваясь
всем корпусом вперед и стукаясь носом о стекло, то оставалось только
посочувствовать нашему кавалеру - его явно драл кто-то более сильный.
В этот период мы не выпускали Нюсю в "свободный полет", беспокоясь,
что
она ввяжется в кошачьи разборки и останется без глаз. Поэтому, как
истинная мать воина, она ждала редких возвращений сына и, ворча,
зализывала ему боевые раны.
И вот наконец свершилось. В боях Котя добыл себе подругу. Кошечка была
очаровательной: пушистая, тигриного окраса, с зелеными блудливыми
глазами. Кот привел ее в наш двор, гордо вышагивая впереди. Мы
похвалили его вкус, но Нюся возненавидела ее с первого взгляда. С ее
точки зрения, наверное, ее красавец сынок мог найти и получше. Нюся
зазывала нас к окну, когда они любезничали во дворе, лаяла,
поворачивая к нам голову и как бы призывая прекратить это безобразие.
Но мы не оправдывали ее надежд, а только гладили по голове и утешали:
"Не волнуйся, это ненадолго, скоро он снова к тебе вернется". Она
обиженно поскуливала в ответ и уходила в угол, где засыпала,
свернувшись калачиком. Сны ей снились плохие. Она сучила лапами,
утробно тявкала и щелкала зубами, наверное, расправлялась с невесткой.
Через некоторое время блудливый сынок вернулся под мамочкино крылышко.
Мамочка дня два подулась на него, потом простила, и жизнь потекла
своим чередом.
Но наша добродушная Нюся оказалась мстительной. Месяца через два я
услышал ее лай, в котором было столько ярости и злобы, что это
заставило меня выйти из дому. Собака, приученная не трогать кошек и
вообще любую соседскую живность, кидалась на ствол дерева, оскалив
белые клыки и дрожа от возбуждения. На тонкой веточке на самой
верхушке дерева сидела, вздыбив шерсть, бывшая Котькина жена.
С большими усилиями я увел собаку домой. Больше мне не приходилось
встречать нашу зеленоглазую красавицу - видимо, свекровь сумела д.пъ
ей от ворот поворот. В дальнейшем, вероятно усвоив, что подружек
Котя меняет как перчатки, мамаша Нюся успокоилась относительно своего
главенствующего положения в его жизни и последующих дам просто
игнорировала...
Из письма Кузина Е. В., г. Скопин
Мыльная опера
У нас фермерское хозяйство. Как полагается, есть в нем и скотина, и
птица, а также кошки и собаки. О каждом нашем питомце, вплоть до
цыпленка или гусенка, можно рассказать интересную историю. Но кошки и
собаки в нашей жизни занимают особое место. Мы считаем их членами
семьи.
Их у нас шестеро: самый старший кобель (лайка) Тимка семи лет; кошка
Машка пяти лет; дворняжка, размером чуть больше кошки, Фенька (Офелия)
четырех лет; кот Филя (в честь Филиппа Киркорова), длинноногий,
гибкий, сверкающе-черный красавец с пронзительным голосом трех лет и
годовалая кошечка Люська.
В этом, как и во всяком другом, коллективе существуют свои законы,
свои права, свои отношения, но иногда случаются из ряда вон выходящие
события, и тогда начинаются киношные страсти, напоминающие
многосерийные мыльные оперы.
Одновременно ждали потомство Машка и Офелия. Машка за день до родов
начала "вить гнездо" в шкафу. Мы это заметили, но мешать не стали.
Наоборот, освободили выбранное ею отделение от своих вещей, подбросили
необходимый "строительный материал" - в общем, оказали посильную
помощь. Она у нас в этом плане на особом положении. У нее годами не
было котят, а однажды она все-таки родила, но котята оказались
мертвыми. Кошка очень от этого страдала, по детям своим
мертворожденным плакала, пыталась усыновлять и удочерять не только
любую живность, но и плюшевых, и даже
"Х Эти элт*дочные животные ll^
зиновых зверьков - игрушки наших детей. Поэтому любая ее прихоть,
вплоть до "гнезда" в шифоньере, Нами воспринималась с пониманием.
И наконец удача' Машка родила четырех чудесных котят. Вся хвостатая
компания, за
...Закладка в соц.сетях
