Жанр: Эзотерика
Эти загадочные животные
...у я так и не увидела больше...
Конечно, все знают, что собака - друг человека, и мое письмо покажется
вам ерундой, но прошли годы, я уже даже не помню сколько, а этот пес
все стоит перед моими глазами, как напоминание о гом, что люди и
животные должны помогать друг ^ругу в этой тяжелой жизни..."
195
СОБАЧЬЯ ПРЕДАННОСТЬ И ЛЕБЕДИНАЯ ВЕРНОСТЬ
В свое время маленькая заметка о собаке, опубликованная в газете
"Комсомольская правда", потрясла всю страну. В редакцию ежедневно
приходили метки с письмами. Журналисты удивлялись: ни одна серьезная
статья не вызывала столько эмоциональных откликов, сколько эта
небольшая история в 150 строк об овчарке, имени которой никто не знал.
Ее заметил журналист Юрий Рост на летном поле Внуковского аэропорта.
Собака стояла возле трапа прилетевшего самолета и внимательно
осматривала каждого выходившего пассажира. Журналист выяснил, что это
продолжается вот уже два года. Собака не уходит с летного поля,
встречая каждый "Ил-18". На другие самолеты она внимания не обращает.
Кто-то из работников Внукова помнил, что оставить пса прямо у трапа
хозяину пришлось из-за того, что без какой-то там справки его не
пустили в самолет.
Собаку гнали с поля, но она не уходила. Ее пытались выловить работники
санэпидемстанции - не удалось. За два года к ней привыкли. Ее уже не
прогоняли, уважая за твердость духа и непроходящую любовь к предавшему
ее человеку. Летчики оставляли псу корм и отходили, так как овчарка
никого не подпускала к себе близко. Были желающие взять ее в свой дом,
ее пытались зазвать в теплое помещение и взять на довольствие в
аэропорту - но она нс желала новых хозяев. Исхудавший, с впалыми
боками, и в снег и в дождь, на пронизывающем ветру стоял на летном
поле верный пес и ждал, ждал, ждал
Почему же эта, казалось бы незамысловатая, история так потрясла
читателей "Комсомолки"?
Многие люди тогда словно очнулись, вдруг впервые осознав, что наши
меньшие братья могут любить и страдать так же, как и мы. И даже еще
нее. Сравнивая себя с этой собакой, многие понимали, что не смогли бы
так, не выдержали бы
А преданная хозяину и преданная им собака не знала, что стала
знаменитой. Она ждала и дождалась. Узнав из прессы о ее судьбе, хозяин
вернулся за ней.
И овчарка еще раз доказала, что в своем благородстве смогла превзойти
человека. Многие писали в редакцию "Комсомолки", что такого хозяина
надо просто "расстрелять на месте". А собака простила его.
История ставшего знаменитым внуковского пса - подтверждение тому, что
лохматые и пернатые создания способны страдать и радоваться, любить и
прощать, как и люди. А в чем-то они даже превосходят нас по силе и
красоте чувств, ведь недаром же лебединая верность, собачья
преданность или орлиная гордость стали для людей символом высоких
чувств и моральных качеств. Впрочем, спектр чувств, присущий нашим
меньшим братьям, настолько широк, что, как и у людей, включает в себя
огромное разнообразие оттенков - от белого до черного.
Кокетка
В 1980 году моей суперэлитной карликовой пуделихе Маркизе было два
года. Претенциозное это имя, разумеется, придумали ей не мы - клуб
настоял. У них там свои правила: от имен папы и мамы берутся
определенные буквы, еще что-то добавляется, чтобы звучало, - и имя
готово. В доме у нас она была Маркой, Манькой, даже Марухой. Она знала
все свои имена, только последнее не любила - воспринимала как
предисловие к выволочке. В душе же всегда оставалась Маркизой. Бабский
ее характер с аристократическими вывертами с каждым днем проявлялся
все заметнее. После очередной фасонной стрижки перед нами
представала откровенно-нахально предлагающая себя на всеобщее
обозрение, фланирующая перед "зрителями" заученной неестественной
походкой и лениво поворачивающая в их сторону голову самовлюбленная
баба. Супермодель, да и только! Весь день после похода к парикмахеру
она дефилировала по прихожей перед зеркалом, которое начиналось почти
от пола, кося глазом на свое отражение. А когда думала, что никто не
видит, останавливалась перед ним и "принимала позы". В этот день мы
просто не в силах были заниматься чем-то другим, так как, давясь от
смеха, прикладывая палец к губам ("тес!"), постоянно бегали друг за
другом, зазывая на очередное шоу в прихожей.
В этот день мы называли ее только Маркизой. На впервые произнесенное в
шутку "Ваше высочество" Манька откликнулась как на родное имя, и если
бы она умела говорить, то, вероятно, мы бы услышали в ответ:
"Наконец-то догадались!"
Только в возрасте трех лет она впервые полюбила. Избранником ее стал
уродливый короткошерстный метис Чарли. Когда он прогуливался со своим
хозяином - 80-летним стариком соседом, Марка не отходила от окна, тихо
повизгивая, царапала стекло и шумно вздыхала. С ним она и потеряла
невинность. А случилось это так. Мы уехали на выходные, и моя
70-летняя мать осталась с собакой. Дворик у нас закрытый, Манька -
очень послушная собака, сама ни на шаг и к себе никого не подпустит,
поэтому мать пригрелась на солнышке, отпустив ее на волю и не
подозревая о том, что происходит у нее под боком. А под боком
влюбленная Манька в порыве страсти отдавалась черномазому беспородному
Чарлн. Представляю, какой мать испустила вопль, когда заметила
происходящее. Даже вечно дремлющий на соседней скамеечке старичок -
хозяин Чарли - бросился на помощь. Спасая честь и родословную Маркизы,
они растащили влюбленных (благо, было еще не поздно!), попрепирались
на
му "кому надо следить за своей собакой", поссорились и разошлись.
Вечером первыми словами, которые произнесла заплаканная мать, были:
"Игорь, случилось несчастье!" У меня оборвалось сердце: "Что?!
Говори!" "Марочка уже не девушка!" - пролепетала моя интеллигентная
мамаша. Несмотря на трагичность сообщения, вся семья взорвалась
хохотом. Смех смехом, но пару месяцев мы жили в напряжении. И только
когда поняли, что согрешившая наша сучка в подоле нам никого не
принесет, успокоились.
А в тот трагический 1980 год сердце Маркизы было еще свободно, и
ухажеров своих она гоняла, скаля зубы и презрительно подергивая
кончиком носа: "Кобели поганые!"
Тем летом мы вместе с Маркой отправились на машине к морю. Место для
нашего отдыха было организовано "по блату" в двухэтажном
двухподъездном "доме-гостинице для размещения специалистов". Дом этот
стоял в прекрасном, отгороженном от поселка экспериментальном
ботаническом саду прямо на берегу моря. Присутствие собаки утрясли с
администрацией по телефону еще из Москвы.
На сказочном полупустынном пляже, что по тем временам было
сверхроскошью, как белые люди отдыхали такие же "специалисты", как и
мы, а по краю его вдоль кустов в тенечке прогуливались или дремали
местные собаки. Они никогда не проявляли агрессивности. Наоборот,
вежливо вставали, когда кто-нибудь проходил мимо них, и отходили на
два-три шага в сторону, пропуская идущего и подобострастно глядя ему в
глаза. За годы проживания на этой территории они усвоили истину: надо
пережить зиму и дождаться лета.
И действительно, лето было для них хлебной порой. Судьба их собратьев,
рыскающих по переполненным пляжам, вечно отгоняемых камнями и криками
озверевших пляжников, им не грозила. Счастливые люди - добрые люди.
Нерастраченная на
гань и раздражение энергия счастливых, с комфортом отдыхающих людей
трансформировалась в любовь к ближним, в том числе и к братьям
меньшим. Собак зазывали, чтобы погладить, с ними разговаривали, им
носили еду, их негласно поделили на "своих", им придумывали клички, на
которые они охотно отзывались, ничуть не смущаясь многократной сменой
имен.
Чужих они к пляжу не подпускали - ни людей, ни собак. Как они
умудрялись отличать отдыхающих от случайных посетителей - для меня
навсегда останется загадкой! Однажды я был свидетелем, как они гнали
всей сворой огромного забредшего на их территорию пса с голодными
глазами и ввалившимися боками. И только вмешательство людей спасло
несчастного бродягу. У собак, охранявших пляж и честно выполнявших
свою оплаченную сытой кормежкой службу, в глазах были обида и
недоумение. А когда бродягу еще и накормили, то они вообще восприняли
это как личное оскорбление. Сидя на расстоянии нескольких метров от
чужака, жадно н торопливо глотающего поднесенную ему пищу, они лаяли,
визжали, рычали, но пока рядом с ним были люди - не подходили.
Накормленного до отва-т пса пришлось уводить за территорию под
охраной. спасая от мести собратьев. И только тогда, когда ворота за
ним были закрыты, "собачья мафия" успокоилась.
В тот день, демонстрируя свое возмущение, ни одна собака к людям не
подошла, отказываясь даже от самых лакомых кусочков. Верховодил всеми
"мафиози" не самый крупный, не самый сильный, но, видимо, самый хитрый
из них. Я был потрясен, когда уже практически соблазненная одной из
курортниц собачонка-сладкоежка поползла за протянутой ей конфетой и на
середине дороги бросилась обратно к кустам, услышав грозное "р-р-р!",
которое издал заметивший ее действия "мафиози"! На
щий день бойкот был снят, и жизнь потекла своим чередом.
Когда мы с администрацией гостиницы решали вопрос о приезде с собакой,
нас предупреждали, что это опасно, так как местные псы могут ее
обидеть. Но мы этого не боялись, зная, что наша девочка никогда не
гуляет одна и, если приказать, не отходит от нас ни на шаг.
Маркине появление перед местной командой на пляже произвело эффект
разорвавшейся бомбы. Когда она впервые в специально сшитом
солнцезащитном чепчике, стриженная по последней моде, походкой
манекенщицы, не удостаивая ошалевших от невиданного зрелища
провинциалов даже взглядом, прошла рядом с нами к морю - это был шок!
Предсказания об агрессии старожилов пляжа не оправдались. Перед
Маркизой спасовала даже "мафия" - она была удостоена тех же
королевских почестей, что и люди, отдыхавшие в гостинице. При ее
появлении лениво лежащие псы вставали и уступали дорогу. Она же как
будто не замечала своих собратьев и даже не поворачивала в их сторону
голову, когда кто-нибудь из них подходил на наш зов. Если же все-таки
и удостаивала кого-то равнодушным взглядом, то визитер замирал и не
подходил, пока она лениво не отводила взгляд.
Мы стыдили ее, произносили речи, из которых можно было составить
собачий "Моральный кодекс строителя коммунизма", говорили о равенстве
и братстве, о тяжкой доле бездомных собак. Маркиза внимательно
выслушивала все наши речи, вежливо кивала, но в глазах ее горел огонек
насмешки над нашей наивностью. Иногда мне казалось, что в ответ на
очередную пламенную речь моей жены она произнесет человеческим
голосом: "Если все братья, то почему мы здесь, а не где-нибудь на
общественном пляже? И почему твой директор сейчас загорает на берегу
Средиземного моря, а ты здесь?.." И тогда
я брал Марку под мышку, жену за руку и окунал обеих в море...
То, что рядом с нами разворачивается трагедия, никто из нас не понял
до самого последнего момента.
Вспыхнувшая и с каждым днем разгорающаяся любовь безродного
провинциального парня с сезонной кличкой Пират к столичной прелестнице
голубых кровей на первом этапе веселила нас
Свою кличку пес получил сразу же, и подозреваю, что не впервые, так
как подходила она ему исключительно. Морду его украшал рубец,
проходящий от правого уха к левой скуле, как бы перечеркивающий левый
глаз и напоминающий повязку на лице одноглазого пирата. Глаз был цел,
только нижнее веко надорвано, из-под него просматривался белок с
красными прожилками, что придавало ему свирепый вид. Крупный кобель,
размером с овчарку, он мог бы служить аркой, под которой наша красотка
прошла бы, даже не задевая его живота. Но разница в размерах и
общественном положении для влюбленного ничего не значили. Обжигаемый
южным солнцем, на раскаленном песке, игнорируя укрытие под кустами,
принимая только поднесенную к его носу пищу и воду, положив голову на
лапы, не отрывая глаз. Пират смотрел на возлежащую под зонтиком
Маркизу.
Когда мы уходили домой, он плелся за нами, а выходя из дома, мы
заставали его перед нашим подъездом. Однажды утром мы даже обнаружили
Пирата на подстилке перед дверью нашего номера на втором этаже.
Обслуживающий персонал, вооруженный швабрами, предпринял атаку на пса,
и он был выдворен из здания. После этого нас "пожурила" администрация,
а мы, в свою очередь, возмутились негуманным отношением обслуги к
животным. В результате компромиссным решением стало появившееся на
дверях подъезда объявление:
щи отдыхающие! Просьба не оставлять дверь подъезда открытой".
Наступило время уезжать. Рано утром мы выносили и укладывали в машину
вещи, а за нами нервно следил дежуривший, как обычно, всю ночь у
подъезда Пират. Пес явно чуял неладное. Тихо поскуливая и
вопросительно глядя нам в глаза, он переминался с лапы на лапу,
обходил машину, напряженно следил за подъездом. Когда все было уложено
и из дверей показалась наконец гордая Маркиза, волнение Пирата
достигло апогея. Он заскулил, забормотал, залаял. Это была целая гамма
чувств. У меня перехватило горло. Без малейшего уважения к самолюбию
"ее высочества" я зашвырнул Маньку в машину, следом за ней жену,
бросил Пирату заранее заготовленный кусок мяса и включил зажигание...
Было наивно думать, что от несчастного Ромео можно откупиться. Даже не
взглянув на мясо, пес бросился за нами...
Жена плакала на заднем сиденье. Я дважды останавливал машину и, грозно
крича, размахивая руками, гнал его, но он бежал снова. Мы выехали за
пределы поселка на трассу и оказались хотя и в редком, но все же
потоке машин. А Пират все бежал. Проезжавшие водители гудели нам и
укоризненно качали головами. Один даже показал кулак, и по губам его
можно было прочесть, что он о нас думает. А думал он то же, что и все:
едут подонки, которые бросили свою собаку.
Мысль о том, что надо остановиться и усыновить пса, жалость к нему,
боль в сердце от чувства невольной вины за разыгравшуюся трагедию
боролась с разумом: в семье маленький ребенок... кот... у Маркизы
будет течка, и что тогда?.. по дороге мы обещали на пару дней заехать
к моему однокашнику в Брянске... и т. д. и т. п... А Пират бежал.
Чтобы оторваться и прекратить эту смертельную гонку, я надавил на
газ...
Всю дорогу мы молчали. В Брянск не заехали. По приезде мы узнали, что
во время нашего отпуска умер кот - разбился, упав с балкона. Маркиза
оказалась бесплодной: несколько попыток вязки не дали результатов...
Прошло четыре года. Однажды утром, выходя из дому на работу, я увидел
лежащую у нашего подъезда собаку, очень похожую на Пирата. Не знаю
почему, но я позвал ее: "Пират!" Пес поднял голову, и сердце мое
оборвалось: я увидел рубец и рваное нижнее веко
Был ли это тот самый Пират или сама судьба прислала нам его двойника,
утверждать не могу. Но хотя все вокруг уверяют меня, что не мог пес
четыре года идти по следу и отыскать нас почти за две тысячи
километров, да еще в таком многолюдном городе, как Москва, я не
сомневаюсь, что это был он.
Ни секунды не раздумывая, как бы замаливая наше Маркизой грех, я повел
его в дом. Был он истощен, слаб, много пил, мало ел, все время лежал в
прихожей у двери, не делая даже попыток пройтись по квартире. Лежал,
смотрел на Марку. А она, ничуть не удивившись его появлению в доме,
прогуливалась мимо него, как мимо мебели, не замечая, не поворачивая в
его сторону головы. На прогулку мы выводили их вместе. Она весело
скакала, а Пират, выполнив свои прогулочные обязанности, тяжело, с
хрипом дыша, лежал на траве, опустив голову на лапы, и смотрел на
Маркизу.
Пес был явно болен. Мы вызвали ветеринара. Тот отмел подозрение на
всякие инфекционные болезни, но предупредил, что пес - не жилец: "До
предела истощен и, возможно, безжалостно избит"
Пират умер через три недели. Никто не увидел, как это произошло. Я
утром встал, а он уже холодный. Пока все спали, я положил его в
машину, доехал до леса и похоронил. Маркизу отсутствие его не тронуло,
как и
данное появление три недели назад. Вроде и не было Пирата. Жизнь
продолжалась.
С тех пор меня преследует один и тот же сон: я вижу в зеркале машины
бегущую собаку с пеной на губах и свисающим языком, а потом она
падает. Я останавливаю машину и подхожу - она мертва...
Маркиза умерла шесть лет назад. До последних дней она смотрелась в
зеркало потускневшими от старости глазами...
Записано со слов Калиновск-ого И. С. г. Москва
Семейная драив
Мой брат в детстве любил голубей и, став уже взрослым, продолжал
держать одну-две пары.
В последнее время у него жили сизый голубь и белая голубка. Они были
неразлучны и часами ворковали, ничего не замечая вокруг. За год они
дважды высиживали по два птенца, которых брат дарил друзьям или
обменивал на корм.
Однажды, в начале весны, пропала голубка. Взамен белой брат приобрел
сизую голубку и, чтобы она не улетела и быстрее привыкла к новому
месту, на некоторое время закрыл ее вместе с голубем. Прошло немного
времени, и голуби образовали новую и, как нам казалось, счастливую
пару. Голубка отложила два яйца, из которых вывелись птенцы.
Но неожиданно для всех вернулась пропавшая белая подруга голубя. И вот
тогда разыгралась драма. Продолжая честно выполнять свои отцовские
обязанности - кормить птенцов, голубь тем не менее все свое внимание
отдал первой жене, забыв о второй. Первое время она еще пыталась
оспаривать свои права, прогоняя от голубя белую соперницу. Однако
скоро поняла, что ее семейному благополучию пришел конец. Поникшая и
несчастная, уединилась она на курином насесте и, что особенно удивило
нас, бросила кормить птенцов. Возможно, от
переживаний у нее пропало молочко, которое вырабатывается в зобу у
голубей в первый период выкармливания птенцов, а может быть, потеряла
ко всему интерес.
Вскоре белая голубка снесла два яичка. Принимая активное участие в
высиживании яиц, голубь один продолжал кормить старших птенцов - детеи
неудавшегося кратковременного брака.
Брат, видя страдания сизой голубки, подарил ее соседним ребятам, у
которых были голуби и OH.! могла бы найти себе пару.
Так мы стали невольными свидетелями этой трогательной драмы, где, как
у людей, была и любовь. и ревность, и страдания, и высокий отцовский
долг.
Из письма Сейфулина Э. М . г. Лиски Воронежской области
Нагулялся
Безусловно, Дик очень красивая и умная собаки. Выражаясь современным
языком, он очень сексуален, а говоря по-простому, народным языком,
кобель он, всем кобелям кобель. Знает его весь соби чий женский под,
регулярно пополняющий псиную команду в нашей округе щенками, как две
капли воды похожими на Дика.
В соседнем дворе живет маленькая лохматая с(' бачонка по кличке
Плюшка, похожая на плюик вую игрушку. У нее тоже есть сын - Кузьмич.
Вс.: в один голос уверяют, что он сын Дика, и действ] i тельно, сынок
похож на папу, но поменьше разм рамп. Оно и понятно: Плюшка - дама
миниатю1 ная.
Детей своих, которые по всей округе бегают, Дг признает, но святость
своего крова блюдет - нико да в свой двор, а тем более в конуру нс
допуская Впрочем, "конурой" его дом не назовешь. У Ди лом - почти
замок. В великолепной деревяннои
будке можно стоять во весь рост, сидеть и даже принимать гостей. Но
Дик предпочитает лежать. Внутри дом обит толстым картоном, нигде ни
щелочки, никаких тебе сквозняков, на полу вязаный коврик, а на коврике
обрезки меха - целый мешок отходов из мехового ателье. Когда Дик лежит
в своем доме, он не любит, чтобы его беспокоили.
Вытащить его оттуда силой невозможно: свернется клубочком в углу -
рукой не достанешь, а то и на хозяина зарычать может. Он у себя дома,
а "мой дом - моя крепость".
Можете себе представить наше удивление, когда однажды зимой из его
мехового "спального мешка" вслед за Диком вылезла Плюшка! Мы
отказывались верить своим глазам. Но через пару дней история
повторилась. Куда было деваться! Вмешиваться в личную жизнь нашего
друга мы не решались.
Но впереди нас ждал очередной сюрприз: в одно прекрасное утро из будки
вылезли Дик, Плюшка и Кузьм ич!
После этого мы окончательно поверили, что Кузьмич - сын Дика. Похоже,
что наш кобель решил остепениться и воссоединиться с былой семьей.
Из письма Школьниковой Л. С., г. Ессентуки Ставропольского края
Вдова
Дом наш находится рядом с лесом, и в ограде кроме садовых деревьев
растут сосны, березы, акация, сирень...
Мы бережем их. Зимой прилетают птицы ~ воробьи, дятлы, снегири,
синички - клевать рябину. Только солнышко выглянет, как стайка синичек
тут как тут, усядутся на вишню под окно и щебечут - беседуют между
собой. Я специально соорудила для них "птичий стол". За день ни одной
крошки не
брасываю - для птиц берегу. Высыплю им и жду. И тут же синички
появляются, как будто ждут. А рядом в очереди уже сидят воробьи.
Никакой драки, никакого непорядка.
Но однажды слышу крик. Выглядываю и вижу, что синичка кричит, на
помощь зовет, а сорока треплет ее друга. Открыла я окно, замахала
полотенцем, да уже поздно было: маленькая птичка на земле неподвижно
лежит, а вторая над ней жалобно плачет-убивается. Не выдержала я,
пошла, собрала перышки и все, что осталось. Думаю, не будет видеть -
забудет. .
Но все оказалось гораздо сложнее: каждый день прилетает с утра и целый
день плачет синичка. День, другой, неделя проходит, не утихает вдова -
прилетит и плачет. Стайка поест и улетает, а она остается и сидит на
ветке печальная - ждет, горюет. Было это в декабре в сильные морозы,
сейчас на дворе уже март, а она все еще одна.
Вспоминаю войну, сколько женщин вот так же горевали, ждали.
Оказывается, у птиц, как и у людей, и любовь, и верность, и горе, и
печаль есть. И добрые соседи, и подлые разбойники тоже...
Из письма Быковой Н. Я., нос. Богандинский Тюменской области
Соперник
Чувство собственного достоинства не изменяло Афоне никогда. Он был
красив, силен и пользовался успехом у дам. Но не разменивался на
случайные связи и дешевые романчики. У него была постоянная "дама
сердца". Жила она на четвертом этаже, по улицам не шаталась, была
скромна и благовоспитанна. Бедному Афоне приходилось рисковал жизнью,
взбираясь по веткам деревьев и лозе диког( винограда к ней на лоджию.
Однажды он даже со рвался и повис, зацепившись одним коггем, на осль
свой веревке за окном. Моему мужу пришлось изрядно потрудиться, чтобы
спасти его. Но и это не остановило верного Афоню. Он продолжал
рисковать жизнью ради встречи с любимой, отвергая притязания соседских
кошек.
У Афони и Кетки появились дети. Они подросли, и хозяева решили
оставить себе котенка - их сыночка, а маму отдали в другие руки. Афоня
долго тосковал. А тем временем подрастал сынок. Время шло, и Афоня
"женился" во второй раз.
Вторая жена оказалась более вольного, чем Кетка, поведения и не сумела
оценить по достоинству Афонину верность. А тут еще и его подросший
сыночек стал за ней ухаживать. С прочими ухажерами Афоня расправлялся
быстро, соперники бежали от него, только успевали хвосты уносить -
боец он был знатный. А с сыночком он поначалу миндальничал - жалел
мальца. Но тот его все же боялся, без хозяев в подъезд не входил.
Знал, как говорится, "чье сало съел", но ухаживать за мачехой
продолжал.
Афониному терпению пришел конец. И час расплаты наступил. В тот день
сынок смело поднимался по лестнице рядом с хозяевами, когда рядом с
ним оказался спрыгнувший с окна подъезда Афоня...
Дальнейшую сцену хозяева Афониного сыночка описывали так: "Ваш
спокойно подошел к нашему it давай его молча бить лапой по морде,
прямо как человек. Все произошло так быстро, что мы так и остались с
раскрытыми ртами, даже забыли своего защитить. Потом так же спокойно,
с чувством исполненного долга ваш отвернулся и спустился вниз по
лестнице ."
Больше Афоня сынка не трогал - игнорировал. Л вторую жену прогнал и
больше "дам сердца" не -вводил. Разочаровался, наверное, в женском
поле.
//з письма Винюковой Л. П., г. Ульяновск
Родительские права
Дочке было шесть лет, когда она принесла в дом nm^^vin кошечку.
Назвали ее Акулиной. А через пропала.
маленькую кошечку.
несколько дней вышла она погулять Приползла через неделю вся в ожогах
и с вытекшим глазом - повеселился кто-то, бросил в огонь.
Мы ее выходили, шерсть отросла, превратилась Акулина в красавицу, хоть
и с одним глазом. Не только красавицей, но и умницей была наша
Акулина. С младенческого возраста на унитаз ходила. Сама дверь в
туалет открывала, сама воду из бачка сливала.
За 15 лет своей жизни у нас принесла она нам не меньше сотни котят. И
для всех мы находили хозяев: взрослые - знакомых или на работе, дети "
в школе.
Однажды, когда Акулина отлучилась, оставив своих шестерых котят на
несколько минут, наш нес Бим - беспородная, но очень симпатичная,
белая и пушистая дворняга - тут же занял ее место.
Видим
...Поділитися у соцмережах
