Жанр: Энциклопедия
СТО ВЕЛИКИХ ДИКТАТОРОВ
...ко и потребовали ее сдачи Одновременно Сомоса осадил президентский дворец
в Манагуа Рамон намеревался сражаться, но трусливый президент, опасаясь
разгрома, приказал ему сложить оружие. Несколько дней спустя Сакаса, Эспиноса,
Чаморро и другие противники Сомосы бежали из Никарагуа, открыв тем самым Тачо
путь к власти.
После их бегства конфесс, следуя пожеланиям Тачо, избрал временным президентом
его приятеля Карлоса Бренеса Харкина Спешно сколоченные либеральнонационалистическая
и консервативно-националистическая партии выдвинули Сомосу
своим кандидатом в президенты. Чтобы соблюсти декорум, Тачо подал в отставку с
поста шеф-директора национальной гвардии и назначил на это место другого своего
приятеля полковника Рейеса. Однако фактически Сомоса продолжал ею командовать,
хотя и появлялся в ее генштабе в фажданской одежде.
В сентябре 1936 года проводились выборы президента. Сперва избирательная
комиссия сообщила, что Сомоса получил 79 000 голосов, а его противник Леонардо
Аргуэльо - 1200. Но эти цифры победитель посчитал неубедительными. Окончательный
подсчет "показал", что за Аргуэльо проголосовали всего 169 человек, а за Тачо -
107 000 Выборы нового главы государства полностью контролировались сторонниками
Сомосы Среди предвыборных хлопот была забыта такая маленькая деталь, как 141-я
статья Конституции Никарагуа, которая запрещала всем военным, находившимся на
действительной службе (а Сомоса был генералом), занимать выборные
государственные посты Приход к власти Сомосы являлся обычным государственным
переворотом, хотя он и был оформлен "конституционно".
1 января 1937 года Сомоса официально вступил в должность президента Никарагуа на
4-летний срок. Полковник Рейес за проявленную к шефу лояльность получил в первом
правительстве Сомосы пост военного министра
Сомоса запретил деятельность оппозиционных политических партий Единственно
разрешенная Либеральная партия находилась полностью под его контролем.
В конце концов консерваторы подписали пакт, который давал им заранее
оговоренный процент мест в конфессе в обмен на обещание быть более терпимыми к
режиму Сомосы.
Как и прочие центральноамериканские диктаторы середины века Сомоса был большим
поклонником фашистского толка организаций, создававшихся
в Европе.
До момента вступления США в войну в доме у Сомосы висел портрет, на котором с
помощью монтажа был изображен никарагуанский диктатор рядом
с Гитлером.
Получив безраздельную власть над Никарагуа, Сомоса употребил всю свою энергию на
личное обогащение В 1939 году его капитал составил 4 миллиона долларов А в
1944 году Сомоса владел уже имуществом и доходами, заслуживающими отдельного
списка. Вот он: 1)51 скотоводческое, 46 кофейных, 400 табачных поместий; 2)
золотые шахты Сан-Урбина; 3) 50 процентов акций единственного в Никарагуа
цементного завода; 4) 50 процентов акций спичечной фабрики "Момотомбо" (чтобы
избавиться от конкуренции, диктатор запретил импорт зажигалок); 5) газета
"Новеда-дес"; 6) половина всех деревообрабатывающих фабрик; 7) четыре
электростанции; 8) доходные дома в Мексике, Майами и Коста-Рике; 9) самые
крупные в стране молочные комбинаты "Салуд" и ПОЛАКСА; 10) четыре мясокомбината
Кроме того, Сомоса ежегодно присваивал себе 175 000 долларов, которые платили
Никарагуа в виде налогов иностранные фирмы, действовавшие в стране. При Сомосе
на землях Никарагуа стал в массовом порядке выращиваться хлопок Эта культура не
отвечала экономическим потребностям страны, но приносила огромные прибыли
владельцам плантаций - в основном североамериканским компаниям Крестьян
сгоняли с земель, превращая множество мелких наделов в бескрайние хлопковые
поля. Тысячи крестьян двинулись в город на поиски работы, но там ее не было. Те,
которым повезло, нанимались батраками на плантации. За тяжелейший труд люди
получали гроши, а чаще работали за пропитание, тысячами умирая с голоду.
Массовое разведение хлопка поставило Никарагуа в зависимость от импорта
продуктов питания и серьезно подорвало экономику страны За рубежом режим Сомосы
мог рассчитывать только на периодическую
помощь США.
Американская элита поддерживала контакты с кланом, хотя и относилась к нему с
пренебрежением. Известно мнение Франклина Д. Рузвельта о старшем Сомосе. "Это
сукин сын, но наш сукин сын!"
При Сомосе гвардия стала вершительницей судеб в Никарагуа. Она контролировала в
стране торговлю оружием, спиртными напитками, наркотиками, лекарствами.
Организованная проституция, игорные дома, радио и телевидение, сбор налогов и
сельское правосудие тоже находились в ее ведении. Если считать и членов семей
гвардейцев, то благополучие этих 15 000 человек (около 2 процентов населения)
всецело зависело от Сомосы.
В годы Второй мировой войны Сомоса, порвав с гитлеровской Германией, пустил с
молотка и скупил за бесценок немецкую собственность, провел прогрессивный по
содержанию Кодекс труда (правда, никогда не применявшийся на практике и
отмененный с наступлением "холодной войны"), разрешил деятельность
Никарагуанской социалистической партии и даже установил дипломатические
отношения с СССР, хотя до обмена по600
100 ВЕЛИКИХ ДИКТАТОРОВ
СОМОСА АНАСТАСИО
601
слами дело не дошло. Временами Сомоса разрешал существование оппозиционной
печати. И в то же время своих противников он бросал в тюрьмы, пытал и убивал.
Сомоса сочетал в себе навыки интригана и карьериста, хитрого, коварного, не
стеснявшегося в выборе средств для достижения своих целей, и вместе с тем
осмотрительного и трезвого реалиста. Он боролся с оппозицией не только силой, но
и подкупом, коррупцией. Сам он породнился с президентом Сакасой, свою дочь выдал
за родственника того же президента - Гильермо Севилью Сакасу, которого назначил
послом в Вашингтон, где тот находился несколько десятилетий, став дуайеном
дипломатического корпуса. Сомосе удалось перетянуть на свою сторону многих
лидеров либеральной и консервативной партий.
После окончания Второй мировой войны Сомоса, предвидя активизацию противников
его правления, выступил с широкими обещаниями реформ, которые так и остались
только обещаниями. Надо отдать должное диктатору - он умел с помощью неприкрытой
демагогии манипулировать сознанием масс, обеспечивая относительную устойчивость
режима.
Для успокоения общественности Сомоса время от времени прибегал к трюкам,
выдвигая на пост президента страны подставных лиц. В 1947 году Сомоса уступил
президентский пост своему бывшему сопернику по выборам 1936 года 70-летнему
Леонардо Аргуэльо, давно выдававшему себя за его сторонника Кандидат был
подобран с таким расчетом, чтобы он в силу своего преклонного возраста не мог
активно участвовать в решении политических вопросов и был бы послушным
инструментом в руках Сомосы.
Оказалось, однако, что хитрый Аргуэльо только ждал своего часа, чтобы нанести
удар по Сомосе. Когда Аргуэльо сместил начальника полиции Манагуа и сына тирана
- Тачито с поста командующего гарнизоном, Сомоса объявил его помешанным и лишил
власти, заменив своим зятем Бенхамином Ла- . кайо Сакасой, а после его быстрой
смерти - своим дядей Виктором Романо-и-Рейесом, который скончался два года
спустя, за несколько дней до очередных выборов. После них Сомоса вновь уселся в
президентское кресло и развязал террор против своих противников, закрыл
национальный университет, отменил Кодекс труда, пытался пойти войной против
Коста-Рики. Все годы "междуцарствия" Сомоса продолжал оставаться шеф-директором
национальной гвардии.
Ему воздвигали памятники, его имя, имена его жены и родственников присваивались
городам, площадям, улицам; стадионам, паркам, учреждениям. День рождения жены он
провозгласил Днем вооруженных сил, а его дочь Лилиан стала "королевой
национальной гвардии".
Сомоса четырежды переписывал в своих интересах Конституцию Никарагуа, а
министров менял, как перчатки. Последователь Гитлера, Муссолини и Хирохито.
которые дарили ему свои портреты с трогательными надписями, он с вступлением США
во Вторую мировую войну быстро превратился в "демократа", а потом нашел контакты
с сионистами, сделав их человека И. Арази своим послом для особых поручений в
Западной Европе.
Сомоса требовал, чтобы никто не вмешивался во внутреннюю жизнь Никарагуа, а сам
позволял себе ввязываться в дела любой страны Центральной Америки и Карибского
бассейна. Он объявлял любого своего противника коммунистом или советским
агентом. Особое внимание Сомоса
уделял укреплению репрессивного полицейского аппарата. Он содержал тысячи
"орехас" ("ушей") - стукачей самого разного толка, которых инструктировали и
которыми руководили американские заплечных дел мастера
из ФБР и ЦРУ.
Многочисленные попытки свергнуть Тачо путем заговоров, мятежей или тем более
выборных комбинаций проваливались в основном из-за предательств. Одно из первых
восстаний против Сомосы возглавил в 1937 году сторонник Сандино генерал Педрон
Альтамирано. Агенты Сомосы убили Педрона, а голову его доставили в Манагуа в
качестве доказательства, что им действительно удалось покончить еще с одним
сандинистом. Неудачно заканчивались и попытки свергнуть Сомосу извне,
предпринимавшиеся по совету костариканс-кого президента X. Фигереса,
гватемальского президента X. Аревало, доминиканского политика X Боша и других.
Организованный ими в сороковых годах в Коста-Рике добровольческий Карибский
легион попытался вторгнуться в Никарагуа, но был разбит гвардейцами.
В начале апреля 1954 года группа гвардейцев пыталась устроить переворот в
Манагуа с намерением физически устранить Сомосу. Диктатор своевременно узнал об
этом и подавил мятеж. Он приказал сжечь живыми захваченных повстанцев. Его
жертвы исчислялись тысячами, а во время правления его наследников - десятками
тысяч.
В конце июня началось вторжение американских наемников, поддерживаемых Сомосой,
в Гватемалу. В том же году он пытался нарушить границу Коста-Рики и свергнуть
правительство X. Фигереса, активно выступавшего против диктаторских режимов.
Костариканцы оказали сомосистам решительное сопротивление и заставили их
убраться восвояси. Тем не менее Сомоса продолжал вынашивать агрессивные планы
против Коста-Рики. Он дружил с тиранами Р.Ф. Батистой на Кубе и Р. Трухильо в
Доминиканской Республике. Так он наслаждался успехом, пока пуля не сразила его.
Молодой никарагуанский поэт и журналист Ригоберто Лопес Перес с друзьями
организовал покушение на тирана.
21 сентября во втором по величине никарагуанском городе Леоне, в местном Рабочем
клубе состоялась фиеста по случаю провозглашения диктатора кандидатом в
президенты на новый срок. Виновник торжества находился здесь же. В самый разгар
вечера, когда за столом, где сидел Тачо, провозглашали очередной тост за
предстоящий успех кандидата, а оркестр играл популярную мелодию мамбо "Кабальо
негро" (черная лошадь), один из танцующих (то был Ригоберто со своей партнершей)
незаметно приблизился к столику президента и четырьмя выстрелами тяжело ранил
Сомосу.
После покушения Сомосу отправили вертолетом в госпиталь американской зоны
Панамского канала, куда прибыли присланные президентом Д. Эйзенхауэром хирурги.
Несмотря на их старания, 29 сентября Сомоса скончался. Так бесславно закончил
свои дни 60-летний Тачо. При жизни он говорил: "Думаю пребывать у власти 40 лет,
но если США рассудят иначе, то я готов покинуть президентский дворец хоть
завтра". Он удерживал власть чуть больше 20 лет и ушел в мир иной по воле не
американцев, а их противников.
100 ВЕЛИКИХ ДИКТАТОРОВ
АМИН ИДИ
АМИН ИДИ
(р. в 1925 году)
Третий президент Уганды (1971-1979). Пришел к власти в результате военного
переворота (1971). Свергнут с поста президента Национальным Фронтом освобождения
Уганды. Бежал за границу.
Иди Амин родился в 1925 году (хотя называется и 1928 год) на северо-западе
Уганды, где жили несколько суданских народов, разводящих скот. Его отец
принадлежал к народу каква, живущему в приграничных районах Судана, Заира и
частично Уганды, мать - к другому центральносуданскому народу, лугбара. Ее
считали колдуньей, и солдаты из казарм частенько обращались к ней за "львиной
водой" - чудодейственным напитком, якобы придающим мужчине сил в бою и любви.
Мать рано оставила отца и вместе с сыном долго скиталась по стране. Сначала она
работала на плантациях сахарного тростника, затем связалась с неким капралом
Королевских африканских стрелков в Джинджи. Так Амин стал ассоциироваться с
"нубийцами" - потомками тех самых "суданских стрелков", которые составляли
костяк угандийской колониальной армии. В шестнадцать лет Иди принял ислам.
С 1946 года Амин служил в армии помощником повара. Позже он будет утверждать,
что участвовал во Второй мировой войне - сражался в Бирме и даже получил награду
за храбрость. В 1948 году Иди стал капралом. Он был среди тех, кто подавлял
восстание народа May-May в Кении, причем запомнился особой жестокостью.
Амин дважды завоевывал титул чемпиона по боксу в тяжелом весе среди королевских
африканских стрелков (1951, 1952) При росте под два метра он весил более ста
двадцати пяти килограммов. Один из непосредственных начальников Амина И. Грэхем
говорил о нем. "Он поступил на армейскую службу, не имея практически никакого
образования, справедливо будет сказать, что до 1958 года (когда ему исполнилось
около тридцати) он был абсолютно неграмотным. В начальный период восстания MayMay
в Кении Амин оказался в числе нескольких капралов, проявивших выдающиеся
способности - умение командовать, храбрость и находчивость. Поэтому не
приходится удивляться, что его повысили в звании".
9 октября 1962 года была провозглашена независимость Уганды. Ловкий адвокат и
профессиональный политик, Мильтон Оботе стал первым премьер-министром, одержав
триумфальную победу на спешно организованных выборах. Перед Оботе стояла задача
объединить страну и заставить уважать центральную власть, ведь до сих пор 14
миллионов угандийцев с большим почтением относились к вождям своих племен, чем к
далекому правительству в Кампале. Учитывая это, Оботе, принадлежавший к
малочисленному племени ланги, сделал президентом страны могущественного вождя
племени Буганда короля Мутесы II. В Уганде насчитывалось сорок различных племен.
Подданные
короля Мутесы II представляли собой самое большое племя, в значительной мере
англизированное колонизаторами и миссионерами. Бугандийцы считали себя элитой.
Но решение премьер-министра вызвало недовольство других племен, и ему пришлось
ограничить полномочия короля Мутесы II. В 1966 году представители племени
Буганда потребовали отстранения Оботе от власти. Премьер-министр подавил их
выступление силой. В этом ему очень помог заместитель командующего армией Иди
Амин. Именно он возглавлял правительственные войска, штурмовавшие дворец
президента Мутесы II. Правда, бугандийцы всю вину возложили на Оботе.
Премьер-министр отблагодарил Амина, назначив его командующим армией
Амин отдает предпочтение воинам их племени каква. Но, опираясь на северян,
прежде всего "нубийцев", Амин старался поддерживать мирные отношения с
бугандийцами. Таким образом число его сторонников быстро
росло.
Оботе, почувствовав опасность со стороны набиравшего силу командующего, в
октябре 1970 года сместил ставленников Амина со всех командных должностей в
армии и назначил вместо них выходцев из народа ланги.
В январе 1971 года Мильтон Оботе отправился в Сингапур на Конференцию
Содружества Там он услышал по радио, что Иди Амин, опираясь на армию, объявил
себя новым правителем страны.
Государственный переворот произошел 25 января. По декрету № 1, опубликованному 2
февраля, Амин становился главой государства, верховным главнокомандующим
вооруженными силами страны, а также начальником штаба обороны. Он возглавил
совет обороны, созданный еще при Оботе. На первом же заседании кабинета
министров Амин присвоил всем министрам офицерские звания и выделил им по черному
"мерседесу" с надписями на дверцах: "Военное правительство". На первом заседании
Амин произвел впечатление демократа, позволив каждому высказаться.
Первым делом Амин убедил вождей бугандийцев в том, что именно он спас короля
Мутесу II, позволив ему скрыться. Амин освободил политических заключенных,
арестованных при Оботе. и вернул на родину тело короля для погребения.
Ритуальная церемония получилась роскошной. Щедрость бугандийцев произвела
неизгладимое впечатление на Иди Амина. Вообще, первая половина 1971 года
проходила под знаком всеобщей эйфории в стране. Амин много ездил по стране и
выступал перед народом
Но террор не заставил себя ждать. Его первыми жертвами стали офицеры, оказавшие
сопротивление Амину во время переворота. Затри недели уничтожено более 70
офицеров. Бывший начальник штаба армии, бригадир Сулей-ман Хуссейн, был брошен в
тюрьму, где его забили ружейными прикладами. Голову бригадиру отсекли и привезли
в новый роскошный дворец Амина в Кампале. Президент поместил ее в морозильную
камеру своего холодильника. Иногда он доставал голову Хусейна и беседовал с ней.
В течение пяти месяцев Амин уничтожил почти всех лучших офицеров армии. Однако
от народа Уганды это скрывалось. По официальной версии, некоторые офицеры были
осуждены военным судом и казнены за предательство. На освободившиеся армейские
должности Амин назначил людей из родного племени каква. Повара, водители,
дворники и телеграфисты превратились в майоров и полковников.
100 ВЕЛИКИХ ДИКТАТОРОВ
Террор осуществлялся армейскими подразделениями, где Амин опирался на унтерофицеров
- людей примерно равного с ним образования и кругозора. Сам Амин любил
повторять: "Я не политик, а профессиональный солдат. Поэтому я - человек
немногословный, и в своей профессиональной карьере я всегда был очень краток".
Он быстро продвигал своих любимцев на офицерские должности. Он никогда не
фиксировал таких назначений письменно, а просто говорил: "Ты капитан" или: "Ты
теперь майор".
По спискам вылавливали людей, имена которых начинались на "О" - это означало
принадлежность к народу ачоли и ланги, составлявших основу армии Оботе. Целая
серия убийств солдат и офицеров - ланги и ачоли - была совершена в казармах в
разных частях страны. А вслед за ними - первое убийство тех, кто попытался
предать эти события гласности. Речь идет о двух американцах - Н. Строу и Р.
Сидле Один из них был свободным журналистом в Африке, другой - преподавателем
социологии в Макерере.
Через три месяца число жертв превысило десять тысяч. До переворота Амина в
угандийской армии насчитывалось примерно 5000 ачоли и ланги. Через год их
осталось не более тысячи. Неподалеку от водопада Каруме на реке Виктория Нил
расположен крокодилий садок. Хищникам скармливали труппы жертв террора.
'
В течение года Уганда сделалась банкротом Национальный банк получил распоряжение
печатать миллионы не имеющих ценности банкнот. Таким образом глава государства
затыкал бреши в экономике, а оставшиеся долларовые и стерлинговые ресурсы
использовал по своему усмотрению
Второй год правления Амина был отмечен двумя событиями, получившими
международный резонанс. Во-первых, разрывом отношений с Израилем и
переориентацией на союз с арабскими странами. Еще незадолго до этого, в 1971
году, Амин нанес в Израиль один из своих первых зарубежных визитов в качестве
правителя Уганды. А уже в начале следующего года последовали яростные нападки
Амина на израильскую политику в арабском мире.
Ближайшим другом Амина стал ливийский лидер Муамар Каддафи, которого угандийский
диктатор посетил в феврале. Каддафи, заинтересованный в уменьшении влияния
Израиля в Африке, пообещал Амину солидную помощь - материальную и военную. Лидер
Уганды разразился гневными тирадами и яростными выпадами против Израиля и
Штатов, театрально выставив из страны небольшую группу израильских инженеровстроителей
Амин открыл в Кампале представительство Организации Освобождения Палестины.
Диктатор публично заявил о своем восхищении политическим кумиром Каддафи -
Адольфом Гитлером и выдвинул проект возведения мемориала Гитлеру в самом центре
Кампалы.
Тогда же началась и насильственная исламизация Уганды. Страну, где мусульмане
составляли не более 10 процентов населения, Амин объявил частью исламского мира.
Мусульманам отдавалось предпочтение при назначении на государственные должности.
"Нефтедоллары", которые Ливия, а затем и другие арабские страны отпускали "борцу
с сионизмом" Амину, шли в основном на его личные нужды - строительство нового
дворца, приобретение автомобилей. И при этом диктатор говорил: "Самый бедный
человек в Уганде - Иди Амин. У меня ничего нет, и я ничего не хочу. Потому что
иначе я не смог бы справляться со своими обязанностями президента".
АМИН ИДИ
Однажды жарким августовским вечером 1972 года гости Амина, собравшиеся на обед в
его резиденции в Энтеббе, были поражены и шокированы, когда хозяин неожиданно
вышел из-за стола и вернулся из кухни с обледеневшей головой бригадира Хуссейна
в руках. Охваченный приступом ярости, Амин принялся выкрикивать оскорбления
отрубленной голове, швырять в нее ножами, а затем приказал гостям уйти.
Двумя днями позже президент неожиданно возник в Восточной Уганде. 4 августа 1972
года при посещении одной из казарм на западе Уганды Амин заявил солдатам, что
накануне ночью во сне Аллах внушил ему мысль изгнать из страны всех лиц
азиатского происхождения, которые "доят экономику Уганды".
Азиатская община Уганды ведет свою историю от первых кули, которых британские
власти ввозили туда еще в начале XX века. Постепенно община разрасталась,
"азиаты" развернули в стране целую сеть мелких лавочек и крупных магазинов,
промышленных предприятий. К 1972 году в Уганде насчитывалось 50 000 "азиатов",
причем 30 000 имели двойное гражданство или считались подданными других стран, в
основном Великобритании.
В течение 90 дней все они должны покинуть страну. Был установлен окончательный
срок - 8 ноября. Банковские счета лиц азиатского происхождения арестовывались, а
с собой им было разрешено взять только по 100 долларов на человека. "Азиатов"
охватила паника. Солдаты врывались к ним в дома и под предлогом "помощи в сборе
вещей" учиняли грабеж.
Откровенно расистская кампания, развернутая Амином, имела целью добыть средства,
чтобы как-то расплатиться за поддержку с армией, главным образом с теми самыми
унтерофицерами, на которых он опирался.
В результате львиная доля добычи досталась аминовским любимцам. Самого Амина
можно было видеть за рулем роскошного лимузина мультимиллионера Мадхвани Ему же
достался шикарный дворец Мадхвани в Джиндже.
Новые хозяева старались как можно больше утащить домой, не думая о расширении
производства. Неудивительно, что все отнятое у "азиатов" пришло в запустение -
фабрики, аптеки, школы, магазины и пр. Исчезли товары первой необходимости. Одно
время в Кампале не было соли, спичек, сахара. Словом, по экономике Уганды был
нанесен серьезный удар.
Тем не менее изгнание "азиатов" широко приветствовалось в Уганде. Их засилье в
экономике страны еще с колониальных времен вызывало всеобщее недовольство Многие
аналитики и сами жители Уганды неоднократно подчеркивали, что если бы Амин как
президент Уганды ограничился в своей деятельности изгнанием "азиатов", то он
навсегда бы остался для масс национальным героем.
Великобритания тут же приостановила выплату Уганде двухмиллионного займа, а США
- десятимиллионного (соответственно в фунтах стерлингов и долларах). Это сразу
же повлекло за собой новый этап "экономической войны" Амина - именно так он
называл изгнание "азиатов". Были национализированы и предприятия, принадлежавшие
англичанам.
В сентябре 1971 года остатки верных Оботе солдат, концентрировавшихся в
Танзании, попытались свергнуть тирана. Это было скорее фарсом, чем серьезной
акцией, так как нападавших было не более тысячи. Амин без труда отразил
нападение и использовал его как повод для ужесточения репрессий.
боб
100 ВЕЛИКИХ ДИКТАТОРОВ
По приказу Амина через пять месяцев после этого в разных частях Уганды
одновременно казнили 12 человек. Осужденных раздевали догола, кому-то из них
выкололи глаза перед расстрелом. Смотреть на это зрелище сгонялись толпы народа.
Всех казненных обвинили в том, что они - "партизаны Оботе".
Амин разрешил своим верным палачам убивать ради выгоды. Он знал традиции
угандийцев, их глубокое почтение к останкам умерших родственников и готовность
отдать последний угандийский шиллинг за возможность получить останки своих
близких для погребения. Когда в подвалах трехэтажного здания Бюро скапливалось
слишком много трупов, в скорбящие семьи посылали депутации с сообщениями, что их
родственник был арестован, но исчез после ареста и, к несчастью, вероятнее
всего, умер. За розыск тела взималась плата в размере ста пятидесяти фунтов.
Если семья не имела таких денег, ей следовало отдать государству все самое
ценное. В обмен на это убийцы из Государственного Сыска везли вдов, рыдающих
сыновей и дочерей в лес на окраине Кампалы.
В 1973 году последовала целая серия отставок министров Амина, осознавших наконец
губительную сущность его режима. Еще до этого наиболее строптивые из них, такие,
например, как верховный судья Бенедикто Киванука, лидер Демократической партии,
запрещенной, как, впрочем, и все другие при Амине, были попросту убиты. Убийство
Кивануки, ознаменовавшее развязывание террора против политических лидеров,
произошло в сентябре 1972 года. Поэтому новые отставки министров происходили в
основном во время их поездок за рубеж, что давало им возможность сохранить себе
жизнь и эмигрировать одновременно.
Естественно, что почти неграмотный Амин, как и все люди такого типа,
патологически ненавидел интеллигенцию. Даже врачей, лечивших его. К 1977 году из
Уганды сбежали 15 министров, 6 послов и 8 заместителей министров. Фактически
полностью опустел университет Макерере. В эмиграции оказались профессора, деканы
факультетов и лекторы по основным дисциплинам. Остались лишь конформисты,
перекраивавшие историю, географические карты
...Закладка в соц.сетях
