Жанр: Драма
Ангелы ада
..., он не мог
ориентироваться в пространстве. Его
снова сбили с ног, но он быстро поднялся и облокотился об автоматический
проигрыватель. До этого гигант был
движущейся, стремительно бросающейся из стороны в сторону мишенью. И только двум
или трем Ангелам удалось крепко
его ударить. Но сейчас его загнали, как зверя. Около пяти секунд ничего не
происходило. Негр отчаянно вертел головой,
пытаясь найти свободный проход, чтобы выскочить наружу, но взметнувшийся чуть ли
не от самого пола крупнокалиберный
кулак-бомба Тайни засветил ему в левый глаз. Он рухнул на автомат, разбив
стеклянную крышку, и осел на пол. На какое-то
мгновение казалось, что все - он готов, но после шквала ударов сапогами по
ребрам негру удалось опрокинуть одного из
нападавших и подняться на ноги. Он не успел как следует выпрямиться, как Энди,
один из самых слабых и молчаливых из
Ангелов, засветил ему в правый глаз бешеным ударом ногой, который мог проломить
череп любому нормальному человеку.
На этот раз чернокожий насмешник отключился по-серьезному, а Сонни схватил его
за воротник и повалил на спину. Каблук
сапога врезался негру в рот. Он был совершенно беспомощен, его лицо залито
кровью... Однако избиение продолжалось.
Наконец Ангелы выволокли его наружу и бросили лицом вниз на парковке.
Первая полицейская машина приехала сразу же после окончания побоища. Две
другие выскочили с разных сторон, затем
подъехал воронок и наконец "скорая помощь". Ангелы настаивали, что огромных
размеров пострадавший вытащил нож и его
было необходимо обезвредить и обезоружить. Копы посветили вокруг своими
фонариками, но никакого ножа не
обнаружили. Негр был не в том состоянии, чтобы что-то отрицать, хотя очухался
почти мгновенно и смог дойти до машины
скорой помощи. Все происходящее, похоже, устраивало полицию, по крайней мере на
момент их пребывания у "Эль Эдоб".
Они сделали несколько записей и предупредили Сонни, что пострадавший может
выдвинуть обвинения, когда выйдет из
шокового состояния, но мне показалось, что они считали дело уже закрытым...
Настоящее правосудие восторжествовало.
Дело об этом избиении никогда не рассматривалось в суде, но оно привело
Ангелов в чрезвычайно возбужденное
состояние. Они серьезно забеспокоились, т.к. ни на минуту не сомневались, что
ниггеры попытаются отплатить им той же
монетой. И в следующий раз они уже наведаются сюда уже не вчетвером. Ха,
вчетвером... К чертям собачьим! В следующий
раз грянет массированный ответный удар. Скорее всего они нападут безлунной
ночью... дождутся время закрытия, надеясь
захватить Ангелов пьяными и беспомощными... и затем сделают свой ход. Тоскливый
неоновый покой на Четырнадцатой
улице будет неожиданно нарушен зловещим пересвистом. Потные черные тела, волна
за волной, отхлынут от командного
пункта в "Догги Дайнер" на Восточной Двадцать Третьей, в молчании двинутся по
улицам к своим позициям по всей линии
фронта, примерно в четырехстах ярдах от "Эль Эдоб". Затем прозвучит разбойничий
призывный свист, и первая волна
ниггеров помчится, словно свора дьяволов в преисподнюю, через Восточную
Четырнадцатую, игнорируя красный свет, и
обрушится на Ангелов, размахивая своим первобытным, самодельным оружием.
С момента инцидента с Большим Ниггером прошло уже много времени, но каждый
раз при разговорах с Ангелами они
снова и снова убеждали меня, что пробку вот-вот выбьет из горлышка бутылки. "Мы
точно знаем, что это произойдет в
субботу вечером, - скажет мне Сонни. - Нам уже настучали". Я уверил его в своем
желании оказаться рядом с ними, когда
нападение произойдет. Все случилось так, как я говорил.
Несколькими месяцами раньше я бы посмеялся над всей этой историей, как над
своего рода путанной-перепутанной
подростковой галлюцинацией... но я провел большую часть этого лета в пьянокровавых,
блядско-драчливых кабаках
Восточного Окленда, и мои представления о реальности и о животном начале,
заложенном в каждом человеке, претерпели
серьезные изменения.
Конец лета. Вечер под выходные... Я вылез из своей машины на парковке в
"Эль Эдоб". Кто-то окликнул меня
пронзительным шепотом, и я кивнул компании Ангелов, стоявших у дверей. Шепот
послышался вновь, но никто из тех, кого
я мог видеть, не произнес ни слова. Потом до меня дошло, что кто-то копошится на
крыше. Я посмотрел наверх и увидел
голову Сонни, который выглядывал из-за большого выступа. "Сзади заходи, -
прошипел он. - Там есть лестница".
На задворках, за огромной, сваленной как попало, кучей ящиков, я разгляделтаки
двадцатифутовую лестницу, ведущую
на крышу. Я вскарабкался наверх, и обнаружил лежащих в углу Сонни и Зорро. В
завалах обрезков толя байкеров почти не
было видно. Сонни был вооружен AR-16, новейшей винтовкой американской армии, а
Зорро держал в руках карабин M-1.
Между ними на крыше штабелями были сложены патроны в коробках и обоймах, рядом
лежал фонарик и термос с кофе. Они
сказали, что ждут появления ниггеров. Так складывался вечер трудного дня.
Однако их предчувствия не сбылись - но Ангелы с месяц держали вооруженных
охранников на крыше в "Эль Эдоб", пока
окончательно не уверились в том, что ниггеры запуганы до смерти. Однажды днем, в
самый разгар напряженности, Баргер и
пятеро Ангелов поехали на своих байках на стрельбище в Альмеде, держа за спинами
ружья, стянутые ремнями. Они
выбрали дорогу, проходящую через центр Окленда. Телефон полиции разрывался от
сообщений о вооруженном до зубов
патруле Ангелов, проследовавшем на юг через центр города. Но полицейские не
могли ничего сделать. "Отверженные"
выставили свои незаряженные ружья напоказ и соблюдали ограничение скорости. Они
чувствовали необходимость
попрактиковаться в стрельбе по мишеням... и, если их появление негативно
сказалось на самочувствии граждан, черт с ними -
это была проблема граждан, а не их.
Большинство Ангелов прекрасно знают, что не стоит рисковать, демонстрируя
свое оружие в открытую, но кое у кого
дома собраны настоящие личные арсеналы - ножи, револьверы, автоматические ружья
и даже самодельный бронированный
автомобиль с пулеметом на подставке. Им не по душе пустая болтовня об имеющемся
у них вооружении... это единственный
способ для Ангелов подстраховаться, в том случае если Главный Коп решится
бросить им открытый вызов. Ангелы
абсолютно уверены, что такой день не за горами.
"Нет, я бы не назвал их "расистами". Не совсем так. Может быть, в глубине
души они такие и есть. Если ты заметил, нет
ни одного Негра-Ангела. Но Ангелы просто не встают на чью-либо сторону, и
поэтому они становятся пропитанными
антинегритянским духом и вообще настроены против любого человека"
(полицейский инспектор из Округа Сан-Бернардино).
На языке политиков и представителей по связям с общественностью, Ангелы
оказались на "пике популярности" в конце
1965. Пробег на День труда во владения Кизи повлек за собой падение их славы по
всем статьям: города по всей стране с
нетерпением ждали вторжения, надеясь, что их изнасилуют и разорят. Национальная
гвардия была вызвана в такие важные
пункты, как Паркер, штат Аризона, и Кларемонт, штат Индиана. Канадская полиция
организовала специальное наблюдение
на границе рядом с Ванкувером, Британская Колумбия; а в Кетчуме, штат Айдахо,
местные жители взгромоздили пулемет на
крышу аптеки на Главной улице. "Мы готовы к появлению этих подонков, - сказал
шериф. - Мы упрячем половину из них за
решетку, а половину отправим на кладбище".
Увеселительная прогулка Ангелов в Ла Хонду буквально опустила прессу.
"Отверженные" совершили много странных,
быстрых путешествий, но они никак не соотносились с пятью "W`"s. Одно из моих
самых ярких воспоминаний того уик-энда
- программная речь Терри, адресованная полиции на хайвее. Он завладел
микрофоном, подсоединенным к каким-то мощным
громкоговорителям, и использовал эту возможность, чтобы высказать полиции все
что наболело, говорил о морали, музыке и
безумии... Терри закончил речь на пронзительной, душераздирающей ноте, которую
не скоро забудет департамент шерифа
Сан-Матео:
- Запомните, - истерически кричал "отверженный" в микрофон. - Просто
запомните, что, пока вы стоите здесь на этой
холодной дороге, выполняя свой праведный долг и наблюдая за всеми нами, сексманьяками
и торчками, отрывающимися
здесь по полной программе... просто подумайте, что ваша маленькая старушка-жена
сидит себе дома с каким-то грязным
стариной Ангелом Ада, шурующим между ее бедер!
Затем послышался взрыв дикого хохота, который прекрасно был слышен на
дороге. "Что вы думаете об этом, вы,
безмазовые легавые? Вы проголодались? Мы принесем вам немного чили, если у нас
что-нибудь тут осталось... но не надо
торопиться домой, позвольте вашей жене протащиться".
В победном хаосе, царившем в тот День труда, было трудно понять, что Ангелы
перегнули палку и один из самых лучших
контактов, который им удалось установить, вот-вот лопнет, рухнет, перегорит.
Шухер в провинциальных городках считался
уже навязшей в зубах устаревшей дребеденью, да и копы здорово напрягались по
этому поводу. А наркокруги хиппи явились
совершенно новым течением, последним писком моды, - совсем другой, как
выяснилось, тусовкой, - но, так как война во
Вьетнаме все больше занимала умы общественности, Ангелы оказались в общей
упряжке.
Постепенно, месяц за месяцем, они скатывались в политику, но картина
оставалась несколько туманной, а одним из
наиболее обескураживающих элементов была географическая близость к Беркли,
цитадели радикализма Западного
Побережья. Беркли - соседняя дверь с Оклендом, но между ними нет ничего общего,
кроме границы на карте и нескольких
дорожных указателей, и во многом они столь же отличаются друг от друга, как,
например, Манхэттен и Бронкс. Беркли, как
Манхэттен, - город колледжей, магнит для бродяг-интеллектуалов. Окленд - магнит
для людей, ищущих почасовую оплату
работы и дешевое жилье. Они не могут позволить себе жить в Беркли, в СанФранциско
или в любом из предместий
"Официальное население Окленда - почти четыреста тысяч человек, но это всего
лишь центр слишком раздавшейся
городской клоаки под названием Ист Бэй, с населением около двух миллионов -
цифра, почти вдвое превышающая данные
по Сан-Франциско." Бэй Эреа, заселенных представителями среднего класса. Это
шумное, уродливое, с крайне
неприветливым душком место, и со своего рода обаянием - вроде того, которое
нашел в Чикаго Сэндберг. И это место -
естественная окружающая среда для хулиганов, скандалистов, дебоширов,
подростковых банд и межрасовых разборок.
Мощное паблисити Ангелов Ада, которое здорово мешало повсеместному
освещению студенческого бунта в Беркли,
расценивалось в либерально-радикально-интеллектуальных кругах как отличный
предлог для заключения с Ангелами союза.
Такой альянс виделся интеллектуалам вполне естественным. Более того,
агрессивная, антиобщественная позиция Ангелов -
их отчужденность или, если хотите, своего рода умопомрачение - оказалась
чудовищно привлекательной для Беркли,
кишащего эстетами. Студенты, которых едва хватало, чтобы подписать петицию или
обокрасть какого-нибудь барыгу, были
очарованы рассказами об Ангелах Ада, грабящих города и говорящих все, что им
только взбредет в голову. Но важнее всего
была репутация Ангелов как людей, презирающих полицию и успешно издевающихся над
законом. Для удрученного своей
несостоятельностью студента-радикала такой образ был, разумеется, мощным и
притягательным. Ангелы не дрочили, они
насиловали. Они не погрязли в теориях, песнях и цитатах, а шумно являли себя
миру, поигрывая мускулами и гордясь
настоящими яйцами.
Медовый месяц продолжался около трех месяцев. Идиллия закончилась резким
разрывом 16 октября, когда Ангелы Ада
атаковали демонстрацию под лозунгом "Вон из Вьетнама!" на границе Окленда с
Беркли. Экзистенциальные герои,
передававшие по кругу косяки вместе с радикалами из Беркли на вечеринках Кизи,
неожиданно превратились в злобных,
ядовитых тварей, набросившись на тех же самых либералов, размахивая кулаками и
крича: "Предатели, коммунисты,
битники!". Когда напряжение вылилось в настоящее противостояние, Ангелы Ада
твердо сомкнули ряды с копами,
Пентагоном и Обществом Джона Берча. Прежнее веселье Беркли облачилось в траурные
одежды, а Кизи судя по всему
погрузился во мрак безумия...
Это нападение стало ужасным ударом для тех, кто видел Ангелов Ада пионерами
человеческого духа. Однако для всех,
кто знал их достаточно хорошо, такой поворот дела выглядел совершенно логичным.
В целом Ангелы всегда
придерживались фашистской точки зрения. Они настаивали и, похоже, верили, что
фетиш свастики - не более чем
антисоциальная шутка, гарантированный трюк, чтобы вставить пистон "цивилам",
обывателям, налогоплательщикам - всем
тем, кого они презрительно называют "гражданами". На самом деле под "гражданами"
они имели в виду средний класс,
буржуазию, бюргеров, но таких слов Ангелы не знают и подозрительно относятся к
тем, кто пытается объяснить их значение.
Если они хотят коварно и хитро преуспеть в содомизации "цивилов", то должны
отбросить свастику и украсить свои байки
серпом и молотом. На хайвеях тогда начнется Конец света... сотни
прокоммунистически настроенных головорезов
странствуют по сельской местности на больших мотоциклах в поисках неприятностей.
Первая стычка произошла в субботу днем, на полпути марша протеста из
кэмпуса Беркли в Оклендский армейский
терминал, где грузили на транспорт людей и вооружение для отправки на Восток.
Около пятнадцати тысяч демонстрантов
спустились вниз по Телеграф авеню, одной из главных улиц Беркли, и столкнулись
лицом к лицу, на окраинах города, со
стеной из четырехсот оклендских полицейских в строевой стойке - в шлемах, с
прижатыми к груди дубинками. Копы
стремительно развернулись и построились клином. В центре, в позиции игрока,
защищающего яйца при штрафном ударе,
стоял шеф Туфмэн (Зубастик), отдававший приказ за приказом, после долгих и
нудных разговоров по переносной рации.
Было ясно, что без драки маршу не добраться до границы Окленда. Я подоспел к
месту конфронтации как раз со стороны
Окленда - у меня был магнитофон, камера и удостоверения прессы, но все равно
потребовалось почти тридцать минут, чтобы
просочиться через кирпичики стены из полицейских, действующих по принципу "ниодного-человека-ни-одной-пяди-земли".
Многие журналисты, среди которых были и "законные" представители прессы,
получили от ворот поворот.
До сих пор я не могу понять, как именно дюжине Ангелов Ада, явно
исполненных решимости устроить беспредел,
удалось пробраться через кордон и напасть на лидеров марша протеста: именно в
тот момент, когда они вышли вперед,
чтобы провести переговоры с шефом Туфмэном-Зубастиком. Во главе мчался Тайни,
сбивая с ног любого, кто на свою беду
оказывался у него на пути. Ангелов быстро усмирила полиция Беркли, но до этого
им удалось избить несколько человек,
разорвать несколько плакатов и порвать провода микрофонов от аппаратуры,
озвучивающей выступление лидера
протестующих. Это и была та самая скандальная драка, закончившаяся тем, что
одному легавому сломали ногу.
По словам коммандос хипстеров, пытавшихся объяснить причины нападения, все
это следовало считать недоразумением
и следствием отсутствия взаимопонимания: Ангелов одурачили копы, и их мозги
начали работать совсем по-другому,
благодаря тайно выплачиваемым деньгам Правого Крыла, и они, конечно же,
подтвердят свою приверженность общему делу,
как только просекут реальное положение вещей.
Но реальное положение вещей на самом деле оказалось гораздо сложнее, чем
казалось хипстерам. Еще один марш
протеста против войны во Вьетнаме назначили на середину ноября, и за это время
состоялись многочисленные встречи
между мозговым трестом антивоенного движения и Ангелами Ада. Баргер сидел в
своей гостиной, терпеливо выслушивал
все, что ему хотели сказать члены Комитета по проведению Дня защиты Вьетнама, а
затем отметал все сказанное ими как
ненужный мусор. Люди из Беркли спорили долго, хорошо и убедительно, но они,
похоже, так никогда и не осознали, что
вещали на совершенно другой частоте. И не имело никакого значения, сколько
бород, косяков или капсул с кислотой они
могли собрать; Сонни считал их мелким говнецом... На этом все было кончено.
Ангелы, впрочем, как и другие "отверженные" мотоциклисты, - убежденные
антикоммунисты. Их политические взгляды
ограничены таким же ретроградным патриотизмом, какой дает возможность
существовать Обществу Джона Берча, Ку Клукс
Клану и Американской нацистской партии. Они не способны разглядеть всю
ироничность взятой на себя роли...
странствующие рыцари веры, от которой они уже давным-давно отлучены. Ангелы
будут в числе первых, кого изолируют,
пересажают или замочат, если политики, с которыми они, как им кажется, согласны,
когда-либо придут к власти.
В течение нескольких недель, предшествующих второму маршу на Оклендский
армейский терминал, Аллен Гинзберг
провел большую часть своего времени, пытаясь убедить Баргера и его людей не
атаковать демонстрантов. "Отверженные"
никогда не сталкивались с людьми типа Гинзберга: для них он был не от мира сего.
"Этот чертов Гинзберг собирается нас
всех переебать, - сказал Терри. - Для чувака, который совершенно не похож на
"цивила", он самый "наицивильнейший" сукин
кот, которого я когда-либо видел. Старый, тебе надо было быть там, когда он
сказал Сонни, что любит его... Сонни не знал,
что, черт возьми, ему ответить".
Ангелы никогда по-настоящему не понимали, что имел в виду Гинзберг, но его
нервирующая искренность и тот факт, что
его любил Кизи, по зрелому размышлению, навели их на мысль учинить нападение на
марш. Аллен же, несомненно,
рассматривал их решение как происки правых. Незадолго до Ноябрьского марша
Гинзберг опубликовал в "Жало Беркли"
свое обращение, озаглавленное:
К АНГЕЛАМ
Аллен Гинзберг
Вот мысли - тревоги - обеспокоенных демонстрантов
Что Ангелы нападут на них
для прикола, или чтобы сработать себе во славу,
или отвести от себя стрелы легавых
или войти в доверие полиции и прессы
и/или ради Денег правого крыла,
Что это- сознательная сделка, заключенная с полицией Окленда,
или что это - неосознанная связь, подразумевающая понимание
взаимную симпатию
в обмен на то
что Окленд прекратит преследование Ангелов
если они нападут& разгонят Марш&
спровоцируют беспорядки.
Есть ли в сказанном доля правды или же это - паранойя
демонстрантов с неустойчивой психикой?
Поскольку Ангелы - хамелеоны и во всеуслышание не дают никаких
гарантий
относительно того, что можно положиться на их спокойствие
и миролюбие
Беспокойные души из числа демонстрантов, по природе своей
жестокие, несдержанные, заходящиеся в истерике
оправдывают действия полиции
через насилие утверждая свое право на
самооборону логически обосновывая дух насилия, скрытый у них в
душе.
Это оставляет за демонстрантами выбор - защищать самих себя,
применяя силу, принимая во внимание страх&степень
опасности
развязывая руки более иррациональному меньшинству бунтарей
или в лучшем случае - защищать самих себя, хладнокровно
НО - ТОГДА - ОНИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ГОТОВЫ, ЧТО ИХ УПРЕКНУТ В БЕЗЗАКОНИИ,
или же у демонстрантов есть выбор не защищать себя -
возможно тогда полиция оставит их в покое,
(ведь мы не получили четких гарантий от полиции Окленда
что они честно будут стараться поддерживать порядок и
охранять наше законное право на демонстрацию)
если вы перейдете в наступление & оставите за собой тела избитых
в кровь
невинных пацифистов, юношей & старух
ТОГДА ИХ ЗАКЛЕЙМЯТ КАК БЕЗОТВЕТСТВЕННЫХ ПОДЛЕЦОВ ВСЕ:
И вы сами, и пресса, и общество & обожающие насилие леваки
& правые.
При создавшемся положении вещей Комитетом поддержки Вьетнама одобрено
проведение политики пацифизма для
демонстрантов, КОТОРЫЕ ПРОСТО НЕ БУДУТ ДРАТЬСЯ. И попытаются превратить марш в
ВЕСЕЛЫЙ СПЕКТАКЛЬ.
Есть ли у Ангелов какие-либо вопросы к Комитету поддержки
Вьетнама?
какие-либо сомнения, которые следует развеять немедленно?
Чем они так недовольны?
Что Ангелы собираются сделать 20 Ноября? Неужели у них действительно есть
какой-то план?
Давайте сейчас составим свой план, который всем нам
обеспечит безопасность и спокойствие.
Паникеры, вьющиеся вокруг открытых заседаний Комитета поддержки Вьетнама
верят,
что суть имиджа Ангелов заключается во фразе: "Они любят избивать людей для
прикола",
и таким образом ваша репутация здорово подпорчена
особенно если вы время от времени с одобрения общества & при согласии копов
находите себе какую-нибудь группу, которую можете
безнаказанно избивать.
Вы не хотите "меняться", хотите быть самими собой,
& если под этим вы так же понимаете садизм или вынужденную враждебность,
тогда налицо ситуация, из которой вы можете легко выпутаться.
НО НИКТО НЕ ХОЧЕТ ОТВЕРГАТЬ ДУШИ
АНГЕЛОВ АДА
или заставить их измениться -
МЫ ПРОСТО НЕ ХОТИМ, ЧТОБЫ НАС ИЗБИЛИ
Цель марша протеста заключается в попытке наглядно показать,
что террор во Вьетнаме творится
тем же самым террором, что царит внутри нашей страны
на глазах у всех теряющей ту же самую психологию жестокости которая
потакает избиению желтоголовых гуков во
Вьетнаме
Так бациллы заразной болезни
поражают мирные отношения между людьми здесь,
разрешая публичное массовое преследование тех,
кто несогласен
с
углублением враждебности в отношениях между людьми
с
массовым лицемерием
с
широкомасштабным конфликтом
Масса демонстрантов
не ПОЛИТИЗИРОВАНА, она
ПСИХОЛОГОЛОВИЗИРОВАНА
и не хочет, чтобы страна скатывалась в привычное болото слепого насилия
& бессознательной жестокости& эгоизма ОТСУТСТВИЯ ОБЩЕНИЯ - с
внешним миром или потерянными в Америке меньшинствами
такими как вы сами
такими как мы сами
КАК негры
КАК плановые
КАК коммунисты
КАК битники
КАК берчисты
КАК даже так называемые "цивилы"
Я боюсь что однажды
люди которые ненавидят нас мирных
Демонстрантов & позволяют вам избивать нас, - страшась тех из нас, кто
относит себя к Пацифистам -
позже, все еще сохраняя в своем сердце страх и ненависть,
Переключатся на вас,
точно так же боясь и вас,
или попросят вас переключить вашу ненависть и страх на другие
меньшинства
Например
на негров.
В конечном счете цепь замкнется на вас самих и друг на друге.
(Так работала схема с коричневыми рубашками в Германии,
которая во всю использовалась пышущими ненавистью
политиками,
& которых потом сожгли в печах концентрационных лагерей.
Я думаю так).
Я уже говорил, что мы в основном не профессиональные политики. И вы
говорите, что политика вам безразлична. Но вы
заглатываете крючок с политической наживкой и поддерживаете геополитическую
позицию, поощряя бомбардировки
Вьетнама.
Что ЕЩЕ, помимо этой политической мишуры, может снять напряжение с Ангелов
Ада?
Это напряжение пронизывает всех, не только вас
Отправиться на войну, получить повестку,
Сшибить деньги, работая на войну&военную экономику, и быть развеянным в
прах
Бомбой, быть повязанным
из-за травы -
Избавить от этого напряжения может одно -
вы должны снять его
ВНУТРИ САМИХ СЕБЯ -
Обрести Мир означает перестать ненавидеть самого себя
прекратить ненавидеть людей которые ненавидят вас
перестать излучать это НАПРЯЖЕНИЕ
РЯДОМ ЕСТЬ ЛЮДИ, В КОТОРЫХ ЭТОГО НАПРЯЖЕНИЯ НЕТ,
В БОЛЬШИНСТВЕ ВЫСТУПАЮЩИХ ЗА МИР ЭТОГО НАПРЯЖЕНИЯ НЕТ,
Они хотят, чтобы вы присоединились к ним, чтобы снять
напряжение с вас & со всех нас.
Снять напряжение - Паранойю, сжигающую человека страхом и беспокойством, -
со всех нас, И с полиции, и со всех запуганных -
ДАТЬ НАДЕЖДУ и четко действовать так
чтобы эта надежда проявилась на самом деле -
будучи добрым, а
не жестоким -
и это останется в памяти и за это воздастся.
Загонять себя, других и полицию в угол
значит увеличивать напряжение.
Избиение Вьетнама не уберет это напряжение -
даже если вся страна присоединится к Ангелам Ада
мир подключит все имеющееся напряжение & мир будет
уничтожен -
( так чуть было не случилось при Гитлере)
Да, пришло время лишить свастику ее силы,
как символа Напряжения
и вернуть свастику назад индусам и Мирным Мистикам
& Курильщикам Ганджи в Калькутте
Можно ли представить что то же самое проделывается
с Серпом и Молотом?
Я видел Еврейские Звезды & существует M13 & ЛСД
& Негритянский Полумесяц
Чтобы, покоясь в виде изображений на ваших спинах,
свидетельствовать о том, что вы счастливы.
Я призываю битников или вьетников не желать себе иного пути который не был
бы общим для всех - признанным &
приемлимым для всех - я призываю, чтобы они желали того пути, идя по которому мы
смогли бы забыть о напряжении&
отрицании.
Мое желание - разделять, а не
МОНОПОЛИЗИРОВАТЬ образы, ибо я не хочу
Чувствовать себя ОДИНОКИМ
На Земле.
Я не желаю себе ненужных страданий, я не желаю этого никому - ни вам, ни
полицейским, ни вьетнамцам, ни всей
вселенной,
населенной людьми.
Как же избавиться вам от напряжения?
Если перестать угрожать взять вверх над другими, тогда люди оставят вас в
покое.
Перестали ли вы угрожать участникам Марша?
Если вы угрожаете, значит, вы ДОЛЖНЫ желать напряжения.
Мы пытаемся
снять его с вас, & с нас, & с
копов, & с США & с Китая & с Вьетнама.
Это напряжение - качество человека, это эмоции а вовсе не закон природы.
Много ли Ангелов действительно понимают вашу политическую позицию,
Кроме того, что тактически это - снижение напряжения?
Многие ли ненавидят демонстрантов?
И действительно хотят опустить их?
Чья это дурость - лично твоя или же Тайни, или же это на самом деле то,
чего вы все желаете?
Если вы врубаетесь в ПЛАН, почему же вы тогда не врубаетесь, что целое
поколение
которое не врубается в военный беспредел войны так же обожает план &
самосознание & спонтанность& волосы & они
ваши настоящие братья по крови.
А не те жесткие типы-моралисты
которые сотворили и утвердили негативный образ воинствующей Америки?
Великий образ - который все могут купить - это ваш соб
...Закладка в соц.сетях
