Жанр: Драма
Ландскрона (сборник современной драматургии)
...сякий случай я держал под рукой... некоторые части.
ПРЕЗИДЕНТ. Почему вы раньше не доложили мне о заговоре?
ГЕНЕРАЛ. Но... доктор Мрури...
ПРЕЗИДЕНТ. Тем более! Сейчас он был бы жив. Что за покушение было на министра
экономики?
ГЕНЕРАЛ. Утром в него стрелял офицер, из заговорщиков.
ПРЕЗИДЕНТ. Почему он не доставлен сюда? Почему я узнаю об этом последним? Или
вы тоже участвуете в каком-то заговоре? (Пауза.) Я вас спрашиваю, генерал! Вы
чего-то боитесь? Отвечайте!
_
Входит Капитан. Он тяжело дышит.
_
КАПИТАН. Господин президент! Можете меня... арестовать... Они стреляли с
холма, тут же, внизу... Когда я вывел машину из зоны обстрела, я увидел, он
был... доктор Мрури... вот здесь... (показывает на левый висок) небольшая
рана...
ПРЕЗИДЕНТ. Так. Стреляли откуда?
_
Тянет руку к телефону.
_
КАПИТАН. Стреляли... с-слева, там где... густой кустарник...
ПРЕЗИДЕНТ. Как же вы не заметили ничего, если пули пробили ветровое стекло
прямо перед вами? Почему вы выехали один? Вас кто-то сопровождал?
КАПИТАН. Я все объясню... я все объясню, господин президент... Выйдем в
комнату для приемов, и я в окно покажу вам, как все было... как на ладони...
Можете меня тут же расстрелять!
ПРЕЗИДЕНТ. Что с вами, генерал?.. Я сейчас вернусь. (Капитану.) Пойдемте.
_
Выходят в комнату для приемов. Капитан закрывает за собой двери.
Пауза.
Генерал ладонями зажимает уши. Раздается два негромких выстрела.
__
Входит Капитан.
_
КАПИТАН. Вот и все, генерал... Вот и все... Можете слушать дальше.
_
Идет к дверям в приемную.
_
ГЕНЕРАЛ. Куда вы?!
КАПИТАН. Случайностей больше... не надо. Я и так... еле жив...
_
Выходит. Возвращается с Секретарем. Тот бледен.
_
КАПИТАН. Садитесь. Что вы, в самом деле... Нашли, кого бояться. Мы же все...
давно знакомы... Ну? Успокоились?
СЕКРЕТАРЬ. А что... что здесь?..
КАПИТАН. Здесь... (Встает, ходит.) Здесь все очень плохо. Идите сюда.
_
Подходит к двери, открывает ее. Секретарь заглядывает в комнату для приемов и
отшатывается.
_
КАПИТАН. Убит законный президент страны. Это случилось так: мы с генералом
стояли вот здесь... Встаньте, генерал, как мы тогда стояли... Я стоял вот
здесь, у стола. Когда я рассказал президенту о гибели его сынаL- эта картина
так и стоит у меня перед глазамиL- президент закричал: "Они ответят мне за его
жизнь сотнями своих жизней!" Мы переглянулись. Никогда я не видел его таким
разъяренным. Вдруг в комнате для приемов сработала сигнализация. Вы ведь
знаете, часто рамы оставляют открытыми, и от сквозняка они раскрываются. "Я
проверю",L- сказал я. Но он раздраженно прикрикнул: "Я доверил вам сына и
потерял его!" и пошел в эту комнату. Когда он закрыл за собой двери, раздались
два выстрела. Я вбежалL- но под окнами уже никого не было. Президент лежал на
полу. Две пулиL- одна в голову, вторая в сердце... Он был мертв.
_
Пауза.
_
СЕКРЕТАРЬ. Это жутко...
КАПИТАН. Да, он был мертв. Он был убит заговорщиками через раскрытое окно.
Двумя выстреламиL- в голову и в сердце. Приготовьте сообщение об этом для
печати, для передачи по радио и телевидению. Господин генерал обратится с ним
к стране... Итак, вы подтверждаете факт убийства заговорщиками законного
президента?
СЕКРЕТАРЬ. Только что... я видел его, мы говорили... Но почему? Кто его убил?
КАПИТАН. Ну, что ж... (Пауза.) Пойдемте.
_
Встает.
_
СЕКРЕТАРЬ. Куда?
КАПИТАН. На место происшествия. И вы своими глазами... (Трогает секретаря за
плечо. Тот вжимается в кресло.) своими глазами увидите, что все так и было. Ну?
СЕКРЕТАРЬ. Нет... нет!
КАПИТАН. Вы испугались? Вы дрожите? Я не узнаю вас. Хотя (генералу) нам, может
быть, и не нужны свидетельства об этом убийстве? И так все ясноL- кто его
совершил и с какими целями. И люди, которые своими противоречивыми показаниями
будут сбивать людей с толку, нам тоже не нужны. Мы постараемся очистить страну
от подобных смутьянов, а также от их детей. ОсобенноL- от детей! Потому что
отцов еще можно заставить подчиняться, но дети!.. Они приспосабливаются к
сложившимся условиям и разъедают монолит государства, как коррозия. Да, надо
начать с детей.
СЕКРЕТАРЬ (падает на колени). Нет! Я все, все... только не это!
КАПИТАН. Шуток не понимает. (Секретарю.) Да как вы могли подумать, что я
способен убить ребенка? Как вы посмели оскорбить меня подобным предположением?
Вы!.. (Генералу.) Я долгие годы играл с ним в шашки здесь, в лакейской, и не
предполагал, что он так низко думает обо мне. Поистине не знаешь, какие пучины
ненависти и вражды зреют рядом! И я еще постоянно должен был выслушивать его
кудахтанья о каком-то ублюдке, о его сынке, которого он тоже готовил на роль
прихтеля! Но я докажу! Я докажу, что это ничтожество значительно хуже, чем
думает само о себе! Чем смеет думать обо мне! Обо мне, котором... который
долгие годы выслушивал его оскорбления! (Генералу.) Вы знаете, что он говорил?
Он говорил, что я обладаю б е д н ы м воображением! Что я слабо и г р а ю в
шашки! Подумать только! (Секретарю.) Встать! (Вынимает пистолет.) Сейчас ты
поймешь сам о себе то, что и представить не мог. Да. Иди.
_
Толкает Секретаря в спину дулом пистолета по направлению комнаты для приемов.
Уходят туда.
Генерал во время всей этой сцены сидел как бы со ртом, набитым кашей. И только
теперь он приходит в себяL- так потрясли его предыдущие события.
Поэтому выстрел, прозвучавший в соседней комнате, явился для него полной
неожиданностью. Он буквально рухнул в кресло, не отрывая взгляда от двери.
Входит Капитан, пряча пистолет в кобуру. Следом входит Секретарь, держась за
стену.
_
КАПИТАН (генералу). Вы представляете, эта... тля всадила еще одну пулю в
своего любимого друга, великого нашего президента! Настолько, оказывается, он
его ненавидел глубоко скрытой ненавистью. (Секретарю.) Иди, садись за стол и
пиши обращение к стране. И распорядись вынести оттуда этого... вождя народов.
(Генералу.) Оказывается, генерал, его сынок, этот ученый доктор из Европы,
возглавлял заговор против своего папы! А? Это надо же, какие люди правили
нами! Он готов был, оказывается, укокошить своего папанькуL- паф-паф! и
завладеть нашими недрами, пароходами, небесами! нашими красотками!
(Секретарю.) Ну, чего стоишь? (Генералу.) Никак не может прийти в себя от
удивления. (Секретарю.) Да если бы ты вместо того, чтобы пресмыкаться перед
тираном, в одиночестве занимался самообразованием, штудировал стоиков, Фихте и
Ницше, не говоря уже о Гегеле и Шопенгауэре, то ты бы сейчас не стоял тут
перед нами, как бревно, а участвовал в невиданных событиях. Иди!
_
Секретарь выходит.
_
КАПИТАН. Так... (Пауза.) Командуйте, генерал! Теперь вы здесь хозяин. А я пока
продиктую текст обращения.
_
Выходит в приемную.
__
Генерал постепенно оживает. Чувствуется, что об этой минуте он долго и
безнадежно мечтал. Он садится в кресло, тихо, торжественно. Он проводит руками
по столу, едва касаясь его. Улыбается, как ребенок, получивший желанную
игрушку.
Затем он начинает пробовать себя президентом.
Но эти пробы жутко напоминают нам убитого, лежащего в соседней комнате
человека.
Входит Капитан.
_
ГЕНЕРАЛ. А все-таки, капитан, за что вы его так ненавидели?
КАПИТАН. Когда все знаешь о невесте, она наскучит еще до свадьбы. Не надо
спешить, генерал, у нас впереди долгая жизнь. Да и вообщеL- могу я иметь
какие-то тайны, какие-то сокровенные уголки?.. А, ладно! Слушайте!.. Нет, не
могу я в этом признаться. ПростоL- не смею. Это так целомудренно. Здесь
сердечные дела. (Садится в кресло, впервые расслабляется, отдыхает.) Больше
десяти лет все на ногах, на ногах... Теперь можно и отдохнуть... Вот вы
говоритеL- убийство. Нет, не убийство. Не то слово. Это ведь как дела с
женщиной. Стоит только начать. Пока ты ходишь поздним вечером к вдове соседа,
а мечтаешь о длинноногих девках из телевизора, ты всего боишься, любого
шороха. Но стоит тебе один раз показаться на людях с одной из этих девок, и
тебе становится наплевать на весь мирL- кто и что подумает. Нет крепче
напитка, чем распутство. Отнять жизнь или зачать ее в женщинеL- это две
стороны одной медали, генерал. И неизвестно еще, что сладостней... А с вами
нам надо определиться. Сразу. Я вам немного расскажу, что такое власть.
Власть, генерал, бывает явная и тайная. Так же, как существует черное и белое,
сухое и мокрое, мужское и женское, существуют тайная и явная власть. Явная
власть проявляет себя в средствах пропаганды, в ваших будущих встречах с
послами, в поездках за границу, в народном мышлении. А тайная!.. Ваш друг,
министр экономики, знает в ней толк... Но вам не кажется, что он к нам плохо
относится? Вас он презирает, а меня ненавидит. Это очень хитрый человек! Очень
опасный! Для чего вы ему нужны? На первое время, генерал! Не дольше! Вы ему
нужны, как конфетная обертка! А потом он вас сомнет и выбросит, чтобы съесть
конфетку. О себе я уже и не говорю. Он уже наметил, видимо, день и час, когда
я взлечу на воздух в своем "мерседесе". Но мы ведь не позволим так просто
уничтожить себя, а, генерал?
ГЕНЕРАЛ. Но мы же союзники, капитан! Союзники!
КАПИТАН. Бывшие. Как только война заканчивается победой, тут же начинается
новая, между союзниками. ЭтоL- диалектика. А вы, я вижу, все еще барахтаетесь
в вопросах нравственности. Я вам еще раз повторю: мы с вами составляем
удивительно гармоничную пару. Явная и тайная власть. Понимаете? Крона и корни.
На долгие десятилетия. На века. Да. И еще одно маленькое дело. И все. И яLваш.
_
Уходит. Генерал продолжает жутко копировать бывшего президента.
Комната в доме Мрури. Бетси сидит на полу, в углу, опустив голову на колени.
Нагим стоит рядом. Пауза.
Затем он подходит к телевизору, включает егоL- там пустой экран. Поднимает
телефонную трубку, слушаетL- и там тишина.
_
НАГИМ. Как тихо... (Пауза.) Почему так тихо, миссис Мрури?.. Ведь здесь
недалеко... И так тихо... Может быть, я пойду?.. Может быть, сейчас, пока все
закончилось и можно куда-то уйти... куда-то уехать и... никто никогда не
узнает, был ты или нет на самом деле... Если сейчас выйти на шоссе и пойти...
как будто ты к родным идешь, в деревню, и как будто... Да что же это так тихо,
миссис Мрури?!
БЕТСИ (поднимая голову). ВЫ убили его. Это вы... вы это сделали! Почему вы не
подохли от голода, от инфекций, от лихорадки, когда были младенцем? Вы выжили,
окончили школу, целый год ходили в наш дом только с одной единственной цельюLубить
его, а потом меня! И президента! И еще сотни людей! И всеL- вы!.. Вы...
завистливое, подлое ничтожество! Неуч!.. В то время, как другие работают...
работают... работают...L- весь мир!L- вы, здесь, подыхаете от голода, от
болезней, в собственном дерьме!.. но и пальцем не пошевелите, чтобы себя
накормить, вылечить, сделать людьми! Нет! Вы будете плодиться, расползаться по
всей земле! А тех, кто пытается вытащить вас из дерьма, вы убиваете, убиваете,
убиваете!..
_
Рыдает.
_
НАГИМ (растерянно). Это... это не так, миссис Мрури! Мы ведь... мы сотни
лет... да! И поэзия, и танцы... А моя мать... вот... (снимает медальон) она
была так добра! Во всем квартале говорят еще о ней, ее помнят! А уже десять
лет ее нет на свете! И ее помнят... помнят чужие люди... что это?
_
Прислушивается.
Бетси затихает и также прислушивается.
_
НАГИМ. Это... какой-то гул... Что это за гул? Я посмотрю.
_
Идет к двери.
_
БЕТСИ. Не ходите! Стойте! Не ходите никуда!
НАГИМ. Может быть, действительно... да... это танки.
БЕТСИ. Закройте дверь! Там замок! (Нагим, помедлив, щелкает замком.) И идите
сюда! Сюда!
_
Нагим подходит, садится рядом. Молча слушают. Гул медленно нарастает. Бетси
начинает дрожать.
_
БЕТСИ. Расскажите что-нибудь. Ну? Да рассказывайте же!
НАГИМ. О чем?
БЕТСИ. О чем угодно! О... матери своей. Как вы говорите? Что за медальон? А ну?
_
Снимает с Нагима медальон.
_
БЕТСИ. Замечательная фотография... А что это у нее так широко глаза... Так она
умерла? Давно?
НАГИМ. Десять лет... девять, в ноябре, четвертого ноября. Рак.
БЕТСИ. Да, это ужасно. И моя мать тоже... И что? Вы не свистели в доме? Нет? А
я свистела. А потом плакала. Да. Ну, рассказывайте, что ли!
НАГИМ. Я любил лепешки...
БЕТСИ. Ну? И что? Лепешки... Из чего?
НАГИМ. Из муки.
БЕТСИ. Что же вы рассказываете? Разве так рассказывают? (Прислушивается. Дрожь
ее передается Нагиму.) Оказывается вы совсем не можете рассказывать истории...
(Прислушивается. Гул моторов.) Вот! Слушайте. Эту историю я никому не
рассказывала... (Прислушивается.) Мне было семь лет, и к нам на каникулы
приехал мой двоюродный брат... Он учился в Эдинбурге, в университете...
Однажды мы смеялись, играли... я сидела у него на коленях... И мы вдруг все
поняли... сразу... Все!.. Он так смутился... так смутился и ушел, убежал... И
уехал вечерним поездом... Как я рыдала о нем!.. Я любила только его... Всю
жизнь... одного его любила! Да!..
_
Встает, подходит к окну, поднимает жалюзи.
_
БЕТСИ. Да! Только его!
_
Подходит ко второму окну, также поднимает жалюзи.
_
БЕТСИ. Его!
_
Распахивает двери. Гул нарастает.
_
БЕТСИ. Пусть все танки на свете... приползут, воя и скрежеща... к моим ногам,
моему лону, твоим рукам... Пусть все самолеты мира... прилетят с хищным
клекотом на праздник моего рта. Пусть... Моя рука в твоих волосах. Мои глаза в
небе. Мы одни встретим их... Мы одни.
_
Громадная голая сценаL- с колосниками, без кулис. Во все стороны разбегаются
лестнички, двери, указатели, пожарные краны, старые декорацииL- как будто
громадная рука мгновенно содрала видимость жизни и проявился тупик.
Затем вдруг падает темнота на место действияL- душная тропическая ночьLпроступают
куски звездного неба, гул авиационных турбин вдали, огоньки
самолетов совсем вдали заняты своими деламиL- выруливают на взлет, подруливают
после посадки.
Одетая бетоном земля кажется надежней, человек стоит на ней так жестко, что
кажетсяL- чуть оттолкнется носком ноги и медленно, тяжело начнет вся планета
раскручиваться, поворачивая этого человека вокруг его оси.
Одетая в белый костюм и красную блузку с черной сумочкой через плечо, входит
Дини.
С другой стороны появляется Капитан. Кобура его на животе и расстегнута.
КАПИТАН. С возвращением вас, Дини.
_
ДИНИ (пауза). Спасибо.
КАПИТАН. О, как вас там изменили в Европе!
_
Дини продолжает всматриваться в Капитана, как будто в неуверенностиL- его ли
видит?
_
ДИНИ. Меня?
КАПИТАН. Ну, это... (Делает круг рукой.) оболочку. Это они мастера.
ДИНИ. Вы меня встречаете?
КАПИТАН. Да.
_
Пауза.
_
ДИНИ. А кто вы теперь?
КАПИТАН (смеется). Я? Как и былL- начальник личной охраны президента. (Шутливо
козыряет.) ЗваниеL- капитан.
ДИНИ. Какого президента?
КАПИТАН. За этот день, пока был закрыт аэропорт, произошло много перемен. Вы,
наверное, знаете, что наш генерал стал исполнять обязанности президента.
Страну нельзя было оставлять без власти, и он согласился. А министр экономики
оказался замешанным в заговоре. Его будет судить военный трибунал. (Вздыхает.)
Многие головы полетели.
ДИНИ. Как же это вы... как это случилось, капитан? Почему?
КАПИТАН. Вы знаете, Дини, мне самому до сих пор не все понятно. Доктор МруриLвы,
видимо, слышалиL- он руководил Союзом за освобождение народа. Это такая
организация, где были молодые офицеры и... как их назвать? учителя, врачи,
связистыL- мелкая буржуазия. И доктор Мрури в последний момент, перед самым их
выступлением, вдруг приезжает к господину президенту и во всем сознается.
Представляете? Господин президент его простилL- вот это мне совершенно
непонятно, это при мне былоL- и отправил домой. По пути доктора Мрури убивают
заговорщики: пуля пробила ветровое стекло прямо передо мной и поцеловала его в
висок. (Вздыхает.) Когда я вернулся во дворецL- и там все было кончено: в
комнате для приемов господин президент неосторожно подошел к окну, и его
застрелили. Три пули: в голову, в сердце и в спину. Ужасно.
_
Пауза.
_
ДИНИ. Его уже похоронили?
КАПИТАН. Да, похоронили. Назвали центральную площадь его именем. У мэрии.
ДИНИ. Разве это центральная?
КАПИТАН. Это центр старого города. Неужели вы не помните?
ДИНИ. Помню.
КАПИТАН. Вот... Но жить надо продолжать, что уж тут? Надо продолжать его дело.
ДИНИ. А жена доктора Мрури, миссис Мрури?
КАПИТАН. Она уже в Европе. Сразу улетела. Гражданство у нее было английское,
поэтому... А вообще выL- молодец, что вернулись, ДИНИ. Просто молодчина. Мы,
откровенно говоря, и не надеялись.
ДИНИ. А почему бы мне не вернуться?
КАПИТАН. ДействительноL- почему? Не подыхать же, простите, с голоду на
чужбине. И так переносите все спокойно. Молодец.
ДИНИ. Он что-нибудь сказал или сразу умер?
КАПИТАН. Сразу. Я же говорю: в голову, в сердце и в спину.
ДИНИ. А генерал ничего не говорил обо мне?
КАПИТАН. Генерал?.. Генерал говорит: пусть Дини возвращается во дворец. Пусть
живет там, как вдова президента. Вы же знаете генерала, он добрый человек. С
ним можно ладить. Но если уж он чего-то захочет...
ДИНИ. Разве может хотеть камень.
_
Пауза.
_
КАПИТАН. Ай-яй-яй, ДИНИ... О президенте в наше время такое вслух говорить...
можно только со мной!
ДИНИ (тихо). С вами?
КАПИТАН. Да, ДИНИ... (Начиная дышать, тянет к ней руку, скользит рукой от
плеча вниз.) А ты ведь как будто его любила, а? Нашего старичка?
ДИНИ. Я и сейчас люблю.
КАПИТАН. Вот!.. (Отходит на два шага.) И здесь ты молодец! Готов тебе
поверить... готов... Но спать с тобой рядом я еще долго не решусь. Знаешь, я
люблю просыпаться... Дай-ка я тебя потрогаю.
_
Подходит, целует ее.
_
КАПИТАН (вполголоса). А потом я тебе расскажу историю, от которой нам обоим
будет всегда хотеться... Понимаешь? Наши хищные звериные души... А! Как ты
кричала! С ним! ночами! А я грыз руку! И охранял! И сторожил!.. И две пули!..
вот здесь, смотри!..
_
Расстегивает защитную рубашку, открывая живот. Дини опускает руку в сумочку и
стреляет из нее два раза. Капитан корчится, держась за живот, идет на нее.
__
КАПИТАН. Нет... Не может быть... не надо... Я не жил... Я не жил еще!.. Нет!
Тянется к Дини, цепляет ее руками. Она еще раз стреляет в упор. Он падает.
Постепенно свет, выделяющий две фигурыL- мертвого капитана и обессиленно
стоящую на коленях ДиниL- становится ярче и ярче. Он тем нестерпимее для
глаза, чем чернее окружающая ночь. Гул авиационных турбин также усиливается,
доходя в форсаже до болевого ощущения.
_
ГОЛОС АЛИ. ...Потемнело небо. Песчаная буря ворвалась в город из пустыни. В
считанные минуты он оказался погребенным вместе со всеми жителями. Один только
сын купца ничего не видел и не слышал. Он плакал.
- Ты не боишься меня?L- вдруг услышал он хриплый голос. Как будто столетие
голос молчал, а теперь заскрипел, заскрежетал.
- Кто ты? Где?L- спросил сын купца.
- ЯL- это ты. И весь город уместился под моей подошвой. Приказывай. Я слушаю и
повинуюсь.
- Я хочу...L- начал юноша и замолчал.
- Слушаю,L- повторил див.
- Я хочу узнать, для чего живем я и ты. Для чего заклинанье на браслете. Я
хочу знать мысли Того, кто нами руководит.
Див молчал.
- Я жду,L- сказал сын купца.
- Твои слова мучают меня,L- сказал див.L- Не надо этого знать! Не надо.
- Но Он дал мне способность мыслить и дал тебя, чтобы ты выполнял мои
желания,L- сказал сын купца.L- И Он не поставил предела,L- значит Он хочет
слышать мои вопросы!
- Ну что же,L- сказал див и вздохнул так, что пришла песчаная буря и
окончательно погребла город,L- ты этого хотел...
И сын купца закричал от дикой болиL- ему показалось, что его разорвали надвое.
И див закричал так, что земля начала подниматься, как волны, и из ее разрывов
вырос огонь, и небо почернело от дыма.
И юноша стал дивом, и див стал юношей. И каждое движение одного причиняло
другому нестерпимую боль, а каждая мысль вонзалась, как молния.
И они забыли о том, кто они. И там, где они проходили со стонами и плачем,
оставалась пустыня, и реки иссякали, и все живое сгорало.
Много лет прошло, и в один из дней сын купца пришел на берег моря и увидел
лодку. Он сел в лодку и страдания его окончились...
_КОНЕЦ_
_На страницу "Содержание"_
--===Потом... Потом... Потом..., предисловие===--
*Эту легендарную пьесу в конце семидесятых годов хотели поставить в Большом
драматическом... Думали об этом и другие театры. Судя по слухам, не было в
бывшем СССР ни одного крупного театра (включая такие, как "Современник" и
"МХАТ"), где бы эта пьеса не обратила на себя серьезного внимания кого-нибудь
из режиссеров. Наверное, можно сказать, что тогда ее хотели ставить все. Или
почти все. Но у каждого произведения искусства своя судьба. По странности
судьбы, каждый год постановка этой пьесы откладывалась. Вернее сказать -
отодвигалась "на потом". А потом Товстоногов умер, едва начав ее "разминать" и
не успев воплотить свой замысел. Что-то похожее происходило и в других
театрах. Около двадцати лет по-настоящему петербургская драма Александра
Попова ждала своего воплощения на сцене. Как ждет до сих пор.*
*Правда, при жизни автора в 1990 году удалось уговорить Министерство культуры
РСФСР, и она была выпущена мизерным тиражом в 50 экземпляров отделом
распространения драматических произведений ВААП. А в 1991 году прочитана на
малой сцене театра "Эксперимент" (как мы ее тогда называли - "Ясной полянке" -
театр находился на площади Льва Толстого) студентами режиссерского факультета
Института культуры, курс В. П. Маркова.*
-------------------------------------------------------------------------------
_Александр Попов_
_ПОТОМ... ПОТОМ... ПОТОМ..._
сцены в жилконторе в двух частях
__
*Действующие лица*
_ТОЛЯ_, студент и электрик
_ОЛЯ_, его жена
_НАЧАЛЬНИК ЖИЛИЩНО-ЭКСПЛУАТАЦИОННОЙ КОНТОРЫ_
_ГЛАВНЫЙ ИНЖЕНЕР_
_ТЕХНИК-СМОТРИТЕЛЬ_ (женщина)
_ВЕРГИЛЬЕВНА_, дворник
_ПОЛИНА_, дворник
_НАДЯ_, кладовщица
_ВИТЯ_, сантехник
_ЖОРА_, столяр
_ГЕНА_, кровельщик
_МАЙОР_, милиционер
_СТАРШИНА_, милиционер
_МУСОРЩИК_
-------------------------------------------------------------------------------
__
_
*Ленинград, наши дни*
_____
____
_ПРОЛОГ_
_
*Спальня, тахта. На тахте лежит Толя, спит.*
*Входит Оля.*
_____
____
_ОЛЯ_. Толя... Толя... Толя, ты слышишь?.. Толя... Толя, вставай... Толя...
Малыш... Вставай, я заварила чай.
_ТОЛЯ_. Чай?
_ОЛЯ_. Да.
_ТОЛЯ_. Свежий?
_ОЛЯ_. Да.
_ТОЛЯ_. Оля, на всех на свете женщин... *(Спит.)*
_ОЛЯ_. Толя!..
_
*Пауза. Оля поднимает с пола книгу, открывает, читает.*
_____
____
*(Машинально)* Китайцы живут в Китае... *(Пытается понять.)* В Китае живут
китайцы... Китайцы живут в Китае... В Китае живут китайцы... Китайцы живут в
Китае... *(Не понимает, закрывает книгу, бросает на пол. Садится на тахту.)*
_
*Пауза.*
___
____
*(Грустно.)* Толя, ты не знаешь, почему китайцы живут в Китае?
_ТОЛЯ_ *(проснулся)*. Почему?
_ОЛЯ_. Ты не знаешь?
_ТОЛЯ_. Не знаю.
_ОЛЯ_. И я вот тоже никак... не знаю.
_
*Пауза.*
_____
____
_ТОЛЯ_. Ты прекрасно выглядишь.
_ОЛЯ_. Спасибо.
_
*Пауза.*
___
____
_ТОЛЯ_. Оля, послушай, больше всего...
_ОЛЯ_ *(настороженно)*. Что?
_ТОЛЯ_. Мне нравится у тебя...
_ОЛЯ_. Что?
_ТОЛЯ_. Вот это... внизу.
_ОЛЯ_. Спасибо, ты очень мило просыпаешься. *(Встает.)*
_
*Пауза.*
___
____
_ТОЛЯ_. Ты куда?
_ОЛЯ_. На кухню.
_ТОЛЯ_. Зачем?.. *(Пауза.)* ... Иди сюда.
_ОЛЯ_. Поздно. *(Идет к окну.)*
_
*Пауза.*
___
____
_ТОЛЯ_ *(улыбнулся, поднялся с тахты, потянулся, подошел к окну.)* Черт
возьми, какое прекрасное утро! *(Обнял Олю.)* Оля, мы с тобой, оказывается,
прекрасно проживаем. В нашей квартире - прекрасный вид из окна.
_ОЛЯ_. У нас нет квартиры. Одевайся. *(Высвобождается, идет к тахте, садится.)*
_ТОЛЯ_. Будет... Потом... *(Подходит к Оле, остановится перед ней на колени,
обнимает ее ноги.)* Можно я тебя...
_ОЛЯ_. Не стоит.
_ТОЛЯ_. Что случилось?
_ОЛЯ_. Ничего. Одевайся. *(Уходит на кухню.)*
_
*Пауза.*
___
____
_ТОЛЯ_. Оля... *(Поднялся с колен, подошел к окну.)* Оля, ты посмотри какое
небо... Весь мир радуется новому дню, а люди почему-то грустят. Людям следует
удивляться. Ведь каждое утро небо светлеет. Разве это не удивительно. Ты
посмотри, какой город. Ведь мы живем в Петрополе, черт возьми. *(Надевает
брюки.)* Все мы, ленинградцы, давно потеряли ощущение, что живем в одном из
самых красивых городов мира. "Набережные, дворцы, мосты, дворы-колодцы, парки;
Северная Пальмира, Петрополь, Петербург, Ленинград" - мы не ощущаем этого.
*(Ищет носки, находит.)* А между тем, для миллионов людей "жить в Ленинграде"
- это неосуществимая мечта. Сколько школьников и школьниц, красивых и юных,
мечтают жить в Ленинграде. Но, увы, их мечты не сбываются, и они умирают
где-нибудь в Бузулуке. *(Надевает свитер.)* Нам же это удовольствие досталось
даром. Но, просыпаясь утром в Петрополе, мы не удивляемся этому... Как это
некрасиво, как мы неблагодарны своей судьбе. А потом еще смеем обижаться, черт
возьми.
_ОЛЯ_ *(входит)*. Не ругайся.
_ТОЛЯ_. Прости... Оля, а ты знаешь, что в нашей жизни САМОЕ прекрасное?
_ОЛЯ_. Что?
_ТОЛЯ_. Все...
_
*Пауза. Толя подходит к Оле и осторожно дотрагивается до ее живота.*
___
____
... и вот это.
_
*Пауза.*
*Звонок в прихожей.*
___
____
Что это? Кому мы нужны? *(Уходит.)*
_
*Пауза.*
___
____
*(Возвращается.)* Телеграмма.
_ОЛЯ_. От кого?
_ТОЛЯ_. От хозяина.
_ОЛЯ_. Йог квартира?
_ТОЛЯ_. Йог.
_
*Пауза.*
___
____
_ОЛЯ_. Китайцы живут в Китае. *(Идет к окну.)*
_ТОЛЯ_ *(подходит к Оле, берет ее за руку)*. Олечка, не надо. Прошу тебя... Не
надо... Не грусти...
_ОЛЯ_ *(высвобождается)*. Я не запретила тебе говорить! "Венеция, Пальмира,
Петрополь" - видишь, сглазил. Тебе надо молчать... *(Отворачивается.)*
_ТОЛЯ_ *(стоит посреди комнаты)*. Прости... Я действительно виноват... Я найду
новую квартиру... Ты не расстраивайся. С сегодняшнего дня я занимаюсь только
этим... Клянусь. *(Поднимает с полу портфель.)* А если в этом городе нет для
нас жилья, я построю его сам. *(Идет к двери, останавливается.)* Только не
надо расстраиваться... Хорошо?..
_
*Пауза.*
___
____
*(Одетый, с портфелем стоит в две
...Закладка в соц.сетях
