Жанр: Драма
Легенда о малом гарнизоне
... - повелительно прошептал он.
"Что это? - ужасается Дебош. - Зачем это? Меня же сегодня похищать будут!"
- Ты встанешь или нет, бездельник? - Короткая, но чувствительная затрещина.
- Что вам нужно? - плаксиво заныл граф. - Я не могу никуда идти. У меня
диарея!..
Твердая рука закрыла ему рот. Другая рука рывком подняла графа вместе с
кроватью, в которую Дебош вцепился с отчаянием обреченного.
- М-м-м! - мычит граф.
Удар в ухо. Дебош на мгновение теряет соображение. Кровать выскальзывает из рук.
Санитар вытаскивает графа в коридор и тащит куда-то. Следом за ними из изолятора
выскальзывает чья-то тень.
Санитар волочит Дебоша по заднему двору, подтаскивает к автоцистерне,
поднимается по лесенке, открывает люк. Из люка разносится по двору жуткая вонь.
- Ныряй! - приказывает санитар вполголоса.
- В дерьмо? - Дебош закатывает глаза. - Не полезу! Ни за что! Вы не имеете
никакого гармоничного права! И вообще, кто вы такой?
- Я - Серж О'Коннор, - железный голос. - Ныряй!
- О!! - вопит граф и лезет обниматься. - Сержик! Я так ждал тебя!.. Но почему в
дерьмо?
- Я вывезу тебя в цистерне с дерьмом, идиот, и никто ничего не заподозрит.
Понял?
- Да, но оно плохо пахнет! - скулит аристократ.
- Ныряй, скотина! Цистерна заполнена только до половины. Высунешь голову и
будешь дышать. Но запомни - если люк вдруг откроется - сразу ныряй с головой!
После отмоешься...
И супермен столкнул Дебоша в бак.
Стащив с себя белый халат, он затолкал его туда же и захлопнул крышку. Под
халатом на нем был надет комбинезон мусорщика.
Спрыгнув на землю, Серж обошел машину кругом, попинал скаты. Он не заметил, как
быстрая тень метнулась к цистерне. Скрежет открываемого люка, волна аромата,
бульканье... Крышка захлопывается изнутри. Автомобиль трогается.
Бегущий свет фар скользит по окнам палат, в которых скорбно постанывают психи,
забывшиеся своими тяжелыми и удивительными снами.
Машина затормозила у ворот, посигналила.
Из застекленной кабинки высунулся дежурный.
- Привет, браток! Что везешь? Разрешение имеется?
- Дерьмо везу, понял? - жуткий голос ответил из машины.
Дежурный потянул носом воздух:
- Действительно, дерьмо... Эх, и на что человек уходит!
- Открывай, мне некогда!
Железные ворота раздвинулись со скрежетом, Серж дал газ... Автомобиль помчался
по шоссе.
Впереди показалась группа людей в куртках дорожных рабочих. Они размахивали
руками и что-то кричали. Серж притормозил. Из темноты вынырнул здоровенный
верзила.
- Проезд закрыт, парень. Придется поворачивать...
Двое рабочих полезли на цистерну.
- Кстати, что у тебя там плещется?
- Дерьмо!
- А в дерьме?..
Серж примеривался, как бы половчее достать из кабины рыжего верзилу, но тут
раздались выстрелы. Несколько рабочих остались лежать у дороги, другие
разбежались. В свете вспыхнувших по обеим сторонам шоссе множества фар
показались люди в шароварах и тюрбанах, с автоматами наперевес. Лиловолицый негр
приблизился к кабине.
- А, топрый каспадын! - негр узнал супермена. - Кароший каспадын, мы не станем
обижать каспадына, но... - негр поцокал языком. - Придется машину отдать, дальше
пешком ходить! Больше Абу - а это был именно он - ничего не успел сказать.
Железная рука Сержа схватила его за шею, притянула к дверце кабины. Машина
рванула с места. Тюрбаны заметались в прыгающем свете фар, раздались вопли,
потом - выстрелы. Пуля прошила ветровое стекло.
- Черт! - ругнулся Серж. - Сквозняк... Не люблю сквозняков. Слушай, а не
прикончить ли тебя?
Лиловое лицо Абу, прижатое к боковому стеклу, посерело.
- Вай ме, каспадын! Я не делал каспадыну плохо! Аллах любит каспадына, Абу любит
аллаха! Абу будет послушный! Абу никогда не изменит - кишки себе выпустит и
съест!
- Ладно, - после недолгого раздумья сказал Серж. - Ты мне еще пригодишься... А
сейчас прыгай!
Абу глянул на бежавшее под колесами шоссе и затрясся от ужаса.
- Прыгай, негодяй! - зарычал Серж. - Всего двести километров в час! Ну?!
Абу разжал пальцы и исчез.
Несколько минут езда шла без происшествий. Потом вдруг Серж заметил в зеркальце:
люди в топорных белых плащах выскакивали из придорожных кустов и на полном ходе
сигали в цистерну, только глухо позвякивал люк. "Бедняжка Анри!" - подумал Серж.
Удостоверившись в чем-то, топорные плащи - теперь уже далеко не белые -
выпрыгивали из цистерны и растворялись в ночи.
Вдруг на цистерну вскочил бородатый мужик в зипуне.
- Ну, это уж слишком! - рявкнул Серж, тормозя.
В руках у мужика был шест. Открыв люк, обладатель зипуна опустил в него шест и
начал методично месить дерьмо. Прыжок из кабины - и супермен на цистерне.
Бородач замер, не выпуская шест.
- Злодей! - зарычал Серж и хотел нанести такой удар... Но человек с шестом
обладал непостижимой реакцией: он успел уклониться. В металлическом боку
цистерны образовалась глубокая вмятина. Зипун поплевал в ладонь... Супермен едва
успел отскочить: от адского удара в цистерне появилась отдушина.
- Негодяй! - прошептал Серж в смятении и вытащил "пушку".
- Эй, ухнем! - ответил зипун, выбивая оружие непостижимым приемом.
Вся акция заняла 2,3 секунды, причем 2,299 секунды занял крик "Эй, ухнем!". Серж
попятился. Противник попался серьезный...
Готовясь к мощному спурту, Серж сделал шаг назад, но проклятый бородач его
опередил.
Крик "Еще разик, еще раз!" - и Серж оказался на земле в результате мастерски
примененного броска из арсенала греко-римской борьбы.
- Злодей!.. - рычал Серж откуда-то из-под машины, пока зипун истово месил шестом
дерьмо.
Привлеченные шумом, из темного закоулка появилась неразлучная троица.
- Ой, дядя, а чегой-та ты здесь делаешь? - гнусно завопил Фтор.
Зипун выронил шест. Воспользовавшись замешательством либровского резидента, Серж
нырнул в кабину и с места дал полный газ. Зипун кубарем скатился на асфальт.
Радостно галдя, его окружили галогены.
- У-у, байстрюки!! - Могучий удар. Фтор исчез.
Йод и Бром попятились.
- Эй, ухнем!! - Галогены веером разлетелись в противоположные стороны, на своих
боках испытав страшную, но справедливую борьбу самбо.
Психи стенают во сне. Шаги по коридору. Санитары идут настороженно, их поведение
необычно. Никто не размахивает клистирами и мокрыми простынями, не угрожает
хиной. В руках санитаров шприцы. Они входят в первую палату. Спящие психи
мечутся, стонут, разговаривают сами с собой. Сверкнули иглы. В палате наступила
абсолютная тишина. Санитары идут в следующую палату. Операция повторяется.
За четверть часа с первым этажом покончено. Неподвижные тела укладываются
штабелями и заливаются стекловидной массой. Штабель за штабелем исчезают в
темной пасти контейнера.
На тележке контейнер подкатывают к выходу во внутренний дворик. Здесь ждет
человек огромного роста, в его стеклянных глазах-телескопах отражается свет
звезд. Человек подставляет спину. Контейнер ложится на нее. Защелкиваются
автоматические крепления. Великан идет на середину дворика. Включается
двигатель, яркий столб огня вырывается из-под пальто. Великан взлетает.
Главврач обходит палаты. Они пусты. Заглядывает в изолятор.
- Эти двое там?..
Дежурный ординатор бледнеет:
- Во время операции здесь никого не было!
- Что??
- Изолятор был пуст!
- Дебош и Шеппард. Вы их упустили. Где они?
- Но здесь действительно никого не было!
- Обыскать все. Через двадцать минут я должен быть на докладе в ВРУ. Найти. При
сопротивлении уничтожить!
Санитары носятся по коридору, распахивают двери, переворачивают все вверх дном.
От шума на втором этаже проснулись буйные. Отряд санитаров отправляется наверх.
В ход пускаются клистиры, простыни, хина... На первом этаже продолжаются
лихорадочные поиски.
Механизм с контейнером за плечами несся на непостижимой высоте. Вокруг него
ревела стратосфера.
На земле, на одном из подземных командных пунктов кто-то отдал команду.
Электронные приборы, неотступно следившие за полетом Механизма, мгновенно
высчитали траекторию и точку перехвата. Огромная, как башня, ракета поднялась из
открывшейся шахты и взмыла над спящей землей.
"Еще три минуты - и иду на снижение" - скомандовал сам себе Механизм. И тут же
его сенсорные устройства уловили приближение неизвестного, таящего угрозу тела.
"Проскочу!" - Механизм резко увеличил скорость и набрал высоту. Неизвестное тело
пристроилось в хвост и приближалось медленно, но неотвратимо. "У! Пусть само
проскочит!". Механизм резко метнулся вверх, сбросил скорость и спикировал.
Ракета проскочила далеко вперед. Но вот она замедлила полет и, описав огромную
дугу, снова нацелилась хищным клювом на Механизм.
Механизм вошел в глубокое спиральное пике, но ракета разгадала маневр и
устремилась следом.
Механизм глянул вниз: безбрежный океан расстилался под ним. Ослепительно сияли
волны в лучах восходящего солнца. Чудовище кувыркнулось в воздухе и неспешно, на
бреющем полете, заскользило в сотне метров от поверхности океана. Ракета по
инерции промчалась вниз и, потеряв управление, с шипением вошла в воду. Через
минуту океан содрогнулся, в месте падения вспучился водяной холм и красиво
рассыпался под солнцем.
Над сияющим горизонтом показались несколько точек: с ближайшего авианосца на
разведку вылетели самолеты ПЛО.
- Проклятые механизмы! Ишь, до чего додумались! - ругнулся Механизм. - И когда
они оставят меня в покое? Отвяжитесь, проклятые!..
Он упал в воду и нырнул. 100, 200, 300 метров... Механизм расслабился в
беззвучной тьме и стал дрейфовать в холодных потоках глубоководного течения.
Глава 37
ЗАМЫСЕЛ СЕРЖА О'КОННОРА
Фешенебельный курорт Халдей-сити. Мертвый сезон.
Струйки целебной воды бегут по искусственным камням фонтана.
Алан Персиваль идет к фонтану, подставляет кружку под целебную струю и
принимается добросовестно цедить воду через отверстие в ручке. Меланхолично
сплюнув (вода отдавала ослиной мочой), аристократ поднес сосуд к глазам и
попытался проникнуть в глубинный смысл нестандартной надписи "На память о
Халдей-сити". Проникнуть ему не удалось. Выплеснув остатки влаги, Алан из-под
фалды фрака наполнил кружку коньяком. Сосредоточенно посасывая "Солидньяк", он
включился в унылую череду чахлых миллионеров и миллионерш, совершавших утренний
моцион.
Когда дно кружки засветилось, Алан чувствовал себя уже гораздо, гораздо лучше.
Покинув скорбную процессию, он по платановой аллее направился к своей вилле
"Уединение".
С тех пор, как судьба разлучила его с Глорией, Алан Персиваль безвыездно жил в
Халдей-сити, проводя дни в меланхолии и размышлениях.
Вот и сейчас, задумавшись, он неторопливо брел по парку, как вдруг чьи-то вопли
привлекли его внимание. Отважно преодолев заросли, аристократ оказался возле
небольшого бассейна. В бассейне, пуская пузыри, барахтался некто, весьма похожий
на графа Анри Дебоша. Едва граф вставал на ноги и пытался выбраться на сушу, как
протяжный светловолосый великан, дежуривший на парапете, с хохотом сталкивал
несчастного обратно в воду.
- Мне холодно! Садист! - вопил граф.
Вот ему удалось взобраться на парапет, однако гигант пустил в ход палку, треснув
несчастного по стриженой макушке.
Дебош снова упал в воду, а отплевавшись, взвыл:
- Меня даже в дурдоме так не били! Сатрап! Подлый сикофант санитаров! Вот погоди
- не пустим тебя в Гармонию!
Палка снова опустилась на голову. Дебош едва не захлебнулся.
- Еще друг называется! - стенал граф.
Щелчок по макушке. Бульканье и веселый смех гиганта.
Алан Персиваль недоумевал. Он знал Дебоша совсем другим: неунывающим бодрячком,
способным выкрутиться из любой ситуации. Что с ним случилось?
- Ладно, на сегодня хватит, - сказал гигант. - Вылезай. Я хочу познакомить тебя
с Франсуаз, она сегодня прилетает из Матраса, где совершенствовалась в йоге.
- А она ничего? - вполне осмысленно спросил граф, выползая из бассейна.
- Лучше ее я бабенки не встречал, - Серж подбоченился. - Но только ты, лысый
идиот, не вздумай с ней амурничать, не то я тебя так вздую!..
Разговаривая, приятели скрылись за деревьями. Алан выполз из укрытия и
отправился домой.
На веранде он лег в покойные кресла. В правой его руке богемно расположился
роман Ричардсона, в левой - рюмка с коллекционным коньяком. Он меланхолично
размышлял о превратности судеб.
Вечером Персиваль вновь пришел к фонтану. Курортники выстроились в очередь к
целебному источнику. Алан пристроился к ним. В это время появились утренние
приятели. Расталкивая немощных курортников локтями, они добрались до
животворящей струи, наполнили кружки и отошли в тень.
- У, какая гадость! - послышался голос Дебоша. - Хуже дерьма в цистерне!
- Пей! - огромный кулак гиганта завис в сантиметре от носа аристократа.
Нацедив свою кружку, Персиваль отлил воду, добавил коньяку и пристроился рядом.
Не успел он глотнуть, как граф учуял запах.
Сэр Алан добродушно спросил:
- Не хотите ли отведать из моей кружки?
Он протянул ее Дебошу. Граф опасливо взглянул на спутника: Серж - а это был
именно он - сурово пил воды.
Дебош глотнул. Восторженно облизнулся и присосался всерьез.
Серж раздул тонкие ноздри. Мгновенье - и граф кувырком полетел в фонтан.
- Видите ли, мистер, - пояснил супермен Персивалю, пока Дебош плескался в
холодной воде, - этот парень - он, вроде, сдвинутый. По шизе. Я его вытащил из
дурдома и теперь пытаюсь излечить.
- Это печально, - заметил Персиваль. - Я знал графа Дебоша другим человеком...
Хотя, теперь и сам я другой. Оставил мир и возделываю, так сказать, свой
собственный сад, как советовал Гюстав Флобер в Круассе. Вы читали Гюстава
Флобера?
Серж вытаращил глаза.
Наконец лицо его осветилось:
- А! Так вы, это, по психе профессор? Это здорово! А то я лечу -лечу,
по-научному-то не умею, а он...
Тут Серж разволновался. Ему редко приходилось прилично говорить на отвлеченные
темы.
Он с надеждой воззрился на Персиваля.
- Ну, в некотором роде вы правы, - согласился Персиваль. - Я, в некотором роде,
исследователь души... Я с удовольствием помогу вам вдохнуть в графа искру
разума... Тем более, что граф мне дорог как память о Глории.
- Во! - обрадовался Серж. - Он как раз о Глории все время толкует. Я думал - это
у него глюк такой... Приходите вечером ко мне, будем его на ноги ставить.
- Не знаю, право, удобно ли...
- А чего! Заходите запросто! С Франсуаз познакомлю, бабенкой моей.
- Что ж, извольте - я зайду сегодня в девять пополудни.
Когда тьма спустилась на Халдей-сити, Персиваль уже был у виллы Сержа. Супермен
проводил его в апартаменты. Дебош торчал перед камином. Персиваль расположился в
покойных креслах. Слуга - угрюмый человек с погасшим взглядом - наполнил бокалы.
Дебош принялся рассказывать о дурдоме. Все весело хохотали.
- А этот, - граф хлопнул по ляжке проходившего мимо слугу, - тоже шизик. Со мной
в изоляторе сидел. Со мной и дернул из бедлама. Вместе в дерьме рассекали! - Он
радостно загоготал.
Персиваль глотнул винца.
- А что привело вас, граф, в эту обитель скорби?
- В дурдом-то? Да крыша съехала из-за бабенки одной... - глаза графа заволокла
дымка.
- Ах, как мне это знакомо, друг мой! - вздохнул Персиваль. -Бедная Глория! Она
пропала, исчезла, и с тех пор я погрузился в ипохондрию.
- Глория? - подпрыгнул Дебош. - Так она...
- Она - что? - Серж слегка напрягся.
- Сбежала?
- Нет, ее похитили. Мафия, мой друг!
- Мафия? Как бы не так! Ее похитил доктор Заххерс! - взвыл Дебош. - Глория в
руках сквернавца! У, нежная Глория! У, гнусный доктор!..
Он вскочил, готовясь, кажется, бежать, чтобы спасти Глорию из рук нечестивца, но
Серж не дремал: схватил графа за шиворот и погрузил голову в небольшой бассейн с
красными рыбками.
- Успокойся, шизик.
- Я спокоен, - мужественно отвечал граф, когда получил возможность дышать.
- Отлично. А что касается Заххерса... Да, я слышал о нем. И хотел бы с ним
встретиться...
- Боюсь, сделать это нелегко, - возразил Персиваль. - Судя по сообщениям в
газетах, доктор исчез бесследно, вместе с Механизмом.
- Ме... ме... механизмом? - вдруг раздался голос молчаливого слуги.
- О Господи! - проворчал Серж. - Еще один сдвинулся.
- Я видел механизм, - тихо сказал Шеппард. - Там, в джунглях Фармазонии.
- А может, на дне Мерзианской впадины? - Серж приподнялся, готовясь к
процедурам.
- Нет, вы не понимаете! - быстро заговорил Шеппард. - Я видел механизмы, много
механизмов. Они напали на нашу экспедицию, они убили профессора Коллинза!
- Что за бред?
- Это правда!
Шеппард выпил вина из услужливо поданного Дебошем стакана и начал рассказывать.
Его слушали с напряжением. В конце рассказа Серж вышел и вернулся с картой
Фармазонии. Карту расстелили на полу и Шеппард показал приблизительный маршрут
экспедиции.
- Великолепно! - с энтузиазмом сказал Серж. - Мне еще не приходилось бывать в
Фармазонии!
- Вы собираетесь отправиться туда? - спросил Персиваль.
- У, нежная Глория!! - завопил Дебош в экстазе. - Скоро я увижу тебя! Я спасу
тебя и мы вместе унесемся в Полинезию, в сказку, в мечту, в Гармо...
Снайперский удар Сержа - и Дебош оказался среди красных рыбок.
Постукивая по очереди Дебоша палкой по голове все трое обсудили детали
предстоящего путешествия. Шеппард вызвался быть проводником.
- Сударь, - вдруг вспомнил Персиваль, - а как отнесется к этому ваша подруга?
- Франсуаз? - Серж вздрогнул. - Ш-ш-ш! Ни слова больше! Узнает - прибьет!
Что-то зашуршало в дальних углах гостиной. Серж в ужасе оглянулся:
- Весь дом в микрашках... Измены боится! Во!..
В углах скрипели магнитофоны.
КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
ПЕСНЬ ГОСПОДНЯ НА ЗЕМЛЕ ЧУЖОЙ
"Там пленившие нас требовали от нас слов песней, и притеснители наши - веселия:
"пропойте нам из песней Сионский". Как нам петь песнь Господню на земле чужой?"
Псалом 136-й.
ЧТО ТАМ, ВНУТРИ?
Известие о злодейском убийстве репортера Рекса Макферсона взбудоражило Вавилон.
Фотографии трупа с раскромсанным горлом облетели все газеты, телерепортаж из
квартиры несчастного репортера показали по всем каналам телевидения, прервав
самые важные передачи.
Полицейский комиссар О'Брайен вновь оказался в центре внимания. С огромной лупой
в руках он носился по улицам, за ним мчались оравы газетчиков и телевизионщиков,
поминутно бравших у комиссара интервью. "Я расколю негодяев!" -неизменно твердил
великий сыщик.
Сам способ убийства - варварский, кровавый - вызвал множество предположений.
"Это не есть дело рук человеческих. Это мог совершить либо какой-то дикий зверь,
либо... Механизм!" - заявил с экрана любимчик публики проповедник Лу Томпсон.
Среди части вавилонцев стали распространяться панические настроения. Квартиры и
дома герметизировались и баррикадировались. Входные двери обшивались листовой
броней. Оконные проемы забивались мешками с песком. Некоторые, опасавшиеся, что
преступник мог воспользоваться пожарной лестницей, перепиливали крепления. На
заборах частных владений появились надписи: "Участок заминирован".
Лишь немногие вавилонцы в те дни сохраняли полное спокойствие. К этим немногим
относились Сэм Джефферсон и детектив Чарли Стоун.
В один прекрасный солнечный день Чарли Стоун снова стоял на берегу реки и
вытягивал из воды замаскированную снасть. Щебетали птички. Вокруг не было ни
души. Вот из воды показался железный чемоданчик, уже основательно проржавевший с
углов. Когда чемоданчик оказался на берегу, Чарли вдруг замер: в чемоданчике
зияла большая рваная дыра. Чарли не шевелился несколько секунд. Потом скосил
глаза в сторону. Прислушался. Чарли прекрасно знал злопамятный и жестокий нрав
сифебра.
Он сделал шаг назад. Из травы донесся шорох - Чарли тут же упал животом на землю
и всадил шесть пуль подряд в подозрительно колыхнувшийся куст чертополоха.
С револьвером наготове он бешеными прыжками помчался к автомобилю.
...Мотор работал исправно, но всю дорогу из-под капота доносились постукивания и
позвякивания. "Заеду-ка в мастерскую, - решил Чарли. - Кто знает, что там,
внутри?..".
Механик Фред, напевая модный мотивчик, осмотрел машину, открыл капот и
остолбенел.
- Ну, что там? - затаив дыхание, спросил Чарли.
Фред развел руками.
Чарли выбрался из машины и боком приблизился к открытому капоту.
- Я видел всякое, - сказал Фред, - но такое... Тут явно поработали зубилом и
молот...
Чарли не дослушал. Кажется, весь мир разом до краев наполнился смертельной
угрозой.
Молниеносно и почти бесшумно Чарли рванулся прочь - только ветер засвистел в
ушах.
Сзади донеслось запоздалое костяное постукивание. Так могли стучать о мостовую
только зубы сифебра.
ГРОЗА НАД ХАЛДЕЙ-СИТИ
Серж пробудился необычно рано. Открыл глаза: было еще темно. Невидимая за
огромной подушкой, рядом сладко похрапывала Франсуаз. Серж расслабился, глубоко
вздохнул. Осторожно, напрягая одну мышцу за другой, начал сползать с кровати.
Босые ноги коснулись леопардовой шкуры. Серж сделал передышку. Оторвался от
перины, прислушался: Франсуаз спала. На цыпочках он пробрался к выходу и тут
обнаружил, что проклятая шкура намоталась на ногу. Серж попытался освободиться
от шкуры и уронил торшер. И замер, обливаясь потом. минута напряженного
ожидания.
Серж избавился от шкуры и выскользнул за дверь. Скатился вниз по лестнице. В
прихожей уже поджидал Шеппард, одетый по-дорожному, с чемоданами в руках.
- А где этот бездельник? - страшным шепотом спросил супермен.
Шеппард угрюмо кивнул головой: со двора доносилось радостное похрюкивание
Дебоша, делавшего утреннюю гимнастику. "Ишь, стервец! - с нежностью подумал
Серж. - Человеком становится. Эх, мне бы..."
- Та-ак... - раздался сверху зловещий голос. Серж оглянулся и присел от
неожиданности: на верхней площадке инкрустированной лестницы стояла Франсуаз.
Она была в китайском халате, из волос торчали папильотки, придававшие ей
сходство с медузой Горгоной. Серж отвел глаза и попытался юркнуть в туалет.
- Стоять, - скомандовала Франсуаз. - Куда это, интересно знать, ты собрался?
- А-а... - не нашелся Серж. - Мы это... физзарядку... Да порыбачить хотели. В
фонта... - Тут он умолк, потрясенный собственной глупостью. "Эх, сморозил!
Сказал бы - в гараж. У "бьюика" третья передача заедает, да и кардан...".
- Значит, рыбу ловить? - голос Франсуаз падал, как давление в барометре. - Или
бегать трусцой? Вон, с придурком этим? (Со двора донеслось восхищенное "Ух,
хар-рашо!" - это Дебош приступил к водным процедурам). А чемоданы зачем?
- Какие чемоданы? (Идиот Шеппард мрачно созерцал пространство, держа улики в
руках). Ах, чемоданы!.. Зачем тебе чемоданы? -спросил он у Шеппарда.
Шеппард мрачно молчал.
- А, так это же графские! - вдруг сообразил Серж. - Граф нынче уезжают, и
чемоданы с собой берут... Нагостился, вроде. Незваный гость хуже татарина... А
я, это, думаю - надо графа до электрички проводить. Друг же все-таки.
Франсуаз помедлила, начиная представление. И вдруг со стоном присела на верхнюю
ступеньку.
- Ты изолгался! - закричала она. - Врун, обманщик, лицедей! Ты пошел к девкам!
Ты задумал бросить меня! Распутник! Грязное животное! Свинья-свинья-свинья!
Она затопала ногами в истерике.
- Дорогая... Честное слово... Я не вру! Какие девки? А чемоданы графские! Хоть у
него спроси!..
Франсуаз в мгновение ока скатилась с лестницы и схватила первую попавшуюся в
руки тяжесть, коей оказались садовые грабли. Бац! В голове Сержа зазвенело.
- А-а-а! - завопил Серж, хватая Шеппарда за грудки. - Негодяй! Сколько раз я
тебе говорил: не разбрасывай садовый инвентарь где попало!
- Оставь его в покое! - завопила Франсуаз. - Он в тысячу раз лучше тебя! Он
честный человек, не то, что ты - трус и бабник!
Бац!
- Я трус?
- Ты!
Бац!
- Я бабник?
- Ты!!
Бац!!
Грабли прилетели в ухо Шеппарду. Он молча рухнул на пол. Серж, уворачиваясь от
грабель, кинулся на кухню. Оттуда вскоре послышалось:
- Уйди, паскуда! Вить на буллитень сяду!..
- Ты у меня в тюрьму сядешь, ирод!!
Бац! Бац! Бац!
В кухне посыпалась посуда. Звон, грохот, вопли... Через некоторое время все
стихло, раздавались только неукротимый женский плач и сдержанные мужские стоны.
Дебош, прятавшийся в сортире, облегченно вздохнул. Стараясь не шуметь, он
выскользнул в прихожую, перешагнул через Шеппарда, выбрался во двор и задал
стрекача. Он мчался на виллу "Уединение", чтобы сообщить финансовому директору
проекта "Хуго" Алану Персивалю о крахе затевавшейся экспедиции.
В течение нескольких дней над Халдей-сити гремел гром, сверкали молнии: ссора
продолжалась. Молнии, которые разгневанные супруги метали друг в друга,
мертвенным светом озаряли притихшие виллы, пышные сады, терренкуры и немощных
старцев, сосавших у фонтана целебную жидкость. Гром суперменских голосов
сотрясал горы и долы. Разгоряченное дыхание супругов вихрем носилось по
побережью, вырывая с корнем пальмы и принося неисчислимые бедствия жителям
побережья. Ни один человек не рисковал выйти из дому, кроме старого мусорщика
Хозе, который, придерживая одной рукой сомбреро, другой толкал перед собой
тележку с хламом. Хозе был глух и всегда пьян, и его совершенно не трогала битва
гигантов. Хозе размышлял о бренности человеческого существования, и, когда мусор
сносило с тележки очередным шквалом, Хозе мрачно и длинно ругался. Но не родился
еще тот ураган, который помешал бы Хозе заработать на дневную порцию пульке и
сигарных обрезков! Сменяя друг друга, на побережье налетали "Джильды", "Шейлы",
"Моррисы" и "Артуры", а Хозе каждый день упрямо выходил на охоту за тряпьем и
отбросами, и никакому торнадо еще не удавалось сбить его с пути...
Наконец, гроза стихла. Супруги в изнеможении упали друг другу в объятия. Их
ноздри затрепетали. Серж высвободил руку и дернул снурок: солнце погасло.
После пылких ласк Серж объяснил Франсуаз, зачем он собрался в Фармазонию. "Хуго
Заххерс - нацистский преступник. Во время войны он ставил опыты над
заключенными, занимаясь клонированием и ортопедией! Он - мировое зло! Я должен
победить его и открыть Эру Света!". Франсуаз вспыхнула. "Твой враг - мой враг! -
сказала она и тут же вспомнила. - А как же Глория?". "Граф влюблен в Глорию!
Глория влюблена в Заххерса! Серж влюблен во Франсуаз!!" - пояснил Серж.
Супруги расстались в слезах и поцелуях. Серж включил солнце и пошел искать
Дебоша.
ЭКС
...Закладка в соц.сетях
