Жанр: Детектив
Sas Лас-Вегас - фирма гарантирует смерть
.... Должно быть, шальная
пуля пробила радиатор. Так они далеко не уедут.
Малко выругался по-немецки сквозь зубы. Синтия тоже все поняла.
- Я сяду за руль, - сказала она. - А ты бери фотоаппарат и прыгай.
- Нет-нет, это слишком опасно.
Мотор "понтиака" зачихал. Ничего другого не оставалось. На перекрестке
Фламинго-роуд горел красный свет. Малко въехал на тротуар и обогнул недостроенное
здание "Гранд-отеля". "Кадиллакам" не хватило маневренности, чтобы быстро нагнать
его. Он резко затормозил. Синтия уже взялась за руль. Не останавливаясь, он плечом
толкнул дверцу и выбросился наружу. Синтия скользнула на его место, и "понтиак"
тронулся. Малко с конвертом в руках добежал до лесов "Гранд-отеля", когда два
"кадиллака" уже разворачивались. На полном газу они промчались мимо него. При
мысли о Синтии у Малко мучительно сжалось сердце. У нее не было даже
суперплоского пистолета.
Малко метался по своим апартаментам, как лев по клетке, машинально
вглядываясь в похожую на минарет башенку "Дюн", на которой то вспыхивали, то
гасли красные и золотистые неоновые огни. Было уже девять часов, а Синтия все не
появлялась. Фотографии лежали в сейфе банка "Уэллс Фарго", и Дэвид Уайз уже знал
об их существовании. Но Синтии, возможно, не было в живых...
Малко не мог решить, как действовать дальше. С тех пор, как он вернулся в отель,
никто его не беспокоил. Наконец он решился. Он пойдет в ФБР и все расскажет. Черт с
ним, с Джоном Гейлом, черт с ним, с ЦРУ! Он не мог бросить Синтию на произвол
судьбы. Местная полиция в счет не шла, шериф Том Хенниган был мальчиком на
побегушках у Банни Капистрано. Интересно, как же Банни узнал о фотографиях? Он
не допустил бы стрельбы и "гонок со столкновениями", не будь у него на то серьезной
причины.
Зазвонил телефон. Малко схватил трубку, не дождавшись даже, пока прекратится
звонок.
Он услышал заспанный голос Майка Рабле.
- Мне надо с вами поговорить, - сказал адвокат. - Как можно скорее. Это очень
важно.
- Еду, - ответил Малко.
Он положил трубку, холодея от мучительной тревоги. Его худшие опасения
оправдались: Синтия была в лапах у Банни Капистрано.
Майк Рабле тоже был встревожен. Случилось то, чего ему удавалось избегать на
протяжении многих лет: он оказался между молотом и наковальней.
В дверь позвонили. Он пошел открывать и впустил Малко. Не предложив гостю
даже сесть, он с места в карьер набросился на него.
- Вы просто псих! - кричал он. - Опасный псих! Сэнди Джонс в больнице! Как
они ее мучили! А ваша подружка в руках Банни. Можете получить ее в обмен на
снимки. Он дает вам время на размышление до полуночи. Если вы не согласитесь, он
убьет ее.
Золотистые глаза Малко позеленели. Как он мог своими руками толкнуть Синтию
в логово зверя?
- Вы знаете, где она?
Майк Рабле пожал плечами:
- Знаю, конечно. Но вам это ничего не даст. Она на ранчо, которое принадлежит
одному из друзей Банни. Вы можете поднять на ноги ФБР, но ее тем временем убьют.
Это была правда. Но получить снимки и негативы нельзя было до завтра. Банк
открывался в десять.
Малко попытался взять себя в руки. Ни Джон Гейл, ни ЦРУ не помогут ему спасти
Синтию.
- Идите к Банни Капистрано. Скажите ему, что он получит снимки и негативы
завтра утром. Они в банке. А если он хоть пальцем тронет Синтию, я убью его.
Больше он ничего не добавил. От его непреклонного тона у кого угодно застыла бы
кровь в жилах. Майк Рабле со вздохом покачал головой.
- Надеюсь, он меня послушает.
- Я тоже надеюсь, - холодно сказал Малко. - Я буду в "Дюнах". Если люди
Банни попытаются что-то предпринять против меня, фотографии завтра же будут в
ФБР.
Естественная впадина посреди пустыни была завалена обломками автомобилей,
старыми шинами и прочим мусором. Насмерть перепуганный Майк Рабле щурился от
лучей заходящего солнца.
Синтия была привязана к ржавой бочке из-под мазута, спиной к раскаленному
железу. Было больше 50°. Подручный Банни, здоровенный детина с красным шрамом
через все лицо, сидя на перевернутом ящике, забавы ради постреливал в бочку из
"вальтера". Пули проходили в нескольких сантиметрах от Синтии. Она, должно быть,
умирала от жажды, не говоря уж о нервном напряжении. Майк подошел к стрелку.
- Тебе Банни велел это делать?
Детина явно знал Майка. Перезаряжая "вальтер", он беззлобно ответил:
- Банни сказал: делайте с ней все, что угодно, только не убивайте. Эта сучка чуть
не выцарапала мне глаз, когда я хотел приласкать ее. Надо ее проучить.
- Где Банни?
- Там.
Майк Рабле обернулся. Синтия видела его, но никак не отреагировала на его
появление. Она считала адвоката врагом.
Банни Капистрано сидел в большом плетеном кресле, попыхивая неизменной
сигарой. Глаза его были налиты кровью, рот перекошен в злобной гримасе. Даже не
поздоровавшись с Май-ком, он спросил:
- Ты виделся с этим сукиным сыном?
- Да, - кивнул Майк. - Он отдаст снимки завтра утром.
Банни отшвырнул сигару.
- Дудки! Я сейчас вырву глаза его шлюхе! Он у меня еще узнает, этот сукин сын,
этот...
Он захлебнулся от ярости. Майк никогда не видел старого мафиозо в таком
состоянии. Ему стало страшно.
- Банни, - сказал он. - Не убивай девушку. Это очень опасный тип.
Минут десять адвокат увещевал Банни. Он просил за Синтию со всем пылом
своего неудовлетворенного желания.
- О'кей, - буркнул наконец Банни. - Но если он обведет нас вокруг пальца,
отвечать придется тебе. Скажи, что мы передадим ему девку завтра в десять в Нортроп
Уэллс.
Это было местечко на автостраде № 91 в часе езды от Лас-Вегаса. Несколько
бензоколонок, магазинчик и кафетерий посреди пустыни.
Банни вновь погрузился в мрачное раздумье. Майк Рабле поспешил уйти. До
завтра Синтии ничего не угрожало.
Под пуленепробиваемым жилетом Малко обливался потом. Автострада № 91 была
совершенно пустынна. Одна из двух бензоколонок на перекрестке закрыта. Малко
припарковал машину. На этот раз он приехал на "форде". Всю ночь он не сомкнул
глаз, вспоминая рассказ Майка о том, как обращались с Синтией.
Теперь между ним и Банни Капистрано завязалась борьба не на жизнь, а на смерть.
Суперплоский пистолет, заряженный разрывными пулями, лежал рядом с ним на
сиденье. Несмотря на скромные размеры, каждая такая пуля могла разорвать человека
надвое. Три запасных обоймы лежали у Малко в карманах.
- Вот и они, - сказал Майк Рабле.
Длинный темно-синий "кадиллак" подъезжал со стороны Лас-Вегаса. Он
затормозил и остановился на обочине по другую сторону шоссе. Было без четверти
десять. Затемненные стекла мешали Малко разглядеть, кто был в машине.
- Идите, посмотрите, что там, - бросил он адвокату.
Майк Рабле вышел из "форда" и пересек шоссе. Мимо с ревом пронеслась
автоцистерна. Одно из стекол "кадиллака" опустилось. Майк обменялся несколькими
словами с кем-то внутри машины и пошел обратно.
- Она в машине, - сказал он Малко. - Дайте мне снимки. Они отпустят ее, как
только их посмотрят.
Малко покачал головой.
- Нет. Я дам их вам. Вы остановитесь на середине дороги. Пусть кто-нибудь из их
людей приведет к вам Синтию. Он посмотрит снимки и отпустит ее ко мне. Когда она
будет в машине, он сможет вернуться к своим.
Майк снова направился к "кадиллаку". Он весь взмок. Его рубашка, и до того
сероватая, стала почти черной.
- О'кей! - объявил он, вернувшись.
Малко протянул ему конверт. У него тревожно защемило сердце. Он сидел,
опустив стекло и направив дуло пистолета на синий "кадиллак". Из лимузина вышел
незнакомый ему человек. Затем показались светлые волосы Синтии. Рот ее был
заклеен большим куском черного пластыря.
Она шла, неуверенно ступая, вытянув руки перед собой, как сомнамбула. Похоже
было, что ее накачали наркотиками. Малко боролся с бешеным желанием разрядить
пистолет в голову ее провожатого.
Наконец Синтия поравнялась с Майком Рабле. Адвокат протянул молодчику
конверт. Тот открыл его, пересчитал негативы и снимки и застыл посреди дороги,
глядя, как Майк ведет Синтию к машине Малко.
В зеркальце Малко был виден "кадиллак" и человек с конвертом. Адвокат открыл
заднюю дверцу и усадил Синтию. Только тогда Малко высунулся из машины и
крикнул неподвижно стоявшему на солнцепеке молодчику:
- Пошел!
Тот побежал к огромному синему "кадиллаку". Малко обернулся. Синтия сидела
на заднем сиденье, очень бледная. Когда Майк Рабле случайно задел ее руку, у нее
вырвался страшный крик.
Малко опустил глаза. Руки Синтии так опухли, что казались вдвое больше, чем
были. Синеватая кожа была вся в кровоподтеках и ссадинах, кое-где лопнула, и наружу
высовывались кусочки костей.
- Они раздробили мне их тисками, - пробормотала Синтия.
Синий "кадиллак" сорвался с места. Не целясь, Малко принялся палить ему вслед
через окно, пока не расстрелял всю обойму. Глаза его из золотистых стали совсем
зелеными. Заднее стекло длинного лимузина разлетелось на мелкие кусочки. Только
тогда Малко нажал на газ и поехал следом, проскочив на перекрестке на красный свет
и едва не столкнувшись с полуприцепом, проводившим его гневными гудками.
Майк Рабле был бледен, как полотно.
Синтия изо всех сил кусала губы, чтобы не закричать. Искалеченные руки
причиняли ей невыносимую боль. Малко улыбнулся ей в зеркальце заднего обзора, и
ей удалось улыбнуться в ответ. Сидя рядом с ней, Майк Рабле смотрел, как
стремительно убегает назад пустыня. "Форд" мчался с такой скоростью, что ему было
страшно. Стрелка спидометра дрожала у отметки 110 миль. Плавно покачиваясь на
ленте раскаленного асфальта, машина приближалась к Лас-Вегасу.
Темно-синий "кадиллак" Банни Капистрано был далеко впереди. Но сейчас Малко
и думать забыл о старом мафиозо. У него была лишь одна мысль - помочь Синтии.
Взглянув на еще мокрые рентгеновские снимки рук Синтии, врач поднял голову и
растерянно посмотрел на Малко и Майка Рабле.
Синтия, усыпленная двумя кубиками морфия, лежала на носилках в приемном
покое травматологического отделения лас-вегасской больницы. Ее руки - вернее то,
что от них осталось - покоилось на марлевых подушечках.
- Ее пытали, - сказал Малко. - По приказу одного из самых уважаемых
граждан вашего прекрасного города. Это серьезно?
- Очень серьезно, - кивнул врач. - Сломано несколько суставов. Возможно, она
больше не сможет двигать пальцами. Не говоря уже о том, что при открытых
переломах в любой момент может начаться воспалительный процесс в костной ткани...
По спине у Малко побежали мурашки. Синтия - калека на всю жизнь! Он знал:
она этого не переживет. Она покончит с собой.
- Необходимо спасти ее руки, - твердо сказал он.
- Это почти нереально, - вздохнул врач. - Суставы придется заменять
штифтами. Нужен хирург-специалист по такого рода операциям.
- Есть в этой стране хоть один хирург, способный сотворить чудо? - спросил
Малко.
Врач с минуту подумал.
- Профессор Картленд из Лос-Анджелеса, - сказал он наконец. - Это
настоящий чародей. Но он возьмете с вас как минимум десять тысяч за каждую руку.
Сумма не производила впечатления на Малко.
- Это не имеет значения. Свяжитесь с ним немедленно. Наймите самолет. Пусть
ее доставят в Лос-Анджелес, не теряя ни минуты.
Врач бегом кинулся к телефону. Малко посмотрел на мертвенно-бледное лицо
Синтии, думая о том, как прихоть судьбы забросила эту женщину из Лаоса в ЛасВегас.
Вернулся врач.
- Все в порядке, - почти весело объявил он. - Профессор ждет ее через два
часа. Конечно, никаких гарантий, но если есть шанс спасти ее руки, это может сделать
только он.
- Хорошо, - сказал Малко. - Приготовьте все. Я сейчас привезу деньги.
Малко проводил взглядом машину "скорой помощи". В лас-вегасском аэропорту ее
уже ждала нанятая им "Сессна". Меньше чем через два часа Синтия будет на
операционном столе. Она так и не пришла в сознание.
Он устало опустился на сиденье "форда". Майк Рабле, безмолвный, как рыба, сел
рядом. Итак, Малко лишился фотографий, Синтия покалечена, а единственным, кто
мог ему теперь помочь, был Майк Рабле. Надо было отыскать Тони Капистрано
"живым".
Малко медленно поехал вдоль бульвара Лейк-Мид. Майк Рабле машинально
поправил сломанную дужку очков. Ему было не по себе, вся его жизнерадостность
исчезла.
- Майк, - обронил Малко, - вы мне еще понадобитесь.
Майк Рабле вздрогнул и обернулся к нему:
- Зачем?
- Вы должны помочь мне найти Тони Капистрано.
Старый адвокат невесело рассмеялся.
- Неужели вы еще не поняли? Я же вам говорил: не суйте вы нос в это дело.
- Я дам вам сто тысяч долларов, - произнес Малко, чеканя каждый слог. - В
стодолларовых банкнотах.
Майк Рабле молчал. Сумма была, что и говорить, внушительная. Его природная
скаредность призывала его согласиться, а голос разума твердил, что эти деньги ему ни
к чему, что в Лас-Вегасе и так всегда найдется достаточно женщин, которые позволят
любить себя без особых проблем, и что богатый мертвец - все равно мертвец.
Но от мысли, что сто тысяч долларов уплывут из рук, ему становилось прямо-таки
физически плохо.
У него вырвался вздох.
- Лучшее, что вы можете сделать, - это улететь из города первым же самолетом.
Если останетесь, то вряд ли доживете до вечера.
Малко и бровью не повел. Тонтон-макуты, иракские "барбузы", агенты КГБ и
многие другие тоже не были ангелочками...
- Вы не заставите меня передумать, - твердо сказал он.
- Есть одна вещь, которой вы не знаете, - возразил Майк Рабле. - Банни
Капистрано уже назначил цену за вашу голову. Пятьдесят тысяч долларов. Я знаю в
этом городе по меньшей мере человек двадцать, которые за такие деньги пришьют и
родную мать. Банни заявил при десяти свидетелях, что до захода солнца вы будете
мертвы.
Глава 15
Малко взвесил на ладони пистолет, который протянул ему продавец. Около трех
фунтов.
- Это "Авто-Маг", единственная модель "Магнум", работающая автоматически,
- заметил продавец. - Бьет без промаха. Если вы хотите затеять где-нибудь
революцию, - добавил он с хитрым смешком, - это как раз то, что вам нужно...
"Магнум" - пистолет строгих линий со стволом шесть дюймов - мог на
расстоянии сто метров уложить мамонта. А уж тем более мафиозо.
- Беру, - сказал Малко. - И пять коробок патронов.
- Двести семнадцать долларов, - подсчитал продавец, убирая пистолет обратно в
коробку.
Малко заплатил. Это было прекрасное дополнение к его суперплоскому пистолету.
Синтия была на пути в Лос-Анджелес. Оставалось разыскать Тони Капистрано. И
желательно при этом остаться живым.
Малко долго смотрел на панорамную фотографию своего замка. Если не считать
негромкого шипения кондиционера, в апартаментах царила полная тишина, словно они
были отрезаны от всего мира. Велико было искушение укрыться здесь от всех
грозящих опасностей, но смертельная схватка между Малко и Банни Капистрано еще
не окончилась. Потому Малко и остался в Лас-Вегасе. Для Банни Капистрано теперь
было делом чести избавиться от Малко в ближайшие часы. На карту был поставлен его
престиж.
Банни прекрасно знал, что его противник не пойдет в ФБР. И что если удастся
быстро его убрать, это будет решением всех проблем.
Малко с некоторой горечью подумал о Джоне Гейле: он-то надежно защищен
стенами Белого Дома, сидя в своем кабинете. Тогда как ему, Малко, предстоит стать
живой мишенью.
Синтия была на операционном столе, доктор Джилпатрик - в бегах, а Майк Рабле
просто-напросто струсил. Никто в Лас-Вегасе и пальцем не шевельнет, чтобы ему
помочь, если только он сам не докажет, что способен противостоять всемогущему
Банни Капистрано. А сделать это придется, рискуя жизнью. Быть может, тогда
ситуация круто изменится в его пользу. В этот самый момент десятки людей готовятся
убить его, проявляя максимум изобретательности. И уж никак нельзя надеяться, что на
помощь придет местная полиция.
Окружающая его роскошь - тоже часть западни. Мафия хорошо обращается с
теми, кого собирается убрать. Таковы условия игры...
Надевая легкую розовую рубашку, украшенную маленьким фамильным гербом,
Малко подумал, что вышитая слева корона представляет собой хорошую мишень для
убийцы.
Он приоткрыл дверь: лестничная площадка была пуста. Но опасность подстерегала
его каждую секунду. Пришел лифт. Стоя в глубине лицом к двери, Малко через
несколько секунд оказался внизу.
Очередь желающих посмотреть вечернее шоу тянулась вдоль ряда игровых
автоматов к выходу в зал "Казино де Пари". Вокруг игорных столов как всегда
теснились толпы туристов: немыслимая смесь вечерних платьев и летних шорт. В ЛасВегасе
можно увидеть все. Все, кроме хиппи. Самые густые толпы осаждали столы для
игры в кости: здесь казино выкачивало из игроков больше всего денег. Игровые
автоматы неутомимо заглатывали четвертаки под пристальным взором сотен глаз.
Время от времени кто-то сгребал горсть монет под завистливыми взглядами тех, кому
повезло меньше.
Быстрым взглядом Малко окинул зал. Он бросал вызов Банни Капистрано на его
территории. Стало быть, шансов выжить у него было мало.
Пройдя вдоль очереди, Малко обошел полупустой закуток для игры в Баккара и
столы для покера, заваленные "колесиками", и остановился у края "ямы",
предусмотрительно прислонившись спиной к колонне.
Его внимание привлек яркий персонаж: человек с длинной бородой,
подстриженной так, что она напоминала огромные усы, и напомаженной, как у
Сальвадора Дали. Никто, казалось, не обращал на него внимания.
Обернувшись, Малко увидел Банни Капистрано в баре, за тем же столиком, что и
всегда.
По залу сновали вооруженные пистолетами охранники. Опасность могла исходить
от них. Пройдя мимо игроков в кости, Малко остановился у стола, где двойник Дали
увлеченно играл в "двадцать одно". Малко стоял, не вступая в игру, бросая искоса
взгляды на гигантский людской муравейник вокруг, и ждал, когда освободится какойнибудь
стул. В его мозгу начала зарождаться идея.
Вдруг Малко почувствовал чей-то взгляд. Подняв глаза, он увидел у игровых
автоматов молодого негра в клетчатой рубашке, оживленно беседующего с Беном,
"крысой" из третьего лифта. У негра были очень курчавые волосы и встревоженное
лицо. Увидев, что Малко смотрит на него, он поспешно скрылся среди леса автоматов,
а Бен направился к лифтам.
Малко с трудом умерял биение своего сердца. Он думал о Джо Галло, мафиозо из
Нью-Йорка, которого подстрелили средь бела дня в толпе во время митинга и который
с тех пор был прикован к инвалидной коляске.
Джо-Мороженщик осторожно повернулся, чтобы достать из кармана новую
шоколадку. Всякий раз, когда он готовился совершить убийство, ему неудержимо
хотелось сладкого. Откусив кусок шоколада, он снова приник к прямоугольному
зеркальному окошечку.
Ему были видны два стола для игры в "двадцать одно", крупье, игроки, или, по
крайней мере, их макушки. Телохранитель Банни сидел в комнате с низким потолком,
расположенной прямо над "ямой". Посторонним вход сюда был строжайше
воспрещен.
Над каждым игорным столом было по зеркальному окошку, что позволяло
наблюдать за игрой, оставаясь незамеченным. Поэтому некоторые незадачливые
крупье время от времени кончали свои дни в каком-нибудь ущелье посреди пустыни,
сами не зная почему.
Джо-Мороженщик был совершенно спокоен. Он готовился к своему тридцать
седьмому убийству - тридцать шестым был фотограф. Бедолага "исчез", даже не
осознав этого. Рядом с Джо лежал кольт "питон" с двухдюймовым стволом, который
Банни сам вручил ему не далее, как сегодня утром. "Чистое" оружие: номера на нем
были"ведены кислотой. Убив высокого блондина, Джо бросит кольт на пол и спокойно
покинет казино. Потом неделя в Мексике, чтобы не мозолить никому глаза, - и
порядок.
Вот уже десять минут он внимательно следил за своей "мишенью", чтобы
убедиться, что блондин не вооружен. Но на его поясе не было никаких
подозрительных бугорков. Так как на нем была лишь рубашка, спрятать оружие ему
было практически негде. Какой идиот - считает себя в безопасности только потому,
что находится среди толпы. Именно здесь легче всего подстрелить свою жертву... Джо
мельком взглянул на хорошенькую девушку, которая подошла к его "клиенту".
Профессионалка в поисках богатого олуха, которого легко было бы облапошить...
А олух-то уже, считай, покойник.
- Давай, давай, цыпочка, порастряси его карманы, пока еще есть время, -
пробормотал он.
Он был тоже не прочь подцепить девочку, но сейчас не тот момент...
А девушка была хороша. Он впился зубами в шоколад с начинкой, как если бы это
было ее соблазнительное бедрышко, и взглянул на часы.
Было ровно шесть.
В зале сменялась охрана. Вновь прибывшие были людьми надежными. ДжоМороженщик
потянулся и вскочил на ноги. Он повернул ключ в двери, вышел и
закрыл ее за собой. Добраться до жертвы, выпустить пару пуль в светловолосую
голову и затеряться в толпе. Он нарочно выбрал оружие, которое наделает много
шуму, чтобы напустить страху на зевак. На нем была белая рубашка, светлые брюки и
неизменные темные очки. Все это не имело значения. Однажды ему довелось видеть,
как опрашивали свидетелей одного из совершенных им убийств: одиннадцать человек
- одиннадцать разных описаний.
Малко не спускал глаз с негра, который приближался к нему. На несколько секунд
он задержался у стола, где играли в кости, но в игру не вступил, затем перешел к
соседнему столу для игры в "двадцать одно". Он держался непринужденно, пожалуй
даже слишком непринужденно, и несколько раз Малко ловил на себе его пристальный
взгляд.
Вот он прошел совсем рядом; Малко заметил рябинки от ветряной оспы на носу и
грубое, словно вырубленное топором лицо с вялым ртом. Чистейший продукт
негритянского гетто. Вряд ли он пришел сюда играть. Малко знал: сейчас что-то
произойдет.
Негр остановился и повернулся на 180 градусов. Лицо его внезапно застыло. Рука
скользнула к карману, и в ней появился маленький черный автоматический пистолет.
Он поднял руку и прицелился в Малко. Рука слегка дрожала. Малко сгреб со стола
горсть жетонов. Негр нажал на курок.
Именно в этот миг Малко швырнул ему жетоны в лицо. Чисто инстинктивным
жестом негр поднял руку, чтобы заслониться. Пуля ушла в потолок. От звука выстрела
вздрогнули все игроки. Крупье выронил карты и нырнул под стол.
Малко последовал его примеру, как раз когда негр выстрелил второй раз.
Пуля прошила насквозь голову мужчины с напомаженной бородой. Брызнула
кровь. С раздробленной челюстью и выбитым глазом бедняга рухнул на стол.
Женщины завизжали. За соседними столами тоже прекратили игру. Малко,
пригнувшись, бросился к негру.
Тот, между тем, продолжал стрелять. Какая-то женщина получила пулю в грудь и
упала навзничь с кровавой пеной на губах. Малко перехватил руку убийцы и принялся
колотить ею о край стола.
Из-под стола выбрался крупье с бейсбольной битой в руках. Размахнувшись, он
нанес негру сокрушительный удар. От боли в сломанной руке негр взвыл и, брызгая
слюной, принялся отбиваться.
Охранник в форме поспешно проталкивался к ним сквозь толпу с огромным
револьвером "смит-и-вессон", заряженным патронами "магнум". Добравшись до негра,
он с силой ударил его рукояткой по голове. Негр упал, как подкошенный. Охранник
тут же трижды выстрелил в упор.
Негр дернулся и застыл, прошитый огромными пулями. Выстрелы "смит-ивессона"
на миг перекрыли царящий в игорном зале гвалт. Теперь играть прекратили
повсюду.
- Эй! - крикнул один из игроков. - Зачем вы его убили? Он не мог больше
сделать ничего плохого!
Охранник не удостоил его ответом. Спрятав револьвер в кобуру, он опустился на
колени и принялся обыскивать тело.
Подоспели и другие охранники. Грубо расталкивая любопытных, они окружили
убитого. Сам Банни Капистрано приказал им стрелять. Фамилия негра была
Уилминггон. Это был человек без определенных занятий, польстившийся на пятьдесят
тысяч долларов. Но на допросе он мог наговорить лишнего. С полицией проблем не
будет. Одним подонком меньше, скажет шериф.
Группа испуганных игроков наблюдала за агонией мужчины с напомаженной
бородой. Тело его судорожно подергивалось, глаза закатились. Рядом билась в
истерике будущая вдова. Несколько проныр из числа мелкой сошки уже собирали
разбросанные Малко жетоны. "Дюнам" в эти минуты было далеко до бесшумных, с
позолоченными потолками, залов казино в Монте-Карло.
Охранник, пристреливший негра, попытался перекричать царивший вокруг гомон.
- Кто-нибудь видел, что произошло? - спросил он, впрочем, без особой
надежды.
Неуместный вопрос. Всем было на все плевать. За столами крупье уже объявляли
ставки. Отчаянный вопль донесся со стороны играющих в кости: один игрок выбросил
"9". Машина снова заработала. Любая остановка в "Дюнах" могла означать потерю
целого состояния. Не объявлять же минуту молчания из-за какого-то негра!
На Малко никто, как будто, не обращал внимания. Впрочем, его ведь даже не
зацепило. Принесли носилки и положили на них умирающего. Негра уже накрыли
черным покрывалом. Крупье пытался навести порядок на своем столе. Покачав
головой, он обронил, ни к кому в отдельности не обращаясь:
- Еще один псих...
Мало-помалу игроки вновь расселись вокруг стола. Малко тоже сел на один из
свободных стульев лицом к крупье, показывая толпе спину и даже не оглядываясь.
Ну просто агнец, готовый для заклания!
Джо-Мороженщик обратился в соляной столб. Когда негр выхватил пистолет, он
был метрах в тридцати от Малко. Еще несколько секунд - и толпа зажала бы его.
Теперь он стоял, прислонившись к колонне, недалеко от столов для игры в покер, и не
спускал глаз со своей жертвы.
Для него ничего не изменилось. Негр был всего лишь аутсайдером.
Зря Банни объявил награду в пятьдесят тысяч долларов. Теперь вся мелкая сошка
Вегаса будет путаться под ногами. Негритосы, сказал себе Джо-Мороженщик, ни на
что не годны, разве только петь да играть джаз. Но уж никак не пристрелить человека в
казино.
Он спокойно запустил руку в карман, достал новую плитку шоколада и принялся
не спеша грызть ее, ожидая, пока все успокоится. Тело, завернутое в сукно с игорного
стола, вынесли в холл. Рядом с ним стояли двое охранников, уже успевших завладеть
пистолетом убитого. Появились два помощника шерифа.
Обменявшись с охра
...Закладка в соц.сетях
