Жанр: Детектив
СОКРОВИЩЕ БЕНЕВЕНТОВ
...о все равно не поможет, а к нему
они были добры. Он сделал шаг в сторону двери, но тут Оливия Беневент
взорвалась:
- И это ваша благодарность? За все, что мы для вас сделали? Вы сами не
понимаете, от чего вы отказываетесь.
Неужели вы считаете, что мы по-прежнему будем принимать в вас участие
теперь, когда вы катитесь вниз? Или вы
воображаете, что...
Ее голос сорвался в крик, но тут Дерек услышал жалобный лепет мисс Кары:
"Нет, о нет!" Она оперлась рукой о
подлокотник своего кресла и попыталась подняться, но прежде чем ей удалось
сделать шаг, она судорожно вздохнула и.., стала
падать вперед. Если бы Дерек стоял на прежнем месте, у него практически не было
бы шансов поймать ее, но даже сейчас ему
удалось подхватить ее только у самого пола. Все произошло за считанные секунды.
Дерек вскрикнул, мисс Оливия тоже, и
дверь немедленно открылась. На пороге стоял Джозеф. Как он свидетельствовал
позднее, все, что он увидел, это мисс Кару,
лежащую на полу и склонившегося над ней Дерека Бердона, и в этот момент мисс
Оливия твердила всего три слова, причем
очевидно, что она была на грани истерики:
- Вы убили ее.., вы убили ее.., вы убили ее!
Глава 21
Когда выяснилось, что мисс Кара не умерла, а просто упала в обморок, ее
подняли и положили на массивную викторианскую
кушетку. Мисс Оливия опустилась на колени рядом с кушеткой, а Джозеф отправился
за Анной.
Как только мисс Кара пришла в себя, Дерек отнес ее наверх. Будь на то воля
мисс Оливии, она просто вышвырнула бы его из
дома, и немедленно. У нее нашлись слова и для Джозефа, и для Анны, но не для
Дерека - она делала вид, что просто его не
видит, словно его вообще здесь не было.
Кандида отправлялась на последний урок по вождению, и это был отличный
повод исчезнуть на несколько часов.
По дороге Дерек рассказал девушке о сцене в кабинете.
- Дорогая, это было что-то невообразимое. Я и прежде видел ее в таком
настроении, но, клянусь вам, ничего подобного
наблюдать не приходилось. Даже представить себе не могу, что на нее нашло.
- Она терпеть не может, когда ей перечат, - заметила Кандида. - Тетя Кара
делает это очень редко, да и вы - не намного чаще.
А потом приехала я. Меня она не слишком любит, поэтому когда я начала с ней
спорить, она дико разозлилась.
- Почему вы начали с ней спорить?
- Я не могла по-другому - иначе я превратилась бы в бесправную рабыню!
Началось с того, что ее не устроил Стивен - он
всего лишь простой архитектор и мне неподобает ходить с ним на ленч или в кино.
Разве я могла позволить ей продолжать в
подобном тоне?
- Ну...
- В общем, я молчать не стала! Именно из-за своей робости бедная тетя Кара
оказалась у нее под каблуком, она же совсем ее
подмяла, та только поддакивает тете Оливии.
Дерек пристально посмотрел - полунасмешливо, полусерьезно.
- Уж не Стивен ли был тем самым яблоком раздора?
Судя по вчерашнему приему у миссис Мейхью, я угадал?
Кандида залилась краской.
- Думаю, что да.
- Ну и как? Что-нибудь определилось?
- О, Дерек, да!
- Все уже решено?
Кандида кивнула.
- Как раз вчера вечером.
Дерек снял с руля левую руку и похлопал Кандиду по плечу.
- Он хороший парень. Мы с Дженни тоже все решили.
Рассказывая Кандиде про Дженни и их планах насчет гаража, Дерек сбавил
скорость, а потом даже притормозил на
поросшей травой обочине, прежде чем они въехали на окраину городка.
- Я не знаю, что будет дальше. Она или сразу же меня выставит или
попытается наставить на путь истинный, спасти. Я не
стал говорить ей о том, что мы с Дженни собираемся стать совладельцами гаража,
так что самого худшего она еще не знает.
- Но вы собираетесь ей об этом рассказать?
- Уж очень не хочется расстраивать тетю Кару.
Кандида подумала, что это уже проблемы Дженни. Она могла бы сказать многое,
но у нее хватало и своих забот, пусть Дерек
сам разбирается.
- Я опоздаю на занятия!
Дерек повернул ключ зажигания.
- Ну, я ведь не единственный, кто попался под горячую руку, не правда ли? -
заметил он с шутливым злорадством.
- Что вы хотите этим сказать?
- Что-то вы сегодня напудрены больше, чем обычно.
- Мне так не кажется.
- А мне кажется. Но я все равно заметил, что на щеке у вас синяк, а на
подбородке - ссадина. Однако, будучи человеком
тактичным, я не стал спрашивать, откуда они у вас.
Кандида вспыхнула, но ничего не ответила.
Брови Дерека удивленно взлетели вверх.
- Она вас.., ударила? Говорил же я вам, что ваша детская откровенность до
добра не доведет.
- В этом нет ничего.., лично вам беспокоиться не о чем. И никакого
отношения к Стивену это тоже не имеет.
Просто я сказала, что, по-моему, тетя Кара больна. А она действительно
больна - вчера вечером мне пришлось помочь ей
подняться по лестнице.
Дерек тихо присвистнул.
- Дорогая, я бы мог вас предупредить: на эту тему наложено табу. Я как-то
раз обмолвился об этом, когда только-только
появился в Андерхилле и мне расквасили нос.
Кажется, тем же самым браслетом, которым раскроили ваш подбородок. Они
весят не меньше, чем кандалы, но она всегда
надевает их, когда хочет выглядеть величественно.
Ну а теперь давайте-ка прибавим скорость. Вы сегодня увидитесь со Стивеном?
- Да, мы вместе идем на ленч.
Дерек рассмеялся.
- А мне предстоит разговор по душам с владельцем гаража, с мистером
Адамсоном. Он очень торопится все уладить -
передать кому-нибудь дом и большую часть дел и немного расслабиться.
Так странно было встречаться со Стивеном теперь, после того, как они
объяснились. Стивен прихватил с собой все для
пикника, они отправились на то самое место, где когда-то ссорились. Это было
самое начало весны, когда солнце показывается
не более чем на полчаса и тут же, буквально за считанные минуты, небо
затягивается тучами и начинается нудный моросящий
дождь.
Они сидели в машине и беседовали. Не было никакой надежды, что, находясь
так близко, Стивен ничего не заметит - ведь
Дерек утром разглядел еле заметную припухлость, и другой оттенок кожи, и
царапину, оставленную браслетом. Если не
приглядываться и общаться на известном расстоянии, еще можно что-то скрыть, но
расстояния практически не было, а взгляд
был самым внимательным взглядом влюбленного, так что тайное сразу же стало
явным. Стивен восклицал, спрашивал и..,
полыхал праведным гневом.
- Это уже чересчур! Ты должна немедленно уехать!
- О нет, мы получили помилование.
- Чепуха! Она попросила у тебя прощения?
Кандида рассмеялась.
- Конечно нет! Я думаю, она никогда ни перед кем не извиняется. Мы просто
не говорим об этом.
- Она-то понятно, но что будет с тобой?
- Дорогой, прекрати. Ну да, она вышла из себя. Но устраивать скандал
двоюродной бабушке - это как-то неприлично. И не
забывай о тете Каре. Она больна и наверняка очень несчастна, к тому же успела ко
мне привязаться. Нет, Стивен, послушай, ты
должен меня выслушать!
Перебить под горячую руку всю посуду, пусть по всему дому валяются осколки
- нет, я так не могу. Я думаю, что стоит
подождать день-другой, пока все уляжется, а потом честно сказать, что я
собираюсь искать работу.
Стивен обнял девушку.
- Тебе не нужно искать работу - найдутся и другие занятия. Утром я позвонил
своему дяде и сказал, что мы помолвлены.
- Так и сказал?!
- Ну да. Я не привык ходить вокруг да около и щадить нервы моих
родственников. Дядя сильно расчувствовался и пригласил
нас в гости на следующие выходные. И еще, я думаю, что тебе лучше перебраться к
кузине Луизе, пока я не закончу все свои
заказы в окрестностях Ретли.
- Но она мне этого не предлагала.
- Еще предложит, - сказал Стивен многообещающим голосом.
Мисс Кара с великим удовольствием полежала бы еще, чтобы Анна то и дело
справлялась, что ей нужно, а Кандида и Дерек
не давали бы ей скучать, но.., увы! Ей было дозволено провести в спальне утро и
отдохнуть днем после ленча, но к чаю она
должна была спуститься. Кандида пришла справиться о ее самочувствии и слышала
из-за неплотно прикрытой двери, как мисс
Оливия пытается сломить сопротивление сестры.
- Если тебе так плохо, что ты не в состоянии встать, мне придется послать
за доктором Стоксом.
Мисс Кара отвечала робко:
- Он уехал.
- Откуда ты знаешь? - резко спросила мисс Оливии - Луиза говорила об этом
вчера.
- Тогда я пошлю за его помощником. Полагаю, он вполне компетентен и
наверняка Луиза сообщила тебе его фамилию.
- Его фамилия Гардинер и Луиза говорит, что он очень хороший специалист, но
посылать за ним нет никакой
необходимости - со мной все в порядке.
- Тогда ты вполне можешь спуститься. Я позвоню Анне, чтобы она помогла тебе
одеться.
Поскольку ее так и не заметили, Кандида решила, что ей лучше удалиться.
Дерек пришел только тогда, когда все собрались перейти в гостиную. Вечер
тянулся очень медленно. От скуки спасла тетя
Кара, которой захотелось музыки.
- Что-нибудь из этих старых добрых вальсов или дуэтов, которые вы с
Кандидой исполняете вдвоем.
Сев за пианино, они так и провели за ним весь вечер.
Мисс Кара, умиротворенная и расслабившаяся, откинулась на спинку кресла,
отбивая такт на собственном колене или
мурлыкая ноту-другую еле слышным шепотом. Сославшись на то, что поздно легла
вчера, она ушла наверх прежде, чем
пробило десять, и мисс Оливия вышла вместе с ней.
Дерек и Кандида переглянулись.
- Нормально вчера добрались домой?
Кандида кивнула.
- Стивен подбросил меня до самых ворот. А как у вас дела?
- Считайте, я уже владелец гаража. Мы с мистером Адамсоном занимались
бухгалтерскими книгами. Имей он хоть каплю
такта, он оставил бы все это Дженни, так ведь нет! А пока он объяснял мне, как
все там у него устроено, заодно рассказал обо
всем, что случилось с сотворения мира.
Кандида рассмеялась.
- А где в это время была Дженни?
- Сидела за конторкой, приносила и уносила гроссбухи и эти острые
штуковины, на которые накалывают счета, и
напоминала ему обо всем, что он умудрился забыть. Знаете, она - просто гений.
Мне в жизни не запомнить и половины того,
что знает она.
Они закрыли инструмент и вместе поднялись наверх, испытывая друг к другу
такую симпатию, что Кандида не удивилась,
когда Дерек обнял ее и поцеловал, пожелав спокойной ночи.
Кандида уже собиралась ложится спать, когда в комнату вошла Анна.
- Что-нибудь случилось?
Анна всплеснула руками.
- Она так печальна и все время плачет!
- Но почему? Там внизу она была в хорошем настроении. Дерек играл, мы с ним
пели...
- Да-да... Именно поэтому.., это напомнило ей прежние времена! А потом она
подумала, что мистер Дерек тоже уйдет, и
больше некому будет играть и петь - она решила, что вы уйдете тоже! Ей не по
себе от того, что все, кого она любит, рано или
поздно уходят, уходят навсегда!
И еще она думает о мистере Алане, о нем и плачет!
- Я пойду к ней, - сказала Кандида.
Но когда они подошли к комнате мисс Кары, дверь внезапно распахнулась и
оттуда вышла мисс Оливия в черной бархатной
шали. Кандиде она напомнила рассерженную ворону. Она яростно топала и не менее
яростно прошипела:
- Ее нельзя тревожить! Я не знаю, о чем думала Анна, когда потащила вас
сюда! Сейчас же отправляйтесь в свою комнату!
С этими словами она захлопнула дверь. Послышался скрежет поворачивающегося
в замке ключа.
- Dio mio! - прошептала Анна и, схватив Кандиду за рукав, потянула ее прочь
от комнаты мисс Кары. Когда они завернули
за угол и вышли на лестничную площадку, старая служанка остановилась, Кандида
почувствовала, как дрожит ее рука.
- Я тут сорок лет.., но все еще.., ее боюсь... - испуганным голосом сказала
Анна.
Последнее, что слышала Кандида прежде, чем заснуть, - стук дождя об оконные
стекла. Мелькнула мысль, что вода может
попасть в комнату, но тут девушка провалилась в сон, и уже во сне стук капель
превратился в плач, горький и безутешный. Кто
плачет, Кандида не знала, как не знала и сколько времени слышит этот плач, но
внезапно проснулась от сильного сквозняка -
мокрые занавески хлопали на ветру. Закрыть окно оказалась непросто: на улице
свирепствовала настоящая буря, и створки
отчаянно сопротивлялись. Когда ей все же удалось с ними справиться, Кандида
заметила, что на полу огромная лужа. В
кладовке напротив ее комнаты были половые тряпки. Собрав ими воду, Кандида
обнаружила, что ночная рубашка тоже
намокла, ее лучше сменить.
Когда наконец и пол, и она сама стали сухими, Кандида прислушалась к голосу
ветра. Огромными рокочущими волнами он
накатывался на старую усадьбу и жутко завывал в расщелине между домом и склоном
холма. Кандида вспомнила о мисс Каре:
наверняка она умирает там от страха - она ведь жаловалась, что звук ветра по
ночам пугает ее, на что мисс Оливия тогда
брякнула: "Чушь!"
Да-да, возможно, тетя Кара уже проснулась и не смеет позвать на помощь - от
комнаты сестры ее отделяла только ванная, но
Кандида была отнюдь не уверена, что тетя Кара решится позвать мисс Оливию.
Возможно, дверь в ее комнату до сих пор
заперта.
Раздумывая обо всем этом и не зная, как все-таки лучше поступить, Кандида
вышла из комнаты и ощупью добралась до угла
коридора. Когда она свернула за угол, свет остался позади, но девушка без
особого труда добралась до лестничной площадки.
Холл у подножия лестницы был погружен в море мрака. Она обошла его стороной и
осторожно двинулась по коридору в
сторону комнаты мисс Кары.
Подойдя, девушка прислушалась - здесь, в центре дома, голос ветра звучал
особенно мрачно и уныло, но из-за двери не
доносилось ни звука. Даже если она позовет тетю Кару в полный голос, ее никто не
услышит. Можно проверить, повернется ли
ручка двери бесшумно. Кандида повернула ручку, и дверь тут же приоткрылась.
Темнота в комнате была абсолютной - ни
силуэтов окон, ни малейшего проблеска света, ни дуновения ветра - занавески
плотно задернуты. Не было слышно даже звука
дыхания - Кандида и приблизительно не могла определить положение кровати. Только
тьма и завывание ветра.
Время шло, а Кандида все не решалась что-то предпринять. Если мисс Кара
проснулась и испугалась, то зажгла бы свет -
ведь не будет же она просто так лежать в темноте.
Прошло достаточно много времени прежде, чем Кандида вышла в коридор и
прикрыла дверь. Она даже предположить не
могла, как горько будет потом сожалеть о своей заботливости, казалось бы вполне
разумной. Потом, подолгу размышляя об
этом, она так и не смогла представить, что еще можно было предпринять в подобной
ситуации. Только убедиться, что все в
порядке.
Легкий скрип закрываемой двери мог сквозь сон коснуться сознания мисс Кары,
или очередной бешеный порыв ветра, или
предыдущий, а может, просто ощущение присутствия Кандиды - это так и осталось
тайной. Иногда самый тихий звук может
потревожить сон, притом что самый дикий рев бури за окнами - оставить его
безучастным. В какой-то миг этой бурной
дождливой ночи Кара Беневент поднялась со своей кровати, надела тапочки и
накинула халат. Неизвестно, зажигала ли она
свет. Известно лишь, что она покинула свою комнату, но продолжала ли она спать
или бодрствовала, никто не знает - она ушла
и не вернулась.
Кандида, добравшись до своей комнаты, легла и проспала до холодного, серого
рассвета. А проснулась она в тот момент,
когда в комнату ворвалась Анна - одетая, но без подноса с чаем в руках. По щекам
старой служанки текли слезы, а глаза
казались безумными. Она упала на колени рядом с кроватью и горестно всплеснула
руками, еле переводя дыхание.
- Мисс Кара.., ох, моя дорогая мисс Кара! И зачем я ушла, почему я не
осталась с ней!
Кандида села на кровати.
- Анна, что случилось? Тетя Кара заболела?
Анна зарыдала в голос.
- Если бы! Я бы тогда ухаживала за ней. Я бы оставалась рядом.., я бы
никогда не прибежала сюда! Она умерла!
Моя мисс Кара умерла!
Кандида почувствовала, как по спине ползет холод. Он сковал ее движения и
заставил онеметь ее губы. Пересилив себя, она
спросила:
- Вы.., в этом.., уверены?
- Стала бы я говорить такое, если бы не была уверена?
И разве решилась бы оставить ее одну? Я ушла потому, что больше ничего
нельзя поделать! Она лежит у лестницы и совсем
не дышит! Буря напугала ее - она, бывало, ходила во сне, - она упала и ударилась
головой! Эти старые дома, У них такие узкие
и крутые лестницы, один страх! Она упала, бедняжка моя мисс Кара, и умерла! И
как же мне теперь рассказать об этом мисс
Оливии?
- Она еще не знает?
- Откуда же ей знать? Она ждет, Когда я принесу ей чай! Это что же? Войду к
ней и скажу: "Вот ваш чай, мисс Оливия, а
мисс Кара, она умерла!" Даже человек с каменным сердцем не смог бы сказать ей
этого - где уж мне!
Кандида быстро оделась, наскоро расчесала волосы. На ней был серый с белым
свитер и серая твидовая юбка - это были
самые теплые ее вещи, а девушке казалось, что вся она превратилась в ледышку.
Они спустились по лестнице в холл. Мисс
Кара лежала изогнувшись там, где левая стойка перил упиралась в пол. Одна ее
рука была неловко подвернута, она была
холодной и застывшей - не было никаких сомнений в том, что мисс Кара мертва.
Кандида, опустившись на колени рядом с телом, прошептала:
- Вы ее двигали?
Анна опустилась рядом, на нижнюю ступеньку, наклонилась вперед, опустив
голову на руки. Сдерживая рыдания, она
ответила:
- Нет... Нет... Я только коснулась ее щеки и руки. Но я знаю, она умерла...
- Да, она умерла, и мы не должны сдвигать ее с места.
- Я знаю, так полагается.
- Мы должны послать за врачом.
Анне наконец удалось справится с душившими ее рыданиями.
- Он уехал - мисс Кара говорила об этом только вчера. Придет его помощник,
доктор Гардинер. Но какой теперь от него
толк?
- Приведите мистера Дерека! - распорядилась Кандида.
Он пришел, совершенно потрясенный, как и она сама.
Они опустились на колени с двух сторон от мисс Кары, говорить старались
тихо, словно та спала и они боялись ее разбудить.
- Вам следует позвонить врачу и лучше сделать это сейчас.
- Кто-нибудь уже рассказал.., ей?
- Нет, еще нет.
- Кто-то из нас должен.
- И кто это сделает? - всхлипывая, сказала Анна. - Придется вам, мисс
Кандида, вы же родственница.
Кандида сдержалась, не выпалила "Нет!". Раз должна - значит, должна, но
было бы лучше, если бы мисс Оливия узнала об
этом от Анны. Да, от плачущей безутешно старой служанки, которая сидит
скрючившись на нижней ступеньке лестницы, а не
от девчонки, которая встала между Оливией Беневент и всем тем, что Оливия
Беневент привыкла считать своим. И Кандида
сказала осторожно:
- Анна, ведь вы прожили с ней сорок лет...
- И не просите - я не могу! - простонала Анна. Воцарилась тишина, а потом
послышался звук. Он донесся с верхних
ступенек - это шуршала кисточка пеньюара мисс Оливии, когда она медленно
спускалась вниз. Пурпурная кисточка на чернопурпуром
шнуре, и сам пеньюар тоже был пурпурным.
Оливия Беневент спускалась размеренной поступью, легко касаясь перил. Ни
один волосок не выбивался из ее
безукоризненной прически. Ни на лице ее, ни во взгляде не отражалось никаких
эмоций, но Кандида, смотревшая на нее снизу,
заметила, как на шее мисс Оливии дергается жилка... Вот она остановилась,
разглядывая тело своей сестры, затем спросила:
- Кто из вас ее убил?
Доктор Гардинер сидел и смотрел на инспектора Рока.
Они являли собой разительный контраст: Гардинер - тощий, темноволосый,
очень подвижный, и инспектор - крупный
осанистый блондин, обещающий годам к пятидесяти изрядно округлиться. Но пока это
был приятный тридцатишестилетний
мужчина с ласковыми голубыми глазами и улыбчивым ртом. Они сидели в комнате
вдвоем, но почему-то казалось, что в
кабинете полно народу. Слишком много картин на стенах, слишком много фарфора и
безделушек - повернуться негде.
- Я настаиваю на том, что говорил прежде, - сказал Гардинер. - Если она
упала с лестницы и разбила голову о ступени, то
потом кто-то перевернул тело, придав ему ту позу, в которой мы ее нашли. Затылок
- ну, вы же сами это видели - совершенно
разбит. Но нашли ее лежащей лицом вниз, и все клянутся, что не переворачивали
тело.
И в самом деле, зачем им? Действия людей обычно довольно осмысленны. Если
вы увидите женщину, лежащую ничком,
вы, возможно, попытаетесь ее перевернуть, чтобы увидеть лицо, но если лицо видно
и так, то зачем вам ее переворачивать?
Абсолютно незачем.
Он подтащил кресло к одному из окон и уселся, положив ногу на ногу, а Рок
устроился за письменным столом мисс Оливии,
развернув кресло так, чтобы видеть лицо своего собеседника.
- Я не могу с уверенностью сказать, когда именно наступил момент смерти.
Ваш врач после вскрытия определит это гораздо
точнее. Но если и мистер Бердон, и мисс Сейл, и служанка верно назвали время,
когда они ее нашли, значит, у них не было ни
малейшего шанса изменить положение тела. Видите ли, это можно сделать в течение
весьма ограниченного времени после
смерти. Позвонили мне немногим позже половины восьмого, а сюда я приехал в
десять минут девятого, и к этому моменту она
была уже несколько часов мертва. Далее я не мешкая позвонил вам, и вот мы здесь.
Полагаю, что остальная часть вашей
бригады будет здесь с минуты на минуту. Я вам больше не нужен.
- Думаю, вам стоит задержаться, пока не подъедет Блек.
Возможно, он захочет вас видеть.
Гардинер повел плечом.
- Зачем?
- Ну, вы ведь приехали первым. Кстати, - что вы об этом думаете?
Гардинер снова повел плечом.
- Это не мое дело.
- О, это сугубо конфиденциально, не для протокола.
В ответ на это заявление Гардинер криво улыбнулся.
- Масса возможностей и вариантов. Мисс Оливия твердо убеждена в том, что ее
сестру кто-то убил. Мисс Сейл держится
очень, я бы сказал, чересчур спокойно - она явно в шоке. Бердон сильно
расстроен, служанка Анна примерно в таком же
состоянии. Оно и понятно: прослужила здесь сорок лет. Дворецкий - это ее муж -
намного моложе, он служит тут лет
пятнадцать-двадцать. Грустит, но в меру.
Вот все, что я приметил.
- И больше никого в доме нет?
- Из живущих постоянно - никого. Приходящая женщина появилась как обычно и
с ней случилась истерика.
Она каждый день приезжает из Ретли.
Он встал с кресла и потянулся, и в этот момент дверь открылась и в кабинет
вошла Оливия Беневент. Теперь она была в
своем черном на пуговицах платье, которое всегда надевала утром, но вместо
вчерашнего короткого серого пиджака с
фиолетовой отделкой она набросила на плечи черную шаль - все вместе выглядело
воплощением глубокой скорби. Доктор
Гардинер с усмешкой подумал о том, что женщины всегда - что бы ни случилось - в
первую очередь думают о том, что бы им
надеть.
Мисс Оливия спокойно подошла к своему письменному столу, за которым
расположился инспектор Рок, и холодным, очень
официальным тоном спросила:
- Могу я узнать, как долго вы собираетесь держать тело моей сестры на полу
в холле?
Инспектор встал.
- Весьма сожалею, мисс Беневент, но вы сами высказали предположение, что
причиной смерти вашей сестры был не
несчастный случай, а убийство. Поэтому моя обязанность - проследить, чтобы тело
не передвигали до тех пор, пока не будут
сделаны все замеры и фотографии. Всю необходимую аппаратуру привезут с минуты на
минуту. Если вы соблаговолите
подождать в гостиной, я дам вам знать немедленно, как только все будет
закончено.
Мисс Оливия возвышалась над столом подобно монументу.
- И когда вы намерены арестовать того, кто убил мою сестру?
- Мисс Беневент...
- Вы хотите, чтобы я сообщила вам, кто это сделал?
Извольте. Только один человек был заинтересован в ее смерти - наша внучатая
племянница Кандида Сейл, девушка,
которую мы по доброте своей пригласили в усадьбу, поскольку она осталась совсем
без средств. И она теперь унаследует
Андерхилл и все, что прежде принадлежало моей сестре. Возможно, это не было вам
известно.
- Мисс Беневент...
Она снова проигнорировала обращение инспектора с той же холодностью.
- Уверяю вас, что причина именно в этом. Вы можете, если угодно, обратиться
к нашему адвокату, мистеру Тамплингу, за
подтверждением. Вам ли не знать, что это весьма убедительный мотив для убийства.
- Это очень серьезное обвинение. У вас есть какие-нибудь веские улики?
- Мотив, и его вполне достаточно.
- У вас имеются доказательства?
Оливия Беневент на мгновение поджала губы, затем сказала:
- Позавчера мы были на приеме в доме настоятеля.
Кандида встретилась там с молодым человеком, знакомство с которым мы не
одобряли. По возвращении домой она
поднялась наверх вместе с моей сестрой и сопровождала ее до самой двери.
Возможно, моя сестра пожурила ее за поведение на
приеме - этого я не знаю. Но когда я следом за ними поднялась наверх, я сразу
почувствовала что что-то не так - сестра была
сильно расстроена. Когда она ушла к себе, я заговорила с Кандидой. Сказала ей,
что у сестры слабое здоровье и ее нельзя
волновать. И знаете, что она ответила? "Какое это имеет значение? Она все равно
уже старая и скоро умрет".
- Она сказала именно это? Вы уверены?
- Я совершенно уверена.
- Это было сказано в гневе?
- Это было сказано спокойно и нагло - я даже, не сдержавшись, ударила ее по
щеке.
Инспектор никак не отреагировал на эти слова. Это, похоже, уязвило мисс
Оливию, и она топнула ногой:
- Разумеется, она и сама расскажет вам об этом, но вы уверены, что она
расскажет правду? Спросите у Анны. Моя сестра
позвонила, и Анна как раз шла по коридору. Не знаю, как много она могла
услышать, но она, несомненно, видела, что меня
вынудила сделать эта девчонка. Я не привыкла к тому, чтобы в моих словах
сомневались, но я понимаю, что в случае убийства
желательно свидетельство другого лица. Анна и будет этим свидетелем.
- Конечно. Но я снова вынужден спросить у вас: какие доказательства
позволяют вам утверждать, что ваша сестра была
убита?
Мисс Оливия выслушала его, стоя прямо и неподвижно, черная шаль,
соскользнув с плеча, упала к ее ногам.
- Моя сестра была очень утомлена и рано поднялась наверх. Анна ушла, когда
она уже легла. Зачем ей было вставать снова?
Она не стала бы делать этого, если бы ее не уговорили, и кто еще мог уговорить
ее вс
...Закладка в соц.сетях
