В лучших семействах - Ниро Вульф

страница №16

...ил Редера:
- Вы обсудили условия сделки?
Редер отрицательно покачал головой.
- Я считаю, будет лучше, если вы сами объясните мистеру Рэкхему суть
нашего предложения. Но мне уже известно, что мистер Рэкхем желает точно
знать, что предстоит ему делать. - Он поднял с пола портфель, водрузил на
колени и раскрыл.
- Об операции, - сказал Зек, - должны рассказать вы, поскольку вы ее
придумали и будете руководить ею. Но вы правильно сделали, что подождали.
- Он повернулся к Рэкхему. - Помните, о чем вы говорили в прошлый раз?
Рэкхем промолчал.
- Помните? - голос Зека прозвучал как удар хлыста. А он повысил тон
лишь какую-то малость.
- Да, - еле слышно пролепетал Рэкхем.
- И помните, какую позицию вы тогда выбрали? Я бы никогда к вам не
обратился, если бы со смертью супруги наше положение не изменилось. Еще
тогда я понял, что наступит момент, когда мы сможем этим воспользоваться,
и вот час настал, во многом благодаря Редеру, который присутствует здесь.
Нам нужна ваша помощь, и мы ее обеспечим. Что вы на это скажете?
- Не знаю. - Рэкхем облизнул пересохшие губы. - Я должен знать
подробнее, что задумано.
Зек кивнул.
- Но сначала об обязанностях: вам придется признать, что существуют
взаимные интересы - ваши и мои.
Рэкхем безмолвствовал.
- Вы согласны? - голос едва заметно повысился.
- Черт побери, конечно, я признаю!
- Хорошо. Приступайте, Редер.
Редер вытащил из портфеля ворох бумаг. Одна из них отлетела в
сторону, и я слез со стула, чтобы поднять ее. Думаю, он сделал это
нарочно. Знал, наверное, наперед, что мои мышцы и нервы будут напряжены до
предела, и предоставил возможность чуть расслабить их.
- Насколько я понимаю, - сказал Редер, - мы собираемся брать Рэкхема
в долю, поэтому прежде чем я перейду к этому, я хотел бы, чтобы вы
взглянули на мои расчеты по распределению прибыли. Ваша доля, конечно, не
изменилась, и мне хотелось бы, чтобы и моя часть не уменьшилась...
Он держал в руке лист бумаги. С портфелем на коленях и кипой бумаг
вставать ему было неудобно, поэтому я решил прийти на выручку. Я протянул
руку, Редер отдал мне бумагу, и мне пришлось встать со стула, чтобы
подойти к Зеку. Протянув руку с бумагой Зеку, я разжал пальцы чуть раньше,
чем требовалось, и лист начал падать. Я попытался схватить его, но
промахнулся, так что пришлось шагнуть вперед и наклониться - при этом я
занял идеальную позицию и помешал Зеку дотянуться ногой до одной из
скрытых от посторонних глаз кнопок под столом.
Чтобы не опрокинуть Зека, я левым коленом оттолкнул его вместе со
стулом назад и одновременно правым коленом придавил его ноги к сиденью, а
руками обхватил шею. Едва я оторвал его от стола, меня начал мучить страх,
как бы не сломать ему шею. Мне нужно было не только гарантировать, что он
даже не пикнет, но и обезопаситься от того, чтобы он не ткнул пальцами мне
в глаза, впрочем, Бог свидетель, что перестараться я вовсе не хотел, а
ведь прочность костей и связок у всех далеко не одинакова. Что одному лишь
легкий массаж, другого может запросто отправить на тот свет.
Рот Зека был широко разинут, акульи глаза вылезли из орбит. Тяжесть
моего колена не позволяла ему лягаться, а руки лишь беспомощно болтались.
Редер был уже тут как тут с кляпом из носового платка в одной руке и
куском бечевки в другой. Запихнув кляп в открытый рот, он обошел вокруг
стула, прихватив по пути правую руку Зека, а потом потянулся за левой. Она
пыталась вырваться, но я чуть усилил давление на горло, и Редер
окончательно угомонил Зека.
- Поторопитесь, - прорычал я, - не то он отдаст концы.
Кажется, Редер возился целый год. А может, и вечность. В конце концов
он выпрямился, осмотрел кляп, воткнул его поглубже, попятился и
пробормотал:
- Хорошо, Арчи, достаточно.
Когда я оторвал руки, то ощутил сильную боль в пальцах, впрочем, боль
скорее была нервная, чем мышечная. Я пригнулся ухом к носу пленника. Зек
дышал - сомнений не было.
- Пульс в порядке, - сказал Редер, перестав гнусавить.
- Вы свихнулись, - хрипло пролепетал Рэкхем. - Боже всемогущий!
Вконец свихнулись!
Он вскочил со стула и стоял, дрожа как осиновый лист. Рука Редера
нырнула в карман и появилась на свет божий, сжимая тупорылый "карсон",
который Редер вытащил из тайника в портфеле вместе с моточком бечевки. Я
выхватил пистолет и прицелился в Рэкхема.
- Сядьте, - приказал я, - и не рыпайтесь.

Он плюхнулся на стул. Я подошел к краю стола, уголком глаза наблюдая
за Рэкхемом, и посмотрел на Зека. Редер-Вульф, стоявший по левую руку от
меня, заговорил торопливо, но отчетливо:
- Мистер Зек, два года назад вы сказали по телефону, что искренне
восхищаетесь мной. Я надеюсь, что случившееся здесь сегодня поспособствует
еще большему восхищению. Вы уже, конечно, догадались, что я - Ниро Вульф.
Я мечтал бы высказать вам очень многое и, возможно, так когда-нибудь и
выйдет, но не теперь. Разумеется, если дверь вдруг откроется, мистер
Гудвин, не задумываясь, пристрелит вас, но мне не хотелось бы, чтобы нам
помешали. Так что я продолжу. Уж коль скоро, по вашему собственному
признанию, я не уступаю вам в интеллекте, давайте же исправим заблуждение
относительно моей воли. Вы сказали, что воля мне изменила, и я, не
выдержав, бежал с поля боя. Это совсем не так. Проклятье, как жаль, что
из-за кляпа во рту вы не можете говорить.
По глазам Зека, предельно вылезшим из орбит, легко было догадаться,
насколько он разделяет мнение Вульфа.
- Вот в чем дело, - продолжал Вульф. - В течение двух месяцев,
которые были проведены здесь в этом диком обличье, я собрал достаточно
улик, чтобы осудить вас по трем десяткам Федеральных законов. Заверяю вас:
обвинения эти сверхнадежные и убедительные, находятся они в руках
человека, остановить или запугать которого вам не под силу. Придется вам
поверить мне на слово, ибо когда они будут оглашены, с вами будет
покончено. А обвинения непременно будут оглашены, если что-то случится с
мистером Гудвином или со мной. Думаю, что вы поверите, раз уже признаете,
что я не уступаю вам в интеллекте. Завершать пять кошмарных для меня
месяцев жалким блефом было бы по меньшей мере безрассудно. Однако, если вы
полагаете, что я блефую, пожалуйста, помотайте головой из стороны в
сторону.
Зек не шелохнулся.
- Если верите в то, что я действительно располагаю необходимыми для
суда сведениями, пожалуйста, кивните.
Кивка не последовало.
- Предупреждаю вас, - в голосе Ниро Вульфа зазвенел металл, - мы с
мистером Гудвином не остановимся ни перед чем!
Зек кивнул.
- Вы согласны, что у нас есть убедительные доказательства ваших
преступлений?
Зек снова кивнул.
- Отлично. Тогда мы достигнем цели. При всем моем уважении к
Федеральным законам, я, по твердому своему убеждению, не обязан ловить
тех, кто их нарушает. Поэтому без малейших угрызений совести я
предоставляю это право другим. Однако я брал на себя обязательства перед
одним лицом. Обстоятельства очень сильны, и я должен их соблюсти. Миссис
Рэкхем уплатила крупную сумму, чтобы я действовал в ее интересах, но на
следующий день ее убили. Я, безусловно, обязан разоблачить убийцу - обязан
не только ради ее памяти, но и ради собственного самоуважения - не желаю
терпеть поражение. Я никогда прежде не знал неудач и в дальнейшем не
намерен. Работающий со мной мистер Гудвин разделяет это бремя неудачи и
также не хочет примириться с ней.
Зек вновь кивнул, возможно, чтобы выказать одобрение по поводу наших
высоких моральных качеств.
- Так что мы можем заключить сделку, - предложил Вульф. - Позавчера
вы сказали, что располагаете или можете легко заполучить свидетельства,
которых вполне хватит, чтобы осудить Рэкхема за убийство жены. Это правда?
Зек кивнул. Акульи глаза впились в Вульфа.
- Очень хорошо. Я вам верю. Предлагаю следующее: я передам вам
свидетельства против вас в обмен на свидетельства против Рэкхема.
Согласны?
Зек кивнул.
- Обмен произойдет на моих условиях, ибо мне можно доверять, вам -
нет. Итак, вы отдаете мне свои свидетельства. Впрочем, я прекрасно
понимаю, что детали такого важного церемониала следует тщательно взвесить,
поэтому предлагаю обсудить все немедленно и покончить с этим делом прямо
сейчас. Мы развяжем вам руки и вытащим из вашего рта кляп, но прежде хочу
еще раз вас предупредить. Вы не должны двигаться до тех пор, пока мы не
поставим последнюю точку. Если вы попытаетесь дотянуться до кнопок или
подать любой другой сигнал вашим людям, вы умрете сразу на месте. Не
говоря уже о том, что против вас останутся убийственные свидетельства. Это
вам понятно?
Зек кивнул.
- Вы готовы обсудить условия?
Зек кивнул.
- Освободи его, Арчи! - приказал Вульф.
Так как мне нужны были свободные руки, чтобы развязать Зека, я
положил "карсон" на полированный стол. Я отдал бы годовое жалованье, чтобы
кинуть взгляд на Рэкхема, но это могло все испортить. Так что, отложив
пистолет, я обогнул стул Зека, опустился на корточки и принялся
распутывать узел. Сердце колотилось в грудной клетке, как отбойный молоток
в забое.

Я не видел, что случилось, я мог только прислушиваться. Заметил я
только одно: руки Зека внезапно конвульсивно дернулись, словно он пытался
защититься от Рэкхема, который метнулся к оставленному без присмотра
пистолету. В эту секунду еще больше, чем на Рэкхема, мне хотелось бы
посмотреть на Вульфа, который обещал кинуться под какое-нибудь прикрытие,
как только Рэкхем бросится за пистолетом. Я отчаянно пытался успеть
освободить руки Зека вовремя; хотя Вульф использовал именно тот узел,
который мы с ним разучили, затянул он его слишком сильно. Я едва распутал
узел и начал стягивать веревку с запястий Зека, когда раздался выстрел, а
за ним и второй.

Не успел я спрятать бечевку в карман, как тело Зека накренилось
набок, а потом осело вперед. Распростершись на полу, я повернул голову и,
увидев прямо над собой искаженное до неузнаваемости лицо Зека, выдернул у
него изо рта носовой платок, потянулся под стол и надавил на одну из
кнопок.
В ту минуту я не знал, да и по сей день не знаю, донеслись ли
выстрелы через звуконепроницаемую дверь или сработал мой сигнал. Я не
слышал, как открылась дверь, и почти тут же уши оглохли от беспорядочной
пальбы; немного спустя я осторожно выбрался из-под стола и поднялся на
ноги. Шварц и его напарник стояли в дверях, у одного из них в руках я
разглядел сразу два пистолета, а у второго один. Рэкхем лежал,
растянувшись, на полу лицом вниз. Вульф стоял у края стола, с выражением,
какого я за ним еще не знал, - лицо было перекошено от гнева.
- Подонок, - глядя на Рэкхема, горько произнес я.
- Руки вверх! - велел Шварц, наступая.
Ни Вульф, ни я и не подумали повиноваться. Вульф заговорил:
- С какой стати? - В голосе его слышалось презрение. - Это его
пропустили с оружием, а не нас.
- Смотри за ними в оба, Гарри, - бросил Шварц и, обогнув стол,
приблизился ко мне. Не обращая на меня внимания, он склонился над
бездыханным телом Зека, провозился с полминуты, выпрямился и провозгласил:
- Он мертв.
Гарри истерично выкрикнул:
- Господи, неужели и вправду мертв?
- Да, - окончательно подтвердил Шварц.
Гарри развернулся, толкнул дверь и был таков.
Шварц секунды три, не больше, провожал его взглядом, потом вдруг
подпрыгнул, словно его ущипнули, быстро зашагал к двери и вышел вон.
Я подошел к Рэкхему, убедился, что он еще более мертв, чем Зек, и
повернулся к Вульфу:
- Что ж, похоже, на сегодня с нас хватит. Пойдемте.
- Нет, - мрачно сказал Вульф. - Безопаснее подождать, пока они все
разбегутся. Позвони в полицию.
- Прямо отсюда?
- Да.
Я подошел к столу Зека и придвинул к себе один из телефонных
аппаратов.
- Подожди! Сначала набери номер Марко. Я хочу поговорить с Фрицем.
- Сейчас?!
- Именно сейчас. Должен же я получить удовлетворение, равноценное
кошмарным лишениям, которые я претерпел. Я должен с телефона Зека сказать
Фрицу, чтобы он немедленно отправлялся домой и приготовил ужин.
Я вызвал телефонистку.

20

Три дня спустя, в пятницу, я сказал Вульфу:
- Ну теперь-то, наконец, дело кончено?
- Нет, чтоб меня разорвало, - сварливо буркнул он. - Надо еще
отработать аванс.
Было шесть часов, и он только что спустился из оранжереи, осыпая
свежими проклятиями Хьюитта, который, дескать, не умеет обращаться с
цветами. На мой взгляд, Хьюитт проклятий не заслужил. Учитывая два
тягостных путешествия, которые выпали на долю наших нежных орхидей, - на
Лонг-Айленд, а потом обратно - пребывали они в отменной форме. Особенно
самые капризные - мильтонии и фаленопсисы. Вульф просто пытался внушить,
по крайней мере себе, что орхидеи скучали без него.
Фриц хлопотал вокруг него, как мать, которой вернули ребенка,
заплутавшего в пустыне и питавшегося мякотью кактусов вперемешку с
хвостами ящериц. За семьдесят два часа Вульф набрал десять фунтов, и ни
унцией меньше, несмотря на всю суматоху, связанную с переездом и, судя по
подобным темпам, должен был восстановить прежний вес задолго до Дня
Благодарения [праздник в память первых колонистов Массачусетса (последний
четверг ноября)]. Складки на его лице уже стали понемногу разглаживаться,
бороду он обрил и сразу же вымыл все масло из волос.

Смерть Арнольда Зека, как и следовало ожидать, вызвала настоящую
бурю, и в первое время нас с Вульфом хотели было сделать козлами
отпущения, но улик против нас не оказалось, а когда донеслись слухи о том,
что Вульф, будучи особой, приближенной к Зеку, собрал сведения,
компрометирующие ряд высокопоставленных людей, - отношение к нам, как по
мановению волшебной палочки, круто изменилось.
Что касается эпизода, закончившегося гибелью Зека и Рэкхема, то мы
были невинны, как агнцы. В бумагах, которые были в портфеле Редера и
которые полицейские первым же делом конфисковали, не было ровным счетом
ничего существенного против кого бы то ни было. Когда полицейские прибыли
на место преступления, там не оставалось уже никого, кроме нас с Вульфом и
двух трупов. Был немедленно объявлен розыск Шварца и Гарри. Чрезмерно
врать нам не пришлось; мы стояли на том, что Вульф, представляясь Редером,
просочился в окружение Зека, чтобы расследовать убийство миссис Рэкхем, а
развязка случилась в тот день, когда Зек отрезал Рэкхему путь к
отступлению, заверив, что представит доказательства, уличающие Рэкхема в
преднамеренном убийстве жены; Рэкхем вытащил пистолет, который каким-то
образом протащил мимо охранников, и пристрелил Зека, а потом ворвались
Шварц с Гарри и буквально изрешетили Рэкхема. Поразительно и даже приятно,
как много в этой истории было чистой правды.
Так что в пятницу днем мы уже расквитались с Вестчестером - во всяком
случае, я так считал, поэтому у меня отвисла челюсть, когда Вульф вдруг
сказал:
- Нет, чтоб мне пусто было, придется все-таки отработать аванс.
Зазвонил телефон. Я взял трубку. Звонила Аннабель Фрей. Жаждала
переговорить с Вульфом. Я уведомил Вульфа. Он нахмурился и потянулся к
своему аппарату, а я слушал в параллельную трубку.
- Да, миссис Фрей. Говорит Ниро Вульф.
- У меня к вам просьба, мистер Вульф. То есть я, естественно,
заплачу, но все равно это просьба. Не могли бы вы с мистером Гудвином
приехать ко мне сегодня вечером? Сюда, в Берчвейл?
- Извините, миссис Фрей, но это исключено. Любые деловые встречи я
провожу только у себя дома. Я никогда не покидаю дом.
Тут он, пожалуй, малость загнул, подумал я, припомнив, как он провел

последние пять месяцев. И если она читала газеты, то, конечно, знала
это... частично, по меньшей мере.
- Прошу прощения, - промолвила она, - но нам необходимо встретиться с
вами. Здесь мистер Арчер, окружной прокурор, и я звоню по его просьбе. Мы
в довольно затруднительном положении, даже щекотливом.
- Говоря "мы", вы имеете в виду себя и мистера Арчера?
- Нет, я имею в виду нас всех... Всех, кто получил наследство от
миссис Рэкхем и кто был здесь в ту ночь, когда ее убили. Мы в затруднении
из-за неопровержимых фактов, свидетельствующих против ее мужа. Мистер
Арчер утверждает, что у него нет таковых в наличии. Во всяком случае,
убедительных. А вам, должно быть, известно, что говорят люди и что пишут
газеты. Мы хотим посоветоваться с вами и по возможности узнать источник
этих слухов.
- Что ж... - Он приумолк. - Я хотел бы немного отдохнуть после
довольно продолжительного перенапряжения. Ну, да ладно. Кто у вас
собрался?
- Мы все здесь. Так вы приедете? Замечательно!
- Я не сказал, что приеду. Вас там пятеро?
- Да... и мистер Арчер...
- Жду вас в своем кабинете, всех вместе, в девять вечера. В том числе
и мистера Арчера.
- О, я не знаю, сумеет ли он...
- Думаю, что сумеет. Скажите ему, что все убедительное как раз
находится у меня.
- В самом деле? Может быть, вы тогда расскажете мне что-либо
сейчас...
- Не по телефону, миссис Фрей. Жду вас в девять!
Мы положили трубки, и я спросил, изогнув бровь:
- Вот, значит, что вы имели в виду, говоря, что придется отработать
аванс? Да?
Он недовольно хрюкнул, подумав, что придется прервать столь
сладостное время восстановления жизненного уклада из-за работы, потом
потянулся к бутылочке пива, которую принес Фриц, снова хрюкнул, теперь уже
почти блаженно, и до краев наполнил стакан золотистой жидкостью с обильной
пеной.
Я отправился на кухню, чтобы сообщить Фрицу о вечернем приеме гостей,

для которого понадобятся разного рода напитки.

21

Когда шестеро гостей прибыли чуть раньше назначенного часа, мне было
чрезвычайно любопытно, как сложились отношения между Аннабель Фрей и
банкиром Дейной Хэммондом, и еще между Линой Дарроу и политиком Оливером
Пирсом, а также хотелось выяснить, готов ли Кэлвин Лидс извиниться перед
нами с Вульфом по поводу своих беспочвенных подозрений.
Начну с конца: извинений от Лидса мы не дождались. Двигался он с
прежней стремительностью и отличался таким же упрямством. Войдя в кабинет
Вульфа первым, он тут же плюхнулся в красное кожаное кресло. С виду все
общались довольно непринужденно, но чувствовалось, что на них здорово
давит проблема, вынудившая приехать сюда; потому никто даже не обратил
внимания на коллекцию напитков и закусок, которую мы с Фрицем сервировали
на столе возле огромного глобуса. Слева от Арчера расположилась в самом
уютном желтом кресле Аннабель Фрей, а потом по порядку приближения к моему
столу разместились Лидс, Лина Дарроу, Хэммонд и Пирс.
Вульф обвел взглядом собравшихся.
- Мне несколько неловко, - начал он. - За исключением мистера Лидса,
я ни с кем из вас не знаком. Я должен быть уверенным, что знаю, кто есть
кто. - Он еще раз окинул их взглядом. - Что ж, теперь я, кажется, уверен.
Начнем с того, что вы скажете, для чего я вам понадобился... Пожалуй, вы,
миссис Фрей, поскольку вы мне звонили.
Аннабель быстро посмотрела на окружного прокурора.
- Может, лучше вам, мистер Арчер?
Он покачал головой.
- Нет, рассказывайте вы.
Она перевела взгляд на Вульфа.
- Так вот, я известила вас о затруднительном положении. Во-первых,
установлено, что Барри Рэкхем убил свою жену, но это не доказано, а
теперь, когда он мертв, как можно это доказать таким образом, чтобы это
стало достоянием общественности и мы оказались вне подозрений? Мистер
Арчер уверяет, что официально подозреваемыми нас не считают, но нам его
заверении недостаточно.
- И то приятно, - пробормотал Вульф.
- Да, но не слишком приятно, когда некоторые люди, называющие себя
друзьями, воспринимают все случившееся так, как им хочется. - Аннабель,
похоже, была искренне огорчена. - Во-вторых, убивший не имеет права на
наследство. Если Барри Рэкхем убил свою жену, то он не имеет права
наследовать от нее ничего, вне зависимости от условий завещания. Но
необходимо, чтобы вина Рэкхема была юридически доказана, в противном
случае завещание остается в силе и доля Рэкхема отойдет к его наследникам.
Она беспомощно развела руками.
- Дело вовсе не в том, что мы рассчитываем получить эти деньги. Они
могут отойти и государству или пойти на благотворительные нужды... нам все
равно. Но нам кажется, что будет неправильно, даже постыдно, если деньги
достанутся наследникам Рэкхема. Это не только аморально, но и незаконно. И
обвинить его в убийстве нельзя, так как он мертв и не может предстать
перед судом. Мой адвокат и мистер Арчер в один голос утверждают, что мы
можем возбудить дело и добиться судебного рассмотрения, но для этого
необходимы неопровержимые доказательства, которыми располагаете только вы,
мистер Вульф.
- Вы замечательно изложили суть дела, миссис Фрей, - произнес Арчер.
- Нам эти деньги ни к чему, - выпалила Лина Дарроу.
- Я заинтересован лишь в том, - вставил Пирс, - чтобы
восторжествовала правда и чтобы все о ней узнали.
- В таком случае одним мною не обойтись, - сказал Вульф. - Моих
способностей тут не хватит. Я могу помочь вам лишь с одним из ваших
затруднений: я готов снять все подозрения с невиновных. Что же касается
второго - чтобы признать завещание миссис Рэкхем по отношению к ее мужу
недействительным, то тут я бессилен.
Все недоуменно уставились на него. Банкир Хэммонд возмутился:
- Но это же абсурд. Одно автоматически вытекает из другого. Если вы
докажете, что Рэкхем убил свою супругу...
- Я не могу это доказать, - Вульф покачал головой. - Мне очень жаль,
но это невозможно. Хотя Рэкхем и заслуживает смертной казни, так как три
года назад здесь, в Нью-Йорке, он убил женщину по имени Делия Монтроуз...
Это одно из убийств, которые не сумел раскрыть инспектор Кремер; Рэкхем
сбил ее машиной. Вот тогда-то Рэкхем и попал в лапы Зеку - тот грозил в
случае неповиновения раскрыть тайну его полиции. Став же миллионером,
Рэкхем, похоже, решил бросить вызов и отказался сотрудничать. Зек в свою
очередь ощетинился и пригрозил, что уличит Рэкхема в убийстве жены.
Подобная угроза была опасной, несмотря даже на отсутствие веских
доказательств, их, собственно, и не могло быть, поскольку Рэкхем не убивал
свою жену.
Все застыли на месте в напряжении и растерянности. Когда прошло
первое потрясение, они шумно, перебивая друг друга и жестикулируя, взялись
обсуждать услышанное.

Один лишь Арчер сохранил присутствие духа.
- Вы подписали показания, - напомнил он Вульфу, - в которых уверяли,
что Зек сказал Рэкхему, будто может предъявить доказательства, уличающие
его в убийстве, из-за чего Рэкхем и застрелил Зека. Теперь вы себе
противоречите...
- Вовсе нет, - спокойно сказал Вульф. - Невиновность Рэкхема не
спасла бы его от ловушки, подстроенной Зеком, и Рэкхем сознавал это. Да,
он был невиновен... я имею в виду убийство его жены... но он прекрасно
знал, на что способен Зек.
- Вы говорили, что думаете, будто Рэкхем убил свою жену, но у вас нет
убедительных доказательств.
- Ничего подобного, - отрезал Вульф. - Перечитайте стенограмму
допроса.
- Непременно перечитаю. А теперь вы заявляете иное. Вы считаете, что
Рэкхем не убивал жену?
- Я так вовсе не считаю. Я это твердо знаю, мне доподлинно известно,
кто истинный убийца. - Вульф приподнял руку так, чтобы его не перебивали.
- Я знал это с самого начала. В ту апрельскую ночь, когда мистер Гудвин
позвонил мне и сообщил, что миссис Рэкхем убита, я сразу вычислил, кто
убийца. К сожалению, у меня были связаны руки Арнольдом Зеком. - Вульф
повернулся ко мне. - Арчи, возможно, это и лишнее, но ты все-таки прими
меры предосторожности.
Я открыл ящик стола и вытащил револьвер "гриссон" 38-го калибра. Мой
излюбленный "кольт", который у меня отобрали охранники Зека, похоже, исчез
навсегда. Проверив барабан, я сунул револьвер в боковой карман и обвел
взглядом аудиторию. Все, как по команде, отвели глаза и посмотрели на
Вульфа.
- Это мне не нравится, - процедил сквозь зубы Арчер. - Я представляю
здесь закон, и мне не нравится развитие событий. Я хотел бы поговорить с
вами с глазу на глаз.
Вульф помотал головой, а это значило, что конфиденциальный разговор
не состоится.
- Так будет лучше, мистер Арчер, поверьте мне. Мы находимся за
пределами вашего округа, и вы всегда можете уйти, если почувствуете, что
вам что-то не по нутру...
- Я вовсе не хочу уходить. Я хочу поговорить с вами. Если вы еще в ту
ночь знали, кто убил миссис Рэкхем, то я намерен...
- Ваши намерения меня не интересуют, - оборвал его Вульф. - У вас в
распоряжении было целых пять месяцев, чтобы реализовать их. Я рассказал
вам о картонке со слезоточивым газом и о телефонном звонке от мистера
Зека. Миссис Рэкхем, оставив мне задаток, покинула мою контору в пятницу
днем. На следующее утро, в субботу, я получил посылку, а потом позвонил
Зек. Как он узнал про нашу встречу? Похоже, он знал даже, на какую сумму
миссис Рэкхем выписала чек. Откуда? Кто ему сообщил?
Не могу утверждать, чтобы у меня уж очень руки чесались кого-нибудь
пристрелить, но все же я поднялся и, как бы между прочим, обошел всех
присутствующих с тыла, заняв позицию позади кресла, в котором сидел Кэлвин
Лидс. Вульф продолжал:
- Можно, конечно, допустить, что миссис Рэкхем сама рассказала об
этом невестке, секретарше или даже своему

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• ...
• 9
• 10
• 11
• 12
• 13
• 14
• 15
• 16

Закладка в соц.сетях