Жанр: Детектив
Смерть содержанки - Ниро Вульф
... в ней души не чаяла, а вот вы...
И вот тут это наконец случилось. Я уже почти расслабился, а Стелла
застала меня врасплох. Она, словно тигрица, бросилась на Джулию, и я даже
не успел помешать. Джулия, пытаясь защититься, вздернула вверх колени и
под силой натиска опрокинулась назад вместе с креслом. Но тут я уже успел
подскочить и обхватил Стеллу сзади, сжав ей руки. Неожиданно для меня
Стелла совершенно спокойно произнесла:
- Со мной уже все в порядке.
Я отпустил ее. Джулия выкарабкалась из-под кресла, выпрямилась и
поправила прическу.
- Миссис Флеминг! - послышался голос Вульфа. Тон был совершенно
ледяной.
Мы все обернулись. Он стоял в дверном проеме.
- Мистер Гудвин чересчур расщедрился, дав вам время до
послезавтрашнего утра. Самый поздний срок - завтра утром. Проводи ее,
Арчи.
И он решительно затопал к своему столу.
Стелла смерила его взглядом, потом оглянулась, очевидно высматривая
сумочку. Я подобрал сумочку с пола, положил в нее пистолет и сказал:
- Я верну вам ее у двери.
И зашагал в прихожую. Стелла засеменила следом.
16
В четыре часа Джулия сидела в кресле у окна южной комнаты, делая вид,
что читает журнал, а я стоял возле двери. Мы не разговаривали. Я собирался
позвонить в "Десять маленьких индейцев" и предупредить, что она сегодня не
придет. Потом спросил, не хочет ли она позвонить сама. Па что Джулия
ответила решительным отказом, заявив, что, безусловно, пойдет. Я столь же
решительно ответил, что она ошибается. Дальше мы несколько повздорили. В
один миг Джулия хотела даже позвонить Саулу Пензеру и попросить его
заменить меня, поскольку я сдрейфил. Потом поинтересовалась, верно ли она
поняла, что ее удерживают силой, против ее воли, и я ответил, что да. К
четырем часам стало окончательно ясно, что мы вдрызг разругались.
Тут послышался скрип поднимающегося лифта. Джулия задрала голову и
прислушалась. Когда скрип прекратился и сверху донесся звук открывающейся
двери, она швырнула журнал на стол, встала и решительно двинулась к
выходу. Джулия приблизилась, я учтиво отступил в сторону, а она прошагала
к лестнице и стала подниматься по ступенькам. Либо собралась наябедничать
хозяину дома, либо решила помочь ему с орхидеями; насколько я мог судить,
шансов преуспеть хотя бы в чем-то одном у нее не было. Поэтому я спокойно
спустился в кабинет, позвонил в "Десять маленьких индейцев" и сказал, что
мисс Джекет простудилась и не приедет. Я не стал говорить, где она
находится в настоящее время, поскольку ей могли прислать цветы, в которых
она совсем не нуждалась.
Будучи бдительным тюремщиком, я не мог отлучиться на прогулку; к тому
же каждые полчаса по радио передавали новости, и я с нетерпением ждал,
когда возвестят о том, что Барри Флеминга арестовали по подозрению в
убийстве Изабель Керр. Но в новостях ничего такого не было. Два часа я
сидел за столом, разбирая картотеку орхидей и классифицируя записи о
скрещиваниях. Что может быть интереснее, когда ждешь сообщения о поимке
убийцы, чем изучать результаты скрещивания Одонтоглоссум криспо-харрианум
с О.аиреворти или Мильтонии вексиллярия с М.роезли?..
Когда в шесть вечера парочка спустилась в кабинет на лифте, я был
настолько занят, что даже не мог повернуть голову, голос Джулии из-за
спины спросил:
- Я могу вам помочь?
Значит, мы снова разговаривали. Я ответил:
- Нет, благодарю.
- Вы звонили?
- Да, у вас сильный насморк.
- Есть какие-нибудь новости?
- Да. Мы с вами помирились. Кажется.
- О, я не злопамятна. К тому же я знала, что вы правы. Я только
пыталась узнать, как далеко вы способны зайти. Я, конечно, могла бы
пригрозить, что обращусь в полицию. Похоже, вы с Ниро до смерти боитесь,
когда кто-то общается с полицейскими. После ухода этой стервы прошло уже
больше четырех часов. Что она там делает, черт побери?
Во второй раз в жизни я слышал, как женщина назвала его Ниро, но
тогда, в первый раз, это было понарошке [см. Рекс Стаут "В лучших
семействах"]. У Джулии же это вышло совершенно естественно. Если она двое
суток прожила в одном доме с Вульфом, сидела с ним за одним столом да еще
и помогала культивировать орхидеи, то как она могла после этого величать
его мистером? Да, если она заполучит пятьдесят тысяч и поступит в колледж,
я, пожалуй, как-нибудь заскочу и полюбопытствую, как идут дела. Думаю, что
она окажет больше влияния на колледж, чем он на нее.
С моего согласия Джулия уселась рядом и стала помогать разбирать
картотеку гибридов.
За ужином Вульф не стал повторять вчерашнее представление. Надобность
в расспросах Джулии была утрачена, и Вульф разглагольствовал о различии
между фантастикой и вымыслом в литературе. Лишь однажды, когда его рот был
набит сахарной кукурузой, Джулии удалось вставить:
- Вы думаете, я такая бестолковая? Покажите мне любое место в книге,
и я вам сразу скажу - фантастика это или вымысел. И попробуйте меня
переубедить!
Я подумал, что негоже так разговаривать с человеком, который из кожи
вон лезет, чтобы подготовить тебя к колледжу.
Когда Фриц в кабинете разливал по чашечкам вечерний кофе, Джулия
сказала:
- Отдала бы новенький доллар, чтобы узнать, чем она занимается. Какой
у нее номер телефона? Я позвоню ей.
- Угу, - промычал я.
Джулия посмотрела на Вульфа.
- А вам, похоже, вообще все до лампочки. Вы бы и цента не отдали,
чтобы узнать, что она делает сейчас.
- А что мне до нее? - прорычал он, отхлебывая кофе.
Было очевидно, что на какое-то время им полезно будет отдохнуть друг
от друга, поэтому после кофе я увлек Джулию за собой в цоколь. Там у нас
размещаются спальня и ванная Фрица, кладовая и большая зала с бильярдным
столом. Джулия как-то раз сказала, что не прочь бы поучиться держать в
руках кий, и я решил, что сейчас самое время отвлечься от мыслей про
Стеллу Флеминг. Но мне так и не удалось преподать ей первый урок. Не успел
я расчехлить кии и выстроить шары, как в дверь позвонили. Джулия так
рванулась, что не схвати я ее за руку, она подскочила бы к входной двери
раньше меня. Она и так наседала мне на пятки, когда я достиг двери и
посмотрел наружу.
- Черт побери, - выдохнула Джулия, - она нас заложила!
Я всунул голову в кабинет и сказал Вульфу:
- Кремер.
Вульф оторвался от книги и поджал губы.
- Идите на кухню и оставайтесь там, - велел я Джулии.
Дверной звонок снова задребезжал. Джулия зашагала по коридору, но, не
дойдя до кухни, остановилась у ниши напротив отверстия в стене. Я сказал:
- Если хоть раз чихнете, я сварю вас в кипящем масле.
Потом распахнул дверь и впустил инспектора.
Судя по взгляду, который метнул на меня Кремер, он был готов сварить
меня в масле, даже не дожидаясь, пока я чихну. Ни слова не говоря, он
прогромыхал в кабинет и, когда я вошел следом за ним, уже сидел в красном
кожаном кресле и говорил:
- ...и вы знали, что стрелял Барри Флеминг. Я требую, чтобы вы
выложили все начистоту. Я хочу также знать, на чем основана ваша
уверенность в том, что Барри Флеминг убил Изабель Керр.
Прощайте, пятьдесят тысяч, подумал я, усаживаясь за свой стол.
Флеминг у них в руках, и - десять против одного, что они выколотят из него
показания. А может, уже выколотили.
- Вы слишком разгневаны, инспектор, - заметил Вульф.
- Еще бы, черт побери!
- Тогда вы в невыгодном положении. Успокойтесь и приведите в порядок
свои мысли.
- Я настаиваю, чтобы вы ответили на мои вопросы!
- Если бы я знал, что отвечать. Вы считаете, мне известно то, что
Барри Флеминг убил Изабель Керр. Напомню: вчера вечером я говорил вам о
том, что не располагаю доказательствами чьей-либо вины, а руководствуюсь
только определенными предположениями и подозрениями. Повторяю: у меня
по-прежнему нет никаких доказательств. А у вас?
- Есть.
- Вы арестовали Барри Флеминга?
- Нет. - Кремер набычился. - Послушайте, Вульф, вы добились своей
цели. Кэтер уже на свободе. Теперь мне нужны улики против Флеминга.
Некоторые факты. Я хочу знать, Флеминг ли стрелял в Джулию Джекет, и если
да, то почему?
Плечи Вульфа приподнялись на одну восьмую дюйма и вновь опустились.
- Вам это и в самом деле важно? Даже теперь, когда он у вас в руках?
Или нет? Вы сказали, что не арестовали его. Если вы вдруг почему-либо
подозреваете, что я укрываю его здесь, то...
- Нет, он мертв.
- Вот как? И смерть была насильственной?
- Да.
Уголок рта Вульфа чуть дернулся.
- Ни мистер Гудвин, ни мисс Джекет, ни я не выходили из дома весь
день. Если вы подозреваете...
- Заткнитесь. Он застрелился. Часа три назад. В висок, из пистолета
"бристол" двадцать второго калибра. Своего собственного, на который имел
разрешение. Я хочу...
- Извините. У себя дома?
- Да. Я...
- Там побывал полицейский? Его допрашивали?
- Нет. Если вы...
- Тогда откуда, черт побери, вы взяли, что он убил Изабель Керр? Или
вы вообще ничего не знаете? Не рассчитывайте, что я буду за вас
распутывать этот клубок. Я сказал уже дважды - нет у меня никаких
доказательств...
- Да плевать мне на доказательства, черт возьми! Про Изабель Керр я и
так все знаю. Ладно, черт с вами, расскажу. Днем, когда он пришел домой,
они с женой поговорили о чем-то, после чего он написал одну записку и
поставил внизу свою подпись. Потом жена пошла в магазин, а когда через
полчаса вернулась, он уже застрелился. Вот откуда я знаю про Изабель Керр.
Он сам признался.
Кремер вынул из нагрудного кармана сложенный вчетверо лист бумаги.
- Мы уже получили подтверждение, что это его почерк, но в лаборатории
проверят еще раз. Число сегодняшнее.
Он развернул листок и прочитал:
Заинтересованным лицам.
Сознаюсь, что в субботу, 29 января 1966 года, я ударил пепельницей по
голове свою свояченицу, Изабель Керр, и убил ее. Я сделал это в порыве
необузданного гнева и возмущения. Обида накапливалась несколько лет.
Изабель купалась в роскоши, а мы с женой за все это платили. Все мои
накопления подошли к концу, а моего скудного заработка не хватает, чтобы
удержаться на плаву. Изабель же ничего не желала слушать, а моя жена ей
потакала, поскольку любила сестру больше жизни. Тем утром я попытался в
очередной раз урезонить Изабель, но она отказывалась даже слушать, и я
вышел из себя и ударил ее. Я не хотел се убивать, но на прощение я не
надеюсь, даже со стороны жены. Жена настаивает, чтобы я изложил все это на
бумаге, чтобы сохранились доказательства обстоятельств смерти Изабель.
Никаких обещаний она мне не давала, и мне не известно, что она собирается
делать с моим признанием.
Барри Флеминг.
Кремер сложил листок и спрятал его в карман.
- Вы, конечно, сразу подметили, как и я, что здесь нет ни слова о
том, что он собирается покончить с собой. Впрочем, так нередко случается.
Пистолет лежал рядом па полу, пуля попала в правый висок под правильным
углом. Миссис Флеминг ответила на несколько вопросов полицейскому, а
сейчас в отключке, накачанная снотворным. Позже мы, конечно, ею займемся,
но я ни на что не рассчитываю. Я вам все это выкладываю, потому что это
проливает свет на смерть Изабель Керр, но оставляет много других
неясностей. Кто стрелял в Джулию Джекет? Вчера вы сказали, что не знаете.
- Да. Я и сейчас не знаю.
- Это бессовестное вранье!
- Я лгу только в тех случаях, когда это необходимо. Сейчас такой
необходимости нет. Мистер Кремер, - Вульф повернул ладонь тыльной стороной
кверху. - Есть кое-какие подробности, которые я не намерен раскрывать, тем
более, что сейчас вам они ни к чему. Загадка убийства разгадана, а убийца
мертв. Тем не менее кое-что я вам все же скажу: мне удалось узнать, не
спрашивайте, каким образом, кто покровительствовал Изабель Керр и
оплачивал ее счета. Из того, что я узнал, родилось подозрение, что убил ее
Барри Флеминг. Я также выяснил, что Барри Флеминг очень боялся, что мисс
Джекет разгласит определенные факты, которые, как он считал, она узнала от
Изабель Керр. Именно поэтому мисс Джекет нуждалась в охране, и я приставил
к ней телохранителей. Я не знал тогда и не знаю сейчас, кто стрелял в нее.
И даю вам честное слово, что все это - чистая правда. Мисс Джекет
по-прежнему здесь и, если хотите, можете поговорить с ней; думаю, впрочем,
что она снова поднимет вас на смех, как и вчера.
Кремер посмотрел на меня. По собственному опыту он знал, насколько
весомо честное слово Вульфа. Он продолжал хмуро таращиться на меня, пока я
не заподозрил, что криво завязал галстук. Наконец он открыл рот.
- Ты же всегда все делаешь правильно, - ухмыльнулся он. - Такой уж ты
у нас прыткий. Где же пролетела пуля, если ты стоял рядом, в футе от этой
девицы?
К сожалению, то, что мне хотелось с ним сделать, нельзя делать с
полицейским, тем более с инспектором. Так что я довольствовался лишь тем,
что приподнял бровь и в свою очередь уставился на него. Кремер встал и
воззрился на Вульфа.
- И все же мне любопытно, - сказал он. - Узнали вы, конечно, много,
причем наверняка от Кэтера. А вы понимаете, что если бы мы заставили его
говорить, то он уже давно был бы на свободе, а Флеминг занял бы его место
и остался жив? Наверняка понимаете. И все же поступили по-своему. Должны
были в очередной раз оказаться умником. Как бы я мечтал... Впрочем, это
все бесполезно.
Он повернулся и затопал к двери, но в двух шагах от нее остановился и
обернулся.
- Пришлите хотя бы цветы на его похороны.
Если бы не последняя фраза, я бы даже помог ему одеться. Кстати, пуля
пролетела в ярде, а не в футе от Джулии. Услышав, что дверь хлопнула, я
вышел и выглянул. Кремер был на улице. Я окликнул Джулию. На ее лице
застыло странное выражение, как будто она хотела рассказать алфавит в
обратном порядке, но забыла, с чего начать. Она прошла вслед за мной в
кабинет, плюхнулась в красное кожаное кресло и обратилась к Вульфу:
- Вы ведь знали, что так случится, да?
Вульф хмуро посмотрел на нее.
- Нет, не знал. Я не прорицатель. Идею подкинул ей Арчи, а не я.
Блестяще сработано. Арчи. А что в точности я сказал, обращаясь к Икс?
- Цитирую. "Что касается четы Флемингов, то лучшее, что я могу
сделать, это загнать их в такое положение, когда им самим станет крайне
невыгодно упоминать вас". Конец цитаты.
- А я назвала ее гусыней, - вздохнула Джулия. - Бедняга... Сначала
сестра, теперь муж. Что вы делаете, Арчи?
Я выудил из кармана монетку и подбросил в воздух.
- Я пытаюсь определить то, чего никаким другим способом не решишь.
Я поймал монетку и посмотрел на нее.
- Решка. Она застрелила его.
На прошлой неделе мне принесли письмо:
Дорогой Арчи!
Спасибо, что рассказали мне про свадьбу Орри Кэтера со стюардессой.
Мое отношение к этому вы знаете, но я все же желаю им счастья. А почему бы
и нет? Я часто говорю так разным людям, а они потом недоуменно смотрят на
меня.
На последнем семинаре мы обсуждали проблему фантастики и
художественного вымысла в литературе. Видели бы вы, как глаза у них
полезли на лоб, когда я пересказала почти все, что рассказывал тогда за
ужином Ниро. Они ему даже в подметки не годятся. Народ здесь вообще
довольно дремучий, но ничего - я их расшевелю. Может, еще получится толк.
Как поживает Фриц? Скажите, что я до сих пор вспоминаю этот "несуразный
омлет". И соус с фрикадельками.
Черкните, если будет охота. Желаю счастья.
Дж.
Закладка в соц.сетях
