Жанр: Детектив
Слишком много клиентов - Ниро Вульф
...м шелковым
покрывалом. Жаль, что со мной не было Вульфа - желтый цвет у него любимый.
Я принюхался. Воздух был сравнительно свежий, но с каким-то запахом.
Кондиционер со встроенным ароматизатором.
Поверхностей, способных сохранить отпечатки пальцев, было немного:
крышки двух столов, корпус телевизора, столик с телефоном.
- Вы убирали здесь после воскресенья? - спросил я миссис Перес.
- Да, вчера утром.
С этим было все ясно.
- Где тут выход на лестницу?
- Лестниц нету.
- Их снизу забили досками, - объяснил Перес.
- Попасть сюда можно только лифтом?
- Да.
- И давно это?
- Четыре года. С того времени, как он купил дом. Мы живем здесь два
года.
- Он часто сюда приходил?
- Не знаем.
- Как же не знаете, когда каждый день убираетесь! Часто или нет?
- Может, раз в неделю, может, чаще.
Я обратился к Пересу:
- Почему вы его убили?
- Нет. - Он прищурил один глаз. - Я? Нет.
- Тогда кто?
- Не знаем, - ответила его жена.
Я пропустил ее слова мимо ушей.
- Вот что, - сказал я ему, - я очень не хочу сдавать вас полиции. Мы
с мистером Вульфом предпочли бы сами вами заняться. Но если вы не
расколетесь, выбора у нас не останется, а времени в обрез. Они поснимали
отпечатки с брезента, под которым лежало тело. Я знаю, что его убили в
этом доме. Бели хоть один из отпечатков совпадет с вашим - тю-тю. Крышка.
Раз его убили в этом доме, что-то вы должны знать. Что именно?
- Фелита? - обратился он к жене.
Она буравила меня своими проницательными черными глазами.
- Вы частный детектив, - произнесла она. - Вы сказали мужу, что этим
зарабатываете себе на жизнь. Так мы вам платим. У нас есть деньги,
немного. Сто долларов.
- За что вы хотите мне заплатить?
- Чтобы вы стали нашим сыщиком.
- И что я должен расследовать?
- Мы вам скажем. Деньги у нас внизу.
- Сперва я должен их заработать. Хорошо, я согласен быть вашим
сыщиком, но в любую минуту могу перестать, например, если приду к выводу,
что Йигера убили вы или ваш муж. Что вы намерены мне поручить?
- Мы хотим вашей помощи. Что вы сказали про отпечатки. Я говорила ему
- надень перчатки, но он не слушал. Мы не знаем, откуда вам столько
известно, но знаем, что с нами будет, если вы расскажете про этот дом в
полиции. Мы не убивали мистера Дома. Мы не знаем, кто убил. Муж поднял его
мертвое тело и положил в яму, потому что мы должны были так сделать. Когда
он пришел вечером в воскресенье, он велел мужу в полночь сходить к
"Мондору" и принести, что он заказал: икры, жареного фазана и еще что-то,
- и когда муж поднялся с едой, он мертвый лежал на полу. - Она показала: -
Вот здесь. Что нам было делать? Никто не знал, что он приходит в этот дом.
Что было бы, позвони мы в полицию? Мы знали, что было бы. Поэтому мы
сейчас вам платим, чтобы вы помогли нам. Может, даже больше, чем сто
долларов. Вы будете знать...
Она резко обернулась. Из клетки лифта послышался шум - щелчок, затем
слабый, еле слышный шорох движения. Перес сказал:
- Он пошел вниз. Там кто-то есть.
- Да, - согласился я. - Кто?
- Не знаем, - ответила миссис Перес.
- Значит, узнаем. Вы оба стойте там, где стоите. - Я вытащил "марли".
- Это полицейский, - сказал Перес.
- Нет, - возразила она. - Нет ключа. У него не могут быть ключи
мистера Дома, мы их забрали.
- Замолчите, - приказал я. - Раз уж я ваш сыщик, делайте, как я
скажу. Не двигайтесь и закройте рот.
Мы стояли лицом к лифту. Я скользнул к стене и прижался к ней спиной
на расстоянии вытянутой руки от дверцы лифта. Когда пришел гость, лифт был
наверху, и тому пришлось нажать на кнопку вызова, так что он понял, что
наверху кто-то есть, и мог появиться с пальцем на взводе; я был готов
ответить тем же. Снова послышался легкий шум, затем щелчок, дверца
открылась, и вышла женщина. Я был у нее за спиной, когда она обратилась к
миссис Перес.
- Слава Богу, - сказала она, - это вы. Я так и думала.
- Мы вас не знаем, - ответила миссис Перес.
Но я узнал. Я сделал шаг и посмотрел на нее в профиль. То была Мег
Дункан, которую я видел на прошлой неделе из пятого ряда бокового яруса в
спектакле "Черный ход на небеса", где она играла главную роль.
4
Если сможете выбирать, с кем драться, - с мужчиной вашего роста или
дамочкой, которая едва достает вам до подбородка, советую выбрать мужчину.
Если он безоружный, вы в худшем случае очутитесь на полу, но только Богу
ведомо, на что способна женщина. К тому же мужчину вам, может, еще удастся
свалить, но женщину ведь и не ударишь. Мег Дункан налетела на меня точно
так, как десять тысяч лет тому назад пещерная женщина налетала на своего
пещерного мужика, а может, и на чужого, нацелившись ногтями и оскалив зубы
- рвать и кусать. У меня был один выбор: отскочить или войти в клинч;
клинч все-таки лучше. Я ринулся на нее, нырнув под ногти, облапил и сжал
так, что ей мгновенно нечем стало дышать. Рот у нее оставался открытым, но
не для укуса - она ловила воздух. Я скользнул ей за спину и схватил за
руки. В таком положении трудно схлопотать что-нибудь страшнее пинка в
голень. Она задыхалась. От моего захвата ее правой руке было, видимо,
по-настоящему больно, потому что в своей правой я держал револьвер и
рукоятка вдавилась ей в тело. Я убрал руку, чтобы сунуть "марли" в карман,
она не шевельнулась, я отпустил ее и сделал шаг назад.
- Я вас знаю, - сказал я, - видел в спектакле на прошлой неделе. Вы
были великолепны. Я не фараон, я частный сыщик, работаю на Ниро Вульфа.
Когда отдышитесь, расскажете, что вас сюда привело.
Она медленно повернулась - это заняло у нее добрых пять секунд.
- Вы мне сделали больно, - зашила она.
- Извинений не ждите. Маленький синячок на предплечье - ничто по
сравнению с тем, что меня ожидало.
Подняв голову и глядя на меня снизу вверх, она потирала руку,
продолжая дышать через рот. Я сам себе удивился, что узнал ее. На сцене
она радовала глаз, а сейчас передо мной была обычная женщина за тридцать с
довольно симпатичным лицом, в простеньком сером костюме и заурядной
шляпке; правда, она была вся на нервах.
- Значит, вы Ниро Вульфов Арчи Гудвин? - спросила она.
- Нет. Я свой собственный Арчи Гудвин, помощник Ниро Вульфа.
- Наслышана про вас. - Теперь она дышала носом. - Знаю, что вы
джентльмен. - Протянув руку, она тронула меня за рукав: - Я пришла забрать
одну вещь... Возьму и уйду, ладно?
- Что за вещь?
- Ну... на ней мои инициалы. Сигаретницу.
- Как она сюда попала?
Она попыталась мне улыбнуться, как дама улыбается джентльмену, однако
у нее не очень-то получилось. Знаменитая актриса могла бы сыграть и
получше, даром что на нервах.
- Разве это имеет значение, мистер Гудвин? Главное - она моя, я моту
ее описать: из тусклого золота, на одной стороне в уголке - изумруд, на
другой - мои инициалы.
Я улыбнулся, как джентльмен улыбаются даме:
- Когда вы ее здесь оставили?
- Я не говорила, что оставила.
- Не в воскресенье ли вечером?
- Нет. В воскресенье меня здесь не было.
- Это вы убили Йигера?
Она мне влепила. Точнее, попыталась влепить. Запальчивости ей было не
занимать. Действовала она мгновенно, но я тоже - поймал ее за запястье,
слегка повернул, чтобы не очень больно, и отпустил. Глаза у нее
загорелись, теперь она больше походила на Мег Дункан.
- Мужчина вы или нет? - спросила она.
- Смотря по обстоятельствам. В эту минуту я всего лишь сыщик. Так не
вы убили Йигера?
- Разумеется, нет. - Она снова подняла руку, но только чтобы тронуть
меня за рукав. - Позвольте забрать сигаретницу и уйти.
Я помотал головой:
- Вам пока что придется обойтись без нее. Вы знаете, кто убил Йигера?
- Конечно, нет. - Ее пальцы сомкнулись у меня на руке, однако не
жестко, а ласково. - Я понимаю, мистер Гудвин, что вас не подкупить, я
достаточно про вас знаю, но ведь сыщики работают на клиентов, верно? Я
могу заплатить, чтобы вы кое-что для меня сделали? Бели уж вы не хотите
позволить мне самой забрать сигаретницу, вы можете ее взять и сохранить
для меня. Отдать ее мне можете позже, когда надумаете, главное - чтобы она
была у вас. - Она чуть сжала пальцы. - Я заплачу, сколько скажете. Тысячу?
Дела наши шли на поправку, однако все несколько усложнялось. Вчера в
16:30 у нас не было ни клиента, ни надежды обзавестись таковым. Затем
пришел один, да оказался не настоящим. Затем миссис Перес пообещала сотню
долларов, а то и больше. Теперь эта вот предложила "кусок". Я вербовал
клиентов одного за другим, но избыток клиентов иногда хуже, чем их
недостаток.
Я смерил ее задумчивым взглядом.
- А что, глядишь, и выгорит, - заметил я. - Значит, бот как. Сам я
вообще-то не могу взять клиента: Ниро Вульф платит мне жалованье, он и
договаривается. Сейчас я обыщу комнату и если найду сигаретницу - а я
найду, если она и вправду где-то тут, - то заберу. Дайте-ка мне ключи от
входной двери и лифта.
Она убрала руку.
- Отдать вам?
- Именно. Вам они больше не понадобятся. - Я посмотрел на мои
наручные часы. - Десять тридцать пять. Дневного спектакля у вас сегодня
нет. Приходите в приемную Ниро Вульфа к половине третьего. Западная
Тридцать пятая улица, дом номер шестьсот восемнадцать. Ваша сигаретница
будет уже там, и вы сможете все обговорить с мистером Вульфом.
- Но почему вам нельзя...
- Нет. Только так, и у меня еще есть дела. - Я протянул руку. -
Ключи.
- Но почему мне нельзя...
- Я сказал "нет". На препирательства нет времени. Черт побери, я же
даю вам передышку. Ключи!
Она открыла сумочку, покопалась в ней, вытащила и отдала мне кожаный
футлярчик с ключами. Я расстегнул застежку, увидел два ключа от
цилиндрового замка - их не спутаешь ни с какими другими, - показал Пересу
и спросил, верно ли, что это ключи от входной двери и лифта. Он посмотрел
и подтвердил. Опустив их в карман, я нажал на кнопку лифта и напомнил Мег
Дункан:
- Встретимся в полтретьего.
- Почему мне нельзя подождать, пока вы не найдете...
- Не выйдет. Мне будет не до приятного общества.
Она вошла в лифт, дверца закрылась, раздался щелчок и затем слабый
шум. Я обратился к Пересу:
- Значит, раньше вы ее не видели?
- Нет. Ни разу.
- Ха! А когда поднимались вечерами с подносом?
- Я видел только его. Она могла быть в ванной.
- Где тут ванная?
- В том конце, - показал он.
Я перешел на его жену:
- Миссис Перес, вы помните, когда она вас увидела, то сказала: "Слава
Богу, это вы".
Она кивнула:
- Слышала. Она должна была меня как-то увидеть, когда приходила, в
прихожей или в приоткрытую дверь. Но мы ее не знаем, не видели.
- Да что вы знаете? Ладно, слушайте оба. Это займет много времени,
так что придется отложить, у меня есть другие дела, но один вопрос я задам
сейчас. - И обращаясь к нему: - Когда сбросили тело в яму, зачем
спустились и накрыли его брезентом?
Перес удивился.
- Он же был мертвый! Мертвый человек - его накрыть надо! Я знал про
брезент, я его там видел.
Вот тут я решил, что Цезарь Перес не убивал Томаса Дж.Йигера. Его
жена - может быть, но не он. Видели бы, как он это произнес, решили бы
точно так же. Когда я ломал голову над загадкой брезента, мне не пришло на
ум самое простое: давным-давно люди прикрывают покойников, чтобы уберечь
от стервятников, и это вошло в привычку.
- Правильно, что укутали брезентом, - сказал я. - Жаль, что не надели
перчаток. Ладно, пока что поставим на этом точку. Мне нужно поработать. Вы
слышали адрес, что я назвал этой женщине, - Западная Тридцать пятая улица,
дом номер шестьсот восемнадцать. Приходите туда к шести нынче вечером,
оба. Временно я ваш сыщик, но хозяин-то он. Помощь вам, ясное дело, нужна;
вы все ему расскажете, а там посмотрим. Где ключи Йигера? Только не
говорите "не знаем". Сами сказали, что забрали их. Где они?
- У меня, в безопасном месте, - ответила миссис Перес.
- Где?
- В пироге. Я запекла их в пирог. Там в связке двенадцать ключей.
Я прикинул. Я и так хожу по тонкому льду, а если еще присвою взятое у
покойника, то сразу попаду под статью об утаивании вещественных
доказательств. Ну уж нет.
- Пирог не режьте, - предупредил я, - и смотрите в оба, чтобы никому
другому не вздумалось. Кому-то из вас нужно сегодня выходить из дома?
- Нет, - ответила она.
- И не выходите. В шесть в приемной у Ниро Вульфа, но я еще вас
увижу, когда спущусь вниз. Примерно через час.
- Берете вещи?
- Еще не знаю. Если и возьму, то покажу вам все, включая сигаретницу.
Если возьму что-то такое, чего, по-вашему, брать нельзя, можете кликнуть с
улицы фараона.
- Не можем, - возразил Перес.
- Он шутит, - объяснила ему жена и нажала кнопку вызова лифта. -
Сегодня дурной день. Цезарь. Много дурных дней впереди, а он шутит.
Лифт поднялся и со щелчком остановился. Она нажала другую кнопку,
дверца открылась, они вошли, и я остался один.
Я огляделся. На краю панели красного шелка слева от меня была
прямоугольная пластинка из меди, если не из золота. Я подошел и нажал на
нее, она поддалась. Панель оказалась дверью. Я вошел и очутился на кухне.
Стены облицованы красным кафелем, шкафы и полки - из желтого пластика,
раковина, краны, холодильник и электроприборы - из нержавеющей стали. Я
открыл холодильник, увидел, что он набит всякой всячиной, и закрыл дверцу.
Отодвинул в сторону дверцу буфета и обнаружил в нем девять бутылок "Дом
Периньон" [марка дорогого шампанского], уложенных на пластмассовом
стеллаже. С кухней на сегодня было покончено. Я вышел и вдоль кож и шелков
проследовал по желтому ковру на противоположный конец, где была еще одна
медная - или золотая - пластинка на краю панели. Через эту дверь я попал в
ванную. Не знаю, как кому, а мне она понравилась. Сплошные зеркала и
мрамор. Красный мрамор с желтыми пятнами и прожилками. Рассчитанная на
двоих, ванна была из того же мрамора. Два зеркала оказались дверцами
стенных шкафчиков, где было столько разной косметики, что ее хватило бы на
целый гарем.
Я вернулся в царство шелка и кожи. Нигде не было видно никаких
ящиков, вообще ничего такого, куда можно положить листок бумаги. На
телефонном столике стоял желтый телефон, лежала телефонная книга в футляре
из красной кожи - и больше ничего. Но у одной стены, той, что напротив
кровати, на протяжении примерно тридцати футов ничего не стояло, и шелк
понизу, фута на три от пола, был в мелких складках, наподобие занавески, и
не гладкий, как в других местах. Я взялся за шелк, потянул - он вверху
раздвинулся и разъехался, обнажив ряды ящиков из дерева, похожего на
красное, только еще краснее. Я выдвинул один. Женские тапочки, дюжина пар,
аккуратно расставленные в два ряда, всевозможных расцветок, форм и
размеров, от очень маленьких до довольно больших.
Заглянув еще в пять ящиков, я взялся за трубку. Увиденного с лихвой
хватило, чтобы понять: ключи от входной двери и лифта имелись не только у
Мег Дункан. Я обнаружил еще один ящик со шлепанцами, тоже различных цветов
и размеров, и два ящика с ночными рубашками - роскошный набор. После того
как я развернул восемь рубашек, разложил их на постели и убедился, что они
сильно разнятся по размеру, я подошел к телефону и набрал номер. Я не
исключал, что телефон может прослушиваться или иметь отвод, однако
вероятность была ничтожно мала, и я предпочел рискнуть, чем идти звонить
из автомата.
Саул Пензер, чей номер я набрал, работал сам на себя. Мы обращались к
его услугам, когда требовался оперативник самого высокого класса. Но
вместо него мне ответила девушка из службы секретарей-телефонисток,
которая сообщила, что мистер Пензер отсутствует, связаться с ним
невозможно, и не хочу ли я что-нибудь для него передать. Я ответил, что
нет, и набрал другой номер - Фреда Дэркина, нашего профессионала номер
два. Он был дома и сказал, что пока не занят.
- Уже занят, - сообщил я. - Собери вещи на неделю. Дело, вероятно,
займет меньше времени, но, может статься, я больше. Являйся как есть,
смокинг не обязательно, но прихвати револьвер. На всякий случай. Приезжай
в дом номер сто пятьдесят шесть на Западную Восемьдесят вторую, вход через
подвальный этаж, позвони в дверь управляющему. Откроет мужчина или
женщина, от не то с Кубы, не то с Пуэрто-Рико. Но говорят по-английски.
Назовись и спроси меня - поимеешь удовольствие и честь быть
препровожденным к моей персоне. Не спеши. Если нужно, даю на сборы целых
три минуты.
- Восемьдесят вторая улица, - заметил он. - Убийство. Как его там?
Йигер.
- Ты слишком грамотный, падок на ужасы и скор на выводы. Собирай
саквояж и держи рот на замке, - ответил я и повесил трубку.
Складывать воздушные ночные рубашки - дело для мужчины неподходящее и
отнимает много времени, но я сжал зубы и сосредоточился, потому что сыщику
не положено оставлять следы где бы то ни было. Уложив рубашки назад в
ящик, я вызвал лифт, спустился и направился к открытой двери, первой
налево в прихожей. Пересы держали на кухне семейный совет. Отец и мать
сидели, Мария стояла. Света тут было больше, чем тогда в прихожей, а дня
такого редкого создания чем больше света, тем лучше. Поглядев на нее,
всякий нормальный мужчина не мог не подумать: "Какого черта! Мыть посуду и
штопать носки я сам сумею". Среднего размера бежевая ночная рубашка с
кружевами поверху была бы ей очень к лицу. Я заставил себя перевести глаза
на родителей и произнес:
- Скоро придет мужчина, высокий и весь из себя плотный. Скажет, что
его зовут Фред Дэркин, и спросит меня. Отправьте его наверх.
Миссис Перес сказала на это именно то, что я ожидал. Я не имел права
никому об этом доме рассказывать, они ведь собираются мне заплатить и
прочее в том же духе. Не желая портить отношения с клиентами, я не пожалел
четырех минут и объяснил, почему Фред должен тут остаться, когда я уйду,
позволил себе еще раз глянуть на Марию, поднялся на лифте и возобновил
осмотр с того ящика, на котором тогда прекратил. Не стану занимать время и
место инвентарной описью, ограничусь лишь тем, что скажу: там было все,
что может понадобиться в заведении подобного рода. Отмечу лишь две
частности: во-первых, предметы мужского туалета занимали всего один ящик,
и шесть пар пижам, что в нем лежали, были все одного размера; во-вторых,
ящик, где я обнаружил сигаретницу Мег Дункан, явно предназначался для
всякой всячины. В нем я нашел три женских носовых платочка, бывших в
употреблении, безымянную пудреницу, дамский зонтик, пачку картонных спичек
с эмблемой "Бара Терри" и другую такую же мелочь. Я сложил все это обратно
и задвигал ящик на место, когда со стороны лифта донесся щелчок.
Я ждал Фреда, но это мог оказаться и кто-то другой, поэтому я извлек
"марли" и встал у стены рядом с дверцей лифта. Снизу ничего не было
слышно; звукоизоляция была такая основательная, что если что-то и
проникало сквозь стены, так только отдаленный намек на шум уличного
движения, да и он скорее ощущался, чем слышался. Вскоре раздался еще один
щелчок, лифт открылся и из него вышел Фред. Он остановился и завертел
головой направо, налево, краем глаза заприметил меня, снова уставился
перед собой и произнес:
- Господи все-мо-гущий!
- Твой новый дом, - сказал я. - От души надеюсь, что ты будешь здесь
счастлив. То есть выберешь по картинкам. Как в "Горной хижине" в отеле
"Черчилль", где тебе показывают живую форель, а ты выбираешь рыбку себе на
обед. Раз уж привыкла к шипам, то и к тебе привыкнет.
Он опустил сумку на пол.
- Да-а, Арчи, а я-то все ломал голову, почему ты не женат. И давно ты
обзавелся этими покоями?
- Этими? Лет десять назад. У меня и другие есть - тут и там по всему
городу. А эти я уступлю тебе на время. Кухня, ванная, телевизор, горничная
к услугам. Хорошо, правда?
- Господи помилуй! Я женатый.
- Да уж, не повезло. Хотел бы остаться и объяснить тебе, про что эти
картинки, да нужно бежать. Дело в том, что если явится гостья, должен же
ее кто-то принять. Может появиться и "он", но, скорее всего, это будет
"она". Самое вероятное - никого не будет, но ручаться не стану. Она может
прийти в любую минуту, ночью и днем. Тебе лучше знать как можно меньше;
положись на меня и запомни: как только она выйдет из лифта, твое дело - не
пустить ее назад, а кроме как из лифта отсюда не выберешься. А будешь ты
ей представляться или нет, решай сам. Позвонишь мне - я приеду.
Он нахмурился:
- Удерживать женщину силой, да еще без свидетелей - приятного мало.
- Ты ее пальцем не тронешь, если сама не начнет.
- А ну как высунется в окошко и позовет полицию?
- Исключается. Окон тут нет, и она не захочет, чтоб кто-нибудь узнал
о ее приходе, особенно фараон. Ей одно будет нужно - удрать, как можно
быстрее.
Но я его не разубедил.
- Яма, где нашли Йигера, прямо перед домом. Может, кто-нибудь меня
чуток просветит?
- Только не я. И к чему припутывать сюда Йигера? Он мертв, я сам
узнал об этом из газеты. Если будут звонить, сними трубку, спроси, кто
звонит, и посмотри, что получится, но себя не называй. Кухня вон за этой
дверью, - я показал на панель. - Захочешь поесть - в холодильнике полно
деликатесов. Внизу живут мистер и миссис Пересы и их дочь Мария. Ты видел
Марию?
- Нет.
- Я на ней женюсь, когда выкрою время. Скажу миссис Перес, чтобы
принесла тебе хлеба, и если тебе еще что понадобится - она достанет. Они с
мужем попали в переплет и надеются, что я их вызволю. Ну, ладно, балдей от
картинок. Другого такого случая поизучать анатомию у тебя не будет.
Я открыл дверцу лифта.
- А если придет мужчина?
- Не придет. Ну а если вдруг явится, задача та же. Поэтому я и велел
захватить тебе револьвер.
- А если явится фараон?
- Один шанс на миллион, даже меньше. Скажешь, что забыл собственное
имя, и пусть звонит мне и Ниро Вульфу. Тогда я пойму, что стряслось.
- А я угожу в каталажку.
- Точно. Но скоро выйдешь. Мы запросто вытащим тебя к Рождеству. В
холодильнике полфунта свежей икры, долларов на двадцать. Угощайся.
Я вошел в лифт. Спустившись, я ввел миссис Перес в курс дела,
попросив доставить наверх батон, и вышел на улицу. Когда я направился к
стоянке такси на авеню Колумба, на моих часах был ровно полдень.
В пять минут второго Вульф проворчал из-за своего письменного стола:
- Тебя отправили найти подходящего клиента, а не пару бедолаг,
которые, скорее всего, его и убили, да в придачу еще одну бестолочь,
предложившую выкуп за сигаретницу. Признаю, что ты проявил мастерство,
смекалку и ловкость, готов тебя с этим поздравить, но если ты и впрямь
вышел на преступников, кто нам заплатит по счету?
Я полностью отчитался, опустив лишь одну деталь - внешность Марии.
Ему ничего не стоило заключить, что я принял сторону Пересов из-за их
дочери. Я дал полное и тщательное описание дома и даже рассказал о
затруднениях с ночными рубашками. Я признал, что попытался нанять Саула
Пензера (десять долларов в час), но заполучил Фреда Дэркина (семь с
половиной в час) только потому, что Саула не было на месте.
- С Перес я не стану встречаться, - заметил Вульф.
Я знал или считал, что знаю, где зарыта собака, но подводить его к
этому нужно было окольным путем. Я кивнул с сосредоточенным видом.
- Конечно, они могли его убить, - сказал я, - но пять против одного,
что не убивали. Я уже объяснил почему: мне понравились интонации, с
которыми он объяснил, зачем накрыл тело брезентом. Плюс то, что она
позволила дочке пойти открыть, когда я позвонил. Если б его убила она, то
сама бы подошла к двери. Но прежде всего потому, что при нем живом они как
сыр в масле катались. Он, понятно, платил им прилично. С его смертью они
не только потеряли изрядный доход, но попали в чертовски паскудное
положение, и вовсе не потому, что я до них добрался. Его душеприказчик
обнаружит, что дом принадлежал ему, и захочет его осмотреть - что тогда?
Я положил ногу на ногу и продолжал:
- Вам это, естественно, не по вкусу, я понимаю. Устрой он себе
простое уютное гнездышко, чтобы время от времени спокойно провести ночь с
любовницей, - еще куда ни шло, но на гнездышко это явно не похоже. Ключи
от входной двери и лифта, вероятно, имеются у полудюжины женщин, а то и у
двух десятков, если не больше. Я понимаю, вам неохота ввязываться в
подобную историю, но раз уж я...
- Чепуха, - прервал он.
- Чепуха? - удивился я.
- Именно. Современный сатир - это помесь человека, свиньи и болвана.
Даже обаяние проказника - он и это утратил; он уже не ждет, грациозно
прислонившись к дереву со свирелью в руке. Единственное, что сохранилось в
нем от аттических предков, - вожделение, и он ублажает его по темным
углам, в чужих постелях или гостиничных номерах, а не в тени оливы или на
зеленом солнечном склоне. Нелепый приют похоти, что ты описал, - жалкая
замена, но мистер Йигер хотя бы пытался быть не как все. Свинья и болван?
Да, но в нем звучала свирель, как звучала во мне в дни моей юности. Он,
несомненно, заслуживал смерти, однако я хотел бы иметь веский стимул к
разоблачению убийцы.
По-моему, я вытаращил глаза:
- Веский стимул?
- Разумеется. Но кто может его предложить? Допустим, ты выказал
похвальное рвение и смекалку и не ошибешься относительно Перес, - что нам
это дает? Где потенциальный клиент? Кому сможем мы сообщить об этом
нелепом приюте и связи с ним покойного? Уж, конечно, не его семье и не
коллегам по корпорации. Они скоре
...Закладка в соц.сетях
