Жанр: Детектив
Праздничный пикник - Ниро Вульф
...тся бросить
тень на ПРАР, то все это только досужие сплетни. Газеты подняли такую
шумиху, что под подозрение попали все профсоюзы. У нас все чисто, комар носа
не подточит.
- А что за сплетни вы имели в виду?
- Любые. Например, я - мошенник. Среди руководства одно жулье. Мы
разворовали кассу взаимопомощи. Продались крупным заправилам. Крадем
карандаши и скрепки. И так далее.
- А вы не могли бы уточнить? Какие сплетни ставили вас в самое неловкое
положение?
Корби вдруг словно отключился. Он вытащил из кармана сложенный вчетверо
носовой платок, развернул его, промокнул лицо и лысину, затем аккуратно
сложил платок и упрятал в карман. И лишь тогда снова посмотрел на Вульфа.
- Если хотите знать точнее, то это даже не сплетня, - промолвил он. - Это
наше внутреннее дело, но о нем наверняка станет известно, и я не вижу
причины не поделиться с вами. Кое-кому из нашего профсоюза предъявлено
официальное обвинение в получении взяток от посредников. Фила Холта тоже
вовлекли в эту историю, хотя он тут ни при чем - во взятках замешаны не его
люди. Но он был зол как черт.
- Не предъявляли ли обвинений вам?
- Нет. Мне полностью доверяют.
- Вы сказали "посредники". Относятся ли к ним и поставщики?
- Конечно. Многие поставщики - посредники.
- Не упоминалось ли в этой связи имя Х.Л.Гриффина?
- Я не уполномочен раскрывать никаких имен. Пока все эти сведения
рассматриваются как строго конфиденциальные.
- Премного благодарен, Джим. - Тон Х.Л.Гриффина столь же походил на
благодарный, как укус змеи на поцелуй. - Теперь мы квиты?
- Прошу прощения. - Дик Веттер вскочил с кресла. - Уже почти двенадцать,
а нам с мисс Корби пора идти. Мы должны успеть пообедать, чтобы я не опоздал
на обсуждение сценария. Да и вообще мне кажется, что вы тут занимаетесь
ерундой. Пойдем, Флора.
Девушка чуть поколебалась, но потом встала. Веттер двинулся было к двери,
но, услышав из уст Вульфа свое имя, остановился и обернулся.
- Да?
- Прошу меня извинить, - сказал Вульф. - Мне следовало помнить, что вы
спешите. Не могли бы вы чуть задержаться - минут, скажем, на пять?
Любимец женщин снисходительно усмехнулся:
- Чего ради? С моей биографией вы можете ознакомиться сами. Скажем, в
"Телегиде", в журнале "Часы" и так далее. Повторяю: все это сущая ерунда.
Если один из нас и в самом деле убийца, то могу лишь пожелать вам успеха,
но эта болтовня никуда не приведет. Ничего, что я так вам говорю?
- Бога ради, мистер Веттер. Но если в ходе расследования выяснится, что
вы солгали или умолчали о каком-либо важном факте, это уже будет любопытно.
Кстати, в публикациях, которые вы столь любезно упомянули, говорится о ваших
взаимоотношениях с мисс Корби?
- Чушь собачья! - взорвался он. Я пожалел, что никто из двадцати
миллионов поклонников и воздыхательниц не слышит своего кумира.
Вульф покачал головой.
- Меня вы, конечно, можете презирать, мистер Веттер, но с полицией ваш
номер не пройдет. Я уже спрашивал вас, друзья ли вы с мисс Корби? Вы
поинтересовались, имеет ли это отношение к делу, и я ответил, что, возможно,
нет. Теперь, когда вскрылось, что Филип Холт приставал к ней, я повторяю
свой вопрос. Дружите ли вы с мисс Корби?
- Конечно, дружим. Я веду ее обедать.
- Вы увлечены ею?
Улыбка Веттера чуть потускнела, но он по-прежнему улыбался.
- Вопрос довольно щекотливый, - сказал он. - Что ж, отвечу. Я видный
человек и должен следить за тем, что говорю. Если я отвечу "да", то завтра
эту новость подхватят все газеты и я получу десять тысяч гневных телеграмм и
миллион писем. Если я скажу "нет, я не увлечен мисс Корби", когда она стоит
здесь рядом, это будет невежливо по отношению к ней. Поэтому я просто не
отвечу. Пойдем, Флора.
- Еще один вопрос. Насколько я понял, ваш отец работает в одном из
нью-йоркских ресторанов. Возможно, вы знаете, замешан ли он в деле о
взятках, о котором поведал нам мистер Корби?
- Дьявольщина! У вас уже совсем крыша поехала! - Веттер резко повернулся
и зашагал к двери, увлекая за собой Флору. Я встал, проследовал за ними в
прихожую, выпустил наружу и закрыл за ними входную дверь. Когда я вернулся в
кабинет, Вульф говорил:
- ...и я уверяю вас, мистер Раго, что мы все союзники. Кроме, разумеется,
убийцы. Ни вы, ни я не заинтересованы, чтобы в это дело вмешалась полиция.
Мастер соусов выпрямился в кресле - мне показалось, что концы его
тараканьих усов тоже вздернулись кверху.
- Фтучки! - фыркнул он.
- Нет, сэр, - сказал Вульф. - Я порой и впрямь не прочь прибегнуть к
"штучкам", если от них есть толк, но в данном случае речь идет просто об
обсуждении прискорбного положения, в котором мы очутились. Так вы не хотите
рассказать нам о своих отношениях с Филипом Холтом?
- Вы меня пораваете, - провозгласил Раго. - Я, конечно, знаю, что на
визнь вы зарабатываете тем, что разгадываете преступления, все это знают, но
для меня вы превде всего - крупный кулинар. Соус "прентан", устричный пирог,
маринованные артифоки - это подлинные федевры кулинарного искусства. Сам
Пьер Мондор рекомендовал вас. Поэтому меня и поравает, что в обфестве такого
маэстро нувно говорить о каком-то убийстве.
- Я тоже не испытываю от этого радости, мистер Раго. И я признателен
Пьеру Мондору за высокую оценку. И все-таки, насчет Филипа Холта...
- Ну раз вы настаиваете. Но что я могу сказать? Повалуй, ничего.
- Разве вы не были с ним знакомы?
Раю развел руками и поднял брови.
- Нет, мы встречались. Как и со многими другими. Насколько я его знал?
Трудно сказать. Насколько, например, я знаю вас?
- Меня вы впервые увидели две недели назад. Мистера Холта вы наверняка
встречали и прежде. Он занимал ответственный пост в вашем профсоюзе, в
котором вы тоже играете не последнюю роль.
- Я никогда не занимался делами профсоюза.
- Но вчера вы неплохо выступали.
Раго кивнул и улыбнулся.
- Да, верно. Но это потому, что я играю не последнюю роль на кухне, а не
в профсоюзе. В приготовление соусов мне и впрямь равных нет - скаву без
ловной скромности. Поэтому меня и пригласили выступить. - Он повернул
голову. - Не правда ли, мистер Корби?
Президент ПРАР кивнул.
- Это так, - сказал он Вульфу. - Мы решили, что следует предоставить
слово знаменитым кулинарам, и остановили выбор на Поле Раго. Насколько мне
известно, на профсоюзных собраниях он никогда не присутствовал. Хотя нам бы
этого очень хотелось.
- Мое место на кухне, - провозгласил Раго. - Я свободный худовник.
Делами пусть занимаются другие.
Вульф посмотрел на Корби.
- А имя мистера Раго не упоминалось в связи с этим делом о взятках? -
спросил он.
- Нет. Я уже говорил, что не уполномочен отвечать на такой вопрос, но в
данном случае отвечу: нет.
- Но вы не сказали "нет", когда я спросил вас про мистера Гриффина. -
Вульф повернулся к поставщику. - Вы не хотите что-нибудь добавить, сэр?
Я по-прежнему так и не понял, что у Гриффина с левым глазом. Следов
повреждения вроде не было видно, но двигался глаз как-то странно. Впрочем, с
того места, где я сидел, глаз вообще казался нормальным.
Гриффин выдвинул вперед костлявый подбородок.
- А как вы сами думаете? - сварливо спросил он.
- Это не имеет значения. Я просто поинтересовался, не желаете ли вы
что-нибудь добавить в связи со сказанным.
- Нет, не желаю. Мне никто никаких обвинений не предъявлял. И вообще я
хотел бы только одного - потолковать с этой дамочкой.
Вульф покачал головой:
- Нет. Пока мы обойдемся без свидетеля. Иди вы до сих пор сомневаетесь?
- Я всегда сомневаюсь. - Голос Гриффина скорее подошел бы человеку, в
котором поместились бы два Гриффина. - Я хочу своими глазами посмотреть на
эту свидетельницу и расспросить ее. Я согласен - сочинять о ней вам вроде бы
ни к чему, но на слово вам я тоже не поверю, пока не поговорю с ней сам. А
уж тогда посмотрим, может, я вам и отвечу.
- Хорошо. И все-таки, какие у вас были отношения с Филипом Холтом?
Насколько долго и как близко вы его знали?
- Идите вы к черту со своей болтовней! - Гриффин вскочил. - Если у меня и
была причина убивать его, неужели я бы вам сказал? - Он оперся ладонями о
стол Вульфа. - Предъявите ли вы нам эту свидетельницу? Нет? - Он круто
развернулся. - С меня хватит! А вам не надоело, Джим? Раго?
Похоже, угощение Вульфа пришлось гостям не по вкусу. Вульф мог бы
попросить Корби и Раго задержаться, чтобы попотчевать их еще порцией
болтовни, но, судя по всему, он и сам решил, что это ни к чему. Они, правда,
задавали ему вопросы - что Вульф собирается делать дальше, что предпримет
свидетельница, почему они не могут с ней увидеться, почему Вульф ей поверил,
собирается ли он встретиться с ней и расспросить поподробнее, - но,
разумеется, ничего путного не выведали. Словом, расставались все отнюдь не
по-братски. Выпроводив компанию, я вернулся в кабинет и остановился перед
столом Вульфа. Он откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди.
- Обед через двадцать минут, - весело провозгласил я. - Указания есть?
- Фу! Нам понадобилась бы целая армия, а у меня ее нет. Сесть каждому на
хвост, проследить все возможные связи с человеком, которого один из них
убил... - Вульф разнял руки и опустил кулаки на стол. - Я не могу даже
сузить рамки поиска, поскольку желание или необходимость убить Холта могли
возникнуть не неделю, и не месяц, и даже не год назад. Возможно, вчера в
палатке убийце просто подвернулся удобный случай. И любой из них - Раго,
Корби, Гриффин или Веттер - мог этим случаем воспользоваться. Жертва была
беспомощна, а нож лежал под рукой. Был и удобный предлог, чтобы зайти в
палатку. Убийце оставалось только развязать полог, и круг подозреваемых
сразу расширялся до бесконечности.
Вульф хрюкнул.
- Нет. Проклятье! На поиски мотива у нас времени не хватит. Нужно
придумать что-то более эффективное.
- Пожалуйста. Я к вашим услугам.
- Боюсь, что и ты мне не поможешь. Вот дьявольщина. Свяжись с Саулом,
Фредом и Орри - пусть держатся на подхвате. Я еще сам не знаю, для чего, но
они мне понадобятся. И оставь меня одного.
Я сел к своему столу и подтянул к себе телефон.
Глава 5
За все время работы у Вульфа я могу припомнить лишь пять случаев, когда
он сокращал продолжительность своего дневного свидания с орхидеями; в тот
день это случилось в пятый раз.
Если Вульфу и удалось что-то придумать, мне он об этом не сказал.
Сведения, которыми я располагал, ограничивались указанием связаться с
Саулом, Фредом и Орри, нашими палочками-выручалочками в тех случаях, когда
требовалась подмога. Усевшись за письменный стол после обеда, Вульф порылся
в бумагах, подсчитал количество пивных пробок, скопившихся за неделю в
ящике, позвонил Фрицу, чтобы тот принес пива, но пить не стал, взял
очередную книгу - "Падение" Альбера Камю, три-четыре раза откладывал ее в
сторону, а потом брал снова. В промежутках Вульф смахивал со стола соринки
кончиком пальца. Когда я включил радио, чтобы прослушать новости, Вульф
дождался конца сводки и лишь потом протопал к лифту, чтобы подняться в
оранжерею.
Позже, почти час спустя, я поймал себя на том, что тоже смахиваю со стола
соринки, и отправился на кухню выпить стакан молока.
Когда в четверть шестого кто-то позвонил в дверь, я сломя голову ринулся
в прихожую, по дороге спохватился, что это ни к чему, и подошел к двери уже
нормальной поступью. Выглянув в окно с односторонним стеклом, я увидел на
крыльце долговязого субъекта, худого, как древко флага, в давно не глаженном
коричневом костюме и коричневой же шляпе. Я приоткрыл дверь, насколько
позволяла цепочка. Внешность, конечно, для шпика малоподходящая, подумал я,
но, кто знает, возможно, у окружного прокурора Делани и у начальника
уголовного розыска Бакстера в последнее время начались сложности с кадрами.
- Да, сэр? - проскрипел я через щель.
- Я бы хотел видеть мистера Ниро Вульфа. Меня зовут Банау. Александр
Банау.
- Хорошо, сэр. - Я снял цепочку и широко распахнул дверь, приглашая его
войти. - Вашу шляпу, сэр. - Он отдал мне шляпу, и я положил ее на полку. -
Сюда, пожалуйста. - Я провел его в кабинет, усадил в красное кожаное кресло
и только тогда сообщил:
- Мистер Вульф сейчас занят. Я скажу ему, что вы пришли.
Я вышел в прихожую, поспешил на кухню, тщательно закрывая за собой двери,
позвонил по домашнему телефону в оранжерею, и уже через три секунды - обычно
на это требовалось секунд пятнадцать-двадцать - в мое ухо ворвался рык:
- Да?
- Гость. Старший официант Александр Банау.
Молчание, потом:
- Впусти его.
- Уже впустил. У вас есть предложения, чем мне его развлекать до шести
часов?
- Нет. - Вновь молчание, уже более продолжительное. - Я сейчас спущусь.
Как я уже говорил, за всю мою карьеру такое случилось с ним в пятый раз.
Я вернулся в кабинет, спросил гостя, не желает ли он чего-нибудь выпить,
услышал в ответ "нет", а пару минут спустя раздался скрежет спускающегося
лифта. Вскоре в прихожей послышались гулкие шаги, и в кабинете появился Ниро
Вульф. Обойдя вокруг красное кресло, он протянул гостю руку.
- Мистер Банау? Я - Ниро Вульф. Рад вас видеть, сэр.
Я чуть не упал. Вульф терпеть не может здороваться за руку - и крайне
редко удостаивает кого-либо подобной чести.
- Слушаю вас, сэр.
- Боюсь, что мне придется огорчить вас, - вздохнул Банау. - А мне бы не
хотелось вас огорчать. Скажите, этот джентльмен, - кивок в мою сторону, -
Арчи Гудвин?
- Да, сэр, это он.
- Значит, я огорчу и его, но ничего Доделать не могу. Я имею в виду
трагическое происшествие во время вчерашнего праздничного пикника. Судя по
сообщениям газет, полиция исходит из версии, что убийца проник в палатку
сзади и скрылся тем же путем. Час назад я звонил на Лонг-Айленд, чтобы
поинтересоваться, ничего ли не изменилось, и мне ответили, что все остается
по-прежнему.
Банау прокашлялся. У меня чесались руки схватить его за длинную и тонкую,
как у журавля, шею и хорошенько тряхнуть. Он вновь заговорил:
- В тех же газетах сказано, что вас с мистером Гудвином тоже вызывали на
допрос, и я сделал вывод, что мистер Гудвин не поставил вас в известность о
беседе с моей супругой, которая сидела в машине позади палатки. Я находился
среди зрителей и слушал вашу речь, которая была прервана криком из палатки.
Когда началось столпотворение, я с трудом пробился сквозь толпу к нашему
"плимуту", сел в него и уехал. Я не люблю шум и суматоху. Только дома жена
сказала мне о разговоре с мистером Гудвином. Она предпочитает не отвлекать
меня, когда я за рулем. Она сказала, что мистер Гудвин подошел к ней и
обратился через окно. Он спросил...
- Прошу прощения, - перебил Вульф. - Ваше предположение, что мистер
Гудвин не поставил меня в известность об этой беседе, беспочвенно. Он мне
все рассказал.
- Что? - вскинулся Банау. - Рассказал?
- Да, сэр. Если позволите...
- Значит, вам известно, что моя жена абсолютно уверена, что во время
выступлений никто не заходил в палатку сзади? Никто, кроме вас и мистера
Гудвина? Ведь она именно это ему сказала!
- Да, я знаю. Но если вы...
- И вы не сообщили в полицию?
- Нет еще. Я бы хотел...
- Тогда у нее нет выбора. - Банау встал. - Это еще хуже, чем я ожидал.
Она должна немедленно связаться с полицией. Какой ужас, человек вашего
положения, да еще и другие... Ужасно, но долг есть долг. Закон прежде всего.
Он повернулся и зашагал к двери.
Я вскочил со стула.
Мне ничего не стоило сграбастать его и скрутить в бараний рог, но меня
остановило выражение лица Вульфа. На нем отчетливо отразилось облегчение; он
даже выглядел довольным. Я стоял и таращился на него, забыв закрыть рот,
пока не хлопнула входная дверь. Я вышел в прихожую, убедился, что худосочный
официант не прихватил по ошибке мою шляпу, запер дверь и вернулся в кабинет.
- Никак у нас радость? - осведомился я. - Не желаете поделиться?
Вульф с шумом втянул в себя воздух, прополоскал легкие и выдохнул.
- Возможно, ты прав, - изрек он. - В жизни я еще столько не унижался.
Выпрыгивал из шкуры при каждом телефонном звонке. А ты заметил, как
быстро я снял трубку, когда ты позвонил в оранжерею? Боялся, черт побери,
боялся даже дойти до термальной, чтобы полюбоваться на ренантеру имшоотиана!
Теперь мы, по крайней мере, знаем, на чем стоим.
- Угу. И где скоро очутимся. Будь я на вашем месте, я бы задержал его
хотя бы для того, чтобы сказать...
- Замолчи!
Я повиновался. Порой я и сам понимаю по тону Вульфа, что лучше оставить
его в покое; а самым безошибочным признаком этого я считаю такое его
состояние, когда он откидывается на спинку кресла, плотно зажмуривает глаза
и начинает поочередно втягивать и выпячивать губы. Это означает, что его
мозг уже перескочил через звуковой барьер. Однажды, во время особенно
трудного случая, Вульф просидел так целый час, беспрерывно шевеля губами.
Я смирно сидел за столом, решив, что нужно держаться ближе к телефону.
На этот раз Вульфу хватило восьми минут - возможно, он боялся, что часа у
него нет. Он раскрыл глаза, выпрямился и заговорил:
- Арчи, он сказал тебе, где находится его жена?
- Нет, он мне вообще ничего не сказал. Должно быть, приберегал для вас.
Насколько я знаю, она могла сидеть за углом в аптеке, ожидая его сигнала,
чтобы позвонить в полицию.
Вульф хрюкнул.
- Тогда нужно срочно убираться отсюда. Я хочу выяснить, кто из них убил
Холта, прежде чем нас арестуют. Мотив и улики могут подождать; сейчас
главное - изобличить убийцу и передать его в лапы Делани. Где Саул?
- Дома, ждет инструкций. А Фред и Орри...
- Нам хватит одного Саула. Позвони и скажи, что мы выезжаем к нему. А где
может проходить встреча, на которую поехал мистер Веттер?
- Полагаю, что на студии.
- Вызови его. Если мисс Корби там, то и ее тоже. И пригласи всех
остальных. Ты должен найти их раньше, чем до них доберется мистер Делани.
Они должны незамедлительно собраться у Саула. Как можно скорее. Скажи,
что они смогут лично задать вопросы свидетельнице и что дело отчаянной
срочности. Если кто-нибудь заупрямится, я сам поговорю...
Я уже снял трубку и набирал первый номер.
С той минуты, как все собрались и Вульф взялся за дело, он потратил всего
четверть часа, чтобы изобличить убийцу. Мне - при удаче - на это
понадобилось бы недели две. Если вы любите шарады, то, прошу вас, откиньтесь
на спинку кресла и начинайте поочередно втягивать и выпячивать губы.
Посмотрим, сколько времени потребуется вам на разгадку. Кстати, все
по-честному, ведь вы знаете ровно столько, сколько знали к тому времени
Вульф и я. Причем задачу я вам упрощаю: не пытайтесь назвать убийцу или
раскопать разоблачительную улику. Вопрос в том, как использовать имеющиеся у
вас сведения, чтобы указать на преступника пальцем. Вульф сделал именно это,
а от вас я большего не требую.
Саул Пензер, который не вышел ростом, но по части ума даст сто очков
вперед любому, живет один на верхнем этаже перестроенного дома на Тридцать
восьмой улице. В тот вечер его просторная гостиная освещалась ярким светом
сразу четырех ламп - двух торшеров и двух настольных, - поскольку жалюзи
были опущены. Гостиная была уставлена стеллажами с книгами, а на стенах
развешаны картины и полки, заставленные всякой всячиной - от коллекции
минералов до моржовых клыков. Один угол занимал рояль.
Вульф обвел глазами собравшихся и произнес:
- Я вас долго не задержу.
Шеф сидел возле торшера в самом большом кресле, которое имелось у Саула -
по размерам оно ему почти подходило. Я примостился слева на табуретке, а
хозяин дома расположился справа у рояля. Гости сидели напротив нас в
креслах, расставленных полукругом. Конечно, куда разумнее и предпочтительнее
было бы посадить убийцу поближе ко мне или к Саулу, но в ту минуту ни один
из нас, включая Вульфа, назвать убийцу еще не мог.
- А где ваш свидетель? - сварливо спросил Гриффин. - Гудвин обещал, что
она будет здесь.
Вульф кивнул.
- Я знаю. Мистер Гудвин порой бывает небрежен в выражениях. Свидетель
здесь присутствует. - Он ткнул большим пальцем в сторону рояля. - Вот он.
Мистер Саул Пензер, который не только чрезвычайно честный и надежный...
- Вы же сказали, что свидетель - женщина!
- Да, другой свидетель и в самом деле женщина; будут, без сомнения, и еще
свидетели, когда один из вас предстанет перед судом. Срочность, о которой
говорил вам мистер Гудвин, связана с тем, что сейчас скажет мистер Пензер.
Но прежде я бы хотел кое-что объяснить.
- Дайте ему сказать, а потом объясните, - вмешался Дик Веттер. - Вас-то
мы уже наслушались.
- Я буду краток, - невозмутимо продолжал Ниро Вульф. - Речь идет о
тесемке, с помощью которой подвязывается полог с задней стороны палатки.
Насколько вам известно, мистер Гудвин завязал ее на узел перед тем, как
мы с ним покинули палатку, чтобы идти на платформу. Позднее, когда я зашел в
палатку, тесемка была уже развязана. Кем? Снаружи никто ее развязать не мог,
поскольку у нас есть свидетельница, которая утверждает, что никто...
Джеймс Корби прервал его:
- Вот ее-то мы и хотим видеть. Гудвин обещал, что она будет здесь.
- Увидите, мистер Корби, в свое время. Пожалуйста, дайте мне закончить.
Следовательно, тесемку развязал один из тех, кто входил спереди - один из
вас четверых, джентльмены. Почему? Скорее всего - чтобы замести следы,
создав иллюзию, что убийца проник снаружи, с тыльной стороны.
Поэтому я пришел к выводу, что необходимо выяснить, кто именно развязал
эту тесемку; и я прибег к услугам мистера Пензера. - Вульф слегка повернул
голову. - Саул, пожалуйста.
Саул держал на коленях черный кожаный футляр.
- Вы хотите подробности, мистер Вульф? Как я раздобыл их?
- Думаю, что не сейчас. Попозже, если им станет интересно. Сейчас нам
важнее - что у тебя есть, а не как ты это раздобыл.
- Да, сэр. - Саул раскрыл футляр и извлек из него какие-то бумаги. -
Лучше я не стану объяснять, как я их раздобыл, поскольку у кого-то могут
быть из-за этого неприятности.
- Что значит "могут"? - не выдержал я. - У кого-то должны быть
неприятности, черт побери!
- Хорошо, Арчи. - Саул поочередно окинул взглядом гостей. - Я располагаю
фотографиями отпечатков пальцев, которые удалось снять с той самой тесемки.
Некоторые получились довольно расплывчатыми, но есть и четыре совершенно
четких. Два из них принадлежат мистеру Гудвину, а происхождение двух других
пока не выяснено.
Саул порылся в футляре и извлек из него несколько предметов, потом поднял
голову и посмотрел на собравшихся.
- Задача в том, чтобы взять у вас отпечатки пальцев и сравнить...
- Не так быстро, Саул. - Вульф снова обвел глазами аудиторию. - Теперь вы
сами видите, в чем дело, и понимаете, почему вопрос нужно решить
безотлагательно. Очевидно, что те из вас, которые НЕ РАЗВЯЗЫВАЛИ тесемку,
согласятся, чтобы их отпечатки сравнили с теми, что есть на фотографиях.
Если же кто-то станет возражать, мы, безусловно, сделаем определенные
выводы. Конечно, есть вероятность, что ни один из ваших отпечатков не
совпадет с теми, которые есть на фотографиях, и в этом случае нам придется
идти иным путем. Мистер Пензер принес сюда все необходимое для того, чтобы
взять у рас отпечатки пальцев, а он в этом деле понимает. Ни у кого нет
возражений?
Гости переглянулись.
- А что, черт возьми? - пожал плечами Веттер. - Мои отпечатки в досье и
так есть. Валяйте.
- Мои тоже есть, - сказал Гриффин. - Я не против.
А вот Поль Раго внезапно взорвался:
- Опять вы за свои фтучки!
Все уставились на него.
- Нет, мистер Раго, - возразил Вульф, - это вовсе не "штучки". Мистер
Пензер предпочел бы не говорить, как ему удалось раздобыть фотографии, но он
расскажет, если вы настаиваете. Заверяю вас...
- Я имел в виду не это. - Соусный король подобрал ноги под себя. - Я имел
в виду вафи слова о том, что тесемку развязал именно убийца. Это соверфенно
необязательно. Более того, это наглое вранье! Когда я вофел в палатку и
посмотрел на Фила, мне показалось, что ему дуфно, и я развязал тесемку,
чтобы впустить свевий воздух. Поэтому, если вы возьмете у меня отпечатки
пальцев и сравните их с фотографиями, что это докавет? Ничего!
Ничегофеньки! Вот почему я заявляю, что все это вафи фтучки, а здесь, в
свободной стране...
Я не пытался его напугать. Я не собирался даже к нему прикасаться. В
кармане уютно покоился заряженный "марли", у Саула тоже был пистолет, так
что, вздумай Раго что-нибудь затеять, мы бы его мигом успокоили. Но
применять оружие в комнате, полной людей, дело непростое и опасное, поэтому
я встал и шагнул в его сторону - с той лишь целью, чтобы быть к нему
поближе. Саулу в ту же секунду пришла в голову такая же мысль, и мы с ним
встали одновременно. Это, видимо, было уже чересчур для натянутых нервов
Раго, который вскочил и бросился к двери.
Тут уж, конечно, нам пришлось применить силу. Я подоспел первый - не
потому, что Саул более медлителен, а потому, что я был ближе к двери - и
скрутил Раго, но этот дуралей затеял драку. Ему удалось больно лягнуть
Саула, опрокинуть торшер и даже расквасить мне нос затылком. Когда же он
вцепился зубами мне в руку, я решил, что с меня хватит, вынул револьвер и от
души стукнул им кусаку - чуть позади уха. Смутьян свалился на пол, как куль
с мукой.
Обернувшись, я увидел, что Дик Веттер тоже заключил кое-кого
Закладка в соц.сетях
