Жанр: Детектив
Погоня за отцом - Ниро Вульф
...и. Она всю квартиру перерыла. Но у
вас-то наверняка хоть одна найдется.
- Дело в том... - Он снова посмотрел вниз. - Меня вовсе не удивляет,
что дома не нашлось ни одной фотографии. У миссис Деново били на этот счет
свои убеждения. Когда нам требовались фотографии наших сотрудников - для
повышения по службе, например, - нам всегда приходилось обходиться без нее.
Ни на какие уговоры она не поддавалась. Отказалась даже сняться для
памятного альбома. Так что ни одной ее фотографии не сохранилось - Он потер
подбородок кончиком пальцев. - Но одна у меня все-таки есть.
- Да... - Я вытянул руку. - В нижнем ящике стола.
Торн резко вздернул голову.
- Откуда вы знаете?
- Любой сыщик знает, как это делается, а я уж в сыскном деле собаку
съел. Когда я попросил у вас фотографию, вы посмотрели вниз и вправо. Потом
еще раз.
Торн улыбнулся.
- Понятно, но вы ошиблись. Фотографии находятся во втором ящике снизу.
Не одна, а две. Фотограф искал лучший ракурс, и миссис Деново случайно
попала в кадр. Она даже не подозревала о существовании этих снимков.
Примерно неделю спустя после ее смерти я вспомнил про эти фотографии и
разыскал их в старых папках. Я, правда, не уверен, что вправе... Понимаете,
если бы она знала об их существовании, она бы их давно уничтожила. Вы
согласны?
- Наверное. Но она мертва. Но если интуиция не подводит Эми, и речь и
впрямь идет об убийстве, то считаете ли вы нужным уничтожить фотографии?
- Нет! Конечно же, нет.
- Разумеется. Могу я взглянуть на фотографии?
Торн потянулся вниз, выдвинул ящик, достал коричневый конверт и вынул
из него два фотоснимка размером примерно пять дюймов на восемь.
- Да, я даже забыл, какая она была красавица, - задумчиво произнес
Торн, разглядывая фотографии. - Снимки сделаны примерно в сорок шестом или в
сорок седьмом, примерно через год после того, как она пришла к нам. Господи,
до чего время меняет людей.
Я встал, обогнул стол и Торн протянул мне фотографии. На одной Элинор
стояла, повернувшись к фотографу боком, на второй лицо вышло анфас, примерно
на три четверти. В целом сходство с Эми было довольно заметным, хотя лоб у
Элинор был чуть шире, а подбородок чуть поострее. Я перевернул фотографии,
но даты съемки на обратной стороне не было.
- Я не могу отдать их вам, - сказал Торн, - но закажу для вас копии.
Сколько вам потребуется.
Я еще раз взглянул на фотографии.
- Да, они нам очень нужны. Давайте я сам сделаю копии и верну вам
фотографии.
Торн возразил, что это единственные фотографии, оставшиеся у него от
женщины, которую он давно знал и высоко ценил, поэтому он не хочет с ними
расставаться. Я протянул ему оба снимка, сказав, что мне нужны по меньшей
мере шесть, а лучше десять копий, после чего вернулся к своему столу, сел и
достал записную книжку.
- Теперь - самое главное, - сказал я. - Вы, конечно, отвечать не
станете, но спросить я все равно должен. Эми считает, что убийцей мог быть
кто-то, работавший здесь. Вы можете кого-нибудь заподозрить?
Торн потряс головой.
- Поскольку вы уже об этом говорили, я отвечу. Это - безнадежная затея.
Сейчас в конторе служат сорок шесть человек. За последние двадцать лет здесь
сменилось человек сто пятьдесят. Не все, конечно, считали, что мисс Деново,
- само совершенство - случались у нас и мелкие стычки и ссоры, но убийство?
Нет, это исключено. Выкиньте это из головы.
Что я с удовольствием и сделал, поскольку еще раньше пришел к
заключению, что в письме к Эми Элинор лгать бы не стала.
- Хорошо, - сказал я, открывая записную книжку, - пусть так. Теперь я
хочу кое-что уточнить. Когда миссис Деново поступила к вам на службу?
- Я проверил это в тот же день, как отыскал ее фотографии. Второго июля
тысяча девятьсот сорок пятого года.
- Были ли вы с ней знакомы до этого?
- Нет. В то утро она пришла и прямо с порога заявила, что, насколько ей
известно, мне требуется стенографистка. Я тогда еще работал на радио и у
меня в штате было всего четверо - мы ютились в трех комнатенках на Тридцать
девятой улице. Моя секретарша как раз ушла в отпуск, и я сразу надиктовал
миссис Деново несколько писем. Ее работа мне так понравилась, что я решил
взять миссис Деново на службу.
- Ее направило к вам какое-нибудь агентство?
- Нет. Я задавал ей этот вопрос, но она ответила, что просто узнала от
кого-то о том, что мне нужна стенографистка.
- Но вы проверяли ее рекомендации?
- Нет, я никогда даже не спрашивал ее об этом. За три дня я сполна
убедился в ее высоком профессионализме, а остальное меня не волновало.
Я закрыл записную книжечку и упрятал ее в карман.
- Что ж, так вы мне и не помогли, - заключил я. - Сперва заверили, что
никто из тех, кто здесь работал, не может иметь отношения к убийству, а
теперь еще говорите, что не знаете, чем она занималась до второго июля сорок
пятого года.
- Да, это так.
- Несмотря на то, что вы проработали вместе двадцать два года? Не верю.
Торн кивнул.
- Вы не первый детектив, который не может в это поверить. Тем не менее,
это правда. Миссис Деново никогда не рассказывала о своем прошлом или о
своей семье. Она вообще избегала говорить на личные темы. Держалась
несколько отчужденно. Хотите, приведу пример? Как-то раз одна дама - важная
для нас, она представляла высокопоставленного клиента - что-то рассказывала
про свою сестру и ненароком спросила миссис Деново, есть ли у той сестра.
Так вот, миссис Деново просто пропустила ее вопрос мимо ушей. Не сказала ни
да, ни нет. Я довольно неплохо разбираюсь в людях, и уже месяц спустя после
прихода к нам миссис Деново я твердо уяснил, что есть определенные пределы,
через которые, общаясь с ней, переступать нельзя. И все годы, что мы
проработали вместе, я соблюдал это правило. Если хотите порасспросить еще
кого-то из ее сослуживцев, я не возражаю, но только предупреждаю, что вы зря
потратите время. Хотите попытаться?
В обычное время я бы ответил, что да, возможно, так и следовало бы
поступить, но пришел я к нему по наущению Вулфа, в то время как мои мысли
были устремлены к предстоящей встрече с Эвери Баллу. Поэтому я ответил, что
не хочу нарушать их трапезу - было как раз время ленча - и зайду позже,
возможно, завтра. После чего поблагодарил его от имени мисс Деново. Торн
сказал, что к четырем часам следующего дня копии фотоснимков будут уже у
него, и я вновь поблагодарил его и откланялся.
По дороге к лифту я решил, что обедать пойду в закусочную Эла - там
замечательно готовят жареную картошку и яичницу с ветчиной. В доме Вулфа на
кухне безраздельно царствует Фриц, который скорее даст отрезать себе руку,
чем пожарит яичницу или картошку, но дело было не в этом. Просто мне претила
сама мысль о том, что придется сидеть за одним столом с Вулфом и слушать его
разглагольствования о будущем компьютерной техники или о влиянии спорта на
американскую культуру, в то время как нужно было бы обсудить, какой подход
подобрать к Баллу.
С другой стороны, поскольку Вулф, по зрелому размышлению, согласился с
тем, что я должен был во что бы то ни стало встретиться с Баллу, я решил,
попивая кофе, что можно несколько смягчить кару для этого заносчивого
гордеца, но все-таки проучить его, чтобы расквитаться за это дурацкое
правило - не вести деловых разговоров за обеденным столом. Поэтому я сидел и
выжидал, посматривая на циферблат наручных часов.
Ровно в два я вышел из закусочной, прошагал три квартала до нашего
старого особняка, в пять минут третьего вошел в кабинет, вынул из сейфа
деньги, заглянул в столовую и, остановившись в дверном проеме, провозгласил:
- Вы велели мне как можно быстрее поместить полученные от мисс Деново
деньги в банк, и я уже бегу. Вернусь через полчаса.
- Нет. - Он отставил кофейную чашечку в сторону. - Это может подождать.
Нам нужно принять решение.
- Извините, - я развел руками. - Я привык подчиняться приказам.
И был таков.
Путешествие на Лексингтон-авеню и обратно заняло у меня тридцать шесть
минут. Телевизор был включен, а Вулф высился посреди комнаты и свирепо
пялился на экран. Похоже, он так раскипятился, что сознательно пошел на то,
чтобы раскипятиться еще больше, поскольку телевизор всегда выводил его из
себя.
Я упрятал банковскую книжечку в сейф, а Вулф, процедив что-то сквозь
зубы, выключил телевизор и грузно протопал к своему столу. Я, в свою
очередь, занял место за собственным столом.
- Где ты шлялся, черт возьми? - прорычал Вулф.
Даже не "где тебя носило".
Я неторопливо закинул ногу на ногу.
- На обед мне подали чересчур жирную пищу, и ел я слишком поспешно.
Подробности опускаю, хотя, если вы будете настаивать, готов выложить все без
утайки. Потом я хотел успеть отнести двадцать тысяч в банк, прежде чем он
закроется. Назад я несся как угорелый, поскольку знал, что вам не терпится
поделиться со мной своим планом обработки Эвери Баллу. Но сперва, конечно,
вы хотите, чтобы я рассказал о беседе с Реймондом Торном.
- Нет. Если только ты не узнал нечто такое, что делает разговор с Баллу
бессмысленным.
- Увы, нет. Мне удалось только раздобыть две фотографии Элинор Деново,
а в остальном - полное фиаско. Вы уже звонили, чтобы узнать, на месте ли
Баллу?
- Нет. Сам позвонишь.
- Угу. Хотя в августе президент корпорации может быть где угодно. А что
мне делать, если окажется, что он на месте? Уговариваться на сегодня? Вы,
надеюсь, уже разработали для меня план действий.
- Не для тебя. - Вулф откашлялся. - Арчи. У тебя множество достоинств,
в том числе довольно редких, но здесь нужен особый подход. К тому же и
прежде вести все переговоры с ним приходилось мне. Ты только при этом
присутствовал. Но я должен быть уверенным в фактах. Ты сказал по телефону,
что чеки, по которым миссис Деново получала наличные деньги, были выписаны
па предъявителя в "Сиборд Банк энд Траст компани". Насколько достоверны эти
сведения?
- Я узнал это от главы филиала "Континентал", расположенного на
Восемьдесят шестой улице, в котором миссис Деново получала деньги. Его
фамилия Этвуд.
- А мистер Баллу занимает пост одного из директоров "Сиборд Бэнк энд
Траст компани"?
- Да, если только его не уволили в самое последнее время. Источник
информации - свежее издание "Международного банковского справочника" под
редакцией Ренда Макнелли.
- Можем ли мы узнать что-нибудь про эти чеки без помощи мистера Баллу?
- Думаю, что это практически невозможно. У "Сиборда" двухмиллиардный
оборот. В год они обрабатывают десятки тысяч чеков. Я даже не представляю, с
какого конца подступиться. Быть может, уговорить Сью Корбетт или саму мисс
Деново соблазнить одного из помощников вице-президента, а потом, если ничего
из этого не выйдет, подождать годок-другой и соблазнить другого, и так по
очереди...
- Позвони мистеру Баллу.
- Говорить будете вы?
- Нет. Твое нахальство должно сыграть нам на руку. Скажи, что если его
устроит, я готов принять его в шесть.
Я развернулся, нашел в адресной книге телефон "Федерал Холдинг
Корпорейшн" и набрал нужный помер. Как и в первый раз, когда я звонил Баллу,
мне пришлось поочередно пообщаться с тремя голосами, прежде чем удалось
пробиться к самому Баллу. Наконец я услышал знакомый голос:
- Гудвин? Арчи Гудвин?
- Совершенно верно. Рад, что застал вас на месте. Я звоню по просьбе
Ниро Вулфа. Если это вас устроит, он готов принять вас в шесть вечера в
своем кабинете. В крайнем случае - чуть позже.
Молчание. Потом:
- Сегодня?
- Да. Дело не терпит отлагательства.
Вновь молчание. Ясное дело - Баллу никак не мог спросить, что
случилось. Боялся, что кто-то может подслушать. Тем не менее он все-таки
исхитрился и задал вопрос:
- Сколько времени это займет?
- Думаю, что немного. Возможно, полчаса.
Короткое молчание, потом:
- Хорошо, к шести я буду.
И он положил трубку.
Я повернулся к Вулфу, который не спускал с меня глаз.
- Бедняга, должно быть, решил, что старые грешки выплыли наружу, -
посочувствовал я.
Вулф ответил, что тем приятнее Баллу будет убедиться в том, что он
ошибся. Потом Вулф посмотрел на настенные часы, прикинул, что у него есть
еще час до посещения оранжереи и велел мне приготовить блокнот. Еще с
прошлой недели накопилось несколько писем, на которые он не ответил.
В половине шестого, расправившись примерно с дюжиной писем, я поднялся
в свою комнату, чтобы сменить рубашку - беготня по нью-йоркским улицам в
такую жару не лучший способ сохранить воротнички чистыми. Двадцать минут
спустя я уже сидел в кабинете, дожидаясь, пока спустится Вулф.
Он вышел из лифта и направился к столу, когда в дверь позвонили.
Мне кажется, что, описывая дело о расследовании убийства Изабел Керр*,
я упоминал, что лицо Баллу было с морщинками, но не дряблое. Так вот теперь,
когда я впустил Баллу в прихожую, дряблость была уже заметна. Тем не менее
бедняга силился придать себе мужественное и решительное выражение. Он
мужественно и решительно прошагал в кабинет, уселся в красное кожаное
кресло, сухо кивнул Вулфу и потер лоб. Этот жест мне уже приходилось видеть,
когда Баллу нервничал.
* См. Рекс Стаут "Смерть потаскушки".
- Я не привык... - начал было он, но осекся, поскольку получилось
слишком хрипло. Чуть прокашлявшись, он начал заново:
- Я не привык, чтобы со мной разговаривали таким повелительным тоном!
Вулф кивнул.
- Вы правы. Просто у меня не было другого выхода. Мне нужно было срочно
поговорить с вами, а я, как вам известно, никогда не выхожу из дома по
делам. Кроме того, у меня есть основания полагать, что приди мы с мистером
Гудвином к вам в кабинет, вам бы это тоже не пришлось по вкусу. Но первым
делом...
- Что случилось?
- Сейчас, не спешите. Итак, первым делом я хотел бы вас успокоить. Эта
встреча никоим образом не связана с тем, что случилось восемнадцать месяцев
назад. Ни к вам, ни к вашим личным делам это вообще не имеет никакого
отношения.
- Тогда почему, черт побери...
- Прошу вас, не перебивайте. Поверьте, я и так испытываю неловкость и
даже смущен, что случается со мной крайне редко. Я даже не вполне уверен, с
чего начать. Дело в том, что мне нужна ваша помощь, но я еще не представляю,
в какие слова облечь свою просьбу, чтобы она нашла у вас понимание.
Баллу недоверчиво посмотрел на него.
- Вот уж за словами-то вы точно никогда в карман не лезете. Так вы не
шутите? Это и в самом деле со мной не связано?
- Да. Это касается лично меня. И мистера Гудвина.
Баллу испустил душераздирающий вздох, откинулся на спинку кресла,
перевел взгляд на меня и произнес:
- Я бы не отказался промочить горло.
- Джин со льдом и долькой лимона? - спросил я.
- Вы запомнили? Ну и память у вас, черт возьми!
Я не шелохнулся - никакая сила на свете не заставила бы меня пропустить
хоть малую толику того, что должно было случиться в ближайшие пять минут.
Вулф, видя, что я незыблем как скала, нажал на кнопку и, когда появился
Фриц, сделал сразу тройной заказ: джин для гостя, пиво для себя и молоко для
меня.
Потом, прищурившись, посмотрел на Баллу.
- Положение чертовски затруднительное. Вы не связаны со мной ровным
счетом никакими обязательствами. Вы уплатили мне вполне приемлемую сумму за
щекотливую и весьма непростую работу, которую я проделал. Вы говорили, что
готовы уплатить любую цену за то, чтобы я помог вызволить вас из той
передряги, но ничего другого вам и не оставалось - вы были приперты к
стенке. Тогда вы честно уплатили мне то, что причиталось, так что, повторяю,
вы свободны от каких бы то ни было обязательств по отношению ко мне. Тем не
менее мы с мистером Гудвином попрежнему располагаем определенными
сведениями, разглашение которых вы были бы готовы предотвратить любой ценой.
Понимаете теперь, в чем щепетильность этой ситуации? Как мне обратиться к
вам за помощью, не рискуя быть обвиненным в вымогательстве? Или в шантаже?
Не судом, конечно, - вами.
Вулф поджал губы и покачал головой.
- Проклятье Никакие слова тут не помогут. Никакие слова не в состоянии
заглушить ваши подозрения, что я способен выдать вашу тайну. Мы-то с
мистером Гудвином отдаем себе отчет в том, что никакая сила на свете не
заставит нас пойти на попятный и предать вас, но вы знать этого не можете, а
я, в свою очередь, не могу вскрыть ваш череп и заменить одни мысли на
другие.
Вулф снова покачал головой.
- Попробую по-другому. Мне необходима ваша помощь. Я могу обратиться к
вам за ней, основываясь на предпосылке, что вы до сих пор цените ту услугу,
что я оказал вам в свое время. Если же это не так, обращаться к вам я не
стану.
- Нет, это как раз так. - Баллу даже улыбнулся. - Жаль только, что вы
сразу не придумали, как донести это до меня. Я рад также, что вам не
придется вскрывать мой череп. Итак, в чем состоят ваши трудности?
Вулф не ответил, поскольку в кабинет вошел Фриц с подносом, уставленным
напитками. Сначала он обслужил Вулфа - пиво, как водится, подается Вулфу
неоткупоренным, после чего Вулф извлекает из стола золотую открывалку -
подарок Марко Вукчича - и откупоривает бутылочку сам. Когда Фриц, поставив
передо мной стакан молока, вышел из кабинета и закрыл за собой дверь, Баллу
успел уже наполовину опорожнить свой бокал.
Вулф слизнул с губ пену и посмотрел на Баллу.
- Что ж, - сказал он, - самое трудное позади. Облечь просьбу словами
мне уже гораздо проще. Если верить мистеру Гудвину, вы занимаете пост
директора "Сиборд Бэнк энд Траст компани"?
Баллу кивнул.
- Я вхожу в совет директоров. Я член совета директоров нескольких
компаний. Восьми, если быть точным.
- Вот как? Я слабо разбираюсь в советах директоров, но мне
представляется, что директор должен быть знаком хотя бы с некоторыми из
своих подчиненных. А дело вот в чем. Двадцать два года назад, в июне тысяча
девятьсот сорок пятого года, некто - назовем его Икс - получил из "Сиборд
Бэнк энд Траст компании заверенный чек ни предъявителя на сумму в одну
тысячу долларов. В июле, а затем в августе он получил точно такой же чек.
Это продолжалось каждый месяц в течение двадцати двух лет - всего Икс
получил двести шестьдесят четыре чека. Последний из них датирован маем этого
года; с тех пор ни одного чека выписано не было и не будет выписано впредь.
Мне необходимо знать, кто такой Икс. Я должен задать ему несколько вопросов.
Вот и все.
Баллу отпил из бокала.
- А остальное?
- Это все.
- Господи! Все это представление, все ухищрения, чтобы заманить меня
сюда, - ради такого пустяка!
- Я не знал, что это пустяк.
- Полная ерунда. Конечно, было бы еще проще, если бы чеки были выписаны
не на предъявителя, а на конкретное лицо, но я и так не вижу никаких
сложностей, поскольку чеки выдавались на одну и ту же сумму в течение
двадцати двух лет. Любой клерк в два счета управится с этой задачей. Гудвину
достаточно было попросить меня об этом по телефону. Я завтра позвоню ему.
Или кто-то от моего имени. - Он вновь прихлебнул из бокала. - Вы, конечно,
здорово меня напугали, за что я на вас зол, но, поскольку вы завели этот
разговор, готов признать, что до сих пор не забыл и чрезвычайно высоко ценю
ту услугу, которую вы оказали мне в то время, когда помощь требовалась мне
несравненно больше, чем сейчас вам.
Он опустошил бокал и повернулся ко мне.
- Как сыскной бизнес? Процветает? Вообще-то вы меня удивили, Гудвин.
Вулфу простительно - он никуда не ходит и не знает банковского дела, но уж
вы-то должны были знать, что такие дела проще пареной репы. Завтра вам
позвонят.
Баллу встал, пожал Вулфу руку, потом обменялся рукопожатием со мной. Я
проводил его, вернулся в кабинет и обратился к Вулфу:
- Уже другой, не тот, что был в прошлом году. Это все враки, что
владельцы предпочитают ездить на одном и том же "роллс-ройсе" всю жизнь.
Возможно, вы поспешили согласиться с Баллу, что ни к чему было
устраивать такое представление и прибегать к подобным ухищрениям, чтобы
заманить его к нам, но делать такой поспешный вывод вам не следовало. Ведь
Баллу не знал о том, что Икс - отец Эми, который вовсе не хотел, чтобы его
таким образом выследили. Не говоря уже о том, что он мог оказаться и
убийцей. Как бы то ни было, и вас и меня подстерегал крайне неприятный
сюрприз.
На следующий день после встречи с Баллу, во вторник в четверть седьмого
в нашу дверь позвонили. Я пошел открывать и увидел на крыльце Баллу.
Откровенно говоря, еще раньше, когда обещанного телефонного звонка так
и не последовало, я догадался, что все не так уж просто, как казалось Баллу.
Поэтому весь день я не отходил от телефона и лишь в четыре часа, позвонив
Реймонду Торну и узнав, что фотокопии уже готовы, я сказал Вулфу, что
переключаю телефон на оранжерею, и отлучился.
Воздух на улице был еще раскаленнее, чем накануне, так что я был
несказанно рад, когда наконец, вернулся в наш дом с кондиционером. Копии
получились очень удачные, почти неотличимые от оригиналов. В четверть
седьмого, когда в дверь позвонили, Вулф как раз сидел за столом и
разглядывал их. Когда я сказал ему, что пришел Баллу, Вулф только хрюкнул,
но фотографии убрал.
На этот раз Баллу не протянул Вулфу руки. И в красное кресло уселся с
таким видом, словно собирался обосноваться в нем надолго. Баллу устремил
взгляд на Вулфа и выпалил:
- Дорого бы я отдал за то, чтобы узнать, что вы знали вчера.
Вулф устроился поудобнее. Похоже, меня ожидало еще одно представление.
- Вы не совсем ясно выразились, - произнес Вулф. - Я даже затрудняюсь
дать вам ответ. Вчера я знал, да и сейчас знаю чрезвычайно много. Если вас
интересует, что я знал про Икс, то ответ прост - ничего. Мало того, что в
моем распоряжении не было ни единого факта, у меня не было и до сих пор нет
серьезных оснований для предположений и умозаключений. Я совершенно...
- Вы слишком многословны. Вы знали, зачем вам нужны сведения. Вы знали
достаточно, чтобы вам было важно затащить меня сюда. Это вы вполне можете
мне сейчас сказать, и я настаиваю на том, чтобы вы это сделали.
Вулф запрокинул голову на спинку кресла и смежил очи. Чаще всего, когда
очередной посетитель ставит его в затруднительное положение, Вулф смотрит на
меня, но сейчас это ему не помогло бы. Не на того напал. Увертываться и
тянуть время было совершенно бесполезно. Да и стоило ли? Чем рисковал Вулф,
посвящая в случившееся Баллу? Да ровным счетом ничем. Я пришел к такому
выводу за десять секунд. Вулф, судя по всему, тоже. Он открыл глаза, чуть
выпрямился и сказал:
- Я бы рассказал вам это еще вчера, если бы вы об этом попросили. Все
дело в том, что одна молодая женщина попросила меня помочь отыскать ее отца.
У меня имеются основания полагать, что мы существенно продвинемся вперед,
если сумеем выяснить, кто выписывал эти банковские чеки. Раскрыть вам имя
моего клиента я не могу, поскольку это было бы нарушением профессиональной
этики, но...
Он замолк, поскольку Баллу его не слушал. Член восьми советов
директоров откинул назад голову и совершенно неприлично хохотал. Вулф
вопросительно посмотрел на меня, и я развел руки в стороны, одновременно
изогнув брови. Баллу досыта нахохотался, утер слезы, одарил нас с Вулфом
широчайшей улыбкой и сказал:
- Изумительно. Просто потрясающе. Так он скрывался целых двадцать два
года? Просто не могу поверить.
- Судя по всему, вы его знаете.
- Еще бы! Кстати, возможно, вам не помешает знать, что деньги по этим
чекам получала Элинор Деново.
- Да, спасибо. Моего клиента зовут не так, но к нашему делу это тоже
имеет отношение. Так вот, мистер Баллу, поскольку вы знаете, кто... Я хочу
только вас предупредить, чтобы не было никаких недоразумений. Если вы
назовете мне имя этого человека, а я надеюсь, что вы это сделаете, то я не
смогу расценивать полученные от вас сведения как конфиденциальные. Более
того, я собираюсь использовать их в интересах моего клиента.
- Да, я понимаю. - Баллу явно получал удовольствие от происходящего.
Глаза его еще лучились смехом. - Еще пару часов назад я думал, что не сделаю
этого; я хотел даже позвонить вам и сказать, что ничего не вышло, однако
любопытство пересилило. Теперь, когда вы рассказали, в чем дело, я решил,
что назову вам его. Если, конечно, вы не водите меня за нос. Вы мне сказали
правду - дело и впрямь только в том, что эта молодая женщина хочет знать,
кто ее отец?
- Да, это правда. Кстати, имя Элинор Деново, которое вы назвали,
убеждает меня в том, что я прав.
- Поразительно! Просто не верится. А сколько лет этой женщине?
- Двадцать два. Первый чек пришел через две недели после ее появления
на свет.
- Давайте посчитаем... От семидесяти шести отнять двадцать два... Ему
было пятьдесят четыре. Тогда я знал его не так хорошо, как сейчас. Его
фамилия Джаррет - Сайрус М. Джаррет. В том, что я вам рассказываю, ничего
конфиденциального нет - в банковских кругах это знают все. Двадцать два года
назад он был президентом "Сиборд". В пятьдесят третьем году - ему было
шестьдесят два, - он стал председателем правления. Некоторые из нас хотели,
чтобы он сложил с себя полномочия, но у него слишком большой пакет акций. К
тому же он чрезвычайно богат. Обычно в шестьдесят пять принято уходить от
дел, но он не захотел. Тем не менее, большинство проголосовало за его
отставку, и он ушел с поста председателя правления, оставшись, правда, в
совете ди
...Закладка в соц.сетях
