Жанр: Детектив
Гамбит - Ниро Вульф
...на. Вы правы, говоря, что моя гипотеза ничего не
стоит, если ее нельзя доказать, но ведь не исключено, что ее можно
подтвердить - именно поэтому я хотел рассказать вам о ней, потому что это
дело для детектива, а не для адвоката. Я не стану подсказывать вам дюжину
разных способов, которыми можно ее подтвердить, потому что это ваша
профессия, а не моя. Но скажу вам одно, если бы я был детективом,
стремящимся снять с Блаунта обвинение в убийстве, которого он не совершал, я
бы не отбрасывала эту гипотезу. Я не хочу быть назойливым, но вы понимаете,
что я глубоко заинтересован в этом деле.
- Понятно, - Вульф был терпелив. - Я согласен, что ваше предложение
заслуживает рассмотрения, Подтвердись оно, это было бы тем ценнее, что сняло
бы подозрения не только с Блаунта, но и с "посредников", имевших доступ к
шоколаду. Теперь я остановлюсь на них. Ведь детектив должен принять и их во
внимание. Вы предложили одно объяснение, я предложу другое. Один из этих
четырех убил Джерина, но не из вражды к нему, а чтобы погубить Блаунта. Злой
умысел был направлен против Блаунта. Поэтому я спросил, хорошо ли вы их
знаете. Если это можно доказать...
- Боже милостивый. - Эвери вытаращил глаза. - Это вздор. Вы что,
серьезно?
- Почему бы и нет? Мое предположение так же достойно рассмотрения, как
и ваше, и его гораздо легче проверить. Почему это вздор?
- Почему? - Эвери развел руками. - Может быть, мне следовало сказать...
неправдоподобно. Убить таким образом умышленно человека, не имеющего к вам
отношения, только с целью обвинить другого. Возможно, я наивен для моего
возраста и опыта, но такая испорченность... мне трудно поверить в это. Но я
не могу отрицать, что это возможно.
- Значит, это не вздор. Но, вероятно, нет смысла спрашивать, знаете ли
вы или подозреваете что-то, указывающее на одного из них?
- Несомненно, - он подчеркнул это. - Даже если бы я знал, я бы... - Он
вдруг остановился, взглянул на Салли и повернулся к Вульфу. - Нет, это
неправда. Если бы я хоть что-то знал или подозревал, я сказал бы вам. А вы?
Вульф покачал головой.
- Если я и знаю, то воздерживаюсь от высказывания подозрений. Я
беседовал с тремя из них - Хаусманом, Фэрроу и Йерксом - и ожидаю Комуса
завтра. Все они признают невиновность Блаунта, это радует, но не помогает. Я
же не только признаю это, но настаиваю на этом, и, опираясь на вашу
гипотезу, или на свою, или на какую-то другую, намерен это доказать.
Глава 9
Дэниел Комус приехал в среду сразу после полудня. Хорошо еще, что не
вечером, а то все удовольствие от бараньих почек, наколотых и вымоченных в
оливковом масле с солью, перцем, тимьяном, горчицей, мускатным орехом, а
затем обжаренных (пять минут с одной стороны, с той, где кожица, и три с
другой), да дважды сбрызнутых пряным маслом, было бы безнадежно испорчено. Я
уже говорил, что никакие обстоятельства не могут испортить Вульфу обед,
если, разумеется, еда приготовлена должным образом. Но в тот день, если б
Комус хоть телефонным звонком не отозвался на ультиматум Салли, почки
несомненно были бы съедены без всякого аппетита. С равным успехом их можно
было бы скормить Вольтеру.
В тот день Вульф в первый (и, кажется, в последний) раз за все время
нашего общения отменил без всяких видимых причин данные мне указания. Утром,
когда мы с Салли завтракали (свежие рогалики и яйца, сбитые с вином и
бульоном), он позвонил мне из своего кабинета и попросил вызвать на шесть
часов Сола Пензера, Фреда Даркина и Орри Кэтера - трех отличных ребят, о
которых он говорил Йерксу. У меня сразу улучшился аппетит. Я не имел ни
малейшего представления, зачем они ему нужны, но поскольку они втроем
обходились ему четвертную в час, то вряд ли он собирался обсуждать с ними
предположения доктора Эвери. Однако прошло всего десять минут, как он
позвонил снова и попросил все отменить. Это было неслыханно. Единственное,
чего он никогда не делает, так это не мечется из стороны в сторону и не
дергает других. Ничего себе, начался денек.
Когда в одиннадцать утра он, спустившись в свой кабинет, застал в
кресле рядом с бюро клиентку с "Таймс" в руках, то задержался по пути к
своему письменному столу, чтобы бросить на нее угрюмый взгляд и еле заметным
кивком пожелать ей доброго утра. Затем перевел все тот же угрюмый взгляд на
меня, поставил в вазу орхидеи, сел, наконец сдвинул держатель бумаг -
неотесанный кусок окаменевшего дерева - с кипы утренней почты и взял в руки
верхний конверт с письмом председательницы женского клуба любительниц
орхидей в Монтклэре, которая спрашивала разрешения привести примерно сотню
любительниц полюбоваться на его орхидеи. Мне уже приходила в голову мысль
отложить это письмо и самому с ним разобраться: я опасался, что он будет
болезненно реагировать на любое упоминание о любительском клубе, но, в конце
концов, решил я, раз я смог все это прочесть, то и он может.
Он просмотрел почту, прижал ее снова держателем и взглянул на меня.
- Кто-нибудь звонил?
Он никогда об этом не спрашивал, так как прекрасно знал, что если бы
кто-нибудь интересующий его и позвонил, то я бы об этом не умолчал.
- Да, сэр, Лон Коэн хочет прислать репортера, чтобы он взял интервью у
мисс Блаунт.
- А зачем вы сказали ему, что она здесь?
- Я не говорил. И вы это знаете не хуже меня. Она выходила погулять, и
кто-то из журналистов ее заметил. Можно попросить Сола, Фреда и Орри
выяснить, кто именно.
- Арчи, я сегодня не настроен шутить.
- Я тоже.
Он перевел взгляд на клиентку.
- Мисс Блаунт. Я надеюсь, что вы уйдете, прежде чем войдет мистер
Комус.
- Я предпочла бы остаться, - сказала она. - Я лучше останусь.
- Нет. Мистер Гудвин вам потом все расскажет Так что, пожалуйста,
уйдите.
Она покачала головой.
- Я останусь.
Она ни с кем не собиралась спорить. Просто констатировала факт - и все.
В другой раз он наверняка тут же взорвался бы, наорал на нее, а если б
она продолжала настаивать, то попросил бы меня отнести ее наверх и запереть
в комнате. Сейчас же он ничего этого не сделал, только молча уставился
сначала на нее, потом на меня, приподнял держатель для бумаг и, взяв верхнее
письмо, рявкнул:
- Арчи, записную книжку.
В течение последующего часа он продиктовал шестнадцать писем, лишь три
из которых отвечали на утреннюю почту. Эта записная книжка хранится у меня
до сих пор. Все эти письма были потом перепечатаны, но ни одно не подписано
и не отправлено, Все они необычайно вежливы. Например, он просил прощения у
мальчика из Канзаса за то, что сразу не ответил на письмо, присланное недели
две тому назад с двумя страницами вопросов о работе детектива, но ответить
на вопросы все же не удосужился. Когда позвонили во входную дверь, Вульф был
как раз на середине послания какому-то любителю орхидей из Эквадора. Я вышел
в холл посмотреть, в чем дело, и вернулся сообщить, что это Комус. Было
десять минут первого.
Мне, конечно, любопытно было поглядеть, как Салли будет себя с ним
вести, и, проводив гостя в кабинет, я остановился позади него. Она молча
сидела в кресле, глядя прямо на него и не собираясь двигаться с места или
говорить. Он хотел было подойти к ней, но замешкался на полпути и отвернулся
от нее, пробормотав: "Глупая курица". Его взгляд скрестился со взглядом
Ниро, я представил их друг другу и указал ему на красное кожаное кресло. Он
заговорил:
- Под угрозами этой истерички я вынужден был прийти.
Поскольку сам Вульф был убежден, что любая, самая спокойная и
уравновешенная женщина обычно просто отдыхает после предыдущей истерики или
готовится к следующей, он не нашел, что ответить, и предпочел не
реагировать.
- Раз вы все-таки пришли, - сказал он довольно спокойно, - то садитесь.
Собеседники в равном положении, когда их глаза на одном уровне. Недаром
судья всегда сидит на возвышении.
Комус подошел к красному кожаному креслу, но не стал в него
усаживаться, а лишь присел на краешек.
- Мне бы хотелось сразу кое-что уточнить, - заявил он. - Если вы
рассчитываете, что я возьму вас в компанию и мы будем вместе представлять
интересы Мэтью Блаунта, то вы глубоко ошибаетесь. Во всем, что я делаю или
собираюсь сделать, я руководствуюсь и буду руководствоваться лишь одним -
интересами моего клиента. Кроме того, хочу добавить, что меня совершенно не
удивляет избранная вами тактика. Я хорошо с ней знаком, и потому, в
частности, мне не хотелось вступать с вами в деловые отношения. Я, конечно,
не виню мисс Блаунт, поскольку она плохо разбирается в такого рода вещах.
Она не понимает, что оказанное на меня давление имеет характер шантажа и что
в случае, если б она осуществила свою угрозу, то оказалась бы виновной в
клевете. Вы ведь не станете отрицать, что она написала это письмо по вашему
указанию.
Вульф кивнул.
- Да, я продиктовал его мистеру Гудвину, он его отпечатал, а мисс
Блаунт подписала, - при этом он смотрел на адвоката с таким выражением,
словно пытался решить, сильно ли я преувеличивал, рассуждая о коже и костях.
- А что касается шантажа, то о каком шантаже может идти речь, если мы
требовали от вас всего только полчаса вашего личного времени, не более того.
Обвинение в клевете можно было бы тоже отвести, но, боюсь, что мисс Блаунт
не сможет должным образом доказать истинность своих предположений. И поэтому
обсуждать данный вопрос бессмысленно. Она не доверяет искренности ваших
намерений защищать интересы ее отца и считает возможным, что вы предадите их
ради собственных интересов, а вы, понятно, будете это отрицать. Так что это
вопрос дискуссионный, окончательно решен быть не может, и не к чему попусту
тратить время. И вот я...
- Это полная чушь! Детские выдумки!
- Возможно. Никто, кроме вас не сможет прояснить этот вопрос, поскольку
ответ на него скрыт в вас самом, в вашей душе и в вашем сердце. А я бы хотел
обсудить с вами гипотезу, о которой шла речь в письме мисс Блаунт. Она
построена отчасти на доподлинно установленном факте, отчасти - на
предположении. Предполагается, что мистер Блаунт невиновен. А доподлинно
установленный факт...
- С этой гипотезой я знаком.
Вульф удивленно поднял брови.
- Да ну?
- Да. Ведь, если я не ошибаюсь, вы рассказывали о ней вчера Йерксу?
- Да.
- Он сегодня утром мне об этом сообщил. Не по телефону, он заходил ко
мне. На него она произвела большое впечатление, на меня - тоже. Я был
потрясен, когда эта мысль впервые пришла мне в голову, это было неделю тому
назад, и, когда я поделился ею с Блаунтом, он тоже был потрясен. Я, правда,
не делал того, что делали вы, я не стал говорить об этом с теми, кто замешан
в эту историю. Интересно, а Фэрроу и Хаусману вы тоже обо всем рассказали?
Брови Вульфа были по-прежнему удивленно подняты.
- Так вам это тоже пришло в голову?
- Конечно. Не могло не прийти. Раз мышьяк подложил не Блаунт, а он
этого действительно не делал, то, следовательно, кто-то из этих троих, и у
него должен был быть мотив. Не мне вам объяснять, что в каждом преступлении
надо искать того, кому это выгодно. А единственное последствие убийства
Джерина, которое может иметь какое-либо значение для кого-то из них, это
арест Блаунта и предъявление ему обвинения в убийстве. Вы, конечно,
включаете и меня в список подозреваемых, а я - нет. Может, поэтому вы
рассказали все Йерксу? Вы, наверное, думаете, что идиотское предположение
мисс Блаунт указывает на меня, а он тут ни при чем?
- Нет. Сейчас вы действительно представляетесь мне наиболее вероятным
кандидатом, но это может быть и любой из них. А Йерксу я сказал, просто чтоб
начать об этом разговор. Не о вас с миссис Блаунт, конечно; даже если
подозрения мисс Блаунт имеют под собой серьезные основания, то вы были
достаточно скрытны, чтобы не возбуждать подозрений. Мне хотелось поговорить
о них самих и об их отношении к мистеру Блаунту. Успех любого расследования,
как вы знаете, в значительной степени зависит от разговоров. - Вульф сделал
жест рукой. - Вам-то это, конечно, не нужно, вы знакомы с ними многие годы.
У вас могли быть какие-то подозрения, и подкрепив их фактами, известными
только вам с Блаунтом, вы можете добиться успеха. И в этом случае я вам не
нужен.
Комус откинулся на спинку стула и задумался, закрыв при этом глаза,
будто бы заглядывал куда-то внутрь. Из окна, находившегося позади
письменного стола Вульфа, прямо на него падал свет, и он казался мне не
таким костлявым, как у камина в гостиной Блаунта, но намного старше:
бросались в глаза морщины, собирающиеся к уголкам рта и к носу.
Он открыл глаза.
- У меня еще нет ясного представления об этом деле, - сказал он.
- Хмм, - протянул Вульф.
- Да, еще нет. Гипотеза ваша достаточно очевидна, если считать, что
Блаунт невиновен, но как вы можете быть в этом уверены? Я знаю, почему в
этом уверен я, но вы-то почему?
Вульф покачал головой.
- Вряд ли вы можете ожидать от меня искреннего ответа до тех пор, пока
мы с вами не сотрудничаем. Но даже если б у меня и не было для этого иных
оснований, достаточно было бы и такого: если Блаунт виновен, то я не смогу
отработать вознаграждение, уже полученное от его дочери, а незаработанные
деньги, как сырая рыба - желудок наполняет, а переварить трудно. Так что я
считаю, что отец моей клиентки не убивал этого человека.
- Вот в этом вы совершенно правы. Не убивал.
- Отлично. Всегда приятно получить подтверждение от того, кто знает
наверняка. Конечно, было бы еще приятнее, если бы вы объяснили мне, откуда
вы это знаете, но на это я не могу рассчитывать. По всей вероятности, это
ваша с мистером Блаунтом тайна.
- Ну, пожалуй, да. - Комус глубоко вздохнул. - Хочу вот о чем у вас
спросить. Сегодня я увижу своего клиента. Если я предложу ему нанять вас для
того, чтобы кое-что выяснить, и он согласится, то возьметесь ли вы за это?
Расследовать одно конкретное обстоятельство под моим руководством?..
- Не могу сказать. Сомневаюсь. Я должен знать, о чем конкретно идет
речь и насколько я буду ограничен в своих действиях вашим руководством. Вы
ведь в целом не одобряете моих методов.
- Тем не менее, они весьма результативны. Если вы будете удовлетворены
по этим двум пунктам, то тогда как, возьметесь?
- Если это не будет противоречить интересам мисс Блаунт, и она
согласится, и я получу письменное заверение, что мистер Блаунт, а не вы,
станет моим клиентом, то тогда, да. Так о чем речь?
- Придется вам подождать, пока я не поговорю с Блаунтом. Смогу я с вами
связаться сегодня вечером?
- Да. Но имейте в виду, что я поверю лишь письменной просьбе мистера
Блаунта. Так или иначе я должен принять во внимание мнение мисс Блаунт на
ваш счет, ведь она - мой клиент. Что-то вы слишком быстро переменили свое
мнение обо мне.
- Да нет, не так уж быстро. - Комус повернулся в своем кресле, чтобы
обратиться к Салли, начал быстро что-то говорить, но замолк на полуслове и
вернулся к разговору с Вульфом. - Тот факт, о котором вы упоминали,
известный только мне и Блаунту, требует некоторого расследования - не сам
факт, конечно, а то, что из него следует. Я сначала надеялся сделать это
самостоятельно или при помощи пары своих секретарей, но позавчера, в
понедельник, я понял, что здесь требуется профессионал, и решил позвонить
вам. А тут узнаю из газеты, что вы будете заниматься делом Блаунта. Я решил,
что вы сами решили сунуть сюда свой нос, и реакция моя была очевидна.
Вечером же позвонила миссис Блаунт и сказала, что вас наняла ее дочь. Тогда
я понял, что зря на вас разозлился, и решил к вам прийти, чтобы нанять вас
самолично, но тут вы сами знаете, с чем я столкнулся. С идиотским
предположением мисс Блаунт. Конечно, я вел себя не лучшим образом. Ни вы, ни
Гудвин тут ни при чем, это все она.
Тут он махнул рукой.
- Ну, да ладно, это было довольно глупо. А вчера пришло это письмо, без
сомнения, продиктованное вами. Немалого труда стоило мне взглянуть на все
вашими глазами, и я понял, что вы действуете в соответствии с интересами
клиента. Когда же сегодня утром явился Йеркс и изложил вашу гипотезу,
которая полностью совпала с моей, мне стало очевидно, что вы не просто
набиваете цену, а действительно верите в невиновность Блаунта. Итак, я
явился сюда, намереваясь воспользоваться вашими услугами. Так что сами
видите, перемена была не столь внезапной, как кажется на первый взгляд.
Он встал и подошел к Салли.
- И что ты себе в голову вбила, - сказал он, - одному Богу известно.
Если в тебе осталась хоть капля здравого смысла, шла бы лучше домой. Мне
сегодня уже звонили из двух газет, спрашивали, что ты делаешь у Ниро Вульфа.
Интересно, ты поумнеешь когда-нибудь? - Он махнул рукой и повернулся снова к
Вульфу. - Итак, я поеду к Блаунту и сегодня же вечером или завтра утром дам
вам знать. Он наверняка станет лучше к вам относиться, если узнает, что вы
отослали Салли домой. Могу ли я его обрадовать этим?
- Нет, сэр. Я не могу диктовать клиенту, как ему себя вести.
- Ну, ладно. - Он хотел было что-то добавить, но потом передумал и
направился к двери. Я поспешно последовал за ним, чтобы выпроводить с
почестями.
Потом я вернулся, но войти в кабинет мне не удалось, так как на пороге
я столкнулся с Салли.
- Ну, что, вы поверили ему? - спросила она таким тоном, что я
испугался, как бы она не исцарапала мне лицо в случае положительного ответа.
Я схватил ее за руку, развернул на сто восемьдесят градусов и повел к
красному кожаному креслу. Черт возьми, как она заартачилась. Она не
собиралась садиться на не остывшее еще после Дэна Комуса место. Она
вывернула руку, встала около письменного стола Вульфа и спросила теперь у
него:
- А вы поверили ему?
- Да садитесь же вы, черт побери, - отрезал Вульф. - У меня шея не
резиновая.
- Но если вы собираетесь...
- Садитесь!
Она повернулась, увидела, что я пододвинул ей кресло, села и заявила:
- Вы сказали, что возьметесь, если я соглашусь. А я не согласна. Вы не
должны работать под его руководством.
Вульф без особого интереса взглянул на нее.
- Он предложил одну очень разумную вещь, - начал он. - Послать вас
домой. Но даже если я вас и выгоню, вы можете отправиться не домой, и никому
не известно, куда вы пойдете, а мне вы можете в любой момент понадобиться.
Вы мне нужны сейчас и можете понадобиться еще. Я ему и верю и не верю. - Он
повернулся. - Арчи?
Я уже сидел на своем месте.
- Я пас, - ответил я. - Если он и врет, то неплохо. Если он говорит
искренне, то значит Салли - полная идиотка, а я ее а понедельник вечером
уверил, что я на ее стороне, так что я не могу судить беспристрастно.
Он усмехнулся и сказал ей:
- Вы ведь слышали, что я сказал. Я согласен выполнять его указания. Вы
зачем меня наняли, мисс Блаунт? Чтобы разоблачить Комуса или снять
подозрения с вашего отца?
- Я... как... из-за отца, конечно.
- Тогда и не вмешивайтесь. Если и впрямь Комус с вашим отцом что-то
знают, то я это узнаю прежде, чем соглашусь на его предложение, а тогда уж и
буду решать, как быть. У меня, по крайней мере, сложилось впечатление, что
он честен, и я собираюсь потратить немного ваших денег, чтобы подтвердить
или опровергнуть ваше мнение о нем. Он вдовец?
- Да, Его жена умерла десять лет тому назад.
- А дети есть?
Она кивнула.
- Четверо. Два сына и две дочери. Все имеют семьи.
- Кто-нибудь из них с ним живет? Или, может, он с ними?
- Нет. У него квартира на Тридцать восьмой улице в доме, который ему же
и принадлежит. Когда дети обзавелись семьями, он разделил дом на квартиры,
каждая по этажу.
- Он живет один?
- Да. Он не...
- "Да" вполне достаточно. У него есть прислуга?
- Постоянной нет. Женщина приходит убираться, и все. Он только
завтракает...
- Извините. А у вас есть ключ от его квартиры?
Ее глаза округлились.
- Конечно, нет. Откуда у меня может быть ключ от его квартиры?
- Не знаю. Я просто спросил. - Он повернулся ко мне. - Арчи. Позови
Сола, Фреда и Орри. На половину третьего, если можно.
Я повернулся, снял трубку и набрал номер. Не так-то просто поймать их в
середине дня. Но у Сола есть автоответчик, у Фреда - жена, а у Орри - три
разных телефонных номера, два из которых принадлежат его любовницам. И
каждый из них готов бросить любое дело, если Вульф срочно требует их к себе.
Я сидел на телефоне до самого обеда, и дважды звонки Фреда и Орри
отвлекали меня от еды, да я бы и вовсе от обеда отказался, лишь бы дело
пошло, я ведь видел, как самому Вульфу не терпится. Если речь шла лишь о
том, чтобы наведаться в квартиру к Комусу, как было ясно из его разговора с
Салли, то к чему тогда целый взвод? Почему бы не послать меня одного? У меня
были догадки на сей счет, но я не придавал им большого значения. Возможно,
он хотел, чтобы я был при Салли. Если я не буду все время за ней следить,
она начнет давать Фрицу советы, как что готовить, или подкладывать гвозди
ему самому в постель, или переставлять мебель. Если это так, и ее дальнейшее
пребывание в доне свяжет меня по рукам и ногам, то я, пожалуй, присоединюсь
к мнению Йеркса и Комуса, что в такое время ей лучше всего быть подле
матери.
Тема костей вновь поднималась за обедом, но на этот раз речь шла не о
Вольтере, а о находке в каком-то африканском ущелье, которая якобы доказала,
что единственное, что отличает меня от того древнего болвана, который
подбросил их туда миллион лет тому назад, - это умение печатать на машинке:
по-моему, так. Почки были оценены в полной мере, и когда я дожевывал
последний кусок, вошел Фриц, которому пришлось самому открыть входную дверь.
Он доложил о приходе мистера Пензера. Присутствие Салли удержало Фрица от
того, чтобы назвать его просто Солом. К тому времени, как мы управились с
салатом и кофе, подошли и Фред с Орри.
Я предупредил их по телефону, что будет Салли Блаунт, и очень интересно
было понаблюдать за тем, как каждый из них остался верен себе, когда мы
вошли в кабинет, и я стал их ей представлять. Сол Пензер, рост около метра
семидесяти, вес - шестьдесят четыре килограмма, с крупным носом и плоскими
ушами, внешности ничем не примечательной, казалось, взглянул на нее лишь из
вежливости, но можно было спокойно ставить тысячу к одному, что ни одна
деталь ее внешнего вида от него не ускользнула. Фред Даркин, рост метр
семьдесят семь, вес - восемьдесят шесть килограммов, лысый и дородный,
взглянул на нее. Он делает это совершенно машинально. С тех пор, как много
лет тому назад он слегка приударил за хорошенькой полногрудой девчушкой, и
жена их застукала, он, боясь за себя, предпочитал не глядеть на лиц женского
пола моложе тридцати лет. Орри Кэтер, рост метр восемьдесят три, вес -
восемьдесят два, сложение отличное, не скрываясь, прямо и с интересом ее
оглядел. С ранних лет он привык смотреть на каждую хорошенькую женщину, как
рыбак на форель в ручье, и никогда не считал нужным скрывать свой интерес.
Предназначавшиеся им три кресла стояли перед столом Вульфа довольно
тесно, а красное кресло уже остыло после Комуса, так что Салли спокойно на
него уселась. Вульф поочередно протянул руку каждому из троих, сел и
заговорил.
- Вам, наверно, нелегко было собраться по срочному вызову, и я вас
благодарю, что пришли. Вы, наверно, уже знаете, чем я сейчас занимаюсь -
Мэтью Блаунтом, которому предъявлено обвинение в убийстве Пола Джерина.
Перед вами его дочь. Нет смысла подробно обрисовывать ситуацию, поскольку
задание всего одно и очень конкретное. Возможно, вы слышали имя адвоката
Блаунта - Дэниел Комус. - Кивки в ответ. - Есть основания подозревать, что
незадолго до тридцатого января он раздобыл где-то немного мышьяка; не знаю,
где, когда и каким образом он сделал это, но вряд ли раньше, чем за
неделю-другую до этого, а может, за день или за два. Обратите внимание, что
на этот раз я сказал "основания подозревать", всего только. Обычно, когда я
вас прошу что-то выяснить, я имею некоторую уверенность в том, что это имело
место. На этот раз это всего лишь предположение, а не умозаключение. Но это
не повод халтурить, и если вы узнаете то, что мне нужно, то плата ваша будет
удвоена. Сол будет поддерживать со мной связь и давать вам указания, но обо
всем, как обычно, сообщайте сюда, Арчи.
Потом он обратился к Солу:
- Ты лучше меня знаешь, как организовать подобную операцию. У меня нет
никаких догадок. Лучше всего было бы, конечно, добыть доказательство того,
что мышьяк у него действительно был, но если вы установите, что Комус имел к
нему доступ, это тоже будет неплохо. Можете не слишком беспокоиться, что он
вас заметит, все равно он уже принял все меры предосторожности. Но вы не
должны трогать его врача и его квартиру. Лечит его доктор Эвери, его
старинный и близкий друг; с ним я уже говорил, и всякое ваше действие в
отношении его следует предварительно обсудить со мной. А в его квартиру
отправится сегодня вечером Арчи в сопровождении мисс Блаунт. Мисс Блаунт -
прекрасный источник информации о его привычках, знакомых, друзьях, в общем,
обо всем, что его касается. Так что сперва можете хорошенько ее расспросить.
- Он обратился к ней: - В гостиной есть удобные кресла, пройдите туда,
пожалуйста.
Снова сжатые кулаки, побелевшие костяшки
...Закладка в соц.сетях
