Жанр: Детектив
Через мой труп - Ниро Вульф
...и порядочность несовместимы... Но британский агент
Ладлоу на свою беду раскрыл их планы. Он даже угрожал княгине, что
проинформирует американское правительство и сорвет их сделку. И она ничтоже
сумняшеся убила Ладлоу. Сама, своими руками. С ней, правда, из Загреба
приехала другая молодая женщина, ее подруга, тоже под вымышленным именем, но
она тут ни при чем. Вы все поняли, мистер Кремер?
- Продолжайте, - пробормотал Кремер.
- Осталось уже немного. Рудольф Фабер знал обо всех делишках княгини и
пытался ее шантажировать. Вплоть до вчерашнего вечера княгиня была у него в
руках и Фабер диктовал ей свои условия - думаю, что весьма жесткие,
поскольку Фабер был не из тех людей, которых легко уломать. Он вынудил ее
признаться, где находится эта бумага, и пытался во что бы то ни стало
заполучить ее в свои руки. Бумага эта и впрямь была бесценна. Думаю, мистер
Барретт, вам тоже ее недоставало, чтобы приложить к подписанному вами
соглашению?
Джон П. не ответил. Вулф пожал плечами.
- Итак, она убила Фабера. Договорилась встретиться с ним у себя на
квартире и там заколола его. Не знаю, как она собиралась выпутаться из этой
истории. Возможно, рассчитывала на свой титул или на то, что наше
правительство не захочет осложнять отношения с Югославией. Но меня-то она за
кого приняла? Неужели я похож на тупицу? Я бы не удивился, вздумай она и
меня заколоть. А как вы с ней общались, мистер Барретт? Она не производила
на вас странного впечатления?
Джон П. не сводил глаз с Вулфа.
- Я по-прежнему жду, когда вы скажете хоть что-то путное, - произнес
он.
- Я уже почти все сказал.
- Ха! Это всего лишь голословные обвинения, без малейших доказательств.
- Я могу предъявить ту самую бумагу.
- Вы ее украли.
- Ничего подобного. А даже если бы и украл - что из того? Бумага -
важнейшая улика.
- Недостаточная, если учесть, что случились два убийства.
- Вы правы, - кивнул Вулф и погрозил ему пальцем. - Не заблуждайтесь на
мой счет, мистер Барретт. Я вовсе не блефую. Я уже упоминал ордер на арест
вашего сына. Вы, должно быть, уже поняли, что его арестуют как соучастника
обоих убийств. Совершенно очевидно, что он знал о том, что княгиня убила
Ладлоу. Вы, по всей вероятности, тоже об этом знали, но доказательств у меня
нет. А вот ваш сын пытался обмануть закон, и это могут подтвердить три
свидетеля: Белинда Рид, мадам Зорка и мистер Гудвин, мой помощник.
- Это было только...
- Тихо, сынок, - оборвал отпрыска Барретт-старший, по-прежнему не
спуская глаз с лица Вулфа. - Что у вас еще?
- Ничем сногсшибательным я больше не располагаю, - признался Вулф. -
Важно другое: присутствующий здесь инспектор Кремер не слишком жалует убийц.
В этом деле ему чинили самые серьезные препятствия, но мне, к счастью,
удалось пробить для него брешь в этой стене. В противном случае, боюсь,
правосудию не удалось бы восторжествовать. Бумага теперь у него в руках, так
что арест княгини - вопрос лишь времени. Мистер Кремер располагает уже
достаточными уликами, чтобы привлечь вашего сына к суду как важного
свидетеля. Предъявив эту бумагу, он получит ордер, дающий право на доступ ко
всем вашим документам и деловой переписке. Если вы попытаетесь выгородить
убийцу...
Мне пришлось выйти в прихожую, чтобы открыть дверь. Стоявший на пороге
Чарли Хис потребовал, чтобы я провел его прямиком в кабинет к инспектору
Кремеру.
- Инспектор занят, - сказал я. - Подождите здесь.
Я провел его в гостиную и усадил рядом с Фредом Даркином. Вернувшись в
кабинет, я сообщил Кремеру о приходе Хиса, но в ответ удостоился только
мрачного взгляда. Вулф же вообще не взглянул в мою сторону.
- Вы сами во всем виноваты, - сказал Кремер Вулфу. - Мало того, что вы
ее отпустили, вы еще и снабдили ее деньгами на дорогу.
- Ничего подобного, - возразил Вулф. - Арчи, достань из сейфа пакет и
отдай его мистеру Кремеру.
Я повиновался. Кремер зашуршал бумагой.
- Это фотография княгини Владанки Доневич, которую мне прислали из
Лондона. Если бы она была у меня утром...
Кремер вскочил, брызжа слюной.
- Что за идиотизм, черт побери! Это же... Это же мисс Тормик!
- Успокойтесь, пожалуйста. - Вулф предостерегающе поднял руку. - Да,
это мисс Тормик. Мы договорились...
- И она... Черт побери, мой человек сам отвез ее и отпустил на все
четыре стороны... Все из-за вас!
- А что мне оставалось делать? Она сидела здесь в моем кабинете, думая,
что, являясь моей клиенткой, находится под моей защитой. Мы с вами не
уговаривались, что я поймаю для вас убийцу. Я согласился только изобличить
убийцу и предъявить вам убедительный мотив. Если хотите моего совета...
Но Кремеру явно было не до советов. Он так рванулся к телефону, что
едва не сшиб меня со стула. Отец с сыном сидели, затаив дыхание. Вулф
взглянул на часы и тяжело вздохнул. Кремер дозвонился куда хотел и громко
рявкал в трубку, отдавая срочные указания. Я положил фото княгини на стол
Вулфу, а оберточную бумагу выбросил в корзину для мусора.
Закончив, Кремер выпрямился и напустился на Вулфа:
- Если мы ее не поймаем, вам не сносить...
- Это была сделка, - отрезал Вулф.
- Какая еще сделка, - Кремер двинулся к двери, но на полпути
остановился и повернулся к Барреттам. - Вы мне понадобитесь. Если попробуете
под меня подкопаться, от вас только мокрое место останется.
С этими словами Кремер снова развернулся и протопал в прихожую. Пока он
натягивал пальто и шляпу, я вызвал из гостиной Хиса - всегда приятно очищать
дом от полицейских вне зависимости от чина, возраста и знаков различия.
Услужливо распахнув перед ними дверь, я вышел на крыльцо и еще немного
постоял, наблюдая, как Кремер созывает своих сыщиков и раздает им указания.
Наконец, Кремер забрался в свою машину, которая подала назад, чтобы объехать
барреттовский лимузин, и тут же рванула вперед. Однако в следующий миг
остановилась, и зычный голос выкрикнул:
- Эй, Гудвин, подойди сюда!
Я сбежал по ступенькам и просеменил к полицейскому автомобилю Кремер
высунулся из окна и сказал:
- Мне нужна эта фотография! Понял?
- Разумеется. Тем более, что нам она больше ни к чему, - ухмыльнулся я
и отступил, глядя, как машина Кремера набирает скорость.
Увы, я стоял и глядел ей вслед дольше, чем следовало. То, что случилось
в следующий миг, произошло так быстро, что предотвратить это я в любом
случае не успел бы, хотя помешать наверное сумел бы. Женщина выскочила из
лимузина Барретта, как чертик из шкатулки, бегом взлетела на крыльцо и
порвалась в прихожую через дверь, которую я так легкомысленно оставил
распахнутой настежь. Стряхнув оцепенение, я устремился вдогонку, тремя
прыжками преодолел лестницу и припустил за фурией, в руке которой блеснуло
лезвие. Я был еще в прихожей, когда она уже набросилась на беззащитного
Вулфа, беспомощно громоздившегося в своем кресле. Я был без оружия, поэтому
мог только вопить во всю глотку, тщетно пытаясь опередить быструю как молния
злодейку.
Я до сих пор не в состоянии понять, как это удалось Вулфу, хотя он
битых сто раз пытался мне это втолковать. По его словам, произошло
следующее. Услышав снаружи шум, он сразу насторожился (что уже невозможно),
а потом, увидев влетевшую женщину, размахивающую кинжалом, схватил в каждую
руку по бутылке пива и наотмашь ударил... Не глядя - куда. Не знаю, куда он
попал, но что-то сломало ее правое запястье, а еще что-то проломило череп.
Когда я достиг их, Вулф с обалделым видом сидел в кресле, сжимая пивные
бутылки, а незадачливая покусительница валялась на полу, судорожно
подергивая ногами. Я оглядел Вулфа, ища кровь, но не нашел. Из гостиной
влетел Фред Даркин. Из кухни примчался Фриц. Отец и сын стояли посреди
кабинета - в лице ни кровинки. Хотя, на первый взгляд, с Вулфом ничего не
случилось, голос мой, когда я задал вопрос, показался мне странным.
- Она вас ранила?
- Нет! - проревел Вулф. Он пытался встать, по не мог, потому что
распростертое на полу тело не позволяло ему отодвинуть кресло.
Тогда я встал на четвереньки и склонился над ней. Ноги уже больше не
дергались. Пульс тоже не прощупывался. И тут сзади послышался голос:
- Извините, что я так вошел, мистер Вулф, но входная дверь была
открыта. Я хотел только сказать, что Генеральный прокурор готов вынести
решение...
Я обернулся и увидел физиономию Шталя - фэбээровца, - вежливую, но
решительную. И тогда уже присел на пятках и покатился от хохота.
ГЛАВА 19
Вулф устало произнес:
- Фриц сказал мне, что еда на вашем подносе так и осталась нетронутой.
Должны же вы хоть что-то поесть, черт побери!
Карла покачала головой.
- Я не могу. Извините меня. Я просто не в состоянии.
Я привел ее сверху в кабинет. Стрелки настенных часов показывали уже
двадцать минут двенадцатого. Кресла были расставлены по местам.
Вулф со вздохом сказал:
- Уже почти полночь. Мистер Гудвин беспрерывно зевает. Вы вольны идти
куда захотите. Либо, если вы в настроении говорить правду, могу задать вам
еще пару-тройку вопросов.
- Я уже согласна сказать правду.
- Жаль, что вы только сейчас пришли к такому решению, - посетовал Вулф.
Его мясистые плечи поднялись и опустились на одну шестнадцатую дюйма. - Я бы
спросил - сознаете ли вы сами, что эта женщина - маньяк.
- Но она вовсе не была... - Карла умолкла, прокашлялась и снова
заговорила: - Я даже не подозревала...
Ее рука взлетела и бессильно рухнула на колено.
- А вы и в самом деле дружили с ней?
- Нет... Нет, конечно. Дело совсем не в том. Когда умерла миссис
Кэмпбелл, я осталась на попечении семьи Доневичей. Потом Нийя вышла замуж за
князя Стефана и очень быстро прибрала к рукам все его дела. Со мной она
обращалась, как того и следовало ожидать, исходя из того, что я не была
членом семьи Доневичей. Но враждебных чувств я к ней вовсе не питала. Разве
что только немного побаивалась - как и все остальные, включая самого князя
Стефана. Когда она решила, что поедет в Америку, она выбрала меня в качестве
сопровождающей, и я согласилась. Мне тогда показалось, что она сделала это
из-за того, что знала про вас и подумала, что это может ей пригодиться.
Должно быть, именно поэтому она попросила, чтобы я захватила с собой бумагу
об удочерении...
- Да. Прошу прощения. Достань эту бумагу. Арчи.
Я открыл сейф, вынул из него нужный документ и отдал Вулфу. Вулф
развернул бумагу, пробежал ее глазами, снова свернул и протянул Карле.
Девушка кинула на нее испуганный взгляд, словно опасалась, что бумажка может
укусить, потом шагнула вперед и взяла.
- Мне и самой хотелось приехать в Америку, - продолжила она. - Все-таки
приключение. Я... Я, конечно, знала, с какой целью едет она. Она посвящала
меня во все тайны. Я сознавала, что это очень опасно, но мне и в голову не
приходило, что она способна убить человека. Когда убили Ладлоу, я
заподозрила, что это может быть ее рук дело, но доказательств у меня не
было. Потом же, когда я вернулась в квартиру и увидела на полу мертвого
Фабера, я уже все поняла. Я жутко перепугалась и совсем потеряла голову. Не
могла же я пойти в полицию и выдать ее... Но и лгать и изворачиваться я тоже
была уже не в состоянии. Вот почему я попыталась скрыться... Но я вела себя
ужасно глупо, и потом я совсем не знаю вашу страну...
Она умолкла и беспомощно всплеснула руками.
Вулф проворчал;
- Хорошо, когда люди сами понимают, что ведут себя глупо.
Карла промолчала. Тогда Вулф спросил:
- Что вы собираетесь делать теперь?
- Я... - Она покачала головой. - Не знаю.
- Что ж, по закону вы - моя дочь. Это накладывает на меня определенную
ответственность.
Ее подбородок вздернулся вверх.
- Я ни о чем не прошу!
- Пф! Я и сам знаю. Можно подумать, что прежде вы ни от кого не
зависели. Вы собираетесь вернуться в Югославию?
- Нет.
- В самом деле?
- Да.
- А что вы намереваетесь делать - остаться в Америке?
- Да.
- И продолжать оказывать помощь банде Доневича?
В глазах девушки сверкнула молния.
- Нет! Ни за что!
- Где вы собираетесь сегодня ночевать - в квартире на Тридцать восьмой
улице?
Карла содрогнулась.
- Я... - Она замялась. - Не знаю. Вряд ли я найду в себе силы. Я не
смогу туда вернуться. Нет, я подыщу другое жилье. У меня есть немного денег.
- Она встала. - Я могу сейчас уйти...
- Вздор! Вы попадете под машину или провалитесь в открытый люк. Вы
ничего не ели, и ваш мозг плохо функционирует. Фриц принесет вам ужин.
- Нет, что вы, я вовсе не хочу навязывать...
- Вы должны выспаться, а утром как следует позавтракать. Сейчас вы все
равно не в состоянии принять сколько-нибудь разумное решение. Обсудим ваши
планы завтра. Если вы решите остаться в Америке и не порвете эту бумажку,
вас будут звать Карла Вулф. В таком случае... Арчи, какого дьявола ты
ухмыляешься? Бабуин! Отведи мисс... Отведи мою, э-э, дочь наверх, в южную
комнату! И предупреди, чтобы она ненароком не ввалилась в мою комнату, если
вдруг вздумает спуститься по пожарной лестнице.
Я встал.
- Пойдемте со мной, мисс Карла Вулф.
Десять минут спустя я вернулся в кабинет. Я знал, что Вулф еще там,
поскольку не слышал шума лифта. Вулф сидел за столом в окружении свежей
батареи пивных бутылочек.
Я потянулся, едва не проткнув потолок, и сладко зевнул.
- Что ж, - благодушно промолвил я, - чертовски выгодное дельце вы
провернули. Потратили сотни четыре долларов, не считая затрат драгоценного
серого вещества, но зато приобрели ответственность за весьма изящную форму
собственности.
Вулф отставил в сторону опустевший стакан, но отвечать на мой выпад не
стал.
- И еще кое-что, - не унимался я. - Мне хотелось бы выяснить это раз и
навсегда. Я, конечно, виноват, что оставил дверь нараспашку, когда вышел
провожать Кремера, но больше винить меня не в чем. Эта бесовка за пять минут
до того, как мы вышли на улицу, подвалила к шоферу Барретта и заявила, что
босс велел подождать его в машине, и этот дуралей послушно открыл дверцу
лимузина и впустил ее. Двое сыщиков внимательно наблюдали за этой сценкой,
но ни один даже рта не раскрыл. Потом они уверяли, что не распознали ее в
сумерках. Она выскочила из машины и порвалась в дом, когда я еще не успел
даже к крыльцу подбежать. Так что перехвалить ее я был уже не в силах.
Вулф пожал плечами.
- Как видишь, я справился и без тебя, - невозмутимо пробурчал он.
Я сжал зубы, проглотил оскорбление и постарался как можно слаще и
протяжнее зевнуть. Получилось довольно изящно, с подвыванием.
- Ладно, - сонным голосом произнес я. - Будь по-вашему. У меня еще
несколько маленьких вопросиков. Что, например, было в конверте, который вы
вручили сыщику с наставлением отдать ей?
- Ничего. Одна лишь фраза, удостоверяющая, что она - не мой клиент, и
никогда им не была.
- А что она вам сказала, когда выходила? Это прозвучало как "Тиига мии
борни рууза", или что-то в этом роде.
- Это на ее родном языке.
- Угу, я так и подумал, но просто чуть-чуть подзабыл его. А что это
значит?
- "Через мой труп".
- Вот как? Что ж, она сдержала слово. И еще кое-что. Я теперь понимаю,
почему она воспользовалась бумагой Карлы и сама представилась вашей дочерью
- ей это было выгодно, - но вот почему Ладлоу заявил, что она пошла в
раздевалку, чтобы принести ему сигареты? Британский шпион и балканская
княгиня! Почему он...
- Она ходила в раздевалку, чтобы выкрасть что-то у него из кармана.
Скорее всего ту самую бумагу, которую прислала на следующий день сюда, чтобы
мы ее спрятали в надежном месте. Эту бумагу прежде похитил у нее сам Ладлоу.
И он просто дал ей понять, что знает, с какой целью она залезла в
раздевалку.
Вулф вздохнул, отодвинул кресло и с усилием приподнял свою тушу.
- Я пошел спать, - возвестил он и потопал к двери в прихожую.
У самой двери он обернулся
- Кстати, напомни мне завтра, чтобы я попросил Кремера вернуть мне эту
сотню долларов. Пора уже мне отучиться от своих идиотских романтических
выходок.
- Вы имеете в виду вот эту сотню? - Я потрепал себя по карману - Она
уже здесь. Это было самое первое, что я сделал. Hvala Bogu.
Издательская фирма <КУбК а>. 1994
О. Траубенберг, А. Санин перевод 1994
Н. Емельянникова! перевод 1994
Закладка в соц.сетях
