Жанр: Детектив
Узник опала
...тный столик - это был единственный предмет
мебели с некоторыми признаками
беспорядка. Крышка большой стеклянной пудреницы была снята; щетки для волос,
отделанные черепаховым панцирем и
украшенные девичьими инициалами "Э.Б.", валялись как попало. Румяна и губная
помада также были без крышек. Ано
неодобрительно поджал губы и повернулся к двери в тот момент, когда ее открыла
служанка.
- Марианна,- обратился он к ней,- вы можете сказать мне, какая одежда
исчезла из гардероба мадам Девениш?
Марианна пожала плечами.
- Это нетрудно. У бедной овечки было не так много одежды.
Слово "овечка" по отношению к существу, способному на такую жгучую
ненависть, как Эвелин Девениш, показалось
мистеру Рикардо в высшей степени неподходящим. Оно было просто великолепно в
своей абсурдности.
- Исчезли платье, которое мадам носила вчера вечером, и накидка,- сообщила
Марианна, ощупав ряд висящей на плечиках
одежды.
- Ага!- воскликнул Ано.- Накидка!
- Да, мосье, коричневая атласная накидка с подкладкой, воротником и
манжетами из белого горностая. Мадам купила ее
давно - сейчас она вряд ли могла бы себе это позволить.
- Благодарю вас.- Ано снова окинул взглядом помещение.- Сейчас мы посетим
комнату американской мадемуазель.
Думаю, Марианна, вы сумеете помочь нам и там.
- Мадемуазель Уиппл - совсем другое дело! Она собиралась ехать отсюда в
Америку, так что все ее вещи здесь. Ручаюсь,
вы найдете много красивой одежды в чемоданах, которые никогда не запирались.
Платья, накидки, шарфы, чулки, туфли! Не
знаю, мосье, нравится ли вам смотреть на женскую одежду. Откровенно говоря, я не
слишком высокого мнения о мужчинах,
которые этим увлекаются.
Если здесь и была овечка, подумал мистер Рикардо, так это инспектор Ано из
парижской Сюртэ-Женераль. Марианна
стояла, подбоченясь, упорно не желая понимать, какая помощь от нее требуется.
Она возмущалась от всей души вторжением
полиции в Шато-Сювлак, в результате которого ее любимая молодая хозяйка
свалилась в обморок как подкошенная. Мистера
Рикардо интересовало, не кроется ли за этим страх перед тем, к чему может
привести расследование. Служанка смотрела на
высокого и широкоплечего детектива как на какого-то безнадежного забулдыгу.
Однако Ано был сама кротость, и
покрасневший от негодования комиссар не мог поверить своим глазам и ушам.
- Я прошу показать мне одежду мадемуазель, так как хочу, чтобы она снова
могла ее носить, Марианна,- попытался
объяснить Ано.
Презрительно фыркнув, служанка повернулась, прошла по коридору мимо
парадной двери и повернула в сторону башни.
Рядом с дверью комнаты Дайаны Тэсборо находилась еще одна дверь с панелями из
матового стекла в верхней части. За ней
оказалась спиральная лестница. Поднявшись по ней на площадку, Марианна
остановилась перед очередной дверью, к
которой булавкой была приколота записка:
Marianne! Je vous prie de не pas me reveiller le matin.
- Это почерк мадемуазель?- спросил Ано у служанки.
- Да, мосье. Я отдаю письма почтальону и знаю ее почерк.
- Несомненно,- согласился детектив.
Моро достал еще один ключ, отпер дверь, и вся группа проследовала за Ано в
большую комнату с одним широким окном,
выходящим в сторону сада и водного пространства Жиронды. Окно было открыто, и
Ано задержался около него. Начался
отлив, и река пестрела стоящими на якоре суденышками со свернутыми парусами и
повернутыми кормой к Бордо. Лучи
сентябрьского солнца окрашивали золотом сельский пейзаж. Крестьяне, стоя между
рядами виноградника, нагибались,
выпрямлялись и нагибались снова. Контраст между мирной картиной снаружи и
тайной, окутывающей комнату, словно
завораживал присутствующих.
Ано первым нарушил молчание.
- Ага! В этой комнате, Марианна, интерес представляет не только одежда!-
воскликнул он, оглядываясь по сторонам.
В отличие от аккуратной спальни Эвелин Девениш здесь царил беспорядок.
Серебристое платье, в котором Джойс Уиппл
была вчера вечером, небрежно валялось на стуле; одна серебряная туфелька лежала
в углу, а другая в центре комнаты; чулки
были брошены на другой стул. Очевидно, Джойс, поднявшись к себе из гостиной,
спешно переоделась вплоть до чулок и
туфель.
Ано открыл гардероб, стоящий у правой стены. Он был полон платьев и сшитых
на заказ костюмов, аккуратно висящих на
плечиках.
- Остальное в нижнем ящике,- заговорила Марианна, указывая на высокий комод
у задней стены возле двери.
Ано наклонился и выдвинул ящик. Там лежало несколько тщательно сложенных
юбок и жакетов. Детектив повернулся к
служанке и властно произнес:
- Наше поведение, несомненно, забавляет вас, Марианна, но мы здесь не для
забавы. Будьте любезны сообщить коротко и
ясно: исчезло ли какое-нибудь платье из гардероба или ящика?
- Не знаю,- сразу ответила Марианна.
- Или какая-нибудь накидка?
- Не знаю. Мадемуазель провела в Шато-Сювлак две недели и один-два раза
надевала накидку, выходя вечером на
террасу.- Служанка подошла к гардеробу и обследовала висящую там одежду.- Вот
эту.- Она коснулась накидки из
золотистой парчи.
- Благодарю вас,- сказал Ано.- Больше не буду отвлекать вас от ваших
обязанностей.
Марианна закрыла дверцу гардероба и вышла из комнаты. Ано подошел к
кровати, которая стояла у стены напротив
гардероба изголовьем к стене. Покрывало, на котором валялась скомканная пижама,
было измято, а подушка отброшена в
сторону. Ано откинул покрывало. Нижняя простыня была туго натянута на матраце -
на ней не было заметно ни единой
складки.
- Все ясно,- кивнул комиссар.- Никто не ложился в эту кровать с тех пор,
как ее застелили.
Ано подозвал мистера Рикардо.
- Давайте зададим вопрос, друг мой, который вы почти задали. Мадам Девениш
удаляется в свою комнату. Она
останавливается на миг у туалетного столика поправить волосы и припудрить лицо,
надевает накидку из коричневого атласа,
открывает окно и выходит. Куда она направляется, мы не знаем, но она не стала
разбирать постель. К чему? Если мадам
Девениш не собирается возвращаться, ей незачем притворяться, будто она ложилась
в кровать. А если собирается, то у нее
еще меньше причин это делать, так как она ляжет спать по возвращении. Это ясно,
не так ли?
- Да,- согласился мистер Рикардо.
- А теперь перейдем к Джойс Уиппл. Она также удаляется к себе в комнату,
спешно переодевается и затем...- Ано широко
развел руками,- тоже уходит. Но ее кровать в беспорядке. Если мадемуазель
собиралась вернуться и лечь спать, зачем ей
ворошить постель? А если нет, зачем делать вид, будто она спала в своей кровати?
На двери записка: "Марианна!
Пожалуйста, не буди меня утром". Если она не намеревалась возвращаться, то
приняла меры предосторожности. Ее не
хватятся до ленча. Тогда к чему приводить в беспорядок постель, в отличие от
постели несчастной мадам Девениш? Теперь
вам ясен ваш вопрос, верно?
Мистер Рикардо понятия не имел о содержании знаменитого вопроса, который он
якобы почти задал, но кивнул с умным
видом:
- Конечно!
- "Вышла ли мадемуазель Уиппл из этой комнаты по своей воле?" - продолжал
Ано, к изумлению Рикардо.- Да, это
действительно вопрос!
- Но ведь не было слышно никаких звуков,- возразил мистер Рикардо.
- Да, не было звуков, которые могли услышать, и все же я задаю себе этот
вопрос. Мадемуазель явно собиралась пойти
куда-то - с этой целью она переоделась в такой спешке. Вместе с мадам Девениш?
Или следом за ней? Случай но ли она
решила выйти из дому в ту же ночь, что и Эвелин Девениш? Здесь возникает целая
сотня вопросов, но главный из них
первый: ушла ли мадемуазель Уиппл добровольно? Предположим, ее увели...
- Силой?- прервал мистер Рикардо.
- ...какие-то люди, которые в темноте и спешке не заметили записку на
двери. Взъерошив постель молодой леди, они
могли бы выиграть несколько часов, прежде чем обнаружат, что молодая леди
исчезла. Марианна находит кровать в
беспорядке. Значит, мадемуазель встала рано. Возможно, она на винограднике.-
Внезапно Ано повернулся к компаньонам и
воскликнул: - Пусть кто-нибудь объяснит мне измятую постель как-нибудь подругому.
Буду очень рад!
В его голосе звучала тревога, не оставшаяся незамеченной остальными. Сейчас
Ано не расставлял никаких ловушек,
чтобы продемонстрировать свой ум. Он переводил взгляд с одного лица на другое в
надежде на более убедительную
интерпретацию, чем предложенная им.
- Вы можете это сделать, мосье комиссар?
- Нет.
- А вы, Моро?
- Нет, мосье Ано.
- Вас, мистер Рикардо, едва ли следует спрашивать, так как именно вы первым
поняли значение этого искусственного
беспорядка.
Отойдя от кровати, Ано склонился над письменным столом, стоящим на
некотором расстоянии от окна, и открыл
кожаный блокнот с промокательной бумагой. Оттуда сразу же выпало пол-листа
промокашки с зазубренным внутренним
краем. Ано сравнил его с другими листами.
- Половину оторвали,- сказал он,- но мы вряд ли ее найдем.
У стола стояла корзина для мусора, но она была пуста. В ящике стола не
оказалось обрывка, зато там лежала пачка писем
в открытых конвертах. Ано сел за стол лицом к окну и начал быстро читать письма.
- Ага! У этой молодой леди есть друзья!- заметил он, обращаясь скорее к
самому себе, чем к стоящим за его спиной.- Кто
такой Брайс Картер?
Услышав это имя, мистер Рикардо вздрогнул.
- Так вы знаете его, друг мой?- спросил Ано, даже не обернувшись.
- Нет. Я не много знаю о нем,- ответил Рикардо.- Одно время он был
помолвлен с мисс Тэсборо.
Ано повернулся на стуле.
- Как вы сказали?- медленно произнес он, держа письмо в руке.
Мистер Рикардо хорошо помнил информацию, которую Джойс Уиппл сообщила ему
об этом молодом человеке в
Лондоне, но еще лучше он помнил смущение, которое она при этом испытывала.
- Брайс Картер служил в Министерстве иностранных дел, но оставил этот пост,
перебравшись в Сити, чтобы заработать
денег, так как не желал быть бедным мужем при богатой жене. Однако через
несколько месяцев он потерпел катастрофу.-
Рикардо воспроизвел эффектное выражение, которое использовала Джойс.
- Катастрофу?- переспросил Ано.- Ах да, это идиома!- Он явно был удивлен
существованием идиомы, не известной ему.
- Я имею в виду, что Дайана Тэсборо разорвала помолвку.
- Вот как?
Ано снова повернулся к ящику, порылся среди конвертов, нашел еще два письма
с тем же почерком и прочитал их. Потом
он с усмешкой обернулся к Рикардо:
- Запомните мои слова: этот молодой человек сумеет заработать деньги в
Сити. Он не теряет времени даром.- Ано
выронил письмо, как будто обжег себе пальцы, и быстро подобрал его.- Каждое
слово Брайса Картера обжигает, словно
горячий уголь.- Детектив шутливо подул себе на пальцы и внезапно застыл, как
будто его поразила какая-то новая мысль.-
Да,- произнес он наконец и продолжил обследование ящика.
Некоторое время Ано не находил ничего интересного, затем откинулся на
спинку стула, уставясь на лист бумаги.
- Эту подпись нелегко разобрать. Вам знакома фамилия Бревер?
Рикардо покачал головой.
- Может быть, Бруэр?
- Да, Бруэр. Генри Бруэр - у него фармакологическая лаборатория в Лидсе
{Лидс - город на севере Англии, в графстве
Йоркшир}.
- О!- Мистер Рикардо едва не подпрыгнул.
- Вы его знаете?
- Разумеется. Сэр Генри Бруэр - знаменитый медик, посвятивший себя
исследованиям.
- Странный друг для молодой светской дамы,- заметил Ано.
Мистер Рикардо, как истинный гражданин мира, был в состоянии указать своему
другу на ошибку в вопросах социальной
иерархии.
- Мы не замыкаемся в собственных категориях, как вы во Франции,-
снисходительно объяснил он.- У нас более широкие
взгляды на жизнь. Наши актрисы обедают в высшем обществе, а именитые медики
охотно проводят время с девушками.
Ано покорно склонил голову.
- Это должно быть очень приятно для именитых медиков,- промолвил он.
Мистер Рикардо, которому не терпелось узнать содержание письма, придвинулся
ближе к столу. Но прежде чем он успел
бросить на него взгляд, Ано сложил письмо, спрятал его в конверт и положил
конверт в карман. К чести науки, он не стал
потом дуть на пальцы, чтобы остудить их. Поднявшись из-за стола, детектив
задвинул ящик.
- Я заберу это письмо и умоляю всех вас не упоминать об этом. Мы забудем
фамилию Бруэр!- Он закрыл глаза и открыл
их снова.- Дело сделано! И о Лидсе забудем тоже!- Ано повторил процедуру с
глазами и обратился к мистеру Рикардо,
который наблюдал за ним с явным неодобрением: - Я веду себя комично, не так ли?
Да, но я тоже не всегда замыкаюсь в
своей категории. В этом я похож на... на того, о ком мы забыли. Пошли!
Ано напоследок окинул взглядом комнату. Туалетный столик стоял у той же
стены, что и гардероб. Окно и письменный
стол находились между ними. В центре потолка висела люстра, у кровати стоял
ночник, на туалетном столике было еще две
лампы, а на задней стене висела пара бра. Запомнив все эти детали, Ано спустился
по спиральной лестнице в угол коридора.
- А это,- сказал он, взявшись за ручку находившейся рядом двери,- комната
мадемуазель Тэсбрафф.
- Тэсборо,- поправил его Рикардо.
- Я и говорю "Тэсбрафф".
Не выпуская ручку, Ано взглядом измерил расстояние между двумя дверями.
- То, что проскользнуло мимо вас прошлой ночью на террасе,- спросил он
Рикардо,- было человеком? Это не могла быть
летучая мышь или сова?
- Нет. Я уверен, что это был человек.
- Но у вас нет никаких подозрений, кто именно это был?
- Никаких.
- И он скрылся в окне комнаты, у двери которой я стою?
- Да.
- Отлично! Это мы выяснили.- Ано повернул ручку и во второй раз вошел в
спальню Дайаны Тэсборо.
Мистер Рикардо с нетерпением ожидал этого момента. Он едва не оттолкнул
Ано, стремясь поскорее увидеть картину над
кроватью и узнать ее секрет. Но его ожидало одно из величайших разочарований,
какие только ему приходилось испытывать.
Перед ним была одна из многочисленных копий картины Тинторетто {Тинторетто Якопо
Робусти (ок.1518-1594) -
итальянский художник}, изображающей Большой канал в Венеции. Гондолы, белесая
масса Дворца дожей {Дворец
правителей Венеции, сооруженный в 1309-1424 годах.}, купол церкви Сайта Мария
дель Салюте {Церковь, сооруженная по
проекту архитектора Бальдассаре Лангена (завершена в 1682) в благодарность Деве
Марии за прекращение в Венеции
эпидемии чумы в 1630 году} - мистер Рикардо видел все это сотню раз на стенах
сотни спален. В картине не было никакой
тайны. Рикардо с упреком посмотрел на подошедшего к нему детектива.
- Вы ничего здесь не замечаете?- спросил Ано.
- Абсолютно ничего.
- Тогда, должно быть, тут нечего замечать.
Однако хорошо знакомый блеск в глазах Ано и странная настороженность,
ощущавшаяся в его поведении, которые
Рикардо уже видел в этой же комнате, свидетельствовали об обратном. Даже голос
детектива вибрировал от волнения.
Очевидно, спальня Дайаны снова поведала ему какую-то важную информацию. Картина
- всего лишь шутка, и не в лучшем
вкусе. Но шутки дурного вкуса были ценой, которую приходилось платить за
приятное возбуждение, испытываемое в
обществе Ано. Мистер Рикардо проглотил недовольство и окинул взглядом комнату в
поисках изменений, которые могли так
ободрить детектива. Увы, он ничего не обнаружил. То же зеркало, тот же
письменный стол с распятием, те же флакончики
духов на туалетном столике. Рикардо заметил, что Ано с улыбкой наблюдает за ним.
- Странно, не так ли?- сказал детектив.
- Очень странно,- отозвался мистер Рикардо, который не собирался
становиться объектом насмешек.
- Если вы удовлетворены, то нам остается посетить только одну комнату,
прежде чем вернутся наша хозяйка и ее
управляющий. Не слишком приятно обнаружить, что полиция сует нос в маленькие
интимные секреты, которые ее
абсолютно не касаются. Но, увы, во время расследования этого не избежать.
Поэтому постараемся причинять как можно
меньше неприятностей. Моро, попросите мосье комиссара поставить кого-нибудь
наблюдать за дорогой и предупредить нас
о возвращении автомобиля.
Мосье комиссар, однако, не был склонен отстранять свою персону от
расследования даже на короткое время. Он кивнул
Моро:
- Вы найдете Андре Бише в комнате, которую мы используем. Поставьте его
дежурить в том месте, которое сочтете
подходящим.
Моро нехотя отправился выполнять поручение.
- У Андре Бише есть голова на плечах,- сказал комиссар Ано.- Так что нам
никто не помешает.
Мистер Рикардо знал Ано достаточно хорошо, чтобы понять, как сильно он
торопится. Пройдя на террасу через
французское окно в выступе башни, детектив быстро зашагал вдоль фасада дома,
пересек аллею и вышел на лужайку перед
шале. На краю лужайки он ненадолго задержался, но внутри шале не было заметно
никакого движения, а деревья надежно
защищали от взглядов работников у винного склада и цистерн. Тем не менее Ано
бегом пересек лужайку, оказавшись у двери
шале со скоростью, поразительной для его массивной фигуры. Дверь была незаперта.
За ней находился узкий коридор с
дверью на каждой стороне, ведущий к спиральной лестнице, позади которой за
открытым проемом виднелась кухня. В
коридоре Ано снова задержался на миг, приложив палец к губам. Нигде не было
слышно ни звука.
- Шале занимается прислуга из шато,- с облегчением сказал детектив.- Здесь
никого нет.
Сзади послышались быстрые шаги по гравию, и он обернулся. Это оказался
Моро, выполнивший поручение комиссара.
- Часовой поставлен на дороге,- сообщил он.
- Отлично!- кивнул Ано.
Не уделив никакого внимания комнатам на первом этаже, он быстро поднялся по
лестнице. С одной стороны на холились
ванная и гардеробная, а с другой - продолговатая спальня с двумя окнами по
краям. Ано сразу же направился к окну,
выходившему на лужайку перед аллеей.
- В этом окне вы видели свет?- спросил он мистера Рикардо.
- Да.
На столике у кровати стоял ночник, а на стенах укреплены бра.
Однако Ано не выглядел удовлетворенным. Подойдя к столу в центре комнаты,
на одной линии с окном, он окинул
взглядом находящиеся на нем предметы - книгу, авторучку, папку для бумаг и
конвертов, блокнот с промокательной
бумагой, бутылку чернил, карандаш,- явно ища что-то, чего там не оказалось.
Несколько шкафов было встроено в стену
вплотную друг к другу. Ано открывал их по очереди. В первом висела одежда, во
втором на полках аккуратно лежало белье,
в третьем, также снабженном полками, содержались галстуки, воротнички, носки и
носовые платки. Но они занимали только
две полки - на третьей находились разные мелочи: кожаный футляр для воротничков,
несколько флакончиков, термос и
блюдце. Ано закрыл дверцу и повернулся, потирая руки и улыбаясь. Несомненно, он
нашел то, что искал. Но мистер Рикардо
не обращал на него особого внимания, так как тоже кое-что обнаружил.
- Ано, у меня есть одна идея!- воскликнул Рикардо, стоя у окна.
В следующий момент детектив восторженно тряс его за локоть.
- Неужели? Идеи так редко приходят в голову! Говорите! Не держите меня в
неведении! Облеките вашу бесценную идею в
столь же бесценные слова!
- Вы не будете смеяться надо мной?
- Друг мой!
Глубина упрека в этих двух словах была поистине безмерной.
- Так вот, я на глаз измерил длину флигеля шато.
- Я об этом не подумал.
- В конце крыла слева, наискосок от нас, находится мое окно.
Сделав из пальцев рук подобие бинокля, Ано поднес его к глазам.
- Вижу,- серьезно произнес он.- Это очень любопытно.
- А прямо напротив нас окно Эвелин Девениш.
Ано опустился на стул.
- Продолжайте.
- Я говорил вам о ненавидящем взгляде, который Эвелин Девениш бросила на
Джойс Уиппл, когда Уэбстер склонился над
ее стулом.
- Ну и что?
- Неужели вы не понимаете? Выйдя прошлой ночью из дому, Эвелин Девениш
пошла в шале, к своему любовнику Робину
Уэбстеру.
Весь энтузиазм исчез с лица детектива, а вся его поза выражала
обескураженность. Он покачал головой и прижал руку к
груди, словно стараясь унять боль, вызванную разочарованием.
- Друг мой,- с упреком заговорил Ано,- вы привели меня в возбуждение,
крайне опасное для моего возраста, а затем
низвергли в бездну, как Люцифера с небес! Как могли вы так поступить?
Даже комиссар Эрбсталь, не ориентирующийся в быстро меняющихся настроениях
детектива, с негодованием посмотрел
на мистера Рикардо. Последний, однако, отстаивал свое мнение.
- Эвелин Девениш побежала в шале к Уэбстеру,- повторил он.
- Но Робина Уэбстера здесь не было,- возразил Ано.
- То есть как это не было?!
Мистер Рикардо преисполнился сочувствием к инспектору Сюртэ. Это дело
оказалось чересчур запутанным и сложным
даже для некогда великого ума. Однако он не мог позорить Ано в присутствии
коллеги. Необходимо щадить его самолюбие.
- Вы забываете, мосье Ано, что я видел свет в этом окне и видел, как
Уэбстер его погасил.
Ано тотчас же вскочил на ноги.
- Нет, нет, нет! Напомню ваши слова. Вы видели, как свет начал мерцать и
погас. Эти слова с самого начала показались
мне странными. Если я выключаю электрический свет, он гаснет сразу и я
оказываюсь в темноте. При замыкании происходит
то же самое. Электрическая лампочка мерцает и гаснет, только когда ее ресурсы
подходят к концу. Давайте посмотрим!
Он включил все лампы в комнате, которые горели ярко и не мигали, а потом
стал выключать их. Каждый раз свет гас
моментально.
Подойдя к третьему шкафу, Ано снял с третьей полки блюдце и вернулся с ним
к столу.
- Вот что вы видели мерцающим и гаснущим.
Эрбсталь и Рикардо, толкая друг друга, склонились над блюдцем, в центре
которого они увидели кусочек черного фитиля
и пятно воска, некогда растаявшего и сгустившегося снова.
- Не понимаю,- сказал мистер Рикардо.
- А между тем все ясно. Наш молодой друг Уэбстер зажигает эту свечу и
оставляет ее гореть в комнате, дабы мистер
Рикардо или любой, кто посмотрит в этом направлении, подумал: "Какой
трудолюбивый молодой человек! Истинное
сокровище!" Но свеча имеет определенную длину и, догорая, гаснет, поэтому мистер
Рикардо, если он еще не спит, скажет:
"Ему давно пора лечь спать! Сокровища не должны рисковать своим здоровьем! Мы
ведь не находим их валяющимися под
забором!"
Мистер Рикардо густо покраснел, слушая это объяснение.
- Тем временем мосье Уэбстер уходит. Но он забывает, что пламя свечи
мерцает, перед тем как погаснуть. Куда же он
идет, оставив горящую свечу?
Ано аккуратно вернул блюдце на полку шкафа и закрыл дверцу. В маленькой
стенной нише у изголовья кровати стояло
несколько книг. Детектив подошел к ним и вслух прочитал названия. Коллекция
выглядела довольно странной, и, по мнению
мистера Рикардо, некоторые из книг едва ли могли навевать приятные мысли,
способствующие погружению в сон.
- "Мемуары Казановы" {Казакова Джованни Джакомо (1725-1798) - итальянский
авантюрист, оставивший мемуары о
своих похождениях},- читал Ано,- "Украшения мистика Рейсбрука" {Рейсбрук Ян ван
(1293-1381) - фламандский богословмистик,
одно из произведений которого - "Украшения духовного брака"},
"Мадемуазель де Мопен" {Роман французского
писателя Теофиля Готье (1811-1872)}, "Imitatio Christi" {"Подражание Христу"
(лат.) - книга голландского богослова Фомы
Кемпийского (Томаса Хемеркена) (ок. 1379-1471)}, "Погребальная урна"
{"Гидриотафия, или Погребальная урна" - книга
английского писателя и философа сэра Томаса Брауна (1605-1682).} и "Девушка с
золотыми глазами". Интересная личность
этот мосье Уэбстер! Что за коллекция!
Взяв в руки "Мадемуазель де Мопен", детектив открыл ее на форзаце.
- Да,- задумчиво промолвил он.- "Робин Уэбстер".
Положив на место книгу, Ано взял наугад один из томов Казаковы. На форзаце
также значилось имя Робина Уэбстера.
Переплет третьей книги, которую он снял с полки, был потрепан сильнее остальных,
что удивило мистера Рикардо, ибо это
были "Украшения мистика Рейсбрука" - книга, которой едва ли могли часто
пользоваться в спальне управляющего
виноградником. Ано раскрыл ее. Страницы едва не вываливались, а форзац исчез
вовсе.
Но мистер Рикардо теперь стоял рядом с Ано, и ему больше было незачем
заглядывать детективу через плечо, чему
препятствовала разница в росте.
- Друг мой!- воскликнул он с упреком, когда Ано закрыл книгу.- Где же ваша
наблюдательность?
- Что я упустил? Говорите скорее!- В голосе детектива звучала мука, словно
он заранее переживал из-за допущенных
ошибок.
- Форзац этой книги не выпал сам по себе, потому что страницы растрепались.
Его сложили вдвое и аккуратно отрезали.
Голос Ано вновь стал спокойным.
- Я это заметил. У меня еще сохранились кое-какие остатки проницательности.
Да, форзац отрезали.
- Но почему? Это очевидно!- с триумфом заявил мистер Рикардо.- Робин
Уэбстер изменил свое имя!
- Интересно,- промолвил Ано и взял "Imitatio Christi". Из этой книги форзац
также аккуратно удалили. Некоторое время он
молча смотрел на нее, потом поставил на полку.- Возможна другая причина, которая
мне нравится больше, так как она
объясняет мне кое-что насчет Робина Уэбстера, озадачивавшее меня весь день.
Ано возобновил поиски. Оставался старый сундук, на закрытой крышке которого
валялись пара трубок, теннисная
ракетка, телефонный справочник, карта, американский журнал и еще несколько
мелочей. Сбросив их, детектив открыл
сундук и полез внутрь. Дорожный плед и тяжелое пальто полетели на пол, после
чего детектив выпрямился, держа в руках
дешевую продолговатую шкатулку, инкрустированную перламутром. Он встряхнул ее, и
внутри что-то зашуршало. Ано
попытался открыть шкатулку, но она оказалась запертой. Впрочем, замок был таким
же дешевым, как и сама шкатулка.
Присев на стол, Ано достал из кармана связку миниатюрных стальных инструментов,
снял с кольца пинцет, и вскоре
шкатулка была открыта.
- Ого!- воскликнул детектив, вытряхнув на стол восемь-десять писем - если
их только можно было так назвать. Ибо даже
для глаз мистера Рикардо, находившегося по другую сторону стола, они выглядели
скорее записками, большей частью
сделанными карандашом и нацарапанными в спешке.
Ано быстро прочитал их, и его лицо изменилось.
- Ага!- медленно произнес он и кивнул мистеру Рикардо, словно подтверждая
какое-то его предположение, однако не
показав ему даже подписи. Положив письма в
...Закладка в соц.сетях
