Жанр: Детектив
Заклятье древних маори
...:
твой отец собирается призвать тебя впредь
держать язык за зубами. А теперь, если не возражаешь, пойду спать.
Он уже подошел к двери, когда Саймон остановил его.
- Забыл сказать. Я спросил их, как зовут эту крупную шишку из Ярда.
Сперва они заупрямились, но потом все-таки
раскололись. Аллейн его фамилия. Старший инспектор-детектив Аллейн.
II
Дайкон плохо представлял, что должны предпринять власти в связи с
исчезновением мистера Квестинга. Он
смутно припомнил, что по истечении определенного времени пропавший человек
считается мертвым. Дайкон не знал,
откуда был родом мистер Квестинг, или - остались ли у него наследники. Как бы то
ни было, молодой человек был крайне
удивлен, когда, проснувшись на следующее утро, увидел возле веранды незнакомых
людей в штатском, у которых было
буквально на лбу написано, что они полицейские.
А разбудил Дайкона монотонный гул голосов. Облачившись в халат, он
отправился на поиски своего патрона,
которого оставил накануне вечером в состоянии, близком к прострации, несмотря
даже на массаж, который делал ему
Колли. Дайкон, которому велели убираться вон, выскочил как ошпаренный. Следом за
ним поспешно выскочил и Колли.
- Ну и дела, - закатывая глаза, зашептал Колли. - Впервые вижу, чтобы
он так разбушевался. Просто щепки летят!
Берегитесь, сэр, не подворачивайтесь под горячую руку. Ух: бойтесь, олени,
прячьтесь, антилопы! Мистер Гаунт вышел на
тропу войны.
- Колли! - послышался бешеный крик из-за двери. - Где ты, черт бы тебя
побрал! Колли!
И Колли метнулся назад, как испуганный заяц.
Памятуя об этом случае, Дайкон направлялся к своему патрону с некоторой
опаской. Когда молодой человек
приостановился у двери, до ноздрей его донесся сперва аромат турецкого табака, а
потом и кашель поперхнувшегося дымом
Гаунта. Дайкон осторожно постучал и вошел.
Гаунт, облаченный в лиловый халат, сидел в постели и курил. В ответ на
вежливый вопрос, как ему спалось, Гаунт
только горько рассмеялся и промолчал. Молчанием он встретил и две-три попытки
Дайкона вызвать его на разговор.
Обескураженный секретарь уже собрался было уйти, когда у самой двери его
остановил голос Гаунта:
- Позвони в наш оклендский отель и забронируй номера с сегодняшнего
вечера.
С замиранием сердца Дайкон спросил:
- Значит, сэр, мы все-таки уезжаем?
- Мне казалось, это и ежу ясно, - ядовито произнес Гаунт. - Что я, потвоему,
развлекаюсь, заказывая номера? И -
расплатись с Клэрами. Чем быстрее мы уедем отсюда, тем лучше.
- Но, сэр, а как же ваше лечение?
Гаунт погрозил ему пальцем.
- Неужели после всего случившегося у тебя хватает легкомыслия
предположить, что я способен нежиться в горячей
грязи? Когда перед глазами у меня стоит образ этого несчастного, который угодил
в кипяток.
- Извините, я не подумал, - пробормотал Дайкон. - Простите. Я пойду
поговорю с Клэрами.
- Да уж, изволь, - напутствовал его Гаунт, отворачиваясь.
Отправившись на поиски миссис Клэр, Дайкон наскочил на Колли. Тот
молитвенно возвел глаза к небу и даже
ухитрился смахнуть с них слезу.
"Фигляр", - с негодованием подумал Дайкон, поспешив дальше. Влетев в
кабинет к полковнику Клэру, он застал
там высокого темноволосого незнакомца в невзрачном костюме и простоватых
ботинках. Незнакомец устремил на
вбежавшего секретаря недоуменный взгляд.
- Сержант Уэбли, - произнес полковник.
Сержант Уэбли неспешно поднялся.
- Здравствуйте, - с расстановкой произнес он. - С кем имею честь?
- Это мистер Белл, - подсказал полковник Клэр.
- Очень приятно познакомиться, мистер Белл, - прогундосил сержант.
Повернув к себе заскорузлую, широченную
как лопата ладонь, он, как показалось Дайкону, вгляделся в бороздившие её линии.
Молодой человек с опозданием и легкой
тревогой заметил, что полицейский смотрит в крохотную записную книжечку. - Да,
все верно, - кивнул сержант Уэбли. -
Мистер Дайкон Белл. "Дайкон" - это, разумеется, кличка, сэр?
- Ничего подобного, - оскорбился Дайкон. - Так меня окрестили при
рождении.
- Вот как? - сержант вскинул брови. - Весьма необычное имя. Впервые
слышу. Должно быть, староанглийское?
- Возможно, - холодно ответил Дайкон.
Уэбли прокашлялся, но продолжать разговор не стал.
- Сержант Уэбли, видите ли, ведет расследование... - неловко пояснил
полковник Клэр.
- Да-да, разумеется, - закивал Дайкон, пятясь. - Извините, что помешал,
сэр. Я пойду.
- Нет, что вы, мистер Белл, - с запоздалой учтивостью остановил его
Уэбли. - Я очень рад, что вы заглянули. Крайне
прискорбное происшествие. Да. Присядьте, пожалуйста, мистер Белл. Прошу вас.
Дайкон с тоской уселся; ему вдруг показалось, что его швырнули в
мрачное подземелье и захлопнули люк.
- Насколько я понимаю, - проговорил Уэбли, сверяясь с записной книжкой,
- вчера вечером вы были...
Он принялся читать вслух.
"Все это я уже слышал, - подумал вдруг Дайкон. - И читал сто раз,
путешествуя в самолете и на корабле или коротая
вечер в гостиничном номере".
Он явственно представил себе ярко-желтые обложки, разрисованные
окровавленными кинжалами, револьверами,
кулаками и кровожадными громилами вроде сержанта Уэбли. Больше отвечая
собственным мыслям, чем словам Уэбли, он
вскричал:
- Но ведь это был просто несчастный случай!
- Должен вам сказать, мистер Белл, - безмятежно ответил полицейский, -
что дознание проводится во всех случаях,
связанных с исчезновением людей. Итак, продолжим?
Уэбли монотонно задавал вопросы, старательно записывал ответы Дайкона,
думал, задавал очередной вопрос, и так
до бесконечности. Дайкону мысленно пришлось вновь проделать вчерашний путь по
тропинке, миновать заросли
кустарника, забраться в гору, несколько раз упасть и выбраться на ровную
площадку, с которой хорошо просматривалась
территория, огороженная белыми флажками.
Особенную настойчивость Уэбли проявил, расспрашивая молодого человека
про страшный крик. Уверен ли
Дайкон, что крик донесся со стороны Таупо-тапу? Звуки ведь обманчивы. А где он
находился, когда впервые заметил
мистера Фолса? Уэбли развернул заранее припасенную карту местности.
Дайкон ткнул в нужную точку и тут же, словно воочию, вновь увидел в
полосе лунного света идущего навстречу
мистера Фолса.
"Значит, говорите, это было примерно на полпути между вами и грязевым
озером"? - уточнил Уэбли.
От ужаса, преследовавшего Дайкона с минуты пробуждения, у молодого
человека пересохло в горле.
- Да, примерно, - прохрипел он.
Сержант приподнял голову, пришпилив палец к указанной Дайконом точке.
- Как вы считаете, мистер Белл, сколько прошло времени с тех пор, как
вы оставили миссис и мисс Клэр и
встретились с мистером Фолсом?
- Ровно столько, сколько требуется на то, чтобы быстрым шагом пройти от
машины до этой точки, - не
задумываясь, ответил Дайкон. - Минуты две. Не больше.
- Минуты две, - задумчиво повторил Уэбли и уткнулся в записную книжку.
Затем, не поднимая головы, спросил:
- Юный мистер Клэр ведь вам доверяет, верно?
- В каком смысле?
- Разве он не делился с вами своими подозрениями насчет мистера
Квестинга?
- Да, мы с ним говорили на эту тему, - сдержанно подтвердил Дайкон.
- И вы с ним соглашались? - задавая этот вопрос, сержант на мгновение
приподнял голову.
- Поначалу мне показалось, что он бредит, - честно признался Дайкон.
- Но впоследствии вы уверились, что его подозрения не лишены оснований.
Так?
- Да, возможно, - признался Дайкон, но тут же, словно устыдившись
собственного лицемерия, подтвердил, уже
твердо: - Да, это так. Во всяком случае, иного объяснения я не нахожу.
- Вот, значит, как, - задумчиво произнес Уэбли. - Ну что ж, мистер
Белл, спасибо вам. Больше мы вас не
задерживаем.
"Похоже, мне суждено сегодня весь день получать под зад коленкой", -
подумал Дайкон. И сказал, обращаясь к
полковнику:
- Вообще-то говоря, сэр, я шел к вам. Я хотел вам передать, что мистер
Гаунт страшно огорчен из-за всего
случившегося и хочет уехать... на какое-то время, по меньшей мере. Он хочет,
чтобы я выразил вам всю его
признательность за вашу доброту и внимание... - Дайкон запнулся, потом
продолжил: - Я очень надеюсь, что некоторое
время спустя мы вернемся. А теперь извините - я должен собираться...
- Да, да, конечно, - закивал полковник, даже не пытаясь скрыть своего
облегчения. - Вполне понятно. Извините, что
так все вышло, - расшаркался он.
- И вы нас извините, - промолвил Дайкон, чувствуя, как в горло
наворачивается комок. - Я ещё загляну к вам
попозже. Мы уедем часов в одиннадцать.
И он попятился к двери.
- Минуточку, мистер Белл.
Уэбли пристально разглядывал свои записи. В следующее мгновение он
повернулся и вперил в Дайкона
пристальный взгляд. Дакону показалось, что его пригвоздили к полу.
- Вы собиратесь уехать сегодня утром?
- Да, - кивнул Дайкон.
- Вы, мистер Гаунт и его лакей? Так? - Сержант Уэбли послюнявил палец и
зашуршал страничками. - Лакей по
имени Альфред Колли, да?
- Да.
- Очень хорошо. Так вот, мистер Белл, мне очень жаль, что приходится
нарушать ваши планы, но, боюсь, мы
вынуждены просить вас задержаться. Пока мы не проясним все нюансы, так скажем.
У Дайкона подкосились ноги.
- Но ведь я рассказал вам все, что мне известно, - забормотал он. - А
мистер Гаунт вообще не имеет к этому делу ни
малейшего касательства. В том смысле, что его там и близко не было. Я хочу
сказать...
- И близко не было, говорите? - повторил сержант Уэбли. - Вот, значит,
как. А ведь он не уехал домой в машине,
мистер Белл. Каким путем он пошел?
Дайкон вновь перенесся в клуб и представил себе Гаунта, который, кипя
от ярости, спешил к выходу.
Из оцепенения его вывел голос Уэбли:
- Я спросил вас, мистер Белл, каким путем пошел мистер Гаунт домой
после концерта?
- Не знаю, - глухо ответил Дайкон. - Если хотите, я могу спросить у
него.
- О, что вы, мистер Белл, не беспокойтесь. Я сам его спрошу.
III
Ах, с каким запозданием мы чувствуем признаки неотвратимо надвигающейся
на нас катастрофы, привыкнув
отгораживаться от любой угрозы экраном мнимой безопасности. Возможно, мысль о
том, что постигшая Квестинга участь
вовсе не была результатом несчастного случая, и теплилась где-то в отдаленном
уголке мозга Дайкона. Есть некоторые
недуги, которые мы не хотим даже называть; с таким же упорством мы не желаем,
чтобы наше имя хоть как-то связывалось
с определенным видом преступлений. Удивительно, но даже сейчас, в преддверии
приближающейся беды, Дайкон думал
лишь об одном: как же ему теперь объясниться с Гаунтом. Вот так, в результате
невероятных вывертов воображения,
серьезный ужас уступает место крохотному страху.
Дайкон сказал:
- Может быть, мне проводить вас к мистеру Гаунту? Я просто не знаю,
встал ли он уже с постели.
Уэбли задумчиво посмотрел на него, после чего с радушием, заставшим
Дайкона врасплох, произнес:
- Это будет чрезвычайно любезно с вашей стороны, мистер Белл. Мы ведь
тоже любим, когда с нами обращаются
по-хорошему. Что ж, представьте меня мистеру Гаунту, и я сам все ему объясню.
Убежден, что он поймет.
"Черта лысого!" - подумал Дайкон, шагая по веранде.
Они уже подходили к спальне Гаунта, когда оттуда, согнувшись в три
погибели под тяжестью сундука с одеждой,
вышел Колли. Уэбли удостоил его колючим взглядом, уже столь хорошо знакомым
Дайкону.
- Поворачивай оглобли, Колли, - сказал Дайкон.
- Чего? - изумился тот. - Я же его еле выволок. Что я вам, сэр,
носильщик, что ли?
Он исподлобья посмотрел на Уэбли.
- Извиняюсь, старший инспектор. Кстати, ни одного трупа в сундуке нет.
Можете взглянуть сами, если не верите,
но только хозяйское белье не потревожьте. Мы в таких вопросах очень скрупулезны,
знаете ли.
- Ладно, Колли, - махнул рукой Уэбли. - Только держитесь поблизости.
Мне надо будет переброситься с вами парой
слов.
- Слушаюсь и повинуюсь, - весело ответил Колли, подмигивая Дайкону. -
Будь я собакой, я бы даже повилял
хвостом. Кстати, ежели вы ищете Его Королевское Светлейшество, то оно изволит
лично сидеть в грязи. По самую задницу,
- сообщил он излишнюю подробность.
- Мы подождем, - произнес Дайкон. - Заходите сюда, мистер Уэбли.
Они прошли в гостиную. Колли, посвистывая, побрел по веранде.
- В Новой Зеландии такие зубоскалы смотрятся белыми воронами, - заметил
Уэбли. - Очень уж боек на язык этот
малый. Я почему-то представлял себе английских лакеев совсем иначе.
- Колли - вообще-то костюмер, а не лакей, - пояснил Дайкон. - Но он уже
так давно прислуживает мистеру Гаунту,
что, должно быть, и сам считает себя штатным шутом. Извините, сержант, но я
должен поставить мистера Гаунта в
известность о том, что вы его ждете.
Дайкон, по наивности, рассчитывал предупредить хозяина, но Уэбли,
поблагодарив, вышел на веранду вместе с
ним.
- Лечится, значит? - жизнерадостно провозгласил он. - Правильно.
Занятно, что я служу здесь уже без малого лет
десять, а до сих пор так и не удосужился полюбоваться на эти знаменитые
источники. Кто бы мог подумать!
И он последовал за Дайконом через пемзовую террасу.
Гаунт уже завел себе обычай каждое утро залезать перед завтраком на
пятнадцать минут в самый большой грязевой
источник, прикрытый от посторонних глаз грубо сколоченной купальней. Дайкон
поневоле подумал, что, судя по всему,
столь категорическое неприятие Гаунтом курорта не коснулось именно этого
целебного источника.
Подойдя к купальне, секретарь осторожно постучал в дверь.
- Кого там черти носят? - рявкнул Гаунт.
- Здесь сержант Уэбли, сэр, - ответил Дайкон, дрожа как осиновый лист.
- Он хочет поговорить с вами.
- Какой сержант?
- Уэбли. Это его фамилия.
- Кто он такой?
- Сотрудник гарпунской полиции, сэр, - сказал сержант. - Извините уж за
беспокойство.
Ответа не последовало. Уэбли не шелохнулся. Дайкон ждал, переминаясь с
ноги на ногу. Вскоре до его ушей
донесся негромкий всплеск. Молодой человек представил, как Гаунт присел,
прислушиваясь. Наконец он услышал оклик:
- Дайкон?
- Я здесь, сэр.
- Зайди ко мне.
Дайкон быстро шмыгнул в купальню, прикрыв за собой дверь. Как он и
ожидал, голый Гаунт с негодующим видом
торчал по пояс в грязи.
- Что происходит, черт побери?
Дайкон выразительно указал на дверь.
- Он там? - буркнул Гаунт.
Дайкон возбужденно закивал, после чего звенящим от напряжения голосом
провозгласил:
- Сержант Уэбли из гарпунской полиции хочет побеседовать с вами, сэр.
Порывшись в карманах, он выудил конверт, карандаш и быстро нацарапал:
"По поводу Квестинга. Нас не
отпускают". Показывая конверт Гаунту, он нарочито громко спросил:
- Может, позвать Колли, сэр?
Гаунт недоуменно вытаращился на конверт. По плечам его катился пот.
Лицо актера постарело и увяло, кожа на
руках сморщилась. Он принялся ожесточенно чертыхаться себе под нос.
Уэбли громко прокашлялся. Гаунт, продолжая изрыгать проклятия,
посмотрел на дверь. Затем, ухватившись за
поручень, он поднялся в полный рост - не самое радующее глаз зрелище.
"Господи, хоть бы он что-нибудь сказал, - подумал Дайкон. - Неужели он
не понимает, что молчанием губит себя?"
Словно прочитав его мысли, Гаунт громко произнес:
- Скажи ему, чтобы подождал. Сейчас я выйду.
Несмотря на теплое ясное утро и принятую горячую ванну, Гаунт вышел из
купальни, зябко кутаясь в длинный
халат. Попросил у Дайкона сигарету. Секретарь, чтобы хоть как-то разрядить
напряжение, заговорил:
- Боюсь, сэр, нам придется немного задержаться с отъездом. Это я
виноват - нужно было предвидеть, что дознание
ещё не закончилось.
- Да, - подхватил Гаунт, - чертовски некстати. Ладно, ничего не
попишешь, надо так надо.
Его реплика прозвучала на редкость фальшиво.
Выйдя из купальни, они лицом к лицу столкнулись с сержантом Уэбли.
"Торчит тут, как монстр Франкенштейна", - почему-то подумал Дайкон.
Проводив хозяина и сержанта к дому, он
присел на край веранды и закурил. Гаунт отправился переодеваться, а сержант
остался у двери. Набежавшие было ночью
тучи рассеялись, ветер тоже стих. Пик Ранги четко вырисовывался на фоне неба.
Деревья в его предгорьях казались
наляпанными акварелью. Звонко пели жаворонки, наполняя серебристыми трелями
прозрачный воздух. На огибавшую
озеро тропинку вышли трое. Один из них нес увесистый мешок, который старался
держать от себя подальше, а двое других -
багры и длинную жердь, сделанную из ветви мануки. Шли они медленно, выстроившись
гуськом. Когда они приблизились,
Дайкон разглядел, что и мешок, и багры выпачканы грязью.
Он сидел, словно оцепенев, не замечая, что сигарета догорела, пока ему
не обожгло пальцы. Уэбли поспешил
навстречу полицейским. Мужчина, несший мешок, украдкой приоткрыл его, показывая
Уэбли содержимое. Они принялись
оживленно обсуждать что-то, но, услышав донесшийся из дома голос Барбары,
звавшей мать, тут же замолчали. Вся троица
скрылась за углом, унося с собой перепачканные грязью и илом трофеи, а Уэбли
вернулся на свой пост перед дверью
Гаунта.
Внезапно за спиной Дайкона скрипнула дверь. Молодой человек, нервы
которого были натянуты до предела,
порывисто обернулся, но облегченно вздохнул, узнав мистера Септимуса Фолса.
- Доброе утро, Белл, - приветливо поздоровался тот. - Славный денек
выдался, не правда ли? Совсем не под стать
нашему настроению, да? "Что за создание человек?". Я не слышал, как вы вернулись
ночью, но уже знаю, что вы никого не
встретили.
"Значит, никто не проговорился, что я следил за ним", - подумал Дайкон.
- А какие у вас успехи? - осведомился он.
- У меня-то? - вскинул брови мистер Фолс. - Мне пришлось вступить на
запретную территорию, но лавров я там не
снискал. Кстати, мне показалось, что вы меня заметили. - Фолс посмотрел на
Дайкона с улыбкой. - Я даже слышал, как вы
упали. Не ушиблись, надеюсь? Впрочем, в молодости синяки да шишки проходят
быстрее. А я вот здорово натрудил свою
злосчастную поясницу.
- Мне показалось, что вы двигались довольно резво, - не удержался
Дайкон.
- Сила воли, - вздохнул мистер Фолс. - Исключительно. Потом, правда,
несладко приходится.
Он потер рукой поясницу и проковылял к сержанту Уэбли.
- Как дела, сержант? Есть новости?
Уэбли метнул на него осторожный взгляд.
- Пожалуй, да, сэр, - произнес он. - Могу уже сказать, что этого
господина и впрямь постигла та самая участь, о
которой вы подозревали. Полчаса назад наши люди кое на что там наткнулись. Я
имею в виду кипящее озеро.
- Не... - вырвалось у Дайкона.
- Нет, мистер Белл, не останки. Учитывая обстоятельства гибели,
рассчитывать на это было бы трудно. Нет, их
внимание привлек какой-то белый предмет - то всплывавший, то снова
погружавшийся.
- И что это оказалось? - спросил Фолс.
- Мужская жилетка, сэр. Особая такая, с вырезанной спиной.
IV
По просьбе Гаунта, Дайкон присутствовал при его беседе с Уэбли.
Держался актер прескверно: то и дело ерзал,
ворчал, нетерпеливо покрикивал. Уэбли, в противоположность ему, сохранял
спокойствие и невозмутимость.
- Боюсь, что вынужден просить вас пока задержаться здесь, сэр, - со
вздохом произнес он. - Крайне сожалею, но
иначе нельзя.
- Но я уже сто раз вам объяснил: мне больше нечего добавить. Нечего,
понимаете? Я плохо себя чувствую и
приехал сюда, чтобы отдохнуть и подлечиться. Господи! Можете записать мой адрес
и в любое время со мной связаться. Я
не знаю ровным счетом ничего, что могло бы представить для вас хоть малейший
интерес.
- Мне это ещё неизвестно, мистер Гаунт. Я ведь пока не задал вам ни
единого вопроса. Может быть, вы
припомните, как добрались домой прошлой ночью?
Гаунт побарабанил по подлокотникам кресла, потом с усилием овладел
собой и прошептал:
- Как я добрался домой? А, вспомнил. Пешком.
- Вы шли через территорию маори, сэр?
- Нет. Я терпеть не могу эту резервацию. Я шел по шоссе.
- Вы сделали довольно большой крюк, мистер Гаунт. Насколько я знаю, на
концерт вы приехали в собственном
автомобиле?
- Да, сержант. И тем не менее обратный путь я решил проделать пешком.
Мне хотелось глотнуть свежего воздуха.
А что, разве ходить пешком у вас возбраняется?
- А кто привел машину, сэр?
- Я, - вызвался Дайкон.
- Должно быть, мистер Белл, вы обогнали по пути мистера Гаунта?
- Нет. Мы выехали с большой задержкой.
- Позже чем через пятнадцать минут после окончания концерта?
- Не знаю. Я об этом не думал.
- Мистер Фолс считает, что вы выехали примерно через четверть часа.
Расстояние по шоссе составляет около мили с
четвертью, - сказал Уэбли, разворачиваясь лицом к Гаунту. - Вы, должно быть,
отменный ходок.
- Автомобиль по этой дороге еле ползет, если вы на это намекаете. Но я
и впрямь шел быстро, это верно.
- Хорошо. А почему все-таки вы так спешили, мистер Гаунт? Вас что-то
взволновало? Я не раз замечал, как,
беспокоясь, люди прибавляют шаг.
Гаунт расхохотался и вдруг - совершенно неоправданно, по мнению
Дайкона, - заговорил в шутливой манере:
- А вы, похоже, переодетый репортер, сержант. Иначе - с чего бы вам
вдруг вздумалось интересоваться моим
душевным состоянием.
- Нет, сэр, - бесстрастно ответил Уэбли, - я просто пытаюсь понять,
почему вы шли так быстро.
- Вы угадали верно. Я был взволнован. Впервые за долгое время я читал
Шекспира перед публикой.
- Вот как? - Уэбли сверился с записной книжкой. - Насколько я понимаю,
из всех приехавших с курорта лиц вы
покинули здание клуба первым. Если не считать мистера Квестинга. Он ведь ушел
перед вами, верно?
- Неужели? Да, пожалуй, вы правы. - Гаунт поднес свою красиво
очерченную руку к глазам и вдруг резко потряс
головой, словно отгоняя какое-то гадкое видение. Затем он с печальной улыбкой
отнял руку от лица и бессильно опустил её.
Так он играл Гамлета во время предпоследнего диалога с Горацио. Мистер Уэбли
мрачно наблюдал за ним.
- Извините меня, сержант, - произнес Гаунт. - Это происшествие совсем
выбило меня из колеи.
- Да, скверная история, сэр. Могу я спросить, были ли вы дружны с
погибшим?
- Нет, нет. Но дело совсем не в этом. Боже, какой страшный конец!
- Несомненно. Кстати, выйдя тогда из клуба, вы видели его?
Гаунт достал портсигар, раскрыл и предложил Уэбли. Тот покачал головой,
сказав, что не курит. Поднося хозяину
спичку, Дайкон обратил внимание, что руки Гаунта дрожат. Актер удостоверился,
что полицейский тоже это заметил, и
произнес что-то едва слышным шепотом, больше напоминающим шелест листвы.
"Господи, лучше бы мне сквозь эемлю провалиться", - подумал Дайкон,
готовый сгореть от стыда.
- Вы не ответили, - прогудел Уэбли и повторил свой вопрос.
Гаунт признался, что, насколько помнит, вроде бы и впрямь видел спину
Квестинга, выходя из клуба. Но точно не
уверен. Уэбли настаивал, а Гаунт заметно занервничал. Наконец, придвинув стул
поближе к полицейскому, он устало
произнес:
- Послушайте, я рассказал вам про этого беднягу все, что знал. Теперь я
хочу, чтобы вы кое-что уяснили. Дело в
том, что я актер, причем весьма знаменитый. Любые новости, связанные со мной,
немедленно попадают на первые полосы
газет, которые рады поднять шумиху по любому поводу. Белл, мой секретарь,
объяснит вам, насколько мне приходится
соблюдать осторожность. Надеюсь, вы понимаете, что даже пара строчек обо мне в
колонке сплетен может вызвать крупный
скандал. Про Квестинга мне известно немного, но я наслышан, что он пользовался
не самой лучшей репутацией. Все ведь
это может выплыть наружу, верно? Достаточно одного намека. "Загадочная смерть
после выступления Джеффри Гаунта в
новозеландском захолустье". Наверняка эти писаки тиснут нечто подобное.
- В нашей стране это не принято, мистер Гаунт.
- Господи, дружок мой, да кто же говорит про вашу страну! По мне, так
её и вовсе на свете нет. Дело в том, что я
имею в виду Нью-Йорк! - с придыханием произнес актер.
- А-аа, - равнодушно протянул Уэбли.
- Послушайте, - продолжил Гаунт. - Я понимаю, что вы выполняете свой
долг. Если у вас есть ещё вопросы,
пожалуйста - спрашивайте. Прямо сейчас. Но только не тяните - я не хочу здесь
долго торчать. Я бы пригласил вас к себе и
угостил стаканчиком, но...
Дайкон с замиранием сердца увидел, как рука Гаунта юркнула во
внутренний карман. Зайдя за спину Уэбли,
секретарь яростно замотал головой, но было уже поздно - Гаунт вынул бумажник.
Уэбли вскочил.
- Послушайте, мистер Гаунт, - заговорил он тем же ровным и бесстрастным
тоном, - мне кажется, что вы
забываетесь. Если вы и впрямь дорожите своей репутацией, как только что
рассказывали, то сейчас очень ею рискуете.
Спрячьте свой бумажник, сэр. Мы отпустим вас в кратчайшее время, но до
прояснения всех обстоятельств этой темной
истории никто Ваи-ата-тапу не покинет. Никто.
Гаунт резко отдернул голову - Дайкон, который хорошо знал этот его
жест, называл его позой атакующей кобры.
- Мне кажется, вы совершаете ошибку, сержант, - произнес он с деланным
безразличием. - Однако спорить я не
стану. Только позвоню сэру Стивену Джонсону и посоветуюсь, как быть дальше. Он
ведь мой друг. Он, кажется, ваш
министр юстиции, верховный судья или что-то в этом роде.
- Пожалуйста, мистер Гаунт, - спокойно ответил Уэбли. - Возможно, его
честь отдаст какие-то распоряжения. Пока
же должен просить вас оставаться здесь.
- Черт бы вас побрал! - завопил Гаунт. - Если вы ещё раз это скажете, я
просто на стенку полезу! Как вы смеете так
со мной обращаться! Да, человек пал жертвой трагичного случая. Вы же ведете себя
так, как будто его убили!
- Но, - произнес голос с порога, - ведь это именно так и есть!
В проеме двери стоял мистер Септимус Фолс.
V
- Ради Бога, извините меня, - поспешил расшаркаться мистер Фолс. - Я
стучал, но вы не слышали. Я пришел, чтобы
позвать сержанта Уэбли к телефону.
- Благодарю вас, сэр, - сказал сержант и вышел.
- Позвольте зайти? - спросил мистер Фолс и, не дожидаясь ответа, зашел.
- Я хочу воспользоваться отсутствием
этого бравого блюстителя правопорядка, чтобы обсудить с вами создавшееся
положение.
- Что вы там ляпнули про Квестинга? - вскинулся Гаунт. - О
...Закладка в соц.сетях
