Жанр: Детектив
Зачем тебе алиби
...г
быть мертв.
Ваших знакомых в казино мы, конечно, опросим, не переживайте. Но хорошо бы найти
еще кого-то, кто бы видел вас раньше, с девяти до десяти.
- В девять он был жив! - высоким, звенящим голосом выкрикнула она.
Он ничего ей не возразил и закурил четвертую сигарету.
Глава 5
Анжелика глубоко вдавила кнопку звонка, вслушалась в механическую веселую мелодию,
покусывая губы от нетерпения. Потом позвонила еще раз, но это явно было лишним - через
дверь послышались тяжелые шаги, в глазок кто-то посмотрел. Потом ей открыли.
- Извините, - слегка задыхаясь, сказала она. - Юру можно?
- Он в институте, - певуче ответила ей высокая полная дама в лиловом халате. У дамы
было приятное, тщательно запудренное лицо, тоненько выщипанные брови, высокая прическа
из угольно-черных волос и неодобрительный взгляд. Анжелика нерешительно показала на свою
дверь:
- Я ваша соседка...
- Помню, - спокойно ответила дама.
На этом разговор иссяк. Дама не выказала никакого любопытства, никакого сочувствия по
поводу смерти Игоря, вообще ничего. Анжелика ожидала большего и попыталась еще раз:
- Я вообще-то по делу...
Дама подергала поясок своего халата и довольно нервно ответила:
- Не знаю, какое дело?
- Ну вы же слышали... - Анжелика дернула подбородком, показывая на свою дверь.
- Слышала. - Дама поторопилась с ответом, и это выдало ее. Анжелика поняла - эта
женщина вообще не желает с ней говорить, она, непонятно почему, испытывает к молодой
соседке неприязнь, а может, что-то похуже... "Из-за того, что ее сыночек ко мне в гости ночью
ходил? - пыталась понять Анжелика. - Да это глупо! Ему же тридцать лет, в конце концов, и
мы ничего такого не делали..." Ей очень не хотелось говорить на лестнице, еще больше не
хотелось доказывать, что она не совращала невинного Юру - это было бы глупо. Поэтому она
собралась с духом и спросила:
- Извините, я только что от следователя... Вы случайно не видели, как я уходила из дома
вечером четвертого мая?
- Как это?! - удивилась дама. - Почему я должна была видеть, как вы уходили? Вы что
- сами не знаете, уходили или нет?
- Я-то знаю... - Она уже поняла, что дама ее не спасет. - Но следователю нужны
свидетели... Вы наши соседи...
- Я не видела вас, - отрезала дама. - Простите, я только после ванны, мне холодно
стоять.
"Наглое вранье, - Анжелика с ненавистью всматривалась в ее смуглое от пудры лицо. -
Волосы сухие, намазана, и ничего ей не холодно". Отвернулась, отступила к своему порогу и
услышала, как у нее за спиной хлопнула дверь.
Дома она первым делом бросилась к телефону.
На этот раз сразу подошел Саша.
- Ну, чего тебе? - прошипел он. - Лена только что уснула!
- Какое мне дело до Лены! - Она скрючилась в кресле с телефонной трубкой в руке, ее
знобило, ноги снова подгибались. У следователя она держалась неплохо, но теперь наступила
реакция - хотелось рыдать, бить по всему, что на глаза попадется, обвинять кого-то в своих
бедах... Но кого? Анжелика почти плакала:
- Ты мне нужен, срочно!
- Опять что-то нашла?
- Потеряла, дурак! - Тут она на самом деле разрыдалась, и это было так сладко, так
необходимо ей в эту минуту, что она не стала слушать уговоров испуганного Саши, который
просил объяснить, в чем дело. Она только и смогла, что повторить:
- Приезжай, скорее.. Ты мне нужен!
Он обещал подъехать в течение часа, и она еще долго плакала, сидя в кресле, упершись
подбородком в поднятые колени, обняв себя за ноги. Так хорошо ей не плакалось с детства. Все
напряжение, вся долго таимая ложь, вся растерянность - все вылилось на ее щеки двумя
горячими потоками. В конце концов лицо защипало от соли, глаза опухли, но на душе стало
посветлее. "И это глупо... - сказала себе Анжелика, поднимаясь и идя в ванную. - Глупо,
ведь все стало еще ужасней.. Но не обвинят ведь меня! Алиби, боже мой... У меня было
хорошее алиби, этот недоносок все испортил!" Она знала, кого имеет в виду, и это был не
Саша. Только сейчас до нее дошла вся опасность положения, в которое попала их троица.
"Конечно, нельзя ожидать, что убийца позаботится о нашем алиби... - Она плескала себе в
лицо ледяной водой. - Все рухнуло, а я почему-то думала, что его убили, как планировали мы
- где-то после полуночи... Ах, на кой черт мне теперь три свидетеля, да еще тот мужик за
столом в казино, с которым я пыталась познакомиться, чтобы иметь еще одного! Теперь мне
нужен хотя бы один, хотя бы один свидетель, что я ушла из дома в девять! Что я действительно
гуляла! Господи! Но его же нет!"
Саша явился, вник в обстановку с первых же ее слов и встревоженно спросил:
- А Юрка что?
- Что Юрка... - проворчала она. - Его мамаша меня не видела. А он в институте.
- Можно с ним поговорить. - Саша закурил, напился минеральной воды. Разговор
происходил на кухне. - Даже если не видел тебя, может сказать, что видел, да еще не в девять,
а пораньше.
- Господи, да хотя бы ровно в девять! - вздохнула она. - Если он им соврет,
кто-нибудь может его поймать на этом, тогда вообще я буду очень подозрительна.
- Да кто его поймает?
- Какая-нибудь бабка во дворе. Вдруг меня правда кто-то видел, когда я уходила?
- Что - бабки по часам засекали, когда ты вышла? - усмехнулся он. - Да и дворик у
вас не то чтобы многолюдный.
- Скамеечек перед подъездами нет, это раз, и холодно еще бабкам гулять, - кивнула
Анжелика. - Может, меня правда кто-то видел, но следователь сказал, что никого не
опрашивали.
- Черт-те что, так свидетели все забудут! Обязаны были сразу опросить.
- Мало ли, что они обязаны. Так ты поговоришь с Юрой? Он же твой старый друг... Мне
нужен хоть кто-то...
- Да поговорю, не бойся... - Он задумался, переспросил:
- Так что ты сказала - у него в ране была малахитовая крошка?
Анжелика кивнула, отошла к окну, стала смотреть во двор. На подсохшем асфальте
девочка рисовала классики - розовыми и зелеными мелками.
Рисовала она криво, неумело, но зато с огромным наслаждением. Девочка выпрямилась,
оглядела свою работу, достала из кармана курточки биту, бросила ее в первый квадрат.
Прыгнула, толкнула биту кроссовкой, бита вылетела из пределов квадрата и унеслась прямиком
в лужу. Девочка сбегала за ней, достала, обтерла ладонью и повторила попытку. Вышло еще
хуже - бита осталась на месте, а девочка упала на колено. Анжелика вскрикнула, словно
расшиблась сама, Саша так и подскочил:
- Что?!
- Девчонка упала... - Она задернула штору, повернулась к нему с виноватой улыбкой:
- Я тоже не умею в классики играть.
- Рехнулась?! - разозлился он. - Я с тобой о деле разговариваю, а ты пялишься в окно!
Они уверены, что убил его кто-то знакомый?
- Нет... - удивилась она. - С чего ты взял? Я ничего такого не говорила...
- Ты сказала, что следователю показалась подозрительной подставка для часов.
Действительно, если разобраться, откуда убийца мог знать, что подставка отдирается?
- - Ах, ну случайно отодрал... - рассеянно ответила она.
- Проснись! Это важно! Ты что - не поняла - следователь под тебя копает!
- Под меня?! - Сердце у нее так и ухнуло.
- - Конечно! Алиби - это дело второе. А подставка подозрительна. Сама подумай -
человек идет на дело, хочет убить. Он что - решает найти подходящий тяжелый предмет в
квартире жертвы?! Он возьмет с собой что-нибудь, приготовит заранее. Это же ясно! Значит -
этот человек знал, что есть у Игоря в комнате такая подходящая штука - подставка, и знал, что
ее от часов отделить - раз плюнуть.
Она неуверенно кивнула, соглашаясь, потом робко спросила:
- Да я тут при чем?
- Но ты про часы знала!
- А кто не знал?!
- Никто не знал, - убил ее Саша. - Я, например, понятия не имел, что она не
привинчена. А ты с нее сто раз пыль стирала, кому знать, как не тебе.
И вообще, что-то тут подозрительно. Зачем он его уложил подставкой? Нелепо как-то...
- Следователь сказал - может, все вышло случайно... - вставила она.
- Так и выглядит. Шел без обдуманного намерения убить, пришел, поссорились,
случайно обнаружил, что подставка отделяется... Нет, черт, тут натяжка. Если бы он Игоря
часами оглушил, было бы нормально - под руку попались. А тут он под часы залез и взял
подставку...
- А может, сперва он за часы схватился, они у него в руке остались, - предположила
она. - Увидел каменную подставку, бросил часы, ударил...
- Часы-то идут?
- Встали.
- Но они исправны?
Анжелике пришлось принести на кухню ненавистные часы и завести их для проверки.
Часы оказались в порядке.
- Не похоже, что их швыряли... - делился своими соображениями Саша. - Стекло не
поцарапано, и вообще все в идеальном виде.
- Ну, так что? - томилась Анжелика. - Что ты думаешь об этом?
- Ничего хорошего. - Саша поставил часы на стол, прислушался к их громкому
тиканью. - Получается, что этот тип явился сразу после твоего ухода из дома. Получается, что
часы эти были ему знакомы. В общем, у тебя был сообщник.
- Ты что несешь?!
- Я только предполагаю. Может, следователь тебе скажет еще что похуже. Да и баба в
гневе тоже на многое способна - ты сама могла пробить ему череп этим каменюгой.
- Я тебя умоляю - будь серьезен! - От возмущения у нее тряслись губы. - Конечно,
тебе можно смеяться... У тебя не требуют алиби, которого нет...
- Еще потребуют.
- Ну и что? Его убили с девяти до десяти. Ты был с Ленкой.
- Я усвоил, когда его убили, но я был не с Ленкой. Или она была не со мной, это с какой
стороны смотреть...
- Серьезно? - Анжелика закурила, не сводя с него глаз. - А где вы были?
- Ленка задержалась у себя в магазине, пришла только в одиннадцатом часу. Я уже начал
нервничать - вдруг струсила? А сам дома сидел, смотрел телик, чтобы успокоиться.
Анжелика отмахнулась:
- Тебе все равно легче. А Ленка вообще ни при чем. Он мой муж, пойми ты, и они,
наверное, думают, что мне выгодна его смерть!
- А что - было не так?
- Да им-то откуда знать? Внешне все нормально, у нас даже счет был общий.. Ну, сняла я
с него недавно крупную сумму, и что? Хорошо, что не все сняла, это было бы подозрительно...
- Ты им про счет сказала?
- С какой стати?
- Верно, молодец. Если бы сама вылезла с этим счетом, было бы подозрительно - чего
это ты вдруг оправдываешься? Я думаю, когда они до счета докопаются, поймут, что его смерть
тебе невыгодна, что деньги у тебя и так были. И отвяжутся.
- А если нет?
- Найдем свидетеля, - легко отозвался он. - И вообще - переживай меньше. Иначе
раньше времени выдохнешься. А тебе нужно продержаться.
Это недолго, вот увидишь.
- Сам только что переживал!
- Ты меня беспокоишь, вот и переживал. Как ты выглядишь?
- Ужасно, ну и что?
Но Саша не сводил с ее лица пристального взгляда, и Анжелика вдруг почувствовала
неловкость.
Она давно перестала воспринимать себя как женщину в его присутствии. Она была сперва
родственницей, потом - товарищем по игре, потом сообщницей. И все это ее устраивало. Не
устраивал ее вот такой взгляд - он не обещал ничего приятного, он был непонятен. Она с
вызовом спросила:
- Любуешься? Знаешь, мне наплевать, как я выгляжу. Во всяком случае, когда дело
касается тебя.
- Вот спасибо... - рассмеялся он. - Ты чего злишься? Мне тоже наплевать, как ты
выглядишь, причем в любом обществе, не только в моем. Но я желаю, чтобы ты не создавала
проблем на пустом месте. И главное - выдержала всякие гадости, которые будет тебе
подсовывать следователь..
- Я выдержу.
- А я вот не уверен в тебе. Опять не спала?
- Почти нет. Но это неважно, я себя нормально чувствую.
- Я бы на твоем месте лег сейчас спать, - неожиданно мягко предложил он. - А я
побуду здесь, не хочется ехать домой.
- Да ты что? - удивилась она. - Поссорились?
- Нет, но Лена совсем сдала. Нервы. Вся издергалась, плачет, напилась димедролу,
чтобы уснуть, а ее не прошибло, стало еще хуже. Короче, я замучился. Еще вот ты.
Анжелика снова отдернула штору, посмотрела.
Девочка стояла, нахохлившись, сунув руки в карманы, трогала биту носком кроссовки, но
больше не пыталась прыгать. С пятого этажа трудно было разглядеть ее коленки, но Анжелика
поняла - они содраны до крови.
- Не беспокойся, - сказала она, не оборачиваясь. - Я выдержу. Я выдержала с ним
семь лет, теперь выдержу еще пару месяцев.
- Лика, - он сказал это как-то странно, неуверенно. Она обернулась. - А если честно,
вы ведь паршиво жили, да?
Анжелика пожала плечами:
- Да какая теперь разница. Я не из-за этого согласилась его убить.
- Но если все было хорошо, ты бы не согласилась, верно?
- Пожалуй, верно. Да я не думала никогда, хорошо мы живем или плохо Просто жила.
- А не слишком ли долго ты не думала? Семь лет -s- хороший срок.
- Хватит, - она опять отвернулась. - Хороший срок или плохой, но он кончился. А моя
девочка ушла.
- Какая еще девочка?
- Та, которая упала.
- Иди-ка ты спать, - сказал он после короткой паузы. - Тебе же легче будет, если я
останусь?
Анжелика не ответила, задернула штору и ушла к себе в комнату.
...Глаза она открыла уже в полной темноте. Подтянула одеяло к подбородку, скрючилась
в любимой позе, блаженно опустила тяжелые ресницы... Но дрема не возвращалась. Под
прикрытой дверью виднелась полоска света. На кухне слышался Сашин голос. "Говорит по
телефону... - сонно подумала она. - Который может быть час?" И вдруг она резко подняла
голову с подушки, прислушалась.
Она не ошиблась - Саше кто-то отвечал. Мужчина.
Анжелика выбралась из постели, запахнулась в халат, сунула ноги в тапочки и вышла. На
кухне она увидела умилительную картинку - два школьных друга вспоминают былое за
рюмкой вина. Юра, заметив хозяйку, нерешительно привстал.
- Сиди, - кивнула она ему. - Который час? - Это уже относилось к Саше.
- Да спала бы еще, - он глянул на часы, которые все еще стояли на столе. -
Полвторого.
- В смысле ночи?
- Сама не видишь?
Анжелика сонно и ласково улыбнулась, присела за стол, поморщилась, глядя на мускат:
- Допивайте скорее эту гадость! Как она в дом попала, не понимаю.
- Вообще, дамский напиток, - заметил Саша. - Я думал - твою заначку нашли.
- Это все равно что варенье пить. Я люблю сухие вина.
- А Игорь?
- Коньяк, сам не знаешь, что твой брат любил? - спросила она и поймала себя на мысли
- надо быть осторожней при Юре. Может выдать небрежное слово, неодобрительное
высказывание о покойнике, случайная деталь. Чтобы свернуть с опасной колеи, она обратилась
к гостю:
- А как ты сюда забрел? Есть новости? Еще что-то вспомнил?
- Мне мать сказала, что ты была - А... Почему она меня так ненавидит, кстати? - Она
налила воды в чашку, кинула туда растворимого кофе. Горькая холодная бурда помогла ей
открыть глаза пошире. - Я просто-напросто спросила, дома ты или нет, а она меня едва не
сожрала.
- Ты не преувеличиваешь? Мать никому не грубит...
- Она и мне не грубила, но моих слабых мозгов хватило, чтобы понять - она меня не
выносит. В чем дело, интересно?
- Не знаю... - Юра передернул плечами. - Слушай, Саша мне объяснил, в какое ты
попала положение с этим алиби. Я ничего сделать не могу.
Она бросила взгляд на Сашу, тот довольно равнодушно пожал плечами.
- Юр, а почему? - спросила девушка почти заискивающе. - Надо всего-навсего сказать
им правду, когда я ушла... Я же ушла точно в девять. Кто угодно подтвердит...
- Оставь его в покое, - вмешался Саша - Он в это время был в другом месте. Его там
видели. Дикая история.
- Да уж - поникла Анжелика, но Саша цинично пояснил:
- Да не с твоим алиби дикая история, а с его дипломом Представь, он в тот вечер сидел в
общаге в гостях, и диплом был при нем...
- Двадцать пять акварелей... - вставил Юра.
- А потом он поехал домой, но приехал уже поздно - где-то в пол-одиннадцатого, и его
мать, к сожалению, может это подтвердить Так что с алиби он тебе не поможет.
- Ничего дикого не вижу, - она закурила, подняв глаза к потолку, разом потеряв
интерес к обоим гостям.
- Понимаешь, - нервно вмешался Юра, - я тогда оставил там папку с рисунками.
Хватился только сегодня, поехал туда А папка пропала Искал, спрашивал, бесполезно.. А потом
мне сказали - так и так, прости, но мы твой диплом пропили. Как пропили?! Оказалось, деньги
у них кончились, надо добавить, взять негде. Кто-то в папку заглянул, а там рисунки, правда,
были очень красивые, я постарался.. Они сбегали с папкой к киоскам, там какой-то продавщице
понравились рисунки, она забрала все двадцать пять и дала им взамен бутылку водки.
Она улыбнулась уголком рта, из вежливости.
Саша заметил:
- Ты вообще должен гордиться. Модильяни тоже продавал свои рисунки за стакан вина.
Обидно только, что водку выпил не ты.
- Модильяни не надо было сдавать диплом! - Юра сильно нервничал, когда зажигал
сигарету, рука у него дрожала - Я в нокауте.
- Послушай, - вздохнула Анжелика. - Я понимаю, тебе при таком раскладе некогда
заниматься моим спасением Но если бы ты хоть рассказал в милиции, что видел ту блондинку,
ты бы мне помог...
А то получается, что я одна под подозрением Юра жадно затягивался сигаретой, прикрыв
покрасневшие веки. Выслушав ее просьбу, равнодушно пожал плечами:
- Да расскажу. Если спросят.
- А вдруг тебя дома не будет? - испугалась она. - Нет, ты сам туда сходи.
- Да расскажет, - Саша разлил остатки муската в две рюмки, кивнул приятелю; -
Давай, прикончим бутылку и баиньки.
Мужчины выпили тягучий сладкий напиток, Юра докурил сигарету и встал:
- Ладно, я пошел работать. Ты извини, но ничего не получится... - Это относилось к
Анжелике.
Сашу он поманил за собой в коридор. Анжелика услышала, как через минуту там
захлопнулась дверь.
- Не волнуйся, - заглянул к ней Саша. - Не он, так другой подтвердит, что ты ушла в
девять.
Главное, что ты на самом деле этого не делала.
- А спасут меня эти девять часов? - уныло спросила она. - Время его смерти - с
девяти до десяти... Я могла убить и уйти...
- Чепуха. Никто всерьез в это не верит. А следователь копает под тебя потому, что ему
пока не под кого копать. Погоди, найдут зацепку и оставят тебя в покое.
- Пока дождусь, поседею... - Анжелика сгорбилась и зажала руки между колен. - Не
понимаю.
Ничего не понимаю. Кому он мешал, кроме меня?
Кто это сделал?
- А может, ты?
Она с ненавистью взглянула в его смеющиеся темные глаза и не сочла нужным ответить.
Он посерьезнел, притронулся к ее плечу:
- Ладно, это глупо. Скажи лучше, как будет с похоронами?
Она и в самом деле не думала, что ей придется хоронить мужа. Когда Саша разворачивал
перед ней план его ликвидации, ей почему-то казалось, что Игорь исчезнет в каком-то
безвоздушном пространстве, растворится, просто перестанет быть.
Первое потрясение она пережила, увидев труп Игоря. Этот труп был слишком похож на
живого Игоря, чтобы его забыть. Он был реален. Она даже притронулась к нему. Второе
потрясение она пережила теперь. Когда тело Игоря увезли, ей казалось, что оно уже никогда не
вернется.
- Зачем им его держать? - развивал свою мысль Саша. - Вскрытие давно сделали, все
выяснили. Может, отдадут завтра-послезавтра?
- Но я понятия не имею, как это все устроить... - беспомощно отозвалась она.
- Я имею.
- Серьезно?
- Маму ведь я хоронил.
При этих словах Анжелика вспомнила о своей матери. Позвонить ей? Сообщить, что
случилось?
Нет, только не это! Начнутся стоны, крики, слезы - вполне искренние, потом она станет
всем советовать и лезть под руку, все захочет сделать по-своему, и в тысячный раз назовет дочь
дурой... "Нет, она узнает все потом, - решила Анжелика. - Потом".
- Займешься? - спросила она.
- Конечно. Деньги теперь есть. - Он сказал это с таким благородным видом, словно
деньги достались ему тяжким трудом и теперь не жалко отдать часть на похороны брата.
Анжелика поймала его взгляд и заметила:
- Знал бы Игорь, зачем он копит деньги... И уж никак он не предполагал, что ты будешь
его хоронить!
- Да и я всю жизнь думал, что он меня угробит, как маму, - хмуро ответил тот.
- Ты о чем?
- Он был поганый человек, Лика, можешь мне поверить.
Она только плечами передернула - "после драки кулаками не машут". Саша возразил:
- Я не затем это сказал, чтобы оправдаться.
Мне оправдываться ни к чему.
- Н-да?
- Н-нет! - передразнил он. - Если бы ты его знала лучше! Маму он угробил, клянусь
тебе. Если бы не он, она бы и сейчас была жива.
- Она же от рака умерла?
- Да, но пока мы не переехали, была здорова!
- Что ты болтаешь?
- Он выжил нас с мамой отсюда, чтобы устроиться посвободней! - У Саши тряслись
губы, таким злобным она его еще не видела. - Сперва ушел отец, потом он решил, что должны
уйти и мы!
- Но ваш отец ушел из-за пьянства? - робко вставила она. - Так мне Игорь
рассказывал. Что - неужели вранье?
- Да не в этом дело!
- А в чем?
- Да, он пил, но... - Саша помотал головой, ища слова, но сам себя оборвал:
- Да что теперь. Ушел и ушел. Его дело. Но ты хоть знаешь, как он нас с мамой отсюда
вытравил? Как тараканов! Жизни не давал! Пока мы жили вчетвером, у нас с ним была одна
комната на двоих, маленькая.
- Моя?
- Теперь твоя, да. Я в армии был, когда все это началось... Отец ушел, и знаешь, что он
сделал? Поставил маме ультиматум - раз он теперь ее кормит, так пусть она сидит в
маленькой комнате, а он перейдет в большую. И запретил ей к нему входить.
Знаешь, я вернулся через два года, и мне пришлось жить с мамой в той комнатушке...
Представляешь?
Двадцать лет мне было, а я с мамой... А он там - один! Ну, невыносимо же так жить... Я
на работу пошел, правда, вылетел скоро... Учиться не мог - деньги были нужны. Мама сама
на себя за эти два года стала не похожа. Все молчит и молчит. С ним вообще не разговаривала.
Я ничего заработать не мог. Ругались с ним каждый день. Но в общем, мы правда на его деньги
жили... Вспоминать не хочу...
Анжелика сердобольно слушала, следила за его лицом. Оно стало совсем мальчишеским,
обиженным и злым, Саша рассказывал горячо, взахлеб, без рисовки и цинизма.
- Короче, когда он нам купил ту жалкую халупку, мы с радостью ушли. Все равно нам
вдвоем лучше! И тут обнаружилось - мама больна. Причем давно, она скрывала. Я с ума чуть
не сошел. Ну, он опять денег давал, на маму, а у меня что-то все неудачи. Знаешь, он деньги
давал, чтобы его посторонние не осуждали. Если бы не боялся, что про него нехорошее
скажут...
- Да, - она осторожно кивнула. - А разве рак можно заработать от нервов?
- Вполне, - отрезал он. - Знаешь, я удивлялся - как ты с ним живешь?! Оказывается,
нормально жили, он тебя не трогал, даже баловал... Ну, ты красивая, молодая, он тебя сам
выбрал. Это не наша мама, конечно...
- Ты так говоришь, будто он меня купил... - обиделась она.
- А что - нет?
- Нет! - Она помахала перед его лицом руками, демонстрируя кольца - забыла их
снять, когда легла спать. - Ради этого, думаешь? Это для меня стекляшки! Или ради тряпок
что ли?
- Откуда я знаю, ради чего?
- Твоя Лена ради чего за тебя пошла?
- Лена? - Он вдруг испуганно хлопнул своими короткими ресницами, вышло по-детски
- почти смешно. - Я про нее забыл, она проснулась...
- Позвони, передай привет, - крикнула она ему в спину, когда он побежал звонить.
Саша вернулся невеселый, сказал, что Лена в депрессии, ей все равно, где он, она не ела и
спала мало. Попрощался и сказал, что поймает машину.
Анжелика осталась сидеть за столом, глядя в одну точку и крутя на пальцах
бриллиантовые кольца.
Она, конечно, обольщалась, думая, что удастся все сохранить в тайне от мамы. Мама
объявилась сама - позвонила, по традиции, в конце недели, чтобы узнать, как идут дела у
дочки и зятя, и пришлось все рассказать. С выдачей тела Игоря тоже почему-то затянулось -
этим занимался Саша, Анжелика опустила руки и только названивала ему с просьбами поскорее
закончить с этим делом. В результате утро похорон она встретила зареванная, усталая,
измученная нравоучениями и расспросами матери.
- Черный платочек нужен... - Мать рылась в шкафу, Анжелика безучастно курила у
окна, время от времени поглядывая вниз - нет ли девочки с классиками? Но девочки не было,
зато у подъезда клубились бабки - прознали про похороны и, наверное, с удовольствием бы
зашли, но их никто не звал.
- Где черный платок? - почти рыдала мать, переворачивая содержимое всех полок.
- А разве он был? - отозвалась Анжелика.
- Заранее надо было позаботиться, - мать вытащила из шкафа какой-то серебристый
легкий свитерок, посмотрела на него и вдруг завыла:
- Игоречек, что же это...
- Да хватит! - сорвалась Анжелика. - Никому твои рыдания не нужны! Помолчи в
конце концов!
Мать так и остолбенела со свитерком в руках, а дочь хлопнула дверью. В большой
комнате стоял гроб с телом Игоря, туда она даже не заглянула.
Прошла на кухню, там шептались Саша с Леной.
Лена за эти дни постарела лет на пять - похудела, отчего резко обозначились морщинки
у глаз и возле губ, была плохо причесана, совсем не накрашена, черный костюм сидел на ней
скверно. Саша вырядился в черную водолазку и держался спокойно.
- Все, не могу! - Анжелика рухнула на стул, схватила себя за волосы, слегка подергала
их на висках. - Она меня доводит второй день! И еще хочет остаться тут жить после похорон!
- Спокойнее, - посоветовал Саша. - Она твоя мать.
- Ну и что?!
Лена выглядела пристойней всех - скорбная, сдержанная, молчаливая. На кухню бочком
протиснулась мать, прошептала:
- Я там тряпочку нашла, из нее можно платочек выкроить...
- Ну и выкрои! - рявкнула дочь, отворачиваясь и хватая сигареты. - С ума сойти, кому
нужен платочек?! Соседкам, что ли?!
- Ну, успокойся... - У матери дрожали губы, она совсем растерялась. - Все у тебя
как-то не по-людски... Все я одна должна делать...
- Ничего ты не должна!
- Зинаида Сергеевна, вы на нее не обращайте внимания, - Саша миротворчески
улыбнулся. - Она переживает. Давайте лучше сообразим, где еще стол для поминок взять.
Этот в комнату притащим, раз, в комнате еще есть, два, у Юры возьму, три...
На двадцать человек - хватит?
- За глаза... - успокоилась та. - Это сослуживцы Игоря придут?
- Ну да, рассчитываем человек на десять, да мы еще, и на всякий случай еще несколько
лишних приборов постави
...Закладка в соц.сетях
