Жанр: Детектив
Иногда полезно иметь плохую память
Анна МАЛЫШЕВА
Она встретила мужчину своей мечты, и все бы хорошо... Но Юлия видеть его не может!
Она задыхается и теряет сознание, и ей вспоминаются подробности из детства, которые
она хотела бы забыть. Почему?! Ведь она его любит! Дело в нем или...
Он хватает меня за плечи и хочет что-то сделать со мной. Плечи у меня голые, а руки у
него жесткие. Я начинаю плакать. Я не знаю, чего он хочет. Я не вижу его лица, но слышу
его голос. Он кричит что-то, но от страха я не понимаю и половины слов. Я пытаюсь
вырваться и приседаю на корточки. Он отпускает меня, я падаю на пол. На мне красное
платье. Сегодня мама надела на меня красное платье. Я ему ничего не сделала. Я не вижу
его лица. Слышу два голоса. Слышу, как один мужчина говорит другому: "Не смей ее
трогать". У него голос куда добрее и мягче, чем у того, другого. А я, сидя на полу, плачу.
Вижу свое красное платье, вижу стол, вижу окно, вижу их ноги. Сижу на полу между ног
двух мужчин. "Он тебя убьет!" - кричит один из мужчин. Он что-то еще говорит, но от
страха я ничего не понимаю. Кроме того, он так громко кричит. Кажется, они говорят обо
мне, но я ничего не могу понять. Сердце бешено бьется, и я прижала к этому месту руку.
На одном из мужчин - синие брюки, на другом - зеленые. Вижу только брюки. Слышу
голоса.
Меня хотят убить. Меня убьют. Уж это-то я понимаю.
- Юля!
- Юлька!
- Июль!
...До нее доносились знакомые голоса - глухо, словно издалека. Она вздохнула еще раз -
и поразилась, сколько наслаждения может доставить это действие. "Я, кажется, лежу на
полу... Жестко. Но как хорошо! Я дышу!"
Кто-то взял ее руку. "Щупают мне пульс, - поняла она. - Как болит голова. Очень болит
голова".
- Принесите наконец нашатырь! - прозвучал над ее ухом раздраженный женский голос.
- Дышит? - Теперь голос был мужской.
Юлька беззвучно пошевелила губами. Это движение вызвало у столпившихся над нею
людей взрыв эмоций.
- Она что-то сказала! - завизжала женщина, требовавшая нашатыря.
- А по-моему, Юлька просто послала нас подальше, - раздался мужской голос над
самой Юлькиной головой.
"Это Макс, - узнала Юлька. - И он в чем-то прав. Как они все кричат, просто
невыносимо!" И она открыла глаза. Первое, что она увидела, было страшное мужское
лицо - снизу оно обросло каштановой лохматой бородкой, над нею ворочались круглые
серые глаза, а рот был на лбу. Юлька взвизгнула и зажмурилась.
- В чем дело?! - испуганно спросил кто-то.
"Вот именно, в чем дело? - подумала Юлька. - Что за урод?"
- Макс, она на тебя смотрела!
"Макс?!" - удивилась Юлька. Она открыла глаза и снова увидела над собой то же лицо.
На этот раз она сдержалась и как следует рассмотрела его.
- А знаешь, Макс, - проговорила наконец девушка. - В неперевернутом виде ты мне
нравишься куда больше!
- Представь, и ты мне тоже! - с готовностью откликнулся он. - Ведь я тебя сейчас вижу
точно так же.
- Хватит вам! - взорвалась любительница нашатыря.
- Почему это хватит? - возмутился Макс. - Ей уже лучше. Ей всегда становится лучше
от общения со мной. Это факт.
- Я хочу сесть! - сказала Юлька. Макс услужливо подхватил ее под мышки и усадил.
Она смогла наконец оценить свое положение.
Она сидела на полу, рядом валялся растоптанный кусок торта, а вокруг нее стояли
люди - знакомые и не очень. Юлька потрясла головой и обратилась к Максу:
- Ты что, не понял? Я хотела сесть куда-нибудь!
Девушка, требовавшая нашатыря, не выдержала:
- А еще друзья называются! Отнесите ее на диван!
- Сейчас она сама всех нас положит на диван, - с опаской в голосе заявил Макс. - Помоему,
ей уже совсем хорошо, - и протянул ей руку.
Юлька ухватилась за его руку и поднялась с пола.
- И долго это длилось? - Она посмотрела на столпившихся людей.
- Твой обморок? Минуты две.
- А мне казалось - целый час. С вашего позволения, я посижу вот тут, на диванчике.
Надеюсь, никому не испортила вечеринки? Со мной это в первый раз.
Она с ногами забралась на диван в углу комнаты и оттуда милостиво кивнула
собравшимся:
- Так на чем вы остановились?
- На том, как муж пошел за пивом! - начал Макс.
- Верно, - подтвердила Машуня. - Ты отключилась, когда дошло до "тра-ля, ца-ца...".
- Я говорю вполне серьезно, продолжайте!
Я с удовольствием послушаю еще раз про то, как муж пошел за пивом.
- Серега, включай! - попросила Машуня парня, стоявшего рядом с магнитофоном.
- Юлька, а тебе опять не поплохеет? - неуверенно спросил парень.
- Слушайте, я совершенно здорова, - возмутилась Юлька. - Развлекайтесь, говорю вам.
У нас праздник или нет?!
- Ладно! - Сергей склонился над магнитофоном. - С той же цифры, маэстро... Дубль
два... Начали!
Он подхватил под локти Машуню, и они лихо заплясали некий танец, который с
натяжкой можно было счесть немецким и народным. Юлька с удовольствием наблюдала
за ними. Потом к танцующим присоединились Гарик и Лида, потом - Наташа со своим
мужем. Лавируя между танцующими, к дивану приблизился Макс со стаканом
апельсинового сока в руке.
- На, выпей. - Он сунул стакан ей в руку и присел рядом. - Я кое-кого опередил.
- Ты о чем? - Юлька оторвалась от стакана.
- Я о том роковом молодом человеке, который сейчас стоит у стола. Видишь?
- Ну. Я же как раз с ним и танцевала, когда со мной приключился обморок. Так что же?
- Представь, он тоже хотел налить в стакан апельсинового сока. К счастью, кувшин был
только один, и я его опередил. У нас вышел натуральный рыцарский турнир.
- Почему ты решил, что сок был для меня? - Юлька отдала ему пустой стакан.
- Он его не пьет, - коротко ответил Макс. - Я смотрел во все глаза, но он не сделал ни
глоточка. Сначала я думал, что он хочет загладить свою вину, ведь ты рухнула как раз во
время пляски с ним. Я думал, может, он тебе ненароком на ногу наступил или сказал
комплимент...
- Никуда он мне не наступил, и ничего он мне не сказал, - отрезала Юлька. - Может, он
просто джентльмен.
Макс вздохнул. Помолчал, глядя на танцующих.
- Скажи, а ты не замечала, что год от года на наших собирушках становится все больше
посторонних?
- Замечала, - кивнула Юлька. - Я против этого. Наш выпуск - это наш выпуск. Если
Наташка приводит мужа, ее никто за это не осудит. Гарик вон тоже пришел с женой.
Но если мы начнем таскать сюда кого попало... Правда, мы и времечко выбрали в этом
году! - Юлька тоскливо оглядела комнату. - Июль. Все поразъехались в отпуска.
Остались только такие дураки-неучи, как мы с тобой...
- Оставим эту грустную тему. - Макс махнул рукой. - Меня сейчас интересует совсем
другое.
- Что именно?
- Этот милый молодой человек... Ну, который не наступил тебе на ногу. Он-то каким
боком здесь очутился?
- Кто его знает... - задумчиво протянула Юлька, разглядывая молодого человека, попрежнему
сиротливо стоявшего у стола.
"Почему он не танцует? - мелькнуло у нее в голове. - Мог бы плясать с Гариковой
женой. Как его зовут? Кажется, Женя... Евгений. Неплохо. И сам он недурен. Ну, почти
красавец. Больше всего мне, пожалуй, нравится нос..."
- О чем задумалась, душа моя? - вежливо спросил Макс.
- Макс, как тебе нравится его нос? - напрямик спросила Юлька.
- Господи, чей? ;
- Да вон того самого парня, с которым я танцевала.
- Ничего. - Макс критически всмотрелся в парня. - Вполне нордический нос. И оба
глаза на месте. Кажется, серые.
- Серо-голубые, - поправила его Юлька. - Мне лучше знать, я разглядела.
- Милая, я вижу, что-то тут неладно, - забеспокоился Макс. - Я, кажется, понимаю,
почему ты грохнулась.
- Почему?
- Мимо пролетал Амур и поразил тебя своей стрелой.
- Ты идиот, Максик. Если что и летало в воздухе, так запах его одеколона. Он слишком
сильно надушился. Впрочем, слушай, - сощурилась Юлька. - Он ведь, по твоим словам,
тоже собирался принести мне сок? Разве не так?
- Зачем я это ляпнул? - затосковал Макс. - Почему в нем ты с первого взгляда нашла
массу достоинств, а моих даже не замечаешь?
- Макс, скажу тебе, как женщина - мужчине, - загадочно произнесла Юлька. - Видишь
ли... Я могу сколько угодно сидеть с тобой рядом... Не исключено, что мне захочется взять
тебя за руку...
- Или пнуть меня в коленку, - подхватил Макс.
- Молчи, дурак!
- Все нежные чувства слились в твоем голосе, дорогая, - обиженно сказал Макс. -
Почему именно я всегда у тебя дурак? Почему вот этот нордический принц не может
сказаться беспросветным дурнем по сравнению со мной?
- Он уже не окажется дурнем, - возразила Юлька. - Я успела перемолвиться с ним
парой слов и грохнулась в обморок.
- А о чем была пара слов?
- Знаешь, он сказал, что с самого начала вечеринки мечтал со мной потанцевать.
- Круто загнул! - уважительно заметил Макс. - Конечно, при таких условиях его любая
женщина сочтет умницей и красавцем.
Я бы так не смог завернуть. Врать не научен.
- Это, пожалуй, правда, - подумав, согласилась Юлька. - Сколько я тебя знаю, как ни
соврешь - обязательно попадешься.
- Я был бы идеальным мужем, - вздохнул Макс. - Но на роль жениха пока не тяну. Ну
не мечтаю я ни с кем танцевать с самого начала вечеринки! Если захочу потанцевать -
пойду да приглашу. О чем тут мечтать? Глупые слова и заезженные, а действуют
магически.
- Да, действуют... - согласилась Юлька.
- Погоди-ка, мы ушли от темы... - Макс полез в нагрудный карман рубашки и достал
мятую сигарету. - Ты хотела мне что-то сказать, как женщина - мужчине.
- Ах да, верно... - Юлька призадумалась. - Ну вот, я могу сидеть с тобой рядом...
Держать тебя за руку, беседовать о всякой всячине... Но у меня никогда не возникало
желания... Ну, скажем, поцеловать тебя.
- Да ты ведь целовала! - изумился Макс. - Сколько раз!
- Дурень, в щечку, в нос, это все детские игры. Я люблю тебя братской любовью.
- А я тебя - сестринской, - проворчал Макс. - Продолжай.
- Макс, я тебе честно признаюсь. - Юлька приблизила губы к его уху. - Только не
смейся. Знаешь, когда я с ним отплясывала... Я вдруг ужасно захотела, чтобы он меня
поцеловал.
Представляешь, ни с того ни с сего! Я безнравственная?
- Ты абсолютно безнравственная особа, - хмуро сказал Макс. - Стоит только вспомнить
историю твоего первого падения...
- Ты так торжественно это называешь, - поморщилась Юлька. - Вся история того не
стоит.
- Учти, дорогая, миллионы женщин не могут забыть своего первого мужчину.
- Ну, это при условии, что есть о чем вспомнить, - возразила Юлька. - Он оказался
редкостным занудой, он мог говорить только о себе. Что же тут прикажешь вспоминать со
слезами умиления?
- Экая ты неромантичная, - упрекнул ее Макс. - Ладно, допустим, что этот, с носом,
окажется не так глуп. По-моему, начал он вполне профессионально.
- Слушай, Фрейд недоделанный, ты мне портишь всю романтику! - вскричала Юлька. -
Я тебе говорю, как женщина - мужчине: он мне нра-вит-ся!
- Пас!
- Я ему - тоже! - победно заключила Юлька.
- Ты думаешь, из этого что-то может выйти? - критически заметил Макс. - Учти, у него
вид профессионального приставалы.
- Да? А почему же он ни к кому не пристает?
- Это вопрос. - Макс задумался. - Трудно допустить, что он в тебя с первого взгляда
влюбился.
- Это почему?
- Видела бы ты себя!
Юлька схватилась руками за голову:
- Черт! Зеркало! Помаду! Умыться!
- Сначала помаду, а потом умыться? - удивился Макс. - Да, я никогда не вызывал у тебя
таких странных желаний.
- Ты злодейский тип! - Юлька вскочила с дивана.
- Ты хорошо себя чувствуешь? - Макс тоже поднялся.
Юлька глянула на него и прочла в его всегда чуть насмешливых глазах тень
беспокойства.
"Боже мой, - подумала она. - Если бы я его хоть капельку любила. Как бы мне было с
ним хорошо. Увы, увы, увы..."
- Мне хорошо, - мягко сказала она. - До туалета сама дойду, не провожай.
- Юлька, ты не уходишь? - крикнул ей Гарик.
- Не дождешься. Готовьте румбу! Чтобы, когда я вернулась, она уже была! - Юлька
триумфально удалилась в ванную. Заперлась и бросилась к зеркалу. "Блин, какая бледная
поганка, - вздохнула она, глядя на свое отражение. - Зачем я родилась блондинкой,
господи!
У, анемичная морда!" Она символически плюнула в зеркало и открыла воду. Вымыла
руки, прополоскала рот, обновила макияж и в полной боевой готовности вышла из
ванной. Макс, ждавший ее у двери, дурачась, изобразил, что падает на пол.
- Что ты сделала?! - в ужасе вскрикнул он. - Это же сексуальный идиотизм! Что ты
намалевала себе вместо рта?!
- Молчи, хомяк, - грозно сказала Юлька, надувая свои пухлые губы, ярко накрашенные
алой помадой. - Неплохо же вышло, разве нет?
- Это значит признаться ему в любви, - обреченно сказал Макс. - Ты хоть понимаешь,
что влюбилась?
- Частица черта в нас.., заключена подчас... - замурлыкала Юлька. - Макс, я иду у,
нему, к моему герою.
Макс кинулся в столовую с криком:
- Тушите свет! Преклоните колени! Вот идет она - богиня одиннадцатого "А"! Милые
дамы, никого не хотел обидеть, но это мое собственное субъективное мнение. Всем
известно, что у меня дурной вкус.
- Сволочь. - С лучезарной улыбкой Юлька ткнула его кулаком в спину. Больше она
ничего не успела сделать - герой ее мечты довольно бесцеремонно подхватил ее, и они
энергично заплясали румбу. "Зачем я попросила румбу? - страдальчески подумала Юлька"
выделывая коленца. - Черт, надо было вальс. А танцует он неплохо".
Румба наконец кончилась, и она застыла посреди комнаты, с трудом переводя дух. Ее
романтический герой тоже дышал шумно, как загнанный конь.
- - Не присесть ли нам? - устало спросила она.
- Присядем! - охотно согласился Женя.
"Светский разговор, - недовольно подумала Юлька. - А может, он действительно
дурак?
Э, нет! Так не пойдет. Ты хочешь, чтобы он был остроумен, как Макс, умен, как
Эйнштейн, прыгал по крышам, как Жерар Филип, и был красив... Ну, тут я сдаюсь, красив
- этого у него не отнимешь. Недурен, честное благородное слово. Только я-то чем ему
приглянулась? Вон у Машуни - бюст на полкомнаты. А у Лидки глаза обалденные..."
- Юля...
- Да?
- Скажи... Это не я виноват в том, что ты упала?
- Хм.., может, не будем об этом вспоминать? - Юлька нахмурилась. - Упала и упала.
- Ноя...
- Да брось ты, забудь, ты не виноват... Не знаю, что это со мной приключилось...
Какое-то удушье... Знаешь, даже ужас.
- Ужас?
- Да... Думаю, я испугалась, что задохнусь...
А может, ужас сам по себе... В общем, страшно и неприятно... - Юлька вздохнула. - Ну
и хватит. Лучше продолжим разговор с той точки, на которой он был прерван.
- Ты храбрая, - сказал он, глядя ей в глаза. "Действительно, очень красивые глаза, -
определила она. - И нос, конечно, тоже... Плечи что надо... И ум не совсем отсутствует..."
- Почему это я храбрая? - удивилась Юлька, когда до нее дошел смысл сказанных им
слов.
- Потому что ты опять можешь упасть, - простодушно сказал Женя.
- Я сижу, прошу заметить, - отрезала Юлька. - Так давай же. Неужели не о чем
поговорить, кроме моего обморока?
- Как раз перед этим... - Он замялся.
- Назовем: это час "икс", - кивнула Юлька.
- Хорошо, как раз перед "иксом" я сказал; что ты мне нравишься, как никогда не
нравилась ни одна девушка на свете.
- Умру! - шепотом сказала Юлька. - Ты такого не говорил.
Он вздохнул.
- Верно, - признался Женя. - Не говорил.
Но я надеялся все списать... На час "икс". Что ты забыла мои слова. А то бы я не
решился так сразу тебе это сказать.
- Жень, - она потрясение смотрела на него, - а ты знаешь хотя бы, что такого вообще не
бывает?
- Чего? - грустно спросил он.
- Ну вот такого объяснения... Это в тысяча девятьсот девяносто пятом году от
Рождества Христова! Если бы в девятнадцатом веке, я бы еще поняла...
- Юль, ты прости мне мою глупость. Но ведь я вижу тебя в первый раз и, может,
больше не увижу. Вот я и испугался, что у меня не будет случая сказать тебе все это. Но
все правда, хотя из-за нее я кажусь тебе или круглым дураком, или таким.., знаешь..,
банальным приставалой.
"Слава богу, не дурак, - с облегчением подумала Юлька. - Но может, тогда приставала?
Тонкий прием - сразу подкинул мне такую идейку. Глядите, мол, какой я честный... А я
вот не верю, и все тут".
- А почему это ты решил, что больше меня не увидишь? - томно проворковала она,
эффектно (она это знала) выгибая подкрашенную бровь. Он откликнулся немедленно:
- А где гарантия, что ты захочешь со мной встречаться?
- И тебе будет легче помереть от неразделенной любви, если я буду все же о ней знать?
- сощурилась Юлька.
- Легче, представь себе.
- И ты бы не стал бороться за свою любовь? - Она сделала весьма слащавое лицо.
"Веду себя по-идиотски, - подумала Юля. - Что делать, я не тургеневская девушка...
А жаль. Та на моем месте побледнела бы как полотно и убежала в сад. А на мне одних
румян сколько, да и сада тут никакого нет..." - Учти, если ты безвольный, пассивный,
склонный к пессимизму, то можешь считать, что твоя неразделенная любовь уже у тебя в
кармане. Или в груди?
- Я ни то, ни другое, ни третье, - откликнулся Женя. - А насчет борьбы... Бывают такие
случаи, когда бороться бесполезно, хоть ты тресни.
- Ты уже треснул? - поинтересовалась Юлька. - Ты с таким знанием дела говоришь об
этом.
- Пока не треснул. - Женя вздохнул, и она отметила этот вздох как вполне
естественный.
"Как он еще меня терпит? - поразилась она. - Глупая, самодовольная, да еще и
издеваюсь над ним почем зря".
- Слушай! - решительно сказала она. - Ты уж слишком в трагическом тоне начал этот
разговор. Прямо похоронный марш. Вот я и предупреждаю тебя - развеселись хоть
немножко. И тогда ты не треснешь, даю тебе слово!
"Не слишком ли открыто? - Юлька немного испугалась своей смелости. - Решит,
пожалуй, что я по уши в него втюрилась. Интересно, в него многие влюбляются? И с кем
он, кстати, пришел?"
Женя тем временем уже второй раз приглашал ее на медленный танец. Полуобнявшись,
но все же сохраняя приличное расстояние, они кружились под "Демонического
любовника"
"Шокинг блю", и сердце у Юльки сладко таяло.
"Мой Бог, как же мне повезло! Собой пригож, вежлив, только вот слишком уж активно
рвется в бой... Немного подозрительно!"
Мимо нее в полумраке проплыл Макс, нежно обнявший высокую синеглазую Лиду.
Увидев Юльку, он напустил на себя донельзя самодовольный вид и отвернулся. "Дохлый
номер, Максик, - подумала Юлька. - Лидка не про тебя. Она мне в начале вечера сказала,
что по ней со страшной силой сохнет один дип-работник. И неудивительно. Такая
красота! А вот Женя, хотя и не слепой, выбрал почему-то меня... Все это странно и
удивительно..."
- Юля!
Увлекшись своими мыслями, она не сразу расслышала, что Женя ей что-то говорит.
- Что? - запоздало откликнулась она. - Прости, забылась!
- Юля, я спросил, можно ли проводить тебя домой?
- Как, прямо сейчас? - растерялась Юлька.
- Нет, потом, когда ты сама захочешь...
- М-м-м...
- Наверное, это наглость с моей стороны, - вздохнул Женя. - Я ведь не слепой, видел,
что ты пришла не одна. Может, мне и не надо навязываться. Но пойми, если я сегодня не
буду настойчив, я вообще могу тебя потерять.
Юлька лихорадочно соображала. "Значит, Макс не соврал, и он действительно
приревновал меня. Может, он из-за этого так форсирует события? Скорее всего, потому
что только из-за моей красоты.., сомнительно". Она тяжело вздохнула.
- Юля...
- А?! - нервно откликнулась она.
- Я тебе все время мешаю о чем-то думать, - огорчился Женя.
- Я думала как раз о тебе, - призналась Юлька. - О мужской психологии, если точнее.
- С ума сойти! И что же?
- Ничего. Ничего не понимаю ни в тебе, ни в мужской психологии. За этим надо
обратиться к Максу.
- Это...
Юлька дернула подбородком в сторону танцующего Макса:
- Да, это тот самый подозрительный юноша в мятой рубашке. Не знаю, как он
умудрился ее измять, потому что я лично видела, как он надевал выглаженную. С
иголочки. Но такое уж у него свойство...
"Дура, что болтаешь! - осадила она себя. - Ты видела, как Макс надевал рубашку?!
Видела, конечно, когда зашла за ним... Но как объяснить постороннему человеку, что я
при этом не испытывала никаких чувств? Блин, я все порчу".
- Макс - мой хороший, очень хороший друг, - попыталась она внести ясность.
- Понятно, - кратко заметил Женя.
- Мы с ним дружим уже одиннадцать лет.
- Ясно... - еще короче откликнулся он.
"Ну что мне теперь делать? - в отчаянии подумала Юлька. - Впасть в идиотизм и
уверять его, что у меня с Максом ничего не было?
И с этого начнется моя романтическая история? Нет, это уже суперглупо! Ну и пусть! -
Она внезапно разозлилась на себя. - Пусть думает что хочет! Пусть думает, что мы с
Максом любовники... Если он действительно влюблен, он убьет Макса... Нет, стоп, как же
так? А кто будет свидетелем на моей свадьбе?
Свидетель в могиле, жених в тюрьме! Макса убивать не надо!"
- Юля..
- Макса убивать не надо, - автоматически повторила она.
- Что?! - Даже в полумраке было видно, как расширились и побелели его глаза. - Что
ты говоришь?!
- Ой, прости, несу всякую чушь, - забормотала Юлька. - Понимаешь, я уже
навоображала жуткую историю... Любовь там, ревность...
Туда-сюда...
- С ума сойти, - вежливо заметил Женя. - И я там играю какую-то роль?
- О, главную!
- Ну, спасибо!
- Ты как будто не очень рад? - удивилась Юлька.
- Как тебе сказать... У меня создается впечатление, что ты просто пытаешься оттянуть
миг, когда тебе придется отвергнуть мое предложение.
У нее перехватило дух.
- Господи, руки и сердца?
Теперь дух перехватило у него. Они застыли между танцующими парами, как соляные
столбы. Юлька не выдержала и прыснула.
- Ну ладно, не обижайся, - примирительно сказала она, снова положив Жене руки на
плечи. - Давай-ка танцевать. На этой кассете у "Шокинг блю" сплошные медляки до
самого конца... Тебе нравится?
- Юля...
- Ну? - Она задорно смотрела на него.
- Я всего лишь напоминал тебе о своем предложении проводить тебя домой.
- Ну, слава богу, - вздохнула Юлька. - А то я уж испугалась...
- Юля...
- Послушай, ты смотришь так многозначительно, что мне просто становится страшно.
Что у тебя на душе, выкладывай. Я неплохой исповедник, хотя Макс еще лучше.
- Макс, Макс... - раздраженно протянул Женя. - Прости, но неужели нельзя не
упоминать его через каждые два слова?
"Ну вот вам и первая сцена! - удовлетворенно подумала Юлька. - Как молниеносно все
развивается. Любовь, ревность, разборки, убийства. Хотя нет, убийств еще не было... Но
будут, если он так решительно настроен... Честное слово, я как во сне. Надо будет
поговорить с Максом о мужской психологии. Зря он, что ли, перечитал всего Фрейда?!"
- Хорошо, я постараюсь Макса больше не упоминать, - кротко согласилась она. - Но
предупреждаю, это будет трудновато.
- О господи! Неужели мне так не повезло?! - со страданием в голосе произнес Женя.
- С чем тебе не повезло? - полюбопытствовала Юлька. - Ты хочешь меня проводить?
Я согласна.
- Юля...
- Ладно, главное сказано. О чем ты еще хотел спросить?
- Юль, прости меня, но я такой дурак, - виновато протянул Женя. - Веду себя, как
дурак, верно?
"Ты себя ведешь, как влюбленный, - подумала Юлька. - Опыта у меня, правда, на этот
счет совсем нет... Позор, это в двадцать два года! А еще болтают про наше поколение. И я
еще считаюсь безнравственной особой... Главным образом из-за моего языка... А
фактически я самая настоящая старая дева... И вот оно - привалило!!!"
- Брось, ты прекрасно себя ведешь, - попробовала она переубедить Женю. - Только
скажи честно, ты все-таки немножко меланхолик?
- Трудно сказать...
- Почему?
- Ну... Хотя бы потому, что я слабо представляю себе, что это такое.
- Макс объяснил бы тебе в два счета, он у нас почти что настоящий психолог...
- Прости, но нельзя ли...
- Ох, это ты меня прости, опять я о Максе. Все и правда становится ужасно глупым.
Бросим все эти идиотские убийства и муки ревности.
- Юль, но откуда взялись убийства? - с мольбой в голосе спросил Женя. - Что за
фантазии?
- Да такое уж у меня воображение, - вздохнула Юлька. - Ну, вот и музыка кончилась.
Давай
посидим...
Они вернулись в свой уголок.
- Кофе дамам и мсье! - чопорно произнес Макс, возникая рядом с их креслами. -
Варшавский, гляссе, капуччино?..
Он вопросительно изогнул брови, и так сильно изогнутые от природы. Это придавало
лицу Макса несколько надменное выражение, которое могло отпугнуть только тех, кто
его совсем не знал.
- Макс, что ты гонишь про варшавский кофе? - поразилась Юлька. - Кто его сделал?
Уж не ты ли? Знаешь что, давай сюда какой хочешь кофе, а не хочешь - никакого не давай!
Не морочь голову свежему человеку.
- Слушаю-с. - Макс артистически выгнул спину и танцующей легкой походкой
удалился из комнаты.
Женя проводил его мрачным взглядам:
- Юль, а он, часом.., не того?
- Что ты имеешь в виду? - удивилась Юлька. - Нет, он не сумасшедший. Он совершенно
здравомыслящий человек. Хотя иногда я сама в это верю с трудом. Знаешь, он может
показаться даже пустозвоном... Он очень много болтает, правда? Но он совсем не
пустышка, нет.
- Слушай, Юля...
Она даже испугалась, услышав его голос. В нем звучала настоящая злость. "Ого, как
серьезно! - затаилась она. - Черт, может, не ходить с ним сегодня вечером? Или
прихватить с собой Макса? Зарежет где-нибудь в кустах..."
- Слушай, Юля, - продолжал он, грозно глядя на нее. - Я ведь терплю-терплю...
- Я еду-еду, не свищу, а как наеду - не спущу... - пробормотала Юлька. - Это откуда? Не
помню.
- Юля, ты все шутишь!
- А ты все не шутишь, - отпарировала она. - Знаешь, необязательно нужно быть
меланхоликом, чтобы треснуть... Помнишь, о чем мы говорили? Достаточно не иметь
чувства юмора - и тогда тебе обеспечен полный провал...
- Прости, мне не до смеха. - Он внезапно сник, и она мигом забыла о своем
раздражении. - Понимаешь, я чувствую себя полным идиотом... Как будто пытаюсь
втиснуться между вами, а вы меня подталкиваете с одного бока, с другого... Выпихиваете,
одним словом.
- Жень, ну что ты такое говоришь! - Юлька всплеснула руками. - С чего ты это взял?
Ну, м
...Закладка в соц.сетях
