Жанр: Детектив
Лью арчер Кровавый след на песке (берег варваров)
Росс Макдональд
Кровавый след на песке (Берег варваров)
"Лью Арчер"
"The Barbarous Coast" 1956
OCR Денис: http://mysuli.aldebaran.ru
Клуб "Чаннел" располагался на каменистом уступе над морем, ближе к южной
стороне пляжа, известного под названием "Малибу". Над длинными коричневыми
зданиями клуба поднимались террасы садов, похожие на ковровую лестницу, ведущую к
автостраде. Территория клуба была огорожена высоким забором из проволочной сетки с
тремя рядами колючей проволоки наверху и обсажена олеандрами.
Я остановился перед воротами и посигналил гудком машины. Из каменной сторожки
вышел мужчина в форменной фуражке, одетый в синий мундир. Из-под фуражки торчали
черные густые волосы, подернутые сединой, будто посыпанные металлической пылью.
Несмотря на свои большие уши и приплюснутый нос, его голова представляла собой
сочетание мягкости и силы, которое можно встретить на смуглых лицах старых индейцев.
- Я видел, что вы подъехали, - сказал он приветливым тоном. - Совершенно
необязательно гудеть, от этого болят уши.
- Простите.
- Чего уж там. - Он пошел вперед, вывалив живот из-за ремня, на котором висела
кобура с пистолетом, и доверчиво положил одну руку на дверцу машины. - Какое у вас
дело, сэр?
- Мне звонил мистер Бассет. Он не объяснил, в чем дело. Моя фамилия - Арчер.
- Да, конечно, вас ждут. Можете проезжать, он у себя в кабинете.
Охранник повернулся к массивным проволочным воротам, звеня связкой ключей.
Вдруг из тени олеандров выскочил какой-то парень и пробежал мимо моей машины. Это
был высокий молодой человек в голубом костюме, без головного убора, с
развевающимися русыми волосами. Он бежал практически бесшумно, на носках, в
направлении открывающихся ворот.
Охранник среагировал мгновенно, несмотря на возраст и тучность. Он сделал чуть ли
не сальто и схватил парня за пояс. Тот попытался вырваться из объятий, заставив
охранника отступить к столбу. Он что-то гортанно крикнул, дернул плечом и сбил с
охранника фуражку.
Охранник оперся о столб и потянулся за пистолетом. Его глаза сузились до маленьких
черных дырочек. Из его носа на голубую рубашку закапала кровь. Пистолет дрожал в его
руке. Я вылез из машины.
Молодой человек стоял не двигаясь, просунув голову в открывшуюся часть ворот. Его
профиль походил на грубо отесанную доску со сверкающим голубым глазом сбоку. Он
произнес:
- Мне надо увидеть Бассета. Вы не можете помешать этому.
- Пуля в живот остановит тебя, - благоразумно заявил охранник. - Если ты
попытаешься войти, я выстрелю. Это - частное владение.
- Скажите Бассету, что я хочу его видеть.
- Я уже сделал это. Он не хочет видеть тебя. - Охранник подался немного вперед
левым плечом, твердо держа пистолет в правой руке. - А теперь подними мою фуражку,
подай ее мне и проваливай.
Какое-то время парень продолжал стоять спокойно. Потом он нагнулся, поднял
фуражку, слегка отряхнул ее и подал владельцу.
- Извините. Я не хотел вас ударить. Я ничего не имею против вас.
- Зато у меня есть кое-что против тебя, приятель. - Охранник выхватил свою
фуражку из его рук. - А теперь проваливай, пока я не свернул тебе шею.
Я дотронулся до плеча молодого человека, до его широкого и мускулистого плеча.
- Вам стоит послушаться его совета.
Он повернулся ко мне, провел рукой по своей челюсти. У него была тяжелая и
драчливая челюсть. Несмотря на это, из-за светлых бровей и размытых черт рта его лицо
казалось бесформенным. Он ребячливо огрызнулся:
- Вы - еще один из наймитов Бассета?
- Я незнаком с Бассетом.
- Но вы назвали его фамилию...
- Я знаю одно. Если вы будете везде соваться, обзывать людей, лезть туда, куда вас
не просят, то добром это не кончится. Вам набьют физиономию или сделают что-либо
похуже.
Он сжал правый кулак и посмотрел мне в лицо. Я несколько переместил центр
тяжести своего тела, приготовившись к защите и нанесению ответного удара.
- Как это понимать, вы мне угрожаете? - спросил он.
- Это лишь дружеское предупреждение. Не знаю, какая муха вас укусила. Мой вам
совет: уходите и забудьте об этом.
- Прежде я должен увидеть Бассета.
- И, ради Бога, не распускайте руки, не трогайте пожилого человека.
- За это я уже извинился. - И он виновато покраснел.
Охранник подошел к нему сзади и ткнул его револьвером.
- Извинение не принимается. Я управлялся одной рукой с двумя такими, как ты. Ну,
уйдешь ты подобру-поздорову, или мне надо тебя выкинуть?
- Я уйду сам, - буркнул парень через плечо. - Но вы не можете согнать меня с
общественной автострады. И рано или поздно, но он выйдет.
- Какое у вас дело к Бассету? - спросил я.
- Не собираюсь обсуждать это с незнакомым человеком. Я расскажу об этом самому
Бассету. - Он посмотрел на меня долгим взглядом, кусая нижнюю губу. - Не скажете ли
вы ему, что я хочу его повидать? Что это для меня очень важно.
- Думаю, что могу это сделать. Как ваше имя?
- Джордж Уолл, из Торонто. - Он помолчал. - Дело касается моей жены. Скажите
ему, что я буду ждать до тех пор, пока он не примет меня.
- Ты уверен? - вмешался охранник. - А теперь топай отсюда, гуляй.
Джордж Уолл удалился вверх по дороге, шагая медленно, дабы продемонстрировать
свою независимость. Он увлек свою длинную утреннюю тень за изгиб дороги и дальше,
пока сам не скрылся из виду. Охранник убрал в кобуру пистолет и вытер окровавленный
нос тыльной стороной ладони. Потом он облизал руку, как будто не мог позволить себе
потерять хоть частичку своего протеина.
- Парень - психопат, как называют таких, - сказал он. - Мистер Бассет даже и
незнаком с ним.
- Бассет пригласил меня из-за него?
- Может быть, я не знаю, - он пожал плечами и развел руками.
- Давно ли он здесь околачивается?
- Все время с начала моего дежурства. Насколько я знаю, он провел ночь в кустах.
Мне бы надо было позаботиться о том, чтобы его забрали, но мистер Бассет не велел.
Потому что слишком мягкосердечный, это мешает ему же самому. Он говорит мне:
отделайся от него сам, не надо впутывать в это дело блюстителей закона.
- Вы справляетесь с ним?
- А что тут такого! Было время, когда я мог управиться с двумя такими, как он. - Он
согнул правую руку и с удовольствием поиграл мышцами. Потом ласково улыбнулся,
глядя на меня. - Когда-то я занимался борьбой - был довольно хорошим борцом. Тони
Торрес. Вы слышали обо мне? Боевой петух из Фресно?
- Я слышал о вас. Вы выдержали шесть раундов с Армстронгом.
- Да, - торжественно кивнул он. - К тому времени я уже был не молодым,
тридцать пять - тридцать шесть лет. Плохо держался на ногах. Он подсек мне ноги,
иначе я выдержал бы все десять раундов. Чувствовал я себя прекрасно, но меня подводили
ноги. Вы знаете об этом? Вы видели эту схватку?
- Я слышал репортаж по радио. Тогда я был еще мальчишкой, учился в школе. Не
было денег на билет.
- Надо же! - воскликнул он удивленно и с явным удовольствием. - Вы слышали об
этом по радио...
Я оставил свою машину на заасфальтированной стоянке перед главным зданием. Над
входом вверх тормашками висела рождественская елка, выкрашенная в яркий красный
цвет. Здание имело плоскую крышу и было построено из тесаного камня и дерева.
Незатейливые низкие линии и простота архитектурного замысла не позволили мне
получить представление о подлинных размерах здания, пока я не вошел внутрь. Через
стеклянную дверь холла можно было видеть плавательный бассейн длиной пятьдесят
ярдов с У-образными заливчиками по бокам.
Дверь оказалась закрытой. Единственным живым существом в пределах видимости
был черный мальчик в узких белых плавках. Он чистил дно бассейна подводным
вакуумным насосом на длинной рукоятке. Я постучал по двери монеткой.
Через некоторое время он услышал и быстро подошел. Его черные умные глаза,
рассматривая меня через стекло, казалось, делили мир на две группы людей: на богатых и
на не очень богатых. Открыв дверь, он сказал:
- Если вы что-то хотите продать, сэр, то время выбрали неудачно. В любом случае,
сейчас - не сезон, и настроение у мистера Бассета отвратное. Он только что дал мне
взбучку. Я не виноват, что кто-то запустил тропическую рыбу в плавательный бассейн.
- А кто это сделал?
- Какие-то люди вчера вечером. Бедные рыбки подохли в хлорированной воде.
Поэтому мне надо убрать их оттуда.
- Какие-то люди?
- Тропические рыбки. Они выловили их из аквариума и бросили в бассейн. Люди
устраивают вечеринки, напиваются и забывают об элементарных правилах приличия. А
мистер Бассет вымещает зло на мне.
- Не сердитесь на него. Мои клиенты всегда находятся в отвратном настроении,
когда обращаются ко мне.
- Вы - предприниматель или кто-то еще?
- Кто-то еще.
- Мне просто интересно. - Светлая улыбка озарила его лицо. - Моя тетя
занимается предпринимательством. Я не знаю, что это такое. Очень мудреное. Но ей
нравится.
- Прекрасно. Бассет здесь хозяин?
- Нет, просто управляющий. Если вы его послушаете, то подумаете, что он владеет
всем этим, но заведение принадлежит членам клуба.
Я следовал за клинообразной, спиной этого спасателя по галерее. Мальчик постучал в
серую дверь с табличкой "УПРАВЛЯЮЩИЙ". За дверью раздался скрипучий голос. Он
действовал на нервы так же, как звук мела на влажной грифельной доске:
- Кто это там?
- Арчер, - подсказал я мальчишке.
- Мистер Арчер желает вас видеть, сэр.
- Очень хорошо. Одну минутку.
Спасатель подмигнул мне и повернул назад, шлепая подошвами кед по плитам.
Щелкнул замок, и дверь приоткрылась. В щели появилось лицо. На меня смотрели
бледные, широко расставленные глаза. Они были немного навыкате, как у рыбы. Из
тонких губ вылетело на выдохе:
- Рад видеть вас. Заходите.
Впустив меня, он опять закрыл дверь на защелку и указал на стул, стоявший перед
письменным столом. Жест был преувеличенно нервным. Он сел за стол, развязал кисет из
свиной кожи и начал набивать вместительную курительную трубку темными хлопьями
английского табака. Это, а также твидовый пиджак фирмы "Харрис", оксфордские брюки,
коричневые дорожные башмаки на толстой подошве, его акцент восточного побережья
Америки - все подходило одно к другому. Несмотря на аккуратно подкрашенные
каштановые волосы и неестественно моложавое от косметики лицо, я определил его
возраст - около шестидесяти лет.
Я осмотрел кабинет. Комната была без окон, освещена скрытым флюоресцентным
светом, тихо урчал кондиционер. Мебель - громоздкая, темного цвета. На стенах висели
фотографии яхт под надутыми парусами, ныряющих людей в полете, теннисистов,
поздравляющих друг друга с искусственными улыбками на лицах. На столе стояло
несколько книг, зажатых подставками в виде слонов, сделанных из черного
полированного камня.
Бассет раскурил трубку, выпустил облако голубоватого дыма и сказал:
- Я так понимаю, мистер Арчер, что вы - профессиональный телохранитель.
- Да, это так. Но я редко берусь за такую работу.
- Но, как я понимаю... Почему редко?
- Потому что приходится жить рядом с противными ничтожествами. Обычно им
требуются телохранители для того, чтобы было с кем разговаривать. Или же они страдают
манией преследования.
Он криво улыбнулся.
- Я вряд ли могу это расценить как комплимент. Или, может быть, у вас и не было
намерения делать комплименты?
- Вы ищете себе телохранителя?
- Не уверен. - И осторожно добавил: - Пока обстановка более или менее не
прояснится, я в общем-то не могу сказать определенно, что мне нужно.
- Кто рекомендовал вам меня?
- Один из наших членов как-то назвал мне вашу фамилию некоторое время назад.
Джошуа Северн, автор телевизионных передач. Может быть, вам интересно узнать, что он
характеризует вас как молниеносного исполнителя?
- Хм. - Лесть противна именно потому, что люди ждут ответной лести. - Зачем
вам нужен сыщик, мистер Бассет?
- Я объясню. Один молодой парень угрожал мне - покушался на мою безопасность.
Послушали бы вы, что он говорит по телефону!
- Вы разговаривали с ним?
- Не больше одной минуты вчера вечером. Как раз в середине праздничного вечера
- ежегодной после рождественской встречи. Он звонил из Лос-Анджелеса и сказал, что
приедет сюда и проучит меня, если я не дам ему некоторую информацию. Это ужасно
меня перепугало.
- Информацию какого сорта?
- Такую информацию, которой у меня просто нет. Думаю, что он находится сейчас
на улице, поджидая меня. Встреча закончилась очень поздно, и я остался здесь на ночь,
провел остаток ночи. Сегодня утром сторож у ворот позвонил мне и сказал, что появился
молодой человек, который хочет меня видеть. Я сказал, чтобы он его не впускал. Вскоре
после этого, когда собрался с мыслями, я позвонил вам.
- А что именно вы хотите?
- Избавьте меня от него. У вас должны быть свои методы и приемы. Конечно, я не
хочу, чтобы применялось насилие, если только это не окажется абсолютно необходимым.
- Его глаза бледно светились в клубах дыма. - Кто знает, может и окажется. У вас есть
пистолет?
- Да, в машине. Но я не играю роли наемного убийцы.
- Ну, разумеется. Вы неправильно поняли меня, дружище. Может быть, я
недостаточно ясно выразился. Я сам испытываю отвращение к насилию. Я просто имел в
виду, что вам может пригодиться пистолет, как... э-э... как инструмент убеждения. Не
могли бы вы просто препроводить парня до железнодорожной станции или в аэропорт и
посадить на самолет?
- Нет. - Я поднялся.
Он проводил меня до двери и взял за локоть. Мне не понравилось его панибратство, и
я резко отстранился.
- Послушайте, Арчер. Я - небогатый человек, но у меня имеются кое-какие
сбережения. Я заплачу вам триста долларов, чтобы вы избавили меня от этого парня.
- Избавил вас?
- Конечно, без насилия.
- Простите, не пойдет.
- Пятьсот долларов.
- Это невозможно. То, что вы предлагаете, равносильно похищению, а это карается
законами Калифорнии.
- Боже милостивый, я не имел в виду этого. - Он был искренне потрясен.
- Подумайте об этом. Человек вашего положения мог бы лучше знать законы. Пусть
им займется полиция, почему вы не обратитесь туда? Вы говорите, он вам угрожал.
- Да. В частности, он грозил, что изобьет меня кнутом. Но нельзя же обращаться в
полицию с такими вещами.
- Почему же? Можно.
- Но не мне. Это ужасно старомодно. Я стану посмешищем для всех южных штатов.
Похоже, вы не улавливаете здесь личные аспекты, старина. Я - управляющий и
секретарь совершенно первоклассного клуба. Лучшие люди побережья доверяют мне
своих детей, своих дочерей. Меня не должна коснуться и тень скандала - вы знаете, тут
нужна репутация, как у верной жены Юлия Цезаря - Кальпурнии.
- Что же в этом деле скандального?
Претендующий на мораль Кальпурнии вынул изо рта трубку и выпустил в воздух
дрожащее кольцо дыма.
- Я надеялся, что не придётся рассказывать об этом. И, конечно, не думал, что
придется подвергнуться перекрестному допросу. Однако что-то надо сделать до того, как
дело непоправимо ухудшится.
Его подбор слов вызвал у меня чувство досады, которая явно отразилась на моем лице.
Он умоляюще посмотрел на меня, но я не внял его мольбе.
- Могу ли я вам доверять, действительно доверять вам?
- Если дело касается законных вещей...
- О, Господи, конечно, все законно. Я оказался запятнан, хотя и не по своей вине.
Речь идет не о том, что я сделал, а о том, что могут подумать люди. Видите ли, тут
замешана женщина.
- Жена Джорджа Уолла?
Выражение его лица совершенно изменилось, стало потерянным. Он попытался
придать ему опять нормальное выражение, сосредоточившись на курительной трубке. Но
он ничего не смог поделать с гримасой, исказившей уголки его рта.
- Вы знакомы с ней? Все знают об этом?
- Скоро узнают все, если здесь будет околачиваться Джордж Уолл. Я столкнулся с
ним, когда приехал сюда.
- Боже милостивый, значит, он уже на территории клуба?
Бассет нескладными шагами пересек комнату. Он выдвинул один из ящиков своего
письменного стола и вынул оттуда автоматический пистолет среднего калибра.
- Уберите эту вещь, - сказал я. - Если вы серьезно беспокоитесь о своей
репутации, то огнестрельное оружие действительно может взорвать ее к чертям собачьим.
Уолл находился за воротами, пытаясь проникнуть внутрь. Но ему это не удалось. Он
просил меня сказать вам, что не уедет отсюда, пока не повидается с вами. Все.
- Черт побери, дружище, что же вы сразу не сказали? Нам бы не пришлось зря терять
время.
- Время теряли вы.
- Ладно, ладно. Не будем ссориться. Нам надо удалить его отсюда до того, как здесь
появится кто-либо из членов клуба.
Он посмотрел на хронометр на своей правой руке и как бы ненароком направил на
меня свой автоматический пистолет.
- Уберите свой наган, Бассет. Вы слишком расстроены, чтобы держать в руках
оружие.
Он положил его на толстый журнал перед собой и бросил на меня виноватый взгляд.
- Извините. Я немного нервничаю. Не привык к таким волнениям и неприятностям.
- Из-за чего разгорелся сыр-бор?
- Кажется, молодого Уолла обуяла мелодраматическая идея о том, что я увел у него
жену.
- Вы действительно это сделали?
- Какая нелепая мысль! Эта девушка так молода, что могла бы быть моей дочерью.
- Его глаза увлажнились от смущения. - Мои отношения с ней всегда были в рамках
приличия.
- Стало быть, вы ее знаете?
- Конечно. Я знаю ее много лет - гораздо дольше, чем Джордж Уолл. Она начала
ходить в бассейн на тренировки еще с тех пор, когда была подростком. В общем-то она и
сейчас не совсем вышла из подросткового возраста. Ей не больше двадцати одного -
двадцати двух лет.
- Кто это такая?
- Эстер Кэмпбелл, ныряльщица. Может быть, вы о ней слышали? Она чуть не
выиграла соревнования на первенство страны пару лет назад. Потом она пропала из моего
ноля зрения. Ее семья уехала отсюда, и она перестала принимать участие в соревнованиях
любителей. Я не знал, что она вышла замуж, до тех пор пока она опять не появилась здесь.
- Когда это было?
- Пять или шесть месяцев назад. Шесть месяцев будет в июне. Кажется, она неважно
провела все это время. Она участвовала в представлениях по художественному плаванию,
потом потеряла это место и застряла в Торонто. Там она познакомилась с молодым
канадским спортивным журналистом и от отчаяния вышла за него замуж. Видимо,
семейная жизнь не сложилась. Она бросила его после года совместной жизни и вернулась
сюда. Она была во взвинченном состоянии и душевно довольно измотана. Понятно, я
сделал для нее что смог. Я убедил правление позволить ей пользоваться бассейном для
работы тренером на комиссионных началах. В период летнего сезона дела у нее
складывались неплохо. А когда она осталась без учеников, признаюсь, я оказал ей
некоторую финансовую поддержку. - Он беспомощно развел руками. - Если это -
преступление, тогда я преступник.
- Если в этом все дело, то мне непонятно, чего вы боитесь.
- Вы не понимаете... Вы не понимаете моего положения. Враждебность и интриги,
которыми я здесь окружен... Есть тут группа членов клуба, которые хотели бы меня
уволить. Если Джорджу Уоллу удастся создать впечатление, что я использую свое
положение, чтобы якшаться с женщинами...
- Как он может это сделать?
- Я хочу сказать, что если он обратится в суд, как он угрожал это сделать...
Беспринципный адвокат может состряпать на меня какое-нибудь дело. Девушка сказала
мне, что собирается разводиться, и, думаю, я не проявил достаточно такта. Меня не раз
видели вместе с ней. Кстати говоря, я несколько раз приглашал ее на обед и сам готовил
блюда. - Его щеки несколько порозовели. - Кулинария - одно из моих увлечений.
Теперь я понимаю, что было неразумно приглашать ее к себе домой.
- Он никак не сможет использовать это против вас. Мы живем не при королеве
Виктории.
- В некоторых кругах нравы поистине викторианские. Вы даже не сознаете,
насколько уязвимо мое положение. Боюсь, что такого обвинения будет достаточно.
- Вы не преувеличиваете?
- Надеюсь, что преувеличиваю. Но мне так не кажется.
- Я бы посоветовал вам объясниться с Уоллом. Изложите ему факты.
- Я пытался это сделать по телефону вчера вечером. Он не стал слушать. Помешался
от ревности. Можно подумать, что я где-то прячу его жену.
- Хотя вы этого не делали?
- Конечно, не делал. Я не видел ее с первых чисел сентября. Она неожиданно уехала
отсюда, не сказав даже "до свиданья" или "спасибо". И не оставила своего нового адреса.
- Уехала с мужчиной?
- Очень может быть, - ответил он.
- Скажите об этом Уоллу. Лично.
- Ну, нет. Я не стану это делать. Он - разъяренный маньяк, он набросится на меня.
Бассет провел своими нервными пальцами по волосам. Волосы увлажнились на
висках, и маленькие ручейки пота начали стекать возле ушей. Из кармана пиджака он
вынул сложенный носовой платок и вытер им лицо. Мне стало его жаль. Физическая
трусость - самая уязвимая вещь.
- Могу заняться им, - сказал я. - Позвоните в проходную. Если он все еще там, я
пойду и приведу его сюда.
- Сюда?
- Если вы только не предложите лучшее место.
После затянувшейся нервной паузы он сказал:
- Полагаю, что мне надо встретиться с ним. Нельзя позволять ему буйствовать на
людях. В любой момент могут появиться некоторые члены клуба на свое утреннее
купание.
Его голос приобретал трепетный оттенок всякий раз, когда он упоминал о членах
клуба. Как будто они могли принадлежать к более высокой касте, к суперменам или
ангелам-мстителям. А сам Бассет удерживался на скользком краешке земного рая.
Неохотно он поднял трубку переговорного устройства внутри здания.
- Тони? Это - Бассет. Тот молодой маньяк все еще неистовствует поблизости?.. Вы
уверены? Абсолютно уверены?.. Ладно, хорошо. Дайте мне знать, когда он появится
снова. - Бассет положил трубку на место.
- Ушел?
- Похоже на то. - Он с облегчением глубоко вздохнул. - Торрес говорит, что
некоторое время назад он ушел куда-то пешком. Но буду вам признателен, если вы
немного задержитесь, просто на всякий случай.
- О'кей. Этот вызов все равно вам обойдется в двадцать пять долларов.
Он понял намек и выдал мне наличные, достав их из ящика. Затем вынул
электробритву и зеркало из другого ящика. Я сидел и наблюдал, как он бреет лицо и шею.
Маленькими ножницами Бассет подстриг волоски в ноздрях и выдернул несколько
волосков из бровей. Это было как раз то, из-за чего мне стала противной работа
телохранителя.
Я посмотрел на книги, собранные на его столе. Там были: "Дан и Брэдстрит", "Голубая
книга Южной Калифорнии", альманах киноискусства за предыдущий год и толстый том,
переплетенный в истертый зеленый материал и озаглавленный "Семья Бассетов". Я
открыл титульный лист, на котором было написано, что книга представляет собой
описание генеалогии и достижений потомков Уильяма Бассета, который высадился в
штате Массачусетс в 1634 году, вплоть до начала мировой войны 1914 года. Автор -
Кларенс Бассет.
- Не думаю, чтобы вас это заинтересовало, - заметил Бассет, - но для членов
нашей семьи книга представляет большой интерес. Написал ее мой отец: он занимался ею
все последние годы жизни. У нас в Новой Англии действительно была своя аристократия,
знаете ли: губернаторы, профессора, богословы, предприниматели.
- До меня доходили такие слухи.
- Извините. Я не собираюсь вам надоедать, - произнес он более веселым голосом,
чуть ли не подсмеиваясь над самим собой. - Любопытно, но я - последний в моей ветви
семьи с фамилией Бассет. Это - единственная причина того, почему я сожалею, что не
женился. Правда, я не принадлежу к чадолюбивому типу людей.
Нагнувшись к зеркалу, он начал выдавливать прыщ на кончике своего носа. Я не
выдержал, поднялся и стал разглядывать фотографии на стенах. Заинтересовался одной из
них, где были изображены три пловца - юноша и две девушки, которые одновременно
прыгали с большой вышки. Их тела оторвались от вышки и были отчетливо видны на
фоне светлого летнего неба, изогнутые в одинаковом лебедином прыжке и схваченные
фотографом в верхней точке - до того, как сила притяжения увлечет их вниз.
- Девушка слева - это Эстер, - произнес у меня за спиной Бассет.
Ее вытянутая фигурка напоминала стрелу. Заостренное личико, яркие волосы,
отброшенные ветром назад. Девушка справа была брюнеткой, тоже с впечатляющей
фигурой. Юноша посередине также был смуглый, с курчавыми черными волосами и
мускулами, которые, казалось, отлиты из бронзы.
- Это - одна из моих самых любимых фотографий, - пояснил Бассет. - Она была
сделана пару лет назад, когда Эстер готовилась к национальным соревнованиям.
- Снята здесь, в клубе?
- Да. Мы позволили ей, как я говорил, тренироваться на нашей вышке.
- А кто изображен вместе с ней на фотографии?
- Юноша работал здесь раньше спасателем. Девушка была подругой Эстер. Она
работала здесь же, в закусочной, но Эстер тренировала ее по прыжкам в воду.
- Она все еще здесь?
- К сожалению, нет. - Его лицо вытянулось. - Габриэль погибла.
- Несчастный случай при прыжках в воду?
- Отнюдь. Ее застрелили"
- Убили?
Он торжественно кивнул.
- Кто это сделал?
- Преступление так и не было раскрыто. Сомневаюсь, чтобы это можно было сделать
теперь. Это произошло почти два года назад, в марте.
- Как, вы сказали, ее звали?
- Габриэль. Габриэль Торрес.
- Имела какое-нибудь отношение к Тони, охраннику?
- Она была его дочерью.
В дверь раздался громкий стук. Бассет отпрянул в сторону, как испуганная лошадь.
- Кто там?
Стук повторился. Я пошел к двери. Бассет зашипел:
- Не открывайте.
Я повернул защелку замка и немного приоткрыл дверь, подставив под нее ногу и
плечо. За дверью стоял Джордж Уолл. В отраженном свете его лицо казалось землистым.
Сквозь разорванные брюки проглядывала светлая кожа ноги. Он тяжело дышал прямо на
меня.
- Он здесь?
- Как вам удалось пройти?
- Через забор. Бассет здесь?
Я посмотрел на Бассета. Он съежился за письменным столом, блестели только белки
его глаз и поверхность черного пистолета.
- Не впускайте его. Не позволяйте ему коснуться меня.
- Он вас не тронет. Уберите эту вещь.
- Не уберу. Если будет нужно, я буду защищаться. Я
...Закладка в соц.сетях
