Жанр: Детектив
Детектив Флетч Флетчер 1-9.
...юри-стрит - третья улица направо. Галерея находится в третьем квартале
от угла.
- Спасибо. Я найду.
- Я пошлю кого-нибудь вниз, чтобы дверь вам открыли ровно в половине
одиннадцатого. У нас не выставочная галерея, знаете ли.
- Разумеется. Извините, мистер Хорэн, но кто-то звонит в дверь.
- Мы уже обо всем договорились. С нетерпением жду нашей утренней
встречи.
Флетч положил трубку. И тут же звякнул дверной звонок. До десяти
часов оставалось еще семь минут.
ГЛАВА 3
- Меня зовут Флинн. Инспектор Флинн, - инспектор на секунду застыл на
пороге кабинета, заполнив собой дверной проем.
Хорошо сшитый коричневый костюм-тройка из твида. Широченные грудь и
плечи. Густые вьющиеся каштановые волосы. А между волосами и плечами
крошечное ангельское личико то ли восьмилетнего ребенка, то ли карлика.
Даже с шапкой волос голова казалась непропорционально маленькой, этакой
пусковой кнопкой на громаде мощной машины. И глаза необычного зеленого
оттенка. Такой цвет можно увидеть разве что на мокром после дождя весеннем
лугу, сверкающем под прорвавшимися сквозь облака солнечными лучами.
На правой штанине темнели пятнышки засохшей крови.
- Приношу извинения за мои брюки. Мы только что с другого вызова.
Убийца орудовал топором.
Голос мягкий, нежный, несоответствующий столь мощной грудной клетке.
- Вы - ирландский коп "Прозвище полицейских в США. На северо-востоке
США многие полицейские ирландского происхождения.", - Флетч встал.
- Именно так, - подтвердил Флинн.
- Я не имел в виду ничего обидного.
- Я понимаю.
Мужчины сочли возможным обойтись без рукопожатий.
Флинн шагнул вперед, освобождая дверной проем. Из-за его спины возник
еще один полицейский в штатском, моложе и ниже ростом, с блокнотом и
шариковой ручкой в руках. В дешевых, но безупречно чистых костюме и
рубашке. А его ботинки, несмотря на слякоть на улице, блестели, словно он
начистил их, войдя в подъезд.
- Это Гроувер, - пояснил Флинн. - Начальство не доверяет мне парковку
служебной машины.
Флинн занял свободное кресло. Флетч тоже сел.
Часы показывали десять двадцать шесть.
Все это время Флетч провел в кабинете. Компанию ему составил молодой
патрульный, изо всех сил старавшийся не смотреть на него. По остальным
комнатам квартиры бродили другие полицейские, в форме и в штатском.
Возможно, и репортеры, отметил Флетч про себя. До него доносились
приглушенные голоса, но слов он разобрать не мог. Через открытую дверь до
кабинета долетали отсветы вспышек: фотографы работали как в гостиной, так
и в спальнях.
Прибыли санитары, пронесли свернутые носилки через прихожую, держа
курс на гостиную.
- Вас не затруднит закрыть дверь, Гроувер? И устраивайтесь за столом.
Мы обязаны не упустить ни единого слова из того, что скажет нам этот
джентльмен в сшитом в Англии костюме.
Патрульный вышел, и Гроувер закрыл дверь.
- Вам зачитали ваши права? - осведомился Флинн.
- Первый же фараон, вошедший в квартиру.
- Фараон, значит?
- Фараон, - подтвердил Флетч.
- Позвольте все-таки спросить, не желаете ли вы, чтобы допрос мы вели
в присутствии вашего адвоката?
- Думаю, мне он не понадобится.
- Чем вы ее ударили?
На лице Флетча, в его глазах отразилось изумление. Он промолчал.
- Ладно, - Флинн уселся поудобнее. - Ваша фамилия Флетчер?
- Питер Флетчер.
- А кто такой Коннорс?
- Владелец этой квартиры. Я получил ее по обмену. Он сейчас в Италии.
Флинн наклонился вперед.
- Насколько я понимаю, в данный момент вы не намерены сознаться в
совершении этого преступления?
- Я вообще не намерен сознаваться в совершении этого преступления.
- Почему нет?
- Потому что я его не совершал.
- Этот мужчина говорит, что не убивал, Гроувер. Вы записали?
- Сидя здесь, я думал о том, что вам скажу.
- Я в этом не сомневаюсь, - массивные руки легли на подлокотники. -
Хорошо, мистер Флетчер. Так с чего вы решили начать?
Зеленые глаза уперлись в лицо Флетча.
- Сегодня днем я прибыл из Рима. Сразу приехал в эту квартиру.
Переоделся и пошел обедать. Вернулся и нашел тело.
- Каков денди, а, Гроувер? Давайте посмотрим, правильно ли я вас
понял, мистер Флетчер. Итак, вы прилетели в незнакомый город, вошли в
полученную по обмену квартиру и в первый же вечер нашли в ней великолепную
обнаженную женщину, никогда ранее не виденную вами, которую кто-то убил на
ковре в гостиной. Так?
- Да.
- Что ж, не сильно мы продвинулись. Надеюсь, вы записали каждое
слово, Гроувер, хотя их было и немного?
- Я рассчитывал, что краткость позволит нам всем побыстрее лечь
спать.
- Он говорит, лечь спать. Перед вами, Гроувер, чело век, у которого
выдался трудный день. Вы не будете возражать, если я задам вам несколько
вопросов?
- Валяйте, - кивнул Флетч.
Флинн глянул на часы.
- За шестнадцать лет семейной жизни у меня выработалась привычка
приезжать домой к двум часам ночи. Аккурат к этому времени жена
подогревает мне ужин. Так что поговорить мы успеем, - он скосился на бокал
шотландского с водой, который Гроувер передвинул на край стола. -
Во-первых, я должен спросить, сколько вы выпили сегодня вечером?
- Лишь то, что убыло из этого бокала, инспектор. Унцию виски? Меньше?
Неужели в Бостоне есть инспекторы?
- Только один. Я.
- Это печально.
- Я бы сказал, вы попали в самую точку. И я, да и Гроувер тоже,
сожалеем о том, что во всем Бостоне только один человек достоин звания
инспектора. Но мы говорили не о бостонской полиции, а о спиртном. Сколько
вы выпили за обедом?
- Полбутылки вина.
- Рад, что вы ведете точный подсчет. А до обеда вы ничего не пили?
- Ничего.
- И вы хотите сказать, что ничего не пили, пока летели над
Средиземным морем и бескрайним океаном? Вода, вода, кругом вода...
- Вскоре после взлета я выпил чашечку кофе. И стакан прохладительного
напитка за ленчем.
- Вы путешествовали первым классом?
- Да.
- Я слышал, в первом классе спиртное дают бесплатно и без
ограничений.
- Я ничего не пил ни во время полета, ни перед посадкой. Не пил ни в
аэропорту Бостона, ни в квартире. Выпил вина в ресторане и полбокала виски
с водой, ожидая вас.
- Гроувер, если вам не трудно, отметьте, что, по моему разумению,
мистер Флетчер совершенно трезв.
- Не хотите ли выпить, инспектор? - предложил Флетч.
- О нет. Я не пью виски. Однажды выпил, студентом в Дублине, так на
следующее утро у меня чуть не раскололась голова. С тех пор не
притрагиваюсь к этому зелью. Дело в том, что подобные преступления чаще
совершаются теми, кто как следует накачался.
- Возможно, и на этот раз, найдя убийцу, вы выясните, что он убил
женщину, выпив куда больше, чем я.
- Вы женаты, мистер Флетчер?
- Я обручен.
- И намерены жениться?
- Совершенно верно.
- И кто же та дама, счастье которой поставлено сейчас под угрозу?
- Энди.
- Позвольте мне догадаться самому. Записывайте, Гроувер. Эндрю.
- Анджела. Анджела ди Грасси. Она в Италии.
- И она в Италии, Гроувер. Все в Италии, кроме того, кто только что
прилетел оттуда. Она не прилетела лишь потому, что не любит бостонскую
погоду?
- Нет, ее задержали неустроенные семейные дела.
- Что же это за дела?
- Вчера я присутствовал на похоронах ее отца, инспектор.
- Ага. Не самое удобное время, чтобы покинуть свою суженую.
- Она должна присоединиться ко мне через пару-тройку дней.
- Ясно. И чем вы зарабатываете на жизнь?
- Я занимаюсь изящными искусствами.
- То есть вы искусствовед?
- Не нравятся мне такие слова, как искусствовед. Я занимаюсь изящными
искусствами.
- Должно быть, вы сколотили на этом состояние, мистер Флетчер.
Авиабилет первого класса, роскошная квартира, дорогая одежда...
- У меня есть собственные деньги.
- Понятно. Имея деньги, можно выбрать карьеру, о которой без оных и
не подумалось бы. Между прочим, что за картина висит над столом? С того
места, где вы сидите, наверное, не видно.
- Ее нарисовал Форд Мэдокс Браун.
- Мне она очень нравится.
- Англия, девятнадцатый век.
- Ну, я, конечно, не из Англии девятнадцатого века. Но проникновения
в человеческую душу у него не отнимешь. Когда вы обратили на нее внимание?
Я имею в виду картину.
- Когда звонил в полицию.
- Вы хотите сказать, что смотрели на картину, сообщая в полицию об
убийстве?
- Полагаю, что да.
- Действительно, вы ни секунды не можете прожить без искусства. Как я
понимаю, чтобы сообщить об убийстве, вы позвонили по контактному телефону
полиции, а не воспользовались линией экстренного вызова.
- Да.
- А почему?
- Почему бы и нет? Необходимости в спешке не было. Девушка уже
умерла. Мне не хотелось занимать линию экстренного вызова. Она могла
понадобиться тем, кому требовалось незамедлительное вмешательство полиции.
Остановить начавшуюся драку, доставить кого-то в больницу.
- Мистер Флетчер, люди, сильно заикающиеся и произносящие не более
двух слов в минуту, набирают номер экстренного вызова, чтобы сообщить, что
кошка залезла на дерево. Вы нашли контактный телефон в справочнике?
- Мне дала его телефонистка.
- Понятно. Вы никогда не служили в полиции?
- Нет.
- А у меня возникла такая мысль. Очень легко вы воспринимаете
покойников в гостиной. И ответы ваши больно уж связные. Побывав на месте
убийства, обычно только полисмен думает о том, что пора бы и лечь спать.
Так о чем это я?
- Понятия не имею. Наверное, рассуждаете о девятнадцатом веке.
- Нет, мистер Флетчер. Я рассуждаю не об Англии девятнадцатого века,
но о сегодняшнем Бостоне. Особенно меня интересует, что вы тут делаете?
- Я хочу написать биографию Эдгара Артура Тарпа-младшего. Этот
художник родился и вырос в Бостоне, инспектор.
- Я знаю.
- Здесь хранится архив семьи Тарп. В Бостонском музее выставлено
много его работ.
- Раньше вы бывали в Бостоне?
- Нет.
- Знаете здесь кого-нибудь?
- Пожалуй, что нет.
- Давайте вновь вернемся к вашему прибытию в Бостон. Такая
занимательная история. На этот раз я попрошу вас сказать, где и
приблизительно во сколько вы были. Вновь напоминаю, Гроувер все
записывает, и потом вы не сможете его поправить, хотя я всегда это делаю.
Итак, когда ваш самолет приземлился в Бостоне?
- В три сорок я уже стоял в здании аэропорта, ожидая багаж. Я перевел
стрелки своих часов на местное время.
- Какая авиакомпания? Какой рейс?
- "Транс Уорлд". Номера рейса я не помню. Я прошел таможенный
досмотр, сел в такси и приехал сюда. Примерно в половине шестого.
- Насчет таможни я понимаю, но от аэропорта ехать сюда десять минут.
- Вы меня спрашиваете? Я-то думал, что регулирование транспортного
потока тоже входит в обязанности полиции.
Представитель бостонской полиции кивнул.
- Ну да, пять часов. Где вы застряли?
- В каком-то идиотском тоннеле, где капает с крыши, а под потолком
вращаются скрипящие вентиляторы.
- А, Коллэхен. Я сам оказался в той же пробке. Но в пять часов пробка
обычно возникает в северном направлении, а не в южном.
- Я побрился, принял душ, переоделся. Вышел из квартиры в половине
седьмого или чуть позже. До ресторана доехал на такси.
- Какого ресторана?
- Он называется "Кафе Будапешт".
- Как интересно. Первый вечер в городе, а вы отправляетесь едва ли не
в лучший ресторан.
- Мужчина, сидевший рядом со мной в самолете, порекомендовал мне
пообедать там.
- Вы не запомнили его фамилии?
- Он не назвался. Мы практически не разговаривали. Только за ленчем.
Кажется, он инженер. А живет на Уэсли-Хиллз.
- Уэллесли-Хиллз, - поправил его Флинн. - Вы заказывали вишневый
суп?
- В "Будапеште"? Да.
- Я слышал, это объеденье, для тех, кто может себе позволить столь
дорогое блюдо.
- Домой я решил пойти пешком. На такси я добрался до ресторана очень
быстро. Из ресторана я вышел в самом начале девятого, а домой попал
практически в половине десятого. Потому что заблудился.
- Где? Где вы заблудились?
Флетч оглядел кабинет, прежде чем ответить.
- Если б я знал, наверное, этого бы не случилось.
- Отвечайте, пожалуйста, на вопрос. Расскажите, куда вы пошли.
- О Господи. Ну хорошо. Рекламный щит "Ситко". Огромный, великолепный
рекламный щит. Выдающееся произведение искусства.
- Далее все понятно. Вы повернули налево, а не направо. И пошли на
запад вместо востока. Попали на Кенмор-сквэа. Что потом?
- Я спросил девушку, где Бикон-стрит, и оказалось, что она совсем
рядом. По ней я и дошел до дома N_152. Шагал я довольно долго.
- Да. Прогулка неблизкая: Особенно после венгерского обеда. Итак, вы
вошли в квартиру, заглянули в гостиную. С чего вас потянуло в гостиную?
- Чтобы потушить свет.
- Значит, впервые оказавшись в квартире, вы заглянули в гостиную и
зажгли свет?
- Конечно. Я обошел всю квартиру. Только не помню, зажигал я в
гостиной свет или нет.
- Скорее всего, зажигали. Щелкнуть выключателем - что может быть
естественней. А как вы оказались в Риме?
- Я там живу. Вернее, у меня вилла в Канья, на итальянской Ривьере.
- Так почему вы не улетели из Генуи или Кана?
- Все равно я был в Риме.
- Почему?
- У Энди там квартира.
- Ну, конечно, Энди. Вы живете с Энди?
- Да.
- Давно?
- Пару месяцев.
- А с Бартоломео Коннорсом, эсквайром, вы встретились в Риме?
- С кем? О нет. Коннорса я не знаю.
- Вы же сказали, что это его квартира.
- Его.
- Как же вы оказались здесь, не зная мистера Коннорса?
- "Обмен домов". Международная организация. Со штаб-квартирой в
Лондоне. Коннорс на три месяца получил мою виллу в Канья. Я - его квартиру
в Бостоне. Мы оба экономим на этом деньги.
- Вы никогда не встречались?
- Даже не переписывались. Все, включая передачу ключей, обеспечивал
Лондон.
- Да, отстал я от быстро меняющегося мира. Этого не записывайте,
Гроувер. Итак, мистер Флетчер, вы никоим образом не знаете ни Бартоломео
Коннорса, ни Рут Фрайер?
- Кто это?
- Слыша ваш ответ, у меня возникло ощущение, что я говорю сам с
собой. Мистер Флетчер, Рут Фрайер - та молодая дама, которую только что
вынесли из вашей гостиной.
- О.
- Он говорит "о", Гроувер.
- Инспектор, я абсолютно уверен, что никогда ранее не видел этой
молодой дамы.
- Сочтем ваш рассказ за слово Иоанна, я имею в виду святого Иоанна,
Гроувер... Когда вы увидели тело, у вас не возникла мысль, где одежда этой
особы? Или вы привыкли к голым женщинам на Ривьере и подумали, что это их
обычный наряд и в Бостоне?
- Нет, - покачал головой Флетчер. - Я не задумался над тем, где может
быть ее одежда.
- Вместо этого вы пришли сюда, чтобы полюбоваться картиной.
- Инспектор, вы, надеюсь, понимаете, что в тот момент мне было не до
ее одежды. Я остолбенел, увидев ее. Не знал, откуда взялась в моей
гостиной эта девушка. И меня менее всего волновало, где ее одежда.
- Ее одежда в вашей спальне, мистер Флетчер. В том числе, и порванный
лиф.
Флетчер пробежался взглядом по полкам с книгами.
- Кажется, я впервые слышу слово "лиф". Разумеется, оно встречалось
мне в книгах, английских романах девятнадцатого века.
- Хотели бы вы услышать мою версию того, что произошло здесь сегодня
вечером?
- Нет.
- И все-таки, давайте послушаем. Я все еще успеваю домой до двух
часов. Вы прибыли в аэропорт, оставив свою ненаглядную в Риме. До того вы
прожили с ней два месяца, в ее квартире, причем последние дни выдались
очень печальными. На похоронах не радуются.
- Тем более, похоронах будущего тестя, - ввернул Флетч.
- И вы покинули свою единственную с божественной прыткостью, мистер
Флетчер. Каково словосочетание, Гроувер? Вы все записали?
- Да, инспектор.
- Не меняя порядка слов?
- Нет, инспектор.
- Вы приехали и вошли в эту огромную, прекрасно обставленную
квартиру. И ощущение свободы слилось в вас с чувством одиночества,
потенциально опасная комбинация, если речь о богатом, не жалующемся на
здоровье молодом человеке. Вы побрились, приняли душ, переоделись, полный
сил и энергии. Пока моя версия не расходится с вашей, не так ли?
- Просто не понимаю, как они вообще могут разойтись.
- Вы выходите в мелкий, моросящий дождь. Возможно, принимаете самое
простое решение и заглядываете в первый попавшийся бар для одиночек. Там
прилагаете все силы, чтобы очаровать самую привлекательную девушку,
которая, из-за дождя, уже успела пропустить пару стопочек джина. Кстати,
Гроувер, нам нужно узнать, что у этой девушки в желудке. Вы заманиваете ее
в квартиру, потом в спальню, она сопротивляется, по какой-то известной
лишь ей причине. То ли обещала маме вернуться пораньше, то ли забыла
принять противозачаточные таблетки, да мало ли почему в наши дни молодые
дамы могут передумать. Вы же в спальне срываете с нее одежду. Испуганная,
она выбегает в прихожую, мчится в гостиную. Вы догоняете ее. Она
продолжает сопротивляться. Возможно, начинает кричать, а вы не знаете,
толстые ли здесь стены. Квартира-то для вас новая. Вы только что из Рима,
где оставили свою невесту. Классический случай, двое взрослых в комнате,
причем их желания не совпадают. В раздражении, из злости, от страха, в
ярости, вы что-то хватаете и бьете ее по голове. Чтобы утихомирить ее...
или заставить замолчать. Но, к вашему изумлению, она падает у ваших ног и
затихает навсегда.
Флинн потер один из своих зеленых глаз ладонью огромной руки.
- Ну, мистер Флетчер, разве я не изрек очевидную истину?
- Инспектор? Неужели вы думаете, что все так и было?
- Нет, не думаю.
Теперь его глаза скрылись под ладонями обеих рук.
- Сейчас, по крайней мере, нет, - продолжил Флинн. - Будь вы выпивши,
да, я бы в это поверил. Или не обладали столь привлекательной внешностью.
Зачем еще эти девчушки болтаются в барах, если не для того, чтобы
встретить такого вот Питера Флетчера. Я бы поверил в мою версию, будь вы
менее уверены в себе. Мне представляется, что гораздо проще избавиться от
тела сопротивлявшейся женщины, чем подвергнуть себя полицейскому допросу.
Впрочем, возможно, тут я и ошибаюсь, у всех свои странности. И если бы не
звонок по контактному телефону полиции, я бы мог поверить, что вы
находились в состоянии аффекта, не отдавали отчета своим действиям. Нет, в
это я тоже не верю.
- То есть вы не собираетесь арестовать его, инспектор? - подал голос
Гроувер.
- Нет, Гроувер, - Флинн встал. - Моя интуиция возражает.
- Сэр!
- Я уверен, что вы правы, Гроувер, но помните, пожалуйста, о том, что
мне не довелось получить столь блестящую подготовку, характерную для
полицейских Бостона. Не сомневаюсь, что любой из ваших не менее опытных
коллег в мгновение ока упек бы мистера Флетчера за решетку. Но в
аналогичных случаях, Гроувер, решающую роль играет именно неопытность.
- Инспектор Флинн...
- Тихо. Тихо. Если этот мужчина виновен, а вероятность этого
по-прежнему велика, мы найдем новые свидетельства его вины. Если б я сам
не видел чемоданы в прихожей, то подумал бы, что все его россказни - ложь.
Я подозреваю, что так оно и есть. Я впервые вижу человека, пишущего об
изящных искусствах, и не убежден, что среди ему подобных преобладают лжецы
и убийцы.
- Полагаю, вы собираетесь запретить мне покидать город, - предположил
Флетч.
- Отнюдь. Наоборот, мистер Флетчер, если вы покинете город, ситуация
станет еще более интересной.
- Я пошлю вам почтовую открытку.
Флинн посмотрел на часы.
- Что ж, если Гроувер отвезет меня домой, я как раз успею выпить
чашку настоя ромашки с моей Элзбет и детками.
- Отвезу, инспектор, - Гроувер открыл дверь в опустевшую прихожую. -
Я хочу поговорить с вами.
- Разумеется, хотите, Гроувер. Я в этом не сомневаюсь.
Утром Флетч позвонил в Рим. Обычно требовалось немалое время, чтобы
соединиться с другим берегом Атлантического океана, да и на поиски Анджелы
ди Грасси всегда уходили драгоценные минуты, но на этот раз, к его полному
изумлению, Рим дали мгновенно, а Анджела взяла трубку после первого
звонка.
- Энди? Добрый день.
- Флетч? Ты в Америке?
- Прибыл благополучно. Думаю, теперь и ты сможешь долететь до Бостона
целой и невредимой.
- О, я с удовольствием.
- Я застал тебя за ленчем?
- Да.
- Что ты ешь?
- Холодную спаржу под майонезом. И клубнику. Ты позавтракал?
- Нет. Я еще не вставал с постели.
- Это хорошо. Какая у тебя кровать?
- Великовата для одного.
- Других, по-моему, просто нет.
- Наверное, ты права. Кровать всю ночь мешала мне спать, нашептывая:
"Энди! Энди! Где ты? Нам тебя не хватает..."
- Моя кровать шептала мне то же самое. Какая у вас погода?
- Не знаю. Из-за тумана ничего не видно. А как идет сражение?
- Без особых успехов. Весь день я провела с адвокатами и комиссарами
каких-то ведомств. Но не выяснила ничего определенного. Все чиновники
говорят нам, что он мертв, мы должны считать его умершим, свыкнуться с
этим и продолжать жить. Поэтому, собственно, мы и организовали похороны.
Но адвокаты настаивают, что все должно оставаться в подвешенном состоянии,
пока мы не получим исчерпывающей информации. Помнишь мистера Роселли? Он
присутствовал на папиных похоронах в понедельник. Папин адвокат. Скорбел
больше всех. Все время сморкался в носовой платок и вытирал слезы. А днем
позже, вчера, он вскидывает руки вверх и говорит, что они ничего не могут
сделать, пока не будут знать наверняка, что папа умер.
- И что ты собираешься делать?
- Попытаюсь переломить их. Все мне очень сочувствуют.
- Но не ударяют пальцем о палец.
- Я слышала, что адвокаты все такие. Выдаивают наследство, как
корову, забирают львиную долю на гонорары, а ошметки оставляют
родственникам.
- Иногда случается и такое.
- И Сильвия, моя дорогая мачеха Сильвия, как всегда, в своем амплуа.
Каждые десять минут она объявляет себя графиней ди Грасси. Должно быть, в
Риме уже каждый швейцар знает, что она - графиня ди Грасси. А я вроде бы
беспризорница.
- Почему бы тебе не бросить эту тягомотину и не прилететь сюда?
- В этом все дело, Флетч. Каждый считает своим долгом сказать нам,
приспосабливайтесь и живите, как будто ничего не случилось. Но мы не можем
жить, не получая денег из наследства отца. А на него наложен арест.
- Не понимаю, почему тебя это тревожит. Мы с тобой поженимся, и ты
будешь спокойно дожидаться, пока адвокаты уладят все наследственные споры.
Забудь обо всем и приезжай.
- Не могу, Флетч, плевать я хотела, сколько будут улаживаться все эти
дела. Не нужны мне сейчас ни этот старый дом, ни деньги отца. Но я хочу,
чтобы огласили завещание. Хочу знать, кому отходит основная часть
наследства - третьей жене моего отца или его единственной дочери. Мне это
важно.
- Почему?
- Если все отходит Сильвии, прекрасно. Отец вправе принять такое
решение. Оспаривать его я не буду. Если я потеряю фамильный дом, уйду, не
оглядываясь. И ни когда больше не подумаю, что несу ответственность за
стариков-слуг. Ты же знаешь, Флетч, Риа и Пеп воспитывали меня с самого
детства. Если же большую часть состояния получу я, мне и заботиться о них.
А сейчас я ничего не могу для них сделать. Даже ответить на вопросы,
которые читаю в их взглядах. И пока отвечаю за них. А Сильвия может брать
свой драгоценный титул и катиться с ним к чертовой матери.
- Энди, Энди, это же одни эмоции.
- Да, эмоции. Мне все равно, будет исполнена воля отца или нет. Но я
хочу знать, что написано в завещании.
- Я удивлен, что ты не можешь узнать у Роселли содержание завещания.
- Роселли! Маленькой он качал меня на колене. А теперь не говорит ни
слова!
- Может, тебе снова покачаться на его колене?
- И Сильвия ни на шаг не отпускает меня. Или говорит каждому
встречному, что она - графиня ди Грасси, или пытается выяснить, что я
намерена делать. И поминутно повторяет: "Куда уехал Флетчер? Почему туда?
Чем он занимается в Бостоне?"
- Ты ей сказала?
- Сказала, что ты полетел в Бостон по личному делу. Касающемуся
только тебя.
- Послушай, Энди. Не забывай, почему я в Бостоне.
- Лучше бы тебе поскорее найти их, Флетч. Дело принимает серьезный
оборот. Если Сильвия унаследует состояние отца, едва ли она позаботится о
слугах. Какие у тебя успехи?
- Хорэн, владелец галереи, звонил вчера вечером. Практически сразу
после моего приезда.
- Что он сказал?
- Он никогда не слышал о такой картине. Сегодня утром я с ним
встречусь.
- Он никогда не слышал об этой картине Пикассо?
- Так он сказал.
- И что ты думаешь?
- Не знаю. По голосу не чувствовалось, что он лжет.
- Это ужасно, Флетч. Но все-таки тебе легче, чем мне, Флетч. Не нужно
общаться с Сильвией, графиней ди Грасси.
- Послушай, Энди, я хочу попросить тебя об одной услуге.
- Все, что хочешь, душа моя.
- Не смогла бы ты съездить в Канья?
- Сейчас?
- На вилле поселился этот Барт Коннорс. Один из нас должен взглянуть
на него.
- А почему? Тебе не понравилась квартира?
- Да нет, квартира хорошая. Но некоторые события разбудили мое
любопытство.
- И я должна ехать в Канья только потому, что проснулось твое
любопытство?
- Я ради твоего любопытства прилетел в Бостон.
- Флетч, если я уеду из Рима, оставлю Роселли и других старых обезьян
на съеденье Сильвии...
- Уверяю тебя, ничего не случится. Я не просто так интересуюсь
Коннорсом, Энди. Надо узнать, что он за человек.
- Правда, Флетч?
- Возьми, "порше", поезжай на поезде, доберись до Генуи самолетом и
там возьми машину напрокат. Подумай, что для тебя легче всего. Тебе хватит
дня, максимум, двух.
- Неужели ты действительно думаешь, что я смогу обернуться так
быстро?
- Пожалуй, нет. Но мне нужно знать, кто такой Коннорс.
- Наверное, тебя больше заботит твоя драгоценная вилла.
- Ты
...Закладка в соц.сетях
