Жанр: Детектив
Детектив Флетч Флетчер 1-9.
...а полфута короче ног.
- А вы слышали, что в следующем месяце в моду войдут галифе? Как
видите, я в курсе современной моды.
- Я вижу. Ваши рукава больше похожи на панталоны. Из них руки торчат
по локоть.
- Я готов к освещению событий светской жизни.
- Молодые женщины называют вас Флетч, не так ли?
- Если вообще замечают меня. - Флетч сел на стул с деревянной
спинкой.
- Почему они не зовут вас по имени?
- Ирвин?
- А что плохого в Ирвине?
- Звучит, как насмешка.
- У вас есть второе имя, не так ли?
- Морис.
- Я знаю многих милых мужчин, которых зовут Мори.
- Я не вхожу в их число.
- Ладно. Вы - Флетч. Энергичное имя. Звучит, как глагол.
- Скорее, как соединительный союз.
- Хорошо, соединим наши усилия на благо читателей. Френк Джефф не
только предупредил меня о вашем пренебрежении подобающей журналисту
одеждой. Он также указал, в чем должно заключаться ваше первое задание.
- Я и так это знаю.
- Правда?
- Да. Подготовка статьи о пяти миллионах, пожертвованных Дональдом
Хайбеком и его женой художественному музею. Я должен досконально выяснить
все подробности. Так?
- Разумеется, нет.
- Я получил его сегодня утром.
- Разве не Дональда Хайбека убили этим утром на автостоянке?
Флетч пожал плечами.
- И что? Статья от этого только выиграет.
- Мы и так нашли вам интересную тему, Флетч. С подачи Френка.
Впрочем, он упомянул, что идея принадлежит вам.
- Мне? Идея статьи по отделу светской хроники?
- Мы уже выходим за рамки светской хроники, Флетч. Конечно, мы пишем
об обществе. Но стараемся охватить все, что может заинтересовать читателя.
Особенно женщин.
- Потому-то я и упомянул о галифе.
- Мы должны писать не о моде, а о стиле жизни. Не только о красоте,
но и о здоровье.
- Правильно, для женщины красота - залог здоровья.
- Вы бы изумились, узнав, о чем хотят писать в наши дни молодые
журналистки. - Энн Макгаррахэн взяла со стола несколько сцепленных
скрепкой листков. - Вот статья, в которой сравниваются достоинства и
недостатки искусственных членов. С фотографиями, как я понимаю,
предоставленными фирмами-изготовителями. Как вы думаете, Флетч, нужно нам
публиковать статью об искусственных членах?
- Э...
- Какой, по-вашему, лучший искусственный член на свете?
- Я вам не скажу.
- Почему?
- Я лицо заинтересованное. Неразрывно с ним связан. У меня
субъективное мнение.
- Понятно. - Энн с трудом удалось сдержать улыбку. Она бросила
скрепленные листки на стол. - Да, тяжела доля редактора. Наверное, нет
нужды говорить, что статья уже не один день лежит на моем столе.
- Об искусственных членах?
- Да.
- Я уверен, что вы найдете, как ею распорядиться.
- Сами видите, круг наших интересов очень широк. Нас заботят не одни
старушки, сдабривающие по утрам чай водкой.
- Этот Френк слишком много говорит.
- Так вы еще не догадались, каким будет ваше первое задание? А я так
на это рассчитывала.
- Что-нибудь насчет приспособлений для секса? Я понял, вы хотите,
чтобы я написал, какие виды приспособлений рекомендуют ведущие гинекологи
города.
- Вчера вы участвовали в Сардинальском пробеге.
- О, нет!
- Вы не участвовали?
- Признаюсь, было такое.
- Френк сказал, что вы бежали позади группы женщин и не смогли
заставить себя обогнать их.
- О Господи!
- Эти самые женщины получили широкую рекламу на спортивных страницах
"Ньюс трибюн", - с этими словами Энн Макгаррахэн раскрыла спортивный
раздел утреннего выпуска "Ньюс трибюн" и посмотрела на два больших
фотоснимка, на двух соседних страницах, друг напротив друга. На первом,
сфотографированные спереди, женщины начинали бег, на втором, со спины,
заканчивали. - Очень симпатичные девушки, несомненно, много внимания
уделяющие своему здоровью.
- Да уж, никаких лишнего жира или дряблой кожи.
- По какой-то, неведомой мне причине Френк воспринял публикацию этих
фотоснимков на спортивных страницах как личное оскорбление. К тому же у
меня такое чувство, что аккурат в это самое время он получает в своем
кабинете приличную взбучку от некоторых влиятельных, но консервативно
ориентированных жителей нашего города.
- Какая трагедия.
- "Дружеские услуги Бена Франклина". Фирма услуг, - Энн вроде бы
цитировала написанное в газете. - Флетч, почему эти услуги так расстроили
Френка?
- Вы подшучиваете надо мной?
Энн оторвалась от газеты и посмотрела на Флетча.
- Эти услуги как-то связаны с мужчинами?
- Подозреваю, что да.
- Расскажите мне, чем конкретно они занимаются.
Флетч буквально вжался спиной в деревянную спинку.
- Они поставляют девушек одиноким мужчинам, если те скучают дома или
им не с кем пойти в ресторан. По-моему, вы и так это знаете.
- Ага! Тут есть о чем писать.
- О чем? Да и кто будет публиковать статью о...
- Как я только что отметила, наш раздел ориентирован на женщин, их
интересы, здоровье, заработки...
- Это же семейная газета!
- Я рада, что вы это понимаете. Ваше журналистское расследование
должно быть подано очень тактично.
- Вы хотите, чтобы я провел расследование в борделе?
- Кто лучше вас с этим справится?
- Я женюсь, в субботу!
- Вы уже сдали анализ крови "В Соединенных Штатах Америки новобрачные
перед свадьбой проходят медицинское обследование на предмет выявления
венерических, наследственных и прочих заболеваний."?
Флетч глубоко вдохнул, но Энн подняла руку, предлагая ему помолчать,
и продолжила:
- Я вижу здесь новый аспект: проститутки, вынужденные поддерживать
превосходную физическую форму. Тут прослеживается определенная связь с
серией напечатанных нами статей о выращивании экологически чистых овощей.
Как функционируют "Дружеские услуги Бена Франклина"? В чем причина их
увлечения спортом? Как им удается развлекать мужчин, не употребляя
спиртного и не прикасаясь к сигаретам? Если они не наркоманки, то почему
остаются проститутками? Сколько денег они зарабатывают? - Энн все еще не
опускала руку. - И самое главное, кому принадлежат "Дружеские услуги Бена
Франклина"? Кто получает прибыль?
Флетч выдохнул, но ничего не сказал.
- Я уверена, здесь есть о чем писать, - закончила Энн.
- Лучше всего послать туда одну из ваших журналисток, чтобы она
попыталась получить место в "Дружеских услугах Бена Франклина".
- Да, но идея принадлежит вам, Флетч. Френк сам это сказал. Мы не
вправе отнимать ее у вас и передавать кому-то другому. Разумеется, мы
можем послать и женщину для сбора дополнительной информации.
- У меня же в субботу свадьба.
- Сами видите, как мало у нас времени.
- Энн...
- Кроме того, - Энн сложила газету, - я думаю, Френк полагает, что
такая статья, разумеется, правильно поданная, снимет его с крючка, на
который он попал из-за этих фотоснимков в разделе спорта. - Она
наклонилась вперед. - На страницах светской хроники пишут не только о
веяниях моды и сортах печенья. И статья эта вам вполне по плечу, Флетч.
Флетч смотрел на окно.
- Ваш папоротник засох.
- Мне нравится коричневый папоротник, - Энн по-прежнему смотрела на
Флетча. - Навевает мысли о вечном.
- О Боже!
- Мне нравится, что вы будете работать в моем отделе, юный Флетчер.
По крайней мере, вы не станете жаловаться, что у вас украли сумочку.
- Я волнуюсь совсем не из-за сумочки, - Флетч поднялся.
- Интересно, что вы принесете в клювике...
- Вы просите принести что-то "в клювике", загнав меня в угол.
- И еще, Флетчер...
- Да, мадам?
- Остерегайтесь Биффа Уилсона. Не стойте у него на пути. Он раздавит
вас, как асфальтовый каток. Злобный, злопамятный тип. Я-то знаю. В свое
время он был моим мужем.
- Флетч, с вами хотят поговорить. - Молодая женщина, сидевшая за
столиком у двери кабинета Энн Макгаррахэн, звякнула многочисленными
браслетами. - Линия триста три. Оригинальный костюмчик. Боитесь, что вас
тут изнасилуют?
- Слушаю, - сказал Флетч в трубку.
- Привет, - ответила Барбара. - Я в ярости.
- С чего бы это?
- Зачем ты подкалывал мою хозяйку?
- А что я такого сказал?
- Галифе у Сесилии - больная мозоль. Она закупила слишком большую
партию.
- Поэтому она и не подозвала тебя к телефону?
- Таковы наши правила. Телефон служит для деловых переговоров, а не
для болтовни сотрудников.
- Но я жених ее лучшей продавщицы.
- А почему мы не можем встретиться во время ленча?
- У нас тут аврал.
- Сегодня понедельник, Флетч. В субботу у нас свадьба. Нам есть что
обсудить, знаешь ли.
- Слушай, я уже договорился о ленче с Олстоном. Мы же хотим, чтобы он
был у нас шафером, не так ли?
- Это не самое главное. У нас совсем мало времени и масса проблем. Ты
должен мне помочь.
- Только этим я и занимаюсь.
- В прямом смысле, помочь. Ты только подумай, что нам предстоит.
Синди говорит...
- Барбара! Остынь! Не дави на меня!
- Почему нет?
- Потому что не прошло и двух минут, как одна дама проехалась по мне,
словно асфальтовый каток. По сравнению с ней ты - надувной пуфик.
- Так почему бы тебе не жениться на ней?
- Я бы женился, да она решила использовать меня для другого.
ГЛАВА 8
- Добрый день, Олстон, - Флетч уселся за столик напротив своего
приятеля.
- Добрый день, - кивнул Олстон. - Я пью пиво.
- Наслаждайся.
- А ты хочешь пива? - После кивка Флетча Олстон дал знак официанту. -
Два пива, пожалуйста, - затем Олстон смахнул с рукава пиджака невидимую
пылинку. - Флетч, увидев тебя на тротуаре, я не мог не обратить внимания
на твой костюм...
- На что?
- На твой костюм.
- Меня перевели в отдел светской хроники.
Олстон широко улыбнулся.
- Называется твой костюм "К чертям светское общество"?
- Хорошее название. Гармонирует с засохшим папоротником и мыслями о
вечном.
- Вижу, и у тебя было жаркое утро. Тебе наконец-то всыпали за тот
заголовок?
- Заголовок?
- НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ СПАСАЕТ ЖИЗНЬ ДОКТОРУ.
- Его никто и не заметил. - Официант принес пиво. - Иногда мне
кажется, что в "Ньюс трибюн" никто, кроме меня, не понимает, что есть
новости.
- Я повесил этот заголовок на стену.
- Мы должны во всем видеть светлую сторону, Олстон.
- Конечно. У тебя есть Барбара.
- Барбара только что отчистила меня.
- Не может быть.
- С утра мне досталось от Френка Джеффа, главного редактора, Биффа
Уилсона, ведущего криминального репортера "Ньюс трибюн", Энн Макгаррахэн,
редактора отдела светской хроники, и, наконец, от моей невесты, Барбары
Ролтон. А сегодня только понедельник, самое начало недели.
- В таком костюме, уж не знаю, зачем ты его надел, тебя никто не
будет воспринимать серьезно.
- И это еще не все. - Флетч снял пиджак, повесил на спинку стула. -
На меня "наехал" винный магазин. Открыл по мне стрельбу.
- Такое случается не только с тобой. Как-то мой дядя очень спешил
и...
- И я взял интервью у милой, правда, странноватой старушки, которая
выдала себя совсем за другого человека.
- Ты брал интервью у самозванки?
- Выходит, что да.
- Узнал что-нибудь интересное?
- У меня сложилось впечатление, будто она говорила лишь то, что я
хотел услышать.
- То есть находила ответы в твоих вопросах? - уточнил Олстон. - С
самозванцами иначе и быть не может.
- Она сняла с меня одежду. И убежала вместе с ней.
- Все это произошло в одно утро?
- А у меня были такие удобные теннисные туфли.
- Флетчер, ты уверен, что сможешь выжить, выпорхнув из-под крылышка
морской пехоты Соединенных Штатов Америки?
- Первые шаги в жизни всегда даются нелегко, Олстон.
Олстон поднял высокий стакан с пивом.
- За молодых.
- Никто не воспринимает нас всерьез.
- А мы серьезный народ.
- Так оно и есть. Серьезно настроенные серьезные люди.
- Господа, желаете что-нибудь заказать? - полюбопытствовал подошедший
официант.
- Да, - кивнул Флетч. - Как обычно.
- Сэр, - ручка официанта застыла над блокнотиком. - То, что обычно
для вас, абсолютно незнакомо мне.
- То есть я должен сказать вам, что я буду есть?
- Вы можете сохранить это в тайне, сэр. У меня только убавится
работы.
- Я же сидел за этим самым столиком на прошлой неделе.
- Я рад, что вы вновь почтили нас своим присутствием, но не запомнил,
что вы соизволили откушать.
- Это "Маноло", не так ли?
Официант глянул на "корочки" меню.
- Совершенно верно, сэр.
- Сандвич с ореховым маслом, ломтиками банана и майонезом на хлебце
из непросеянной ржаной муки.
- Ага, действительно, уникальный заказ. Как я мог такое забыть. А что
желаете вы, сэр? - он повернулся к Олстону.
- Сандвич с ливерной колбаской и сельдереем на ржаном хлебце. И un
peu "Чуть-чуть (франц.)" кетчупа.
- Спасибо тебе, Господи, еще один уникальный заказ. - И официант
поспешил на кухню.
- Даже этот чертов официант не воспринимает нас всерьез, - вздохнул
Флетч.
- Никто не воспринимает молодых всерьез. Это привилегия стариков.
- Но мы с тобой не такие уж молодые. Ветераны войны. Ты - юрист, я -
репортер.
- Люди по-прежнему относят нас к категории неприметных серых мышек.
- Может, потому, что мы - симпатичные парни?
- В этом костюме ты просто неотразим, Флетч.
- Я знал это, как только натянул его на себя.
- Этим утром меня вызвали в кабинет Хаулера. Старшего партнера.
Видишь ли, я должен сидеть на совещаниях, разумеется, не произносить ни
слова, не смеяться, не выказывать иных эмоций, не таращиться на кого-либо
из присутствующих.
- Такие условия поставили тебе при приеме на работу?
- Именно так. От меня требуется лишь одно - слушать. Притворяться,
что меня вроде бы и нет. Я должен изучать методы работы моих более опытных
коллег, посредством которых они не только получают баснословные гонорары,
но платят жалованье нам, их братьям меньшим, шоферам служебных
"мерседесов".
- Действительно, такому стоит поучиться.
- Ты прав. Кроме того, присутствие на совещаниях пеонов, вроде меня,
необходимо и для того, чтобы они представляли себе объем предстоящей им
черновой работы.
- Ты хочешь сказать, что старшие партнеры нисходят лишь до
руководящих указаний?
- Представь себе, что у Хайбека, Харрисона и Хаулера появился новый
клиент...
- Ха-ха-ха.
- Послушай, я еще не закончил.
- Мне следовало сказать: "Хай, ха, хау"? Или ты подумал, что я
смеюсь?
- Как я мог?
Официант принес сандвичи.
- Вот ваша еда.
- Благодарю, - кивнул Флетч.
- Значит, так, - Олстон проверил количество кетчупа, убедился, что
его не больше, чем он заказывал, и продолжил: - Этому новому клиенту в
ночь с субботы на воскресенье полиция помешала вытащить из дома в Хейтс
столовое серебро, музыкальный центр и прочие дорогостоящие игрушки.
Причина, заставившая этого господина обратиться к Хайбеку, Харрисону и
Хаулеру, заключалась в том, что дом, серебро, музыкальный центр и прочие
дорогостоящие игрушки не являлись его собственностью.
- Грабитель.
- Причем один из лучших специалистов в своей области.
- Каким образом он оказался в то утро не в зале суда?
- Прибыл к нам прямиком с судебного заседания, после того как ему
хватило ума попросить и, соответственно, получить первую из несомненно
многих отсрочек рассмотрения дела по существу.
- Его выпустили под залог...
- Который составил весьма скромную сумму, внесенную им самим. И он
привел веский довод, убедивший судью, что оставлять его в суде просто
невозможно. Видишь ли, этот господин в тот день намеревался отвести своего
пятнадцатилетнего пса к дантисту.
- Дантист заранее назначил ему время?
- Естественно.
- Судья не мог помешать столь милосердному деянию.
- Мало того, теперь суд будет расположен в его пользу.
- Это еще почему?
- Потому что он сказал нам, вернее, мистеру Хаулеру, что в то самое
время, когда судья решал, отпустить его под залог или нет, собака в
ожидании визита к дантисту так громко выла от боли, что сосед застрелил
ее.
Флетч покачал головой.
- Не следовало полиции мешать ему. - Он посолил свой
бананово-майонезный сандвич. - Скажи мне, он позвонил дантисту, чтобы
предупредить, что не сможет привести пациента?
- Этого он нам не сказал.
- Я удивлен, что мистер Хаулер, старший партнер процветающей
юридической фирмы, согласился принять обычного грабителя. Зачем ему такой
клиент?
- Эх, Флетч, ты слишком невинен, чтобы знать, как работают
юридические фирмы и как вершится закон.
- Мне кажется, кое-что я да знаю.
- Держу пари, ты думаешь, что юридические конторы оказывают
адвокатские услуги.
- Разве это не так?
- Это далеко не основное направление их деятельности.
- Не основное?
- Нет. Главное для них - "дойка" клиента.
- Этому учат на юридическом факультете?
- Нет. Потому-то новички, такие как я, несколько лет работают в
юридических фирмах за минимальное жалование. За это время мы должны
обучиться методам работы, благодаря которым юридические фирмы и держатся
на плаву.
- Так что означает "дойка" клиента?
- Когда клиент стучится в дверь юридической фирмы, да еще такой
известной, как "Хайбек, Харрисон и Хаулер", первейшая задача фирмы -
выяснить, сколько денег можно с него получить, не за конкретный процесс, а
вообще. Таковая оценка требует немалого опыта и отменной интуиции.
- Не понимаю, как соотносятся состояние клиента и затраты на
конкретный процесс, из-за которого он и обращается в юридическую фирму.
- Допустим, у нас предельно простой случай. Но старший партнер,
который проводит первое собеседование с клиентом, выясняет, что клиент
богат. Что бы ты сделал на его месте?
- Отправился бы в суд, вооруженный соответствующими положениями
закона.
- Сразу видно, что ты дилетант. Надо начинать "доить" клиента.
Старший партнер, придя к выводу, что клиент богат, решает, какую часть его
состояния должна получить фирма в уплату за свои услуги, независимо от
сложности дела. Ты даже представить себе не можешь, как талантливый
адвокат может запутать самое простое дело различными отсрочками,
неправильно поданными петициями, неудачными вопросами и так далее, и так
далее. Цель-то одна - растянуть процесс на максимально долгий срок, чтобы
получить с клиента все, до последнего пенни. А когда, несмотря на все
усилия юридической фирмы, процесс таки завершается, клиент еще и
благодарит фирму, обычно не отдавая себе отчета, что стал куда беднее.
- Извините, господин адвокат, но разве это не грабеж?
- В юридической практике это есть не что иное, как создание солидной
репутации.
- Господин адвокат, а что происходит, если на первичном собеседовании
старший партнер убеждается, что с деньгами у клиента не густо?
- Возможны три варианта. Первый: клиента убеждают, что с его делом
вполне справится более дешевая, не такая престижная юридическая фирма. Эта
фирма, кстати, выплачивает первой, рекомендовавшей клиенту обратиться к
ней, определенный процент с полученного от бедного клиента гонорара.
- Богатые становятся богаче.
- А бедные, как всегда, в дерьме. Второй: если дело может получить
определенный общественный резонанс, выставив фирму в наилучшем свете,
клиента могут обслужить бесплатно. В этом случае дело решается в суде
максимально быстро и эффективно. Задействуются все связи. Заключаются
необходимые негласные сделки. Весь процесс занимает минимум времени,
затраты стремятся к нулю при полном удовлетворении претензий клиента.
- А престиж фирмы только растет.
- Я знакомлю тебя с внутренней политикой средней юридической фирмы.
Вроде "Хайбек, Харрисон и Хаулер". Теперь ты знаешь, как некоторые
адвокаты относятся к закону.
- Ты просто лишил меня невинности.
- Третий вариант - аккурат тот, что использовал Хаулер сегодня утром.
О чем я и пытался тебе рассказать.
- Если человек, выбравший для себя карьеру адвоката, - болван, то как
изволите называть тех, кто стал старшим партнером в фирмах типа "Хайбек,
Харрисон и Хаулер"?
- Теперь ты понимаешь, что насилие далеко не всегда является
алогичным решением проблемы.
- И это решение открывает для себя все большая часть населения. Ты
слышал жалобу: "В суде ничего не добьешься".
- Раз или два, - признал Олстон. - Так вернемся к третьему варианту.
Итак, взломщик из зала суда проследовал к мистеру Хаулеру.
- А не означает ли вышесказанное, что взломщик, у которого достаточно
денег, чтобы оплатить услуги "Хайбек, Харрисон и Хаулер", совсем и не
взломщик?
- Многие взломщики могут позволить себе услуги "Хайбек, Харрисон и
Хаулер". Этот взломщик - не исключение, а, скорее, правило. Очевидно,
кто-то должен представлять их в суде.
- У них те же права, что и у остальных граждан.
- И опасная профессия. Адвокат может потребоваться им в любую минуту.
- Особенно после того, как они вламываются в очередной дом.
- Вот и мистер Хаулер, выслушав нового клиента-взломщика, объяснил
ему, что многие его коллеги пользуются услугами "Хайбек, Харрисон и
Хаулер" на постоянной основе, внося ежегодный задаток. Этакую страховку,
знаешь ли. К примеру, продолжил мистер Хаулер, если бы многоуважаемый
взломщик внес этот задаток до злополучной ночи, когда полиция помешала ему
закончить успешно начатое дело, адвокат фирмы "Хайбек, Харрисон и Хаулер",
хотя бы и я, уже ждал бы в участке, куда его доставили после ареста, и ему
не пришлось бы самому вносить залог.
- И каков этот задаток?
- Десять тысяч долларов. Немного, если учесть, что от сидящего в
тюрьме взломщика пользы нет никому. Ни его семье, ни друзьям, ни экономике
страны, ни даже "Хайбек, Харрисон и Хаулер". В тюрьме он не может
зарабатывать на жизнь.
- Олстон, будь у парня уже в субботу десять тысяч долларов, полез бы
он в чужой дом в ночь на воскресенье?
- Речь не об этом. У него и не будет этих десяти тысяч. Их получит
юридическая фирма. А уж потом этот парень будет зарабатывать на жизнь, не
опасаясь серьезных неприятностей. Душевное спокойствие, Флетчер, стоит
любых денег.
- Это мне известно.
- Так что мистер Хаулер сказал нашему взломщику, что тот может
рассчитывать на всемерную поддержку "Хайбек, Харрисон и Хаулер", если
через десять дней, к следующему судебному заседанию, принесет десять тысяч
долларов. Если нет, он, мистер Хаулер, может порекомендовать
несостоявшемуся клиенту более дешевую фирму, естественно, с меньшими
возможностями, которая и будет представлять в суде его интересы.
- А где же взломщик, у которого нет за душой и двух центов, добудет
за десять дней десять тысяч долларов?
- Догадайся.
- Ты шутишь.
- Я не шучу.
- Ты хочешь сказать, что старший партнер известной юридической фирмы
посылает взломщика на очередное дело?
- Понимаешь, мы хотим, чтобы нашими клиентами были только
профессионалы.
- Разве мистер Хаулер, как адвокат, не призван стоять на страже
закона?
- Призван, разумеется. Добавлю, что он еще и любящий дедушка, души не
чающий во внучатах.
- И взломщик согласился?
- Естественно. Что будет с его семьей, если он загремит за решетку?
Так что покрепче запирай двери.
- Другими словами, взломщик теперь работает на "Хайбек, Харрисон и
Хаулер"?
- Если он хочет и дальше заниматься любимым делом, ему необходимо
обеспечить и тех, кто гарантирует профессиональную защиту его прав.
- А если его снова арестуют?
- Новая работа, новые гонорары "Хайбек, Харрисон и Хаулер".
- Олстон, меня от всего этого тошнит.
- Я уверен, что сандвич тут ни при чем. Ореховое масло, банан и
майонез не могут вызвать несварение желудка. Как-нибудь я и сам закажу
такой же.
- Честное слово, я потрясен. Во-первых, твой начальник, этот Хаулер,
наверняка уже знал о том, что его партнер застрелен на автостоянке. И это
известие, однако, не помешало ему проводить собеседование с клиентом.
- Собеседование заняло лишь четверть часа. После того как клиент
проглотил наживку, его перебросили к адвокату пониже рангом. Мы тоже
должны отрабатывать жалованье. И шоферам "мерседесов" надо платить.
- Олстон, ты хочешь купить "мерседес"?
- Мое честолюбие не простирается так далеко.
Подошел официант.
- Господа будут пить чай, кофе или предпочтут молочный коктейль?
- А какие у вас коктейли? - спросил Флетч.
- Ванильный, шоколадный.
- А клубничного нет? - поинтересовался Олстон. - Я бы выпил
клубничный коктейль.
- Клубничного нет, - вздохнул официант.
- Тогда я выпью кофе, - решил Флетч.
- А я пива, - не разделил его выбор Олстон. - И на этот раз положите
мне вишенку, ладно?
- Кофе и пиво с вишенкой, - кивнул официант.
- Олстон, я бы хотел знать все, что только возможно, о Дональде
Хайбеке. Все, что ты сможешь выудить из архивов своей достопочтенной
конторы.
- Видишь ли, я только раз пожал ему руку, в тот самый день, когда
меня взяли на работу. Низенького роста, толстый.
- Это я и так знаю. - Флетч поправил пояс.
- Считается одним из лучших криминальных адвокатов страны.
- Важная подробность. Неудивительно, что человек со столь широкими
связями в преступном мире умирает на автостоянке, получив пулю в лоб.
- Наоборот, удивительно, - возразил Олстон. - Он-то, похоже, мог не
опасаться преступников. По моему разумению, все окрестные злодеи носили
его на руках.
- Кофе. Пиво с вишенкой. - Официант поставил чашечку перед Флетчем и
высокий стакан, наполненный пивом, с вишенкой на дне перед Олстоном.
Флетч уставился на стакан.
- Он действительно положил в пиво вишенку.
- Я о том и просил.
- И ты собираешься ее съесть?
- Вижу, ты положил глаз на мою вишенку.
- Извини.
- Допустим, это заказное убийство. За голову Хайбека назначили
вознаграждение. Но кто согласится убить его, если он усп
...Закладка в соц.сетях
