Жанр: Детектив
Особо важное дело серия: (Гуров)
...лекцию о тайне следствия...
- Вы пишете о ходе следствия?
- Нет, скорее, о ходе выборов в провинции. Надеюсь, получится по-настоящему
сенсационно... А ваши успехи? Вы пока не нашли охотников за Журавлевым?
- Боюсь, вы уже вторгаетесь в тайну следствия, - сказал Гуров полушутливо. - На этот
вопрос я вам пока не отвечу. Но мне хотелось бы встретиться с вами для небольшого
разговора.
- Всегда готов. А о чем пойдет речь?
- Ну, скажем так... О мэре одного не слишком большого города.
- О! Понял, - усмехнулся Бурдашов. - Между прочим, у меня тоже есть что сказать об
этом человеке.
- Неужели? Что же именно? - насторожился Гуров.
- Вы уже раздумали встречаться? - с иронией спросил Бурдашов.
- Все зависит от того, что вы мне сообщите, - сказал Гуров. - Если это будет
достаточно важно, встречу можно будет отложить. Понимаете, для нас сейчас это ключевой
момент.
- Разумеется. Я вообще-то думал подождать до утра. Но если вы настаиваете...
- Просто требую! - строго сказал Гуров.
- Не знаю, стоит ли по телефону... Но, впрочем, что я? Все-таки не дворцовые тайны...
Короче говоря, мне недавно позвонил новый знакомый из Воеводска - независимый
журналист. Мы договорились, что он будет снабжать меня оперативной информацией. Так
вот, он сообщил мне, что, по сведениям одного неофициального, но компетентного
источника, господин Полосатов сегодня после обеда вдруг бросил все свои дела и срочно
уехал в Москву.
- Ах, черт побери! - вырвалось у Гурова. - Это действительно важная новость. А цель
его поездки? Да нет, конечно, этого вы знать не можете... Но все равно то, что вы сообщили,
очень ценно. Нужно будет срочно запросить крупные гостиницы...
- Кстати, о гостиницах, - предупредительно заметил Бурдашов. - Тут еще одна
существенная деталь. Мой знакомый просветил меня, что хозяин их города в гостиницах не
останавливается. У него имеется под Москвой своя резиденция. Это, конечно, секрет -
особняк, кажется, даже не на него оформлен, - но секрет полишинеля. От нашего брата
журналиста трудно скрыть такие вещи. В воеводских газетах об этой резиденции намекали
еще три года назад.
На некоторое время Бурдашов замолчал, а поскольку Гуров тоже не подавал никаких
признаков жизни, журналист наконец забеспокоился.
- Лев Иванович! - повысил он голос. - Вы меня слушаете? Алло!
- Да-да, я слушаю, - произнес Гуров, словно проснувшись, и тут же поспешно добавил:
- Александр Александрович, вы не догадались спросить, в каком районе находится эта
резиденция?
- Нет, отчего же, - немного рисуясь, ответил Бурдашов. - Я даже могу назвать вам ее
точный адрес. Журналисты и это разнюхали.
- Быстро диктуйте! - крикнул Гуров и сердито махнул рукой Крячко, требуя авторучку.
Сердито хмуря брови, он начеркал на клочке бумаги несколько слов и бросил в трубку:
- Огромная вам благодарность, Александр Александрович! Вы просто не знаете, какую
вы мне оказали услугу! Но, обещаю, совсем скоро вы это узнаете. До встречи! Я вам
перезвоню.
Он положил трубку и поднял глаза на Крячко. В его зрачках плясали азартные искры.
Стас понял, что ожидается что-то из ряда вон выходящее.
- Все! - объявил Гуров. - Нюхом чую, мы нащупали последнее недостающее звено.
Сейчас же иду к Петру - пусть из кожи вон вылезет, но обеспечит мне немедленно санкцию
прокурора области.
- На ночь глядя? - с сомнением сказал Крячко. - Ты надеешься, что кто-то станет из-за
нас поднимать на ноги всю прокуратуру?
- Не только прокуратуру, - энергично произнес Гуров. - Нам понадобится еще взвод
ОМОНа, следственная группа...
- А вертолет тебе не нужен? - саркастически поинтересовался Стас. - Что вообще
случилось? Ты накрыл гнездо террористов?
- Бурдашов только что продиктовал мне адрес в поселке Родники. В этом поселке
находится штаб-квартира господина Полосатова. Полагаю, что все это время преступная
группа укрывалась там. Видимо, они имели доверенность от своего хозяина. В поселке
частная охрана, он довольно далеко от Москвы - ничего удивительного, что там
преступники чувствовали себя в безопасности. Уверен, Немову они прячут именно там. Я
немедленно иду к Орлову.
- Подожди, - остановил его Крячко. - А что ты будешь делать, если старик не захочет
беспокоить ни министра, ни прокурора? Какая у тебя вообще уверенность, что Бурдашов дал
тебе правильный адрес? Вдруг там живет престарелый член ЦК, который еще Берию
помнит?
- Это легко проверить, - сказал Гуров. - Такие персоны все на учете.
- Пусть так. Пусть там живет всего лишь исполнитель нового шансона - какой-нибудь
Саня Брянский. И что тогда? Думаешь, Орлов захочет извиняться перед Сашей Брянским?
- Перестань! - поморщился Гуров. - Конечно, у нас нет времени на все эти проверки.
Но я нюхом чую, это тот самый вариант! Иногда надо рисковать - тебе это прекрасно
известно.
- Рисковать тоже можно по-разному, - возразил Крячко. - Например, подождать до
утра, произвести рекогносцировку...
- Ты понимаешь, мэр Полосатов примчался сюда не просто так! Ему сообщили, что его
молодцы попали в засаду, и он решил сам во всем разобраться. Этот человек пойдет на все.
Не удивлюсь, если он этой ночью прикажет избавиться от Немовой и вообще очистит свою
резиденцию от лишних улик. А завтра утром он будет объезжать своих московских
покровителей - ищи тогда ветра в поле. Мы потеряем уйму времени и наверняка потеряем
Немову. Я себе этого не прощу.
- Я уже говорил, что мы изначально теряем темп, - сказал Крячко. - Это реальность.
Настоящий шахматист принимает это как данность.
- Что же ты советуешь? - подозрительно осведомился Гуров. - Сидеть сложа руки и
смотреть, как этот подонок реализует свое преимущество?
- А вот и не угадал, - ухмыльнулся Крячко. - Я хочу предложить тебе совсем другое.
Зачем поднимать бучу, беспокоить серьезных людей? Мы можем просто сесть в машину и
скатать в эти Родники... В нерабочее, так сказать, время...
Гуров несколько секунд рассматривал его простодушное лицо, а потом угрожающе
сказал:
- Вот, значит, что ты предлагаешь! Без ведома руководства, рискуя лампасами...
- Говорю же, риск риску рознь, - ответил Крячко. - Допустим, произошла ошибка, и
нужное лицо по данному адресу не проживает. Мы не гордые, мы извинимся, и инцидент
будет исчерпан...
- А если все-таки проживает? - жестко сказал Гуров. - Обыск без санкции прокурора...
- А Бенедиктов на что? - спокойно заметил Крячко. - Какова его роль в деле?
По-моему, это отличный выход. Пока мы будем обследовать место, Бенедиктов будет стоять
на подхвате и держать с нами связь. Если мы что-то обнаружим, сразу даем ему знать, и он с
полным сознанием своей правоты мчится назад в Москву и ставит тут всех на ноги. Это
будет тоже не слишком приятный момент. Но это будет глубоко мотивированный момент!
Даже Бенедиктов сумеет с ним справиться.
- Слушай, - сказал с уважением Гуров. - Когда ты перестаешь трепаться, в тебе
появляются проблески гениальности! Но как мы уговорим Бенедиктова поехать с нами?
- Это я беру на себя, - важно произнес Крячко. - Ты только не вмешивайся.
Глава 18
В темноте переливались яркие огни поселка. С каждой минутой они увеличивались, и
вместо хаоса сверкающих пятен вырисовывалась мирная картина уютного жилого комплекса
с горящими окнами. В поселке, на первый взгляд, было не более сотни домов.
Гуров остановил "Пежо" возле пропускного пункта, дождался, пока охранник, молодой
веселый парень в униформе, не заглянет в салон, поздоровался.
- Приветствую! - жизнерадостно откликнулся парень. - Что-то я вас не знаю. В гости к
кому приехали?
- Вот именно, в гости, - кивнул Гуров. - Догадливый ты! На-ка, изучи вот - может, еще
чего догадаешься? - И он протянул охраннику свое удостоверение.
Парень вышел на свет, шевеля губами, просмотрел книжечку, почтительно козырнул.
- Какие проблемы, товарищ полковник?
- Тебе эти координаты знакомы? - Гуров подал охраннику записку с адресом.
Парень прочел, подумал и довольно толково объяснил, как проехать к дому.
- Молодец! - похвалил Гуров. - А будешь вдвойне молодец, если не станешь болтать
языком. Вас тут сколько?
- Трое, - сказал парень.
- Вот и остальных предупреди! Мы здесь на задании, поэтому молчок! И еще имейте в
виду - вот этот человек, возможно, вернется без нас, пропустить беспрепятственно! - Гуров
показал на озабоченного лысоватого человека, располагавшегося на заднем сиденье "Пежо"
- это был Бенедиктов.
- Все будет в порядке, товарищ полковник! - заверил охранник. - Можете не
сомневаться. Мы милицию уважаем.
- Попробовали бы вы ее не уважать! - усмехнулся Гуров и спросил: - А ты, случайно,
не знаешь, кто по этому адресу проживает?
- Да наезжают люди, - неопределенно заметил охранник. - Откуда-то в основном
издалека, не московские. Сегодня вот еще приехали - на "Мерседесе". У них в этом доме
постоянно живет один - вроде управляющего. Вот он решает, кого пускать, а кого нет.
- Понятно, - сказал Гуров. - Ну, мы, пожалуй, без его разрешения обойдемся...
Поднимай шлагбаум!
Когда отъехали от пропускного пункта, Бенедиктов с тревогой сказал:
- У меня предчувствие, что я зря с вами связался. Мне до пенсии всего ничего. И врач
запретил волноваться - категорически! Чем больше я думаю о вашей затее, тем больше у
меня сомнений...
- Бенедиктов! - проникновенно сказал Крячко. - Разве мы когда-нибудь кого
подводили?
- Не припомню, - честно ответил Бенедиктов. - Но люди меняются.
- Не очень-то они и меняются, - проворчал под нос Гуров, косясь на следователя, и,
повышая голос, сказал: - Вы зря беспокоитесь! Все возможные синяки и шишки пойдут на
наш счет. Вы в любом случае остаетесь чистым.
- Да? - саркастически спросил Бенедиктов. - Я руковожу следствием. Как это я
останусь чистым?
Гуров остановил машину возле особняка с ярко горящими окнами.
- Кажется, попали куда нужно, - удовлетворенно пробормотал он, сверяясь с адресом
на бумажке. Затем резко обернулся к своим спутникам и объявил: - Итак, трепотня
закончилась. Каждый знает свое место и маневр. Вы, Бенедиктов, вставайте где-нибудь в
сторонке и ждите звонка. Как только мы что-нибудь обнаружим, сразу дадим вам знать. А вы
уж тогда не теряйте времени, приложите все ваше искусство и опыт. Короче, возвращайтесь
с прокурорским постановлением и с подкреплением.
- И помните, какая сила стоит за вашей спиной! - торжественно добавил Крячко. - У
вас попросту нет ни малейшего повода сомневаться!
Гуров с удивлением посмотрел на него, но ничего не сказал. Лишь когда они вышли из
машины, а "Пежо", ведомый Бенедиктовым, растворился в темноте, Гуров негромко
спросил:
- Что ты ему наплел?
- Просто намекнул, что мы с тобой выполняем секретное задание, спущенное с самого
верху, - невозмутимо сказал Крячко. - А в случае его успешного выполнения всех
участников ждет особая, президентская прибавка к пенсии. У Бенедиктова это самое больное
место - он клюнул сразу.
- Тебя никогда не мучают угрызения совести? - поинтересовался Гуров.
- С какой стати? - удивился Крячко. - Я же ничего не обещал. Только намекнул.
- Ладно, давай за дело! - распорядился Гуров. - Осмотрим дом, прикинем, где есть
возможность проникнуть, а дальше уже будем смотреть по обстановке.
- Ну, ясно! - сказал Крячко. - Работу почище ты, конечно, возьмешь себе, а на меня
свалишь самую неблагодарную ее часть. А когда меня, не дай бог, накроют, ты тут же
отречешься от меня! И вдобавок там, наверное, собаки...
- Собаки тебя давно бы учуяли, - сердито сказал Гуров. - И кончай трепаться - я уже
предупреждал, больше не стану!
Крячко виновато поднял руки, и они в полном молчании обошли кругом трехэтажный
дом из темно-красного кирпича. При осмотре обнаружилось два входа - парадный и черный,
а также ворота, ведущие, по-видимому, в подземный гараж. Все двери были закрыты
наглухо, но с тыла здания Крячко обнаружил приоткрытую фрамугу на высоте примерно
двух метров, ведущую в какое-то темное помещение. Стас предположил, что там может
находиться туалет или ванная комната.
- Нечего нам тут больше бродить, как ученым котам, - безапелляционно заявил он. -
Ступай к хозяевам с официальным визитом, а я что-нибудь придумаю. Когда проникну
внутрь и что-нибудь найду - дам тебе знать. Если Немова здесь, ее скорее всего прячут в
каком-нибудь подвале.
- Ты все-таки не зарывайся, - посоветовал Гуров. - Побольше ответственности. И не
потеряй мобильник. Иначе мне придется развлекать хозяев разговорами до утра.
- Не учи отца... - забормотал было под нос Крячко, но тут же предусмотрительно
оборвал фразу.
Гуров покачал головой, повернулся и направился обратно - к парадному входу. Он
поднялся на высокое крыльцо и нашел кнопку звонка. Многое теперь зависело от того,
захотят ли его принять в этом доме, но Гуров был уверен, что Полосатов просто не сможет
его не принять - нужно иметь поистине нечеловеческую выдержку, чтобы в подобной
ситуации не попытаться разузнать, что на уме у противника.
Не открывали ему достаточно долго, и Гуров догадался, что его, должно быть,
тщательно рассматривают в какое-нибудь секретное окошко. Потом защелкали тугие
пружины замка, и дверь распахнулась. В лицо Гурову ударил слепящий луч света, а грубый
голос спросил:
- Кто такой? Кого надо?
- Потуши фонарь, - спокойно сказал Гуров. - Потуши. А то я сам потушу.
- Ты мне не диктуй, что мне в своем доме делать! - огрызнулся голос. - Кто такой, я
спрашиваю?
- Зря нарываешься, - не повышая тона, заметил Гуров. - Убери фонарь, тогда
поговорим.
Глухо ворча, грубиян все-таки предпочел опустить фонарь. Теперь и Гуров мог
рассмотреть человека, стоящего за порогом. Судя по всему, это был очередной охранник -
точнее сказать, телохранитель. Здоровый угрюмый парень, накачанные мышцы которого
просто распирали ткань его белой рубашки. Вряд ли этот человек принимал здесь хоть
какие-то решения. Зато под мышкой у него была закреплена на ремнях кобура с пистолетом.
Гуров неторопливым жестом развернул перед стражем свое удостоверение.
Заинтригованный парень попытался по-хозяйски завладеть красной книжечкой, но Гуров
убрал ее из-под его носа и предупредил:
- Без рук! Ты в эту библиотеку не записан. Смотри издали.
На парня это произвело некоторое впечатление. Он присмирел и уже потише спросил:
- По какому вопросу?
- Да вот зашел узнать, есть ли у тебя разрешение на ношение? - небрежно заметил
Гуров. - А то сейчас каждый дворник норовит стволом обзавестись, а это противозаконно.
- Мне положено, - буркнул охранник, а потом добавил, будто только что вспомнив: -
И вообще, тут частное владение. У вас у самого ордер-то есть?
- А ты, гляжу, подкован! - с уважением сказал Гуров. - Так я к тебе не с обыском
пришел. Я в гости. Господин Полосатов дома?
Парень растерялся. Он на секунду замялся, а потом хмуро сказал:
- Я сейчас узнаю. Подождите здесь. Без разрешения не могу.
Он закрыл дверь и исчез. Гуров остался один, гадая, сумел ли Крячко проникнуть в
здание. Вокруг было тихо. Прохладный ветер приносил запахи свежей травы.
Минут через пять замки опять щелкнули, все тот же парень снова появился на пороге и
кивком предложил Гурову проходить. Гуров поднялся за охранником по какой-то
малоосвещенной лестнице, прошел по коридору и оказался в небольшой уютной комнате с
камином, где в низких креслах сидели два солидных господина в белых рубашках и
галстуках.
Камин не горел, но в комнате пахло дымом - оба господина курили сигары. Лица у них
были серьезные и неприветливые. Гурова осмотрели с ног до головы с неприязненным
любопытством. Он поздоровался. Одного из мужчин он узнал сразу, хотя видел до этого
только на предвыборных плакатах, - Полосатов оказался невысоким крепышом с полными
румяными щечками. Золотые очки на носу отливали холодным блеском.
- Добрый вечер, - ответил он, сдержанно кивая Гурову. - Мне сказали, что пришел
какой-то милиционер. Честно говоря, я немного удивлен - в такой час... Да и что делать у
меня милиции?
- Разрешите, я присяду, - бесцеремонно сказал Гуров, тут же усаживаясь в свободное
кресло. - Должен заметить, что я не какой-то милиционер, а старший оперуполномоченный
по особо важным делам Гуров Лев Иванович. А вы - Полосатов. К сожалению, не припомню
вашего имени-отчества...
- Валерий Борисович, к вашим услугам, - сказал Полосатов, слегка приподнимая
брови. - Поскольку вам известна моя фамилия, я, наверное, не ошибусь, если предположу,
что вы, Лев Иванович, хотите чего-то от меня лично, не так ли? Только я хотел бы сразу
уточнить - известна ли вам и моя должность также? Просто для того, чтобы избежать
возможных недоразумений...
- Должность? Разумеется, должность ваша мне известна, - кивнул Гуров. - Хорошая
должность, завидная. Такую получить, наверное, совсем непросто, а? Претендентов, я
думаю!..
Полосатов принял неприступный вид и значительно сказал:
- Подобную должность может доверить только народ. Лишь тот, кто заслужил доверие
народа, может занять это место. Других путей нет! И мне хотелось бы вас поправить, Лев
Иванович, - должность эта, наверное, в первую очередь не завидная, как вы выразились, а
ответственная. Ответственность налагается огромная! Поверьте, это очень нелегкая ноша...
- Вы очень убедительно говорите, Валерий Борисович! - похвалил Гуров. - Давно я не
слышал таких проникновенных речей. Меня даже слегка на слезу пробило. И, знаете, мэром
быть совершенно расхотелось. Ну ее к черту, ответственность эту! Опером, оно как-то
спокойнее...
Полосатов аккуратно положил сигару в пепельницу, скрестил пальцы и очень
внимательно посмотрел на Гурова.
- Все-таки произошло то, чего я очень опасался, - брезгливо сказал он. - Видимо, я
стал жертвой какого-то недоразумения. Лев Иванович, вам не кажется, что ваши слова
можно в лучшем случае истолковать как дурную шутку, а в худшем - как оскорбление? Я
очень уважаю нашу милицию, но к своему рангу требую не меньшего уважения. Поэтому
давайте не будем упражняться в сомнительном юморе, а поговорим серьезно. Если у вас есть
ко мне дело, постарайтесь внятно изложить его. Если же вы зашли от нечего делать, то я бы
попросил вас покинуть этот дом. Я сегодня слишком устал, и у меня еще много нерешенных
вопросов. Примите мои сожаления, но даю вам еще две минуты, а затем...
- Чертовски скупо! - заметил Гуров. - Две минуты! Пожалуй, может не хватить.
Партнер Полосатова, до сих пор молчавший и невозмутимо попыхивавший сигарой,
вдруг вынул ее изо рта и, уставившись в упор на Гурова, многозначительно спросил:
- На что не хватить?
Он был сухощавым, жилистым, с впалыми щеками и въедливым взглядом. Гуров
решил, что при Полосатове он, вероятно, играет роль советника и телохранителя
одновременно.
- Мне хотелось успеть рассказать вам на ночь сказку, - сообщил Гуров.
Стриженый неулыбчивый парень, стоявший все это время возле дверей, презрительно
фыркнул. Полосатов переглянулся со своим советником и неожиданно сказал:
- Сказку! Великолепно! Пусть он расскажет сказку. Сегодня настоящий день
сюрпризов. Видимо, придется потерпеть... Ну что ж, рассказывайте, мы вас слушаем!
- Сказка будет не очень веселая, - предупредил Гуров. - Но занимательная. Вас, во
всяком случае, она должна заинтересовать. Она про мэра...
- Первый раз слышу, что бывают сказки про мэра, - заметил Полосатов. - Это,
наверное, совсем новая сказка?
- Самая свежая, - заверил Гуров. - Итак, жил-был один могущественный мэр в
городе... ну, скажем, в Воеводске... И был у него один верный друг - фамилию можем
подставить любую, какая вам понравится, - который был не только другом, но также и
помощником в делах. А дела у них были опасные, но чрезвычайно приятные - они
расхищали государственную казну. И сколотили на этом немалые богатства, которые
хитрыми путями переводили за моря и горы - в зарубежные банки. А потом друг мэра
возгордился и подумал: а почему я сам не могу стать мэром? Но настоящий мэр так привык к
своей должности, что не хотел уступать ее даже лучшему другу. Одним словом, на этой
почве дружба их дала трещину, и мэр пригрозил другу, что не сносить тому головы, если он
не оставит свои смелые фантазии. А для убедительности повелел своим стражникам убить
семью друга, что те с удовольствием и сделали. Но друга это не остановило. У него был
волшебный диск, на котором он записал все грехи, какие совершили они с мэром, все счета,
на которые положили они деньги... И он пригрозил своему бывшему соратнику, что пустит в
ход этот диск, если его не оставят в покое. Но мэр уже вошел в азарт и послал людей, чтобы
они убили его друга и отобрали у него волшебный диск...
- Знаете, ваша сказка оказалась не такой увлекательной, как вы обещали, - деланно
зевая, объявил Полосатов. - Если возможно, вы бы переходили сразу к морали, Лев
Иванович! Ведь, наверное, в вашей сказке есть какая-то мораль, я угадал?
- Ну какая мораль! - махнул рукой Гуров. - В этой сказке нет никакой морали. Тут все
герои как на подбор - ни морали, ни совести. Хуже того - они все нерасторопные! Друга
упустили, его женщину похитили зря, обидели посторонних людей, переполошили кучу
народа - в том числе и в царском дворце, - а волшебного диска так и не нашли.
Советник Полосатова протестующе поднял руку, но сам хозяин перебил его:
- Мне почему-то с самого начала так и казалось, что челядь не справится со своим
делом, - кисловато сказал он. - Но ужасно интересно - кто-то в вашей сказке все-таки
завладел волшебным диском?
Гуров обвел всех присутствующих спокойным взглядом и неторопливо сказал:
- Вы, наверное, ждете, что я назову имя Ивана-дурака, верно? Но у этой сказки другой
конец - диск достался добрым молодцам, богатырям-оперуполномоченным... - Гуров
замолчал и с улыбкой откинулся на спинку кресла.
Наступило молчание. Полосатов и Гуров наблюдали друг за другом, не произнося ни
слова. На лице охранника у двери нарисовалось беспокойство. Гурову показалось, что
советник Полосатова слегка побледнел и сигара в его руке задрожала. Лучше всех держался
мэр. Когда он заговорил, голос его звучал как обычно:
- Лев Иванович, мне кажется, богатыри в сказках - контингент, прямо скажем,
неимущий... Большие способности, великолепные человеческие качества, редкое усердие - а
в кармане ни гроша! Разве это справедливо?
- Ну, это не про наших богатырей! - улыбнулся Гуров. - Наши как раз при деньгах,
обласканы начальством и женаты на красавицах. А что касается несправедливости, то тут
опять приходится вернуться к нашему мэру. Зловещая фигура, совести ни капли, вороватый,
подлый - и счета в зарубежных банках! Разве это справедливо?
- Значит, все-таки без морали не обошлось, - вздохнул Полосатов, задумчиво взял с
края пепельницы уже потухшую сигару и тут же швырнул ее обратно. - Но мне помнится,
сказки обычно хорошо кончаются... Ваш приход сюда дает повод думать, что так же будет и
в этот раз, - он испытующе взглянул в глаза Гурову.
- Я в этом просто уверен, - кивнул Гуров. - Диск уже прочитан, над ним работают
специалисты. Кое-кто из челяди арестован. И потом, я уже упоминал - очень уж не повезло
на этот раз мэру, нежданно-негаданно он задел интересы тех, кого задевать не следовало.
Закономерность сбоя, с вашего позволения. Как ни странно, именно это позволяет надеяться
на хороший конец. Ведь вряд ли мэру удастся теперь отвертеться от наказания. Я уверен,
теперь его песенка спета.
Гуров говорил уверенно и даже небрежно, но на душе у него скребли кошки. Времени
прошло уже довольно много, а Крячко все еще не давал о себе знать. Что случилось?
Неужели его засекли? Или в доме вообще нет ничего предосудительного? Гуров понимал,
что не может бесконечно развлекать этих типов сказками. Собственно говоря, их терпение
уже лопнуло.
Неожиданно Полосатов поднялся, и за ним поспешно вскочил его советник.
- Было очень приятно с вами поговорить, Лев Иванович, - заученно произнес мэр. - Но
теперь, извините, у меня дела. Вас проводят.
Крепыш в белой рубашке отступил в сторону, недвусмысленно освобождая дверной
проем. Гуров вышел, не оборачиваясь, но чувствуя на своей спине тяжелый взгляд трех пар
глаз. Телохранитель проводил его до самого выхода и запер дверь.
Лишний килограмм мышц не может помешать мужчине ни при каких обстоятельствах.
Станислав Крячко тоже так думал - до того момента, пока не попытался влезть в узкое окно
на высоте двух метров от земли. Сначала казалось, что самым трудным будет до него
добраться. Но эту проблему Крячко с грехом пополам решил - во дворе нашелся
симпатичный деревянный брус, с которого Стас и взял старт, пока Гуров отвлекал
обитателей дома звонком в дверь.
Но тут-то и возникли главные проблемы. Комплекция у Крячко не была приспособлена
для лазанья по окнам. Пришлось призвать на помощь все имеющееся у него упрямство и
честолюбие. Стасу было попросту неловко вернуться к Гурову и объявить, что он не может
протиснуть свое тело в окошко.
Предварительная рекогносцировка, к счастью, позволяла надеяться, что помещение, в
которое намеревался проникнуть Крячко, необитаемо - по крайней мере, на данный момент.
В темноте, куда предварительно заглянул Стас, было тихо - только нежно шелестело что-то.
Крячко решил, что это вода бежит по трубам.
Решив продолжать штурм, Стас был вынужден пойти на некоторые издержки. Так, он
снял пиджак и, поколебавшись секунду, все-таки бросил его внутрь. Совсем без оглядки он,
правда, не действовал, переложив документы в карман брюк. Пиджак улетел в неизвестность
пустым.
Чертовски мешала кобура под мышкой, но этим предметом амуниции Стас рисковать
уже не решился. Побалансировав на торце бруса и печально вздохнув, Крячко крепко
ухватился за край оконной рамы, решительно подтянулся на руках и начал протискиваться в
узкий горизонтальный проем, стараясь производить при этом минимум шума. Как бы он ни
старался, а ощущение у него было такое, словно от его усилий хрустит и разваливается весь
дом.
Удовлетворительная физическая подготовка и сила воли сыграли свою роль, и Крячко
сумел выполнить поставленную задачу. Растерзанный и мокрый от по
...Закладка в соц.сетях
