Жанр: Детектив
Особо важное дело серия: (Гуров)
...сь на
дорожные указатели, а тормоза ему проверяли совсем недавно, они действовали безупречно.
Настроение у Гурова было приподнятое - дело, которое он расследовал сначала против
своей воли, теперь по-настоящему увлекло его. Более того, в конце беспросветного туннеля,
кажется, начинал брезжить свет. Гуров чувствовал, что разгадка совсем близка, остается
сделать последнее усилие, совершить последний прорыв. Единственное, что портило
налаживающуюся гармонию, - исчезновение Немовой, и это обстоятельство очень
беспокоило Гурова. Пока ничего утешительного в этом плане не наблюдалось, хотя
поисками Немовой занимались милицейские кадры по всей Москве.
Искали и темно-вишневую "Ауди", и тоже пока безрезультатно. Зато в кармане у
Гурова лежало заключение криминалистической экспертизы по "БМВ", захваченному в
гараже. Теперь он располагал номерами кузова и двигателя этой машины и рассчитывал
получить в Воеводске информацию о ее хозяине, которого арестованный Комок называл
Журавлевым. Оснований сомневаться в правдивости Комка вроде бы не было, но Гуров ждал
большего. Ключ к разгадке дела лежал именно в личности Журавлева - Гуров был в этом
убежден и хотел знать об этом человеке все.
Накануне Гурову удалось наконец убедить генерала Орлова в том, что расследование
находится на правильном пути. Это заметно воодушевило генерала, которого, видимо,
наверху уже подгоняли вовсю. Гуров понимал, в чем причина такой настойчивости - хотя
Бурдашов пока не собирался поднимать шум, всех могло устроить только полное разрешение
возникших вопросов, когда преступники будут найдены, изобличены и проблема
превратится в реальные тома уголовного дела - с признаниями обвиняемых, показаниями
свидетелей и убедительными заключениями экспертизы.
Была у Гурова и еще одна удача, хотя и вызывавшая пока некоторую
неудовлетворенность. Крячко все-таки сумел добыть злосчастный компакт-диск, который, к
счастью, нисколько не пострадал в схватке. Едва заполучив диск, они тут же бросились в
компьютерный отдел, чтобы прочитать его.
С ходу это не получилось. На мониторе компьютера они с разочарованием обнаружили
ровное синее пространство и издевательское предложение ввести пароль. Главный
компьютерный гений отдела, молодой, но исключительно самоуверенный старший
лейтенант Гриценко, снисходительно объяснил, что расстраиваться не стоит, потому что
защита ценной информации с помощью пароля - обычная практика, и Гурову, наоборот,
следует радоваться, поскольку неудача подтверждает тот факт, что получил он в свои руки
именно ценную информацию.
- Дырку от бублика я получил, а не информацию! - смущенно заметил на это Гуров. -
Что ты мне прикажешь с этой информацией делать? На грудь прикрепить вместо ордена?
- Можно и на грудь, Лев Иванович, - вежливо сказал ему на это Гриценко. - Но я бы
советовал поискать пароль. Это, кстати, не так сложно, как может показаться неспециалисту.
- Ты мне предлагаешь поискать? - подозрительно осведомился Гуров.
- Если только у вас есть сильное желание, - ответил Гриценко. - Искать будем мы,
если не возражаете.
- Ищи, родной! - обрадовался Гуров. - Если найдешь, проси чего хочешь! А я - пас.
Это не мой курятник.
Гуров на самом деле не очень понимал, как можно отыскать то, чего в природе вроде
бы и нет, но спорить с компьютерным гением не стал - в этой области он чувствовал себя
неуверенно, как младенец. Он дал распоряжение Крячко, чтобы тот в его отсутствие
осуществлял неусыпный контроль за всеми перипетиями расследования, и отбыл в Воеводск.
Выехал Гуров рано утром, когда рассвет только начинал брезжить и над полями за
Кольцевой дорогой стелились клочья тумана. Цели своего путешествия он рассчитывал
достичь часам к десяти утра. Учитывая хорошую физическую форму Гурова и отличное
состояние его машины, нельзя было не признать, что расчет вполне реальный. Помешать ему
могли только какие-то форс-мажорные обстоятельства.
Однако в дороге никаких происшествий не было, и Гуров прибыл в Воеводск к тому
сроку, который сам себе назначил. Такая пунктуальность показалась ему хорошим
предзнаменованием и добавила настроения. Не желая упускать удачу, Гуров не стал тратить
время на второй завтрак, хотя голод уже давал о себе знать, а сразу поехал в местное
управление МВД.
Город Воеводск не произвел на него большого впечатления. Он показался ему чересчур
провинциальным и не вполне чистым. Окраинные районы, застроенные сплошь типовыми
панельными домами, имели унылый вид. Зелени было совсем мало, а немногочисленные
деревья в скверах выглядели поникшими и запыленными.
Ближе к центру стало получше. Здесь многие улицы были выметены и даже политы
водой. Уютнее выглядели и здания, среди которых оказалось немало старинных - иные
попадались даже с колоннами. Особенно нарядно город смотрелся на центральной площади,
где располагались административные здания. Здесь же особенно обильно была представлена
агитация - повсюду были развешаны транспаранты и расклеены красочные плакаты,
призывающие горожан участвовать в выборах главы города. Гуров заметил, что в основном
на плакатах повторяется одна фамилия - Полосатов.
Гуров вспомнил про Комка, которому фамилия Журавлев казалась смешной. "Что бы
он сказал насчет фамилии главного кандидата, особенно услышав ее в родительном
падеже?" - подумал Гуров. Вот уж точно посмеялся бы - от души!
У горожан же эта фамилия, кажется, ничего не вызывала, кроме безграничного
уважения и благодарности - по крайней мере, к такому выводу пришел Гуров, купив
местную газету и наскоро перелистав ее. Почти все материалы в газете были посвящены
предстоящим выборам и заслугам главного кандидата на должность мэра. Заодно
выяснилось, что этот самый Полосатов уже является действующим мэром и баллотируется
на второй срок. О других кандидатах говорилось вскользь и с неохотой, как о чем-то
совершенно не стоящем внимания.
Гурова мало волновали проблемы воеводского избирателя. Он бросил газету на заднее
сиденье и поехал разыскивать местный отдел ГИБДД. Тот оказался совсем рядом с главным
зданием городской администрации - в тихом ухоженном переулке, засаженном густыми
деревьями.
Дежурного офицера удостоверение Гурова повергло в некоторое смятение. Он
моментально куда-то позвонил, о чем-то посовещался, а потом, попросив кого-то подменить
себя, лично проводил Гурова до дверей начальника. Гуров при этом испытал ощущение
Хлестакова, которого приняли за ревизора.
Начальник ГИБДД оказался толстым и мощным подполковником со свирепым
выражением широкого красного лица. В момент появления Гурова он как раз отчитывал
какого-то лейтенантика, и его начальственный рык перекатывался по всем коридорам, как
раскаты грома. Гуров обратил внимание, что половина выражений, употребляемых здешним
начальством, является, мягко говоря, непарламентской.
Трудно сказать, чем кончился бы этот разнос для незадачливого лейтенанта, но, на его
счастье, появился Гуров. Подполковник прогнал его вон и с ходу перешел на беседу с
гостем.
- Приветствую! - все еще сохраняя разносный тон, бросил он Гурову и приподнялся на
стуле, чтобы пожать тому руку. Ладонь у него была огромная, как лопата, да вдобавок
горячая и мокрая от пота - мокрые пятна темнели и на его форменной рубашке. - Столичный
гость? Нечасто балует нас столица! Будем знакомы - Тарасов Алексей Филиппович! Об мое
отчество язык сломаешь, поэтому можешь звать меня просто Алексей. А ты, значит, из
главка? Круто! Где остановился? По своему статусу ты вполне можешь претендовать на
номер в нашем ведомственном отеле, - он подмигнул. - Есть у нас тихое заведение для
генералитета и проверяющих всех мастей... Надеюсь, ты не с проверкой к нам?
- Избави бог! - сказал Гуров. - Не с проверкой. Но по делу.
- Ясно, что не просто так! - усмехнулся Тарасов. - Просто так на Канары ездят, а к нам
без дела и калачом не заманишь... У шефа был? Нет еще?! Так я ему сейчас отзвоню - тебя
устроить же надо...
Гуров жестом остановил движение его мощной руки, потянувшейся было к телефонной
трубке.
- Погоди, Алексей Филиппыч! - сказал он. - Не нужно никого устраивать. Я не
собираюсь задерживаться. Выясню кое-что - и домой.
- Серьезно? - удивился Тарасов. - И ночевать не думаешь? А я уж хотел тебе
предложить отметить знакомство... Есть у нас один ресторанчик - европейского уровня!
Варьете, представляешь?
- Спасибо, - сдержанно сказал Гуров. - Как-нибудь в другой раз.
- А, ну да! - хлопнул себя по лбу подполковник. - Не сообразил! У вас же этого добра
в Москве, как дерьма, извиняюсь!.. Тогда знаешь что? - снова загорелся он. - Рыбалку
любишь? У нас тут места есть - закачаешься! Возьмем снасти, закусочки, все как
полагается...
Гуров покачал головой.
- Заманчиво, - сказал он, улыбаясь. - Но не могу! Времени, понимаешь, в обрез.
Служба!
- Да-а, служба... - разочарованно произнес Тарасов. - С этой службой всю пьянку
забудешь... - И уже более официальным тоном добавил: - Ну, раз ты такой несговорчивый,
давай о делах! Я так понимаю, у тебя интерес к моему ведомству имеется? Выкладывай,
какие проблемы?
- Значит, такая ситуация, - деловито принялся объяснять Гуров. - Машина у нас
проходит по одному делу, "БМВ"... Угонщиков накрыли - при попытке сбыть. Документов,
естественно, никаких, но имеются данные, что тачка может быть из вашего города. Вот у
меня тут результаты экспертизы - судя по всему, номера кузова и двигателя подлинные,
перебить не успели.
Тарасов протянул свою потную лапищу, взял протокол экспертизы и долго
рассматривал его, хмуря брови.
- Нет проблем, - наконец сказал он. - Сейчас я своим людям скажу, они мигом все
проверят. - И добавил с забавной гордостью: - У нас тут тоже все теперь на компьютерах!
Не одна Москва пользуется! Сейчас засадят твою бумагу, куда полагается, и - все как на
ладони! - Он ткнул железным пальцем в кнопку селектора и грозно приказал вызвать
какого-то Калядкина.
Пока ждали, начальник ГИБДД успел выругать жару, городское начальство, нехватку
бензина к даже собственных детей, которые "вместо того, чтобы о будущем думать, маются
дурью". Потом пришел Калядкин, подтянутый, молчаливый майор с жесткими серьезными
глазами.
- Слышь, Калядкин, - сказал ему подполковник. - Вели-ка своим бездельникам -
пускай эти номера проверят! Москва интересуется! Говорят, наша тачка... Ориентируй их -
марка "БМВ". Срок исполнения минимальный! Все понял?
Калядкин ответил кратко: "Сделаем!" - и тут же ушел, а Тарасов принялся
расспрашивать Гурова о столичной жизни, удовлетворенно кивая всякий раз, когда из
комментариев Гурова выходило, что жизнь в Москве тоже не сплошной сахар. Гуров
машинально отвечал на вопросы дотошного подполковника, а сам прикидывал, стоит ли
завести разговор о личности Журавлева или лучше немного подождать, пока ситуация с
машиной прояснится.
Он так ничего и не решил, потому что вскоре опять появился Калядкин. Только на этот
раз он не стал заходить в кабинет, а лишь заглянул в приоткрытую дверь и попросил
начальника выйти.
- Что за номера? - недовольно забурчал Тарасов. - Зайди по-человечески, чего ты мне
глазки строишь!
Однако Калядкин проявил завидную настойчивость, и подполковник был вынужден с
кряхтением и ворчанием вылезти из-за стола. Покидая кабинет, он успокоил Гурова:
- Айн момент! Мигом разберусь и назад...
Однако пробыл он за дверью довольно долго, а когда появился, от его энтузиазма не
осталось и следа. В руках он вертел бумажку - протокол экспертизы - и словно не знал, что с
ней делать.
- Ничего не нашли? - спросил Гуров.
Тарасов молча помотал головой и вернулся на свое место. Усевшись, он еще раз
перечитал протокол, потом протянул его Гурову и равнодушно сказал:
- Как раз нашли. Наша тачка. Тут вот, в уголке, по ней данные... Будешь искать
владельца?
Несмотря на кажущееся внешнее безразличие, в голосе подполковника ощущалось
явственное напряжение, и это насторожило Гурова. Он аккуратно взял листок и посмотрел,
что написано в уголке простым карандашом. Там значилось: "Журавлев Савелий Никитич,
1962 г. рождения, Б.Печатная, д. 18". Еще там были указаны государственные номера
машины, дата приобретения, постановки на учет, техосмотра и прочие подробности. Читая,
Гуров чувствовал на себе пристальный взгляд подполковника.
Какого черта, подумал Гуров, он на меня так пялится? Зачем-то Калядкин вызывал его
в коридор. Наверняка хотел посоветоваться, можно ли знакомить меня с полученными
данными. Похоже, они здесь очень хорошо знают этого Журавлева. Только почему-то
предпочитают скрывать это. Нужно быть осторожнее.
- Спасибо, - сказал Гуров, складывая листок. - Будем искать. А ты, Алексей
Филиппыч, случайно, не знаком с Журавлевым?
Их взгляды встретились, и в глазах Тарасова Гуров увидел странный огонек. Впрочем,
он мгновенно потух, и подполковник слишком поспешно ответил:
- Ну что ты! Разве всех упомнишь! Все-таки у нас в городе двести пятьдесят тысяч душ
- не гусь чихнул! И у каждого десятого - машина. Тут никакой памяти не хватит. Компьютер
только и выручает.
- Ну что ж, и на том спасибо, - заключил Гуров. - А я подался... Ты мне подскажи, как
на эту Б. Печатную проехать.
- А нет проблем! - заявил Тарасов. - Знаешь, что? Я, пожалуй, тебе провожатого дам!
Ну! Чтобы зря тебе не плутать... - Он снова щелкнул рычажком селектора и рявкнул: -
Калядкина ко мне!
- А стоит ли, Алексей Филиппович? - заметил Гуров, внимательно наблюдая за
хозяином кабинета. - Я не маленький, не заблужусь.
Подполковник сделал знак рукой, давая понять, что отступать от своих намерений не
собирается.
- Не спорь! Все одно баклуши здесь бьет! Так пусть хоть доброе дело сделает...
Калядкин воспринял поручение начальства как должное. В машине он в основном
помалкивал - только время от времени указывал, куда поворачивать. Гуров попытался
завязать с ним разговор, спросив о Журавлеве. Майор сухо заметил, что ничего о Журавлеве
не знает, и разговор увял, так и не начавшись.
Наконец приехали к дому Журавлева. Он располагался в старом районе города, где,
видимо, планомерно сносился ветхий жилой фонд, а вместо него возводились современные
коттеджи по западноевропейскому образцу. Коттедж Журавлева имел два этажа, был
обнесен высоким кирпичным забором и, по мнению Гурова, должен был стоить бешеных
денег - не таких, конечно, как если бы он был возведен где-нибудь по Рублевскому шоссе,
но все-таки. Этот факт еще более укрепил Гурова в мысли, что воеводские коллеги что-то от
него скрывают - они просто обязаны знать человека с такими доходами, как Журавлев.
Гуров остановил машину и вопросительно посмотрел на своего спутника. Майор
ответил ему невозмутимым взглядом и осведомился:
- Какие будут распоряжения? Хотите, чтобы я сопровождал вас?
- Нет, спасибо, майор! - твердо сказал Гуров. - Теперь я и сам справлюсь.
- Но вы здесь ничего не знаете, - неожиданно настойчиво заговорил Калядкин.
Гуров с интересом посмотрел на него. "Кажется, этот служака предпочел бы не
выпускать меня из поля зрения, - подумал он, - это любопытно".
- Благодарю вас, майор, - ответил он. - Обойдусь без гида. Тем более такого. Вы,
случайно, не из доминиканцев?
- Не понял, - осторожно сказал Калядкин, отводя глаза.
- Те тоже давали обет молчания, - объяснил Гуров и распахнул дверцу машины. -
Всего хорошего, майор! Передавайте привет Алексею Филипповичу.
Калядкин вышел. По его мрачному, насупившемуся лицу было ясно, что он чем-то
ужасно недоволен. Гуров насмешливо посмотрел на него. Калядкин небрежно козырнул,
повернулся и независимой походкой направился прочь. Гуров следил за ним, пока майор не
завернул за угол, а потом покачал головой и направился к воротам журавлевского особняка.
Здесь его ожидал не слишком приятный сюрприз. Ворота оказались заперты. Сколько
Гуров ни жал на кнопку электрического звонка, в ответ на это за забором не происходило
ровно никакого движения. У Гурова создалось впечатление, что огромный дом совершенно
пуст. Но не жил же здесь Журавлев в гордом одиночестве! Раздумывая, куда направить свои
стопы дальше, Гуров еще раз наудачу нажал на кнопку звонка.
- Зря стараетесь, - посочувствовал из-за спины доброжелательный голос. - Там никого
нет.
Гуров резко обернулся и, не скрывая досады, воскликнул:
- Вы?!
Перед ним стоял журналист Бурдашов собственной персоной. Выглядел он совсем
неплохо, а Гуров бы, пожалуй, добавил - довольно нахально выглядел. И, кажется,
чувствовал себя при этом как рыба в воде.
- Откуда вы здесь взялись? - недовольно спросил Гуров. - У нас с вами был договор -
вы ничего не предпринимаете без моего разрешения. Какого черта?..
- Лев Иванович, - с вызовом сказал Бурдашов. - Я - совершеннолетний и пользуюсь
всеми правами гражданина. Мне кажется, я имею право на передвижение...
- Ладно, не будем спорить, - перебил его Гуров. - Что выросло, то выросло. Объясните
только, как вы тут оказались.
- Очень просто, - сказал журналист. - Вчера после нашего разговора я не долго думал
и решил, что должен ехать в Воеводск. Бросил к черту лечение и с вечерним поездом...
- Но зачем?
- Не понимаете? - улыбнулся Бурдашов. - У меня украли такой материал! Угробили
труд нескольких месяцев! Как-то я должен был себя вознаградить? Я нюхом чую, что здесь
заваривается что-то горяченькое!
- Это я и сам чую! - сварливо сказал Гуров. - Вопрос в том - что? Пока мне удалось
только разыскать дом Журавлева... Постойте! - воскликнул он. - А вы-то как его нашли?
Кто вам помог?
- Вы, сыщик, не можете сами догадаться! - с шутливым упреком сказал Бурдашов. -
Должен заметить, что в своей области ваш покорный слуга - фигура не меньшего значения,
чем вы в своей. Коллеги из провинции знают мое имя и при личном контакте всегда готовы
помочь. С утра я уже встретился с некоторыми местными газетчиками и сумел в какой-то
степени разузнать, чем дышит этот городок. Выяснились любопытные вещи!
- Какие именно? - Гуров, не желая того, почувствовал слабый укол ревности. Ему было
немного обидно, что этот писака сумел что-то выяснить раньше него.
К чести Бурдашова, он не собирался задирать нос.
- Вы, конечно, обратили внимание, что сейчас в городе первая тема - выборы? - сказал
он. - Вот и я обратил. Побеседовал на эту тему с коллегами. И между прочим ввернул в
разговоре фамилию Журавлева - без особой надежды, правда, мало ли на свете Журавлевых!
А теперь, увидев вас здесь, окончательно понял, что наш Журавлев - особенный.
- И чем же он особенный? - с любопытством спросил Гуров.
- Знаете, кто главный претендент на пост здешнего мэра?
- Знаю, - улыбнулся Гуров. - Господин Полосатов, действующий мэр.
- Верно, - кивнул Бурдашов. - А знаете, кто был его главным конкурентом каких-то
полтора месяца назад?
- Неужели Журавлев? - удивился Гуров.
- Он самый! - торжествующе сказал Бурдашов. - Но это не самое интересное. Еще год
назад Полосатов и Журавлев были не конкурентами, а партнерами по бизнесу и соратниками
по борьбе. Журавлев был самым преданным и старательным заместителем Полосатова.
Вместе они прокручивали средства городского бюджета, вместе заправляли бизнесом через
подставных лиц. А бизнес тут не самый плохой, Лев Иванович! В городе довольно мощный
химкомбинат, оружейный завод, кондитерская фабрика, ликеро-водочный завод... Есть где
погреть руки.
- Все эти мощности принадлежали двоим?
- В основном. Не напрямую, конечно, а через родственников, друзей и просто
преданных людей. Во всяком случае, так гласит народная молва. Прямых доказательств у
меня пока нет.
- Бог даст, скоро они появятся, - пробормотал Гуров, подумав о маленьком золотистом
диске, над которым в эту минуту колдовал компьютерный гений Гриценко.
Бурдашов согласно кивнул, думая, видимо, о чем-то своем, и продолжил:
- Ну и далее! Идиллия продолжалась до начала новых выборов. Наверное, Журавлеву
надоело быть на вторых ролях. Он посчитал себя фигурой по крайней мере равноценной
Полосатову, и ему тоже захотелось, грубо говоря, порулить. Возможно, была еще какая-то
причина разрыва, но вчерашние друзья стали вдруг злейшими врагами. И, надо сказать,
почему-то горожане были склонны больше сочувствовать Журавлеву. Может быть, им
просто надоел старый мэр? Такая ситуация не могла понравиться Полосатову, и между ним и
Журавлевым состоялся решительный разговор, в котором Полосатов поставил ультиматум -
или Журавлев снимает свою кандидатуру, или ему будет очень плохо. Кстати, народная
молва гласит, что все силовики в городе прикармливаются Полосатовым и подчиняются
лично ему. Короче, угроза была вполне реальной, но Журавлева она не испугала. Он, в свою
очередь, пригрозил бывшему другу, мол, если с ним или его семьей что-то случится,
выплывут наружу все темные делишки Полосатова. Тоже небезосновательная угроза - ведь
никто лучше Журавлева не знал грехов Полосатова. Грешили-то вместе!
- Ну, это как раз угроза не очень! - заметил Гуров. - Сдавая подельника, Журавлев
сдал бы себя. Не думаю, что он пошел бы на такую крайнюю меру.
- Вот и Полосатов решил так же, - спокойно сказал Бурдашов. - Однако Журавлев
очень любил семью - у него были жена-красавица и две девочки, одна трех, а другая пяти
лет.
- Что значит - были? - насторожился Гуров.
- Именно то и значит. Как вы уже поняли, Журавлев не собирался отступать в борьбе
за теплое местечко. Но месяц назад его семья неожиданно погибает в автомобильной
катастрофе, а сам он чудом избегает смерти - кто-то стрелял в него прямо возле дома.
Милиция, естественно, никого не нашла. А потом Журавлев исчез. По городу поползли
разные слухи, а после пятнадцатого июля в его доме был устроен обыск...
- Стоп! - сказал Гуров. - Это точно? Насчет пятнадцатого июля?
- Да, я специально уточнял, - сказал Бурдашов. - Точной даты не знаю, но то, что это
случилось после пятнадцатого, гарантирую.
- Значит, здесь они тоже знают о смерти Журавлева! - озадаченно протянул Гуров. -
Интересно, откуда? Неужели банда Гомеля оказалась на той хате не случайно? Да нет! Стали
бы они вешать себе на стекло такие дорогие елочные украшения!
- Гомеля? - не понял Бурдашов. - А это кто такой?
Гуров задумчиво посмотрел на него, а потом улыбнулся.
- Должен признать, вы не теряете времени даром, - сказал он. - У вас есть хватка.
Теперь я понимаю, почему наверху так переполошились. Не хотел бы я, чтобы вы однажды
сломали себе шею... А про банду Гомеля я, так и быть, расскажу вам по дороге. Здесь нам,
пожалуй, делать пока больше нечего. Нужно возвращаться в Москву.
Глава 16
Первое, что сделал Гуров, появившись на следующее утро в главке, это навестил
Гриценко. Убежденный уверенным тоном компьютерного гения, Гуров простодушно
рассчитывал, что тому уже удалось вскрыть доступ к информации на компакт-диске.
Выяснив, что пароль все еще не найден, Гуров испытал жестокое разочарование.
- Что ж ты мне пыль в глаза пускал? - с упреком сказал он Гриценко. - Нам,
специалистам, это раз плюнуть!
- Этого я не говорил, Лев Иванович, - не дрогнул старлей. - И вообще, зря вы так
волнуетесь. Задача оказалась сложнее, чем я ожидал. Но, даю слово, мы с ней справимся!
- Когда - вот вопрос! - проворчал Гуров. - Когда я на пенсию по вашей милости
выйду?
- Вы преувеличиваете, товарищ полковник! - без тени улыбки ответил Гриценко. -
Максимум нам понадобится еще неделя.
- Примерно о том же и я говорю, - мрачно заметил Гуров и отправился к себе.
Крячко он застал в необычном для того унылом состоянии, сгорбившегося над столом
и обложившегося по самую макушку бумагами. Увидев Гурова, Стас просиял и с
облегчением выбрался из-за стола.
- Охотник вернулся с холмов! Наконец-то! - провозгласил он, крепко пожимая Гурову
руку. - А я было подумал, тебя так встретили в Воеводске, что ты останешься там на
недельку-другую... Там хорошая погода?
- Погода везде хорошая, - пробурчал Гуров. - Чего, к сожалению, не скажешь о
людях... Между прочим, если бы я знал, чем вы тут занимаетесь, я бы действительно лучше
остался в Воеводске!
- А что тебя смущает? - заволновался Крячко.
- Совсем мышей не ловите! - в сердцах сказал Гуров. - Где твой контроль? Пароль до
сих пор не найден...
- Ищут! Ищут, Лева! - горячо воскликнул Стас. - И Немову ищут, и темно-вишневую
"Ауди", и Гомель с допросов не уходит... А у меня вообще... - он обвел рукой груду бумаг
на столе. - В твое отсутствие Петр Николаевич вдруг решил замучить меня отчетностью.
Бенедиктов требует того же - он, видишь ли, не в состоянии вести следствие, не имея
донесений по оперативной работе! Я рук не покладаю, Лева!
- Ладно, черт с ним! - сказал Гуров. - У меня просто плохое настроение. Время уходит,
и, если мы не сумеем добраться до информации Журавлева, вся наша работа пойдет коту под
хвост.
- Ты что-то узнал? - спросил Крячко.
- Между прочим, это "что-то" узнал наш дружок Бурдашов, - признался Гуров. - Вот
пройдоха! На ходу подметки режет. Он примчался в Воеводск раньше меня и через своих
братьев-журналистов накопал столько информации... Объективно говоря, он очень нам
помог. Похоже, в этом Воеводске все правоохранительные структуры кормятся из рук
действующего мэра. Едва я пытался задавать там вопросы, как на наших коллег нападала
странная болезнь - они начинали очень туго соображать, и с речью у них тоже возникали
проблемы. Если бы не Бурдашов, я бы мог проканителиться там неделю.
- Но ты обернулся за один день, - констатировал Крячко.
- Да, сведения, которые я узнал, очень любопытны. Но подтверждение их следует
искать прежде всего в Москве.
Гуров в подробностях рассказал Крячко о всех перипетиях предвыборной борьбы в
городе Воеводске. Выслушав, Стас кивнул и констатировал:
- Понятно. Полосатов посчитал, что бывший дружок зарвался и хочет откусить
чересчур большой кусок пирога. Он принял меры, но все-таки Журавлев в последнюю
минуту успел уйти из-под его носа. Тогда Полосатов отрядил за ним погоню. Видимо, его
люди были прекрасно осведомлены о личной жизни Журавлева и сразу направились туда,
где он скорее всего мог объявиться. Но Журавлеву до поры ве
...Закладка в соц.сетях
