Жанр: Детектив
Бумеранг 1-2.
...тке
правды". Ну и ладно, что этой чести удостоится проститутка из терпимника. Это
дело поважнее будет. В другой коробочке лежали несколько десятков ампул с
сильным наркотиком, и это тоже предназначалось девице - под наркотой, как
шёлковая будет. Василий закрыл коробочки и взял в руки пистолет.
Идея была гениальной. Вначале под действием "сыворотки правды" бабёнка всё,
как на духу выложит о господине Громове, потом зомбированная наркотиком,
подложит ему паленый ствол сразу, как тот появится у неё. Этот способ очень
часто применяли герои американских боевиков, которые так любил Василий. А дальше
дело техники. Звонок в милицию, и "глухари" раскрыты. И господин Громов сгниёт у
лагерной параши. Об этом Стрельцов позаботится. А в том, что Громов к бабе этой
придет, Вася был уверен на сто десять процентов. Интуиция подсказывала.
Оставалось только спуститься обратно в подвал и ввести девахе отраву. А
заниматься этим предстояло специалисту по внутривенным инъекциям - Огоньку.
Огонёк в то время в поте лица занимался всеми криминальными делами бригады:
разборки, мзда с подшефных и прочая бандитская деятельность. Закрома пополнял.
Они пустовать не должны. Деньги, как воздух, нужны. Ничего, отвлечётся на пару
часиков. Всё для дела. Стрельцов связался с ним по телефону и затребовал к себе.
- Еду, - усталым голосом ответил помощник. Утомился он очень, ведь что было
сил старался, даже с пьянками на время завязал. Уж очень хотелось ему в новой
фирме при прежней должности остаться.
Не прошло и четверти часа, как в кабинете Стрельцова появился Огонёк.
- Пойдём со мной, - сходу развернул его бригадный, попутно всучивая ему в
руки небольших размеров полиэтиленовый пакет.
Спустились в подвал.
- Эй, ты, - Стрельцов подозвал к себе охранника. - Найди мне шприц, быстро.
Быка как ветром сдуло. Девушка всё в той же позе продолжала сидеть на матах и
молчала. Не плачет, не кричит, на помощь не зовёт.
- А это что за куколка? - раздвинул губы в похотливой улыбке Огонёк.
- Меньше будешь знать, дольше будешь жить, - грубо ответил Василий. - Свяжи
её.
Сказано - сделано. Огонёк обмотал девушку вдоль и поперёк детскими скакалками
из спортинвентаря и на всякий случай заткнул рот матерчатым кляпом. Пока он
занимался девицей, охранник раздобыл где-то несколько лент медицинских шприцев.
В аптеку, что ли съездил.
- Свободен, - махнул ему Василий.
Охранник с обидой в душе удалился. Телка ему понравилась, и он уже планировал
порезвиться с ней, пусть даже после этих двоих. А оно вон как получилось...
- Ширни-ка её для начала вот этой гадостью, - Василий вынул из коробочки
ампулу тёмного цвета.
Огонёк без лишних слов вкатал девице внутривенную инъекцию. Миф относительно
"сыворотки правды" для Стрельцова развеялся. Светлана выболтала всё: и как с
Громовым познакомилась, и как он её завербовал, и какие чувства она к нему
питает, и в конце своего рассказа твёрдо отчеканила:
- Он придёт и спасёт меня!
Стрельцов не особо удивился прыти Громова, ибо знал характер этого человека.
- А теперь нашыряй её наркотой, - немногим позже приказал он своему
помощнику.
Не проблема. Сделал всё, как было приказано. Девица вмиг обернулась в зомби.
Василий надиктовал ей схему её действий и всунул в руки завёрнутый в носовой
платок пистолет.
- А ну, повтори, - после того, как Огонёк освободил её от скакалочных пут,
приказал Василий.
- Как только он у меня появится, подложить ему оружие, - механическим голосом
повторила Светлана и взглянула на Василия помутневшими глазами.
- Умничка, - улыбнулся Василий.
Огонёк смотрел на всё это недоумевающее, но подробно расспросить обо всём
шефа не решался. В принципе, это его дело. Пусть творит всё, что захочет.
- Теперь слушай ты. - Стрельцов отвёл Огонька немного в сторону. - Отвезёшь
её домой, - он назвал адрес, - там дежурят наши пацаны. Передашь им, чтобы
качали её наркотой через каждые три часа. Не хватит отравы, пусть звонят мне.
Доставим - не вопрос. Ну, а остальное они сами знают. И ещё. - Стрельцов вынул
из кармана своих спортивных брюк какой-то, размером со спичечный коробок,
приборчик. - Это радиомаячок. Штука дорогая, так что смотри, не потеряй.
- А чо с ним делать? - раскрыл рот Огонёк. Ну не силён он был в шпионских
игрушках.
- Сейчас. - Стрельцов перевернул коробочку и отделил от её дна штуковину,
напоминающую канцелярскую скобку. Затем подошёл к Светлане и приспособил
микрофон за воротник её блузочки. - Короче, отдашь приёмник пацанам. Вот эту
коробочку. Так им легче будет своё задание выполнять. Да, ствол не забудь. - Он
передал матерчатый свёрток помощнику. - Втолкуй им, что машинка должна быть в
квартире бабы. А то, не дай бог, ещё у себя оставят. Я позже им позвоню и всё
сам проверю. Всё, вези её обратно.
- А ствол-то заряжен? - убирая "тэтэшник" в карман своей куртки с опаской
поинтересовался Огонёк.
- Заряжен, - ответил Василий. - Только пальнуть из него она не сможет - ума
не хватит.
Огонёк, поддерживая зомбированную девушку за талию, вывел её из спортзала. "В
это раз всё будет чики-пуки", - потирая руки, заверил сам себя Стрельцов.
Огонёк доставил девушку на указанный адрес, передал Кеше лично в руки все
причиндалы и вложил в его уста подробные инструкции шефа. С тем и отвалил.
Пацаны едва успели завести Светлану в квартиру, как подал голос мобильный
телефон Глаголина.
- Алло, - ответил Кеша.
- Тебе всё передали? - строго спросил Стрельцов.
- Да. Я всё понял.
- Как там новенький себя ведёт?
- Да нормально всё.
- Его посвящать в дело не нужно, - настоятельно порекомендовал Битюг.
- Понял.- Трубка запикала короткими гудками.
А вообще-то, Храп с самого начала дежурства понятия не имел, чего они здесь
ошиваются и кого ждут. Ему это было по барабану. Главное - есть работа, а он не
любопытный. Надо, значит надо...
Глава 39.
Улица вымершего в связи с непогодой дачного посёлка после энного количества
поворотов вывела-таки чумазого, еле державшегося на ногах Громова к окраине
городской мусорной свалки, раскинувшейся на площади в несколько гектаров. За
отсутствием должного финансирования работы по утилизации мусора были давно
прекращены, и он, не сожжённый, неутоптанный и отвратительно смердящий целыми
горами вздымался тут и там. Но это нисколько не мешало одичавшим собакам в
компании с шумным вороньём набивать свои брюха остатками с людского стола или
просто с наслаждением копаться в нём без всякой с того пользы.
По слухам здесь могли обитать очень зловредные и далеко негостеприимные
бомжи, убить человека которым, всё равно, что два пальца описать. Не хватало
только стычки с кем-нибудь из этой огромной гвардии. Громов старательно обходил
груды мусора и другие подозрительные места, где, по его мнению, вероятнее всего
могла произойти встреча. Но от соблазна заглянуть во вросший в землю старый
вагончик-бытовку с заколоченными ржавыми железными листами окнами, не удержался
Скорее не из-за любопытства, а по причине того, что в его животе кишка объявила
войну кишке, а тело сплошь покрылось противными мурашками холода. А из
коротенькой трубы на крыше вагончика еле заметно курился дымок, и тянуло со
стороны этого жилища жареным луком и ещё чем-то съестным.
Дверь была не заперта. Стас приоткрыл её и заглянул внутрь. Промёрзшее тело
обдало живительное тепло. Вагончик был разделён на две половины. Одна под
амбарным замком, другая от запоров свободная.
Но прежде чем обследовать, судя по всему, жилую часть помещения, Стас погрел
руки над раскалённой до красна печкой-буржуйкой в тамбуре между секциями. Здесь,
равно как и в жилом секторе, было темно, и чтобы получше рассмотреть этот
закуток Громов приоткрыл дверцу печи. В свете выбивающегося из железного нутра
пламени обнаружил рядом с буржуйкой вязанку нарубленного штакетника, в углу
стоял топор и древняя керосиновая лампа - "летучая мышь". Запалив от головешки
фитиль лампы и настроив его на определённую высоту, чтобы свет был поярче, начал
исследование жилой секции. Вдоль её стен стояли две железные кровати, в самом
центре кособокий стол, на котором выставил свой помятый алюминиевый бок чайник,
и исходила ароматом жареной картошки с луком большая закопченная сковорода. Не
долго думая, Стас принялся за еду, используя вместо ложки собственные руки. На
тот момент он не задумывался над тем, что еда кем-то приготовлена и уж, конечно,
не для гостей. Он утолял голод. Выскоблив сковороду, присел на одну из кроватей,
притулился на стенку и незаметно для себя закемарил. Но сон его был недолог.
Пробудился гость незваный от чьего-то громоподобного баса и крепкой хватки за
грудки.
- Кто таков, и какого хрена здесь делаешь?
Громов невольно съёжился. Справиться с двумя дюжими, заросшими дремучей
волоснёй мужиками он, конечно, смог бы. Но не сейчас.
- Чего молчишь? - сверкнул глазами мужик, державший его за грудки, при этом
ещё и хорошо встряхнув.
- Мужики, я... Я сейчас всё объясню, - мямлил Стас.
- Я тебе щас объясню! - Кулак-гиря завис над самой громовской макушкой.
- Постой, Слава, постой, - предотвратил жестокую расправу второй мужик,
перехватив руку товарища за запястье.
- Ну, чего ещё, - недовольно пробурчал Слава.
- Так нельзя. Пусть скажет, если есть что сказать.
Слава презрительно хмыкнув, отпустил нахалюгу и занял кровать напротив.
- Рассказывай, - обратился к Стасу его спаситель.
Естественно, Стас даже и не думал рассказывать этим бичам свою трагическую
историю, а, облегчённо переведя дух, на ходу сочинил очень даже актуальную для
наших дней историю: киданули при обмене жилья, бомжевал по подвалам, выгнали и
оттуда, уснул в мусорном контейнере и оказался здесь.
- Ну, ладно, - поразмыслив, изрёк спаситель. - Зовут-то как?
- Стас.
- Пётр. - Спаситель протянул изуродованную заусенцами и трещинами грязную
ладонь.
Громов ответил рукопожатием.
- А это, - Пётр кивнул на Славу. - Вячеслав. Друг мой.
- Очень приятно, - глупо улыбнулся Стас.
- Вот что, Стасик, - почесал в затылке Пётр. - Ты всю нашу еду сожрал - это
раз. И если хочешь здесь жить с нами, то придется работать.
- Где? - не понял Громов.
- Еду в огородах собирать, воровать то бишь. Штакетник оттуда же тырить для
дров. Вещички полезные со свалки в дом нести, - охотно пояснил Пётр. - Согласен
или как?
Пока что выбор был невелик.
- Да, - кивнул Стас.
- Тогда дуй на дачи за картохой и помидорами, - распорядился Пётр.
Видно здесь он был за главного, ибо Слава больше не вмешивался, только
недобро поглядывал на нового поселенца. Громов кочевряжиться не стал. Нарыл-таки
килограмма два картофеля, обливаясь потом, больше от страха быть замеченным
каким-нибудь садоманом, которому на капризы природы попросту начихать. С
помидорами ничего не вышло. Поснимали уже урожай, и если в городе по погребам не
расфасовали, тио попрятали в дачные домики. Ну, не вскрывать же их, в самом
деле! Впрочем, Пётр и Вячеслав остались довольны и этой добычей. К возвращению
новенького они пожарили новую порцию картошки из запасников отсека, что был под
замком. Любезно пригласили и его. Ну, как тут откажешь?
После еды Стасу стало известно, что у бичей похожие на его легенду истории.
Петю киданули с жильём, а когда он учуял подвох, жестоко избили и пригрозили
убить вовсе, если вздумает в милицию обратиться. Славу облапошили так же, и то
же избили. По всей вероятности их обрабатывала одна команда. Потом от них ушли
жёны с детьми, и они, потеряв всякую надежду на справедливость и утратив веру в
людей, поселились здесь. С той поры минуло два года.
А Громов проживал в этом доме уже несколько дней. Слухи о кровожадных бомжах,
обитающих здесь, развеялись. Кроме их троих это место никто не облюбовал. Так
что они были здесь полными хозяевами. Стас прилежно исполнял всевозможные
поручения по хозяйству, обжился и уже привыкать к новой жизни стал. Конечно,
остаток своих дней можно было провести и здесь. А что? Тихо, спокойно, сухо и
тепло. Никто больше за ним не гонится с целью отомстить за "убитых" им
родственников и друзей. Василий, когда никогда, потеряет к нему интерес, и всё
будет в ажуре. Здесь найти его будет очень трудно.
Но над одним человеком, ставшим ему очень дорогим, который даже не
догадывался об этом, нависла угроза. Её Стас спинным мозгом чувствовал. Как не
старался он забыть этого человека, схоронить глубоко в себе чувства к нему,
ничего не получалось. Он понял, что любит Светлану. В какой момент это
произошло, он не знал. И не думал об этом. Она в опасности! И он должен спасти
её! Вперёд, на врага за святое чувство! Он выдернет её из когтей опасности, и
они уедут вместе далеко-далеко отсюда.
Едва за окном начало смеркаться, Стас собрался в путь-дорогу.
- Ты куда это, на ночь, глядя? - поинтересовался Пётр.
- Мужики, спасибо вам за всё. Я в долгу не останусь. Обязательно вернусь. А
сейчас мне надо идти, - на одном дыхании выдал Стас и, не оглядываясь, вышел из
вагончика.
После встречи с Огоньком Кеша, и так-то немногословный, вовсе сделался немее
рыбы. Каждые три часа он выходил из машины и скрывался в подъезде. Вернувшись,
тупо глазел на какой-то прибор, размером со спичечный коробок. И молчал, молчал,
молчал. Да ну и хрен с ним, пусть молчит, коли нравится. Храп, дабы хоть
как-нибудь развеяться, повадился в близлежащий магазин, где тарился "пепси" и
чебуреками. Пивка бы не мешало глотнуть, но Кеша с первого часа строго настрого
запретил употреблять на дежурстве спиртное. Александр Александрович Храпцов уже
и счёт времени потерял, а они всё сидели и ждали то ли чего-то, то ли кого-то.
Бабу какую-то до квартиры проводили, пьяную в усмерть. Хрен ли ей там делать?
Эх, сюда бы её, покувыркаться, кровушку застоявшуюся разогнать...
Стемнело. Кеша взглянул на наручные часы, тяжело вздохнул и собрался покинуть
салон машины. Пришло время вкатать бабёнке очередную дозу отравы и чуть ли не в
сотый раз повторить суть задания. Хреново, что всё приходится делать самому, а
этот Храп, блин, как китайский болванчик здесь сидит. Но сказано, не посвящать,
значит не посвящать. Ладно, хоть бабу до квартиры помог довести. И на том
спасибо. Иннокентий отключил приемник, приспособленный на панели, и уже раскрыл
дверцу, но зло чертыхнувшись, снова захлопнул её со своей стороны. В свете
лампочки под козырьком подъезда отчётливо просматривались несколько фигур в
пятнистой камуфляжной форме. Кто такие, Глаголин не знал. Может менты, может
какая другая служба, но рисковать не стоило. А вдруг и вправду мусора.
Остановят, найдут к чему придраться... Лучше переждать. Кеша снова включил
приёмник, из которого, как и прежде, доносились только эфирные помехи.
Света с большим трудом разомкнула налитые свинцовой тяжестью веки. Кругом
было темно и пусто. И тишина... Ужасающая напряжённая тишина. Исчезли измучившие
её головная боль и головокружение, куда-то пропал леденящий кровь визг и свист
внутри неё. Организм словно умер. Светлана попробовала пошевелить рукой -
конечность абсолютно потеряла всякий вес и чувствительность. И не только рука.
Все части тела были какими-то чужими. Она смогла подняться с софы и, как ей
показалось, взлетела. Естественно, то было остаточное действие наркотика, но
отравленный мозг воспринимал это как действительность. К тому же кору головного
мозга будто простерилизовали. Она не содержала абсолютно никакой информации,
кроме той, которую заложил туда толстяк с отвратительной физиономией и
систематически подкрепляемой ещё одним гнусным типом. Но сейчас от этих голосов
осталось только эхо. Ещё полчаса назад Светлана готова была выполнить вклиненное
в её мозг задание, и сделала бы это, влейся в её кровь очередная доза наркотика.
Но этого, как помнится, во время не произошло, вследствие чего концентрация
наркотика в крови начала постепенно снижаться. Организм запустил сложнейшую
систему самозащиты - усиленно выводил из себя яд. Но до полного очищения ещё
было далеко. Однако, кое-какие светлые промежутки в сознании уже обозначились -
медленно восстанавливалась память, возвращалась чувствительность, но все её
действия были ещё механическими. Она всё также механически зажгла в комнате свет
и подошла к зеркалу. Эмоциональный шок, вызванный отражением в нём, ещё
процентов на сорок отрезвил разум. Перед зеркалом стояла не Светлана. В зеркале
отражалась сама смерть. Смерть с пустыми, ввалившимися в глазницы глазами, с
одряблевшей желтушной кожей, с заострёнными от обезвоживания чертами лица, с
всклокоченной шевелюрой. Внутри Светланы проснулся вулкан ненависти к тем людям,
которые медленно убивали её. Один из этих подонков где-то рядом, и вот-вот
должен появиться здесь вновь. Но нет! Она не позволит ему больше прикоснуться к
себе. Она убьёт его. Девушка ни на миг не забывала об оружии, ведь оно было
главной частью её предыдущей программы. Теперь в её голове была другая
программа, и назначение большого чёрного пистолета стало иным. Светлана никогда
не имела дела с оружием. Но как бы это не показалось странным, её руки с
ловкостью стрелка-профи проверили обойму, передёрнули затворную раму, дослав
патрон в патронник, сняли механизм спуска с предохранителя. Всё! Оставалось
только ждать эту мразь, чтобы спустить курок.
Входная дверь была закрыта. Кеша отпирал её конфискованными у Светланы
ключами. Но в этот раз девушка облегчила ему задачу - отщёлкнула замок.
Громов не бежал, он летел как ветер по трассе, ведущей в город. Стас
проигнорировал окольные пути, сейчас ему было наплевать на собственную шкуру.
Ежеминутно обостряющееся чувство угрозы жизни любимого им человека начисто
отрубило инстинкт собственного самосохранения. Он несся, чуть ли не по центру
дороги, не замечая плотного потока тревожно сигналящих ему автомобилей, не
замечая усталости и биение перегруженного сердца, не ощущая, как холодный сырой
воздух рвёт его лёгкие. Он не видел впереди себя ничего, кроме того места, где
без его вмешательства может произойти трагедия. И вот это место выросло перед
ним. Вот этот дом, тускло освещённая предподъездная площадка. Стоп! Там какие-то
люди, и их форменная одежда вызывает подозрение... Менты? Охрана? Пожарные? Кто?
А плевать, кто бы ни был.... На долю секунды сбавивший обороты маховик бега
вновь раскрутился на полную катушку. Впрочем, толпившиеся у подъезда сотрудники
вневедомственной охраны, подвыпившие по поводу дня рождения своего командира, на
протиснувшегося в подъезд бича внимание не обратили. Мало ли, какие люди живут в
этом доме. Да и они не службе. Они ждут своего товарища, который в одной из
квартир этого подъезда уламывает свою подругу на стольник. Он, этот стольник,
сейчас нужен им больше воздуха. До бичей ли разных?
Лестничный марш.... Один, второй.... Да сколько же их? Ну, наконец-то. Вот и
знакомая дверь. Стас толкнул её плечом, и она открылась. В прихожей было темно.
На стене нащупал выключатель, перевел рычажок в верхнее положение. Вспыхнула
люстра. Он ожидал увидеть труп Светланы в луже крови, или ещё какой-нибудь
кошмар. Но ничего подобного там не было. Дверь в комнату была прикрыта. Стас
устремился туда. Но он не приложил ни малейших усилий, чтобы открыть её. Дверь
распахнулась сама. На пороге с пистолетом в вытянутой руке стояло существо мало
похожее на живого человека. Вурдалак из голливудского ужастика. Но кем бы ни был
этот человек, он был вооружён. И ствол был направлен точно в грудь Стаса, и
указательный палец правой руки существа уже ласкал спуск. Мгновение, и адская
машинка, громко ругнувшись, выплюнет смертельный комочек свинца в латунной
оболочке. И он без труда преодолеет слабое сопротивление водянистого
человеческого тела, и, попав внутрь его, превратит всё, что попадётся на его
пути в сплошной кровавый фарш. Погибать Громову жутко не хотелось. В следующую
секунду он кулём свалился на пол, подкатился под ноги существа и своим телом
сбил его с ног. И вдруг что-то тяжёлое рухнуло сверху на его голову, и в мозгах,
будто рубильник вырубили. Стало темно и тихо. Просто Стас не успел заметить, как
существо реактивно поднялось с пола, сорвала со стены массивную бронзовую
вешалку и, не разобравшись, кто есть кто (всё-таки отрава ещё действовала),
сбросила её вниз с высоты собственного роста. Её бегства из квартиры с
истеричным завыванием Стас уже не видел и не слышал.
Мужики у подъезда дождались своего дружка и, весело переговариваясь, отвалили
продолжать вечеринку. Видно, выгорело у них. Кеша собрался, было выключить
приёмник звуковых сигналов с "клопа" и со значительным опозданием отправиться в
очередную "командировку", как вдруг из мизерного кружочка динамика донеслись
звуки, насторожившие Иннокентия. Совсем не обязательно иметь семь пядей во лбу,
чтобы догадаться, что в квартире появился посторонний, и между хозяйкой и
гостем, вероятнее всего, завязалась схватка, иначе, что же это за грохот и
сопение? "Проверить!" - хлестнуло по Кешиным извилинам. Мало ли что. Может, с
кровати грохнулась. А может... Кешу даже передёрнуло.
- Сиди в машине и не дёргайся! - отрывисто бросил он Храпу и вывалился из
машины, на ходу заталкивая свою любимую игрушку - новенький "Зиг - Зауэр" - за
пазуху.
Мухой взлетев на нужный этаж, лоб в лоб столкнулся с истошно орущей бабой,
которая ещё совсем недавно была кротким и послушным зомби. Она кинулась ему на
шею, нежно так обняла и приласкалась, словно ребёнок, что-то, ласково нашёптывая
в самое его ухо. Опешивший Кеша грубо отпихнул её от себя. В какое-то время их
взгляды пересеклись. Соколова снова ошиблась, приняв Глаголина за Громова. Нет,
только не он! Она сойдёт с ума, если ещё секунду пообщается с этим уродом!
Организм сам не позволил этому случиться - просто вырубил сознание, и всё.
Девушка распласталась на шахматном полу лестничной клетки.
- Чёрт! Мать твою! - приглушённо выругался Кеша и, оставив вырубившуюся бабу
без внимания, заглянул в квартиру.
С Громовым Кеша был отдалённо знаком, но обиду на него в глубине души затаил.
А всё после того, как Стас на пендалях выставил его, Кешу, хорошо поддатого, из
кабака, в котором Глаголин решил учинить разборку с халдеем. Да не просто
выставил, ещё и пригрозил, что если тот появится здесь ещё раз, то Стас
отстрелит ему яйца. В том состоянии, в котором Кеша застал своего обидчика в
квартире этой блядёшки, всё могло случиться с точностью до наоборот. Сейчас Кеша
мог отстрелить Стасу его мужское достоинство из ствола, валяющегося рядом с ним.
Но личные обиды в сторону! У него есть приказ немедленно сообщить шефу о
появлении Громова. Пора!
Кеша ринулся, было обратно в машину, где между сидениями случайно оставил
свой телефон, но, споткнувшись о тело девушки, слегка притормозил. А что делать
с ней? "Вообще-то, бабёнка ничего, если приумыть да переодеть", - мелькнула
похотливая мыслишка. Более не размышляя, Иннокентий сгрёб её в охапку и с этой
ношей потрусил вниз по лестнице. Поместив её на заднем сидении в полулежащем
положении, зло сверкнул глазами в сторону Храпа.
- На зад, живо!
- Не понял? - напрягся так удобно расположившийся в переднем кресле Храпцов.
- Прыгай на заднее сидение, я сказал! - проревел Кеша и наставил на
несмышленого напарника свой "Зиг-Зауэр", который успел вытянуть из-за пазухи у
квартиры путаны, и так и не засунул обратно.
Выбора у Храпа не было. Он быстренько перебазировался на заднее сидение.
Кеша набрал номер сотового телефона шефа. Стрельцов ответил, чуточку
помедлив.
- Это Глаголин. Кеша, - представился Иннокентий. - Объект в квартире шлюхи.
Кажись, она ему по башне чем-то заехала. Я не разобрал. Но он вырубленный - это
точно. Чего дальше-то делать?
- Наблюдай со стороны за всем, что произойдёт! - приказали на том конце
провода.
- А что произойдёт? - полюбопытствовал Кеша.
- Менты приедут, - коротко пояснил Стрельцов и прервал связь.
Глаголин внутренне сжался от этих слов. Он ненавидел милицию и не очень-то
хотел с ней встречаться, но гнев Василия был куда страшнее милиционеров. Кеша
запустил двигатель и отогнал машину метров на двадцать от подъезда, ближе к
выезду со двора.
Комиссия из областного УВД обрушилась на майора Рамцова, как снег на голову в
середине лета. Никого заранее не предупредив, завалились серьёзные дяди с
большими звёздами на погонах и лампасами на штанах прямиком в кабинет
совмещающего две должности майора и принялись за разнос. Вообще-то свирепствовал
только один - генерал - лейтенант Володин, два других генерала лишь молча кивали
седыми головами и хмурились в знак солидарности с шефом. Володин же гневался не
ради профилактики. На него самого обрушился девятый вал с самого министерства.
Сам министр МВД требовал от него немедленного раскрытия убийства грузинского
законника Гиви Отарошвилли, в противном случае.... Не трудно догадаться, что
могло произойти со служебной карьерой пятидесяти восьми летнего
генерал-лейтенанта.
- Хреново ты, майор, со своими обязанностями справляешься! - опустив всякого
рода формальности-официальности, бушевал Володин, раздувая широкие ноздри. -
Времени прошло достаточно, а ты всё глухорятину жрёшь!
- Товарищ генерал-лейтенант, я совмещаю должность начальника дежурной части и
начальника отдела раскрытия убийств, - попытался оправдаться острым дефицитом
времени Рамцов. Ох, и глупо это было с его стороны. Оправдание прошло по боку.
- Да мне наплевать, сколько должностей ты занимаешь! - пуще прежнего
взбесился Володин. - Ты отвечай на вопрос: почему убийство до сих пор не
раскрыто?
- Товарищ генерал-лейтенант...
- Молчать, майор! - брызнул слюной высокий начальник. - Короче так. Если
через неделю дела в суде не будет, пойдёшь рядовым в ППС! Я ясно выражаюсь?
- Так точно, товарищ генерал-лейтенант! - вытянулся в струну майор, в душе же
отсылая кабинетчика туда, откуда тот пришёл, причём через известный орган.
- Одна неделя! - в дверях обернулся Володин и погрозил майору пальцем.
Остальные генералы повторили жест председателя комиссии и следом за ним
покинули каби
...Закладка в соц.сетях
