Жанр: Детектив
Бумеранг 1-2.
...говоры с каким-то офигительно
важным лицом ГУВД, на тот момент, когда в его кабинет вошёл несколько
встревоженный персональный секьюрити.
- Да, конечно, жду вас в воскресение на своей даче. Там всё и обсудим.
Всенепременно. Всего хорошего. До встречи. - Василий положил трубку на аппарат и
взглянул на топчущегося в дверях Чена. - Проходи.
Чен боязливо пристроился в самом дальнем кресле.
- Чего, как в штаны наложил? - созерцая какой-то виноватый вид азиата, и сам
нахмурился Василий.
Предчувствовал он что-то нехорошее, и вот точно...
- Громову удалось бежать, - тихим голосом проговорил Чен.
Азиат ожидал разноса с матерными оскорблениями, возможно рукоприкладством и
уже приготовился понести незаслуженное наказание. Но к его удивлению этого не
произошло. Стрельцов воспринял дурное известие довольно спокойно.
- Как это произошло? - с задумчивым видом спросил он.
Чен рассказал и о том, с какого момента он начал слежку, и о том, что
чернявая братва уже повезла Стаса на казнь, и о том, что после случилось в
дороге. Василий внимательно выслушал и пришёл к выводу, что никакой ошибки в
работе его людей нет, просто Громову каким-то образом неслыханно подфартило. Вот
и всё. Надо отметить, что настроение Василия этим происшествием испорченно не
было. Скорее, наоборот. Оно стало лучше, чем было. В Стрельцове вспыхнул азарт
охотника. Охота становилась всё острее и интереснее.
- Так, дорогой ты мой. - Стрельцов приобнял верного телохранителя за плечи. -
Придётся начать всё заново.
- То есть заново искать его след? - уточнил азиат.
И правильно понял. Василий утвердительно кивнул и добавил:
- Но помни, чтобы он ни сном, ни духом о хвосте. Возьмёшь след - известишь
меня. Давай работай.
- Шеф, а может завалить его самим без лишних выкрутас, - робко предложил
азиат.
Ну, никак не ожидал Чен, что это наиболее приемлемое и менее хлопотливое в
исполнение предложение вызовет в Патроне бурю гнева.
- Пошёл вон! - до кончиков ногтей побагровел Битюг. - Выполнять, что
приказано! За любую самодеятельность башкой своей ответишь!
Бедняга Чен и сам не понял, как оказался за дверями шефовского кабинета.
Немного придя в себя, принялся обдумывать новый план поиска чудом спасшегося
зверька. В том, что последний снова объявится, Чен почему-то не сомневался.
Азиат не был близко знаком с Громовым, так видел его пару раз издалека. Но его
тонкая восточная интуиция ещё тогда подсказала ему, что этот человек
целеустремлён, упорен и очень опасен. Ведь с какой-то целью он вернулся в город
в первый раз? Цель им, вероятнее всего, не достигнута. Значит, возможна вторая
попытка. Да не возможна, а точно будет! Теперь уже Чен был в этом больше чем
уверен.
Вскоре план в его голове созрел и заключался в круглосуточном наблюдении за
несколькими точками, где объект реальнее всего может засветиться. Основных точек
было несколько, и Чену пришлось подобрать себе помощников. За одной из этих
точек он наблюдал лично...
Стрельцов вдруг ощутил смертельную нехватку свежего воздуха. Он прямо
задыхался в царстве асфальта и бетона. Душа рвалась к общению с природой. Хотя
погода и не благоволила отдыху на лоне природы, но Василию было на это
наплевать. У него есть великолепный тёплый загородный дом в сосновом бору. Вот
туда он и отправиться. И срочно. Тем более его нужно немного обжить после
долгого отсутствия, ибо в выходные принимать там высокого гостя. Всё! Решено -
за город!
По недавно оборудованной в офисе внутренней связи Стрельцов вызвал к себе
охранника. Здоровенный детина с косой саженью в плечах и минимумом мозгового
вещества в приплюснутой черепной коробке явился через минуту.
- Слушаю, шеф, - застыл он в дверях, гоняя во рту огромную глыбу жвачки. Ну,
натуральный верблюд.
- Так. Пошли людей на мою дачу. Пусть к вечеру приведут ее в порядок.
Выполняй.
Детина вытиснилась из кабинета. "Натуральный дебил", - с презрением подумал
Стрельцов и поймал себя на мысли о необходимости срочной кадровой зачистке.
Глава 35.
До спасительного леса Стас добрался сравнительно быстро. Да вот только был ли
он спасительным? Холодный, сырой, вымерший он был верной гибелью для
обессиленного, голодного человека. Оставаться здесь, значило умереть через
сутки. Идти в город - подвергнуть себя не меньшей опасности, но там был шанс
выжить. Один из ста, но он был. Звериным чутьём Стас чувствовал, что опасность
теперь будет подстерегать его на каждом шагу. Вне всякого сомнения, что на него
устроена охота. Вот только, сколько ещё собачьих свор пустятся по его следу?..
Выбора не было. Он должен вернуться в город. Но кто его там примет? Кому он
нужен? Друзьям? Многих уже просто нет в живых, если вообще их можно назвать
друзьями, а оставшиеся, как пить дать, трут шкуру на тюремных нарах. Родителей в
этом городе нет, а если даже вздумать перебраться к ним, то его путь всё равно
лежит через этот город - без денег и этот план не выгорит. Есть ещё
многочисленные девочки-подруги. А эти сдадут его, едва он переступит порог дома
хоть одной из них. Отпадает. Ещё один человек.... Да! Он не сдаст его любому
врагу, он обязательно поможет. Нужно добираться до этого человека...
Стас тронулся в путь. Он вышел из леса ещё засветло, а вот до окраины города
добрался только ближе к полуночи. Крался окольными путями, избегая оживлённых
участков и автомобильных дорог, через овраги, горы, поля. В рваной одежде,
исцарапанный, перепачканный грязью и окончательно выбившийся из остатков сил
вошёл он в маленький дворик какого-то ветхого, деревянного двухэтажного дома.
Дом оказался жилым, судя по узкой полоске света, выбивающейся из-под запертой
изнутри двери единственного подъезда. Долбиться в неё и просить о помощи не
имело смысла. Канули в Лету те добрые времена, когда голодный нищий вызывал
сострадание, и его могли обогреть, накормить и дать ночлег. Сейчас, в лучшем
случае вызовут милицию, в худшем - просто убьют, и никто искать не станет. Но
идти больше нет сил, да и гораздо опаснее ночью появляться в городе в таком
виде. Нужно дождаться утра...
Стас обошёл дом с другой стороны и наткнулся на ещё одну дверь, открытую,
болтающуюся на одной петле. Заглянул в чёрный проём. В нос резко ударил смрад
сырого подвала. Лучше в нём, чем на улице. В непроглядной тьме, на ощупь
спустился вниз по довольно крутой лестнице. Шуршала под ногами бумага, с треском
отскакивали от ног пластиковые бутылки, и всё внизу хлюпало и чавкало, словно не
пол это был, а какой живой организм. По стене свернул в узкий коридорчик, прошёл
по нему немного и резко остановился. Откуда-то справа доносилась человеческая
речь. И подвал был обитаем. Стас пошёл на голоса и вскоре наткнулся на
маленькую, плотно прикрытую дверцу, за которой кто-то и находился. Толкнул
рукой, она со скрипом отворилась. В тесной, убогой клетушке, по стенам которой
змеились трубы, освещённой керосиновой лампой, за перевернутым вверх дном
деревянным ящиком прямо на цементном полу сидели четверо бомжей. Жалкие
лохмотья, когда-то бывшие одеждой, лишь немного прикрывающие их грязные тела,
спутавшиеся, свалявшиеся волосы, длинные ногти и совершенно пустые глаза
придавали им сходства с древними пещерными людьми. Но говорили эти люди на
вполне современном русском языке и кушали не мясо мамонта, а отбросы с
человеческого стола. От запаха давно немытого человеческого тела, отходов
человеческого организма, обитатели подвала не утруждали себя походами на дальняк
- нужды справляли здесь же, и помоев, которые они аппетитно уплетали Громова
вывернуло наизнанку. На рыгания обернулся самый старший на вид и самый
длинноволосый мужик.
- Бомж? - жуя беззубым ртом, вполне миролюбиво осведомился он.
- Что - то вроде этого, - проблевавшись, ответил Стас.
- Если бомж, значит свой, - констатировал патлатый. - Проходи, присаживайся.
Громов вошёл и сел немного в сторонке от трапезничающих.
- Поди, жрать хочешь? - сопереживающее уставился на него рыбьими глазами
другой, на плечи которого была накинута проеденная молью и стоячая от грязи
женская шаль. Не дожидаясь ответа, он пододвинул к новенькому консервную банку с
желеобразной массой. Стаса вновь прополоскало.
- Значит, не голоден, - сделал он из этого вывод и, запустив в банку
крючковатые пальцы, подцепил ими небольшое количество "хавки" и с наслаждением
отправил в слюнявый рот.
- Не хочешь хавать, значит спать ложись, - распорядился патлатый. - Завтра
прикинем, кто ты есть такой. Новенькому выделили уголок под трубами у стены на
куче ветоши. Спустя минуты три-четыре бомжи закончили ужин, погасили лампу и
тоже улеглись. Комнатёнка наполнилась гортанным храпом, кашлем и другими
звуками, сопровождающими крепкий человеческий сон.
В первоначальной полудрёме Стас думал о человек, к которому держал свой путь.
Конечно же, это была его бывшая супруга Татьяна. Была ли у Стаса любовь к этому
человеку? Была, но не любовь, а скорее юношеская влюблённость. Любовь, но
особая, родилась потом, после появления на свет сынишки, которого Стас
боготворил и по сей день, хотя обстоятельства не позволяли ему в последнее время
видеться с ним вообще. Любовь к матери его ребёнка - вот это и есть его особое
чувство к Татьяне. Оно и сейчас сохранилось. Если б не было этого чувства, не
ушёл бы он из семьи... Он знал, кем станет, и подвергать риску этих людей не
хотел, не имел права...
Постепенно дрёма переросла в глубокий сон. Стасу показалось, что проспал он
не больше двух часов. Пробудился оттого, что кто-то больно тыкал его в бок. Это
был патлатый.
- Э-э, братишка, вставать пора.
Громов резко сел и больно ударился головой об трубу.
- У, блин! - схватился он за ушибленное место.
- Ничего, бывает, - усмехнулся патлатый.
Удар стряхнул остатки сна, и в голове, кажется, просветлело.
- Сколько сейчас времени? - Громов завертел головой по сторонам, словно хотел
найти мифические для этого жилища часы.
Патлатый задумчиво закатил глаза к потолку и предположил:
- Братья ещё не вернулись, значит часов восемь.
- Утра?
- Утра! Ха-ха! - зашёлся булькающим смехом патлатый. - Вечера. Долго ты спал.
- Понятно. - Громов поднялся на ноги и шагнул к выходу. - Ну, я пошёл.
- Иди, - разрешил патлатый. - За ночлег заплатил. Вольному воля.
Стас вначале недоуменно взглянул на бомжа, потто неосознанно перевёл взгляд
на своё тело и ужаснулся, увидев, чем заплатил за ночлег. Собственной одеждой.
Он остался в одних трусах.
- А.... Как же я пойду?
- Да, - покачал головой патлатый. - Точно замёрзнешь. Ну, да ладно. Одежонка
у тебя вполне приличная была, но она, как ты уже понял, в наш общак отошла.
Сейчас найду для тебя что-нибудь.
Бомж, кряхтя, приподнялся со своего места и принялся копаться в куче старого
белья под собой. Наконец, вытащил оттуда в огромных дырах джемпер, такие же по
состоянию брюки в широкую полоску и стоптанные калоши.
- Вот одень и иди. Уж не обессудь.
Стас и в мыслях не держал устраивать суды-разборки. С благодарностью даже
надел свой новый костюм, попрощался и поспешил наружу. На улице снова было темно
- вечер. Идти опасно, но выбора не было. Больше ночевать в бомжатнике желания не
было.
Благо, что бомжей в нынешние времена развелось хоть пруд пруди, и вообще, на
них практически перестали обращать внимание. Потому никто из припозднившихся
жильцов дома номер 56 по улице Суворова даже и не взглянул в сторону полупьяного
отребья, шмыгнувшего в один из подъездов.
Главный наблюдатель в красной "восьмёрке", припаркованной на предподъездной
парковке, вошедшего в подъезд бомжа просто проигнорировал. Уж очень не схож он
был с "объектом"
Уложив сына спать, Татьяна приняла душ, разогрела уже успевший остыть ужин и
в ожидании Игоря взялась за вязание. Игорь пока что гражданский муж. Отношения
между ним и Таней официально ещё не зарегистрированы, но, по всей видимости, уж
недалёк тот день.
Таня познакомилась с Игорем около полугода назад. По началу худощавый,
долговязый очкарик, вызвавшийся помочь ей донести с магазина набитые снедью
авоськи, не вызвал в Тане абсолютно никакого интереса, и она даже представить
себе не могла его рядом с собой, даже как друга, не то что бы, как супруга. Но
от помощи не отказалась. Уж слишком тяжела была ноша. Представление об этом
человеке резко изменилось после получасового разговора в пути - Игорь показал
себя умным, воспитанным, интеллигентным молодым человеком. А проявленная у
дверей квартиры галантность - поцелуй руки и вежливая просьба не отказать в
следующем свидании, просто растопили лёд в сердце молодой женщины. Татьяна
поняла, что Игорь именно тот человек, которого она так долго ждала, и он будет
примерным семьянином и любящим отцом для Андрюшки. Поэтому, когда Игорь, спустя
два месяца после их первой встречи, предложил ей выйти за него замуж, она не
отказала. Лишь попросила немного повременить с ЗАГСом.
- Андрейка к тебе должен привыкнуть, понимаешь. Для этого необходимо время, -
пояснила она. - Поживём пока в гражданском браке.
Игорь согласился и на следующий день переехал к будущей жене.
А вот Андрюшка к другу мамы не очень-то торопился привыкать и категорически
отказывался называть его папой, абсолютно по-взрослому заявляя, что у него один
отец, и зовут его Стас Громов. Вот так. Таня всецело положилась на великого
доктора, имя которому Время. Оно призвано было разрешить эту проблему.
Игорь относился к Андрею, как к родному сыну. Где-то баловал дорогими
подарками, а где-то строго по-отцовски и наказывал. В скором времени отношения
между ними потеплели, но не настолько, чтобы мальчишка позабыл родного отца. А
вообще-то Татьяна и не настаивала на этом. В общем, жизнь продолжалась.
Игорь неплохо зарабатывал в какой-то фирме, специализирующейся на продаже
квартир. Бизнес, конечно, не совсем чистый, но, слава богу, не криминальный.
Хватит. Криминал уже разрушил первую её семью, и Татьяне совсем не хотелось
вновь вступить в эту реку. Но не могла она тогда, совсем юная и всем сердцем
влюблённая, даже предположить, что её возлюбленный Стасик, потянется к
преступной романтике. Не могла. А так случилось. Стас ушёл без скандала, оставив
свою квартиру жене с ребёнком, и из-за этого крупно повздорив со своими
родителями - те даже в другой город переехали в знак протеста поступку сына. Но
это в прошлом. Татьяна старалась об этом не вспоминать. До появления в жизни
Тани Игоря, Стас исправно навещал сына, помогал материально, а потом вдруг
исчез. Месяца два, как не показывается. Ну, пропал, да и Бог с ним. Таня
криминальной погодой в городе не интересовалась, потому ни о делах Стаса, ни,
тем более, о его нынешних бедах, естественно, не знала.
Игорь запаздывал. Без четверти девять, а его всё нет. Таня отодвинула лёгкую
занавеску и выглянула в окно. Темно, холодно, пустынно. А что это вон та машина
ещё со вчерашнего вечера прямо под их окном стоит, словно ждёт кого-то. Ей вдруг
стало страшно. Чтобы отвлечься от внезапных дурных мыслей, принялась заново
разогревать ужин. Игорь холодное не любит...
Заверещал дверной звонок. Наконец-то! Таня выбежала в прихожую и отщёлкнула
собачку замка. О, каково же было её удивление, когда вместо пусть
непривередливого в одежде, но всегда аккуратного и опрятного Игоря, увидела она
топчущегося на пороге спившегося, помятого, немытого и небритого ханыгу в
каких-то лохмотьях. А звали его Стас Громов.
- Ты? - Глаза Татьяны сделались большими от удивления.
- Я, - кивнул Стас. - Можно войти?
- Да.... Но... Я скоро буду не одна, - наконец нашлась Таня.
- Я не помешаю, - поспешил заверить Громов. - Мне бы себя в порядок привести,
покушать и переночевать.
После таких запросов не грех было и по морде схлопотать, но добродушная Таня
сжалилась над падшим человеком.
- Проходи.
Стас вошёл в некогда свою собственную квартиру.
- Ну, и пахнет же от тебя, - поморщилась бывшая супруга. - Ты что в помойках
копался?
- Может быть, - неопределённо ответил Стас. - Мне бы в душ.
- Да уж, не помешает. Халат и всё необходимое найдёшь в ванной.
- Огромное спасибо, - уже через дверь в ванную поблагодарил Стас.
Ну, чего там? - вырывал бинокль из рук Чена его напарник по наблюдению
здоровяк с пудовыми кулаками по кличке Рапс. Азиат лишь отмахнулся от него
локтями.
Из трёх наиболее важных объектов наблюдения Чен взял на себя самый, на его
взгляд, ответственный, где, опять таки же, по его мнению, Стас мог объявиться в
первую очередь - квартиру его бывшей жены. Две другие точки - агентство "Миледи"
и жилище путаны Светки, пасли быки из набранной им команды. Не исключалось, что
Громов мог появиться и в любом другом месте, и Чен, хоть и сводил эту
вероятность к минимуму, но и здесь доверяя своей восточной интуиции, всё-таки
подстраховался. Ещё с десяток наиболее вероятных мест появления "объекта" пасла
нанятая местная шелупонь. За всё время дежурства не поступило ещё ни одного
сигнала. И здесь тишина. Сквозь полупрозрачные занавески на окнах третьего этажа
пока что различима только одна женская фигура.
Нет ни малейшей смены декораций. Азиат уже готов был отложить бинокль, в
который вёл наблюдение, как вдруг в прихожей, а она тоже просматривалась отсюда,
появился мужской силуэт. Чен настроил резкость. Высокий, одет в какие-то
лохмотья. Лица не разобрать. Чёрт, отошёл в непроглядный сектор!
- Ну, чего ты там вперился? - сгорал от нетерпения Рапс, которому больше
всего на свете хотелось сейчас выпить водки и трахнуть подружку, нежели мёрзнуть
в холодном салоне "восьмёрки".
- Гость появился, - прояснил обстановку азиат.
- Дай глянуть! - повис на приборе Рапс.
- Нечего там смотреть. Ушёл уже. - Чен с раздражением оттолкнул от себя
здоровенную тушу.
- Да пойдём и выясним, что за гость, блин! - С абсолютной решимостью здоровяк
распахнул дверцу со своей стороны.
- Сидеть! - зашипел азиат и, перевалившись на водительскую сторону,
занимаемую Рапсом, аккуратно, без звука, вернул дверцу в прежнее положение. - А
вообще-то, можешь идти, если есть желание париться в "обезьяннике" с отбитым
ливером. Только завидев твою уголовную рожу, баба роту ОМОНа по телефону
запросит.
- Да ну, на фиг, - обиделся Рапс, но присмирел.
От горячей воды Стас порядком разомлел и даже заснул здесь же, в ванной.
Очухался оттого, что вода попала в дыхательные пути. Прочихавшись и
прокашлявшись, выбрался из воды и осмотрел себя в большое настенное зеркало.
Да-а!
Куда же делся голубоглазый красавчик с накаченной фигурой? На сей момент,
зеркало отражало сгорбленного, с заплывающим левым глазом, всего исцарапанного и
заросшего дремучей щетиной беглого каторжника. С вздохом сожаления Громов
принялся приводить себя в порядок, насколько это было возможно, конечно. Слова
Тани: " скоро буду не одна" имели под собой реальную основу в виде мужской
бритвенной системы "Жиллетт", лосьона после бритья и дополнительной зубной щётки
в стаканчике. Мужские средства гигиены вызвали в Громове ни что-нибудь, а самое
настоящее чувство ревности. Но Стас сумел взять вверх над этим дурацким
чувством. В конце концов, он же уже давно подозревал о присутствии мужчины в
этом доме. Теперь в этом можно было не сомневаться. Да вообще, какое он имеет
право ревновать? Никакого. Таня свободный человек, и обязана устроить свою
личную жизнь. Ревность-то вроде в себе переборол, но осадок в душе неприятный
всё равно остался. Однако, он не помешал выбриться "Жиллеттом", спрыснуть щёки
лосьоном, да и ещё, ко всему прочему, влезть в мужской халат на два размера
меньше его. В таком виде и перебрался на кухню. Таня возилась у плиты.
- Сядь, поужинай. - Она поставила перед ним тарелку с борщом. Потом подала
ароматный кофе. И всё-таки она оставалась великолепной хозяйкой.
Сытный ужин и тепло сделали своё дело.
- Сын как? - засыпая за столом, спросил Стас.
- Нормально. Сейчас уже спит. И ты ложись. Я постелила тебе на диване.
- Да, да, - пробормотал Стас.
И уже не помнил, как очутился на диване. Он не слышал, как вернулся с работы
Игорь, не слышал и разговора между двоими на повышенных тонах. Он ничего не
слышал. Он крепко спал.
А вот Чену в тот момент было совсем не до сна. Он терялся в догадках. Кто
этот мужик? Кем приходится хозяйке квартиры только-только появившийся в квартире
доходяга-очкарик? Ну, с этим ботаником, то хрен с ним. А вот первый? И куда он
пропал? Чёрт, каламбур полный. Пойти разобраться что ли.... Во время квартира
окунулась в полный мрак, а то точно пошёл бы и проверил, кто есть кто.... А
теперь ничего не оставалось делать, как ждать рассвета. Глядя на откинувшегося
на спинку кресла и храпящего как паровоз Рапса, Чен незаметно для себя тоже
уснул.
Громов проснулся от присутствия постороннего в комнате, в которой он спал. То
была Таня.
- Доброе утро, - хмуро улыбнулась она.
- Доброе. - Сладко потянулся Стас. Ну, не сдержался.
Заведённая с вечера после разговора и Игорем Таня, не могла больше сдерживать
себя.
- Стас, ответь, что тебе от нас нужно? - срывающимся голосом спросила она.
Стас задумался. А что ему действительно нужно? Попросить у неё денег? Даст,
конечно, не откажет. Но он понял, что не сможет этого сделать. Гордость что ли
мужская.... Тогда что ему нужно? Неожиданно к Стасу вернулась мысль о продаже
собственной квартиры. А что, может Таня и может в этом помочь.
- Мне квартиру свою продать нужно и очень срочно, - после паузы ответил он.
- Квартиру, - укоризненно покачала головой Татьяна - Допился. И до квартиры
добрался.
Стас лишь кивнул в ответ. Пусть будет так. Оно и к лучшему. Подробности ни к
чему.
- Есть покупатель? - вдруг насторожилась Таня.
- Нет.
- Игорь может тебе помочь, - выпалила Таня, потом как-то виновато пояснила: -
Ну, я живу с этим человеком.
Сейчас Стаса меньше всего волновало то, с кем живёт Татьяна. Важно, что этот
сожитель может ему помочь.
- Это очень хорошо. А где он сейчас.
- Он уже ушёл на работу и Андрейку в садик увёл. Так что тебе придётся
подождать до вечера.
- Да я не прочь. Приду вечером.
- Не надо никуда ходить. Оставайся здесь. А мне тоже пора.
- На работу?
- Да, - уже с прихожей отозвалась Таня. - А ты никому дверь не открывай. У
своих есть ключи. Договорились?
- Договорились.
Хлопнула входная дверь, поскрежетал ключ в замочной скважине и всё... Тишина.
Чен встрепенулся от холодка, пробравшегося под одежду. Открыл глаза,
похрустел шейными позвонками, восстанавливая кровообращение в занемевшей части
тела, и взглянул на вделанные в приборную панель часы. Электронное табло
высвечивало четверть десятого. Тихо, но крепко выматерившись, поднёс бинокль к
глазам. Тихо в квартире. Нет никаких движений. Вот теперь каким образом
выяснить, есть там кто-нибудь или квартира пуста? Конечно же, послать туда
напарника. Чен больно ткнул мирно сопящего Рапса в бок. Ноль эмоций - тот
продолжал бдеть в оба ока сладкие сны. А вот очень чувствительный щелчок по
кончику носа не только разбудил его, но и привёл в ярость.
- Ты чё, бля, в натуре!
- Пора вставать, - с завидным спокойствием отреагировал на бурные эмоции Чен.
- И работать. Сходи и выясни, есть кто-нибудь в квартире или нет. Только не
засветись.
Что-то набуркивая себе под нос, Рапс отправился выполнять приказ. Минут через
десять вернулся и доложил:
- Нет там никого. Всё тихо за дверью. Может, пожрать смотаемся?
- Еда в машине. Здесь и покушаешь, - обломал все надежды Рапса на горячее
питание азиат.
Зло, сверкнув на Чена глазами, Рапс принялся за осточертевшие беляши и
остывший в термосе кофе.
Рутину многочасового ожидания прервал подкативший около семи вечера
патрульный милицейский "УАЗик". Скорее всего, кто-то из жильцов дома взъелся на
длительно торчащую возле дома машину с двумя подозрительными лицами в салоне и
вызвал милицию. Ничего дурного в этом нет. Время нынче неспокойное. Теракты и
всё такое прочее. Мало ли что...
- Эй, - сержантик с юношеским пушком под носом и самым настоящим
"Калашниковым" через плечо постучал в боковое стекло "восьмёрки" со стороны
водителя. Рапс приспустил стекло.
- Сержант Коровин. ППС, - приложил он руку к виску. - Предъявите, пожалуйста,
ваши документы и документы на автомобиль.
Рапс без всякого на то желания подал менту техпаспорт "восьмерки" и своё
водительское удостоверение. Было уже достаточно темно, и сержант, подсвещая себе
фонариком, принялся за изучение документов. Видно, что-то ему в них не
понравилось.
- Пройдёмте в нашу машину, - не возвращая бумаг, потребовал он.
- Сержант, ты совершаешь большую ошибку, - генеральским тоном вмешался Чен.
- Пассажир, и вы приготовьте документы. Тоже пойдёте со мной. - Коровин левой
рукой настежь распахнул дверцу, а правой недвусмысленно передёрнул затвор
автомата. Серьёзно за дело взялся.
- Спокойно, сержант, свои! - Развёрнутая красная корочка в вытянутой руке
азиата оказала своё магическое действие.
- Прошу прощения, товарищ майор, - сконфуженный сержант вернул документы.
- Ничего страшного, сержант, - убирая липовое удостоверение, улыбнулся
"майор". - Вы на службе, и мы на службе. Так что всё в порядке.
- Ещё раз извините! - взял под козырёк лопухнувшийся милиционер и отвалил к
своему ментовозу.
- Фу-у, - минутой позже перевёл дыхание Рапс.
Чен лишь усмехнулся.
Незапланированная встреча с органами отвлекла наблюдателей. Молодая женщина с
ребёнком и дохляк-очкарик вошли в подъезд ими незамеченными.
- Говоришь, квартиру продаёт? - чуть ли не в тысячный раз переспросил Игорь,
поднимаясь по лестнице.
Такая заинтересованность в обычном для Игоря вопросе, так сказать, рабочем,
очень удивляла и раздражала Таню. Она никогда не видела его таким возбуждённым.
Просто в последнее время у Игоря немного не клеилось на работе, и он сидел на
мели. А деньги он любил, и умело укрывал от Татьяны львиную долю своих теневых
доходов. Чувствовал он, что жирный кусок ему с громовской квартиры обломится,
потому и не мог держать себя в руках.
- Продаёт, продаёт! - раздражённо отмахну
...Закладка в соц.сетях
