Жанр: Детектив
Кровавая жатва
... могла его застрелить?
- Нунану это приходило в голову. Но выстрел раздался, когда она еще была возле
двери. А у Тима нашли следы пороха на лице, значит, стреляли в упор. Мертл не
подходит.
- Но ведь у Макса было алиби?
- Конечно. У него всегда есть алиби. Четыре человека подтвердили, что он все
время был в баре, в другом конце гостиницы. Помню, они начали громко и часто
говорить об этом, задолго до того, как их спросили. В баре толкалось много народу,
никто не помнил, был там Макс или нет, но эти четверо - дело другое. Они
вспомнили бы все, что нужно Максу.
Глаза у Дины расширились, а потом сузились и превратились в щелки. Она
нагнулась ко мне, опрокинув локтем стакан.
- Один из этих четверых Пик Марри. Они с Максом сейчас расплевались. Может,
теперь Пик и выложит правду. У него бильярдная на Бродвее.
- А этого Максуэйна случайно не Бобом зовут? - спросил я. - Кривоногий,
челюсть длинная, как у кабана?
- Да. Вы его знаете?
- Видел разок. Чем он теперь занимается?
- Перебивается по мелочам. Ну, как вам история?
- Ничего. Может быть, я смогу пустить ее в ход.
- Тогда как насчет цены?
Я ухмыльнулся, глядя в ее жадные глаза, и сказал:
- Еще рано, сестренка. Сначала посмотрим, как пойдет дело, а уж потом будем
швыряться деньгами.
Она назвала меня чертовым сквалыгой и потянулась за джином.
- Мне больше не надо, спасибо, - сказал я и посмотрел на часы. - Никак уже
пять утра, а у меня завтра рабочий день.
Она заявила, что снова хочет есть. Это напомнило мне, что и я проголодался.
Полчаса или даже больше ушло на то, чтобы снять с плиты и поставить на стол
горячие вафли, жареную ветчину и кофе. Еще какое-то время - на то, чтобы
переместить все это к нам в желудки и выкурить за кофе несколько сигарет. Когда я
собрался уходить, шел уже седьмой час.
В гостинице я первым делом влез в холодную ванну. Это меня подбодрило, а
подбодриться было необходимо. В сорок лет иногда удается заменить сон выпивкой,
но в этом есть свои неудобства.
Одевшись, я сел за стол и сочинил документ:
"Перед смертью Тим Нунан сказал мне, что его застрелил Макс Талер. Это слышал
детектив Боб Максуэйн. Я дала детективу Максуэйну 200 долларов и бриллиантовое
кольцо стоимостью в 1000 долларов, чтобы он молчал и выдал это за самоубийство".
С документом в кармане я спустился в бар, заказал себе завтрак, который состоял в
основном из кофе, и отправился в городскую больницу. Посещать больных
разрешалось только днем. Но я помахал удостоверением сыскного агентства
"Континентал" перед носом дежурной сестры и, создав у нее впечатление, что
отсрочка на час может повлечь за собой тысячи смертей, прошел к Мертл Дженнисон.
Она находилась в палате на третьем этаже и пребывала в одиночестве. Остальные
четыре кровати были пусты. На вид ей можно было дать и двадцать пять, и пятьдесят
лет. Лицо казалось отечной пятнистой маской. Безжизненные желтые волосы,
заплетенные в две жидкие косички, лежали на подушке.
Я подождал, пока уйдет сестра, потом протянул больной свой документ и сказал:
- Не откажите, пожалуйста, подписать это, мисс Дженнисон.
Она взглянула сначала на меня, потом на документ заплывшими глазами - цвет
их нельзя было разобрать, потому что в складках распухшего лица они выглядели
темными провалами, - выпростала из-под одеяла бесформенную толстую руку и
взяла бумагу.
Мертл Дженнисон притворилась, что ей требуется почти пять минут, чтобы
прочесть тридцать семь слов, которые я написал. Опустив документ на одеяло она
спросила:
- С чего вы это взяли?
Голос у нее был дребезжащий, раздраженный.
- Меня послала к вам Дина Бранд.
Она жадно спросила:
- Она что, разошлась с Максом?
- Не слышал, - солгал я. - По-моему, она просто хочет иметь это под рукой, на
всякий случай.
- Дождется, дура, что ей перережут глотку. Дайте карандаш.
Я дал ей свою авторучку и подложил под листок блокнот, чтобы ей было удобнее
нацарапать внизу подпись и чтобы сразу забрать документ. Пока я помахивал бумагой,
просушивая чернила, она сказала:
- Если ей так уж это нужно, я не против. Какое мне теперь дело до них до всех?
Мне крышка. Пусть катятся к чертям! - Она хихикнула и вдруг отбросила одеяло до
колен, открыв чудовищно распухшее тело в грубой ночной рубашке.
- Как я вам нравлюсь? Видите, мне конец.
Я укрыл ее одеялом и сказал:
- Спасибо вам, мисс Дженнисон.
- Да ладно. Для меня это уже ничего не значит. Только... - ее вздутый
подбородок задрожал, - противно умирать такой уродиной.
12. Новый курс
Я отправился охотиться на Максуэйна. Телефонный справочник не поведал мне
ничего. Я пошел по бильярдным, табачным лавкам, подпольным барам - сначала
просто высматривал, а потом стал задавать осторожные вопросы. Это тоже ничего не
дало. Я побродил по улицам, выискивая кривые ноги. Тоже впустую. Я решил
вернуться в гостиницу, вздремнуть и продолжить охоту вечером.
В дальнем конце вестибюля какой-то человек опустил газету, за которой прятался,
и двинулся мне навстречу. У него были кривые ноги, кабанья челюсть, и это был
Максуэйн.
Я небрежно кивнул ему и прошел мимо, к лифту. Он окликнул меня:
- Эй, можно вас на минутку?
- Только на минутку. - Я остановился, изображая равнодушие.
- Мы тут оба на виду... - нервно заметил он.
Я повел его к себе в комнату. Максуэйн оседлал стул и сунул в рот спичку. Я сел
на кровать и стал ждать, что он скажет. Пожевав спичку, он начал:
- Хочу выложить тебе все начистоту, братец. Я...
- Не трать слов, - сказал я. - Ты ведь знал, кто я такой, когда подцепил меня
вчера? Буш вовсе не советовал тебе на него ставить. И ты поставил на него только
потом. А про его делишки ты знал, потому что сам раньше был фараоном. Ты решил,
что если тебе удастся напустить меня на него, то на этом и тебе отвалится немножко
деньжат.
- Будь я проклят, если собирался выкладывать тебе все без остатка, - сказал он,
- но теперь спорить не стану.
- Выиграл что-нибудь?
- Шестьсот монет. - Максуэйн сдвинул шляпу на затылок и поскреб лоб
изгрызенным концом спички. - А потом продул все в кости, да еще две сотни
выложил из своего кармана. Что ты на это скажешь? Взял шесть сотен не глядя, а
сегодня клянчу четвертак на завтрак, словно бродяга какой.
Я сказал, что ему крупно не повезло, но такова жизнь.
Максуэйн ответил: "Угу", - сунул спичку обратно в рот, помусолил ее и добавил:
- Вот почему я решил пойти к тебе. Я ведь из ваших...
- За что тебя вышиб Нунан?
- Вышиб? Как это вышиб? Я сам ушел. Мне подвалило немного деньжат по
страховке, когда жена погибла в автомобильной катастрофе, я и ушел.
- А я слышал, он тебя выставил, когда застрелился его брат.
- Не того слушал, кого надо. Можешь спросить Нунана, он подтвердит - я по
своей воле ушел.
- Мне это все равно. Выкладывай, что тебе надо?
- Я на мели, дошел до точки. Я знаю, что ты оперативник из "Континентал", и
быстро допер, чем ты тут занимаешься. Мне много чего известно об этом городишке.
Мог бы на тебя поработать, я же бывший сыщик, знаю, что к чему на той и на другой
стороне.
- Хочешь наняться ко мне в стукачи?
Он взглянул мне прямо в глаза и сказал спокойно:
- Не обязательно выбирать самые паршивые слова.
- Я дам тебе работу, Максуэйн. - Я вынул документ Мертл Дженнисон и
передал ему. - Расскажи-ка мне вот про это.
Он медленно прочел бумагу, шевеля губами. Спичка прыгала у него во рту. Потом
встал, положил листок на кровать и хмуро на него уставился.
- Сперва мне нужно кое-что выяснить, - сказал он очень серьезно. - Когда
вернусь, расскажу тебе всю историю.
Я захохотал и сказал:
- Не дури. Ты же знаешь, что я не дам тебе удрать.
- Я этого не знаю. - Он так же серьезно покачал головой. - И ты тоже. Ты
знаешь только, что постараешься меня удержать.
- Постараюсь, - подтвердил я, окидывая его взглядом. На вид он был крепкий,
сильный малый, лет на шесть моложе меня и килограммов на десять легче.
Он стоял в ногах кровати и смотрел на меня мрачными глазами. Я сидел на краю и
смотрел на него теми глазами, которые у меня имелись на данный момент. Так мы
провели почти три минуты.
Часть этого времени я употребил на то, чтобы измерить расстояние между нами и
сообразить - сумею ли я, извернувшись, ударить Максуэйна ногами в лицо, когда он
на меня прыгнет. Достать револьвер я не мог, Максуэйн стоял слишком близко. Едва я
закончил свой мысленный эксперимент, он заговорил:
- То вшивое кольцо не стоило тысячу. Выручил за него две сотни, и то, можно
считать, повезло.
- Садись и рассказывай.
Он опять покачал головой.
- Сперва хочу знать, что из этого получится.
- Засажу Шепота.
- Я не про него. Я про себя.
- Тебе придется пойти со мной в полицию.
- Не пойду.
- Почему? Ты просто свидетель.
- Я просто свидетель, которому Нунан может пришить взяточничество или
сообщничество или то и другое вместе. Он своего не упустит.
Дальше переливать из пустого в порожнее не имело смысла. Я сказал:
- Очень жаль. Но пойти тебе придется.
- Ты меня поведешь, что ли?
Я выпрямился и потянулся правой рукой к бедру. Он кинулся на меня. Я качнулся
назад, извернулся и выбросил ноги ему в лицо. Это хороший трюк, но сейчас он не
сработал. Спеша до меня добраться, Максуэйн сильно толкнул кровать, и я грохнулся
на пол.
Приземлившись на спину, я попытался откатиться под кровать, одновременно
зытаскивая из кармана револьвер.
Бросок перенес Максуэйна через низкую спинку кровати, он перекувырнулся и
свалился рядом со мной, треснувшись об пол затылком.
Я приставил ствол револьвера к его левому глазу и сказал:
- Тоже мне циркач нашелся. Не шевелись, пока не встану, а то сделаю дырку в
голове, чтобы было куда мозги наливать.
Я встал, нашел свой документ, положил его в карман и позволил встать
Максуэйну.
- Разгладь шляпу - помялась. И галстук чтобы спереди болтался, а то опозоришь
меня на улице, - приказал я, проводя рукой по его одежде. Ничего похожего на
оружие там не оказалось. - Невредно запомнить, что эта хлопушка будет у меня в
кармане, всегда под рукой.
Он поправил шляпу и галстук.
- Слушай-ка, - сказал он, - я вижу, что влип, и брыкаться теперь ни к чему.
Допустим, я буду слушаться. Как насчет того, чтобы забыть про эту вольную борьбу?
Мне будет спокойнее, если они поверят, что я сам пришел, без уздечки.
- Идет.
- Спасибо, братец.
Нунана не было, обедал. Нам пришлось подождать полчаса у него в приемной.
Вернувшись, шеф приветствовал меня своим обычным "Как поживаете? Ну,
замечательно" - и все такое в том же роде. Максуэйну он не сказал ни слова, просто
кисло поглядел в его сторону. Мы вошли в кабинет шефа. Нунан придвинул к своему
столу стул для меня и сел сам, не обращая внимания на бывшего сыщика.
Я передал шефу документ, подписанный девушкой.
Нунан бросил на него беглый взгляд, сорвался со стула и заехал Максуэйну в лицо
кулаком величиной с дыню-канталупу.
Удар отшвырнул Максуэйна в дальний угол комнаты, где его полет задержала
стена. Стена затрещала, прогнулась, и застекленная фотография, на которой Нунан и
другие отцы города приветствовали кого-то в гетрах, свалилась на пол вместе с
побитым сыщиком. Толстый шеф заковылял в угол, подобрал фотографию и
расколотил ее вдребезги о голову и плечи Максуэйна. Затем, отдуваясь, вернулся к
столу и с радостной улыбкой сообщил:
- Таких поганцев свет не видывал.
Максуэйн, у которого хлестала кровь изо рта, носа и разбитой головы, сел и
огляделся.
- Поди сюда, ты! - загремел Нунан.
Максуэйн сказал: "Есть, шеф", поднялся и побежал к столу.
Нунан приказал:
- Выкладывай, а то убью.
- Слушаю, шеф. Все было, как у нее тут написано, только этот камешек не стоил
тысячу. Но дать она мне его дала, и две сотни тоже, чтобы я держал язык за зубами.
Потому что я подошел аккурат, когда она его спросила: "Кто это сделал, Тим?", а он
говорит: "Макс!" Громко так сказал, как будто торопился перед смертью, потому что
тут же его и не стало. Вот как было, шеф, только камешек не стоил...
- К черту камешек! - гаркнул Нунан. - И кончай мне ковер кровянить.
Максуэйн выудил из кармана грязный платок, промокнул нос и рот и продолжал
лопотать:
- Все так и было, шеф. Все, как я тогда сказал, только в тот раз я насчет Макса
держал язык за зубами. Знаю, что надо было...
- Заткнись, - велел Нунан и нажал кнопку на столе.
Вошел блюститель порядка в мундире. Шеф ткнул большим пальцем в Максуэйна
и приказал:
- Проводи малютку в подвал, пусть костоломы над ним поработают, а потом
посадишь его под замок.
Максуэйн начал отчаянно взывать к шефу, но его увели, не дослушав.
Нунан сунул мне сигару, другой сигарой ткнул в документ и осведомился:
- Где эта баба?
- В городской больнице, при смерти. Пошлите кого-нибудь взять у нее
показания. Юридически эта бумажка ничего не стоит - я ее добыл больше для
эффекта. И вот еще что. Я слышал, будто Пик Марри расплевался с Шепотом. Это
Марри, кажется, обеспечил ему алиби?
- Вот именно, - буркнул шеф и, сняв одну из телефонных трубок, сказал: -
Магро? Найди-ка Пика Марри и попроси его сюда заглянуть. И прихвати Тони Агости,
а то он слишком ловко стал ножи метать.
Нунан положил трубку, встал, пустил вокруг себя облако сигарного дыма и
сообщил сквозь него:
- Я с вами не всегда играл по-честному.
Я подумал, что это мягко сказано, но ничего не ответил.
- Вы человек тертый, - продолжал он. - Сами знаете, какая у нас работа. И к
тому надо прислушиваться, и к этому. Если ты шеф полиции, это еще не значит, что
ты здесь полный хозяин. А вы стали наступать на хвост тем, кто в ответ может
наступить на хвост мне. Я-то считаю вас правильным парнем. Но приходится
подыгрывать тем, кто ведет игру, понятно?
Я кивнул головой в знак того, что понятно.
- Так было до сих пор, - сказал он. - Но больше так не будет. Начинается
новый курс. Когда наша старуха отдала богу душу, Тим был совсем мальчонка. Она
сказала: "Береги его, Джон", и я обещал. А Шепот взял да и прикончил его из-за этой
шлюхи. - Он нагнулся и схватил меня за руку. - Понимаете, к чему я клоню? Уже
полтора года прошло, и только сейчас вы дали мне шанс с ним поквитаться. Теперь в
Отервилле никто больше не сядет вам на голову. С сегодняшнего дня все пойдет подругому.
Это мне понравилось, о чем я ему и сообщил. Мы еще помурлыкали, а затем в
кабинет впустили долговязого человека со вздернутым носом, торчавшим на круглом
веснушчатом лице. Это был Пик Марри.
- Мы тут вспоминаем, как погиб Тим, - сказал шеф, когда Марри дали стул и
сигару, - и где тогда был Шепот. Ты ведь был в тот вечер на озере, верно?
- Верно, - согласился Марри, и кончик носа у него заострился.
- Вместе с Шепотом?
- Я с ним был не все время.
- А во время стрельбы?
- Не-а.
Зеленоватые глаза шефа прищурились и вспыхнули. Он мягко осведомился:
- И где же он был в это время, знаешь?
- Не-а.
Шеф вздохнул с глубоким удовлетворением и откинулся да стуле.
- Черт побери, Пик, - сказал он, - раньше ты говорил, что был с ним в баре.
- Говорил, - признал долговязый. - Но это ничего не значит, просто он
попросил, ну, я и помог по-дружески.
- А если я упрячу тебя за дачу ложных показаний?
- Не бери на пушку. - Марри энергично сплюнул в плевательницу. - Я ни в
каких судах показаний не давал.
- А как насчет Джерри, и Джорджа Келли, и О'Брайена? - спросил шеф. - Они
тоже сказали, что были с ним, потому что он попросил?
- О'Брайен - да. Про других не знаю. Я как раз выходил из бара, наткнулся на
Шепота, Джерри и Келли и вернулся с ними выпить. Келли сказал, что Тима
шлепнули. Тогда Шепот говорит: "Алиби никогда не помешает. Мы были здесь все
время, верно?" - и смотрит на О'Брайена за стойкой. О'Брайен говорит: "Точно".
Потом Шепот посмотрел на меня, и я сказал то же самое. Но теперь с чего мне его
покрывать?
- Келли сказал вам, что Тима шлепнули? Не сказал - нашли мертвого?
- Сказал - шлепнули.
Шеф произнес:
- Спасибо, Пик. Не надо было так поступать, но что было, то прошло. Как
ребятишки?
Марри сказал, что хорошо, вот только младший не такой толстый, как хотелось
бы. Нунан позвонил в прокуратуру и попросил Дарта и стенографиста записать
рассказ Пика.
Затем Нунан, Дарт и стенографист отправились в городскую больницу снимать
официальные показания с Мертл Дженнисон. Я не поехал. Я решил, что надо поспать,
сказал шефу, что зайду попозже, и вернулся в гостиницу.
13. Двести долларов десять центов
Я уже расстегнул жилет, когда зазвонил телефон.
Это была Дина Бранд. Она пожаловалась, что не может поймать меня с десяти
часов.
- Вы уже начали что-нибудь по нашему делу? - спросила она.
- Пока обдумываю. Дело вроде стоящее. Наверное, сегодня начну его
проворачивать.
- Подождите, нам надо увидеться. Можете сейчас приехать?
Я посмотрел на раскрытую постель и сказал "да" без особого энтузиазма.
Очередная холодная ванна подействовала мало - я едва в ней не заснул.
В дом Дины меня впустил Дэн Ролф. Он держался так, словно вчера между нами
ничего особенного не произошло. Дина Бранд вышла в переднюю и помогла мне снять
пальто. На ней было бежевое шерстяное платье с прорехой по шву на плече.
Она провела меня в гостиную и, усевшись рядом на кушетке, спросила:
- Вы ведь ко мне хорошо относитесь?
Я не стал возражать. Она пересчитала костяшки моей правой руки теплым
указательным пальцем и сказала:
- У меня к вам просьба. Хочу, чтобы вы бросили то дело, о котором мы вчера
толковали. Нет, подождите. Дайте договорить. Дэн прав. Не надо было мне продавать
Макса. Это жуткая подлость. Кроме того, вы ведь охотитесь в первую очередь на
Нунана, правда? Если будете паинькой и не тронете Макса, я вам столько выложу про
Нунана, что он у вас не вывернется. Идет? Вы же ко мне хорошо относитесь, вы не
станете меня обманывать, не пустите в ход то, что я сказала, когда злилась на Макса,
правда ведь?
- Что у вас есть на шефа? - спросил я.
Она помяла мне бицепс и промурлыкала:
- А вы обещаете?
- Пока нет.
Она надулась и сказала:
- Вот, ей-Богу, никогда больше не пойду против Макса. Не имеете права делать
из меня стукачку.
- Так как насчет Нунана?
- Сперва обещайте.
- Нет.
Она впилась пальцами мне в руку и резко спросила:
- Вы уже ходили к Нунану?
- Ага.
Она отпустила меня, нахмурилась, пожала плечами и мрачно спросила:
- Что же теперь делать?
Я встал, и тут чей-то голос сказал:
- Сядь.
Это был хриплый шепот Талера.
Я обернулся и увидел, что он стоит в дверях столовой. В его маленькой руке был
зажат большой револьвер. Позади стоял краснолицый человек со шрамом на щеке.
Пока я садился, появились гости и из другой двери, ведущей в переднюю. Порог
переступил человек без подбородка, с уродливым ртом - я вспомнил, что Шепот
называл его Джерри. Он держал два револьвера. Белокурый парнишка из заведения на
Кинг-стрит - тот, что поугловатей, - выглядывал из-за его плеча.
Дина Бранд вскочила с кушетки, повернулась к Талеру спиной и обратилась ко
мне. От ярости у нее сел голос.
- Я тут ни при чем. Он пришел сюда один, сказал, что извиняется за вчерашнее, и
объяснил, как можно подзаработать, если выдать вам Нунана. Все это было
подстроено, но я попалась на удочку. Это чистая правда! Он должен был ждать
наверху, пока мы договоримся. Я ничего не знала про остальных. Я ничего не...
Джерри небрежно протянул:
- Если я прострелю ей костыль, она уж точно сядет и, может быть, заткнется.
Начинать?
Шепота я не видел. Девушка стояла между нами. Макс сказал:
- Пока не надо. Где Дэн?
Угловатый блондинчик ответил:
- На полу в ванной. Пришлось ему врезать.
Дина Бранд повернулась к Талеру. Швы у нее на чулках были перекручены. Она
сказала:
- Макс Талер, ты самая паршивая...
Он прошептал, очень четко:
- Заткнись и свали с дороги.
Дина удивила меня тем, что выполнила оба приказа. Макс обратился ко мне:
- Значит, вы с Нунаном клеите мне смерть его брата?
- Тут и клеить не надо. Само держится.
Он скривил тонкие губы и сказал:
- Ты такой же гад, как и он.
Я ответил:
- Это ты зря. Когда он хотел тебя утопить ни за что ни про что, я играл на твоей
стороне. На этот раз прав он.
Дина Бранд снова взорвалась и вылетела на середину комнаты, размахивая
руками:
- Пошли все вон отсюда! Какое мне до вас дело? Катитесь.
Блондинчик, который уложил Дэна, протиснулся мимо Джерри и, ухмыляясь,
вошел в гостиную. Он поймал в воздухе руку Дины и заломил за спину.
Она извернулась и стукнула его кулаком в живот. Удар был приличный, мужской.
Парень выпустил ее и отлетел шага на два.
Ловя ртом воздух, он сорвал с бедра дубинку и снова шагнул к Дине. Теперь он
уже не ухмылялся.
Джерри захохотал так, что его несуществующий подбородок и вовсе пропал из
виду.
Талер приказал резким шепотом:
- Хватит!
Парень не слышал. Оскалившись, он смотрел на Дину.
Девушка отвечала взглядом твердым, как серебряный доллар. Весь свой вес она
перенесла на левую ногу. Я решил, что блондинчику достанется каблуком, и тут он
пошел на Дину.
Парень сделал обманный бросок свободной левой рукой и занес дубинку над
лицом девушки.
Талер снова прошептал:
- Хватит, - и выстрелил.
Пуля попала блондинчику в голову, он крутанулся и свалился прямо на руки Дины
Бранд.
По всему выходило, что другого момента у меня не будет.
В суматохе я выхватил револьвер и послал пулю в Талера, целясь ему в плечо.
Это было ошибкой. Я попал бы ему в руку, только если бы целился в лоб. Джерри
еще не совсем ослеп от смеха. Он опередил меня с выстрелом. Его пуля обожгла мне
запястье и сбила наводку. Мой свинец миновал Талера, но угодил в краснолицего у
него за спиной, и тот свалился мешком.
Я не понял, насколько сильно мне поцарапало кисть, и на всякий случай
перебросил револьвер в левую руку.
Джерри попробовал достать меня еще раз. Девушка сорвала эту попытку - она
толкнула на него труп. Мертвая светловолосая голова ударила Джерри по коленям. Он
потерял равновесие, и тут я на него прыгнул.
Прыжок спас меня от пули Талера. Мы с Джерри сцепились клубком и выкатились
в коридор.
Справиться с губошлепом труда не составляло, но за спиной у меня был Талер,
поэтому пришлось работать быстро. Я дважды врезал Джерри кулаком, боднул
хорошенько в живот и попытался извернуться, чтобы укусить, но он обмяк подо мной.
Я для порядка влепил ему туда, где полагалось быть подбородку, - просто проверить,
не притворяется ли, - и отполз на четвереньках подальше от двери.
Я сел на корточки, прислонился спиной к стене, направил револьвер в ту сторону,
откуда мог появиться Талер, и стал ждать. Кроме шума в голове, я не слышал больше
ничего.
Из двери, в которую я выкатился, вышла Дина Бранд. Она взглянула на Джерри,
потом на меня, улыбнулась, прикусив кончик языка, мотнула головой, приглашая меня
за собой, и вернулась в гостиную. Я осторожно пошел следом.
Шепот стоял посреди комнаты. В руках у него было пусто, в глазах - тоже. Если
бы не злобный узкий рот, его можно было бы поставить в витрину вместо манекена.
Рядом с маленьким игроком стоял Дэн Ролф, уткнув ему пистолет в левую почку.
Лицо Ролфа напоминало кровавую маску. Блондинчик, который покоился на полу
между нами, врезал ему основательно.
Я ухмыльнулся Талеру и сказал: "Вот и замечательно", - но тут увидел в другой
руке Ролфа еще один пистолет, и он был направлен прямо в мой полноватый торс. Это
выглядело уже не так замечательно, впрочем, у меня в руке тоже был револьвер.
Шансы не так уж плохи - по крайней мере, один к одному.
Ролф сказал:
- Положи пистолет.
Я взглянул на Дину, изображая недоумение. Она пожала плечами и сказала:
- Теперь Дэн тут хозяин.
- Да? Пусть кто-нибудь объяснит ему, что я так не играю.
Ролф повторил:
- Положи пистолет.
Я строптиво ответил:
- Черта с два. Я похудел на десять килограммов, пока ловил эту птицу. Могу
отдать еще десять, лишь бы добиться своего.
Ролф сказал:
- Меня не интересуют ваши личные счеты, и я никому из вас не позволю...
Дина Бранд тем временем отошла в дальний угол. Когда она очутилась за спиной
Ролфа, я прервал его речь и предложил ей:
- Если сейчас мне поможете, у вас окажется двое друзей: Нунан и я. К Талеру
больше доверия нет, так что помогать ему без надобности.
Она засмеялась и сказала:
- Я, миленький, только один язык понимаю.
- Дина! - протестующе воскликнул Ролф. Он попался. Дина оказалась у него за
спиной, и силенок, чтобы с ним справиться, ей было не занимать. Вряд ли он решился
бы в нее стрелять, а остановить ее можно было только выстрелом.
- Сто долларов, - промолвил я.
- Господи! - вскричала она. - Наконец-то вы предложили деньги. Правда,
слишком маленькие.
- Двести.
- Смотрите, проняло! Но я вас что-то плохо слышу.
- Попытайтесь услышать, - сказал я. - За то, чтобы не стрелять в вашего Ролфа,
больше не дам.
- Вы взяли хороший старт. Надбавьте еще хоть немножко.
- Двести долларов десять центов, последняя цена.
- Подонок, - сказала она. - Я отказываюсь.
- Как угодно. - Я скорчил рожу Талеру и предупредил: - Лучше не шевелись, я
приступаю к делу.
Дина закричала:
- Подождите! Вы что, правда на это пойдете?
- Пойду на что угодно, но Талера заберу.
- Две сотни и десять центов?
- Угу.
- Дина, - воскликнул Ролф, не сводя с меня взгляда, - ты ведь не...
Она засмеялась, подошла сзади и обвила его своими сильными руками, прижав его
локти к бокам.
Правой рукой я оттолкнул Талера с дороги и, держа его на мушке, выхватил
оружие у Ролфа. Дина отпустила чахоточного.
Он шагнул к двери в столовую, устало произнес:
- Не надо было... - и рухнул на пол.
Дина подбежала к нему. Я вывел Талера в коридор, протащил мимо Джерри - тот
все еще спал крепким сном - и втолкнул в нишу под лестницей, где висел телефон.
Затем я позвонил Нунану, сообщил, что Талер у меня в руках, и сказал, где
нахожусь.
- Матерь Божья! - возопил он. - Не убивайте его, пока я не приеду.
14. Макс
Новость о поимке Шепота распространилась быстро. Когда Нунан и его фараоны с
моей помощью доставили игрока и ожившего Джерри в муниципалитет, там уже нас
ждало не меньше ста человек.
Вид у всех был недовольный. Люд
...Закладка в соц.сетях
