Жанр: Детектив
Тотем ночи
... хорошенько всем телом, он почувствовал, что замок отошел.
Дверь распахнулась.
Оказывается, Данлоп не закрыл дверь как следует. Он распластался поперек
постели; одежда была измята и чем-то пропитана. На полу лежала пустая бутыль изпод
виски, какие-то бумаги, окурки, разбитая пепельница и перевернутый стул.
Что здесь произошло? Слотер учуял в воздухе нечто тошнотное, отступил назад,
но тут же двинулся вперед и вперился в тело на кровати. Данлоп вроде бы не дышал. И
не шевелился. Натан сграбастал его за одежду и начал трясти.
- Данлоп, просыпайся, слышишь? Дело не терпит отлагательств.
Данлоп не пошевелился. Слотер хорошенько тряханул его.
- Гордон, вставай.
Слотер попробовал послушать сердце. Обнаружив, что оно еще колотится, он
перестал беспокоиться, по крайней мере, об этом.
- Черт тебя возьми, Данлоп! - рявкнул он, встряхивая бесчувственное тело.
Гордон застонал и постарался вывернуться, но Слотер не отпускал. - Это Слотер,
слышишь? Просыпайся. У нас неприятности.
Данлоп снова застонал. Изо рта его жутко воняло, но не обращая на это внимания,
Натан обхватил приятеля за плечи и, подняв, выволок в коридор и потащил к туалету с
ванной. Усадив его на унитаз, Слотер начал было расстегивать ему рубашку, но поняв,
что так слишком долго, просто разорвал ее. Гордон от рывка едва не слетел со "стула",
но Слотер подхватил его и, положив на пол, стащил с него брюки, носки и исподнее.
Трусы оказались влажными, с них закапало - Натан отбросил их в угол. Данлоп
захрипел. Слотер положил его в ванную и открыл холодную воду в душе. Завопив,
Гордон взвился.
- Ничего, ничего, расслабься.
Данлоп орал не переставая.
Слотер щелкнул его ладонью по лицу.
- Эй, это же я, Слотер.
Данлоп заморгал. Глазки у него были красные. Блевотина, запекшаяся вокруг губ,
начала смываться и стекать по подбородку; он нахмурился, склонив голову набок.
Было похоже, что он сейчас заплачет, затем его тело напряглось.
- Все в порядке, я здесь, с тобой, - сказал Натан. - Давай, блюй...
Он наблюдал за Данлопом, вода стекала на него, один спазм сменял другой, а
затем Гордон вздохнул и, откинувшись назад, закашлялся. Он плакал.
- В чем дело? Кошмары? Данлоп лишь кивнул.
- Так, у меня для тебя есть работенка и мне нужно, чтобы ты протрезвел. -
Данлоп повернулся к нему. Вода брызгала на них.
- Пока ты еще в лежачем состоянии, я бы хотел получить от тебя четкие ответы
на некоторые вопросы, - продолжил Слотер. - И надеюсь, что ты не станешь мне
лгать. Мне необходимо знать, могу ли я на тебя положиться.
Данлоп закрыл глаза, содрогнулся: ледяная вода продолжала литься ему на плечи.
- Как так? Не понимаю.
- Все от тебя зависит.
- Ты ведь прекрасно знаешь, что именно хочешь услышать. Так что мой ответ
тебе не нужен.
- Слушай, приятель, - Слотер уселся на край ванны и вонзил ногти Данлопу в
плечо, - Ты оказывается не так уж и пьян, как прикидывался. Поэтому я хочу
услышать ответ.
- Да-да, разумеется. Уверяю, что ты можешь мне доверять.
- Если ты обгадишься, то лучше никогда не попадайся мне на глаза, понял?
- Ты можешь на меня положиться. Эй-эй, мое плечо!.. Слотер увидел, что под его
пальцами кожа на плече стала наливаться пурпуром и ослабил хватку. Потом, убрав
руку, сел на унитаз.
- Мне нужно, чтобы меня кто-то прикрыл, - сказал он, наконец. - Чтобы
человек этот ко всему прочему был не здешний, что бы он в своем поведении был
свободен и ни от кого не зависел. В общем, догадываешься, о ком я. Так: мне
необходимо, чтобы ты ежесекундно наблюдал за моими действиями, проверял все, что
я делаю, и подробнейшим образом это записывал. Скоро здесь начнется кошмар,
поэтому я хочу оказаться надежно защищенным.
Данлоп крепко прикрыл глаза и содрогнулся под струёй ледяного душа.
- Ты меня слышишь?
- Неужели настолько плохо?
- Даже хуже.
- Черт, да пусть я буду проклят, если не пойду с тобой.
- Будешь проклят, если пойдешь. Но имеется одно условие. Я прошу только о
том, чтобы ты не публиковал эти материалы без моего разрешения.
- Нет, я...
- Просто не хочу беспокоиться еще и из-за тебя. У меня и без этого забот хватает.
Вода продолжала струиться. Слотер почувствовал, как его намокшая рубашка
холодом липнет к телу.
- Договорились, если только больше никто в этом не будет замешан.
- Больше никто: только ты и я.
- По рукам.
Слотер откинулся назад на стульчаке и оперся спиной о стену. Он не очень
хорошо понимал, с чего бы начать.
- Ты вроде как говорил, что хочешь сделать отменный репортаж. По-моему,
лучше ничего придумать нельзя. Данлоп взглянул ему в глаза.
70
Хэммелю это не понравилось. Ему приказали вести учет всех, кто входил в
контакт с вирусоносителями. Мало того, что его подняли в середине ночи, заставили
смотреть на разодранные в клочья трупы несчастных лошадей, так езде чуть было не
поволокли на охоту на каких-то там рысей. Ко всему прочему сегодня следовало
проверить самочувствие владельца бешеного пса - еще бы: новичкам всегда
достается хлебать всякое дерьмо. Он пристально всматривался в экранированную
дверь: телевизор орал, как оглашенный, но хозяин не отзывался. Черт, да разве с таким
ором можно услышать, когда кто-нибудь стучит? Хэммель хорошенько врезал по
косяку и заорал. Но лишь телевизор что-то прорычал в ответ. Хэммель попытался
толкнуть дверь. Она поддалась.
- Есть кто-нибудь дома?
Полицейский вошел, обозревая батарею пивных банок.
- Где?..
Надо взглянуть в спальне или ванной. Направо был коридор, и он двинулся по
нему.
- Кто-нибудь дома?
Первая дверь вела в туалет, и Хэммель заглянул туда, учуяв страшную вонь. Когда
он туда вошел, его едва не стошнило, унитаз был полон до краев, видимо, никто
никогда не спускал воду.
- Ни фига себе.
Он рефлекторно обернулся назад, но коридор за его спиной был совершенно пуст.
Следующей комнатой оказалось некое подобие рабочего кабинета с раскиданными
бумагами и битым плафоном. А вот спальня была тщательно прибрана: все вещи
лежали на своих местах, а кровать была идеально, как в армии, заправлена.
- Это неплохо. Попробуем спуститься в подвал.
Но Хэммель подумал, что было бы для начала неплохо позвонить в участок и
попросить помощи. Здесь явно что-то было не так.
Вдруг он обернулся, услышав царапанье в шкафу. Распахнув дверцу, Хэммель
вытащил револьвер, но тут на него навалился хозяин дома. Единственным
преимуществом полицейского была молодость и полное отсутствие опыта. Другой на
его месте тут же отступил бы назад, угрожая мужчине орудием, приказав ему не
совершать глупостей и помнить о возможных последствиях. Будь офицер на месте
Хэммеля постарше, его опыт и подобные действия оказали бы ему скверную услугу.
Но в данном случае у Хэммеля просто не было времени на то, чтобы отступать, орать
или пытаться кого-то задержать. Для этого он был чересчур напуган. Поэтому просто
выстрелил хозяину дома в лицо.
Они смотрели на паковочную клеть.
- Обычно я не прихожу сюда по воскресеньям, но сейчас слишком много работы,
- говорил старший. - Увидев разбитое стекло позади, я собирался сразу вызвать
полицию, но решил проверить сначала инвентарь. Вот пришел и проверил...
"Давай, иди и получай свое", - злорадно подумал Слотер, но вслух ничего не
сказал, чтобы не усугублять и без того трудное положение ненужным проявлением
эмоций. Он мельком взглянул на Данлопа, который стоял рядом с ним и внимательно
слушал.
- Так вот, когда я все осмотрел, мне показалось, что ничего не пропало, по
крайней мере, на первый взгляд. Я даже проверил то, что мы получили в пятницу.
Здесь было холодно: цементный пол, тени по углам склада. Они подошли поближе
к паковочной клети.
- А затем я увидел эти пустые клети. Мы выгрузили в пятницу из них несколько
холодильников - уже перед самым отбоем, и я, не знаю, поймете ли вы меня, но мне
нравится, когда все чисто и в полном порядке. То есть здесь я провожу даже больше
времени, чем дома, и любой беспорядок меня просто нервирует.
- Да, конечно, понимаю. - Но Слотер на самом деле был напуган и думал: "Да
провались ты со своей аккуратностью".
- В общем мы оставили крышки открытыми, и так в принципе задерживались
дольше обычного, поэтому я подумал: приду сегодня, и все доделаю. Крышка на этой
клети была захлопнута. А не должна была бы. Когда в пятницу мы уходили, она была
распахнута.
В этот момент старший распахнул клеть. Слотер заглянул внутрь.
- Боже.
То, на что он смотрел, когда-то было женщиной, по крайней мере, так казалось,
если судить по одежде, которая теперь была вся изодрана и испачкана в грязи, ее лицо
и верхняя часть туловища были залиты засохшей кровью и изодраны в клочья.
Слотер почувствовал, что Данлоп встал рядом с ним и смотрит.
- Я в недоумении, - пожал плечами старший. - Попробуйте объяснить, как она
сюда попала. Я так перетрусил, что чуть не намочил штаны. Кто ее убил? И зачем
было засовывать ее сюда?
Слотер заговорил, но с большим трудом.
- Кто еще об этом знает?
- Только вы. Вначале я собирался позвонить в морг, но потом решил, что сначала
лучше вам.
- И поступили совершенно правильно. Слушайте. Вы сейчас в шоке. Так что
давайте: отправляйтесь домой и отдохните. Мы сами займемся этим делом. А вы
думайте, что сегодня воскресенье, выходной. Приходите сюда завтра утром. К этому
времени мы все закончим.
- Ну, все-таки мне бы хотелось помочь...
- Мы сами со всем справимся. Меня поразило то, что вы держали себя в руках и
не выпустили ситуацию из-под контроля. А теперь - идите домой и позвольте мне
заняться своим делом.
Старший почувствовал огромное облегчение и не старался даже этого скрыть.
Правда, на полминуты он все же задержался. Но только на полминуты. Подойдя к
черному ходу, он еще раз взглянул на оставшихся мужчин.
- Я позвоню, если возникнут вопросы, - сказал Слотер, и старший,
удовлетворенно кивнув, ушел.
Слотер дождался, пока рев мотора машины старшего не затих вдали. Только после
этого он пристально посмотрел на Данлопа.
- Будешь записывать все, что я делаю, - предупредил он репортера.
- Но...
- А сейчас наблюдай.
Слотер наклонился, стараясь прощупать пульс. Его не было. Поднял веко, но
роговичного расширения не заметил. Он вынул карманное зеркальце. Подставил его к
ноздрям, но стекло не затуманилось.
- Она мертва?
- Так, по крайней мере, мне кажется.
- Но на самом деле - нет.
- Да, если все, что ты сказал, - правда.
- Мы, конечно, можем отвезти ее в морг, но по пути она может очнуться. Хотя
сейчас еще день.
- И наброситься на нас?
- Именно.
Данлопа передернуло.
- Ты видел, как я проверил жизненные признаки, как не обнаружил ни одного и
понял по ее виду, что женщина мертва. Так что самое большее, в чем меня могут
обвинить, - это в осквернении трупа.
Данлоп смотрел, как Слотер вытащил револьвер и взвел курок.
От станции она прошла двенадцать кварталов, чемодан и сумка оттягивали руки.
Она чувствовала себя бестолочью, неуклюжей бестолочью. Приехав на автобусе в
Шайенн, она только там поняла, что не взяла с собой необходимых в дороге вещей -
до того торопилась - и не сняла со счета в банке, который наполовину принадлежал
ей, денег. Дура, торопыга. Ну да, она спала с Орвалом, но ведь в основном для того,
чтобы позлить Уилли. На самом деле она никогда не хотела уйти от него. Просто
надеялась, что Уилли начнет ревновать и полюбит ее по-настоящему, если она
понравится его братцу. Орвал же убедил ее бежать для спасения жизни, но вот теперь
она вернулась и не знала, что делать. Увидев на подъездной дорожке машину Орвала
рядом с автомобилем Уилли, она представила, что за вой сейчас поднимется, но, войдя
в дом и увидев разгром, сама заорала дурным голосом, призывая все громы небесные
на дурацкую башку Уилли. Никто не ответил. Но она прекрасно знала, что пешком
они никуда не пойдут, а раз машины здесь, то и братья должны были быть где-то
рядом. Войдя на кухню, она увидела следы крови, ведущие в подвал. "Боже, Боже мой,
да они прикончили друг друга". Она сбежала вниз, следя за измазанной кровью
лестницей, и увидела в углу подвала сложенные тела. Орвал, какая-то женщина,
которую она не знала, Уилли с ножом, торчащим из груди, - все трупы были
изгрызены, изъедены. Она взвизгнула и, хрипло заорав, присела на пол. Она кричала
до тех пор, пока кто-то не появился в подвале и не вывел ее оттуда.
Слотер понятия не имел, чем все это закончится да и закончится ли. Он смотрел на
трупы, сваленные в углу. Они были исполосованы, измолочены чем-то тяжелым, коекакие
части тел были отъедены. Он не знал, сколько еще сможет это выдержать. Едва
справившись с тошнотой, он впал в состояние шока.
Через некоторое время Натан повернулся и взглянул на Данлопа. Жена Уилли
сидела с врачом наверху. Уинстон, полицейский, прибывший первым, был тощим,
астматичным мужичком, но хорошим малым. Несмотря на бледность лица, он
старался держаться и выглядеть выполняющим свой долг чиновником.
- Надеюсь, все слыхали о том, что обнаружил Хэммель.
- Да. Он убил парня.
- А мог бы окончить свою жизнь, как эти бедняги. Черт, а ведь я только в четверг
вечером разговаривал с Уилли. И брата его видел...
- Шеф, не побоюсь вам признаться: мне страшно.
- Понимаю. Ты только представь, сколько всего их во всем городе. Трупов в
подвалах...
Наступило молчание: мужчины смотрели куда угодно, но не на три трупа.
- Та-ак. Выбора у меня нет. Мне придется позвонить в полицию штата.
Наступает их черед.
И тут он понял, что не сможет этого сделать. Полномочия на подобный вызов
были лишь у Парсонза, да и то с разрешения губернатора. И времени уже не
оставалось. Вскоре должна была наступить ночь.
- А как насчет резервов в самом городе, как насчет армии? - спросил Уинстон.
- Они-то здесь. Посылать за ними не придется.
- Их мы используем. Черт побери, но единственным логичным действием на этот
промежуток времени - я имею в виду до заката - видимо, будет прочесывание всех
подвалов.
- А что делать с этими телами?
- Оставим здесь.
- Что-что?
- Для кого-то они являются источником пищи. Не спрашивай, откуда мне это
известно и куда это скрылось. Обыщем дом. Этого здесь, конечно, нет. Но я на сто
проклятых процентов уверен, что с наступлением ночи, если, конечно, охота не
окажется удачной, оно...
- ...вернется сюда и начнет отъедать у свежатинки кусочки?..
От этой мысли всех едва не стошнило.
- Для тебя сегодня еще полно работы, - сообщил Натан Уинстону. - Но к
закату вернешься сюда и устроишь засаду. И когда оно появится, не задавай ему
вопросов. Хорошенько прицелься и застрели.
- Но это же будет убийством.
- Эта гадина, что здесь поработала, тоже убивала, но сейчас все правила игры
изменились. Норма теперь не играет особой роли.
Оно тащилось по улице.
Ползло, отталкиваясь руками и ногами, стараясь защитить глаза от бьющего в них
света, но боль была чересчур сильной, поэтому оно могло лишь слепо ползли вперед.
Оно рычало и пускало пену ртом, хотя и бессознательно. Прерывистая белая линия
протянулась впереди и, отчаянно стараясь остаться посередине, оно моталось из
стороны в сторону. Мимо проносились какие-то предметы, они сигналили. Оно
слышало голоса, какие-то люди старались окружить его, тогда оно оскалило покрытые
пеной клыки и зарычало, а потом продолжало ползти. Как оно сюда попало, оно не
помнило. Помнило лишь траву - много травы - и деревья. Но это черное жгучее
покрытие и белую полосу не помнило. Просто старалось не уклоняться в сторону от
линии. Рядом кто-то закричал. Сигналя, снова пронеслись непонятные штуки. А еще
- боль. Безобразная жуткая боль. Оно рухнуло в черноту покрытия и поползло
дальше, не отрывая носа от белой полосы, на животе. Лапами обхватило череп.
Дернуло головой. Неясные голоса приблизились. Чтобы защититься, оно оскалилось.
И зарычало.
Реттиг остановил патрульную машину, озадаченный скоплением народа на
главной улице. Он видел, как останавливались машины и грузовики, как выбирались
на асфальт водители, как люди с тротуара показывали на что-то пальцами, как все
новые и новые зеваки подходили с ближайших перекрестков, выбегали из
ресторанчиков. Выйдя из машины, он надел шляпу, проверил пистолет в
незастегнутой кобуре и двинулся вперед. Что там за чертовщина? Он насмотрелся на
столько дерьма за последние несколько дней, что даже не представлял, что еще нового
может подбросить ему это утро... В небольшом городке слух распространился
настолько быстро, что это было даже трудно объяснить. Люди паникуют, уезжают из
Поттерз Филда или же собираются группками и как сумасшедшие галдят. За утро
Реттиг наткнулся на три транспортные пробки и потерял уйму времени, чтобы
разогнать ошалевших автомобилистов. Он пристрелил взбесившуюся собаку и помог
истекающему кровью хозяину добраться до врача. Возле прачечной-автомата
обнаружил изодранную женщину. А вот теперь еще и толпа посередине главной
улицы. Реттигу уже заранее не нравилось то, что он мог там обнаружить.
Ослабевший от недосыпа и напуганный за семью, Реттиг приказал им во что бы то
ни стало оставаться дома, не высовывать носа, потому что был уверен в том, что
вскоре в городе начнется настоящее столпотворение. Позвонил сестре, живущей в
Денвере, и попросил ее на время приютить жену с ребятишками. Сейчас они
упаковывались, и он не знал, сколько людей занимается тем же в ожидании
неизвестного, но неизбежного будущего. Реттигу было ясно, что множество горожан
тоже планируют отъезд.
И все равно он не мог даже представить себе, что он увидит. Подходя к толпе и
раздвигая людей руками, он чувствовал, что приближается нечто, находящееся за
пределами его понимания.
Он слышал слова, которые был не в силах разобрать, не в силах вычленить,
рычащее горловое бормотание. Он раздвинул толпу и остался один на один с тем, что
когда-то было человеком, видимо, было. Тело его было прикрыто лохмотьями,
которые когда-то были мехом. Руки и ноги сочились кровью. Оно рычало, пускало
слюну, дергалось; волосы опускались до пояса, разлетались прядями, борода доходила
до пупа, лицо было темным от грязи и струпьев и его покрывали жуки. Реттиг увидел
это, когда существо подняло голову и заморгало.
- Урон уал, - просипело оно. Реттиг не понял, что означают эти звуки. Он
отшатнулся в толпу, чувствуя, как заколотилось сердце. А затем до него дошло.
Сипение, хрипение, лай.
- Тронная зала, - сказало оно.
- Тронная зала, - повторило оно.
- Тронная зала, тронная зала, тронная зала.
Природа возродила эту местность. Новые деревья выросли вокруг пней, стволы с
которых пошли на строительство молельных залов и спален. Дорожки и парадные
площадки заросли сорняками и кустарником. Стены накренились, крыши просели,
двери слетели с петель. В самих зданиях животные устраивали гнезда в паутине и
среди деревянной крошки, которую насекомые выкидывали из отверстий,
проделанных в бревнах. На разбитом окне сидела птичка и, помаргивая, осматривала
картину запустения. На полу лежала многолетняя грязь, а в углу возле своего гнезда
жужжали шмели. Поблекшие лозунги, символы, красное и зеленое повисло на стенах,
череп со скрещенными костями, флаги с ружьями вместо полос и пулями вместо
звезд, и скелетом, распростершимся посредине пятиугольника. Откуда-то снизу
задувал ветер.
Они стояли возле неясной фигуры в "неотложке".
- Его хоть кто-нибудь знает? - спросил Аккум.
- ...Ты хочешь сказать - это? Все повернулись к Реттигу.
- На самом деле я и сам не очень хорошо представляю, о чем говорю.
На существе был надет халат, борода приведена в порядок, волосы подстрижены,
возле руки висела капельница. Пластиковая трубка вела к вене. Несмотря на то, что он
был неподвижен и без сознания, крепкие ремни привязывали его к кровати.
- Зато я представляю, - сказал Данлоп. Все посмотрели на него, на его
напряженное лицо. Несколько секунд он молчал. - Слотер, разумеется, этого не
знает. А вот почему остальные делают вид, не понимаю... Конечно же, он из лагеря.
Никто не произнес ни слова.
- Что?
- Вытатуированный номер на его кисти. Вот здесь. Куиллер обязывал всем делать
татуировки, прежде чем присоединяться.
- Черт, а ведь он прав.
- Но ведь они все умерли, - выдавил Слотер.
- Разве?
- Да нет, я там постоянно охочусь, - встрял Реттиг. - И могу поклясться, что
все заброшено. Там никого нет.
- Но они вполне могли переправиться в другое место. Зима да еще убийство.
Поэтому они решили перейти в другое место.
- Но куда?
Словно отвечая на вопрос, тело задергалось под ремнями, замотало головой и,
находясь в бессознательном состоянии, стало раздувать ноздри и стонать:
- Тронная зала.
- Что? - нахмурился Аккум.
- Он говорит "тронная зала", - пояснил Слотер. - Я тоже не понимаю, о чем
идет речь. Оно бубнило эти слова, когда его обнаружил Реттиг. - Не нравился
Слотеру запашок, стоявший в комнате. Хотя существо и вымыли, привязав к постели,
все равно воняло протухшим мясом, потом, плесенью, да вдобавок острым запахом
каких-то лекарств. Вся эта вонь вызывала тягостные ощущения. - Где же оно жило?
- В тронной зале, - сказал Данлоп.
- Очень смешно.
- Но ведь ясно, что это место имеет для него огромное значение. Может
допросить...
- Да ведь оно в бессознательном состоянии. Ты что не видишь?
- Да наплевать. Давай попробуем. Слотер взглянул на Аккум а.
- Не знаю. Он очень слаб и болен... Ну, хорошо, хорошо: не думаю, что вопросы
смогут повредить ему. В его положении...
- Но ведь это бессмысленно, - упрямился Слотер.
- Да что ты в самом деле! Давай хоть попытаемся. - Данлоп склонился над
непонятной личностью. - Ты меня слышишь?
- Осторожнее, - предупредил Слотер. Данлоп кивнул и немного отодвинулся.
- Ты меня слышишь?
Ответа не последовало. Гордон ждал. Затем снова, но несколько мягче произнес:
- Ты меня слышишь?
- Тут существо вновь изогнулось, зашипело и затихло.
- Ты среди друзей. Поговорим о тронной зале.
- Тронная зала, - прокаркало существо, но все хорошо расслышали слова.
Данлоп взглянул на присутствующих. Затем снова, чрезвычайно мягко
проговорил:
- Правильно. Давай поговорим о тронном зале.
- Красная зала.
Данлоп нахмурился и вновь оглядел присутствующих.
- Возможно, кровь. - Аккум, нахмурившись, отвернулся.
- Возможно, - согласился Слотер. - А, может быть, какие-то детские
воспоминания. Уточнить ведь мы не можем.
Внезапно существо, привязанное к кровати, закричало. Все слушали, как человек
поднимал крик до болезненной высоты. Звук становился все пронзительнее,
скрипучее, тело мучительно выгибалось, а затем также внезапно он замолчал и
существо рухнуло на постель и, обмякнув, застонало. Люди вокруг молча смотрели на
него. У дверей собрался персонал.
- Ему ничего нельзя дать? - спросил Слотер у Аккума.
- Снотворное, как ты понимаешь, не рискну. Потому что спасти его в таком
случае мы будем уже не в силах.
- А как насчет света? Может быть, погасить лампы?
- Да ведь он без сознания. Они ему не мешают. Но если тебе так будет
спокойнее... Почему бы и нет? - Он подошел к выключателю и выключил свет.
Комната погрузилась в полутьму; свет исходил лишь от неяркой лампы на стене возле
кровати.
Но стонать существо не перестало. Оно начало мотать головой из стороны в
сторону. А затем внезапно успокоилось.
- Что ты можешь сказать нам о красной комнате? - стал спрашивать Данлоп.
Ответа не последовало.
- Красная комната, - повторил Гордон. И тут полилось:
- Красная комната, красная комната, антилопа.
- Я ведь говорил, что это бесполезно. Он что-то бубнит, а вот, что?.. - махнул
Слотер рукой.
- А, может быть, он говорит то, что для него важно? - спросил, обратившись в
пустоту, Данлоп.
- Может быть, ты сможешь объяснить, что он имеет в виду?
- Ты прекрасно знаешь, что не смогу.
- Я это действительно знаю. Прекрасно. Мы должны выяснить, куда они все
перебрались. Если в тех местах окажется какая-нибудь красная комната, мне хотелось
бы знать, что в ней находится.
- Куда? - пожал плечами Реттиг. - В этих горах постоянно кто-нибудь
охотится, рыбачит, да просто гуляет. Может, кто и наткнулся...
- Может. Проверь по списку всех пропавших без вести и запросы из других
регионов страны, - посоветовал ему Данлоп. - Неизвестно, в какие временные дебри
это нас может завести.
- Слотер, ты не мог бы нам все же объяснить, что все это означает?
В комнате прозвучал новый голос. Присутствующие застыли на местах и стали
медленно поворачиваться к дверям. В проем протиснулся Парсонз и навис над ними.
Вот тогда все посмотрели на Слотера.
- Мы пока и сами не знаем. Мы...
- В коридор.
- Что?
- Я жду, Слотер.
Парсонз отступил назад, и дверь за ним закрылась. В комнате наступила тишина.
- М-да, я знал, что так должно было случиться.
- Так?
- А, ерунда. Сейчас все устрою. - Слотер повернулся к дверям и потянул
створку на себя. В коридоре стоял Парсонз.
Он знал достаточно, чтобы позволить двери закрыться прежде, чем начать
говорить.
- Я ведь запретил репортеру узнавать обо всем этом! Вам приказали посадить его
в поезд и убрать из города!
Медсестры в дальнем конце коридора поглядывали на мужчин.
- Не думаю, что в силах это сделать.
- Если вы хотите остаться на своем месте, то...
- Послушайте, Парсонз, мы должны понять друг друга. И узнать, хотя уже
слишком поздно. Я постараюсь вам объяснить. В подобных ситуациях я оказывался не
раз. Еще в Детройте попадал в переделки, а как только на моих начальничков
начинали давить, они моментально озирались в поисках подходящего козла
отпущения. Первое, чему мы учились, - как выходить сухими из воды. Так вот,
сейчас этот город постигла большая беда, и вы, разумеется, ищете, на кого бы все
свалить, но я абсолютно уверен в том, что на меня вам не нагадить. Потому что этот
человек, от которого вам так хочется избавиться, мне ближе, чем мои трусы. Я никуда
- даже в туалет - не пойду, не прихватив его с собой. Потому что хочу быть
защищенным, чтобы он записывал каждое мое движение, и если вы выдвинете против
меня какие-нибудь обвинен
...Закладка в соц.сетях
