Жанр: Детектив
Девушка по вызову
...ала в Москву, чтобы... Трудный разговор получается...
Мы и до этого были с ней знакомы,
встречались несколько раз у общих приятелей, у которых она останавливалась,
когда приезжала в Москву в командировку.
Но однажды вечером, когда я провожал ее после театра и предложил ей поехать ко
мне, она не отказалась... Понимаешь, это
сейчас может показаться тебе чем-то обычным, но надо знать твою маму... Наталия
обращалась со мной, как со щенком,
унижала как могла и получала от этого огромное удовольствие... Я знал, что у нее
есть муж, которого она любит и которому,
даже если захочет, не сможет изменить. У нее были свои принципы. И вдруг она
соглашается поехать поздним вечером ко
мне... Я просто обезумел от счастья... Она была так хороша, так
соблазнительна... Ты не поверишь, но она прожила у меня
целую неделю! Ей даже не приходило в голову позвонить своим знакомым и сообщить,
что она жива и здорова... Мы
практически не выходили из дома... Она даже не появлялась в министерстве, куда
должна была отвезти какие-то бумаги... И
тогда я купил для нее справку, что она была больна, чтобы ей в конечном счете
отметили командировку, и все такое... Мы
стали любовниками. О большем счастье я не мог и мечтать... Она уехала и обещала
написать, потому что мне она писать
строго-настрого запретила... Но написала она только спустя год... и сообщила,
что ребенок, который родился у нее от меня,
умер...
- И вы поверили?
- Разумеется, нет. Я поехал к ней, разыскал ее, умолял выйти за меня
замуж... И тогда она мне призналась, что
просто использовала меня, чтобы забеременеть и родить ребенка.
- Но она не могла так поступить.
- Значит, могла.
- А вы знали, что ее ребенок жив?
- Откуда? Я же не был у нее дома... Она скрывала твое существование до
последнего...
- А почему вам не пришло в голову, что она, любя вас, не смогла бросить
своего мужа из-за чувства
ответственности перед ним?
- Все может быть... Но я ведь приезжал в ваш город не один раз... Мы
встречались с ней в гостинице, и когда
однажды я задал ей вопрос, не попытается ли она использовать меня еще раз, то
получил пощечину... Мне кажется, что твоя
мать сломала мне тогда челюсть, я словно до сих пор чувствую эту боль и слышу
удар...
- Значит, вы с ней продолжали встречаться?
- Да я просто не мог не видеть ее... Иногда она приезжала ко мне, но на
день-два, не больше... Последний раз я
видел ее восемнадцать лет назад здесь, в Москве, на ювелирной выставке... Нас
пригласили туда случайно, и там же я
поссорился с ней окончательно... К нам подошла одна пара и спросила, как
поживает ее дочка... И тогда я все понял. И уже
не смог ей простить того, что она скрыла от меня существование МОЕГО ребенка...
Она была странная... совсем как ты
сейчас...
- Я думаю, что она вас любила, но держала на поводке, чтобы вы не смогли
разрушить ее семейную жизнь...
Возможно, будь вы порешительнее, все могло бы сложиться иначе...
- На поводке? Да, пожалуй, ты права...
- А можно мне еще раз посмотреть фотографии? И когда Эмма снова начала
ворошить их, то, отыскав черно-белый
снимок с сидящей на скамейке женщиной в белом платье, поняла, что это не она, не
Эмма, а ее мама.
- Вы мой отец?
- Похоже, что так...
- И вы знали это еще три года назад?
- Пожалуй, нет... Ведь я даже не знал твоей фамилии...
Послышался резкий звонок в дверь.
- Это Прозоров, - подскочила словно ужаленная Эмма и с ужасом посмотрела
на Ядова. Он по-прежнему, несмотря
на услышанное, оставался для нее просто Ядовым. - Умоляю, не открывайте ему... Я
не хочу сцен... Я лучше потом все
объясню ему...
- А не делаешь ли ты снова глупость, Эмма?
- Нет... Я сейчас слишком взволнованна, чтобы объясняться с ним...
- Но ты можешь сказать ему правду...
- Какую правду?
- Но ведь он приехал сюда за тобой, обуреваемый ревностью... Он ревнует
тебя ко мне, как ты не понимаешь... Вот
и скажем ему, что я - твой отец...
- Но у меня это не укладывается в голове... А он просто рассмеется мне в
лицо... Он примет это даже не за шутку, а
за оскорбление... Я знаю его, он может поколотить тебя...
Она замолчала: она впервые назвала Ядова на "ты".
- Так ты не откроешь?
- Как скажешь. Я всегда слушался женщин... Прозоров звонил почти полчаса,
а потом послышался звук
работающего лифта, и все стихло.
- Какой сегодня безумный день... - Эмма взяла в руки гитару. - Давай
попоем, что ли... Мама мне пела столько
песен... Может, ты знаешь и эти?..
Но петь Эмма не смогла, она разрыдалась в объятиях Ядова, а когда
успокоилась, он понес ее в спальню и уложил в
постель. Потом вернулся в гостиную и подсел к телефону:
- Аня? Мне нужно срочно тебя увидеть... Ты не представляешь себе, как
много мне нужно тебе рассказать... Ты
помнишь Леру Прозорову? Так вот, она сегодня привезла ко мне кого бы ты
думала?.. Ни за что не угадаешь... Она решила
выступить в роли свахи и привезла мне... Эмму! Так что все произошло быстрее,
чем я думал... Да, конечно... я ей все
рассказал... Как отнеслась? Она, бедняжка, наплакалась и уснула... Если бы ты
только знала, как я счастлив... Аня, я еду за
тобой... И вообще, может, хватит сложностей? Сколько мне еще терпеть и ждать,
когда ты соизволишь переехать ко мне?
Какие, к черту, сборы? Возьми помаду, пижаму и... достаточно! Все, жди... я
еду...
- Берта, это я... Я понимаю, что ты волновалась, но скоро я тебе все
объясню... Мы сейчас же покидаем гостиницу и
переезжаем в другое место...
- Всю ночь звонил Прозоров, - испуганным голосом проговорила Берта, и
чувствовалось, что она встревожена и
переживает за Эмму. - Он сказал, что приедет утром и увезет нас в какое-то
Крылатское...
- Тогда слушай меня внимательно... Возьми Сережу... Вы уже позавтракали?
- Нет еще, сидим, едим кашу...
- Так вот, после завтрака одевайтесь и спускайтесь вниз, разыщите там
книжный киоск и ждите меня где-нибудь
поблизости... А я уже еду. Не соглашайся ехать с Прозоровым, тяни время...
- Эмма, но что случилось?
- Я потом все объясню...
Она положила трубку и посмотрела на Анну.
- Ну что, поехали?
- Эмма, да не волнуйся ты так... Прозоров умный мужик, он все поймет...
Объяснишь ему, что ты хочешь
погостить у своего отца...
- Да он же мне не поверит!
- Это уже его проблемы... Я понимаю, конечно, тебе жаль его, но иногда
надо уметь принять решение... Не
повторяй ошибки своей матери... да и мои тоже... Ты только посмотри, сколько
времени потеряно и тобой, и мной... Мы
живем по каким-то выдуманным правилам, а правила-то одни для всех. Если люди
любят друг друга, они должны быть
вместе...
- А ты уверена, что Ядов найдет Сережу?
- Думаю, что да...
- Но где же он может быть?
- Честно?
- Ну конечно...
- Я думаю, что он весь вечер караулил тебя в холле твоей гостиницы, а
когда понял, что ты уже не придешь, снял
там номер...
- Но почему же он, зная, где я остановилась, не подошел ко мне? Почему?
- Потому что он такой же, как Ядов, только в сто раз хуже... Мужчин
иногда надо БРАТЬ, разве тебя не учили
этому?
В холле гостиницы было многолюдно и шумно, - Я сказала Берте, чтобы она
ждала меня возле книжного киоска... -
Но не успела Эмма договорить, как почувствовала, как кто-то сильно схватил ее за
руку. Она повернулась и увидела
искаженное гримасой боли и злости лицо Прозорова. Он был бледен, глаза его
сузились, а губы посерели.
- Где ты была? - услышала она его тихий и какой-то незнакомый ей голос. -
Где ты была? Где шлялась всю ночь?
И вдруг у нее перед глазами все поплыло: она увидела в толпе людей
приближающегося к ней Ядова. Рядом с ним
шел человек с бледным сосредоточенным лицом и совершенно седыми волнистыми
волосами. Он искал кого-то взглядом.
Наконец их глаза встретились.
- Сережа! - Она, с силой выдернув руку из мощной лапы Прозорова и ничего
не слыша и не видя, кроме Орлова,
бросилась к нему. - Сереженька!
Он обнял ее и чуть не задушил в объятиях. Когда он отпустил ее, вокруг
них уже образовалась толпа, которая молча
наблюдала, как высокий сутулый человек с трудом сдерживал рвущегося из его рук
мужчину:
- Прозоров, успокойся... да приди же ты в себя...
- Я убью ее... Кто этот человек, почему он обнимает ее? Да пусти же ты
меня!
Эмма, находящаяся в состоянии, близком к обмороку, вцепилась побелевшими
пальцами в руку Орлова.
- Сережа, прости меня, если сможешь... - Она отстранилась от него и пошла
навстречу Прозорову, который,
вырвавшись от Ядова, чуть не сбил ее с ног.
- Что это ты здесь устроила? - Он схватил ее за плечи.
- Володя... Познакомься, это Сергей Орлов, отец Сереженьки... Может быть,
когда-нибудь ты все узнаешь, но
теперь, когда я нашла его, я не могу оставаться с тобой... Возьми себя в руки...
У тебя есть Лера и дети... Не делай
глупостей... Отпусти меня...
- А Ядов?.. Ядов, с которым ты провела ночь, тоже отец Сережи или он его
дядя? Или тетя?
- Ядов - мой отец... - И она, повернувшись на каблуках, быстрым шагом
возвратилась к Орлову. - Кажется, все...
Пойдем, они должны быть где-то у книжного киоска...
И вдруг она услышала высокий тоненький голосок, и маленький мальчик,
путаясь под ногами толпящихся в холле
людей, с криком "Мама!" побежал навстречу Эмме. Следом за ним бежала
перепуганная насмерть Берта.
Эмма подхватила сына на руки, повернулась к Орлову:
- Сережа, это твой сын, тоже Сережа... А это - твой папа...
Орлов взял сына на руки и прижал к себе. Прозоров, закрыв лицо руками,
стоял неподалеку, и входящие в
гостиницу люди толкали его в разные стороны.
- Я пойду к нему, - сказала Анна, - и поговорю... Ему сейчас трудно...
Она ушла, а Эмма с Орловым, Сережей и Бертой последовали за Ядовым к
выходу.
Но перед тем, как сесть в машину, когда все увидели, что из гостиницы
вышли Анна и Прозоров, Берта, вдруг резко
повернувшись к Эмме, сказала:
- Я не поеду с вами... Я должна остаться с ним... Я догадывалась... я
знала, я чувствовала... - Она повернулась к
Орлову и внимательно посмотрела на него. - Я узнала вас, это вы тогда приносили
игрушку Сереже, а не Питер...Я и раньше
вас видела возле дома... А вам, Эмма, я уже не нужна... Позвольте мне только
попрощаться с Сережей...
Берта поцеловала мальчика и с какой-то грустью посмотрела на притихших
Эмму и ее спутников.
- Вы знаете, где меня искать, чтобы забрать вещи, да и вообще... До
свидания...
Все видели, как Берта догнала Прозорова. Очевидно, он был в таком
состоянии, что даже не соображал, чего от него
хотят. Наконец он дал Берте увести себя обратно, в гостиницу.
- Ну что! - Эмма вздрогнула от громкого хриплого голоса Ядова и словно
пришла в себя. - Мне кто-нибудь сегодня
даст подержать внука?..
Он почти вырвал Сережу из рук Орлова и прижал малыша к себе.
- Ну что, парень, думаю, что и для тебя у меня найдется пижама...
Поехали, а то вон дождь собирается...
Ночью в квартире Орлова, куда они приехали после ужина у Ядова, Эмма,
глядя, как Сергей укладывает спать
Сережу, вдруг поняла, какой пустой была ее жизнь без этого спокойного и нежного
мужчины. Ей не верилось, что уже
через несколько минут они будут принадлежать только друг другу, что она больше
не будет чувствовать себя преступницей,
ворующей чужого мужчину...
...Весь вечер прошел в воспоминаниях, разговорах... Эмма и Сергей сидели
обнявшись и смотрели, как Ядов играет
с маленьким Сережей, а Анна на правах хозяйки дома ухаживала за дорогими
гостями. Словно и не было трех долгих лет,
разлучивших Эмму с Сергеем... На вопрос, как случилось, что Анна вернулась к
Ядову, Анна ответила, что после той
памятной встречи в гостинице она вдруг поняла, что если не поступится своими
дурацкими принципами, не
позволяющими ей первой подойти к мужчине, то потеряет его навсегда. В одно
прекрасное утро она заявилась к нему
запросто, словно никуда и не уходила. И предложила жить вместе. Они объединили
свои квартиры и перебрались в новый
дом, где неподалеку купил себе квартиру и Орлов.
- Тебе надо было позвонить Валере сразу же, как только ты оказалась в
Москве, - сказала Анна Эмме, когда они
мыли посуду на кухне. - Тогда бы тебе не пришлось мучиться все эти три года...
- Скажите, а что бы вы сделали на моем месте, оказавшись в такой же
ситуации? Я ведь не знала, что мой дядя
жив...
- Если честно, то поступила бы точно так же, как ты... Очевидно, тебе
НАДО было пройти весь этот путь, прежде
чем снова встретиться с Сережей... Ведь ты жила с мужчиной, прямо скажем,
достойным... Я имею в виду Прозорова. Это
сильный и волевой человек, знающий, как сделать женщину счастливой. Он умен,
красив и способен на большое чувство...
И любит он тебя по-настоящему... У тебя была возможность сравнить этих двух
мужчин, и я не удивлюсь, если ты, положа
руку на сердце, признаешься в том, что провела эти три года будто у Христа за
пазухой... Скажи, ведь я права?
- Да, вы правы... Но это я говорю ВАМ, потому что вы - женщина и сможете
меня понять... Но скажите, меня
можно осудить за то, что я обманывала Прозорова, говоря ему, что тоже люблю
его?..
- А кто тебе сказал, что ты его не любила? Ведь его БЫЛО за что любить...
Он, можно сказать, спас тебя и твоего
ребенка... И я больше чем уверена, что ты любила его, но только по-своему...
Женщина - существо гибкое, ты могла себе
внушить любовь к Володе, и тебе не надо стыдиться этого чувства... Хотя отчасти
к нему примешивалось чувство
благодарности, что также естественно... Так что не мучайся угрызениями совести.
Ты поступила правильно и в первом, и во
втором, и в третьем случае... Тобой руководил разум... Ты понимаешь, что я имею
в виду? - Анна протянула ей горячую от
воды чистую салатницу, и Эмма едва успела ее подхватить.
- Понимаю.
- Поэтому успокойся. А теперь вам пора идти. Вы можете оставить Сережу у
нас, а можете взять с собой... Сергей -
мягкий мужчина, он нежный, и порою кажется, что он не способен на проявление
твердости... Но вот тут-то мы с тобой как
раз и ошиблись... Ведь он все сделал в точности так, как тебе обещал: развелся с
женой, оставил семью... И все это только
для того, чтобы быть с тобой. Представь, как мы были с Валерой потрясены, когда
узнали, что он поехал за тобой в
Германию! И как переживали, когда он вернулся оттуда и сказал, что ты счастлива,
что он видел тебя улыбающейся...
- Анна, а как вы отнеслись к тому, что Ядов оказался моим отцом?
- Сначала хохотала как ненормальная, а потом ужасно захотела тебя
увидеть, чтобы рассказать тебе об этом...
Фантастическая история... Но ты действительно вся в свою мать, тут уж ничего не
попишешь...
- Вы объясните ему, что мне будет трудно называть его папой...
- Думаю, что он и сам это отлично понимает... Но представь, как он
счастлив, ведь теперь у него есть не только
дочь, но и внук... Господи, Эмма, и угораздило же тебя сесть в ту электричку...
- Анна обняла Эмму и поцеловала ее в
макушку.
Сергей смотрел, как Эмма раздевается в полумраке спальни, и вспоминал ее
смеющееся лицо там, в Мюнхене...
Ускользающая Эмма... Женщина-призрак...
Она была необычайно красива и соблазнительна, чтобы принадлежать одному
мужчине... Вот сейчас она снимет
через голову сорочку, тряхнет копной тяжелых золотистых, с красноватым оттенком,
волос, легким движением снимет
трусики и изогнется всем телом, призывно вытянув руки...
- Сережа, у меня в гостинице осталась красная юбка и белая кофточка,
почти такие же, как были на мне тогда в
Луговом. Помнишь? - Она подошла к нему и принялась расстегивать его рубашку.
Прижавшись щекой к его горячей груди,
она, одной рукой зажав ему рот, другой расстегнула брюки и скользнула пониже
живота, обжигая пальцы о напряженную
плоть. - Не молчи, скажи же что-нибудь...
Он обвил руками ее талию и поцеловал долгим поцелуем.
- Ты, наверное, ждешь от меня объяснений... - говорила она шепотом,
продолжая ласкать его и чувствуя, как
подкашиваются ее ноги, - но я живу так, как умею... Я люблю тебя, Сережа, и не
моя вина, что так все сложилось... Мне
кажется, что я стала старше, но не думаю, что умнее... Как бы я хотела, чтобы ты
научил меня, как надо жить, что говорить и
куда идти... Возьми меня за руку и веди... И я пойду с тобой, куда только
скажешь... потому что я - только твоя... И если
сможешь принять меня такой, какая я есть, то мы всегда будем вместе... А если
нет, я уйду... прямо сейчас...
Он с силой обхватил ее бедра и опрокинул на кровать:
- Ты соображаешь, что говоришь? Да я принял тебя еще тогда, в
электричке... - Он замер, прислушиваясь к стуку
собственного сердца... То мгновение, о котором он мечтал, наконец наступило, и
теперь он мучительно переживал высшую
стадию возбуждения... Но глухая ревность к Прозорову мешала ему.
Он боялся, что Эмма забыла его и теперь ждет от него чего-то такого, что
он не сможет ей дать. Он даже
зажмурился на миг, чтобы не прочесть в ее глазах ожидания... Но когда увидел,
что Эмма плачет, изнывая от нежности к
нему, он вдруг почувствовал такой прилив сил, что все сомнения разом
улетучились... И он овладел ею, спокойно и
уверенно, напоминая ей о своей любви, страсти... Судя по тому, как Эмма отвечала
на его ласки, Сергей понял, что она
ничего не забыла...
Комната стала предрассветно-розовой, когда Эмма, уголками простыни утирая
пот с его тела, устало вытянулась
рядом с Сергеем и положила его руку к себе на живот.
- Ты ничего не чувствуешь? - спросила она, едва дыша от блаженной
усталости.
- Чувствую... Что ты опять собираешься меня бросить... Куда ты
отправишься на этот раз?
- За нашим вторым сыном, но, думаю, это будет не раньше мая...
Закладка в соц.сетях
