Жанр: Детектив
Кейд
... у нее могут быть какие-то свои трудности. Это так естественно. Так что, если
хотите побыстрее поправиться, наберитесь терпения. На следующей неделе трещина
затянется, а там вы сами удивитесь, как быстро пойдете на поправку. Но если сейчас
что-нибудь случится, я вам гарантирую лишний месяц пребывания в этих стенах. Так
что еще неделю потерпите.
- Но ей вы это скажете?
Доктор Пинто посмотрел на Кейда, затем куда-то в пространство.
- Я скажу.
К концу второй недели Кейд уже мог сидеть в кресле у открытого окна. Он
чувствовал себя достаточно хорошо. Была, конечно, еще некоторая слабость, но болей
он не чувствовал уже три дня, и Кейд был настроен встретиться с Хуаной без
малейшего промедления, о чем и сказал доктору Пинто во время дневного обхода.
- Да, - сказал Пинто безо всякого выражения на лице, - я полагаю, вы сейчас
вне опасности. Хорошо, я позвоню ей; как насчет завтрашнего вечера?
- Сегодня вечером, - твердо ответил Кейд. - Я достаточно долго ждал. И
вообще, что у вас за госпиталь? Почему в моей палате нет телефона?
Пинто пожал плечами.
- Таков порядок, когда мы имеем дело с травмами головы, сеньор Кейд. Людям с
опасными травмами головы телефон без надобности.
- Сколько мне еще оставаться здесь?
- Еще неделю. Мне надо будет временами проверять, как у вас дела.
- Все это стоит денег, - сказал Кейд, нахмурившись. - А я чувствую себя
прекрасно. Честно, доктор, мне пора уже возвращаться к работе.
- Вы вернетесь на следующей неделе.
Кейд взял в руку пачку карточек с именем Хуаны на каждой и пересчитал. Их
было пятнадцать. Последняя, вместе с букетом красных гвоздик, появилась этим
утром.
- Моей жене следует прекратить это дело, - сказал он с улыбкой. - Нам сейчас
это не по карману.
Доктор Пинто внимательно разглядывал свои ногти. Затем, поколебавшись, он
сказал:
- Мне надо идти. Увидимся завтра.
И вышел из палаты.
Кейд с некоторым беспокойством глядел ему вслед. "Что это с ним сегодня?" -
думал он.
Посетителей в госпиталь запускали после трех часов вечера. Кейд сидел у
открытого окна, то и дело нетерпеливо посматривал на часы. Он думал о Хуане.
Вспоминал первую встречу на солнечном пляже в Акапулько, их первую ночь, свое
предложение у подножия пирамиды Луны, свадьбу и дом... Кейд глубоко вздохнул. С
Хуаной он обрел то, чего ему не доставало всю жизнь - любовь и крепкий тыл. Через
несколько минут она здесь появится, и они снова будут вместе. Его не пугало ни
будущее, ни долги, ни заботы. Только бы Хуана была рядом. С ней ничего не страшно.
А деньги он всегда сможет заработать. Да, на какое-то время придется немного
поприжаться, но это не имеет значения. Главное, что они будут вместе.
Послышался негромкий стук в дверь.
- Входи, дорогая, - воскликнул Кейд, и кровь бросилась ему в лицо от радости.
Дверь открылась, вошел Адольф Крил. Он выглядел еще более обносившимся и
потрепанным, чем обычно. На пиджаке появились новые пятна, круглое лицо заливал
пот. Он избегал смотреть Кейду в глаза. Прикрыл за собой дверь и стоял в
нерешительности, сжимая в потной ладони насквозь мокрый платок.
- О, привет, Адольфо, я не ожидал увидеть вас, - сказал Кейд, глядя на гостя в
упор.
Крил, наконец, посмотрел на Кейда. Его черные влажные глаза были печальны. Он
не сказал ни слова.
- Я жду Хуану, Адольфо, - сказал Кейд нетерпеливо. - Вы не могли бы зайти
завтра?
- Она не придет, сеньор Кейд, - сказал Крил.
Кейд уставился на мексиканца и похолодел.
- Она заболела?
Крил покачал головой.
- Тогда в чем дело? - крикнул Кейд. - Да не стойте тут, как пугало! Почему
она не придет?
- Ее нет в городе.
- Да как же нет, если она мне каждый день цветы присылает! И сегодня утром
прислала.
Крил разглядывал свои пыльные туфли и не отвечал.
- Но если ее нет здесь... то где же она?
- Она в Испании, сеньор.
- Вы ополоумели, Крил! - Кейд повысил голос. - Испания? Что она делает в
Испании?
Крил облизнул пересохшие губы.
- В Мадриде начался сезон боя быков.
Кейд старался держать себя в руках. Он чувствовал бешеные удары пульса в
черепной коробке. Пот заливал плечи и спину.
- Какое отношение бой быков имеет к Хуане? Не будете ли вы так добры
разъяснить мне - к чему эти намеки? Хуана бросила меня?
Крил тупо кивнул.
Кейд в ярости подхватил пятнадцать карточек и швырнул их в лицо Крилу.
Карточки разлетелись веером и усыпали пол палаты.
- Вранье! Она только сегодня утром прислала мне цветы!
- Цветы посылал я, сеньор. Мне очень жаль, что я вас обманывал, но доктор
сказал, что вы не готовы к таким плохим известиям.
- Вы посылали цветы?!
- Да, сеньор. Я хотел, чтобы вы поскорее поправились. Почерк на карточках мой.
Я решил, что вы, возможно, еще не знаете почерка сеньоры Кейд. Я рискнул.
- Но здесь же пятнадцать карточек, - сказал Кейд дрожащим голосом. - Это
значит, что она бросила меня...
- ...сразу же после первого и... последнего посещения, сеньор.
Кейд закрыл глаза. "Она приходила только за деньгами", - подумал он. Его
начало трясти.
- Что ж, продолжайте. У вас ведь есть еще новости? Кто там с ней в Испании?
Он мог бы и не спрашивать. Он и так знал. Вся чудовищная правда предстала
перед ним совершенно ясно: как материализовавшийся кошмар.
- Педро Диас.
Кейд стиснул кулаки.
- Спасибо, Адольфо. А теперь, пожалуйста, уходите.
Крил начал было высказывать сожаления, но выражение муки на лице Кейда
заставило его замолчать. Кейд ему нравился, Крил был тронут его положением до
слез. Он молча попятился и закрыл за собой дверь.
Доктор Пинто встревожился после рассказа Крила о Кейде, но он никак не мог
оставить пациента, которым сейчас занимался. Пинто освободился только через
полчаса и тут же помчался в палату Кейда.
Кейд уже оделся и натягивал пиджак. Он мельком посмотрел на доктора
застывшими глазами и ничего не сказал. Его лицо было белее мела. Кейд открыл ящик
тумбочки и принялся распихивать по карманам вещицы.
- Ну, и что здесь происходит? - резко сказал Пинто. - Вы еще не в той форме,
чтобы совершать прогулки. Вы должны немедленно вернуться в постель.
- Замолчите! - ответил Кейд. - Я ухожу. Мне надо что-нибудь подписать?
- Сеньор Кейд, я знаю, что у вас стряслось. Я очень вам сочувствую, но нельзя же
вести себя, как безусый юнец. Вам еще рано выписываться.
- Оставьте ваши сочувствия. Я ухожу. Вам заплатят. Пошлите счет моему агенту.
А теперь, уйдите с дороги!
По выражению лица Кейда Пинто понял, что уговоры бесполезны.
- Вы очень рискуете, - сказал он спокойно, - но, конечно же, я не буду вас
держать здесь силой. Надеюсь, вы подождете, пока я не принесу необходимые бумаги,
чтобы вы их подписали?
- Даю вам пятнадцать минут, - сказал Кейд, присаживаясь на край кровати. -
А после я ухожу.
Через двенадцать минут, подписав все, что требовалось, Кейд нетвердыми шагами
сошел по ступеням крыльца госпиталя, направляясь в сторону оживленной, шумной
улицы.
У ограды его встретил Крил. Он все еще задыхался от быстрой ходьбы: доктор
Пинто позвонил ему, и Крил бросился к госпиталю, чтобы перехватить Кейда.
- Автомобиль неподалеку, сеньор, - сказал Крил. - Куда вас отвезти?
Кейд выглядел, как призрак из кошмара: голова обмотана бинтами, лицо белее
снега, запавшие глаза безумно блестят - посетители, густым потоком шедшие через
проходную госпиталя, смотрели на него со страхом.
- Оставьте меня, - сказал Кейд. - Я могу и пешком пройтись. На мне вы
больше ничего не заработаете, только время зря тратите.
- Я спросил, куда вас отвезти, амиго, - мягко сказал Крил.
Кейд помолчал, разглядывая толстяка, потом положил руку ему на плечо.
- Извините... Не обращайте внимания на мои слова. Хочу домой...
В пути они молчали. Когда машина остановилась, Кейд сидел несколько минут
неподвижно, уставившись на собственные руки, и только после этого с трудом
выбрался наружу и заковылял к дому. Крил подождал полчаса, затем тоже прошел в
дом.
Кейд сидел в гостиной, в шезлонге, и держал в руке стакан текилы.
- Что это такое, Адольфо? - спросил он, когда толстяк с беспокойством вошел в
комнату.
Кейд ткнул стаканом в сторону стола, при этом часть содержимого стакана
выплеснулась на ковер.
Крил увидел квитанции, аккуратно разложенные на столе. Вгляделся и скривился.
- Это квитанции национального ломбарда.
Кейд откинулся назад и уставился в потолок.
- Ей, должно быть, очень нужны были деньги. В доме ничего не осталось, - он
зашипел, как от боли. - Даже моей камеры нет и всего снаряжения.
Крил уселся у стола и принялся выписывать суммы из квитанций на обратной
стороне мятого конверта, который извлек из кармана.
- И сколько там? - спросил Кейд.
- Восемь тысяч песо, сеньор.
Кейд пожал плечами.
- Какая разница? Ладно, идите Адольфо. Если хотите, навестите меня завтра.
Все, пока.
- Я верю в ваше мужество, - сказал Крил, поднимаясь на ноги. - Я как-то
говорил вам, что человеку многое можно простить, если у него есть храбрость и
мужество. Не разочаровывайте меня, сеньор.
- Это весьма сентиментально, - сказал Кейд, не глядя на Крила. - Обойдусь!..
Нечего обо мне беспокоиться. Я сейчас достиг того блаженного состояния, что обо
мне не стоит думать.
- Я предпочел бы остаться. Мы могли бы поговорить - это часто помогает.
- Уходите, ради бога! - сказал Кейд задушенным голосом. - Я не хочу никого
видеть! Нужны мне утешения, как же!
- Да, сеньор, - сказал Крил с непроницаемым лицом. - Я понимаю.
Когда он направился к двери, Кейд окликнул его:
- Вы оговорились. Чуть раньше вы назвали меня "амиго".
Крил задержался в дверях.
- Когда я называю человека своим другом, я не жду, что он тут же начнет
отвечать мне тем же, сеньор.
- Все, уходите! - сказал Кейд и плеснул себе в стакан из бутылки.
- Пожалуйста, будьте осторожны с этим напитком, - сказал Крил, глядя на него.
- Эта дрянь опасна. Она затягивает.
- Пропади все пропадом!
Крил печально посмотрел на него и вышел из комнаты.
Полчаса спустя он разговаривал с Сэмом Уондом по телефону.
Уонд говорил:
- Послушай, Адольфо, ты тут ничего не сможешь сделать. Нельзя взрослого
мужчину вести по жизни за ручку. Если Кейд сломается только потому, что какая-то
бабенка вытерла об него ноги, что ж - такова его участь. Это не твоя забота и уж
точно не моя. Так что не доставай меня с проблемами Кейда, у меня своих хватает.
Оставь его в покое. Он выкарабкается.
- Он хороший человек, сеньор, - запротестовал Крил. - Почему бы не сделать
для него что-нибудь? Вы не можете сюда приехать? Может, вам удастся привести его
в чувство.
- Никто не сможет сейчас привести его в чувство. Он должен сам выкарабкаться.
И он выкарабкается. Так что не приставай ко мне! - и Уонд повесил трубку.
Крил вышел из кафе, откуда он звонил, забрался в свою машину и замер в
неподвижности. Он просидел так три часа, проявляя чисто мексиканское безразличие
ко времени. Он думал о Кейде. Что он может сделать для этого так нравившегося ему
человека?
Когда стемнело, Крил завел мотор и направился к дому Кейда. Он понятия не
имел, что скажет Кейду. Но и оставить его одного в таком состоянии в пустом доме не
мог.
В доме было темно. Крил прошел через незапертую входную дверь в гостиную и
включил свет.
Кейд храпел, уткнувшись лицом в стол. Бутылка текилы была пуста, стакан
валялся на ковре.
С трудом Крил перетащил бесчувственное тело на диванчик, расслабил галстук
Кейда и снял ему туфли, после чего вернулся к столу, собрал все закладные квитанции
и засунул в свой бумажник. Оглянувшись еще раз на Кейда, поколебался, но под конец
решил, что тот будет дрыхнуть до утра. Крил покачал головой и тяжелой походкой
побрел к автомобилю.
На следующее утро, чуть позже десяти, Кейд опустил ноги с диванчика и со
стоном уселся. Голова раскалывалась, в глотке пересохло. Он немного посидел,
сжимая голову руками, потом заставил себя подняться на ноги. Руки тряслись, во всем
теле чувствовалась слабость и подавленность.
Он обвел глазами комнату и внезапно замер. На столе стояла его поношенная
дорожная сумка. Трясущимися руками он расстегнул молнию и заглянул в сумку. Все
было на месте - и камера, и другое снаряжение. Когда он вытащил из сумки
"минолту", открылась дверь и в комнату вошел Крил, неся на подносе дымящийся
кофейник, сахарницу и чашку с блюдечком.
- Доброе утро, сеньор, - сказал он, опуская поднос на стол.
Кейд уставился на него.
- Это ты все выкупил? - спросил он, лаская камеру ладонью.
- Да, сеньор, - Крил налил кофе в чашку. - Как самочувствие?
- А откуда деньги взялись?
- Одолжил немного, сеньор. Спешки нет, с возвратом можно подождать. С
каждым случаются несчастья. Мне порезали покрышки. Вы были так добры, что
возместили мне их стоимость. Вы потеряли камеру... - он пожал плечами и
улыбнулся.
Кейд уселся за стол.
- Спасибо, Адольфо.
- Я подумал, что, может, вы не захотите оставаться в этом доме, - сказал Крил,
пододвигая чашку кофе Кейду. - В моей квартире есть свободная комната. Вы
можете несколько дней пожить у меня.
- Нет. Мне сейчас хочется побыть одному, - быстро ответил Кейд. - Но все
равно, спасибо. Я что-нибудь себе подыщу.
- У комнаты, которую я вам предлагаю, свой вход. Я понимаю, что вы сейчас
чувствуете, сеньор. Мне тоже очень часто хочется побыть в одиночестве. Но у меня
вам никто не будет мешать.
Кейд потер лоб, поколебался, потом пожал плечами. Он знал, что здесь оставаться
не сможет, а одна только мысль о поисках жилья приводила его в ужас.
- Ну что ж, если так, то глупо было бы отказываться. Спасибо, Адольфо. Но
только на несколько дней, понятное дело.
- Разумеется. Пейте кофе, пожалуйста. Я соберу ваши вещи, - и толстяк вышел
из комнаты.
Три часа спустя Крил позвонил Сэму Уонду. Он объяснил, что Кейд временно
поселился в его квартире.
- Это очень важно, сеньор Уонд, чтобы он смог немедленно начать работать.
Кейд очень подавлен, и его все время тянет на выпивку. Вы должны быстро подыскать
ему какое-нибудь задание. Дело не только в деньгах, ему нужно придти в себя,
вернуться к нормальной жизни. Это очень важно.
- Хорошо, Адольфо, - ответил Уонд. - Я посмотрю, что у меня найдется. А он
уже в состоянии работать?
- Думаю, да.
- Как мне с ним связаться?
Крил дал Уонду номер телефона.
Крил никак не мог успокоиться. Он поручил своей служанке Марии
присматривать за Кейдом, и она только что сообщила, что обед, доставленный в
комнату Кейда, остался почти нетронутым, зато мальчишка-посыльный принес туда
три бутылки текилы.
На следующее утро, прихватив как предлог утренние газеты, Крил постучался в
комнату Кейда.
Ответа не было. Он постучался снова.
- Кто там? - донесся, наконец, раздраженный голос Кейда.
- Я принес газеты, сеньор.
- Я не просил газет! Оставьте меня в покое!
- Может, вам чего-нибудь нужно? Сигарет?
- Да оставьте меня в покое, в конце концов!
Крил пожал плечами - все было бесполезно. Днем он съездил в дом Кейда и
забрал почту. Вернувшись, снова постучал в дверь к Кейду.
- Сеньор, тут почта для вас.
Дверь через некоторое время отворилась. Кейд успел снять с головы бинты. Он
был небрит и сильно пьян, но волосы на голове начали уже отрастать. Он глядел на
Крила стеклянными глазами.
- Давайте!
Вырвал корреспонденцию из рук Крила и принялся лихорадочно перебирать. Крил
с грустью наблюдал за ним. Кейд явно рассчитывал получить письмо от Хуаны.
- Все. А теперь - уходите! - и Кейд захлопнул дверь перед самым носом
Крила.
Усевшись на кровать, он принялся быстро один за другим вскрывать конверты.
Беглого взгляда было достаточно, чтобы увидеть - пришли новые счета. Было тут и
письмо от страховой компании, в котором подтверждалось, что Хуана получила три
тысячи долларов в качестве компенсации за "сандерберд". От клуба "Динер" пришел
счет на семьсот долларов.
Кейд бросил бумаги на пол и, покачиваясь, прошел к столу, где стояла непочатая
бутылка текилы.
Он знал, что катится под откос, но ему было наплевать. Только он поднес стакан к
губам, как зазвонил телефон. Рука дрогнула, текила расплескалась. Немного
поколебавшись, Кейд поставил стакан на пол и поднял трубку.
Звонил Сэм Уонд.
- Как дела, Вэл? - загудел Уонд в трубку. - Ты в форме для срочной работы?
Кейд закрыл глаза. Голова кружилась, его подташнивало.
- Эй, Вэл! Ты меня слышишь?
Он с усилием ответил:
- Привет, Сэм. Со мной все в порядке. Слушай... тут мне кучу счетов
наприсылали. Утряси это дело, а? Акции продай или еще чего... Мне надо
расплатиться с этими чертовыми долгами. Усек?
- Ладно. Перешли счета мне. Но у меня для тебя есть работа. Ты уверен, что ты в
хорошей форме?
- Сколько раз тебе повторять? В самой что ни на есть лучшей. Что за работа?
- Завтра в Мехико прибывает генерал де Голль. Французы заказали
эксклюзивный фоторепортаж. Хороший заказ, Вэл. Мне пришлось поработать
локтями и кулаками, чтобы вырвать его для тебя. Дело крупное: "Пари-Матч", "Жур де
Франс"... Сделаешь все как следует - и о долгах не беспокойся. Адольфо все
организует. Только снимай.
Кейд вытер пот с лица. От выпитого снова начала болеть голова.
- Все понял... сделаю, Сэм, - сказал он. - Спасибо тебе.
Он положил трубку.
...Это был первый прокол в карьере Кейда. Полный провал. Крил-то все прекрасно
организовал - добыл пропуск и разрешение на эксклюзив с генералом де Голлем,
заранее провел Кейда во дворец. Все хорошо, кроме того, что Кейд был пьян, как
свинья. Он не смог даже самостоятельно проявить пленки и отпечатать снимки. Это
дело поручили Ольмеде. И пока Ольмеда возился в лаборатории, Крил и начавший
трезветь Кейд молча ожидали результатов, и обоими медленно, но верно завладевало
тягостное предчувствие беды. Когда Ольмедо вышел, наконец, из лаборатории с еще
мокрыми отпечатками в руках, у Кейда внутри что-то оборвалось при одном только
взгляде на его лицо.
- В чем дело?
- Сам не знаю. Ничего не понимаю, - растерянно сказал Ольмедо. - Ни одного
четкого кадра, никакой резкости. Все не в фокусе. Может, что-то случилось с
камерой?
Кейд прекрасно знал, что дело не в аппаратуре, но для Уонда это, пожалуй, будет
подходящим оправданием.
- Ты это серьезно?! - заорал в трубку Уонд, узнав о случившемся. - Что ты,
черт возьми, несешь?! Мне нет дела до твоих неполадок, это твоя забота - проверять
свою распроклятую аппаратуру. Что с тобой происходит? И что я должен говорить
людям из "Пари-Матч"? Ты что, хочешь сказать, что не сделал ни одного - ни
одного! - снимка для меня?!
- Сэм, раз в жизни с каждым может произойти накладка, - изворачивался Кейд.
- Автоматическая наводка не сработала. Такого у меня еще не случалось. Мне так
неприятно...
- Ах тебе неприятно!.. Так послушай, что я тебе скажу! Ты подставил меня с
французами, и там мне теперь уже ничего не светит. Эти парни извинений не
принимают. И оправданий тоже! Иуда! Кейд... как ты мог подложить мне такую
свинью?
- Заткнись, ради бога! - заорал Кейд. - Такое с каждым может случиться.
Забудем это. Найди мне что-нибудь еще! Мне нужны деньги! Я полностью на мели.
Сейчас я живу за счет Крила. Найди мне что-нибудь! Ты слышишь?
- Еще одна такая лажа - и никаких дел между нами не будет, - заявил Уонд. -
Тебе-то по фиг, а мне надо объясняться с этими людьми. Этот твой прокол мне дорого
обойдется!
- Не ной! - Кейд протянул руку к стакану с текилой, всегда стоявшему наготове,
и отпил. - Мне нужна работа!
- Я позвоню.
Уонд бросил на рычаг трубку.
Спустя два дня Уонд прислал отчет о состоянии дел Кейда. Счета были оплачены,
включая счет за пребывание в госпитале и лечение доктора Пинто. На это ушли все
сбережения Кейда, у него не оставалось больше ни одной акции. Кроме того, на
уплату счетов ушли потиражные за полгода. Сердце Кейда екнуло. Он понял, что за
душой у него - ни цента, что он должен Крилу семьсот долларов, а от Уонда, в счет
будущих потиражных, он получит лишь шестьсот пятьдесят.
Но Кейду уже было все безразлично. Он спивался. Когда его мозги не были
оглушены текилой, он немедленно начинал думать о Хуане, а от таких мыслей рука
сама тянулась к стакану.
Уонд предложил ему сделать репортаж о визите герцога Эдинбургского в Мексику
для "Лук Нау", нового, но уже набирающего популярность калифорнийского журнала.
Они предлагали шестьсот долларов за эксклюзив.
- А ничего лучшего найти не мог? - яростно кричал Кейд в трубку. - Вот
большая шишка - герцог Эдинбургский, черти бы его побрали! Неужели нет никакой
работы для синдиката?
- Есть, да только ее поручили Лукасу, - ответил Уонд. - Все уже наслышаны о
случае с де Голлем. Так что можешь винить лишь самого себя. Извини, Вэл, но или эта
работенка, или ничего. Она тебе по плечу, и если ты за нее берешься, то, бога ради,
сделай все же, чтобы у меня на руках оказались хорошие снимки.
- Они у тебя будут, - ответил Кейд.
Провести съемку стоило ему неимоверных умственных и физических усилий.
Половину времени он был пьян, остальную половину мечтал о выпивке. Проявлял и
печатал снова Ольмедо. Когда все было готово, он молча вручил Кейду пачку готовых
снимков. Он даже не потрудился взглянуть на них как следует. Он знал, что это самая
заурядная продукция, которую мог нащелкать репортеришка любой третьеразрядной
газетенки. Но, по крайней мере, с резкостью все было в порядке, и снимки можно
было отпечатать. Просто в этих фотографиях не было Кейда.
Уонд позвонил на следующий день. Кейд валялся в постели с неизбежным
стаканом текилы в руках. Он чувствовал, что звонит именно Уонд, и поднял трубку не
сразу. Он боялся услышать то, что скажет ему Сэм. Но, в конце концов, отставил
стакан и подошел к аппарату.
Он ждал от Уонда взрыва эмоций, но на этот раз Сэм был спокоен - то было
спокойствие судьи, зачитывающего смертный приговор.
- Слушай, Вэл, - сказал Уонд, - сдается мне, ты еще не вполне поправился для
работы. Та дрянь, что ты мне прислал, не годится для "Лук Нау". Такие снимки они
могли заказать любому халтурщику.
Кейда охватили одновременно и злость, и слабость.
- А что они рассчитывали получить за свои вшивые шесть сотен? - закричал он.
- Эти фотографии...
- Кончай, Вэл! Они заплатили за твою работу, но использовали снимки Лукаса.
Это, конечно, им дорого обошлось, но они должны думать о своей репутации. И я, как
агент, тоже. Я высылаю тебе эти шесть сотен. Больше от меня заданий не жди. Этих
денег тебе хватит на пару месяцев, если будешь расходовать аккуратно. Расслабься и
хорошенько отдохни. Когда ты по-настоящему будешь в форме, я подыщу тебе чтонибудь,
но сейчас, извини...
- Да провались ты! - завизжал Кейд и бросил трубку. Уличный шум из
открытого окна, монотонное завывание пылесоса Марии, внезапный рев заходящего
на посадку самолета - все терзало его нервы.
Что же делать? Кейд не мог поверить, что Уонд после стольких лет совместной
работы отказывается от него. Жирная скотина! Да кто он такой?! Кейд схватил стакан
и залпом осушил его. Неуверенно поднялся на ноги.
Ладно, Уонд не единственный агент на свете! Он ему покажет! Отныне ни одного
снимка от Кейда он не получит!
Вдруг что-то сломалось в Кейде. Он затрясся, упал на колени и спрятал лицо в
ладонях. Его тело сотрясалось в рыданиях безнадежного отчаянья.
Глава 5
Эд Бердик, спецкор "Нью-Йорк Сан", вошел в кабинет отдела новостей, прикрыл
за собой дверь и уселся на единственный свободный стул.
Генри Мейтисон положил на стол синий карандаш и подозрительно поглядел на
Эда. Бердик должен был находиться в Мексике. Мейтисон сам отправил его в эту
командировку, чтобы тот сделал серию статей о туризме. Ехал Бердик неохотно.
- Ты чего вернулся, Эд? Я тебе такого указания не давал.
Бердик широко и нагловато ухмыльнулся. Это был высокий худой блондин,
возраст которого приближался к четвертому десятку. Он считался одним из лучших
журналистов, которые когда-либо работали в "Нью-Йорк Сан", прекрасно сознавал это
и потому допускал некоторые вольности. Но газету, впрочем, никогда не подводил.
- Если волнуешься насчет этой туристической параши, то успокойся. Все готово,
а Барли продолжает копать тему. У меня есть идея поинтересней, Генри. Если к ней
серьезно отнестись, то "Сан" только выиграет. Ну и мы с тобой, конечно.
Мейтисон взял со стола пачку сигарет.
- Знаешь, кого я встретил в Мехико десять дней назад? - спросил Бердик,
вытащив сигарету из пачки Мейтисона, хотя у того и в мыслях не было его угощать.
- Не терпится узнать - аж трепещу весь. Ты что - телевикторину затеял?
- А встретил я Вэла Кейда, фоторепортера, вот кого, - ответил Бердик и, задрав
голову, свысока посматривал на шефа, оценивая произведенный его словами эффект.
Если заявление Бердика и произвело на Мейтисона какое-то впечатление, то на
лице Генри это никак не отразилось. Он невозмутимо закурил и выпустил дым в
сторону Бердика.
- И что?
- Ты не помнишь Кейда?
- Помню. Парень спутался с какой-то шлюхой, начал спиваться, запорол работу с
де Голлем, и его агенту это обошлось в кругленькую сумму. А теперь скажи, какое
нам дело до этого алкаша?
- А такое, что он величайший в мире фотограф, - сухо сказал Бердик.
- И ты приперся сюда из Мехико только для того, чтобы мне это сообщить?
Сенсационная новость! Только меня она не заинтересовала. Я повторяю вопрос:
почему ты вернулся, Эд?
- Потому что я хочу работать с Кейдом.
Мейтисон подался вперед и впился в него взглядом.
- Я что-то не дослышал, сынок. Ну-ка повтори...
- Я хочу работать в паре с Кейдом. Он и я, вдвоем, сможем изменить облик
"Сан". А, между нами говоря, "старушке" это вовсе не повредило бы.
- Чувствую, Кейд нашел в тебе идеального собутыльника.
- Генри, я говорю серьезно. Если я тебя не уломаю, то пойду в "Таймс". Там не
проскочу, потолкую с мужиками из "Трибьюн". Я уверен, что с Кейдом на пару мы
можем горы свернуть.
- Этот парень - алкоголик. Он спился. Не трать на него свое время. С чего ты
взял, что Кейд еще на что-то способен?
- А с чего ты взял, что не способен?
- Что я, алкоголиков не видел? Уж если человек спивается, то обратного хода не
бывает.
- Да не будь ты таким занудой! Мы ведь ничего не теряем, если уж на то пошло.
...Закладка в соц.сетях
