Жанр: Детектив
Зельда
... в одной постели.
- А что ты скажешь о Гарри Тайге?
- Гарри обвел меня вокруг пальца своим особым способом. Мне тогда так
хотелось добиться успеха на Бродвее, как ничего другого за всю свою жизнь. У
Гарри была роль, словно специально созданная для меня, как говорив он. Это,
а также то, что продюсером был он сам, могло обеспечить мне успех. Он убедил
меня выйти за него замуж и отдать ему пятьдесят тысяч долларов, которые он
никак не мог собрать. Спонсоры, по его словам, еще не верили в меня так, как
верил он. Думаю, ты уже знаешь, чем закончилась эта история. Постановка
бесславно умерла после пяти представлений, и сохранились только огромные
счета на общую сумму около десяти тысяч. Я должна была заплатить, потому что
Гарри снова был в запойном марафоне, который длился целый месяц. Вскоре
после этого мы развелись, он получил права на "Гарриет и охотник за
головами", она стала лучшей пьесой. Главная роль в ней предназначалась мне,
но милый Гарри отдал ее этой отвратительной суке, Фрэн Лурдон.
- Ты получила назад свои деньги?
- Ты шутник, дорогой? Но я храню запись его счетов, и их чтение
доставляет мне удовольствие до сих пор.
- Остался только Хосе Перес, - я шутливо отсалютовал, - сам Presidente!
- Он был таким романтичным, дорогой, - Зельда тихо вздрогнула, - такой
стройный, сильный, с чудесной бородой. Каждый раз, когда я проводила по ней
пальцами, я чувствовала, что глажу морского котика. Но его брат Рамон был
чрезвычайно неприятен, он вообще не замечал меня. - Она обиженно надула губы
при мысли, что существует мужчина, на которого не действуют ее чары.
- Мне кажется, ты не должна винить его за это слишком, - объявил я. - В
то время, когда вы с Хосе мирно жили в собственном дворце, происходило самое
большое сражение революции. Рамон пустил слух, что Хосе был ранен на
передовой, смело ведя в бой свою бригаду, и он не хотел, чтобы кто-то
рассказал правду.
- Я помню это очень хорошо, дорогой, - нежно проговорила она, - ты был
таким храбрым.
- Броган занервничал, когда ты не появлялась целую неделю, и позвонил на
студию, - вспомнил я. - Меня послали за тобой. Это не совсем совпадало с
планами Рамона. Он уже прикинул, что безопаснее сделать так, будто тебя
убили в перестрелке с контрреволюцией где-то на границе. Но когда я сообщил,
что слишком много людей точно знают о твоем местонахождении, в том числе и
на твоей киностудии, и они никогда не поверят в историю с засадой, он
страшно разозлился, так как понял, что я прав. Именно тогда он засадил меня
в ту камеру на три дня, а его охранники утром и вечером имели хорошую
разминку.
- Знаешь, что самое ужасное во всем этом, дорогой, - с напряжением
произнесла она, - это то, что Хосе знал, что собирался сделать со мной
Рамон, но не предпринял никакой попытки остановить его.
- Теперь ты расскажешь всему миру, где и как Presidente получил свою
медаль "Пурпурное сердце" , если
только он не заплатит? - выпалил я мрачно. - Да, за свой компромат ты
действительно заслужила высшую оценку, милая, даже с учетом того, что ты не
так хорошо котируешься в самом этом деле.
- Дорогой, - воскликнула она, часто моргая, - не понимаю, о чем это ты!
- Ты написала им всем, что собираешься снять фильм о своей жизни и их
тайны будут отчетливо фигурировать в нем. Затем, возможно, предложила
вложить им какую-то сумму денег в его производство, правильно?
- Точно, дорогой.
- Затем ты пригласила всех их обсудить это? - Я с удивлением покачал
головой. - Неужели ты не понимаешь, что сама пригласила их на убийство -
сама!
- Ах это. - Ее лицо прояснилось. - Конечно, я думала об этом, дорогой. Я
не так глупа, ты знаешь? Поэтому я была очень осторожна, когда писала
каждому из них, и включила в письма полное описание всех эпизодов, где
участвуют все пятеро. В этом случае никому нет пользы в моем убийстве, ты
понимаешь, дорогой? Ведь другие четверо знали бы его грязную тайну!
Я уставился на нее в невольном восхищении.
- Это было весьма проницательно, - произнес я наконец приглушенным
голосом. - Ты рассчитывала, что они не станут откровенничать друг с другом,
так как надеются, что их секреты будут сохраняться в тайне, пока они не
выплатят сполна. Исходя из твоего плана, они все должны были согласиться на
выплату определенных сумм. Но ведь могло случиться так, что кто-то из них
откажется, и тогда эта затея станет пустой тратой времени и денег.
- Я так рада, что ты понимаешь мою проблему, Рик, дорогой. - Она кивнула
мне почти радостно. - Милый Гарри был очень утомительным на совещании,
которое мы провели после ужина, и сказал, что не заплатит ни цента. И
конечно, он был отвратительнее, чем когда-либо.
- А если Гарри не заплатит, то и никто другой не будет платить, -
проворчал я.
- Ты прав! - объявила Зельда с энтузиазмом ведущей популярной
телевикторины. - Все остальные хотят заплатить, дорогой, и у меня
разрывалось сердце, когда я наблюдала, как они спорили и уговаривали его, -
но упрямый Гарри не сдался ни на дюйм. Он повторял нам свою сумасбродную
историю, как в один прекрасный понедельник станет миллионером и ни черта не
даст за то, что я смогу повредить его репутации. Он теперь полностью
разрывает с Бродвеем, и ему наплевать, что люди узнают о миллионере, это ему
не повредит.
- Милая, - тихо произнес я, - у тебя действительно большая проблема. И
все же это - превосходная идея.
- Да, это так, дорогой! - Зельда встала со стула, прошла к кровати, где
сидел я, и мягко скользнула на мое колено. - Ты такой умный, дорогой, -
нежно промурлыкала она, - и такой опытный в разрешении всяких неприятных
ситуаций вроде этой. Знаю, ты первый, к кому обращаются все студии, когда у
них возникают проблемы, требующие твердого, но деликатного решения. Вспомни,
каким ты был умным и храбрым, вызволив меня тогда из страны Хосе! - Она
положила обе руки мне на плечи и подвинула свое тело ближе, так что я мог
чувствовать тяжесть ее круглых грудей на своей груди. - Прошу тебя, дорогой,
- прошептала она, - помоги мне в моей новой беде.
- Гарри действительно не обманывал насчет своей сделки. Она сделает его
миллионером в ближайший понедельник, - ответил я. - Ничто не заставит его
изменить свое решение.
- У меня было неприятное чувство, что он убежден в каждом слове, которое
произносит, - согласилась она. - Это ужасная проблема, не так ли, дорогой? -
Ее губы внезапно прижались к моим в неистовом порыве страсти, который
встретил немедленный ответ. Мы сидели крепко обнявшись, как мне показалось,
очень долго, затем Зельда немного ослабила наши объятия, отодвинув свое лицо
на несколько дюймов от моего.
- Здесь может быть только одно решение, Рик, дорогой, - хрипло прошептала
она, - но ты намного хитрее такой разини, как я, ведь верно?
- Единственно возможным решением данной проблемы была бы внезапная смерть
Гарри Тайга в этот уикэнд, - заявил я. - Ты так считаешь?
- Я так рада, что мы сошлись во мнениях, дорогой, - тепло ответила она и
высвободилась из моих объятий.
Шелк и тесьма быстро прошуршали скрипящим звуком, и вот уже знаменитое
тело Зельды Роксан оказалось обнаженным передо мной во всем своем немыслимом
совершенстве. Она глубоко вздохнула, и ее затвердевшие как кораллы соски
приглашающе поднялись.
- Дорогой, - вздохнула она, - я так люблю мужчин действия!
Глава 5
В гостиной никого не было, за исключением Ли Брогана, который развалился
в кресле с рюмкой в руке. Я прошел к бару и устало налил себе в бокал.
Наручные часы показывали половину первого ночи - прошел всего лишь час, как
я покинул библиотеку вместе с Зельдой. Целая вечность безумия и ликования,
спрессованная в эти шестьдесят минут, все еще казались мне невозможной.
- Вижу по твоим глазам, что ты немного переутомился, героическая вошь, -
заплетающимся языком пробормотал Броган. - Ты и Зельда разрешили проблему
Тайга? Это наверняка отняло у вас чертовски много времени!
- Знаю, что твое сердце просто переполнено невостребованной любовью,
приятель, - спокойно ответил я. - Но не думаю, что смогу сдержаться, если ты
снова начнешь расплескивать ее по ковру.
- Очень смешно, прохиндей, - возразил он сдавленным голосом. Его лицо
исказилось от едва сдерживаемой ярости. - Ты, должно быть, представился
большим обольстителем там, в Южной Америке, Холман.
- Зельде нравятся мужчины действия, вот и все. - Я улыбнулся ему с видом
снисходительного превосходства. Беда заключалась в том, что Броган был таким
человеком, которого невозможно заставить сдаться, когда он уже внизу. С
усилием я попробовал переменить тему:
- Где все? Ночь еще такая юная, как говорят на Беверли-Хиллз.
- На мой взгляд, никто не был настроен на вечеринку, - перебил он. - Так
что все ушли спать.
- Кроме тебя? - Я облокотился на стойку бара и отпил глоток бурбона. -
Весь этот маленький шантаж был твоей идеей, приятель, или Зельды?
- Конечно ее. - Он безучастно взглянул на меня. - Разве мог я, черт
возьми, даже представить что-либо подобное.
- Она, возможно, доверяла тебе чертовски много, раскрыв все их грязные
тайны.
- О! Конечно! - Броган горько рассмеялся. - Она доверяет мне как брату,
все правильно, в этом, черт возьми, кроются все ошибки.
- О'кей, - воскликнул я поспешно. - Это мы уже проходили. Мне было просто
любопытно, вот и все.
- Как ты собираешься уговорить Гарри Тайга, гений? - спросил он злорадно.
- Хотелось бы мне знать.
- Существует только один способ справиться с Гарри, и тогда шантаж
Зельды, возможно, сработает, - заявил я.
- - Отлично, гений, - усмехнулся он. - Ну-ка продиктуй его мне.
- Ты не настолько глуп, старик, как кажешься, - возразил я. - Ты можешь и
сам догадаться. - Я допил свой бокал и медленно направился к двери, ведущей
в зал.
- Эй, подожди минутку, - окликнул меня Броган изумленным голосом, - ты
имеешь в виду, что намерен...
- Я не сказал тебе, что намерен что-то делать, - резко оборвал я его, - а
только предположил, что существует только один способ укротить Тайга.
- Но ты не станешь...
- А кто станет?
Я подошел к выходу и, шагнув в коридор, продолжил путь в свою комнату.
Оказавшись там, я подошел к дверям, ведущим на маленький балкон, открыл их и
вышел подышать свежим воздухом залитой лунным светом прекрасной ночи.
Наверное, минут через десять я услышал осторожный стук в дверь и уже через
несколько мгновений испытал счастливое ожидание, вообразив, что это должна
быть Зельда. Открыв дверь, я обнаружил за ней Нину Фарсон с беспокойной
улыбкой на лице.
- Рик, - произнесла она своим прекрасно поставленным голосом. - Мне нужно
поговорить с вами. Позвольте мне войти.
- Будьте моей гостьей, - искренне удивился я. Она быстро прошла мимо меня
на середину комнаты и повернулась ко мне лицом. Длинная, до колен нейлоновая
ночная рубашка и такой же пеньюар были достаточно прозрачными, чтобы можно
было разглядеть ее маленькие острые груди, длинные стройные ноги и нежный
незащищенный изгиб живота. Ее огромные глаза были скорее зелеными, чем
карими, и смотрели - на меня неуверенно, славно искали моего одобрения.
- Я была не совсем приветливой, когда мы встретились на террасе сегодня
днем, не так ли?
- У вас были на то причины, Нина, - правдиво успокоил я ее. - Тот случай
в Мексике не был рассчитан на то, что у вас останутся приятные воспоминания
обо мне.
- И это ставит меня теперь в затруднительное положение. - Она нервно
засмеялась. - Видите ли, Рик, я пришла просить вас о помощи.
- А, - воскликнул я, поскольку не знал, что еще сказать.
- Ладно, я... - Она оглядела комнату. - Может быть, выйдем на балкон,
такая чудесная ночь!
- Конечно. - Я последовал за ней на лунный свет, который своим ласкающим
отблеском смягчил выступающие кости ее лица.
- Зачем вы здесь, только откровенно? - резко спросила она.
- Зельда попросила меня приехать, чтобы подстраховать ее, если кто-нибудь
из гостей забуянит.
- Вас не было на этом совещании в библиотеке, - добавила она скорее для
себя, чем для меня. - Вы знаете, что действительно происходит в этом доме,
Рик?
- Узнал всю историю приблизительно час назад, - откровенно признался я.
- Вы услышали всю грязную ложь, которую Зельда рассказала обо мне. - В ее
голосе отчетливо прозвучали хриплые нотки.
- Нет, только то, что вы сдавали ее нескольким своим друзьям, с которыми
вам хотелось работать и дальше, - успокоил я ее. - Да, я услышал об этом.
- В этом нет ни слова правды, Рик. Вы должны поверить мне, - произнесла
она трагически, - только такая, как Зельда, могла выдумать эту грязную и
жуткую историю.
- Почему же тогда это вас беспокоит?
- Я не могу допустить такой огласки, и Зельда знает об этом. - Она
беспомощно покачала головой. - Если пресса разнюхает об этой истории, я буду
раздав лена. Ни киностудия, ни зрители не простят этого. Разве вы не знаете,
что для них все равно - правдива эта история или нет. Пока газетчики и
журналисты разберутся в этом, они убедят всех, что это - чистейшая правда.
- Понимаю, куда вы клоните, - проворчал я, - но не вижу, что конкретно
нужно предпринять.
- Зельда говорит, что вела дневник все время, пока жила у меня, - быстро
пояснила Нина. - Вы знали об этом?
- Нет, - покачал я головой.
- Зельда никому никогда по-настоящему не доверяет, - грустно проговорила
она. - Но этот дневник - ее главный козырь, возможно, Зельда переняла методы
фон Альсбурга? Этот фальшивый дневник заставит людей поверить, что она
рассказала правду.
- Но если он фальшивый и она выдумала все имена, время и место действия,
- возразил я, - вам не составит труда разнести ее выдумки в клочья. А что,
мужчины причастны к этому? Они ведь могут предъявить иск за клевету и все
остальное?
- Имена, время и место действия - это все верно, в этом Зельда оказалась
умнее. - Она покачала головой. - Зельда впервые появилась в Голливуде после
развода с фон Альсбургом. Ей не повезло с квартирой. Я пожалела ее и
позволила пожить у меня, пока она не встанет на ноги. И даже отдала ей
кое-что из своей одежды. Но этого было недостаточно Зельде Роксан. Ей нужны
был деньги - очень нужны! А как еще она могла добыть их, Рик?
- Вы пытаетесь доказать мне, что она сама выбрала профессию девушки по
вызову? - спросил я удивленным голосом. - Все те фамилии, даты и место
действия, о которых вы говорите, в действительности были любовными
свиданиями и она их сама устраивала?
- А что же еще? - утомленно воскликнула Нина. - Я долгое время не
догадывалась об этом, считая, что она пропадает на вечеринках и свиданиях
почти все вечера. Совершенно случайно узнала правду, когда какой-то мужчина
позвонил и, не удосужившись убедиться, что на другом конце провода Зельда,
назначил время, место, цену и повесил трубку, прежде чем я смогла возразить
ему. Я выбросила Зельду из своего дома на следующее утро, и это была сцена,
которую не осмелились бы показать даже во французском кино.
- Давайте вернемся к нашей первоначальной проблеме, - предложил я. - Даже
если это правда и Зельда действовала как девушка по вызову, вам это все
равно нужно доказать.
- Конечно, вы правы, Рик, - перебила она меня нетерпеливо. - Но если я
смогу завладеть этим дневником, она не сможет больше шантажировать меня, не
так ли?
- Возможно, - усомнился я.
- Вот для чего мне нужна ваша помощь, Рик. - Она подвинулась ко мне
поближе, и ее огромные глаза засветились надеждой. - Если бы вы достали этот
дневник для меня, я заплатила бы, скажем, десять тысяч наличными.
- Сожалею, Нина, - взорвался я, - но я вам не слуга.
- Ладно. - Она посмотрела на меня недоверчиво. - Я дам вам пятнадцать
тысяч, но это мой абсолютный предел, Рик.
- Бесполезно, - повторил я, - все равно вам не нужно так беспокоиться.
Как я понял, Гарри Тайг не согласился с остальными и платить не будет. А
если так, то нет нужды платить и остальным, поскольку вместо Зельды
потенциальной угрозой станет Гарри.
- Не будьте так чертовски самодовольны, - холодно перебила она. - Меня не
беспокоит Гарри - кто-нибудь заставит его передумать, если в доме находятся
такие мужчины, как Рамон Перес и фон Альсбург. Мне нужен дневник, и я не
хочу доставлять удовольствие Зельде выгрести мои денежки за него.
- Так почему вы сами не поищете его? - раздраженно заявил я. - Нина, мне
трудно найти другие способы сказать вам "нет".
- Ладно. - Она сердито отвернулась от меня и направилась в глубь комнаты
решительной походкой, которая сразу же потеряла все свои соблазнительные
намеки. Внезапно она остановилась посреди комнаты и взглянула на меня
презрительно, тело ее стало негнущимся. Нейлоновые платье и ночная рубашка
выглядели так, словно были шестой и седьмой вуалью, не сброшенной по
выразительному приказу султана, которому хотелось видеть своих обнаженных
жен в небольшой дымке.
- Вы дурак, Холман, - свирепо крикнула она. - Бьюсь об заклад, вы
собираетесь отхватить жирный кусок у Зельды за ее дешевый шантаж, но я скажу
вам прямо сейчас, что вы не получите ни пенни, вы слышите меня?
- Слышу, слышу вас, Нина, - вежливо признался я, - но это ничего не
значит. - Я нарочно уставился на ее острые груди, упершиеся в прозрачный
нейлон. - Также и вижу вас, Нина, но это значит еще меньше.
Алая краска залила ее щеки, и в глазах у нее заблестели злобные
зеленоватые искорки. Все тело Нины внезапно затрепетало, словно ее ударили.
- Вы - сукин сын, - медленно проговорила она с великой страстью. - Вы -
грязный сукин сын. - Затем она выскочила из комнаты с высоко поднятой
головой, хлопнув за собой дверью.
Я решил, что она, возможно, изменила строчки сценария, сделав их
пригодными для своей цели. Но такой уход безусловно был в одном из ее
фильмов. Изящество всегда было слабым местом Нины - я вспомнил, как она вела
себя там, в Акапулько. Она всегда была необузданной.
В ее гриме было много безвкусицы, и под ним скрывался опасный налет
злобы. И это никто не мог недооценивать, включая Зельду. Стало заманчиво
выяснить, кто из них рассказывает правду о "замечательных" делах Зельды,
когда она жила в доме Нины. Я вытащил кресло, стоявшее возле комода, на
балкон и сел в него. Ветер немного усилился, повеяло свежестью и прохладой.
Уже позднее, намного позднее, я услышал шум внутри дома, но он длился совсем
недолго, так что я не был уверен, почудился он мне или нет. Затем тишину
потряс пронзительный крик, включенный на полную громкость, вернее,
беспрерывный вопль, в котором звучал дикий ужас и который испугал меня.
Ноги среагировали быстрее головы и вынесли меня из комнаты вниз по
коридору к источнику этого непрекращающегося нервирующего звука, который уже
давил на мою психику. Дверь была широко распахнута, и я ворвался в комнату,
ожидая обнаружить там Бог знает какое варварство - все, что угодно, но
только не то, что открылось передо мной. Зельда стояла в центре толстого
ковра, обе ноги глубоко утопали в роскошном ворсе, голова была закинута
назад, и жилы под кожей шеи натянуты как струны.
- Зельда! - грубо заорал я. - В чем дело? Она не подала никаких знаков,
что услышала меня, и ее крик все еще разрывал мои барабанные перепонки своей
пронзительной силой. Это было похоже на настоящий тяжелый приступ истерики,
против которого было только одно быстрое и простое средство: я закрыл ей рот
рукой, несильно ударив ее. Шум резко оборвался, как будто кто-то перекрыл
вентиль одним ловким поворотом руки.
- Зельда, - вновь закричал я, - что, черт возьми, здесь происходит? - Ее
голова медленно качнулась вперед, затем глаза открылись и уставились на меня
с туманной отрешенностью. Она раскрыла и закрыла рот, но не произнесла ни
единого слова. - Успокойся, милая, - стал утешать я ее. - С тобой все в
порядке, попробуй немного расслабиться, никто не обидит тебя.
- Рик? - Ее губы скорее обозначили это слово, чем произнесли его.
- Конечно, это Рик, милая, - как можно мягче произнес я. - Тебе приснился
кошмар, да?
Она неистово замотала головой, затем подняла руку и указала куда-то
вдаль. Снова раскрыла рот, и на этот раз слова прозвучали с шипящим свистом:
- Там, на кровати!
Я медленно повернул голову, внезапно сообразив, что это была не ее
комната. Мой взгляд медленно обвел комод, столик с зеркалом, богатые шторы,
задернутые на окне, затем задержался на бутылке, валяющейся на полу.
Каждая подробность отпечатывалась с кристальной ясностью в голове, словно
в замедленном кино. Да, это была бутылочка скотча, хорошей марки и
нераспечатанная, - казалось, что ее вытащили из сырой грязной травы. Затем с
особым чувством внутреннего сопротивления я поднял глаза и посмотрел на саму
кровать. Гарри Тайг раскинулся на кровати лицом вниз, и снежная белизна
подушки была пропитана блестящей розовой сыростью. Меня передернуло от
приступа тошноты, когда я постепенно осознал эту деталь.
Я ошибся в одной важнейшей подробности: бутылка эта не была в мокрой
траве. То, что пристало к ней, - это была смесь крови, мозгов и волос.
Кто-то превратил затылок Тайга в кровавое месиво.
Мои руки потянулись за сигаретой, каким-то образом вытащили одну спичку и
зажгли ее. Затем я снова обернулся к Зельде, поскольку в коридоре
послышались чьи-то, тяжелые шаги.
Секунду спустя Нина Фарсон ворвалась в комнату, за ней фон Альсбург и
полковник Валеро, позднее пришли Рамон Перес, Рекс Куртни и Ли Броган -
комната неожиданно заполнилась людьми. Все стояли в оцепенении, уставившись
на труп.
- О Боже! - наконец произнесла Нина тонким голосом. - Она убила его.
Постояв немного, мы перешли в гостиную...
- Возьми выпей это. - Я сунул стакан в руку Зельды, и она поблагодарила
меня робкой улыбкой.
- Не забуду этого никогда в жизни, никогда, - воскликнула Нина дрожащим
голосом. - Как он лежал поперек кровати в крови и...
- Пожалуйста, - вскричал Куртни жестким голосом, - заткнитесь вы наконец!
Зельда села в кресло рядом с баром, и мы столпились вокруг нее тесным
полукругом. Я посмотрел на каждого поочередно. Нина все еще была прозрачной
в своих нейлоновых ночной рубашке и пеньюаре, в которых она приходила ко
мне. Ли Броган - в традиционной легкой пижаме, Рекс Куртни - в черной
шелковой пижаме со своими инициалами, вышитыми белыми нитками на кармане.
Это были двое мужчин, которые, очевидно, спали. Перес, Валеро и фон Альсберг
были полностью одеты. Когда Зельда выпила, я взял у нее пустой стакан, и она
плотнее натянула свой шелковый халат вокруг тела, тщетно стараясь прикрыть
наготу.
- Расскажи нам, что произошло, милая, - тихо заговорил я.
- Вам не кажется, и так чертовски ясно, что произошло, старина, - оборвал
меня Куртни грубым нервным голосом. - Она накрыла беднягу Тайга этой
бутылкой скотча. Вы заметили, что она не распечатана? Думаю, в том, что
такой человек, как Тайг, был убит бутылкой прежде, чем он успел выпить из
нее, есть какая-то ирония судьбы, не так ли?
Броган уставился на него покрасневшими глазами.
- Почему бы вам не прикусить свой дурацкий язык, - прорычал он
воинственно.
Куртни взглянул на него с ледяной отчужденностью, затем расслабился и
легко пожал плечами, его голос прозвучал твердо и убежденно:
- Надеюсь, я сказал то, что для всех нас является фактом.
Зельда взглянула на полукруг лиц, напряженно следивших за ней, и глаза ее
немного расширились.
- Вы все считаете, что это я убила Гарри? - обратилась она ко всем
одновременно.
- Пожалуйста, не делай этих больших глаз, - ехидно проговорила Нина. -
Это у тебя не очень получается после стольких лет, дорогая. Боюсь, что
уголки немного узковаты.
- Но он был уже мертв, - когда я вошла туда, - пробормотала Зельда едва
слышно, - я решила, что, возможно, смогу уговорить его изменить свою точку
зрения и присоединиться к...
- А нам не нужно объяснять, как ты спланировала это, - презрительно
оборвала ее Нина, глядя вниз на обнаженные стройные ноги Роксан.
- Он не ответил, когда я постучал в дверь. - Зельда отчаянно потянула
халат, пытаясь прикрыть бедра. - Я подумала, что, возможно, он спит или
пьян. Дверь была не заперта, я вошла и увидела... - Она конвульсивно
передернулась от слишком свежих воспоминаний того, что обнаружила.
- Это не лишено смысла, - поддержал я ее. - Стала бы Зельда надрываться и
кричать сразу после того, как убила его?
- Возможно, вы правы, Холман, - вставил фон Альсбург. Он стоял прямо под
люстрой, и его лысина сияла, как путеводная звезда. - Не вижу логики, чтобы
убийца объявил о своем присутствии на месте преступления сразу после того,
как совершил его.
- Мы не можем позволить себе тратить время на вашу буржуазную логику, -
грубо набросился на него Рамон Перес. - Предстоит сделать еще слишком много.
- Я не закончил, - резко возразил фон Альсбург. - Если мы согласимся, что
имеются достаточные основания не считать Зельду убийцей, то возникает другой
вопрос - кто это сделал?
- Думаю, что полиция разберется, - ответил я. - Мы должны позвонить туда
прежде всего. Сейчас я это сделаю.
- Нет, - решительно возразил Рамон, - не надо полиции.
- Вы сошли с ума! - раздраженно воскликнул я. - Произошло убийство,
Перес.
- Вполне отдаю себе в этом отчет, - ответил он твердо, - но не надо
полиции.
- Вы сошли с ума, это точно, - безнадежно добавил я и по
...Закладка в соц.сетях
