Жанр: Детектив
Убийство в закрытом клубе
... и ваше внимание задержу ненадолго, -
продолжил он. - То, что я скажу, касается не всех, а только очень узкого
круга лиц, а тех, кого не касается, я прошу набраться терпения и все, что
они услышат, воспринять как каприз эксцентричного султана. - Стентон
медленно обвел взглядом лица стоявших перед ним гостей и стал серьезным. - Я
знаю, кто писал мне письма с угрозой расправы, и могу это доказать.
Безусловно, это сугубо личный вопрос между мной и тем, кто их писал. Поэтому
я считаю необходимым переговорить с ним с глазу на глаз. Сейчас я пройду в
комнату, ее дверь - по лестнице вверх, и пробуду в ней двадцать минут. Через
несколько секунд после того, как сойду с этого возвышения, свет во всем доме
будет погашен и только через двадцать минут вспыхнет вновь. - Он медленно
провел глазами по толпе. - Если тот, кто собрался меня убить, не пройдет ко
мне в комнату, то мне не останется ничего другого, как отдать его в руки
полиции. Со всеми вытекающими для него последствиями! Это - все, дамы и
господа! Благодарю за внимание. И если вы за те двадцать минут, пока будет
отключен свет, найдете себе достойное развлечение, я только порадуюсь!
Люди в толпе засмеялись и неистово зааплодировали Стентону, а когда он
спустился с возвышения, расступились, пропуская его к лестнице. Оказавшись
всего в десяти футах от меня, Стентон бросил в мою сторону короткий
вопрошающий взгляд. В ответ я быстро ему кивнул, давая понять, что со мной
все в порядке и я готов действовать.
Затем он исчез в дверном проеме, ведущем в вестибюль.
Гости стали возбужденно обсуждать услышанное, и шум в гостиной вновь
достиг своего прежнего уровня. Я начал было перемещаться по направлению к
двери, как вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд и встал как вкопанный.
- Извините! - услышал я и, повернув голову, увидел смотревшую на меня
блондинку с кукольным личиком и осиной талией в черном шелковом чонсаме
<Чонсам - платье с разрезами по бокам и воротником-стойкой.>.
- Пожалуйста, - бросил я.
Она поджала свои красновато-вишневые губы.
- Вы стоите на моих трусиках! - неожиданно выпалила женщина.
- На ваших?.. - изумился я и, медленно опустив голову, посмотрел себе под
ноги. Одной ногой я действительно стоял на черных кружевных трусиках. -
Простите! Я нагнулся и, вытащив их из-под своей ноги, протянул блондинке.
- Спасибо, - холодно поблагодарила она. - Понимаете, я изобразила
виргинский твист и... - В этот момент женщина заметила, что у меня от
удивления глаза вылезли из орбит, и пояснила:
- Танец такой - твист с Виргинских островов! Я совсем забыла про слабую
резинку на трусиках, вот она и не выдержала.
- Не выдержала что? - просипел я.
- Еще раз спасибо, - на этот раз более мягким голосом поблагодарила
блондинка. - Мне бы очень не хотелось их потерять. Тем более что с минуты на
минуту должны отключить свет и... - Тут ее лицо болезненно искривилось. - Я
хотела сказать, что, когда снова вспыхнет свет, кто знает, где могут
оказаться... - пояснила она и, на несколько секунд сжав плотно веки,
продолжила:
- То есть я имела в виду, как почувствует себя женщина, оказавшись в
полной темноте без своих... А! Да пропади они пропадом!
Едва я успел подумать, что не имею права терять время на раздумья о
блондинке с кукольным личиком и ее проблемами, как погас свет и весь дом
погрузился в кромешную тьму. Твердо помня, в каком направлении мне следовало
идти, я двинулся вперед, выставив перед собой обе руки. Сделав пару шагов, я
уткнулся руками во что-то твердое и в то же время упругое.
От неожиданного резкого визга у меня чуть не лопнули барабанные
перепонки.
- Ах ты хам! - тотчас последовал крик, из чего я понял, что кричала
блондинка. - Я даже не успела их надеть!
Сделав шаг в сторону, я продолжил свой путь, пока руками не коснулся
правого косяка двери. Через пару секунд я больно ударился голенью о первую
ступеньку лестницы и грязно выругался. Нащупав ее ногой, я стал подниматься
по лестнице. Едва ступив на десятую ступеньку, я вдруг почувствовал, что
весь второй этаж дома Стентона разом обрушился на мою голову.
Глава 8
Очнувшись, я обнаружил, что лежу на полу в кромешной темноте. Голова
нестерпимо болела и ничего не соображала. Собрав всю волю, я попытался
заставить свой мозг работать. "Думай же! - твердил я себе. - Для чего у тебя
мозги, как не для этого?"
Мало-помалу ощущение реальности стало возвращаться ко мне. Сильно болела
голова - почему? Должно быть, со мной произошел несчастный случай. А что же
еще? Если я пришел в сознание, то почему вокруг так темно? Внутренний голос
подсказал: проверь, открыл ли ты глаза. Прошло, как мне показалось, целое
столетие, прежде чем я дрожащими пальцами дотронулся до своих век, и самые
худшие опасения тотчас подтвердились - глаза мои были открыты! Оставалось
думать последнее - произошло землетрясение, и я ослеп.
Меня словно приподняло, когда неожиданно прогремели два громких
раскатистых звука, последовавших один за другим. Я еще не успел испугаться,
как перед моими глазами вспыхнул яркий, ослепляющий свет.
"Может, это у меня в голове? - подумал я, плотно сжав веки. - Скорее
всего, кто-то ударил меня, когда я пробирался в комнату Стентона, а эти два
громких звука не что иное, как выстрелы", - решил я.
Став на колени и ухватившись за перила, я поднялся. Невнятно бормотавший
проклятия голос, сопровождавший каждый мой шаг, оказался моим. "Пока я лежал
здесь на лестнице в полной прострации, моего клиента успели убить", -
подумалось мне.
Дверь в комнату Стентона была прикрыта, но не плотно, и я, надавив на нее
плечом, словно пьяный ввалился внутрь.
- Холман! - воскликнул Стентон. Мой клиент стоял посередине комнаты с
револьвером в руке, в глазах застыл ужас.
- Что с вами произошло, черт возьми? - испуганно спросил он.
- Кто-то на лестнице ударил меня по голове. Но это не важно! Что
случилось с вами?
Стентон молча показал рукой в угол комнаты, и я увидел на полу тело
мужчины. Убитый лежал лицом вниз, а выступавшая часть бюро наполовину
скрывала его.
Голова моя немного прошла - острую боль сменила ноющая, и я, теперь уже
почти не шатаясь, сделал несколько шагов и подошел к трупу. Осторожно
опустившись на колено, я взглянул в лицо убитого и остолбенел.
- Альберт? - произнес я, подняв на Стентона ошарашенные глаза.
- Понимаю ваше удивление, - отрывисто произнес он. - Такое может
привидеться только в страшном сне. - Картер сделал неудачную попытку
улыбнуться. - Успокойтесь, Холман, - пробормотал он. - Я и сам еще не успел
это толком переварить!
Поднявшись с колена, я подошел к нему:
- Что же произошло?
- Я кое-что предусмотрел, когда вы сегодня вечером покинули меня, -
холодно произнес он. - Гениальный человек все должен предвидеть. В моем
кабинете стояла антикварная спиртовая лампа, но я попросил Альберта принести
ее сюда. Потом проверил, заправлена ли она. Ведь свет выключен во всем доме,
в том числе и в этой комнате. Мне совсем не хотелось в ожидании убийцы
сидеть в темноте, даже под вашей охраной! - Я вытащил мятую пачку сигает, и
он тотчас взял одну. Сломав около дюжины спичек - так сильно дрожали наши
пальцы, нам наконец-то удалось закурить. - Спасибо за сигарету, -
поблагодарил Стентон. - Можно представить себе, как сгорал от любопытства
Альберт, наблюдая за мной. На какие ухищрения мне приходилось идти, чтобы
обмануть его! - Рот Картера скривился в самодовольной улыбке. - И что я
придумал! - продолжил он. - Надо было, чтобы кто-то внизу отключил основной
рубильник, но не раньше, чем я добрался бы до комнаты. Вы, пока не погаснет
свет, естественно, за мной последовать не могли. Так что выбор мой пал на
Альберта, и я посвятил его в свой план поимки человека, собиравшегося меня
убить. Рассказал все, до мельчайших подробностей. - Стентон замолк и
удивленно посмотрел на зажатый в руке револьвер, будто впервые его видел.
Неожиданно на его лице появилось отвращение. Затем он, разжав пальцы, уронил
револьвер на пол и тотчас тыльной стороной ладони прикрыл себе рот. - На чем
я остановился? - через несколько секунд спросил Картер. - Ах да! После моего
сентиментального обращения к гостям, как вы помните, я сразу же направился
сюда. Мне предстояло зажечь спиртовую лампу до того, как погаснет свет.
Сделав это, я удобно разместился в кресле и стал ждать вашего прихода.
Немного спустя за дверью послышался легкий шум, и тут в комнату вошел
Альберт. - Стентон удивленными глазами посмотрел на меня. - Боже! Какой у
него был вид! Я не узнал своего дворецкого! Такое впечатление, будто он со
своего лица сбросил маску. Войдя, Альберт плотно затворил за собой дверь,
как и полагается дворецкому, направил на меня револьвер и начал куражиться.
Он, этот мерзавец, стал благодарить меня за то, что я предоставил ему
прекрасную возможность спокойно расправиться со мной! Хвастался, что он
умнее меня. Минут пять дворецкий детально описывал план моего убийства, а
под конец я услышал от него все, что он думает обо мне и моих прародителях!
- Картер вновь приложил ладонь к губам. - Что я мог сделать в тот момент? -
продолжил он. - Я понял, что с вами что-то случилось, иначе вы уже
находились бы рядом со мной. Мне оставалось либо ждать, когда Альберт
проделает в моем животе дырку, либо броситься на него. Естественно, я выбрал
второе. - Он на секунду закрыл глаза. - Два коротких выстрела оказались
самыми счастливыми в моей жизни! Альберт совсем забыл о предосторожности! Я
мертвой хваткой вцепился ему в грудь и изо всех сил швырнул его. - Стентон
кивком указал на то место, где лежал труп. - Альберт упал, потом поднялся на
четвереньки, но револьвера из рук не выпустил. Я понял, что, сразу не
выстрелив в меня, он совершил вторую оплошность. Сделав резкий прыжок, я
завалил его на спину. Между нами завязалась борьба. Мне удалось обеими
руками сжать ему запястье. Револьвер выпал. Кончилось тем, что, схватив
оружие, я направил его на своего дворецкого и дважды нажал на спусковой
крючок. - Стентон тяжело вздохнул. - Я так испугался, Холман, так испугался!
Думаете, как на это отреагируют?
- Кто? Полицейские? - спросил я и покачал головой. - Если человек защитил
свою жизнь, то может ли он быть признан виновным?
Тут я понял, что не могу не задать ему вопрос, который за последние
десять минут созрел у меня в голове.
- Что-то странно, Стентон, - заметил я. - Почему до сего времени мы с
вами в этой комнате наедине? А где же гости?
- Неужели вы хотите оставить меня? - взвизгнул Стентон. - Это сейчас,
когда вы мне так нужны, дружище!
- Очнувшись на лестнице, я услышал два выстрела. Почему же никто внизу не
услышал их?
- Все очень просто! - воскликнул он и, подойдя к двери, широко распахнул
ее.
Снизу до меня донесся громкий шум гудевшей толпы. Как только Стентон
закрыл дверь, шум прекратился. Я на минуту представил, что случилось бы
здесь, если бы эта толпа разом ввалилась к нам в комнату.
- Не помню, чтобы, лежа на ступеньках, я слышал этот шум, - проворчал я.
- Вас же ударил Альберт. Помните? А придя в сознание, вы мучились всего
лишь одним вопросом: что произошло? А потом прогремели два выстрела. То, что
вы не обратили внимание на шум внизу, совсем не удивительно. Вы, можно
сказать, все это время пребывали как бы в шоке.
- Да, конечно! - согласился я и приложил пальцы к здоровенной шишке,
вздувшейся на моем темени.
- Что теперь будем делать? - поспешно спросил Стентон.
- Первым делом следует позвонить в полицию, и чем раньше, тем лучше, -
посоветовал я. - Но сначала я хотел бы узнать и остальное. К примеру, откуда
у Альберта револьвер. Вам это известно?
- Из ящика комода, который стоит в конце вестибюля, - с горечью произнес
он. - Оттуда он его и стащил!
- Тогда напрашивается вопрос: почему он собирался вас убить? Какая же
жирная кошка пробежала между вами, чтобы Альберт решился на убийство?
- Можно еще сигарету?
Я протянул ему пачку. Стентон извлек из нее сигарету, не спеша зажег
спичку, прикурил и с многозначительным видом выпустил клуб дыма, словно в
этот момент он участвовал в состязании курильщиков.
- Расскажу все по порядку, Холман, - медленно выговаривая слова, заверил
он. - А потом вы решите, о чем умолчать, когда придет полиция. Хорошо?
- Согласен. Только не скрывайте от меня того, до чего впоследствии
доберется полицейский сыщик.
- Конечно же, от вас я ничего не утаю! - почти выкрикнул Стентон. - Всему
виной Ширли Себастьян. Как уже говорилось, я выгнал ее за то, что она была
наркоманкой, но у ее брата на этот счет свое мнение. Единственно, в чем он
прав, так это то, что я действительно хотел с ней переспать. Когда я в
третий раз пригласил ее к себе на выходные, она рассмеялась мне прямо в
лицо. - Продолжая говорить, Стентон старался не смотреть мне в глаза. - Да
ладно, не в этом дело. Я - настоящий султан, имеющий собственный гарем,
девушки из которого просто не могли мне отказать. А эта Ширли к тому же
распустила язык, стала восстанавливать против меня остальных моих гурий,
вроде того, что "Да кто он такой? Да что этот мерзавец о себе думает?". Я не
стал ждать, когда девушки мои взбунтуются, и уволил ее. Вечером, перед тем
как ей погибнуть, Ширли сама сюда явилась. Гостей в доме не было - только я
и обслуга. Открыл ей дверь Альберт. Она вошла в дом и стала требовать, чтобы
я вышел к ней, потому как если я к ней не выйду, она сотрет меня в порошок.
Все свои угрозы она обильно заправляла матом. Альберту кое-как удалось
уговорить ее пройти в библиотеку. Затем он пришел ко мне и доложил, что меня
ждет разгневанная Ширли, либо пьяная, либо накачавшаяся наркотиков. Я
сказал, что не хочу с ней встречаться, и попросил дворецкого избавиться от
нее любым способом, лишь бы без шума. Теперь, если не возражаете, Холман,
расскажу немного об Альберте.
- Воля ваша, рассказчик вы, - кивнул я.
- Служить дворецким в обычном доме, где жизнь льется спокойно, без
каких-либо развлечений, - это одно, - задумчиво рассуждал Стентон, - а быть
на службе у меня, тем более для такого толкового и полного жизненных сил,
как Альберт, - совсем другое. У меня почти каждый выходной устраиваются
гулянки, полуголые красотки бегают по дому, голыми плещутся в бассейне. Они
такие желанные и доступные, но только не дворецкому. Джуди, служанка, пару
раз жаловалась мне на его домогания, но я не придал этому значения. Правда,
я впоследствии опросил всех девушек из своего гарема, и каждая подтвердила,
что мой дворецкий к ним приставал. Так что когда Ширли Себастьян заявилась,
чтобы устроить мне скандал, первым встретил ее в моем доме Альберт, который
с трудом сдерживал свою плоть. А я к тому же попросил его самому решить этот
скандальный вопрос с девушкой. Учтите, что к тому времени у меня уже
перебывало порядка тридцати из них, и каждая отказала ему. И вот появляется
та, которая еще ни разу не побывала в моей постели. Альберт знал, что я ее
выгнал, и, думаю, этот факт сыграл для него немаловажную роль...
- Я понимаю, к чему вы клоните, Стентон. - Меня раздражало его
словоблудие. - Что случилось дальше?
- Не перебивайте. Я рассказываю, как умею, - обиженно произнес он. - Так
вот, Альберт вошел в кабинет, где ждала Ширли, запер на ключ дверь и
накинулся на девушку. Она сопротивлялась как дикая кошка, рассказал мне
впоследствии дворецкий, и вдруг упала на пол. Когда ко мне вбежал
взволнованный Альберт и стал бессвязно что-то тараторить, я решил сам
проверить, что же произошло. Уже тридцать секунд спустя вместе с испуганным
дворецким я вошел в кабинет, где лежал полураздетый труп девушки. Если бы
этот трагический случай стал достоянием гласности, то на моей карьере
следовало бы ставить крест - закрылся бы журнал, мой клуб. Мне ничего не
оставалось, как помочь Альберту. Труп не мог оставаться в моем доме. Мы
завернули тело Ширли в пальто, которое забыла одна из моих гурий, перенесли
в автомобиль, а потом отвезли его на квартиру девушки. Лучшего места мы
придумать не могли. Я пережил настоящий кошмар, но, к счастью, нас никто не
заметил. Мы сняли с нее порванную одежду, и тут Альберт обратил внимание на
следы уколов на ее руках и ногах. Его тотчас осенила блестящая идея -
положить тело Ширли в ванну с теплой водой и перерезать ей вены, чтобы все
выглядело как самоубийство. В воде труп еще долго оставался бы теплым, и
точное время смерти установить никому бы не удалось. Тогда я решил, что,
если полиция будет спрашивать о причинах ее увольнения, я скажу, что застал
ее на работе, когда она вкалывала себе наркотик.
- А как вы узнали о ее подруге, Джинни Ко упек?
- От Альберта. Когда Ширли боролась с ним в кабинете, она кричала, что ее
подруге известно, куда она пошла, и что если с Ширли что-то случится, Джинни
все доложит полиции, - печально улыбнулся Стентон. - Вернулся я домой сильно
перепуганным, тотчас позвонил Мейеру и все ему рассказал. Я оказался в
безвыходном положении. Джин успокоил меня, пообещав, что проблему с Джинни
Коупек он решит сам.
- Так что, вас связывала с дворецким круговая порука? - спросил я. -
Зачем же ему потребовалось вас убивать?
- Альберт прекрасно знал, что творится вокруг меня, - недовольно
проворчал Стентон. - Он слышал, что Пит Себастьян винит меня в гибели сестры
и что я до смерти боюсь этого быка с трубой. А Мейер в это время уже начал
шантажировать меня этой Коупек, чтобы я за бесценок уступил ему свою
половину акций. Так что Альберт все время обмирал от ужаса, предвидя, что
будет, если я вдруг раскроюсь полиции. То есть расскажу, что он закрылся в
моем кабинете с девушкой, которую никогда до этого не видел, порвал на ней
одежду в попытке изнасиловать ее, а ее из-за этого хватил инфаркт. А потом,
будучи единственным свидетелем, опишу суду присяжных, как этот малый отвез
жертву к ней на квартиру и обставил все так, что убийство стало выглядеть
словно обычное самоубийство! Альберт не сомневался, что его ждет после этого
электрический стул и что я - единственный человек, который способен усадить
его на него. Он понимал, что из-за страха перед Себастьяном и Мейером я могу
в любое время расколоться. Поэтому дворецкий наконец решил не рисковать,
имея под боком такого свидетеля его преступления, как я. После этого он
начал подбрасывать мне письма с угрозами расправы. Он все отлично рассчитал,
чтобы выиграть время! Как он и предполагал, я, естественно, испугался. Мне
потребовалась помощь, а в полицию, по вполне понятным причинам, обратиться я
не мог и стал искать такого человека, как вы. Это вполне устраивало
Альберта, потому что он был бы последним из тех, на кого я указал бы вам как
на потенциального убийцу. Понятно, что вы или даже полиция, обратись я к
ней, конечно же стали бы искать виновного прежде всего среди тех, кого я вам
назвал. - Стентон краем глаза посмотрел на меня. - Как вы думаете, что из
всего этого я должен сообщить полиции?
- Это ваша головная боль, старина, - беспечно пожал я плечами. - Можете
рассказать все, если хотите. Такие грязные истории, как ваша, им не в
диковину.
- Не оставляйте меня, Холман! - взмолился Стентон. - Посоветуйте же
что-нибудь!
- Вам нужен хороший адвокат, дружище, - сочувственно произнес я. - Я
советую заявить полицейским, что вы застрелили Альберта в порядке
самообороны, и до прихода адвоката повесить на свой рот замок.
- Я сейчас же ему позвоню, - засуетился Картер. - Нет, здесь еще одно.
Мне надо сначала переговорить с Мейером. Вы бы не смогли попросить его
подняться ко мне? Пожалуйста. Стоит мне появиться внизу, как эти пьяные
любители дармовщины набросятся мне на шею, и мне уже тогда от них не
отбиться.
- Хорошо, я вызову Мейера, - согласился я. Когда я вернулся в гостиную,
гул людских голосов уже немного стих. Наконец зазвучала тихая, спокойная
мелодия. Одного взгляда на позы гостей, развалившихся на диванах и в
креслах, стоявших в комнате, было достаточно, чтобы понять, что музыкантам
ничего другого не оставалось, как перейти на лирику. Мейера я застал в том
же кресле и за тем же делом - он не отрываясь смотрел сквозь стеклянную
панель в бассейн за резвившимися в воде нимфами. Правда, на этот раз, как я
заметил, к ним присоединились два сатира.
- Джин, - окликнул я его.
Глянцевый череп Мейера медленно приподнялся, и два старческих глаза
потухшим взором уставились на меня.
- Добрый вечер, Холман, - словно выдохнув, произнес он. - Как я понял,
даже в моем возрасте здесь есть чему поучиться.
- Да, и не только этому, - согласился я. - Стентон хочет срочно вас
видеть. Он ждет вас наверху.
- Должно быть, он сильно перебрал, - покачал головой старик. - Если ему
надо, то пусть спустится ко мне, Холман.
- Если он здесь покажется, то ему и через полчаса до вас не добраться.
Джин, Стентон в жуткой панике. В его комнате труп, и, прежде чем заявлять в
полицию, ему необходимо с вами переговорить.
- Понял, - словно сирена пропел он и стал медленно, опираясь на
подлокотники, подниматься с кресла. - Не отыщете для меня Ларри и Чарли?
Скажите им, чтобы они тоже прошли к Стентону.
- Конечно, - согласился я.
Мейер долгим взглядом посмотрел сквозь стеклянную панель в полу.
- Жаль, что вынужден покинуть это место, - произнес он. - Хоть я и
уверен, что в их игре в салочки победит эта рыжеволосая крошка, но так
хотелось дождаться конца.
Чарли я нашел сразу. Он стоял у такого же стеклянного экрана в полу,
установленного над "Оазисом". Я передал ему просьбу босса, и уже через
пару-тройку секунд его белый носовой платок, которым он постоянно вытирал с
лица пот, исчез в дверном проеме. Отыскать Ларри оказалось сложнее. Заглянув
под стол с закусками, я увидел его в компании тотчас смутившейся гурии. Ни
тот ни другая особой радости от моего неожиданного появления, увы, не
испытали. Однако произнесенное мной имя - Джин Мейер - возымело магическое
действие.
С большим трудом мне удалось отвязаться от Себастьяна, Леона Дугласа и
Мелиссы Стентон. Сильно пьяные, полураздетые, с туманом в глазах, они
окружили меня плотным кольцом. Все трое дружно накинулись на меня с
расспросами, но я не мог терять на них время. Я скороговоркой, словно
продавец, предлагающий купить какую-то там дрянь, описал, что произошло
наверху, и посоветовал им как можно быстрее исчезнуть из этого дома -
поскольку вот-вот нагрянет полиция. Едва я успел закончить, как компания
дружно кинулась к выходу.
Прихватив большой стакан с бурбоном со столика, за которым стоял слегка
покачивавшийся из стороны в сторону осоловелый официант, я прошел в
вестибюль как раз в тот момент, когда Мейер со своей свитой уже спускался по
лестнице.
- Мы уходим, Холман, - промолвил Джин. - Я думаю, что все будет
нормально.
- Конечно, - согласился я. - Он позвонил в полицию?
- Как только мы вышли от него, - ответил Мейер и повел своим длинным
носом. - Так вот, относительно вашей встречи с той девушкой. Как ее там?
- Джинни Коупек?
- Да, точно, - качнул он головой. - Теперь в ней нет необходимости,
Холман.
- Я с ней уже виделся. Три часа назад, - вежливо заметил я.
- Да? - произнес он и внимательно посмотрел на меня. - Жаль.
- Она мне показалась неплохой девушкой, правда, немного нервной. - И я
перевел взгляд на злобное, побелевшее лицо Ларри, который стоял за спиной у
Мейера. - От Джинни большой привет. Просила передать, что ваш совет, Ларри,
она никогда не забудет.
Ларри разом втянул голову в свои узкие плечи. По его глазам я мог
безошибочно перечислить все ругательства, которые уже вертелись у него на
языке.
- Да она настоящее дерьмо! - презрительно фыркнул он.
- Вы ошибаетесь, дружок. Чтобы им стать, надо, как вы, им родиться! -
решительным тоном заметил я.
Лицо Ларри разом потемнело. Он с угрожающим видом двинулся на меня, но
неожиданный окрик "Ларри!" остановил его.
Поводив перед носом парня своим тонким, похожим на сучок пальцем, Мейер
опустил руку.
- Не следует говорить ему подобные вещи, Холман, - посоветовал он. - Я
уже объяснял вам, что Ларри легко возбудимый мальчик.
- Интересно, Джин. Вы вот утверждали, что держите его около себя, потому
что он вам полезен, - раздраженно произнес я. - А Чарли вам тогда должен
быть вдвойне полезен. Уверен, что он получает удовольствие, наблюдая за
Ларри, когда тот на теле жертвы вырезает свои инициалы. Или я не прав?
- Мистер Мейер! - не сдержался Чарли Сэгар. Белый носовой платок словно
птица взлетел у него над головой. - Я протестую, мистер Мейер! - провизжал
он. - Меня оскорбили! Я настаиваю, чтобы...
Поднятый палец босса разом прервал протесты бухгалтера.
- Не надо настаивать, Чарли. Ты никогда этого не делал, а начинать уже
слишком поздно. - Мейер указал пальцем на меня. - А вам, Холман, не
следовало бы так выплескивать свои эмоции. Времени осталось мало, а у нас с
вами еще так много важных дел.
- Возможно, вы правы. Джин, - спокойно ответил я.
- С тем толстячком наверху мы пришли к обоюдному согласию, - не совсем
уверенно произнес старик. - Теперь между нами никаких проблем не осталось.
-
...Закладка в соц.сетях
