Жанр: Детектив
Тело
...олнию" и разгладила ткань на теле.
- Сержант, - начала она. - Я...
- Лейтенант!
- Лейтенант! Тем хуже! Послушайте, лейтенант, давайте договоримся. Если я не в вашем вкусе, то, может, сто долларов
вас заинтересуют? Сто долларов за то, чтобы забыть, что я была у вас. - У нее на лице блеснул свет надежды. - И, если вы не
знаете города, я могла бы поводить вас по шикарным местам.., за так!
- Незачем.
- Хорошо, - сказала она покорно. - Вы меня заберете? Кто вы, собственно? Из полиции нравов? У вас что, в Пайн-Сити
недостаточно порока, что вы приехали за этим сюда?
- Я не из полиции нравов. Я из службы шерифа.
И Вэйл-Хейтс наш сектор. - Взяв бутылку, предложил:
- Выпьешь еще стаканчик?
- Ну да, - сказала она, разинув рот.
- Садись. Может, и есть средство все устроить.
Я наполнил стаканы и подошел к блондинке, сжавшейся в углу. Когда я протянул ей полный стакан, она упала в кресло с
совершенно ошалелым видом.
- Закурим?
- Спасибо.
Она взяла сигарету дрожащей рукой. Я поднес огня.
- Что будет? - спросила она. - Вы арестуете меня или нет?
- Зависит от тебя, крошка Френки.
- Что это значит? - Она посмотрела мне в лицо, и губы ее скривились в понимающей улыбке. - Понятно! Вы меня
отпускаете, но не просто так. Ладно, могу предложить сто пятьдесят, но больше у меня нет, правда, лейтенант!
В Вэйл-Хейтс, видимо, существует твердая такса подкупа. За сто пятьдесят - лейтенанта, за сто - сержанта. В таких
условиях шериф должен стоить все триста пятьдесят.
- Слушай, Френки, последний раз говорю: мне не нужны твои деньги. И я не собираюсь делать турне по злачным местам.
Я даже тебя не хочу. Меня интересуют только сведения. Понятно, нет? Ты скажешь все, что я хочу знать, и расстанемся похорошему.
Я подошел к столу и взял ее сумочку.
- Эй! - вскричала она встревоженно. - Это мое.
- Ясно, что не мое. Не люблю черного.
Я открыл сумочку и вытряхнул содержимое на стол.
Там была всякая ерунда, как у всех женщин, и пачка купюр. На вид немного больше, чем сто пятьдесят долларов. Мое
внимание привлекла записная книжка. Пока я перелистывал ее, Френки внимательно наблюдала за мной. Имена, адреса,
различные даты. Я насчитал в среднем по три записи в неделю, но иногда встречалось и семь, и восемь. Наиболее часто
повторялось: "Пират", Джо". Джо, конечно, бармен. Была также отметка на завтра: "Прием у Кауфмана. Платье вечернее".
Я сунул книжку в карман, а все остальное в сумочку. Френки все еще наблюдала за мной скорбным взглядом.
- Так как насчет сделки? - спросила она.
- Сведения. Ты ответишь на несколько вопросов и будешь свободна.
- Что за вопросы?
- Например, твоя татуировка. Что это, в сущности, значит?
- Вам это должно быть известно, - сказала она. - По знаку каждый поймет, что я - одна из девушек Снэка Леннигана.
- Кто это Снэк Ленниган?
- Этого я не знаю.
- Наша сделка зависит от того, насколько искренне ты отвечаешь на вопросы, Френки. Это еще только первый!
- Нет, без дураков, лейтенант, не знаю!
- Короче, ты из конюшни Снэка Леннигана, но никогда его не видела?
- Чистая правда. Я даже не уверена, что он на самом деле существует.
- Ну, Френки, старайся по крайней мере, чтобы все было правдоподобно! Ведь я должен поверить твоей истории.
Она одним глотком опустошила свой стакан.
- Послушайте, я работаю на него только три месяца, - боязливо объяснила она. - Раньше я служила в придорожном
ресторане, где клиенты обслуживаются в машине, как раз на выезде из Вэйл-Хейтс. Это была не жизнь - целый день подавать
сосиски и мороженое и бегать от одной машины к другой с тяжелыми подносами. Тем более в открытой блузке и
обтягивающих брюках, так что каждый клиент, сделавший заказ на пятьдесят центов, считал, что за свои гроши он может
еще и девушку лапать для аппетита.
- Я посочувствую тебе завтра. А сейчас вернемся к Снэку Леннигану.
- Так я подхожу к этому. Однажды я была в салоне красоты, собиралась сделать массаж, прическу, ну и все остальное... Я
болтала с массажисткой и, слово за слово, пожаловалась, как тяжело работать в ресторане...
- Как звали ту девушку? Лейла Кросс?
- Нет.
- Тогда Ольга Кельнер?
- Раз вы и так все знаете, зачем меня спрашиваете?
- Мне нравится твой голос, крошка.
Она пожала плечами.
- Короче, я ей рассказала, какая это собачья работа и как бы мне хотелось найти парня с деньгами, пусть женатого. Она
ответила, что такое возможно, надо только быть поумнее. Я сначала подумала, что она шутит, но по ее глазам поняла, что это
всерьез. В тот же вечер мы встретились. Сначала приняли несколько стаканчиков в баре, потом зашли к ней, и там она меня
просветила.
Френки скрестила ноги, не заботясь о том, что ее юбка поднялась до бедер. Красивые ноги, черт возьми!
Ремесло копа имеет свои неудобства!
- Она мне призналась, что работает на Снэка Леннигана, - продолжала Френки, - который управляет самым крупным
делом с девочками по всему Западному побережью. Система несложная, как она объяснила.
Предприятие ищет клиентов и передает девушкам их имена и адреса. Ночь стоит сто долларов. Снэк Ленниган берет
сорок, остальные - девушке. За два вечера в неделю можно заработать больше, чем за шесть в моей забегаловке... Я сказала,
что это мне подходит, но Ольга предостерегла: "Подожди, надо еще кое-что объяснить.
Этот Ленниган шутить не любит. Пока с ним честны, он честен тоже, но если его надуть, можно здорово поплатиться".
Потом она объяснила про татуировку. Ее имеют все девушки Снэка. Это его марка. Девушку с таким знаком лучше не
обижать - слишком опасно.
- Понятно, - отрезал я.
- Кроме того, это удобно для клиентов, - продолжала Френки. - Когда они приезжают в город, где никого не знают, стоит
только показать знак, и тут же пришлют девушку, как сегодня вечером меня к вам.
Большинство барменов, рассыльных - в деле, и шоферы тоже. И так по всему Западному побережью. Все это объяснила
мне Ольга.
- Девушки связаны с барменами и рассыльными?
- Чаще всего с ними. Иногда информацию передает Ольга. Но она уехала несколько дней назад и оставила мне номер
телефона. Я звоню каждое утро в одиннадцать часов, если у меня нет работы на несколько дней вперед.
- Кто тебе отвечает?
- Не знаю, лейтенант. Клянусь! Мужской голос, вот и все! Когда он берет трубку, я называю свое имя, и он дает мне
список клиентов. Если у него ничего нет, я, как сегодня, обращаюсь к бармену или звоню в другие заведения. Бывает так, что
клиентов нет. Тогда я возвращаюсь домой и снова звоню по телефону. Меня оставляют в запасе на случай запоздалого
выхода, например на вечеринку.
Я допил свой стакан, подумал минутку и налил другой, но решил, что это может подождать.
- Ты знала Лейлу Кросс?
- Она вроде работала в салоне красоты?
- Да.
- Пару раз я причесывалась у нее, но не могу сказать, что хорошо знакома с ней.
- Тебе известно, что она тоже работала на Снэка?
- Нет, - ответила она.
- А Анжелу Маркой ты знала?
- Нет. Я имела дело только с Ольгой Кельнер, лейтенант.
- А сорок долларов, как их передают Снэку?
- Я посылаю их каждую неделю на абонентский ящик на главной почте Пайн-Сити.
Она назвала мне номер ящика, я его записал.
- Вы никому не скажете, что я дала вам этот номер, лейтенант? Они меня убьют, если узнают.
- Я ничего не скажу, обещаю, если ты будешь честна со мной. А номер телефона?
Она назвала и этот номер.
- Что означает запись "Прием у Кауфмана. Платье вечернее"?
- Эли Кауфман, - сказала она. - Вы, конечно, слышали о нем?
- Слышал.
- У него большой дом на холме. Он часто устраивает вечеринки. Я должна быть в вечернем платье...
- Тебя уже приглашали туда?
Френки покачала головой:
- Нет, это в первый раз.
- Что-нибудь еще можешь рассказать мне?
- Нет, я больше ничего не знаю, лейтенант, клянусь!
- Хорошо, Френки. Наш уговор в силе. Теперь можешь идти и помалкивай, если дорожишь своей шкурой.
- Я еще хочу пожить! - убежденно вскричала она.
В эту минуту в дверь постучали. Не успел я ответить, как она распахнулась, ворвались Хаммонд и еще двое.
- Что такое? - начал я.
- Ну, ловкач! - бросил он. - Прикидываешься другом, а сам ведешь свою игру? - Он взглянул на Френки. - Кто эта дама?
Френки бросила на меня ядовитый взгляд.
- Грязный обманщик! Надеюсь, что Снэк продырявит твою шкуру!
- Заткнись, Фрэнки! Что вы делаете здесь, Хаммонд? Вэйл-Хейтс к вам не относится. Это дело касается округа...
Хаммонд не сводил взгляда с Френки.
- Ошибаетесь, красавчик, ошибаетесь! Эти господа из полиции Вэйл-Хейтс, и их патрон ведет расследование вместе с
нашей бригадой. Это вы здесь без приглашения.
Он пересек комнату и остановился перед Френки:
- А тебя, красотка, я арестую. И с удовольствием посажу за решетку.
Глава 5
Голос шерифа на другом конце провода звучал раздраженно.
- Я с самого начала вам говорил, Уилер, что это дело в ведении отдела убийств. Все официальные полномочия у
Хаммонда, и полиция Вэйл-Хейтс признает его авторитет.
- Но, шериф, послушайте...
- Никаких "но"! Вам надо было работать вместе, а не конкурировать. Если газеты узнают, что существует конфликт между
муниципальной полицией и нами, нам не поздоровится!
- Но эта девушка, шериф, я с ней договорился!
- Вас на это не уполномочивали, - холодно заявил он. - Нужно было просто передать ее в руки вэйл-хейтской полиции, а
не договариваться самому.
- Я думаю, вы все-таки хотите раскрыть это дело об убийствах?
- Сведения, которые вы выдрали у этой девки, мы могли бы получить во время допроса, после ее ареста.
Хаммонд так и сделал. Говорю вам, Уилер, он еще посмеется над вами. Вы сейчас в неважном положении.
- Я? В неважном положении? Это мы еще посмотрим.
Ведь девушка ведет нас прямиком к Снэку Леннигану, а он - к тем двум убийствам! Ладно, так и надо! Случайно взяли
шлюху и упустили настоящую дичь. Посмотрим, в каком положении они потом окажутся.
- Я не собираюсь спорить с вами всю ночь, Уилер.
У вас есть формальные инструкции. Вы должны кооперироваться с Хаммондом, а не ставить ему палки в колеса.
Официальное расследование ведет он, а не вы.
Завтра в девять часов утра будьте в моем кабинете.
И пока что больше не суйтесь в это дело.
- Но...
- Это мое последнее слово, Уилер.
И он повесил трубку.
Я сделал то же самое и закурил. Дежурный сержант сочувственно смотрел на меня.
- Не так идет, как хочется, лейтенант?
- Не совсем так.
- Вот что значит действовать не по уставу, - сказал он весело. - Посмотрите на меня: я честный служака. Тридцать лет
беспорочной службы - и вот, меня сделали сержантом. Могу теперь класть ноги на стол...
Сколько времени вы в полиции, лейтенант?
- Восемь.
- Только восемь лет - и уже лейтенант?
Я глубоко затянулся и Медленно выпустил дым.
- Хаммонд все еще возится с девушкой? - - Да! И два сержанта, которых он привел. Давно здесь не видели столько копов
из Пайн-Сити. Настоящий раут!
- И только одна девушка! - сказал я. - Надеюсь, они хорошо проводят время! Здесь есть почтовый ящик?
- Перед дверью.
- Нет ли у вас конверта?
- Есть, лейтенант.
Он открыл стол, достал конверт и подал мне.
- И марка есть?
- Конечно, лейтенант. У меня есть все, что нужно.
- Спасибо.
Я наклеил марку на конверт и вышел из главного комиссариата Вэйл-Хейтс. Очутившись на улице, я положил записную
книжку Френки в конверт, написал свое имя и адрес и бросил в ящик.
Потом я вернулся в комиссариат.
- Нашли? - спросил сержант.
- Да, спасибо. - Я посмотрел на часы. Они показывали час тридцать ночи. - Сколько времени Хаммонд допрашивает
девушку?
- Сорок пять минут, лейтенант. - Он подмигнул мне:
- Такого сорта девочек всегда долго допрашивают!
Я услышал, как в коридоре, за поворотом, открылась и закрылась дверь. Потом появилась Френки в сопровождении
сотрудницы комиссариата.
- Я припомню вам ваши обещания!
Она бросила на меня яростный взгляд и осыпала руганью, в которой не последнее место занимали оскорбления по адресу
моей бедной матери.
- Хватит, - твердо сказала женщина-полицейский и, ухватив Френки за руку, решительно поволокла ее прочь.
Послышались тяжелые шаги, и вошел Хаммонд с двумя сержантами. Их прикомандировала к нему местная полиция.
- Вы еще тут, феномен? - Как видно, он был очень доволен собой. - Я думал, вы уже по дороге в Пайн-Сити.
- Вы ее арестовали? - спросил я.
- Конечно.
- Когда вы вторглись ко мне в номер, мы как раз договорились, что в обмен на сведения, которые она сообщит, я ее
отпущу.
- Это вы договорились, Уилер, - насмешливо сказал он, - а не я.
- Надеюсь, что в ближайшие дни я вам тоже окажу услугу, - бросил я.
- Шериф меня одобрил, - сообщил он. - И, как я слышал, он удалил вас от дела!
- Точно. Отныне им занимаетесь только вы.
- Это мне подходит, - удовлетворенно ответил он. - Осталось только проверить номера связного телефона и абонентского
ящика в Пайн-Сити. Уверен, что уже завтра, в это время, мы схватим этого Снэка Леннигана, и следствие будет закончено.
- Вы думаете, это он убил двух девушек?
- А кто же, по-вашему?
- Я этого еще не знаю. И какие у вас есть доказательства его причастности к убийствам?
- Девочки по вызову - его бизнес. А эти двое на него работали. Что вам сказал тот парнишка, Бонд? Его подружка, видимо,
испугалась и убежала. Она хотела выйти из игры, и другая, Анжела Маркон, тоже. Ленниган их и уложил в назидание
остальным. Без разрешения бросать дело запрещено. Во всяком случае, до тех пор, пока они не состарятся.
Я воздержался от возражений.
- Как вы нашли Бонда? - спросил я.
Хаммонд хрипло рассмеялся.
- Это он меня нашел! После вашей встречи у него вдруг появились подозрения. Ему показалось, что история слишком
невероятна. Он даже спросил меня, действительно ли вы полицейский. - Он захохотал. - Я уверил его, что вы действительно
коп, но что ваши домыслы смехотворны. Я сказал, что вы просиживаете штаны на службе у шерифа и ничего не делаете.
Оба сержанта широко ухмыльнулись. Пожалуй, даже трое, считая и дежурного.
- Что вы собираетесь делать? - спросил я у Хаммонда.
- По правде говоря, лейтенант, вас это больше не касается. - Он принялся разглядывать свои ногти. - Но я не злопамятен.
Итак, мы уже нашли адрес, соответствующий номеру телефона. Теперь мы сможем сцапать типа, отвечающего на звонки.
Может быть, вы хотите нас сопровождать, лейтенант, чтобы посмотреть, как работают полицейские, уважающие традиции?
Сержанты наслаждались: что и говорить, занимательное зрелище - видеть, как утирают нос помощнику шерифа.
- Нет, спасибо, - ответил я. - Не хочу попусту тратить время.
- Что это значит? - спросил Хаммонд подозрительно.
- Вы думаете, тот тип до сих пор сидит на телефоне?
- А почему бы и нет?
- В этом бизнесе, - веско начал я, как будто объясняя прописные истины умственно отсталому ребенку, - важны не только
девушки. Нужны еще клиенты. А кроме того, те, кто клиентов находит, - бармены, шоферы такси, посыльные отелей...
- Ну?
Я улыбнулся.
- Вы хорошо изобразили копа, уважающего традиции: промаршировали через весь отель "Пират" с двумя местными
сыщиками на хвосте, словно свора гончих.
Все поняли: это полицейский десант в трех измерениях в стереокино! А когда вы вышли с девушкой, все сообразили, что
она попалась. Уверен, хоть один из людей Снэка Леннигана был свидетелем этой сцены. Что он сделал, по-вашему? Пошел
спокойно выпить стаканчик или кинулся к телефону известить своих о том, что одну из девушек только что сцапали?
Хаммонд бросил на меня убийственный взгляд и повернулся к своим сержантам.
- Вперед! - рявкнул он. - Чего вы ждете? Пошевеливайтесь, черт побери!
Они покинули комиссариат, топая, как стадо слонов.
Я посмотрел им вслед и закурил.
Потом отправился в ближайший бар, который был еще открыт. Заказал скотч и стал обдумывать события, в которых не
было ничего ободряющего.
Хаммонд спутал все карты. Никого не окажется у телефона, и никто не придет завтра брать почту из ящика в Пайн-Сити.
Что касается Снэка Леннигана, то он не много потерял: ему придется только сообщить новый номер телефона и новый номер
почтового ящика. И все это потому, что Хаммонд захотел выпендриться.
Я допил стакан и пешком вернулся в "Пират".
Там я зашел в бар, где выпивал вечером. За стойкой стоял другой бармен.
- Что желаете, сэр? - вежливо спросил он.
- Скотч со льдом и немного содовой, - ответил я. - А где Джо?
- Он немного приболел, и его отпустили домой.
- Вы знаете, где он живет?
- К сожалению, нет. Он ваш друг?
- Он друг моего приятеля, - сказал я рассеянно. - Ну что ж, несите выпить.
Джо, скорее всего, уже нет в городе. Но, думаю, он не сказал бы мне больше, чем поведала Френки. Черт с ним, с Джо,
подумал я. И пропади пропадом Хаммонд со своими сержантами. Да и шерифа туда же!
Бармен поставил передо мной стакан.
- Вы проживаете в отеле, сэр?
- Да.
Он, дал мне счет и карандаш. Я подписал его, отметил номер комнаты и нарисовал змею. Потом вернул бумажку бармену.
Он презрительно поджал губы.
- Вам что-нибудь говорит этот знак? - спросил я.
- Нет, сэр. А что это?
- Почему бы вам не называть меня лейтенантом, - предложил я.
Быстро допил скотч и поднялся в свою комнату.
Вопреки моим ожиданиям я немедленно уснул и проснулся только в девять часов утра.
В десять я вышел из отеля и в одиннадцать тридцать был в офисе шерифа.
Аннабел посмотрела на меня так, как словно я уже был упакован в папку с надписью: "В архив". И осталось только
засунуть меня на полку за ненадобностью.
- Шериф спрашивает вас с девяти часов, лейтенант, - сказала она. - Он просто вне себя.
- Это кстати. Я тоже.
- Думаю, мы скоро избавимся от вас, дорогой. Как избавляются от старого пятна на потолке, закрашивая его.
- Не будьте сентиментальной, сладкая вы моя. А то потечет тушь с ресниц. - Я прошел мимо ее стола к комнате шерифа. -
Кроме того, слишком рано для низкопробных шуток.
- Это не шутка, дорогуша. Это пророчество.
Я постучал и вошел в кабинет Лейверса. Он поднял глаза от бумаг, которые подписывал, и смерил меня взглядом, в
котором я не уловил большого энтузиазма.
- Очень мило, что вы зашли повидать нас. - Он демонстративно посмотрел на свои часы. - Я, видимо, стал забывчив. Мне
казалось, что вас приглашали к девяти часам!
- Да, сэр.
Лицо его покраснело.
- Что, "да, сэр"? Что я стал забывчив?
- Нет, что вы меня вызывали на девять.
Я подошел к кожаному креслу, стоящему против стола, и сел. Его всегда раздражало мое нахальство, но на этот раз он
особенно разозлился.
- Вы имеете представление о том, сколько сейчас времени, Уилер? - спросил он угрожающе-сладким голосом.
- Одиннадцать сорок три.
- Иначе говоря, вы опоздали на два часа, сорок три минуты и двадцать секунд.
- Плюс-минус пять минут, - согласился я.
Он откинулся в кресле, сплел пальцы на животе и свирепо посмотрел на меня.
- Уилер, вы слишком злоупотребляете своим положением. Чересчур. Хватит, я должен положить этому конец.
Я почувствовал, как кровь бросилась мне в голову.
Жара здесь была ни при чем. Я достал сигареты.
- Послушайте, шериф, прежде чем отправиться на гильотину, скажу вам пару слов. Если я ошибусь, поправьте меня. Когда
вы брали меня на службу, вас устраивало, что мои поступки и мое мышление не всегда соответствуют общепринятым
стандартам. Я сказал, что армейская разведка ничем не хуже работы у вас. Вот тогда вы и пообещали мне полную свободу
действий и просто настояли, чтобы я принял это место. Все так?
Красное лицо Лейверса медленно синело. Он прошипел:
- Да, так. Но я надеялся, что вы будете работать на меня, а не против меня. Или это слишком большое требование?
Я закурил.
- Вместо того чтобы склонять меня вдоль и поперек за опоздание, шериф, вы могли бы спросить о причинах. Конечно,
если это вас интересует.
Он наклонился вперед, положив локти на стол.
- Какой же вздор вы собираетесь мне рассказать, Уилер? - Он сузил глаза. - Почему вы опоздали?
- Мне надо было позвонить по важному делу, шериф.
В Вашингтон, в управление контрразведки. - Я встал и продолжал, понизив голос, чтобы придать больше веса своим
словам. - Мы не в состоянии найти общий язык, поэтому я решил уйти.
- Вы не сделаете этого, - рыкнул он.
- Это уже сделано, - холодно усмехнулся я. - Уже завтра в Вашингтоне будет подписан контракт. Я приехал сюда только
потому, что та девчонка за дверью как будто умеет стучать на машинке. Я ей сейчас продиктую свое заявление об отставке.
Лейверс некоторое время пристально смотрел на меня, затем встал и выпил стакан холодной воды. Раздавил картонный
стаканчик в своей огромной лапе и бросил в корзину.
- Я не принимаю вашей отставки!
- Будто у вас есть выбор! К тому же чем я здесь могу быть полезен? Тем, что развлекаю вас? Вы с Хаммондом и двумя его
приспешниками заставили меня разыгрывать клоуна!
Он вернулся к столу и буквально упал в кресло. Когда же снова заговорил, его голос потерял значительную часть
агрессивности.
- Прошу вас подумать, Уилер. Я не хочу, чтобы вы уходили.
Со стороны старика это была настоящая капитуляция.
- Вы не думаете, что вам трудно будет оправдать свое решение перед Хаммондом и другими ослами?
- Плевать мне на Хаммонда! - оборвал он. - Вы остаетесь. Но я требую, чтобы вы были на месте, когда вы мне нужны!
Если я говорю...
- Так, хорошо. Больше я на вас не работаю. Объясняю. Вчера я надрывался ради этого дела с шести утра до полуночи. Вы
меня просили быть здесь в девять часов. Значит, я должен был уехать из Вэйл-Хейтс в семь тридцать, а встать в шесть
тридцать. И для чего? Вы все-таки не хотите, чтобы я с вами работал. Вам нужна марионетка. Вот и обращайтесь к
Хаммонду.
- Я вам только что сказал, что мне плевать на Хаммонда! - Он поднялся, подошел к окну и стал смотреть на улицу. - Один
из сержантов, сопровождавших Хаммонда, прошлой ночью рассказал мне о вашей перепалке в комиссариате.
- Опять порицание, шериф? За то, что я имел нахальство возразить этому маньяку регламента?
Старик повернулся:
- Ладно, Уилер. Вы были правы. Типа у телефона конечно же предупредили, птичка улетела. Мы установили наблюдение
за абонентским ящиком, и никто не явился.
Служащий говорит, что с тех пор, как этот ящик арендовали, впервые не пришли за его содержимым. Надо было
послушаться вас.
Я пристально смотрел на кончик своей сигареты.
- Вы все-таки решили перейти в контрразведку?
- Я не хотел бы оставаться при таких обстоятельствах.
- При каких обстоятельствах?
Я поднял глаза и посмотрел на него.
- Послушайте, шериф, я не считаю себя непогрешимым. Но не могу работать под началом человека, которого не уважаю...
Его лицо снова побагровело.
- Я не про вас. Вы знаете мое отношение к вам.
Я имею в виду Хаммонда. Я не могу работать ни в сотрудничестве с ним, ни под его руководством. Поручить дело
Хаммонду - значит полностью погубить ваши надежды на успех.
Лейверс кивнул.
- Я был не прав, что поддержал его вчера. Мне следовало бы сперва узнать, что собираетесь предпринять вы. - Он
вернулся к столу и нажал кнопку внутреннего телефона. - Зайдите, Аннабел, - сказал он.
Дверь открылась, и влетела Аннабел. Она торжествующе улыбнулась мне и благопристойно поклонилась старику.
- Да, сэр?
- Напечатайте служебную записку насчет дела Лейлы Кросс. Это нужно сделать немедленно.
Аннабел, тщательно стараясь подавить усмешку, быстро открыла блокнот и уставилась на Лейверса.
- Копии пошлите в отдел убийств главному инспектору Мартину и лейтенанту Хаммонду, а одну подошьете в дело. С
сегодняшнего дня расследование дела Лейлы Кросс - Анжелы Маркой будет проводиться службой округа и под личной
ответственностью лейтенанта Уилера...
У Аннабел захватило дух. Карандаш перестал бегать по блокноту, а взгляд переходил от шерифа ко мне и снова к шерифу.
- Лейтенанта Уилера? - переспросила она шепотом.
- Все инспектора подчиняются ему. И если у вас будет случай поговорить с вашим другом Хаммондом, Аннабел, можете
ему сказать, что у нас есть вакансия регулировщика уличного движения... В чине сержанта.
Девушка неопределенно кивнула, испуганно взглянула на меня и бросилась к двери.
- Это вам подходит? - спросил шериф.
Качнув головой, я нажал кнопку интеркома.
- Подождите печатать, Аннабел, - сказал я.
- Что вас не устраивает? Все еще хотите нас бросить?
- Нет, шериф, я очень хочу закончить это дело, но я думаю, что будет больше шансов на успех, если вы оставите все как
есть. Официально я не у дел, но ведь может случиться, что я захочу кое-что разнюхать просто из любопытства, не так ли? Я
думаю, что таким образом смогу действовать более эффективно.
Лейверс пожал плечами:
- Как хотите. Что вы намерены предпринять прежде всего?
- Для начала отправлюсь на светский вечер. Может быть, это наведет меня на мысль...
- Светский вечер! - заворчал он. - Мне кажется, что это не слишком подходящий источник служебного вдохновения! - Он
посмотрел на меня и снова пожал плечами. - Но... Как видно, ваше поведение непредсказуемо. И я сам этого хотел.
Лицо Аннабел вытянулось, когда я проходил мимо ее стола к двери. Бывают же в жизни приятные моменты!
В тот же вечер, в пять часов, я вернулся в Вэйл-Хейтс.
Я нашел более скромный отель - "Стерлинг" - в шести кварталах от "Пирата" и заказал там комнату. Пообедал, пропустил
в баре два-три стаканчика и, взглянув на часы, обнаружил, что уже восемь.
После того как два самых важных типа на земном шаре - Уилер и Уилер - серьезно обсудили положение и слегка
поспорили, я принял решение: ни пушки, ни значка - ничего с собой не брать. Все это осталось в отеле, так же как и записная
книжка Френки, которую я получил днем, перед самым отъездом из Пайн-Сити.
Я сел в "остин" и поехал вдоль берега моря к выезду из города. Оттуда дорога пошла вверх. Двести пятьдесят метров над
уровнем моря. Вид открывался изумительный для тех, кто мог его оценить. Мне было не до наслаждения прелестями
пейзажа - я искал владения Кауфмана.
Через четверть часа я их нашел. Как и говорила Френки, такое нельзя было
...Закладка в соц.сетях
