Жанр: Детектив
Светловолосая рабыня
Картер БРАУН
СВЕТЛОВОЛОСАЯ РАБЫНЯ
Судя по ее туалету, она готовилась по меньшей мере к круизу по Карибскому
морю на борту шикарного лайнера. В коротенькой тунике, расшитой блестками, и
такой же экстравагантной шапочке, прикрывающей пышные золотистые волосы,
возлежать бы ей в шезлонге, нежась в лучах горячего солнца и освежаясь
бокалом ледяного "Дайкири", небрежно зажатым в тонких пальцах. Она неслась
так, словно ее преследовала свора злющих собак, и мне пришлось приналечь,
чтобы поспеть за ней.
- Притормозите немного, - ворчал я. - Вообще-то я не прочь умереть на
ходу, но только не посреди улицы!
- Простите, мистер Холман, - бросила она на бегу. - У Рэя сегодня очень
напряженный день.
- Достаточно познакомиться поближе с одной кинозвездой, чтобы остальные
уже не были загадкой, - ответил я. - Могу поспорить, что получивший в этом
году приз Академии ничем не отличается от остальных кинозвезд. Чванлив
донельзя, по любому поводу сверкает белоснежными зубами. Если не хочешь
ослепнуть, надевай темные очки. Так чего ради мне нестись со всех ног к
Рэймонду Пакстону, если у меня есть приятная возможность провести время с
его красоткой Пятницей!
Ева-Байер резко остановилась и повернулась ко мне. Ее большие сапфировые
глаза сверкнули, губы сложились в презрительную усмешку. Она медленно
провела руками по своим великолепным бедрам, туго натянув прозрачный шелк,
отчего приятные округлости повыше талии со скульптурной четкостью
обрисовались под блестящей тканью.
- Джи-и-и! - Ее голос прозвучал в точности как у начинающей кинозвезды -
жеманно и хрипловато. - Как мило с вашей стороны, что вы столь галантны с
девушкой, мистер Холман!
- Пакстону помогает целая компания сценаристов, - сказал я. - А мне-то
приходится сочинять свои диалоги на ходу!
- Не хотели бы вы сообщить мне для начала, что я красива и сексуальна? -
перебила она меня.
- Для начала сообщаю, что вы красивы и сексуальны, - послушно повторил я.
- Я это знаю. - И она снова понеслась на той же бешеной скорости. - Я еще
знаю, что вы - Рик Холман, беспринципный тип, который всегда готов уладить
самые неприглядные дела любой знаменитой личности из мира кино. Рэй, правда,
не сообщил мне, зачем именно вы ему понадобились, но этот вопрос не
настолько меня занимает, чтобы я готова была завалиться с вами в постель
только ради того, чтобы удовлетворить свое любопытство.
- Что ж, - усмехнулся я, - по крайней мере, никто не сможет сказать, что
наши с вами взаимоотношения были малоприятными, хотя, увы,
непродолжительными!
- Да нет, вообще-то я против вас ничего не имею, - бросила она небрежно.
- Просто я давным-давно пообещала папе Байеру, что никогда не стану спать ни
с одним мужчиной просто так.
- Господи, до чего я невезучий! Надо же мне было встретить Златовласку,
которая никогда не разделит со мной тарелку утренней каши, не говоря уже о
том, чтобы спать со мной в одной постели! - простонал я.
Парень, который стоял перед роскошной передвижной костюмерной, сложением
напоминал обыкновенный танк. Когда мы оказались возле него, он обглядел меня
так, словно я какое-то вредное насекомое, подлежащее немедленному
уничтожению.
- Все в порядке, Фрэнк, - быстро сказала Ева. - Мистера Холмана ждут. -
Она повернулась ко мне с умоляющим выражением во взоре:
- Проходите же, мистер Холман. И пожалуйста, прошу вас, не будьте
бесцеремонны с Рэем! Несмотря на вполне респектабельный внешний вид, Рэй
необыкновенно ранимый человек!
- Вот если бы и вы были такой же, - мечтательно произнес я.
Пакстон стоял посреди студии перед огромным, во всю стену, зеркалом. На
нем были только боксерские шорты, в одной руке - сигарета, в другой - бокал
шампанского. Рост выше среднего, но широкие плечи и мощная грудная клетка
делали его как бы ниже ростом. Блестящие, слегка вьющиеся черные волосы
доходили почти до плеч. Роскошные черные усы, такие же густые, как и волосы,
могли бы вызвать зависть у самого Панчо Вильи. Глубоко посаженные серые
глаза искрились внутренним огнем, и казалось, вокруг него все пропитано
атмосферой самоуверенности и самодовольства. У меня сразу же возникло такое
чувство, будто он считает весь мир таким, каким предпочитает видеть его сам,
и горе тому, кто осмелится нарушить это представление.
- Рад, что вы пришли, Холман, - произнес он. В голосе его звучали
небрежно-покровительственные нотки. - Хотите выпить?
- Нет, благодарю вас.
- Я никогда не пью ничего, кроме шампанского. - Он с довольным видом
обратил свой взор на медленно поднимающиеся со дна бокала пузырьки. - После
него никаких неприятных ощущений!
- Этот Фрэнк... - сказал я. - Эта горилла, которая околачивается там,
снаружи. Вам необходим телохранитель даже во время работы в Звездной
студии?..
- Мой единственный идеал - право на уединение, - усмехнулся Пакстон. -
Как-то мой психоаналитик решил перебороть эту привычку, но я послал его ко
всем чертям! Если я ее утрачу, то, пожалуй, ударюсь в онанизм или еще что
похуже!
- Потому-то вы и захотели встретиться со мной? - спросил я удивленно. -
Чтобы потрепаться часок-другой о тех проблемах, которые возникают между вами
и вашим психоаналитиком?
- Я хочу, чтобы вы нашли одну девушку, ее зовут Кармен Коленсо, -
огрызнулся он. - Вчера ночью она сбежала из частного санатория. Учтите,
проделать это надо аккуратно, Холман. Я вовсе не желаю огласки, и уж во
всяком случае, что бы там ни стряслось, вы не должны привлекать к этому делу
полицию!
- Пожалуй, теперь я бы чего-нибудь выпил. Судя по вашему тону, дальше
будет еще хлеще.
- Угощайтесь! - Он кивнул на полупустую бутылку шампанского, стоявшую на
крышке изящного погребца.
Шампанское было недурное, но, поскольку обычно я пью бурбон, мне было
ровным счетом наплевать, правильно ли выбран сорт винограда для этого
шампанского. Глаза Пакстона внимательно следили за мной, и у меня вдруг
возникло ощущение, что в броне его самоуверенности появилась крохотная
брешь.
- Никогда не слыхал о девушке по имени Кармен Коленсо, - сказал я. - Она
ваша бывшая жена? Или подружка? Кем она вам приходится?
- Это моя сестра. Наши родители погибли в автомобильной катастрофе десять
лет назад. В то время ей было всего пятнадцать, и с тех пор я забочусь о
ней.
- Почему она находилась в частном санатории?
- Она находилась под наблюдением врачей.
- По какой причине?
- Три месяца назад у нее случилось нечто вроде нервного припадка. - Он
крупным глотком отхлебнул шампанского. - Все, что от вас требуется, - это
отыскать ее, Холман!
- И вернуть в санаторий, - напомнил я. - Ну а если она не захочет туда
возвратиться?
- У нее нет выбора, - сказал он жестко.
- Значит, вы не станете возражать, если я стукну ее по голове, сгребу в
охапку, свяжу по рукам и ногам и отвезу обратно в санаторий в багажнике
своего автомобиля?
- Садист проклятый, сукин сын! - взревел Пакстон.
- Но, по крайней мере, не идиот! - рявкнул я в ответ. - Я хочу знать, что
это за история и во что я могу вляпаться, перед тем как возьмусь за розыски.
Что случилось с вашей сестрой? Она что, слегка чокнутая?
Внезапно Пакстон одним прыжком перемахнул разделявшее нас расстояние и
ударил меня по лицу ладонью. Сила у него была такая, что с минуту в моих
ушах совершенно явственно звучал перезвон рождественских колоколов.
- Только попробуйте еще раз повторить это, Холман! - прошипел он. - Я вас
тут же прикончу.
Я несколько раз тряхнул головой, и колокола стали затихать. Пакстон
медленно отошел от меня, но в глазах его я успел заметить странное
выражение: в них был испуг.
- Я ужасно сожалею, - пробормотал он. - Этому нет прощения! Если хотите,
можете ударить меня, Холман!
Какое-то мгновение я боролся с искушением, но потом решил, что нет
никакого удовольствия бить кого-то по его же собственному приглашению.
Пакстон внимательно наблюдал за мной с болезненным выражением, а я довольно
кисло подумал: с актерами никогда нет уверенности, что они не играют перед
тобой, словно перед кинокамерой.
- Значит, я задел ваше больное место, - сказал я. - Что ж, если всякий
раз, когда я нечаянно задену вашу болячку, вы будете лупить меня по
физиономии, то лучше нам сразу разойтись по-хорошему! Пожалуй, я сумею найти
более легкий способ зарабатывать на жизнь!
- Вы правы, - признал он.
Я молча наблюдал, как он достает из погребца новую бутылку шампанского,
вынимает пробку с такой осторожностью, словно в его руках сосуд с динамитом,
и наполняет свой бокал.
- Кармен всегда была необузданной девчонкой, - сказал он равнодушно. - Но
это никогда особо не беспокоило меня, я считал, что это неизбежно. Я уделял
ей очень мало времени, поскольку постоянно отсутствовал, а ведь нельзя
рассчитывать, что экономка заменит девочке родителей или старшего брата. Она
бросила колледж на втором курсе, провозгласила декларацию независимости и
переехала на квартиру одной из своих подружек - Джеки Эриксон. Меня это
вполне устраивало, ее подружка - художница, специалист по рекламе, особа
вполне независимая и хорошо зарабатывающая. Я назначил Кармен ежемесячноеГлава 2
Заблудившийся луч прокрался сквозь щели жалюзи и заплясал на бронзовом
пресс-папье, которое стояло посредине обтянутого кожей стола. Несколько
секунд доктор Дедини внимательнейшим образом изучал это любопытное явление,
и я никак не мог привлечь его внимание к моей скромной персоне. Это был
тонко-костый, хрупкого сложения человек, в элегантном костюме,
бледно-голубой рубашке и канареечно-желтом галстуке; гладкая
оливково-смуглая кожа восточного мудреца, едва заметная седина на висках,
глубоко посаженные карие глаза, оттененные длинными, загнутыми кверху
ресницами, раз и навсегда застывшее меланхолическое выражение лица - все
создавало образ человека, занятого размышлениями исключительно о печалях
мира. Впрочем, может быть, у него было нечто похожее на хроническую
диспепсию.
- Это ужасная неприятность, - сказал он удивительно мягко. - Впервые в
истории нашего заведения пациентка, кхм, покинула санаторий самовольно, без
предварительного разрешения.
- Но как именно это произошло? - спросил я.
Его тонкий указательный палец с ухоженным ногтем осторожно подвинул
пресс-папье на несколько дюймов в сторону от солнечного лучика.
- Мисс Коленсо пожаловалась, что не может спать, и медсестра понесла ей
снотворное. Когда она вошла в комнату, мисс Коленсо напала на сестру сзади,
ударила по голове вазой, лишив сознания. Потом мисс Коленсо надела ее форму
и вышла за ворота санатория.
- Неужели все так просто? - удивился я. - Ведь вокруг санатория
шестифутовая стена, а у ворот - охранник!
- Охранник не может знать в лицо абсолютно всех сестер и сиделок, -
сказал доктор с мягким укором в голосе. - Мисс Коленсо подбежала к охраннику
и сказала, что внутри здания что-то, э-э-э, стряслось, срочно необходима его
помощь. А едва он скрылся в здании, она, очевидно, отперла ворота и вышла.
- Сколько же времени прошло, пока ваши сотрудники узнали об исчезновении
больной?
- Не больше пяти минут.
- Вы искали ее? Он поджал губы:
- Искали, конечно, и очень тщательно. До сих пор не понимаю, мистер
Холман, почему мы все же не нашли ее. Я послал машину, две группы людей
искали мисс Коленсо по обе стороны дороги, еще одна группа отправилась в
каньон.
- А если они не обнаружили ее из-за темноты? - спросил я.
- Люди могли бы не заметить, - согласился он. - Но не собаки.
- Собаки?
- Да, специально обученные немецкие овчарки, мистер Холман. - На лице его
появилась смущенная улыбка. - И я никак не могу понять, почему они ее не
обнаружили. Девушка словно испарилась в воздухе.
- Могу я поговорить с той самой медсестрой? - вежливо спросил я.
- Ну конечно. Мы вполне разделяем беспокойство мистера Пакстона и рады
помочь всем, что только в наших силах. Наш штат к вашим услугам, мистер
Холман.
- Меня интересует только медсестра, - терпеливо повторил я.
- Сестра Демнон. - Он поднялся со стула и обошел огромный стол. - Я
пришлю ее сюда, чтобы никто не помешал вам беседовать.
- Спасибо, доктор.
- Я объясню ей, что вы - доверенное лицо мистера Пакстона, чтобы она от
вас решительно ничего не скрывала. - Он смахнул воображаемую пылинку со
своего рукава. - Вчера вечером она была прямо-таки в отчаянии оттого, что
некоторым образом подвела меня, и страдала от этого, как от физической
боли... Но сегодня, рад сообщить вам, она полностью оправилась.
- Великолепно, - пробормотал я.
Доктор вышел из кабинета, тщательно прикрыв за собой дверь и двигаясь с
такой осторожностью, словно опасался, что его вот-вот сдует сквозняком. Я
закурил и стал размышлять над тем, что же это за санаторий под началом
такого симпатичного доктора, если в любую минуту отсюда можно отправить на
розыски три отряда мужчин в сопровождении тренированных собак? Минуту спустя
отворилась дверь и в кабинет вошла сестра.
Это была рыжеволосая особа лет около тридцати, и даже строгий белый халат
не мог скрыть всех изгибов ее пышной фигуры. Ее синие глаза блестели, в них
светился ум; аккуратный, чуть вздернутый носик придавал ей несомненную
пикантность, а полный чувственный рот совершенно не вязался с представлением
о спиртовых компрессах и грелках.
- Мистер Холман? - произнесла она мелодично. - Я - Айрис Демнон. Дедини
только что объяснил мне, что вы от мистера Пакстона по поводу мисс Коленсо.
- Вы вчера попали в скверную переделку, не так ли? - спросил я
сочувственно.
- Я была буквально потрясена. - Она печально улыбнулась. - Но, в общем,
такое случается время от времени в жизни сестер психиатрических клиник, так
что мне, пожалуй, даже не следовало бы удивляться!
- Как же все произошло?
- Мисс Коленсо пожаловалась, что не может уснуть, я понесла ей две
таблетки снотворного и...
- А каким именно образом она пожаловалась вам? - спросил я.
Она с недоумением поглядела на меня, потом в глазах ее появилось
понимание.
- А! Я догадалась, что вы имеете в виду! Когда наш пациент нажимает у
себя в комнате кнопку, на приборной доске появляется огонек. Дежурная сестра
тоже нажимает на кнопку, в комнате пациента включается микрофон, и сестра
может говорить с пациентом. Это очень удобно и экономит время: можно узнать,
что им требуется, не отрывая попки от стула! - Она внезапно осеклась и с
шутливым испугом прижала руку ко рту. - Ох, простите, ради Бога!
- Как-нибудь переживу, - усмехнулся я. - Значит, вы понесли ей в комнату
снотворные таблетки?
- Открыла дверь, вошла в комнату, и в ту же минуту - трах! - Она
поморщилась. - До сих пор голова болит.
- Где же она пряталась, когда вы вошли в комнату?
- Может быть, за дверью? Все произошло так быстро!
- Когда вы вошли в комнату, вам была видна ее кровать?
- Думаю, что да. - Она часто заморгала. - Вероятно. По крайней мере, я
должна была бы ее видеть, потому что она стоит под окном, как раз у
противоположной стены.
- Значит, в таком случае вы должны были заметить, что мисс Коленсо в
кровати нет, но тем не менее вы все же вошли в комнату, даже не задумавшись
о том, где она может быть?
Она слегка покраснела:
- Боюсь, что это было действительно глупо с моей стороны. Но я, наверное,
подумала, что она в ванной, если вообще о чем-то таком подумала...
- Сколько времени вы находились без сознания?
- Точно не знаю, но полагаю, не дольше нескольких минут. Потом я нажала
на кнопку и сообщила одной из сестер, что произошло. Около нее стоял
охранник, и он никак не мог сообразить, каким образом я сумела за такое
короткое время вернуться от ворот и войти в здание так, что он меня даже не
заметил. - Она усмехнулась. - Он же не знал, что медсестра, которая к нему
подбежала, на самом деле была вовсе не сестрой, а мисс Коленсо - в моей
форме, разумеется. А когда он через несколько секунд ворвался в комнату, я
только тогда поняла, что на мне.., всего лифчик и трусики... А эти самые
трусики - из прозрачного нейлона, представляете?..
- Везет же некоторым парням, - с завистью заметил я.
- Вы так считаете, мистер Холман? - спросила она чуть хриплым голосом,
прикусив нижнюю губу.
Усилием воли я оторвался от мысленного созерцания увлекательной картины -
какой именно предстала мисс Айрис Демнон взору потрясенного охранника - и не
без труда сосредоточил внимание на следующем вопросе.
- Ну а затем поднялась тревога и были разосланы поисковые группы? Она
кивнула:
- Доктор Дедини обеспечил отличную выучку охраны. Не прошло и нескольких
минут, как охранники отправились на розыски мисс Коленсо.
- Но не нашли ее.
- Не нашли, к сожалению. - У нее на лице появилось озадаченное выражение.
- Я не могу понять, как это собаки не унюхали ее? Раньше такого никогда не
случалось!
- В котором часу доктор Дедини отдал свое распоряжение?
- Было около четырех утра. Я чувствовала себя просто ужасно оттого, что
ее не нашли. В конце концов, это в первую очередь моя вина. Только из-за
меня ей вообще удалось выйти из здания. Но доктор Дедини был ко мне очень
добр, он сказал, чтобы я не беспокоилась, велел мне принять успокоительное и
лечь в постель.
- А утром доктор возобновил поиски? - Это уже было бы бесполезно, -
осторожно ответила сестра. - К тому времени мисс Коленсо, видимо, находилась
за много миль отсюда.
Выражение лица у нее стало вполне подобающим случаю: внимательное,
выражающее полную готовность помочь всем, чем можно, и в то же время
покаянное: она чувствовала себя виноватой в побеге пациентки. Почему же
тогда в глубине души меня точил червячок сомнения в ее искренности? Ведь
ответы она давала правильные и точные. Разве что в подобной ситуации
медсестра даже с такой сексуальной наружностью могла бы разговаривать менее
фривольно? Или же она это делает намеренно, чтобы отвлечь меня от чего-то
более важного?
- Если бы она спустилась в каньон или притаилась в кустарнике около
дороги, то собаки непременно почуяли бы ее, - сказал я. - Выходит, она
отправилась прямиком по немощеной дороге.
- Но ведь шоссе отсюда не менее чем в трех милях, - возразила сестра
Демнон. - А доктор Дедини тут же послал к шоссе охранника на машине. Машина
должна была настигнуть мисс Коленсо задолго до того, как она добралась до
развилки, верно?
- Если, конечно, кто-то не оставил специально для нее машину в нескольких
ярдах от ворот санатория, укрыв ее в кустарнике и развернув таким образом,
чтобы бампер указывал нужное направление, - небрежным тоном предположил я.
Глаза ее раскрылись чуть шире.
- Боже мой! Как же никто из нас не догадался об этом?
- К мисс Коленсо допускались посетители?
- Только доктор Шумейкер, ее психолог.
- Если какой-то автомобиль ждал ее здесь, значит, у нее имелся сообщник,
- заявил я без обиняков. - Было бы слишком опасно оставлять тут машину на
неопределенное время - значит, побег был заранее назначен на прошлую ночь. К
ней не допускали посетителей, кроме психолога, - следовательно, если бы он
сам решил забрать ее отсюда, то мог бы сделать это в любой момент.
Итак, должно быть какое-то связующее звено между сообщником за стенами
санатория и мисс Коленсо, запертой внутри. И это наверняка кто-то из
работающих здесь и имеющих возможность постоянно общаться с мисс Коленсо. Ну
вы вот, например!
- Вы в своем уме, мистер Холман? - ледяным тоном спросила она. - Вы что
же, считаете, будто это я сама вчера вечером вошла в ее комнату, сняла с
себя форму, отдала ей и стала дожидаться, пока она хватит меня по голове
вазой?
- Достаточно лишь слегка стукнуть вас, чтобы вскочила шишка, - продолжал
я. - А потом она могла разбить вазу, бросив ее в секретер. Вчера вечером
несколько часов шел дождь. Если у дороги стоял автомобиль, то там непременно
остались следы шин, и я без труда обнаружу их. Но когда и доктор Дедини
увидит их, он, естественно, сообразит, что к чему, поймет, что здесь замешан
кто-то из его служащих, и, можете не сомневаться, сразу оценит вашу роль.
Если, конечно, вы предпочитаете, чтобы все обернулось не против вас.
Она сунула кулачки в карманы своего халата и молча уставилась на меня.
Глядя в ее синие глаза, я хорошо видел, как она внимательно взвешивает свои
шансы и наконец приходит к выводу, что они невелики.
- Мне нравится работать здесь, мистер Холман, - сказала она ровным
голосом. - Я бы хотела остаться на работе, мистер Холман...
- Не вижу, что вам может помешать, - усмехнулся я. - Мне нужно одно -
отыскать мисс Коленсо, а вы, я полагаю, не станете дважды повторять одну и
ту же ошибку?
- Конечно нет, раз уж я сразу попалась. - Она надула губы. - Но все-таки
эти прозрачные нейлоновые трусики были просто гениальным ходом с моей
стороны! Прошло по крайней мере несколько минут, прежде чем охранник пришел
в себя и поднял тревогу!
- Мне бы тоже хотелось хорошенько вникнуть в этот вопрос, - вздохнул я, -
но как раз сейчас у меня на это нет времени. Ответьте-ка лучше, кто
организовал побег?
- Женщина... Но я не знаю ее имени.
- И как она выглядит, вы тоже не знаете, потому что при каждой вашей
встрече она была в наряде Санта-Клауса?
- Эта женщина - брюнетка. - В голосе рыжекудрой послышались злые нотки. -
Но это вполне мог быть и парик, откуда мне знать?.. Примерно моих лет, не
особенно хорошенькая, косметикой не пользуется, а одета так, словно, встав
утром, напяливает первое, что подвернется под руку. Но может, все это было
для отвода глаз?
Если бы я удушил рыжеволосую сестру прямо вот тут, то присяжные наверняка
оправдали бы меня. Вероятно, эта мысль отразилась на моем лице, потому что
глаза ее стали еще круглее и она заговорила с еще большей поспешностью:
- Первый раз это было недели две назад. Я пила кофе в какой-то аптеке в
центре города. Она подсела ко мне, зная, кто я такая, где работаю, и даже
то, что нахожусь в постоянном контакте с Кармен Коленсо. Потом спросила, не
хочу ли я шутя заработать тысячу долларов? Я приняла ее за ненормальную, и
это, наверное, отразилось у меня на лице, потому что она вынула из сумочки
несколько сотен. Я убедилась, что она не шутит. И всего-то мне надо было
сделать за двести долларов - передать Кармен Коленсо буквально одну фразу, а
потом снова встретиться с той женщиной в аптеке и рассказать, как мисс
Коленсо отреагировала на ее слова.
- И что же это за слова?
Она на секунду наморщила лоб:
- Я должна была передать Кармен, что Росс охотится за Рэем, но Рэй об
этом ничего не знает, а она - единственный человек, кто может его спасти.
- И как отреагировала Кармен?
- Она просила передать своей подруге, чтобы та вызволила ее из санатория,
- ответила Айрис Демнон. - Об остальном вы, вероятно, и сами догадываетесь?
Вы ведь все поняли насчет машины. Так вот, в машине сидела та самая
брюнетка, с одеждой для мисс Коленсо.
- А это была ваша идея - отдать Кармен свою одежду, чтобы та смогла
обмануть охранника у ворот? Она кивнула:
- Эти восемь сотен оказалось заработать намного труднее, чем первые две!
Брюнетка заявила, что вывести Кармен за ворота санатория - моя забота, и мне
пришлось-таки пошевелить мозгами! А потом неожиданно осенило! Отличный
планчик, который оставлял меня в стороне от всего. И он бы отлично сработал,
не подвернись вы!
- Кармен что-нибудь рассказывала вам о брюнетке? Нечто такое, что помогло
бы нам разыскать ее?
- Нет, насколько я помню. - Она покачала головой. - Кармен-то прекрасно
знала, кто такая эта брюнетка, но никогда не называла ее иначе как "моя
подруга".
- О'кей, - подвел я итог без всякого энтузиазма. - Это все, что вы можете
сообщить?
- Все, - подтвердила она. - Могу я теперь вернуться к своим
обязанностям?
- Почему бы и нет? - проворчал я. - Кто-то ведь должен в этом заведении
подсыпать в кофе яд.
Подойдя к двери, она остановилась, обернулась и бросила на меня
задумчивый взгляд.
- Знаете, о чем я думаю, мистер Холман? - спросила она, и голос ее охрип.
- Я свободна весь уик-энд начиная с пятницы. - Она медленно провела кончиком
языка по нижней губе. - Если бы вы захотели.., ну, закрепить нашу сделку,
что ли.., я с удовольствием собрала бы свой саквояж и встретилась с вами,
где вы назначите. И не забыла бы захватить свои прозрачные нейлоновые
трусики!
- Знаете что? - взорвался я. - Я и так ослеп от сияния романтических
звезд в ваших глазах!
- Я только размышляла вслух, - холодно возразила она.
Доктор вернулся в кабинет через секунду после ее ухода и снова уселся на
стуле за большим столом, обтянутым кожей. Я никогда не думал, что бывают
спаниели в серых дорогих костюмах, но, глядя в его печальные карие глаза,
начинал потихоньку сомневаться в этом.
- Надеюсь, сестра Демнон оказалась вам полезной, мистер Холман? - спросил
он вежливо.
- Даже очень, благодарю вас. Он несколько раз передвинул пресс-папье по
столу, потом осторожно прокашлялся.
- С профессиональной точки зрения трудно пожелать более опытную сестру в
таком заведении, как наше, но у нее есть некоторые сложные личные проблемы.
Она.., она очень сексуальна... - Он качнул пресс-папье указательным пальцем.
- Вы, наверное, тоже это заметили?
- Нет, - ответил я угрюмо. - Я вовсе не считаю, что если девушка носит
прозрачное нейлон
...Закладка в соц.сетях
