Жанр: Детектив
Соблазнительница 2.
...и я
делал все возможное, тянул время, пока какойнибудь
толковый лейтенант не установит, кто действительно это сделал. И вы,
лейтенант, оказались таким полицейским!
- Это не моя заслуга, - скромно сказал я. - Я просто подождал, пока Саммерс
высунется из окна, а потом толкнул его!
Он неуверенно улыбнулся.
- У вас есть чувство юмора! - Он перевел дух. - Ну, что вы скажете?
Закроете меня, дадите передышку или просто
оставите в покое?
Я придвинул к себе телефон, стоявший на его столе, и набрал номер
полицейского управления.
- Соедините меня с лейтенантом Джонсоном, - попросил я секретаря.
- Что? - Рэй в растерянности привстал.
Я улыбнулся ему, ожидая ответа Джонсона. На лице Рэя за мгновение
промелькнуло такое количество различных
выражений, как будто он сдавал экзамен в актерской школе или впервые выдвигался
на "Оскара".
- Вы не сделаете этого! - прохрипел он. - Вы грязный, вонючий, паршивый
коп!
- Теперь я вижу, как вы с Рикки похожи, - сказал я. - Вы даже выражаетесь
одинаково.
- Я вас так не выпущу, Уилер! - внезапно заорал он. - Я обещал расправиться
с вами, даже если это будет стоить мне
жизни и...
- Помолчите! - попросил я. - У меня начинает болеть живот всякий раз, как
вы открываете рот, Уиллис.
В последний раз вы угрожали мне оружием, и я этого не забыл. В следующий
раз, если вы на полтона повысите голос, то,
что от вас останется, будут соскабливать со стен.
Он уставился на меня, широко раскрыв рот. Затем, не отводя взгляда, стал
спотыкаясь протискиваться мимо стола к двери.
- Джонсон, - раздался решительный голос в трубке у моего уха.
- Я подумал, что ты умер, - миролюбиво начал я. - А ты, наверное, обучал
новый призыв женщин-полицейских приемам
защиты без оружия?
- Эл Уилер, - догадался он. - Что случилось? Ты потерял по дороге свою
блондинку?
- Если найдешь ее, оставь себе, Билл, - великодушно разрешил я. - Тут
нашлась миленькая организация, которая только и
ждет твоей руководящей длани.
- Хорошо, давай!
- Только один нюанс.
- Ты не можешь не покрутиться вокруг да около, - сказал он покорно.
- Владелец - человек по имени Рэй Уиллис. Оформляй дело как хочешь, но
выпусти его под залог. Я хочу предотвратить
новые преступления, и он мне нужен на свободе.
- Как скажешь, - согласился Джонсон. - А теперь давай подробности.
Я дал ему название и адрес клуба.
- Закрытый клуб? - спросил он. - И как долго ты был членом?
- Достаточно долго, - самодовольно сказал я. - Здесь есть еще один по имени
Денби или "старина Денби". Он получил
фингал под глазом от одной из девчонок пару дней назад. Если ты найдешь его, то
он сможет дать показания.
- Я найду его, - уверенно сказал Джонсон. - В ближайший час этому клубу
точно выпадет двойное зеро.
- Если что, я позвоню, - заверил его я. - Увидимся, Билл.
- Пока, - ответил он. - Спасибо.
На выходе я остановился, чтобы забрать шляпу у Джерри Кашман.
- Уже уходите, лейтенант? - Она симпатично надула губки. - Что так рано?
- Новый порядок, - ответил я. - У тебя есть пальто? Надевай его и иди
домой.
- Меня уволят, если я уйду так рано! - сказала она.
- Тебя уволят в любом случае, милая, - устало сказал я. - Таков новый
порядок - я тебе уже говорил.
Всех уволят.
- Я поняла, лейтенант! - сказала она. - Одеваюсь и ухожу, как будто теня
здесь никогда не было.
- Жаль, что весь этот блеск пропадет зря, - сказал я. - Но ведь это шоубизнес,
не так ли?
- Как раз сейчас я не вижу здесь никакого бизнеса, - ответила она. -
Спасибо за предупреждение. Если у меня будут
сложности с работой, я вам позвоню.
- Звони мне просто так. У меня дома есть проигрыватель с пятью колонками. Я
умею готовить по крайней мере пять
разных напитков. Кроме того, я очень необычный и интересный человек и могу
показать тебе жизнь такой, какой ты ее
никогда не видела.
Из клуба я прямиком поехал домой и добрался туда около половины
одиннадцатого. По дороге мои мысли занимал некий
житейский парадокс. Женатые люди, как правило, жаждут одиночества, а их дома
встречает шумная компания; холостяки в
аналогичной ситуации не прочь перемолвиться с кем-нибудь словом, но их желание
обычно неосуществимо. Зайдя в
квартиру, я понял, что сегодня мой парадокс не сработал: в кресле сидела Илона
Брент и ждала меня.
На ней опять был один из деловых костюмов с белой шелковой блузкой. От ее
личика феи веяло прохладой, а может,
холодом.
- Как вы попали сюда? - поинтересовался я.
- Я сказала привратнику, что, если не получу сегодня алиментов, мне откажут
от жилья, - спокойно сказала она. - Поэтому
он разрешил мне войти и подождать.
- Готов спорить, что эта история поднимет уровень моего кредита, - мрачно
пошутил я.
- Он был очень мил, - сказала Илона, улыбаясь. - Сказал, что не ждал иного
от паршивого копа, и добавил, что, когда ваш
проигрыватель в следующий раз разбудит его среди ночи, он просто отключит до
утра электричество в вашей квартире.
- Вот вам и людская благодарность! - окончательно расстроенным голосом
произнес я. - Только на Рождество я дал ему
двадцать пять центов - и что я имею в ответ? Ну, ладно, хватит о нем, -
переменил я тему разговора. - Удивительно! Я как раз
хотел вас видеть. Пойду налью чего-нибудь выпить, а потом мы можем поговорить.
- Я не хочу пить, - отрезала она. - Вы хотели меня видеть, да? Вы пробыли
сегодня в гостинице семь часов, но даже не
заглянули ко мне. Хотя почти все это время нас разделяла всего одна стена!
- Милая, - сказал я страдающим голосом. - Я же полицейский. Работаю круглые
сутки: иду, куда пошлют, не выбирая.
- Вы хотите сказать, что Лин силой уложила вас к себе в постель?! -
выкрикнула она.
- С таким острым слухом вы, должно быть, улавливаете, как термиты
прогрызают стены, - с благоговением произнес я.
- Уж не воображаете ли вы, что я сидела, прижав ухо к стене? - задыхаясь от
ярости, выдохнула она.
- Я просто заскочил к ней выпить, - неубедительно сказал я. - Но вот чего я
не могу понять: почему мы ссоримся, как двое
супругов? Если вы зашли, чтобы получить алименты, значит, по-вашему, мы в
разводе; по-моему же, мы еще вообще не
женаты.
Какое-то время она боролась с собой, но потом не выдержала и рассмеялась. Я
прокрался на кухню и налил два бокала.
Когда я вернулся, она успокоилась и только время от времени хихикала.
Она взяла стакан, кивнув в знак благодарности.
- Лин рассказала мне о своем триумфе, - сказала она, когда к ней вернулся
дар речи. - Я должна была слушать и
улыбаться, хотя мне хотелось вцепиться зубами ей в горло. И это все ваша вина!
- Моя?
- Вам нужно было проявить твердость и отказаться.
Если бы она поняла, что вы действительно ее не хотите, то она бы не
пыталась обольстить вас.
- Держу пари, отказать можно любой девушке, - угрюмо произнес я. - Но в ее
хит-параде нет мелодии любви. Мне все
подробно объяснили. Эта дама совершенно иная: у нее раз в два года наступает
приступ сексуального голода. Поражает ее с
быстротой молнии и с неизбежностью уплаты налогов. В этот момент она хватает
мужчину - любого мужчину, который
оказался поблизости. В этот раз им оказался лейтенант Уилер!
- Смешно, но я склонна верить, - сказала Илона, потягивая напиток. - И от
этого я чувствую себя не намного, но все-таки
лучше.
- Счастлив за вас, милая, - проговорил я. - Заходил ли к вам мой верный
сержант?
- Этот человек не в своем уме. Он шизофреник! - воскликнула Илона. - Когда
я открыла дверь, на мне был пеньюар, и,
полагаю, это была моя ошибка. Он застыл как столб, а его взгляд намертво
приклеился к моей груди. Он бы до сих пор там
стоял, если бы я не подняла его подбородок и не заставила взглянуть мне в лицо.
Когда я села, чтобы ответить на его
вопросы, он вдруг соскользнул со стула, прополз по ковру и схватил меня за ногу!
- В юности он получил отставку от какой-то хористки, - объяснил я. - И до
сих пор не может этого забыть.
- Но ему совсем не нужна была моя нога! - с достоинством сказала она. - Ему
нужна была моя туфля.
Он сдернул ее, а потом все время ходил с ней по комнате и спрашивал, где
шампанское!
- В офисе мы называем его человеком с неортодоксальным мышлением, - важно
произнес я. - Его поступки
труднопредсказуемы.
Лицо Илоны вдруг стало серьезным.
- Что насчет Хиллари? - мягко спросила она.
- Он понял, что у него нет шансов, и выпрыгнул в окно, - ответил я. - С
этим делом покончено.
- Вы ведь не верите в это! - напряженно сказала она.
- Зато верит шериф, - ответил я. - С большим скрипом он дал мне двадцать
четыре часа, чтобы я доказал его не правоту.
- Хиллари не был моим идеалом мужчины...
- По крайней мере с тех пор, как вам исполнилось семнадцать?
Она удивленно посмотрела на меня, и мне пришлось рассказать ей о страсти
Хиллари к девочкам.
- Вы не знали об этом?
- Даже не догадывалась, - вздохнула она. - Ведь он был приятным мужчиной во
многих отношениях.
- В каких именно? - задумчиво пробормотал я. - Может быть, вы сейчас
думаете по-другому.
Илона пристально взглянула на меня:
- Если вы не смените тон, я сейчас же замолчу и не буду терять время на
разговоры.
- Это только разница точек зрения, - примирительно сказал я. - Например,
мне не кажется, что Хиллари Саммерса можно
считать приятным человеком. Он был слабовольным человеком с отвратительным
пороком, но причина его смерти в другом.
Думаю, убийца, который выбросил Хиллари из окна, знал о нем что-то еще.
- Вы тоже не верите, что он сам сделал это! - обрадовалась она. - Тогда о
чем же мы спорим?
- Объясните-ка лучше вот что, корифей юриспруденции, - серьезно сказал я. -
Анжела не имеет права на наследство до
достижения двадцати одного года.
А могла ли она подписать обязательство выдать некоему лицу часть своего
наследства в будущем?
- Конечно, могла, - ответила Илона. - Это часто бывает - люди занимают
деньги под залог будущих доходов. Чтобы
получить деньги, нужно составить юридически безупречный договор с
заинтересованной стороной, в котором оговаривалось
бы, что она вернет сумму займа в течение разумного времени после достижения
двадцати одного года, скажем, шести
месяцев.
- Нужно ли подобный договор заверять нотариально?
- Если сумма достаточно велика, то да. Вы думаете, Анжела уже заняла деньги
под залог наследства?
- Нет, - ответил я. - Но я думаю, что ее могли шантажом вынудить подписать
нечто подобное. Мне бы хотелось знать это
наверняка.
- Где мог бы быть подписан договор, как вы думаете?
- Полагаю, здесь, в Пайн-Сити, два дня назад.
- Если хотите, я займусь этим, - с энтузиазмом сказала Илона. - Мне не
составит труда найти нотариуса, который
подготовил договор и заверил подписи.
- Это было бы чудесно, - ответил я. - Теперь давайте расслабимся и поиграем
в юридические игры. Вы будете
свежеиспеченный контракт, а я выброшенный из него параграф, который пытается
проникнуть обратно., Правил борьбы
оговаривать не будем и... Эй! Куда вы?
- Назад в гостиницу, возлюбленный! - с сарказмом произнесла она. - Приступ
двухлетней болезни, может, и прошел, но
моя память еще слишком свежа. Спокойной ночи, Эл.
Она открыла входную дверь и вышла в ночь.
- Я протестую! - крикнул я вдогонку, но дверь за ней уже закрылась.
Прав был тот, кто первым сказал, что невозможно все время выигрывать!
Глава 12
Полник сидел рядом со мной на переднем сиденье "остина", время от времени
подталкивая меня локтем, чтобы убедиться
в моей реальности. Он еще не пришел в себя и, может, никогда не придет. Но это
вряд ли будет иметь какое-то значение.
- Куда мы едем? - наконец спросил он.
- В мотель, - ответил я.
- В этот задрипанный притон? А когда мы вернемся в "Звездный свет"? -
спросил он смущенно. - Сейчас рано, мы могли
бы застать всех дам в этих прозрачных ночнушках.
- Пеньюарах! - сквозь зубы поправил я. - Вот как это называется. Одно из
тех словечек, за которые мир никогда не простит
Мэдисон-авеню.
- Это точно, лейтенант! - вдруг согласился Полник. - У меня были русские,
которых презирали за их не правильный язык.
- Возможно, это так, - ответил я.
Я припарковал машину напротив седьмого номера и вышел. Полник кряхтя
вытаскивал наружу свое тело и наконец
подошел ко мне, тяжело дыша:
- Что нам здесь нужно?
- Я оплакиваю гения фотографии по имени Марвин, - сказал я. - Сколько окон
в этом номере, Полник?
- Только одно, на которое вы смотрите, - осторожно произнес он.
- Верно на сто процентов. Посмотри в окно и скажи, что ты видишь, Ватсон.
- Ватсон? - Полник нервно дернул себя за ухо. - Я - Полник, лейтенант, вы
забыли?
- Я имел в виду того сержанта, который работал в отделе по борьбе с
наркотиками, - извинился я. - Посмотри в окно!
Полник озабоченно наморщил лоб. Он всегда считал, что любую работу нужно
делать как следует. Другой вопрос, была
ли работа ему по силам.
- Итак, что ты видишь? - спросил я.
- Внутренность номера, лейтенант.
- Замечательно. Что еще?
- Кровать, стол - это все, что есть в этой конуре.
- Где стоит кровать? - поощрил я.
- У дальней стены, лицом ко мне.
- Предположим, что я сейчас в номере, лежу на кровати. Что бы я сейчас
делал?
- Смотрели бы прямо на меня! - торжествующе произнес он.
Я зажег сигарету и наблюдал, как дым борется с утренним воздухом.
- Вот почему мы скорбим об Альби Марвине, - сказал я. - Он был гением
фотографии. Сделать восемь снимков двух
человек в самых интимных позах - и не быть ими замеченным! Ведь любому из них
достаточно было поднять голову, чтобы
увидеть его с камерой, направленной на них.
- Вы уверены, что он снимал именно через это окно? - спросил Полник.
- А разве ты видишь другое?
- Да. - Он подумал с минуту. - Может, он дождался темноты?
Я услышал тяжелые шаги и обернулся поприветствовать мистера Джонса.
- Вы, должно быть, любите это место, лейтенант? - кисло проговорил он. -
Все время возвращаетесь сюда! - Он
презрительно плюнул, посадив на бетон отвратительную кляксу всего в шести дюймах
от моего правого ботинка. - Не
рассчитал, - нагло буркнул он. - Простите!
- Вы знаете, почему я люблю бить стариков, сержант? - развязно начал я. -
Они никогда не дают сдачи.
- Они боятся за свои кости, - подхватил мысль Полник. - Они у них такие
хрупкие от старости, да?
- Если у вас здесь дело, лейтенант, скажите какое! - резко оборвал наши
размышления Джонс. - Или убирайтесь - вы
нарушаете право частной собственности.
- Седьмой номер. - Я указал на комнату перед нами. - Здесь останавливалась
молодая пара, верно?
- Вы же сами знаете!
- Девятый номер. - Я показал дальше. - Там жил Марвин, да?
- Вы что - в игры играете? - Он весь напрягся.
- Как раз между ними номер восемь, - сказал я. - Откройте его нам, мистер
Джонс.
- Зачем?
- Просто я вас вежливо прошу об этом!
- Вы не имеете права! Где у вас ордер? - забушевал он.
- Хорошо, - тяжко вздохнул я. - Сержант, вот постановление департамента
здравоохранения о том, что плевок - это
оскорбление действием, если он произведен в радиусе десяти ярдов от любого
здания, арендуемого или сдаваемого внаем.
Наденьте на мистера Джонса наручники и посадите в машину - возьмем его с собой,
когда поедем в город. А тем временем
пойдите и возьмите ключи от номеров.
- Есть, сэр! - просиял Полник.
- Ладно! - прохрипел Джонс. - Я сам дам ключи.
Я подождал, пока Джонс вместе с Полником не вернулись с ключом.
- Я бы попросил вас открыть номер, - сказал я ему.
Он, ворча, повернул ключ в замке и толкнул дверь.
- После вас, - вежливо сказал я.
Внутри стояла кровать с голым матрасом и стол - та же обстановка, что и в
других номерах.
Я подтолкнул Джонса к двери в ванную и прошел за ним. Ванная походила на
мечту хиппи - везде валялся хлам. Ванночки
для проявки, бутылки с растворами, емкости из-под кислоты с твердой коричневой
коркой.
У одной стены на деревянной скамье был установлен увеличитель. Рядом с ним
лежала дорогая камера с отличным
объективом.
- Ваше хобби, мистер Джонс? - вежливо спросил я.
- А что, есть закон, запрещающий это? - Он сплюнул в резервуар для
промывки, на стенках которого темнели пятна от
кислоты. - Я вам говорил, что у меня есть фотоаппарат.
- Да, говорили, - согласился я.
Вернувшись в комнату, я внимательно осмотрел стену, разделяющую седьмой и
восьмой номера. Лишь подойдя
вплотную, я обнаружил квадратную дощечку, которая легко сдвигалась по смазанному
жиром желобу, открывая круглое
отверстие, точно по диаметру объектива. Чтобы получить четкий снимок, надо знать
точное расстояние между объективом и
центром кровати, следовательно, фокусировка была автоматической. Дощечку можно
было чуть-чуть приподнять незаметно
для жильцов, и когда любовники были слишком поглощены собой, вместо глаза в
отверстии появлялся объектив камеры, уже
готовый навечно запечатлеть захватывающие мгновения.
- Что вам больше нравится, мистер Джонс, подглядывать или фотографировать?
- спросил я. - Позвони шерифу и попроси
его немедленно приехать, - приказал я Полнику. - Я хочу, чтобы он это увидел.
Владелец мотеля без сил прислонился к стене, вмиг постарев лет на десять. Я
вообще удивился, что он еще жив.
Через полчаса Лейверс торопливо вошел в номер, и я показал ему
приспособление с дыркой в стене.
- Как вы догадались об этом? - с подозрением спросил он.
- Было очевидно, шериф, что Марвин не мог фотографировать через окно.
Маловероятно и то, что Рикки и Анжела
специально позировали для снимков. Значит, была какая-то уловка, а тут не могло
обойтись без Джонса. Были и другие
соображения. У Марвина оказались снимки, но не было камеры. Когда я проверил его
бумажник, в нем оставалась сотня
долларов. Миссис Саммерс отправила ему телеграфом две тысячи утром накануне
убийства. Деньги мог забрать убийца, но
почему же тогда он оставил сотню? Похоже, те две тысячи он кому-то был должен.
Но кому, кроме владельца?
Лейверс с отвращением наморщил нос.
- Мне все меньше нравится эта история. Вначале мы полагали, что все, кроме
убийцы, - обычные люди. Когда же
вплотную занялись ими, то обнаружили столько грязи! Пианист, который содержит
бордель; миллионер, совращающий
старшеклассниц; мать, желающая доказать, что ее дочь изнасиловали; и вот теперь
- старик, который тратит свои последние
дни, подглядывая за ничего не подозревающими парочками, полагающими, что за свои
деньги они получили по крайней мере
уединение!
- Может, это не очень морально, - дрожащим голосом произнес Джонс, - но и
не уголовно наказуемо.
- Давайте вернемся в ваш офис, мистер Джонс, - предложил я. - Мы ведь еще
не начали с вами разбираться. Так что
вопрос об уголовщине пока открыт.
Когда мы вошли в офис, он тяжело сел и неподвижно уставился в одну точку.
- У вас ничего нет против меня! - не очень бодро сказал он. - А я вам
ничего не скажу!
- Кто делал фотокарточки, которые мы нашли в чемодане Марвина? - спросил я.
- Конечно, Марвин! - Он сердито посмотрел на меня. - Любой дурак определит,
что на конверте его почерк.
- Как он их сделал?
- Я не знаю.
- Единственный возможный способ - это воспользоваться вашим
приспособлением, - сказал я. - Он сам не мог попасть
туда, даже узнать об этом не мог. Сколько он заплатил вам, Джонс?
- Я не понимаю, о чем вы говорите!
Шериф положил руки на стол и подался вперед. Теперь он сидел лицом к лицу
со стариком.
- Послушайте хорошенько, Джонс, - прорычал он. - Если вы будете
сотрудничать с нами, я, возможно, облегчу вашу
участь. В противном случае обещаю, что вы умрете в тюрьме!
Голова старика внезапно дернулась, и он невидящим взглядом уставился в
немигающие глаза шерифа.
- Хорошо, - прошептал он. - Что вы хотите узнать?
- Сначала здесь появились Рикки Уиллис и Анжела Саммерс, - сказал я. -
Часом позже в такси приехал Марвин. Начните
отсюда.
- Ну, он зарегистрировался, - пробормотал Джонс, - потом задал мне
несколько вопросов - он знал, что парочка уже здесь.
Сказал, что он частный детектив и хотел, чтобы я ему помог. Он тут же выложил
пятьдесят баксов.
Я сказал, что, конечно, помогу по мере сил. Он сообщил мне, что девица при
деньгах, а парень - бездельник. Ему нужны
были конкретные доказательства, что они живут вместе. Для этого, считал он,
нужно достать камеру и сфотографировать их
ночью.
- А вы спросили, сколько бы он дал за серию фотографий? - подсказал я.
- Вы чертовски проницательный человек! - язвительно сказал он. - Он
пообещал тысячу долларов. - Джонс презрительно
рассмеялся. - Тоже мне детектив - сразу раскрыл карты! Тогда я показал ему
установку, а когда он пришел от нее в восторг, я
потребовал две тысячи и ни цента меньше. Сначала он ругался, потом остыл и
согласился. Он дал мне триста долларов
задатка и сказал, что утром позвонит своей клиентке в Нью-Йорк, чтобы она
выслала остальные деньги телеграфом.
- Как ее звали?
- Саммерс. Миссис Джофри Саммерс.
- Продолжайте.
- Мы сделали снимки на следующее утро, около половины седьмого. - Он грязно
захихикал. - Жаркое утреннее солнце
делает молодых неутомимыми...
- Можете опустить подробности, - разрешил я.
- Я сразу проявил фотографии. Марвин был до смерти рад, когда увидел их, и
попросил меня сделать еще один комплект
снимков. Потом он пошел звонить в Нью-Йорк. Вскоре я увидел, как он спорил с
парнем, после чего тот уехал и вернулся
только около полуночи. Может, позже, я не уверен.
- Что еще?
- Вечером я напечатал еще фотографии. Я положил их в конверт и передал
Марвину. Он был очень доволен и напоминал
кота, проглотившего канарейку. Сказал, что я сделал большое дело.
- Он сказал еще что-нибудь? - рявкнул Лейверс.
- Конечно, - медленно кивнул Джонс. - Он был так доволен собой, что ему не
терпелось поделиться своей радостью с кемнибудь!
А кроме меня, никого рядом не было. Он сказал, что с помощью этих
фотографий сможет обеспечить свое будущее
по крайней мере тремя способами.
- Как он собирался это сделать?
- Мать девчонки наняла его, чтобы он их нашел. Но она наняла его не сама, а
с помощью своего деверя, который сам
неравнодушен к девчонке. - Джонс позволил себе грубо расхохотаться, но, взглянув
в лицо Лейверса, мгновенно оборвал
смех. - Ну и дядя девчонки просил Марвина надавить на нее, чтобы она бросила
своего повесу, вернулась в Нью-Йорк и
снова сошлась с дядей.
Марвин показал парню фотографии и пригрозил ему, что отнесет их шерифу и
сообщит к тому же, что парень раньше
сидел. Он обещал обвинить юнца в изнасиловании и нарушении закона Манна. Я как
сейчас вижу его, - задумчиво
продолжал Джонс, - сидящим напротив меня, где сейчас сидите вы, шериф, и глупо
смеющимся. Он думал, что до смерти
напугал мальчишку, пригрозив ему полицейским участком, и рассчитывал, что мать
будет так довольна, что отвалит большие
деньги.
А через несколько лет, когда девчонка соберется замуж за кого-нибудь из
высшего общества, Марвин полагал, сможет
продать ее матери фотографии за огромную сумму.
- Великий болтун Марвин! - сказал я. - Удивляюсь, как он прожил так долго?
- Это была только разминка! - Старик усмехнулся почти с гордостью. - Я
никогда не видел человека с таким количеством
идей - для этого нужен талант!
- Вы внимательно рассмотрели его затылок? - резко спросил Лейверс. - Для
этого тоже нужен талант.
Джонс в ответ только пожал плечами и продолжал:
- Следующей в его списке была девчонка. Он полагал, что как только Уиллис
слиняет, он сам сможет поразвлечься с ней.
Он собирался показать ей снимки, рассказать, что ее дружок сбежал, а в Нью-Йорке
ее ждет дядя. Поскольку ей все равно
ничего не оставалось, как вернуться в семью, Марвин собирался уговорить ее быть
с ним поласковее, чтобы он не отнес
фотографии в полицию и не заложил Уиллиса со всем его прошлым.
- Вы следите, какова логика, шериф! - сказал я. - Может быть, людям,
убивающим таких ублюдков, как Марвин, выдавать
медали?
- Давайте дослушаем до конца и закончим с Джонсом! - предложил шериф. - У
меня по спине уже мурашки ползают.
- Затем Марвин хотел "позаботиться" о дядюшке, - скрипучим голосом
продолжал Джонс. - Он позвонил Хиллари
Саммерсу в гостиницу в Пайн-Сити. Марвин подробно описал ему фотографии и
сказал, что из-за этих снимков у него
возникла проблема: мать девчонки хочет использовать эти фотографии как улику
против Уиллиса, а потом - когда
мальчишка будет осужден - отправить девчонку куда-нибудь далеко и надолго,
например, в дом отдыха. Дядюшку такая
перспектива вряд ли устроит.
- С твоей скоростью, старый козел, мы доберемся до цели только на следующей
неделе! - взорвался Лейверс. - Итак,
Марвин сказал Саммерсу, что отдаст фотографии тому, кто за них больше даст, так?
- Если вы все уже знаете, - обиделся старик, - зачем спрашиваете?
- Сколько предложил Саммерс? - быстро спросил я.
- Тысячу долларов! - благоговейно сказал Джонс. - Так сказал Марвин.
- Как он должен был заплатить?
- Заверенным банковским чеком. Марвин сказал Саммерсу, что они могут
обговорить детали той же ночью.
- Повтори, что ты сказал! - почти вежливо попросил Лейверс.
- Он велел Саммерсу быть здесь, в мотеле, в одиннадцать, - буркнул Джонс. -
У вас проблемы со слухом?
- Они встретились в одиннадцать? - спросил я.
- Я не знаю, - вяло произнес он. - Я взял бутылку хорошей выпивки и
устроился в одном из незанятых номеров. Это было
около половины десятого, и до рассвета следующего утра я ничего не видел и не
слышал.
- Тогда откуда вы знаете, что Уиллис вернулся не раньше полуночи? -
раздраженно спросил я.
- Один из клиентов пожаловался утром, что его разбудил среди ночи шум
мотора, - торжествующе сказал Джонс.
- Мы услышали достаточно, - сказал Лейверс. - Отведите его в мою машину,
Полник. И не дырявьте его шкуру без
необходимости.
- Разумеется, шериф, - буркнул Полник. Он поднял старика и вывел его из
офиса.
- У меня ощущение, что воздух стал чище, - проговорил Лейверс, когда за
ними закрылась дверь.
- Вы имеете в виду мистера Джонса? - ухмыльнулся я.
- Ну, Уилер. - Голос шерифа заметно потускнел. - Я полагаю, наша версия
оказалась верной.
- Только потому, что старый проныра рассказал, как Марвин договаривался о
встрече с Саммерсом? -
...Закладка в соц.сетях
