Жанр: Детектив
Коварная Соломея
Картер БРАУН
КОВАРНАЯ САЛОМЕЯ
ONLINE БИБЛИОТЕКА htt://www.etlirary.ru
Она ничуть не была похожа на знаменитое сопрано. Возможно, ее нескладный
костюм из твида производил обманчивое впечатление, под ним скрывалось
великолепное тело примадонны.
- Да? - спросила она еле слышно.
В ее голосе и в глазах чувствовалось напряжение. Она крепко держала
дверь, готовая захлопнуть ее, поведи я хоть бровью.
- Я Дэнни Бойд, - сказал я и слегка повернул голову, чтобы она по
достоинству оценила мой неотразимый профиль.
- Кто?
Судя по очкам в голубой оправе, она была настолько близорука, что даже
вблизи не разглядела бы толком мое лицо. Толстые линзы увеличивали ее глаза,
но я не сказал бы, что от этого они казались красивее. Сейчас они были
похожи на две мутные лужи, в глубине которых могло скрываться все, что
угодно.
- Я не перепутал номер? - спросил я, начиная сомневаться. - Мне нужна
Донна Альберта.
- О да! - энергично кивнула она. - Я Хелен Милз, ее секретарь.
- Она позвонила мне час назад, - терпеливо объяснил я. - Просила прийти
как можно скорее.
У Хелен Милз был по-прежнему нерешительный вид, словно она никак не могла
сообразить, говорю ли я правду или, может, я насильник, который вышел на
свою утреннюю охоту.
- Я спрошу, - наконец прозвучало в ответ. - Подождите здесь.
Дверь захлопнулась перед самым моим носом, и не отшатнись я, дело могло
закончиться травмой. Их у меня уже было достаточно, и получить еще одну от
Хелен Милз мне совсем не улыбалось. Неожиданно дверь снова распахнулась, и
по тому, как изменилось выражение лица у секретарши, стало понятно, что мои
рекомендации в порядке, хоть я и не член ее клуба.
- Мисс Альберта ждет вас, мистер Бойд, - произнесла она снова почти
беззвучно. - Входите.
Войдя, я огляделся по сторонам с видом американца, имеющего возможность
снять точно такой же номер в "Уолдорф Тауэрз". Номер был именно таким, каким
я его и представлял, и только двое в гостиной вносили явно диссонирующую
ноту в его роскошную обстановку. Дама громко и картинно рыдала. Поглядев же
на выражение лица мужчины, легко было уяснить, что сострадание вовсе не
входит в его планы.
Я сразу понял, что рыдающая дама с густыми серебристо-светлыми волосами и
есть Донна Альберта. На ней была блузка из тонкого шелка цвета металла, из
которого делают оружие. Блузка плотно облегала прямо-таки олимпийские
вершины ее великолепно развитых грудей. У меня мелькнула неплохая мысль:
если такая грудь - результат пения в опере, то всех девочек нужно заставлять
петь часа по два в день с самого раннего возраста.
Туго затянутый красный пояс выгодно подчеркивал тонкую талию, а брюки
цвета розового леденца еще более плотно облегали ее пышные бедра и длинные
ноги. Даже в изысканной обстановке "Тауэрз" она выглядела достаточно
уместной.
- Мистер Бойд, - всхлипнула она, - это мистер Касплин, мой менеджер.
Мистер Касплин ростом был чуть повыше лилипута. Он сидел в кресле, и ноги
его не доставали до ковра. Пожалуй, только женщина с извращенным материнским
инстинктом могла бы назвать его привлекательным. Его голова совершенно не
гармонировала с остальными частями тела. Она была ошеломляюще красива.
Совершенная симметрия черт была увенчана блестящими черными волосами,
тщательно уложенными назад с широкого лба таким образом, чтобы в наиболее
выгодном свете представить каждый естественный завиток. Рот его был сжат, а
в глазах читалось явное неодобрение лилипута по отношению к миру слабоумных
великанов, в котором он вынужден жить.
- Присаживайтесь, мистер Бойд, - пригласил он птичьим голоском. - Вам,
наверное, не терпится узнать, зачем вы понадобились мисс Альберте?
Я присел на тахту напротив. Хелен Милз истуканом застыла за креслом Донны
Альберты.
- "Сыскное бюро Бойда" берется за любые дела, - ответил я. - Если гонорар
подходящий, справимся с чем угодно.
Касплин достал из кармана серебряный футляр, открыл крышку - внутри был
серый порошок. Большим и указательным пальцами он прихватил щепотку порошка
и поочередно поднес к каждой ноздре, изысканно вдыхая его. Голова у него
была повернута набок, и сейчас он был похож на птицу, удивленную тем, что в
нее вот-вот выстрелят.
- Понюхайте, мистер Бойд, - мягко произнес он как бы в ответ на мой
невысказанный вопрос. - Это успокаивает нервы.
- Касплин! - Дивное сопрано Донны Альберты полилось мощным потоком. - Не
теряйте времени, расскажите о Ники.
- Да, конечно, - резко ответил он. - Но сначала, мистер Бойд, вы должны
твердо уяснить, что все это в высшей степени конфиденциально.
- Разумеется, - кивнул я.
- Ники, - всхлипнула Донна Альберта. - Мой бедняжка Ники!
- Его похитили два дня назад, - пояснил Касплин.
- Вы связались с ФБР? - спросил я.
- Нет, - покачал он головой. - Мисс Альберта не хотела беспокоить их при
данных обстоятельствах.
- Не хотела беспокоить? - повторил я с удивлением. В его глазах появилось
и тут же исчезло злобное выражение.
- Полагаю, нужно объяснить вам, - мягко сказал он. - Ники - пекинес.
- Собака? - Я даже задохнулся.
- Собака, - подтвердил он.
- Очень смешно, - выдавил я из себя, вставая. - Я пришлю вам счет за
потраченное время.
- Сядьте! - повелительно произнес Касплин. - Это совсем не смешно, мистер
Бойд. Ники вернули сегодня утром в подарочной упаковке. Мертвым. Кто-то
выпотрошил его не хуже хирурга.
Несколько секунд я сидел молча, слушая музыкальное рыдание Донны
Альберты, заполняющее гостиную.
- Шутка для крепких желудков, мистер Бойд, - закончил Касплин. - К
несчастью, мисс Альберта, как вы видите, не в силах ее принять. Мы бы
хотели, чтобы вы провели расследование и нашли убийцу.
- Расследовать убийство собаки? - уставился я на Касплина. - Вы хоть
представляете, сколько это будет стоить?
- Донна Альберта все оплатит, - ответил он. - В данном случае деньги не
имеют значения.
Я расслабился. С этого момента они стали моими клиентами. Я даже зажег
сигарету, на которую Касплин уставился так, словно ему нанесли личное
оскорбление.
- Ненавидели собаку или Донну Альберту? - спросил я.
- Поэтому мисс Альберта и пригласила вас, Бойд, - едко заметил он. -
Выясняйте. У нее и так хватает проблем - осталось всего четыре дня до
премьеры. А тут еще этот Эрл Харви...
- Эрл Харви? - стараясь казаться безучастным, переспросил я.
В глазах у Касплина промелькнуло явное недоверие.
- Да, импресарио. Вы хотите сказать, что ничего не слышали о нем?
- Подстрекатель, а не импресарио! - темпераментно вмешалась Донна
Альберта.
- О Харви я действительно слышал, - осторожно ответил я. - Только никогда
не слышал, что он участвует в культурных забегах.
- Ха! - Донна Альберта вскочила. Маска скорби сменилась на ее лице
трагедийной маской. - Что, Касплин? Даже частный детектив ужаснулся при
упоминании его имени! И в руки этого человека ты отдал бессмертное
лирическое сопрано Донны Альберты!
- Послушай... - начал Касплин.
- Кто я? Заклинательница змей? - в отчаянии вопрошала она. -
Рок-певичка?! - Она неожиданно завиляла бедрами, подражая кумиру подростков.
- Донна, пожалуйста! - Касплин сделал слабый протестующий жест рукой,
затем устало закрыл глаза. - Мы уже тысячу раз говорили об этом... Эрл Харви
платит жалованье за ваш великий голос плюс пятнадцать процентов с прибыли.
Разве театр "Метрополитен" когда-нибудь выплачивал примадонне проценты?
Но было ясно, что примадонне наплевать на логику. Она со знанием дела
доводила себя до дикарского неистовства.
- Как ты смеешь сравнивать этого вонючего борова со Второй авеню с
Метр...?! - вопила она над склоненной головой своего управляющего. - Ты
спятил, Касплин! Ты оскорбил не только меня! Ты оскорбил великий дом, место
рождения, купель оперы!
Касплин приоткрыл маленький блестящий глаз и уныло уставился на меня.
- Это надолго, - сказал он, явно имея в виду горластую фурию, которая
своим голосом, похоже, хотела сдвинуть "Тауэрз" на несколько дюймов с
фундамента.
- Подожду, - громко, в расчете, что меня услышат, сказал я. - Вы платите
за мое время.
- Это один из ее плохих дней, - сказал он, посмотрев на часы. - Может,
нам лучше встретиться у меня в конторе? Скажем, часа через два.
- Идет! - кивнул я и встал.
Касплин протянул мне визитную карточку, затем снова откинулся в кресле и
закрыл глаза. Голос Донны Альберты - взволнованный и очень громкий - звучал
все выше и мощнее. Я вышел из номера за несколько секунд до того, как со
стен, наверное, посыпались картины.
На пути к лифту меня остановило нервное прикосновение к локтю. Я
оглянулся - Хелен Милз смотрела на меня из-за своих мощнейших линз.
- Не обращайте внимания на Донну Альберту, мистер Бойд, - сказала она с
придыханием. - Не надо забывать, что она великая артистка, и это Касплин -
чудовище! - настоял, чтобы она участвовала во всем этом ужасе!
- Что касается меня, то я нахожу театр на Второй авеню чудесным, -
заверил я ее. - Я также не имею ничего против постановок за пределами
Бродвея. И вообще я демократ. Живу на Сентрал-парк-Вест.
- Она сейчас не в себе, - настойчиво продолжала Хелен Милз. - Вы не
должны винить бедняжку. Я имею в виду, что Ники вернули в.., пакете! Потом
эта премьера так скоро... Да еще этот немыслимый танец...
- Танец?
- Конечно. Ей придется исполнять танец Семи покрывал. Знаете? Сбрасывать
с себя одежды. Этот Эрл Харви - маньяк, помешанный на эротических сценах. Он
настаивает на том, чтобы она сбросила все семь.
Глаза мои плотно закрылись, и я вдруг почувствовал симпатию к Касплину.
- Что-нибудь случилось, мистер Бойд? - обеспокоенно спросила она.
- Все семь? - тихо переспросил я.
- О! - В ее голосе послышалось презрение. - Разве вы не знаете, что это
"Саломея"?
- Оскара Уайльда?
- Рихарда Штрауса. - С каждым словом ее голос становился холоднее. - Он
написал оперу по пьесе Оскара Уайльда.
- И Донна Альберта будет петь Саломею? И к тому же танцевать, сбрасывая с
себя одежды? - Мои глаза широко раскрылись и, должно быть, так вспыхнули,
что Хелен Милз отпрянула назад. - Где можно достать билеты? - возбужденно
спросил я.
- Мистер Бойд! - Ее ноздри раздувались от возмущения. - Вы отвратительны!
Она устремилась по коридору к номеру, и даже в этом ее ужасном костюме ей
удалось всем своим видом выразить вопиющее презрение.
Уединившись в баре на Мэдисон-авеню, я выпил пару бокалов мартини и
задумался. Стоило мне закрыть глаза, как я отчетливо видел самого себя,
расследующего смерть пекинеса. Я стоял на четвереньках где-то на Второй
авеню и гавкал вопросы датскому догу-суке:
- Когда в последний раз вы видели Ника Пеки? И всякий раз, когда я уже
готов был кинуться к ближайшему телефону и сказать Донне Альберте, что черта
с два, пусть она найдет кого-нибудь другого, в голове у меня возникала
картина: последнее покрывало медленно падает с великолепного тела... Я
понял, что попался на крючок.
Я пришел в контору к Касплину ровно через два часа после того, как
покинул номер в гостинице. У него там сидела регистраторша или секретарша, а
может, то и другое вместе - она была достаточно велика, чтобы справляться с
двумя обязанностями. Похожая на изваяние, рыжеволосая, почти шести футов
ростом. Если моя теория была правильной, то, судя по тому, какую грудь
облегал ее пуловер, - эта особа обладала неплохим певческим голосом.
- Мистер Касплин назначил мне встречу, - сказал я. - Мое имя Бойд.
Она взглянула в блокнот и покачала головой.
- Извините, - произнесла она отчетливым контральто. - У меня не записано.
- Извините и вы меня, - искренне огорчился я. - Получается как с
кораблями в ночи или что-то вроде этого. Если бы мое имя - меня зовут Дэнни
Бойд - было у вас записано, из этого могло бы многое получиться. - Я
покосился на ее грудь. - Кто-нибудь говорил вам, что вы могли бы петь в
опере?
- По-моему, мне знаком ваш профиль, - сказала она, внимательно
рассматривая меня. - Это не вы носили копье на сцене в "Метрополитен" в
прошлом сезоне?
- Только на премьере, - признался я. - Упал занавес, я поклонился
одновременно с примадонной. Она стояла передо мной. Копье ушло вперед, а она
стала пятиться задом... - Я пожал плечами. - Знаете, как сложены примадонны?
- Проваливайте, - предложила она. - Может, вам где-нибудь в психушке
наклеили обратный адрес?
- Могу я все-таки видеть Касплина? - Внезапно меня осенило. - Или вы
предпочитаете, чтобы я прорвался силой?
Она, в свою очередь, пожала плечами. Это было похоже на первые толчки
землетрясения, когда на ваших глазах появляются новые, бог знает где
таившиеся до того возвышенности. Она подняла телефонную трубку и несколько
секунд говорила с Касплином. Потом еще раз пожала плечами, и я едва
удержался от аплодисментов.
- Это, наверное, из-за погоды, - сказала она. - Все буквально помешались.
Он просит вас войти к нему.
Касплин сидел за огромным пустым столом из черного дерева. Выглядел он
как генерал, подготовивший поле боя и внезапно узнавший, что какой-то
растяпа в Пентагоне отправил войска на другой континент.
- Присаживайтесь, Бойд, - чирикнул он. - Рад, что вы пунктуальны.
- Рад, что вы рады, - весело ответил я. - Такие мелочи ну просто очень
важны в жизни частного сыщика, ведущего следствие по делу об убийстве
собаки!
- Вы находите забавным, что собаку убили и выпотрошили? - мрачно спросил
он.
- Я еще не совсем в этом уверен. Расскажите поподробнее об этом
захватывающем деле.
- Рассказывать, собственно, почти нечего. - Его голос звучал устало. -
Это случилось днем. Когда позвонили, Милз была в номере. Ей подумалось, что
звонят от швейцара из театра, где в это время репетировала мисс Альберта.
Сказали, что та хочет, чтобы Ники был рядом с ней, в театре, и направляет
посыльного, чтобы забрать его. Примерно через полчаса появился человек и
забрал собаку. На нем была униформа посыльного, и Хелен отдала ему собаку.
Она даже не запомнила, как он выглядел.
- Хорошая помощь, - мрачно заметил я. - Что еще?
- Я, конечно, связался со всеми посыльными службами. Нигде не было записи
о подобного рода услуге. Полагаю, униформа была обманом.
В его руках появилась серебряная коробочка. Пришлось подождать, пока
закончится нюхательная процедура.
- Вот что меня беспокоит, Бойд, - наконец продолжил он. - Не является ли
вся эта история с собакой прелюдией к чему-то более скверному?
- То есть вы предполагаете, что тот, кто убил собаку, попытается в
следующий раз сделать то же самое с человеком?
- Совершенно верно, - кивнул он. Его слишком большая голова дернулась,
как у марионетки. - В оперной труппе, Бойд, порой разгораются очень сильные,
а иногда и чудовищные страсти!
- Бывает, - согласился я.
- Мне бы хотелось, чтобы вы познакомились с основными действующими
лицами, имеющими непосредственное отношение к постановке. Пол Кендалл,
продюсер, сегодня устраивает вечер. Все они будут там, и вы приглашены.
- Благодарю, - сказал я. - Кендалл об этом знает?
- Он не будет против, - уверенно сказал Касплин. - Вечер должен начаться
в одиннадцать. Пол просил не опаздывать. Адрес я вам дам.
Позолоченным карандашиком он записал адрес в блокноте, оторвал листок и
бросил его через огромный стол ко мне.
- Не думаю, что сейчас мы могли бы обсудить что-нибудь еще. Предпочел бы
встретиться с вами утром, после того как вы познакомитесь с остальными.
Надеюсь, вы поделитесь своими впечатлениями?
- Договорились, - сказал я, поднимаясь. - Я позвоню вам.
- Приходите в одиннадцать, - отрывисто произнес он. В приемной я
ненадолго задержался у стола рыжеволосого изваяния. Она посмотрела на меня
без особого интереса, как на предмет, забытый нерадивым водопроводчиком,
который приходил ремонтировать трубы.
- Вы что-то хотели? - спросила она своим гортанным контральто.
- Судя по всему, я пою не в той тональности, - весело сказал я,
поворачивая к ней свой роскошный профиль. - Но это совсем не значит, что мы
не можем вместе наслаждаться прекрасной музыкой, не так ли?
- Нужна мне твоя музыка! - огрызнулась она. - Топай отсюда, воображала!
Я вышел из офиса на чудесный свежий осенний воздух Нью-Йорка. Он
настолько взбодрил меня, что мне показалось, будто я снова стал маленьким
провинциальным мальчишкой, который бежит через полыхающий осенними красками
лес, видит мягко падающие на землю яркие листья и задыхается от терпкого
запаха ранней солнечной осени. Мне даже захотелось съесть какую-нибудь
простую домашнюю еду, что-нибудь вроде жаркого в "Монсеньере", чтобы утолить
неожиданно навалившуюся ностальгию.
Пол Кендалл был владельцем пентхауса на Саттон-Плейс и нанимателем весьма
оригинального дворецкого - роскошной брюнетки, которая открыла мне дверь. Я
только успел подумать, что сны, оказывается, могут стать явью, если вы
достаточно сильно сконцентрируетесь.
Ее волосы ниспадали пушистыми шелковыми прядями, подчеркивая слегка
запавшие, почти юношеские щеки и приподнятый нос. На ней был креповый черный
топ, плотно облегавший небольшую упругую грудь, и белая юбка из органди, с
рисунком в виде больших черных пятен. В ушах - большие грозди жемчуга,
вокруг шеи - жемчужное ожерелье в три ряда. Ее большие темные глаза
по-озорному блеснули, когда она улыбнулась мне.
- Продаете что-нибудь? - спросила она вибрирующим голосом.
- Задавать вопросы не входит в обязанности дворецких, - ответил я. - Они
лишь объявляют гостей.
- А вы гость? - Ее явно не волновало, что вопрос мог меня обидеть.
- Я гость гостя, - осторожно ответил я. - Касплин сказал, что Пол Кендалл
будет рад видеть меня на своей вечеринке.
- Тогда все в порядке, - сказала она с облегчением. - Проходите.
Она закрыла дверь, потом обернулась и снова посмотрела на меня.
- Дэнни Бойд, - представился я. - Если хотите, можете спросить мой номер
телефона.
- Не знала, что у Касплина есть друг.
- Будем считать, что из восьми миллионов живущих в Нью-Йорке именно со
мной ему повезло. Она улыбнулась:
- Меня зовут Марго Линн.
- Вы певица? Улыбка сразу исчезла.
- Меццо-сопрано, - холодно сказала она. - Я вижу, что вы нечасто ходите в
"Метрополитен", мистер Бойд?
- Извините, но что касается оперы, я профан.
- Не скромничайте, мистер Бойд! - Ее зубы на секунду ослепительно
блеснули. - Уверена, что вы профан еще очень во многом, кроме оперы. Или у
вас такое же чувство юмора, как и у Пола Кендалла?
- К сожалению, я еще незнаком с Кендаллом. Она повела плечом, и черный
креп мягко зашуршал.
- Не могу гарантировать, что вы познакомитесь с ним сегодня вечером. Этот
вечер совсем не означает, что он будет здесь. Пол любит пошутить. А если он
все же придет, то обязательно опоздает. И это, как всегда, будет грандиозно.
Скорее всего, он явится в сопровождении пожарных, которые зальют квартиру и
всех гостей из шланга. Такой уж у него юмор. Если вы захотите довести его до
истерики, сломайте себе руку в нескольких местах. Он будет умирать со смеху.
Но все его почему-то любят - это как зараза!
- Кажется, он отличный малый, - согласился я. - Надеюсь, мне не
посчастливится познакомиться с ним.
- Сейчас, кажется, около одиннадцати, - озабоченно сказала она. - Он
настаивал, чтобы все собрались именно к этому времени. Так что, думаю, он
скоро явится во всем великолепии, если явится вообще. Вам лучше пройти к
остальным гостям, мистер Бойд, и немного выпить. Лучше, чтобы ваши нервы
были в порядке к приходу Пола.
Марго Линн направилась в гостиную, я последовал за ней.
Одна из стен в комнате была стеклянной, через нее открывался вид на реку.
Остальные стены были сплошь увешаны программами разнообразных шоу. Все они,
от опер до музыкальных комедий и простых пьес, были аккуратно вставлены в
рамки. Продюсером этих оставшихся в прошлом зрелищ был Кендалл.
Мы остановились у бара, и меццо-сопрано терпеливо подождала, пока я
сделаю себе "Дайкири". Затем она подвела меня к ближайшей паре и
представила.
- Это мистер Бойд, - сказала она со скукой в голосе. - Уникальный тип -
утверждает, что он друг Касплина.
- Знаю, - сказала Хелен Милз тихим голосом. - Мы уже встречались.
Она уставилась на меня сквозь свои мощные линзы, словно я был червяком в
ее яблоке.
- Дорогая, судя по тому, как ты это говоришь, он, похоже, пытался тебя
соблазнить. - В голосе Марго Линн появился интерес. - Может, это первый
мужчина, сломавший твои оборонительные сооружения, Хелен? Если это так, он
заслуживает медаль или что-нибудь в этом роде. Знаешь, как первый человек на
Луне?
- Не будь такой противной, Марго, пожалуйста, - сказала Хелен Милз
дрожащим голосом. - Хоть раз в жизни можно не говорить о сексе?
- Извини, дорогая, - непринужденно ответила Марго. - Я все забываю, что
ты у нас девушка, девушка и еще раз девушка. Вы знакомы с Рексом Тайболтом,
мистер Бойд? - Она не дала мне ответить. - Хотя откуда - вы же не ходите в
"Метрополитен", не так ли? Рекс - беритон, а эти его великолепные мускулы
настоящие. Так, по крайней мере, говорит он сам.
Тайболт был крупным малым, с грудью, похожей на бочонок, и лицом, какие
часто встречаются в журнальных рекламах, расхваливающих принадлежности для
занятий культуризмом. Только приглядевшись повнимательнее, можно было
заметить небольшую припухлость под глазами и уже слегка отвисший подбородок.
- Рад познакомиться, Бойд, - сказал он гулким голосом. - Не обращайте
внимания на Марго - она всегда злится, когда ее любовник не приходит
вовремя.
- Слышал', что Пол Кендалл большой шутник, - поддержал я разговор.
- Ладно, - уныло сказала Марго. - Похоже, вы достойны друг друга.
Она ушла в другой конец комнаты, где Донна Альберта, в великолепном
платье из серебристого ламе, оживленно беседовала с высоким типом явно
романского происхождения. На вид он вполне мог помериться силами с Рексом
Тайболтом.
- Марго - отличная девчонка, - добродушно сказал Рекс. - Резковата, но
постель с Кендаллом, судя по всему, пошла ей на пользу. А?
- Рекс, прошу... - Хелен Милз сказала это почти не дыша. - Ты как Марго!
Разве нельзя говорить о чем-нибудь другом?
- Вы поете с Донной Альбертой в "Саломее"? - спросил я Тайболта.
- Да, - кивнул он. - Партию Иоканаана - и
теряю голову!
Он со смехом наклонился.
- Помню, - сказал я. - Саломея не станцует до тех пор, пока Ирод не
предложит ей что-нибудь в качестве награды. А поскольку ей позарез надо
избавиться от вас, она просит поднести ей вашу голову на большом плоском
блюде.
- Кендаллу сделали точную копию моей головы из глины, - сказал Тайболт. -
Получилась как настоящая. Парень, который ее делал, умолял вернуть ее после
закрытия сезона для какой-то там выставки. - Видимо, из скромности он
опустил голову, разглядывая собственные ногти. - Говорит, еще никогда ему не
приходилось работать с таким классическим профилем, как у меня.
- Удивительное сходство, - поддержала Хелен Милз с невинным видом. - Даже
загар получился. Но ведь глина - что-то вроде обожженной грязи, да?
Тайболт постарался изобразить улыбку, хотя в глазах у него промелькнуло
что-то весьма похожее на ненависть.
- Не хотелось бы расставаться с вами, Хелен, - проникновенно сказал он, -
но Донна Альберта, по-моему, слишком увлеклась беседой с этим мексиканцем.
Не пора ли вам вмешаться?
Хелен Милз обернулась и, увидев, что собеседник Донны Альберты чересчур
близко наклонился к ней, без промедления направилась в их сторону. Тайболт
наблюдал за ней с довольной ухмылкой.
- Нереализованная любовь, - сказал он. - Вообще-то это трагично, но что
касается Хелен, всего лишь забавно. Эти ужасные очки... - Он пожал плечами.
Я смотрел на уютно устроившуюся парочку, которую вот-вот должна была
разбить Хелен Милз.
- А что это за тип с Донной Альбертой? - спросил я.
- Ирод. - Тайболт состроил гримасу. - По его приказу ей преподносят мою
голову на блюде.
- Как его зовут вне сцены? - терпеливо продолжал я расспросы.
- Луис Наварре - мексиканский тенор. Эрл Харви лез из кожи вон, стараясь
заполучить более известного тенора, но пришлось довольствоваться Луисом.
- Плохонький певец?
- У него красивый голос, - неопределенно сказал Тайболт. - Если он найдет
опытного преподавателя, то, возможно, лет через десять будет в состоянии
исполнить партию в "Саломее".
Он пристально посмотрел поверх моего плеча, и лицо его стало напряженным
и жестким. Я повернул голову и увидел входящего в гостиную Касплина. За ним
плелся еще какой-то тип.
- Импресарио и менеджер нашей знаменитой примадонны, - неприязненно
пробормотал он. - Кто сказал, что лев не может лечь в одну постель с вошью?
Не стану их дожидаться. Думаю, вы извините меня, Бойд. Лучше уж беседовать с
Хелен Милз! - Он поспешно направился к группе в дальнем углу, где, похоже,
были огорчены появлением Хелен.
Касплин маленькими изящными шажками направился ко мне. В правой руке у
него была трость из черного дерева с серебряным набалдашником. На нем был
великолепный темно-синий костюм и отличная рубашка с отделанной кружевом
манишкой. Следом за ним, отстав шага на два, тащился тип, похожий на
телохранителя.
- Вижу, вы пришли вовремя, Бойд. Познакомьтесь - Эрл Харви, наш
импресарио.
Только рядом с Касплином Харви выглядел большим. На самом
...Закладка в соц.сетях
