Жанр: Детектив
Исчадие ада
... Гейба Мартинелли, и дать мне знать о
случившемся.
- Ну что ж, понятно, - сказал я. - Представляю, каково вам было это
пережить, Габриель!
- Против Габриеля в ваших устах я не возражаю, - холодно заявил он. -
Однако только самые близкие друзья могу
называть меня Гейбом, а у меня до сих пор никогда не было приятелей среди копов!
- Понятно, - сказал я, - ваши слова заставляют меня испытывать чувство
гордости за всех копов, Габриель.
- Эта старая дама, лейтенант, которая раскрыла рот, прежде чем скончаться,
как ее звали, Эмили Карлоуд?
- Карлью.
- Да, полагаю, от ее заявления было мало проку. Ловкий адвокат может
поднять ее на смех, заявив, что это слова
ненормальной, или нечто в этом роде, верно? Но теперь, когда я опознал Тино в
человеке, о котором она рассказала,
опознал своего младшего брата, ее заявление сделалось весомым, во всяком случае
оно более или менее подтверждено, ведь
так?
- Верно.
- В этом городе у меня имеются кое-какие связи, - продолжал Габриель. -
Покойница работала в семействе, которому
принадлежит почти вся долина, где и был найден мой брат... - Неожиданно его
зычный голос превратился в шепот. - Я имел
в виду голову моего брата. Их фамилия Самнер, а старуха видела Тино в их доме до
того, как с ним разделались... И она
слышала, как кто-то упоминал его имя.
- Вы пытаетесь мне что-то подсказать, Габриель? - весело осведомился я.
- Его должен был убить кто-то из живущих в этом доме, - произнес он
напряженным голосом. - Все говорит о том, что
это должен быть кто-то из семейства Самнер. Сколько же их там, лейтенант?
- Шестьдесят пять по последней переписи, - буркнул я. - Мой совет: не
суйтесь в это дело, Габриель, в противном случае
вы рискуете навсегда остаться в Пайн-Сити.
- Гейб! - жалобно заскулила Джорджи. - Мне совершенно необходимо немедленно
чего-нибудь выпить... Я еще никогда
не испытывала такой жажды!
- Заткнись, - рассеянно бросил он. - Ты мне угрожаешь, коп?
- Я никогда никому не угрожаю, Габриель, - с расстановкой произнес я. -
Это, скорее, предостережение цыганки. Ваш
брат был убит в округе Пайн-Сити, поэтому выяснение подробностей его смерти
стало задачей шерифа и моей. Только
попробуйте суньте свой нос в это дело, и я его укорочу.
- Тогда разыщите типа, который это сделал, коп! - свирепо воскликнул он. -
И разыщите быстро! Иначе здесь будет
укорочено много носов, включая ваш собственный.
- Пошли, Гейб! - Джорджи дернула его за рукав пиджака. - Если я не смогу
немедленно чего-то выпить, я сойду с ума...
Сидеть здесь ничего не делая - это выше моих сил...
Раздался резкий звук, напоминающий выстрел: это он ударил ее по губам
тыльной стороной руки. Но она продолжала
сидеть с остекленевшими глазами, не издавая ни звука, хотя у нее из разбитой
губы побежала на подбородок струйка крови.
- А теперь ты должна кое-что зарубить себе на носу, - злобно прошипел он. -
Изволь держать язык за зубами, когда я
занят. Если ты посмеешь снова приставать ко мне со своими дурацкими просьбами,
тебе попадет куда сильнее.
- Вылезайте к чертовой матери из машины, Габриель! - приказал я. - Меня
тошнит от одного взгляда на вашу рожу!
- Что-то ты стал сильно заноситься, коп! - Он презрительно сплюнул в
сторону. - Может быть, стоит проверить, из какого
теста ты сделан?
Однако он распахнул дверцу машины и вылез на тротуар, затем снова сунул
голову внутрь, ухватился пятерней за ворот
черного атласного платья Джорджи и вытащил ее рывком наружу, будто пробку из
бутылки.
Слепой продвинулся вдоль сиденья, ловко орудуя белой тростью, чтобы
нащупать сначала раскрытую дверцу, а потом и
тротуар.
- Это было исключительно интересное утро, лейтенант. Исключительно
интересное!
Его вкрадчивый интеллигентный голос подействовал на мои барабанные
перепонки как успокоительное средство.
- Надеюсь, мы встретимся снова. Я нахожу вас, лейтенант, весьма загадочной
личностью.
- Благодарю, Эд, - вежливо ответил я. Он почти выбрался из машины, но тут,
очевидно, внезапно вспомнил о чем-то
важном. Его блестящая лысина, обрамленная венчиком седеющих волос, торчащих в
стороны наподобие колючек кактуса,
снова сунулась в машину. И его лицо оказалось слишком близко от моего, чтобы
незрячие глаза не произвели на меня
неприятного впечатления.
- Вы должны извинить меня, лейтенант, - заговорил он с безмятежной улыбкой.
- Из-за всей этой суматохи я так и не
нашел возможности представиться вам. Я - Эдвард Дюпрэ+.
- Ну что же, благодарю вас за помощь сегодня утром, мистер Дюпрэ+, -
ответил я предельно вежливо, удивляясь про
себя, чего ради он вздумал формально представиться. Человек якшается с Габриелем
Мартинелли и в то же время
стремится вести вежливые дружеские беседы с копом...
Его голова снова исчезла из машины, дверца захлопнулась. И стало слышно,
как его трость ритмично постукивает по
направлению ко входу в отель, я же тотчас отъехал от тротуара.
Прошло не менее пяти минут, прежде чем какая-то плотина в моей голове
прорвалась вторично за этот день.
Шериф Лейверс, подумал я, будет сам не свой из-за этой истории.
Я остановился по дороге у закусочной, чтобы пропустить стаканчик и
проглотить отбивную до появления в офисе,
потому что, подобно Джорджи, я почувствовал в этом острую необходимость. Мне,
конечно, повезло гораздо больше,
нежели ей: никто не дал зуботычину за разгулявшийся аппетит.
Когда я вошел в офис шерифа, Аннабел Джексон посмотрела на меня широко
раскрытыми глазами и вроде бы даже
затаила дыхание.
- С вами все в порядке, Эл? - спросила она приглушенным голосом, садясь в
кресло.
- Конечно. А что со мной могло случиться?
- Эти жуткие люди, - пробормотала она едва слышно, - и свихнувшийся
служащий морга...
Глубокий вдох натянул ее белоснежную блузку, как гордый парус на яхте.
- Я слушала под дверью, пока вы разговаривали с ними в кабинете шерифа, -
быстро-быстро затараторила она. - Вы были
неподражаемы, Эл. Просто неподражаемы!
- Неужели? - осторожно осведомился я.
- Как вы справились с этим жутким типом Мартинелли! - Она вздохнула еще
глубже, и я бы сказал, что ее блузка
оказалась в зоне пассатов. - Честное слово, я подумала, что вы намерены его
пристрелить, ну и хотела было
поприветствовать ваш поступок.
Я подозрительно посмотрел на нее, затем перегнулся через стол и принюхался.
Если она и выпила, то только водки,
потому что я не почувствовал ни малейшего запаха коньяка. Оставалась
единственная возможность проверить правильность
моих предположений.
- Аннабел, золотко, - нежно заговорил я. - Поднимитесь на минутку!
- Пожалуйста.
Она встала и одарила меня таким взглядом, который почему-то напомнил мне
тающее мороженое.
- Повернитесь!
Она послушно повернулась.
- Вы уронили на пол резинку, - сообщил я. Она наклонилась, чтобы поднять
несуществующую резинку, потом прыснула
со смеху, снова повернувшись ко мне. Ее бледные щеки слегка порозовели, она
скромно опустила глазки.
- Ох, Эл! Вы неисправимы!
- И это все, что вы хотите сказать? Она упорно смотрела себе на ноги.
- Ну, вы не можете ждать от воспитанной девушки-южанки, чтобы та сказала,
что ей это нравится, не так ли, дорогой?
- И вас не подмывает схватить свою стальную линейку и проломить мне голову?
Ничего подобного вы не испытываете?
- Такие девушки, как я, воспитаны в духе почитания настоящих героев,
дорогой! - пробормотала она.
- Что вы делаете сегодня вечером, Аннабел? - спросил я нарочито равнодушно.
- Ровным счетом ничего! Я совершенно свободна.
- Так у нас состоится свидание?
- Да, конечно, у нас состоится свидание.
- Я подумал, что мы можем где-то вместе пообедать, потом отправиться ко
мне, - заговорил я осторожно. - Я поставлю
кое-какие хорошие пластинки на свой проигрыватель, мы посидим на кушетке и - ух!
- послушаем замечательную музыку. -
Я не удержался и заговорщически ей подмигнул. - Что скажете на это?
- Эл Уилер, - благоговейно произнесла она, - должна признаться, что я не
слышала ни от одного мужчины таких
заманчивых предложений.
- Так я заеду за вами около восьми! - сообщил я и поспешил в кабинет
шерифа, подозревая, что обнаружил любовный
камень, являющийся альтернативой философскому, коли у нас нет особой тяги к
благородным металлам. Впрочем, у меня
внезапно промелькнула неприятная мыслишка, что я все же слегка свихнулся и весь
этот диалог - плод моего больного
воображения.
Взгляд, которым шериф Лейверс наградил меня, когда я уселся лицом к нему,
красноречиво свидетельствовал о том, что
по сравнению со мной Бенедикт Арнольд "Арнольд Бенедикт (1741 - 1801) - генерал,
герой Войны за независимость,
ставший позднее предателем и изменником." был человеком чести, непорочной
цельной натурой, прославившийся своей
бескорыстной преданностью делу. Шериф закурил сигару, бросив горящий ненавистью
взгляд на спичку, которая не желала
загораться, затем выпустил целое облако дыма. Какое-то время я даже не мог его
видеть, но его зычный бас пробил бы даже
железобетонную стену.
- Вчера утром, - изрек он тоном, который подошел бы для президентского
обращения, - я дал вам весьма деликатное
поручение, что неоднократно подчеркнул, сказав: необходимо действовать в
лайковых перчатках, с Самнерами надо
обходиться так, будто они сделаны из хрупкого стекла. Глупец, я предполагал, что
лейтенант, столь тщательно
проинструктированный, вернется в этот офис с подобающим отчетом. Наивный
человек! Я проторчал здесь вчера до
восьми вечера!..
Он шумно вздохнул, и на его физиономии, прежде чем он выдохнул воздух,
появилось выражение крайней
сосредоточенности. Я решил, что он упражнялся в этом весь последний час, пока
меня не было на месте, рассчитывая, что у
него получится почти стон несчастного человека, обманутого в своих лучших
надеждах. Куда там! Я бы сказал, что его
вздох более напоминал рев молодого быка, к которому в загон впервые привели
корову.
- Сегодня утром, - продолжал он, - меня вызвали на ковер к окружному
прокурору, где я оставался на протяжении двух
часов. Поступила жалоба от некоего мистера Самнера на одного лейтенанта,
работающего в моем офисе. Желая убедиться,
что до меня дошло, кто такой этот мистер Самнер, окружной прокурор настоял на
том, чтобы я просмотрел списки
спонсоров избирательных кампаний за последние четыре года. На это у меня ушло
семьдесят три минуты, причем я
пропускал страницу, когда окружной прокурор этого не видел. Нужно ли уточнять,
лейтенант, кто был самым щедрым
жертвователем во время этих кампаний?
- Послушайте, шериф! - произнес я с восхищением. - Я и не предполагал, что
вы купили это место на собственные
деньги!
- Заткнитесь! - заорал он во всю силу своей глотки, и, вне всякого
сомнения, вся Южная Калифорния приняла этот рев за
подземный толчок. С видимым усилием он понизил голос до прежнего уровня и
углубился в неформальное обсуждение
взаимоотношений службы шерифа и прокуратуры.
- В то время как меня всячески поносили и поучали утром в Сити-Холл "СитиХолл
- здание муниципалитета.", -
жаловался он, - в вашу тупую башку внезапно пришло желание появиться на работе,
кстати впервые. Что, на мой взгляд,
достойно похвалы, учитывая, что вы здесь работаете всего каких-то три с
половиной года. Когда я прибыл в половине
двенадцатого, меня приветствовала полупомешанная особа, которая вчера уходила с
работы вполне компетентной
секретаршей. Она выдала мне совершенно безумную, бессвязную, я бы даже сказал
маниакальную историю о каком-то
зловещем типе, о неряшливой девице, которой необходимо сесть на диету, и о
слепце, который выращивает спаржу у себя
на макушке...
Смотреть на физиономию шерифа было настолько неприятно, что я уставился в
окошко, ругая себя за то, что вошел в
кабинет, не заткнув перед этим уши ватой.
- Это трио, которое наверняка явилось плодом ее необузданной фантазии,
будто бы открыто угрожало жестоко
расправиться с вами. Но поскольку вы у нас прирожденный герой, то скоро положили
этому конец, прицелившись из
револьвера в голову злодея и пригрозив выпустить все его мозги на мой недавно
отполированный стол! После этого вы
повезли их всех в морг.
Шериф закрыл лицо руками и отчаянно застонал.
- Но самое лучшее еще впереди! Пока я старался успокоить девушку, чтобы она
хоть немного пришла в себя, я получаю
срочный звонок из отдела патрульных машин. Оказывается, по указаниям лейтенанта
Уилера они забрали служащего морга,
который рехнулся, как они изволили выразиться, и они спрашивают, что им теперь с
ним делать. Затем, пока я обдумываю,
как ответить на вопрос, истеричная секретарша припоминает одну весьма
существенную подробность: имя злодея Габриель
Мартинелли.
Он слегка улыбнулся.
- Вы, конечно, помните Мартинелли? Я живо представляю себе этого гангстера,
его высокий рейтинг в преступном мире,
и думаю, зачем его понесло в Пайн-Сити!
- Я могу рассеять ваше недоумение, шериф, - очень вежливо произнес я. -
Габриель имел веские основания для приезда:
сегодня утром он опознал по снимку в газете голову своего брата Тино Мартинелли.
У Лейверса из открывшегося рта выпала сигара и тут же принялась выжигать
аккуратное пятно на полированной
поверхности стола.
- Это правда?! - прохрипел он, и на лице у него появилось паническое
выражение. - Или я окружен целой сворой
истеричных безумцев, которые сбежали из сумасшедшего дома?
- Все это чистейшая правда, шеф!
Тут пришла моя очередь набрать побольше воздуха и подробно описать все, что
случилось после моего ухода из офиса
накануне утром. Разумеется, я сообщил ему основные факты, опустив подробности
моей встречи с Чарити Самнер в номере
отеля, главным образом потому, что, если бы я описал шерифу ее нападение на мою
персону, это было бы для него
равносильно рождественскому подарку в июле.
Когда я замолчал, на его физиономии появилось точно такое же счастливое и
беззаботное выражение, как у Маленького
Цыпленка, когда тот стал очевидцем падения неба.
- Может быть, сегодня днем разразится третья мировая война? - спросил он с
надеждой. - И не надо будет ни о чем
беспокоиться?
Для вящей убедительности он ударил ладонью по крышке стола и тут же
пронзительно ойкнул, поскольку под рукой у
него оказалась горящая сигара.
- Есть еще один любопытный момент, - продолжал я, подбадривая его веселой
улыбкой. - Я имею в виду слепого по
имени Эд. Когда я высадил их из машины у отеля примерно час назад, он вылезал из
нее последним. И я уже хотел
отъехать, но неожиданно слепец вернулся и представился мне.
- Это весьма занимательная история, Уилер! - сурово произнес Лейверс. - А
теперь поговорим о...
- Я еще не закончил, - холодно заметил я. - Его полное имя Эдвард Дюпрэ+, и
в первую минуту оно мне ничего не
сказало. Лишь по прошествии...
- Дюпрэ+? - Лейверс сосредоточенно нахмурился, но через секунду покачал
головой. - Это имя мне ничего не говорит.
- Вы помните, когда схватили с поличным "Мирдер инкорпорейшн", это не
расстроило синдикат. Это не была особенно
ловкая организация, а если таковой была, то стала слишком мощной, что их не
устраивало. Поэтому их профессионалы
стали действовать на свой страх и риск, чтобы не оказаться при пиковом интересе.
Если гангстер способен создать себе
известность, осуществив несколько аккуратных ограблений или даже убийств,
впоследствии он может получать
шестизначный доход, работая наемным убийцей.
- Я бы с удовольствием вместе с вами пустился в воспоминания о самых
известных делах ФБР, Уилер, - нахмурился
Лейверс. - Но, может быть, мы устроим подобный вечер в другой раз, когда не
будем так заняты?
- Это имеет самое непосредственное отношение к нашему делу, - огрызнулся я.
- Габриель Мартинелли был одним из
протеже Счастливчика Лучиано, а когда "Мирдер инкорпорейшн" вышла из дела, он
усмотрел возможность отпочковаться
и начать действовать самостоятельно. По-своему он был уникальной личностью.
Каждая новая профессия обогащает
человека новыми идеями, а Габриель работал в бизнесе "убийства за деньги" и стал
его реформировать. "Вы платите монету
просто за убийство, - сказал он своим боссам. - И обычно разделываетесь с
парнем, который обманывал вас, чтобы это
послужило предостережением всем остальным и заставило их стоять по стойке
"смирно". Но помимо того человека,
который уже отправился к праотцам, кто еще страшится? Все остальные считают, что
ему просто не повезло..."
- Уилер! Говорите менее туманно! - Шериф прижал обе ладони ко лбу. - Я
терпеливо слушал и выслушаю вас дальше, но
вовсе не требуется разыгрывать дурацкие сцены с этими идиотскими диалогами.
Просто изложите суть дела, договорились?
Я был разочарован, мне казалось, что диалогическая форма изложения куда
более убедительна.
- Ладно, - мрачно согласился я. - Габриель спросил, почему бы им в
следующий раз не действовать по-другому: создать
такую атмосферу страха, чтобы все обманщики, которые до сего момента не были
пойманы, прекратили этим заниматься из
страха. В конечном счете с ним договорились: он может действовать по своему
усмотрению, причем с него никаких денег
не потребуют. Если дело выгорит, они сделают его своим официальным палачом на
постоянном жалованье, если можно так
выразиться. У Габриеля имелся козырной туз в рукаве - человек с высшим
образованием в одном из восточных
университетов. Не слишком щепетильный адвокат, которому в свое время кто-то
плеснул щелочью в глаза в отместку за его
"труды", после чего тот ослеп и превратился в психопата с
человеконенавистническими наклонностями. Он рьяно принялся
за изучение азбуки слепых и всего того, что ему могло понадобиться в его новой
профессии. Одновременно он тренировал
свои руки и пальцы, как это делают борцы-профессионалы. По этому поводу
существует немало версий. Одни говорят, что
на такую подготовку у него ушло целых два года, другие, что всего несколько
месяцев. Так или иначе, но к тому времени,
когда он снюхался с Габриелем, он передвигался в любом помещении с ловкостью
кота. Рассказывают, что на пари он
сажал человека в темной комнате с фонариком в руке. Фонарик можно было включать
только на мгновение, и если слепца
осветят лучом, этот человек выигрывал. Но если слепец успеет добраться до этого
несчастного и прикоснется к его шее,
выигрывает он. Так или иначе, но эта пара занялась бизнесом страха. Действовали
всегда по одной и той же методике, в
помещении выкручивались пробки, слепец проникал в дом или в квартиру и настигал
свою жертву в кромешной темноте,
где он чувствовал себя как рыба в воде. После первых трех убийств его прозвали
Крадущейся Смертью. Один человек умер
от страха, когда почувствовал, как до его шеи дотронулись чьи-то руки...
- И ты хочешь сказать, что это тот самый Эдвард Дюпрэ+? - мрачно спросил
Лейверс.
- Он не растерял прежней сноровки, - поспешил я успокоить его. - Сегодня
утром он проник в морг, забрал сосуд с
головой Тино Мартинелли у Чарли Каца из рук, а его самого приволок в
бесчувственном состоянии ко мне.
- Нам надо по этому поводу вызвать работников из отдела по расследованию
убийств, - неожиданно заговорил шериф. -
У нас просто не хватит работников, чтобы надежно охранять на протяжении двадцати
четырех часов Самнеров от такой
бригады, как Мартинелли с Дюпрэ+.
- Вы свихнулись, шериф? - завопил я, забыв о субординации. - У нас
появилась реальная возможность раскрыть убийство
пятилетней давности, а вы хотите подарить такую козырную карту чужому дяде!
Его первой реакцией было выбросить меня из окна. Потом появилось неприятное
ощущение, что я могу оказаться прав.
Ну а третьей и последней было: "Да пусть все катится к чертям". Если дело не
выгорит, он всегда сможет найти себе
тепленькое местечко.
- Габриель без всяких колебаний опознал голову, она принадлежала его
младшему брату Тино, - заговорил я, тщательно
подбирая слова. - Таким образом подтверждается заявление Эмили Карлью. Так что
до того, как Тино был убит, некоторое
время его скрывали в доме Самнеров, скорее всего больного. Илай Самнер знал, что
он был там, очевидно, знала и Чарити.
Она разговаривала с ним в комнате и называла его Тино, согласно показаниям этой
Карлью. Она слышала, как Чарити
произнесла это имя, когда входила в комнату. Чарити тогда было около
восемнадцати, так что, если она знала про Тино,
невозможно поверить тому, что старший сын Криспин не знал этого.
- Значит, Самнеры лгут. И лгали с самого начала, - сделал вывод шериф,
кивнув. - Представляю, как их вчера перепугала
статья в газете, вновь оживившая всю эту историю. Криспин поспешил выставить
Чарити из дома и спрятать ее в надежном
месте, чтобы вы не могли допросить ее, потом отправился в Сити-Холл и нажал там
на все рычаги, дабы воспрепятствовать
возможному расследованию.
- Точно, - закивал я, - ну а теперь у нас есть рычаг, чтобы заставить их
говорить. Это страх. Крадущаяся Смерть снова
действует, Мартинелли полон решимости отомстить за смерть своего брата с помощью
Дюпрэ+. Если вы станете охранять
Самнеров с помощью копов и вселите в них чувство полнейшей безопасности, так они
и через миллион лет не скажут
правды!
- Мне ясна ваша мысль, - хмыкнул шериф. - Теория великолепная, но что, если
она не сработает на практике? И один из
Самнеров будет убит?
. - Сомневаюсь, чтобы такое случилось, - произнес я с преувеличенной
уверенностью. - Как только мы закончим наше
совещание, я собираюсь снова отправиться в Вэлли и вселить вполне обоснованный
страх в моего доброго приятеля
Криспина. После этого вечером повидаюсь с Чарити и сделаю то же самое.
- Вот как? - фыркнул Лейверс.
- Подлинные документы по делу, - неожиданно припомнил я, - в папке у вас на
столе, я изучил ее сегодня утром. В ней
вообще ничего не сказано о допросе Барнаби Самнера.
- Барнаби Самнера? - вытаращил глаза шериф.
- Я имею в виду второго сына, которого выставили из дома и лишили
наследства, - нетерпеливо сказал я. - Вчера утром
Криспин заявил, что во время расследования Барнаби был дома.
- Он ошибся или солгал, - уверенно заявил Лейверс. - Прежде я ни разу не
слышал ни о каком Барнаби Самнере. Но если
бы он в то время находился в доме, мне бы стало об этом известно.
- Возможно, отец вышвырнул его из дома за несколько дней до того, как была
найдена мертвая голова, так что в Вэлли
его практически уже не было, - задумчиво протянул я. - Но мне бы хотелось, чтобы
была проведена проверка, хотя бы
чтобы подтвердить, что Барнаби существовал на самом деле.
- Я немедленно дам такое задание, - энергично закивал шериф. - Что-нибудь
еще?
- В данный момент мне больше ничего не приходит в голову... Я отправляюсь в
Вэлли.
- Знаете, Уилер, - медленно заговорил Лейверс, - уже довольно давно меня
начало кое-что беспокоить, может быть, вы
сумеете помочь?
- Если речь идет о миссис Лейверс, сэр, - осторожно пробормотал я, - я
глубоко убежден, что постороннему человеку не
следует становиться между мужем и женой.
- Перестаньте нести чепуху! - гаркнул шериф, причем его физиономия
моментально приобрела лиловатобордовую
окраску. - Я вовсе не об этом. Почему все наши уголовные дела проходят с
вывертами? Потому ли, что такова их
особенность? Или потому, что вы не можете проводить расследование иначе? В
других местах вроде бы все спокойно и
обыденно.
- Не могу знать, сэр, - вежливо ответил я. - Хотя если вы пожелаете
полистать протоколы старых дел, то найдете сколько
угодно эксцентричных или, как вы изволили выразиться, уголовных дел с вывертом,
которые произошли еще до моего
появления в здешних местах. Вспомните хотя бы это дельце пятилетней давности:
свора ребятишек, игравших в кустарнике
в Вэлли, явилась в полицию с аккуратно отрубленной головой, завернутой в мешок,
и...
- Вон! - заревел вдруг Лейверс. - Вон отсюда!
Глава 6
Удушливая жара, как саван, снова нависла над Вэлли, когда я ехал вдоль
Мейн-стрит. Правда, одна перемена была: пес
разлегся поперек тротуара с другой стороны. Он спрятал голову между вытянутыми
лапами, как будто был не в состоянии
дольше выносить одного вида Вэлли. Хотя мне довелось приехать сюда всего лишь
второй раз, я прекрасно понимал эту
псину и искренне сочувствовал ей.
Пятью минутами позже, припарковав свой "остин" перед аристократическим
жилищем Самнеров, я поднялся на шесть
ступеней парадного портика. Возможно, это было плодом моего необузданного
воображения, но я мог бы поклясться, что
торчащая посреди двери кнопка звонка подмигнула мне, прежде чем я надавил на нее
указательным пальцем. На этот раз
дверь отворилась гораздо быстрее, чем накануне, и я снова увидел на пороге
изящную брюнетку, любезно улыбающуюся
мне.
- Как приятно снова видеть вас, лейтенант! - сказала она певучим грудным
голосом. Ее серые глаза придирчиво и
внимательно осмотрели меня, как будто оценивая. - Боюсь, мы до сих пор не имеем
известий от Чарити.
- Не беспокойтесь, миссис Самнер, я пришел повидаться с вашим мужем.
- О Господи! - Она сожалеюще улыбнулась. - У вас сегодня неудачный день,
лейтенант. Его нет дома, он поехал в одну
из рощ Вэлли. Но не думаю, что будет долго отсутствовать. Вы желаете подождать
его?
- Благодарю вас, я обожду здесь, если не возражаете. Поброжу тут немного,
возможно, это мне поможет кое-что
обдумать.
- Конечно. - Она с минуту поколебалась. - Лейтенант, вы не посчитаете меня
слишком навязчивой, если я составлю вам
компанию?
- Я буду очень рад! - совершенно искренне ответил я.
Мы обошли сбоку массивное, беспорядочно выстроенное здание и оказались на
просторной лужайке позади него.
Именно там, как говорила Чарити, стоял приземистый уродливый мавзолей, то есть
приблизительно в сотне футов от дома.
- фамильный склеп, лейтенант, - беспечным тоном сообщила Джессика Самнер. -
Я считаю, что иметь рядом с домом
такое чудовище отвратительно, но это одна из семейных традиций, а Самнеры их не
нарушают.
- Черт побери, какая громадина! - пробормотал я.
- Дедушка Самнер соорудил его в расчете на три-четыре последующих
поколения, и это тоже семейная традиция. - Она
невольно поморщилась. - Вы не представляете, как у меня "поднимается"
настроение, когда хмурым осен
...Закладка в соц.сетях
