Жанр: Детектив
Девушка из космоса
...астично нависает
над обрывом высотой футов триста.
Марти схватил со стола до половины налитый стакан, осушил его и с прежним
враждебным выражением взглянул на
меня:
- Итак, я Марти Круз. И я слышал имя Холман. Но кто вы такой, черт вас
побери?
- Человек, разыскивающий Билла Дарена. - Я улыбнулся отнюдь не дружелюбно.
- Полагаю, что если разыщу его, то
найду и Монику Байер. Как вы сами сказали, вы - Марти Круз. Вы живете в доме
Дарена. И вы тот самый тип, который
частенько вел продолжительные секретные телефонные разговоры с Моникой. Хотите
продолжить с этого места?
Марти налил себе еще и, пока стоял, повернувшись ко мне спиной, возле
небольшого бара в углу веранды, видимо,
обдумывал мои слова.
Он не предложил мне выпить, а если бы сделал это, то я бы встревожился,
поскольку подобное было не в его духе.
Наконец он повернулся ко мне и ухмыльнулся.
- Холман!
- воскликнул он.
- Теперь я знаю, кто вы такой. Человек, который не позволяет выносить сор
из семейного дома и не допускает туда
газетчиков. Вы улаживаете все скандальные дела в Беверли-Хиллз. А если вас
интересуют Билл и девчонка Байер, значит, вы
работаете на эту суку Бэрроуз.
- А вы на кого работаете? - вежливо осведомился я.
- Сейчас у меня небольшой отпуск. - Он вытянул в сторону правую руку, чтобы
продемонстрировать мне мощные
бицепсы. - Мы с Карлом в настоящий момент отдыхаем, он загорает во Флориде, а я
гощу у своего старого дружка Билла
Дарена.
- С Карлом? - переспросил я.
- Да, с моим братом Карлом, - ответил он и недоверчиво спросил меня:
- Уж не хотите ли вы сказать, что никогда не слышали о братьях Круз?
Неужели вы не видели нас в увеселительном парке
к югу от Санта-Моники? Дом иллюзий! Самый большой и самый лучший во всей стране.
Мы работаем там с электронными
манекенами и вытворяем такое, что напугали бы до смерти даже вурдалака. Но зимой
наш аттракцион закрывается на пару
месяцев, и поэтому мы сейчас свободны.
- Я рад, что у вас очередной отпуск. Так что же насчет Дарена и мисс Байер?
- Да-а...
Он допил стакан, согнул руку, как это делает подающий мяч, и швырнул стакан
с веранды по дуге.
- Ну что ж, полагаю, эта сука Бэрроуз все равно раньше или позже все
узнает. Вы слышали про нее и Билла? Как они
совсем было спелись, собирались пожениться и все такое? А тут появляется эта
девчонка Байер, и Билл втюрился. Думаю,
все началось не всерьез. Билл о большем и не помышлял, поэтому действовал
осторожно, старался, чтобы эта дамочка
Бэрроуз ничего не пронюхала. Он даже несколько раз заставлял меня звонить Монике
и договариваться о свидании. Но
неожиданно все стало серьезным, и Билл решил, что ему больше нет никакого дела
до суки Бэрроуз. Моника Байер была тем,
что ему требовалось.
- Поэтому?
- Поэтому... - Он слегка пожал плечами. - Они уехали. Билл не удосужился
сказать мисс Бэрроуз, что между ними все
кончено, однако она запустила когти в Монику, заключив с ней контракт, и все
такое. Он не сомневался, что из-за девчонки
она устроит скандал.
Единственное, что они могли сделать, - это удрать в такое место, где
дамочке Бэрроуз не удастся ничего предпринять. Они
так и сделали - улизнули.
- Куда?
- Стоящий вопрос! - Марти громко захохотал. - Билл позвонил мне из
аэропорта, попросил пожить здесь, продать дом,
навести порядок в его делах. Сказал, что через некоторое время он со мной
свяжется. Пока же они отправляются куда-нибудь
в Европу.
- Когда все это случилось?
- Во вторник рано вечером. Он не стал говорить, куда они едут, а я не
спрашивал. Но в среду они, так или иначе, должны
были прибыть в Европу, верно?
А сегодня четверг, так что теперь они могут быть где угодно в Европе или
возьмут да и отправятся другим самолетом в
Гонконг или Токио. Это ваша проблема - выяснить, где они сейчас.
- Или проблема Анджелы Бэрроуз? - заметил я.
Он снова рассмеялся.
- Братец! Эта сука получила по заслугам! Вам бы следовало посмотреть на них
вместе, на нее и Билла.
Она обращалась с ним так, словно он был ее наемным слугой.
- Полагаю, он не мирился бы с этим, если бы не хотел жениться на ее
"Агентстве талантов", - заявил я.
- Судя по вашим словам, Дарен - самая отвратительная мразь, которая когдалибо
выползала из-под камня!
- Послушай! - Его лицо сразу потемнело. - Холман, ты не должен говорить так
про моего лучшего друга!
- Почему?
- Потому что я не просто выбью тебе зубы, панк, а сброшу тебя вниз с
балкона!
- Если тебе охота подраться, я не возражаю, - ответил я. - Только учти, в
драке я не миндальничаю, в особенности с
парнями, у которых такие мускулы, как у тебя.
Он задумался над моими словами - парень был явно тугодум и любитель выпить,
а я неожиданно почувствовал страшную
усталость.
- Забудь, - сказал я ему. - Ты уже напугал меня так, что зубы мои сами
собой зашатались. Ты не хочешь, чтобы я называл
твоего старого приятеля мразью? Хорошо, я перестану и немедленно уйду к чертовой
матери из дома этой мрази.
Я повернулся к нему спиной и двинулся к выходу: это было ошибкой. Через
пару секунд сокрушительный удар по правой
почке отправил меня на пол лицом вниз, и, только налетев на ножки тяжелого
стула, я остановился. На то, чтобы подняться
на колени, опершись об этот самый стул, потребовалось какое-то время. Я увидел,
что Марти Круз наблюдает за мной. Его
тонкогубый рот искривился в безобразной ухмылке.
- Это на память обо мне, панк! - заявил он радостно. - Чтобы в следующий
раз ты хорошенько подумал, прежде чем
начнешь оскорблять моих друзей!
Опираясь о спинку стула, я с трудом ухитрился встать на ноги. Затем снова
наклонился вперед, прижимая руку к боку, как
будто боль все еще не давала мне возможности выпрямиться (впрочем, почти так оно
и было), и ухватился за ножку стула.
Это был современный садовый урод из сварочной стали, так что он оказался вовсе
не таким уж тяжелым. Я даже слегка
удивился, насколько он легок, когда размахнулся и обрушил его на голову Круза.
Конечно, металл есть металл, так что наступила очередь Марти рухнуть на
пол, что он и проделал с крайне удивленным
видом. Он долетел до задней стены. Приземление сопровождалось отвратительным
воплем, который, признаюсь, доставил
мне немалое удовольствие. Упав навзничь, он замер, физиономия его выражала
полное равнодушие к окружающему миру.
Пора, подумал я, осушить тот стаканчик, который он так мне и не предложил.
А посему я налил себе пальца на четыре
коньяка "Наполеон", и мое самочувствие заметно улучшилось.
Когда я уходил с балкона, Марти Круз по-прежнему притворялся человеком,
извлеченным из вечной мерзлоты, и я с
презрением подумал, что такие парни в действительности слабаки. Однако от этой
мысли боль в моей почке не утихла.
Глава 3
Анджела Бэрроуз секунд пять молча взирала на меня, и только ее длиннющая
сигарета в мундштуке чертила в воздухе
какие-то замысловатые фигуры. Потом она решительно тряхнула головой.
- Я не верю ни единому слову! - заявила она решительно. - Билл Дарен и
Моника Байер? Это безумие!
- Вовсе не безумие! Я проверил в кассах авиалиний.
Мисс Брюль и мистер Дарен улетели в Париж. Они там находятся уже целые
сутки, если, конечно, не перебрались на
самолет до Тегерана или другого места назначения.
- Эта грязная маленькая... - Анджела сорвала свои черные очки, ее яркосиние
глаза сверкали от возмущения. - Мы
собирались пожениться - Билл и я. Вы знали об этом?
- Нет. - Я тепло улыбнулся ей. - Поздравляю.
- Не хитрите со мной, Холман, или я... - Мундштук с сигаретой беспомощно
затрепетал в воздухе, затем она вымученно
улыбнулась.
- Ладно, наверное, я это заслужила! Но я по-прежнему не верю. Моника -
карьеристка, она не отправилась бы в Европу
просто так, понимая, что тем самым перечеркнет свою карьеру в кино. Кстати, кто
вам все это рассказал?
- Парень по имени Марти Круз, который сейчас гостит в доме Дарена.
Компаньонка мисс Фрик, которую вы, вероятно,
помните. И некий толстенький коротышка, вице-президент "Агентства талантов"
Анджелы Бэрроуз.
- Что?!
- Как видите, настоящий сговор, чтобы скрыть от вас неприглядную правду,
как я понял из их слов, - ответил я как ни в
чем не бывало. - Я - штрейкбрехер, которому не нравится никто из этой компании,
ну а потом, вы же моя клиентка. Если вы
пожелаете уволить и мисс Фрик и Хью Лэмберта, я ничего не имею против. Если вы
решите вызвать сейчас сюда Хью
Лэмберта и сообщите ему все, что услышали от меня, я тоже ничего не имею против.
Мне он не слишком по душе.
- С Хью можно подождать!
- злобно воскликнула она. - Сейчас гораздо важнее Моника Байер. Я слишком
много вложила в эту девицу, чтобы
позволить ей улизнуть от меня, в особенности с Биллом Дареном!
Я хочу, чтобы вы разыскали ее, Холман. Именно ради этого я наняла вас
сегодня утром. Но за последние шесть или семь
часов ничего не изменилось.
- За исключением одного: теперь нам известно, что она прилетела в Париж
двадцать четыре часа назад.
- Так почему же вы сидите и теряете мое время на пустую болтовню? -
проворчала Анджела. - Вам следует вылететь
первым же рейсом.
- Я не хотел бы лишать себя удовольствия предъявить вам счет по моим
расходам, - не менее ворчливо произнес я. - Но вы
можете позвонить прямо сейчас в центральное агентство в Париже. Могу поспорить,
они гораздо быстрее разыщут для вас
девушку, и обойдется это вам в два раза дешевле.
Она вновь надела черные очки и устало вздохнула.
- Не знаю другого человека, который отличался бы такой же тупостью, как вы,
Холман. Не могу понять, каким образом
удалось вам завоевать такую великолепную репутацию! Я же вам с самого начала
сказала, что любая огласка все расстроит с
фирмой "Стеллар" - новый фильм и прочее. Если я готова щедро оплачивать ваши
услуги и вашу поездку в Европу, то лишь
потому, что вам известна специфика нашего бизнеса, необходимость полной
секретности. Она выехала из страны тайком,
воспользовалась своим настоящим именем - Брюль. И я хочу, чтобы вы так же
незаметно доставили ее назад. На это вам
дается неделя.
- Что вам известно о братьях Круз? - спросил я.
- Какое отношение это имеет к тому, что произошло?
- Не знаю, - ответил я искренне, - но мне любопытно, что это за субъекты. К
тому же у меня на лопатках пока не выросли
крылья и я не могу отправиться в Париж, просто разбежавшись и выпрыгнув из окна.
Поэтому до того, как я вылечу туда
следующим рейсом, у вас масса времени, чтобы рассказать мне о братьях Круз...
- Очевидно, вы правы. - Она нетерпеливо передернула плечами. - Карл и
Марти... Карл - голова всего дела, так сказать,
мозговой центр. А Марти - мускулы и коммерция. У них имеется аттракцион в
увеселительном парке, особый павильон,
который они назвали Домом иллюзий. Сделано блестяще. Вы платите пятьдесят центов
за вход, и это равносильно тому, что
вы одновременно смотрите пять фильмов ужасов. Выходите наружу, а у вас волосы
стоят дыбом. У них там имеется все в
таком жанре, включая скользящие стены и пол, электронные, в натуральный
человеческий рост, фигуры, которые все, как
одна, смахивают на Франкенштейна, а может, они и пострашнее. Полагаю, что больше
всего это нравится юнцам, потому что
напуганные девочки с визгом бросаются в объятия к мальчикам.
- Решено. Когда парк вновь откроется, я заплачу свои пятьдесят центов и
посмотрю сам, - сказал я. - Но что вы знаете о
братьях Круз как о людях? Марти не следует считать представителем человеческой
расы, ну а как насчет Карла?
- Карл? - Она улыбнулась почти мечтательно. - Он настоящий парень. Одно
время я всерьез думала выйти за него замуж.
До того, как появился Билл Дарен.
- В таком случае, как получилось, что Марти очень дружен с Дареном и даже
живет в его доме?
- спросил я.
- Не знаю, - покачала она головой. - Но ведь не Марти обозлился на меня за
то, что я передумала и решила выйти за Билла,
а Карл.
- С Крузами более или менее понятно, - сказал я. Ну а что с мисс Фрик? Она
мне говорила, что работает ради того, чтобы
подняться по служебной лестнице в вашем "Агентстве талантов".
- Она умная девушка, и, пожалуй, у нее действительно такая цель, - с
нескрываемым раздражением ответила Анджела
Бэрроуз. - Сейчас я не так уж уверена, что у нее есть перспективы на будущее, во
всяком случае в нашем агентстве. Я
направила ее в ту квартиру следить, чтобы у Моники не было никаких
неприятностей, и это, естественно, включает всяческие
эмоциональные ловушки.
- Возможно, она предполагала, что роман Моники с Дареном нечто скоротечное,
- высказал я предположение, желая быть
вполне объективным. - И что вы не оцените или даже вообще не поверите ей, если
она расскажет вам об их отношениях.
- Возможно, - нетерпеливо пробормотала она. Я решу это позднее.
- Я поеду в Париж, - сказал я, - но ничего не стану обещать. Мне думается,
у меня нет ни малейшего шанса отыскать
Монику Байер и привезти ее сюда в течение недели.., или даже года.
- Я всецело полагаюсь на вашу репутацию, мистер Холман. Если же вы не
вернетесь сюда через семь дней и не привезете
мне Монику, я сделаю все от меня зависящее, чтобы вы утратили свою репутацию во
всех без исключения крупных
киностудиях или агентствах.
Я с восхищением посмотрел на ее высокую грудь, натянувшую шелк блузки,
затем с искренним сожалением покачал
головой:
- Какая жалость, что вы лишены сердца, мисс Бэрроуз, тем более что у вас
такой потрясающий контейнер для него.
Она снова посмотрела на меня с видом кошки, добравшейся до миски со
сливками.
- Как я уже говорила вам, доставьте сюда Монику, и тогда вам представится
шанс ознакомиться с моей холодностью - или
с чем-то противоположным...
- Хвастунья и задира! - Я поднялся на ноги. - Еще один вопрос, прежде чем я
отбуду в неизвестное далеко: если на этом
закончится карьера Моники Байер в киноиндустрии, что это будет означать для
Билла Дарена?
- То же самое. В нашей стране, во всяком случае, холодно ответила она. - Он
подписал контракт на пять лет со "Стеллар",
который я для него и устроила.
- Таким образом, Моника удрала, оставив надежды на большое будущее в
Голливуде и твердо зная, что у нее нет больше
никаких перспектив в кинобизнесе, нигде не найдется для нее места, поскольку вы
владеете ее контрактом? А Билл Дарен
одновременно потерял свой пятилетний контракт со "Стеллар" и возможность
жениться на "Агентстве талантов" Анджелы
Бэрроуз? - Я слегка приподнял брови.
- Не полагаете ли вы, что это большая любовь, мисс Бэрроуз?
- Убирайтесь отсюда, Холман, - сдавленно произнесла она, - пока я не
ударила вас по голове чем-нибудь тяжелым!
Я вышел и обнаружил Хью Лэмберта, который вертелся неподалеку, как ночная
сова в поисках ветки, на которой можно
удобно устроиться. И снова он затащил меня в свой кабинет и осторожно прикрыл
дверь. Можно было подумать, что я -
британский генерал, а он Бенедикт Арнольд.
- Вы ей сообщили про Дарена и мисс Байер? - Его глаза-бусинки поблескивали
в нетерпении. - Как она реагировала?
- Сообщил, - ответил я. - И еще сказал, что эти сведения получил сначала от
вас. Ну и как вы на это смотрите, старый
приятель?
- Вы этого не сделали!
- Можете не сомневаться.
- Я весело подмигнул ему.
- В конце концов, она моя клиентка, Хью, а, как мне это представляется,
существовал настоящий заговор, чтобы скрыть от
нее правду. Вы знали про Дарена и Байер, мисс Фрик тоже, даже Марта Крузу было
известно все. - Я вздохнул. - Я всегда
считал, что после денег больше всего ценится лояльность. И что это за друг, если
он не относится к тебе лояльно? Я не мог
поступить иначе, если даже в известной мере подвел вас, Хью!
- За это она меня непременно уволит! - прохрипел он. - Если сначала не
убьет!
- У вас, как я понял, есть ответы на все вопросы, ведь именно вы первый
сообщили мне, что Моника и Дарен должны быть
вместе, - заговорил я непринужденно. - Скажите откровенно, пока с вас не начали
снимать мерку для широкого коротенького
гроба, известно ли вам, что они уже в Европе?
- Нет, - прошептал он.
- Если бы вы были на моем месте и отправились на их поиски в Европу, откуда
бы вы начали?
- С Мюнхена! - ответил он не задумываясь.
- Это ее родной город.
- Еще раз спасибо. Одна добрая услуга, как принято говорить, и человек
непременно отплатит тебе добром за добро. Я
рад, что вы так и сделали!
- Какую же услугу вы мне оказали?
- неожиданно громко завопил он, забыв об осторожности.
- Я сделал вас лояльным маленьким вице-президентом, Хью, и вы должны быть
этому рады.
- Я сурово покачал головой. - Чего вы хотите? Всю жизнь оставаться крысой?
- В один прекрасный день, Холман, - зарычал он, я отплачу вам точно такой
же услугой, какую вы только что оказали мне.
- Не поднимайте мне кровяное давление! Мой врач говорит, что от этого у
меня в голове возникают совершенно
нереальные сексуальные мысли.
Я вышел из его кабинета, в то время как он продолжал раздумывать,
выброситься ли ему немедленно из окна или ползти
на коленях в кабинет Анджелы Бэрроуз и молить о пощаде.
Был ранний вечер, и я поехал в свое небольшое престижное обиталище в
Беверли-Хиллз. Справившись с расписанием,
заказал себе на следующее утро билет на самолет, летевший из Лос-Анджелеса в
Мюнхен через Нью-Йорк и Лондон. Что-то
мне подсказывало, что маленький Хью прав в своих предположениях: едва ли Дарен и
очаровательная немочка остановятся в
Париже.
Впрочем, не исключено, что они могли укрыться и в этом городе - уже
обвенчаться к этому времени и жить уединенно в
любви и согласии до конца своих дней, не думая о разорванном контракте, судебном
преследовании и прочих неприятностях.
Чем больше я об этом думал, тем большие сомнения одолевали меня. В конце
концов я махнул на все рукой и приготовил
себе холостяцкий обед - традиционную яичницу с ветчиной, ибо, как вам, возможно,
известно, я человек с простыми
вкусами. Потом я вспомнил о туристических проспектах, которые обнаружил,
осматривая комнату Моники Байер.
Было бы не лишним просмотреть их еще раз, подумал я. И заодно взглянуть на
потрясающие ножки мисс Фрик. Стоило ли
мне ссориться с ней? Я должен предоставить ей еще один шанс. К тому же небольшое
сопротивление всегда усиливает
чувство победы. Возможно, на вечер она облачится в еще более короткую юбку.
Очевидно, последнее предположение и
заставило меня стремительно выскочить из дома и сесть в машину.
Было около девяти, когда я добрался до многоквартирного дома в Брентвуде и
нажал на кнопку звонка.
Дверь отворила немыслимая блондинка, для характеристики которой я
затрудняюсь подобрать адекватные эпитеты. Она
одарила меня таким взглядом, словно я - тот отвратительный инцидент в ее жизни,
о котором она всячески старается забыть
вот уже десять лет. Ее поднятые кверху и расположенные ярусами волосы создавали
некую хрупкую архитектурную
композицию, которая не приснилась бы даже самым заядлым авангардистам.
На ней был жакет из черного атласа, туго обтягивающий пышную грудь, и
штанишки из черных кружев, собранных в
воланчики. Талию охватывали завязанные большим узлом три серебряные цепочки с
жемчужинами, словно мисс Фрик
только что рассталась с неким рыцарем, который отбыл в крестовый поход, надев на
нее, свою обожаемую леди, пояс
невинности.
Ее верхняя чувственная губка слегка дрогнула.
- Что мне сделать, чтобы вы перестали сюда являться?
- ледяным тоном произнесла она.
- Воткнуть булавки в восковую куклу?
Казалось бы, теперь у мисс Фрик нет никаких оснований для такой
враждебности, разве что ее сопротивление моему
мужскому обаянию было для нее большей проблемой, чем я предполагал.
- Сегодня утром я кое-что позабыл в комнате Моники Байер, - пояснил я. -
Заехал, чтобы это забрать.
Я еще раз внимательно посмотрел на нее и подумал, что вот она-то наверняка
была пришельцем из космоса, ибо ни одно
земное существо не сумело бы изобрести туалет, в который она облачилась.
- Вы обещаете, что на это уйдет не более минуты? спросила она.
- Обещаю. Поскольку не думаю, что способен любоваться вашим нарядом и
прической более минуты, не потеряв разума.
- В таком случае можете задержаться на пару минут, заявила она с ледяной
улыбкой, - а потом я позвоню в психушку,
чтобы вас забрали.
Она резко повернулась и пошла. Кружевные воланчики - все как один -
затрепетали. Я вынужден был прекратить
наблюдение, усомнившись, не привиделось ли мне все это.
Когда мы вошли в неуютную гостиную, я увидел, что у мисс Фрик кое-кто в
гостях. Два парня примостились на краешке
ветхой кушетки. Одного из них я сразу узнал.
- Привет, Марти! - Я одарил его настоящей дружеской улыбкой. - Тебя недавно
оглушили тяжелым стулом, как я слышал?
Марти Круз хмуро посмотрел на меня, открыл рот, чтобы произнести что-то не
слишком любезное, но передумал. Он не
испугался, решил я, просто следил за своими манерами, учитывая обстановку.
Сидевший возле него второй человек был постарше на мой взгляд, лет под
сорок. По-настоящему красивый мужчина с
каштановой шевелюрой, кое-где посеребренной сединой, и вандейковской бородкой.
Холодные карие глаза в сочетании с
орлиным носом придавали его физиономии безжалостное выражение. Он был одет в
неброский черный костюм,
безукоризненно на нем сидевший и резко контрастировавший с джинсами и бумажным
спортивным свитером Марти.
- Думаю, это тот самый человек, о котором ты мне рассказывал? - обратился
он к Марти вкрадчивым голосом
воспитанного человека.
- Точно! - буркнул Марти. - Холман. И у нас с ним осталось неоконченное
дельце!
- Я - Карл Круз, брат Марти. - Раздвинув в улыбке женственные губы, он
продемонстрировал крепкие белые зубы.
- Марти немного порывистый. Иногда он поступает ошибочно, но не слишком
часто.
- Может, он проводит столь много времени, наблюдая, как вы создаете
иллюзии, что стал путать мечту с
действительностью? - высказал я предположение. - Например, он определенно вбил
себе в голову, что он настоящий крутой
парень.
- Послушай, ты...
Марти приподнялся с кушетки, но старший брат схватил его за локоть и
потянул назад.
- Только не здесь! - твердо заявил Карл. - Не забывай, что ты в гостях у
Кэти.
- О'кей! - Марти нетерпеливо провел тыльной стороной руки по губам. -
Полагаю, он еще поживет на свете, но не
слишком долго.
- Ваше время истекает, мистер Холман, - предупредила мисс Фрик. - Вы
хотите, чтобы я вызвала санитаров из психушки,
или предпочитаете закончить то, ради чего сюда явились?
- Терпение! - ответил я. - Я же не знал, что у вас собралась такая теплая
компания. Я в восторге от знакомства с мастером
иллюзий, человеком, который женился бы на Анджеле Бэрроуз, если бы Дарен не
перебежал ему дорогу.
Карие глаза взглянули на меня с лютой ненавистью, но Карл тотчас справился
с собой и снова улыбнулся.
- Теперь я начинаю уяснять, мистер Холман, почему Марти так жаждет вас
побить! - Он принялся поглаживать свою
бородку, словно она нуждалась в ласке. - Но, как я понимаю, без грубости в вашей
работе не обойтись?
- Мне и в голову не приходило, что я груб, мистер Круз, - ответил я
нарочито невинным тоном.
- Мне казалось, я просто излагаю факты.
- Дарен был другом Марти, - ответил он, осторожно выбирая слова. - Марти
познакомил меня с ним, а я его - с Анджелой.
Все совершенно естественно. У меня нет желания продолжать этот разговор, мистер
Холман.
Ввиду того факта, что Дарен в настоящее время в бегах - полагаю, я подобрал
точное выражение? - и находится с мисс
Байер в Европе, совершенно бессмысленно обсуждать как его прошлую личную жизнь,
так и мою.
- Вы правы, - согласился я. - Извините.
Я прошел в пустую спальню, выдвинул ящик письменного стола, достал
путеводители, отобрал посвященные Западной
Германии, сунул их во внутренний карман, а остальное положил на прежнее место.
Когда я возвратился в гостиную, все трое смотрели на меня так, словно я был
тифозной бациллой или чем-то еще более
вредоносным.
- Если вы уже управились со своими делами, мистер Холман, - произнесла
увенчанная потрясающей прической
блондинка, - то, полагаю, мне не обязательно вас провожать: вы и сами найдете
дорогу.
- Очевидно.
- Мы открываем наш Дом иллюзий через неделю, мистер Холман... - Карл Круз
снова погладил бородку. - Зашли бы и
посмотрели... Думаю, вам было бы забавно.
- Если это забавнее вашего Марти, тогда там, должно быть, подлинный шедевр!
Я даже готов заплатить дополнительно
пятьдесят центов.
Карлу удалось вовремя схватить Марти за руку и вторично удержать на
кушетке.
- Я уверен, мистер Холман, что вы получите удовольствие. Некоторые из наших
фигур, управляемых электроникой,
кажутся более живыми, чем настоящие люди из плоти и крови. Такие, как вы, к
примеру.
Марти и блондинка чуть не умерли от смеха. Лично я не нашел в этих словах
ничего остроумного или забавного и,
вежливо улыбнувшись, вышел на улицу.
Вернувшись домой, я налил себе порядочный бокал бурбона со льдом, уселся в
кресло и, чувствуя себя страшно
одиноким, занялся напитком. Минут через двадцать раздался звонок в дверь. Я
побежал открывать с надеждой, что меня
надумала навестить какая-нибудь рыжеволосая красотка, которая заблудилась,
разыскивая клуб нудистов, и решила, что в
таком виде найдет приют и понимание только у меня. Но, распахнув входную дверь,
я сразу понял, что ошибался, ибо никто
не способен спутать Хью Лэмберта с потрясающей рыжеволосой нудисткой.
- Рик? - Он определенно нервничал. - Нельзя ли с вами минутку поговорить?
- Входите. - Я распахнул дверь пошире. - Сегодня паршивый день с самого
утра, с чего бы ему меняться.
Мы прошли в гостиную, и я приготовил ему бокал, пока Хью сидел на кушетке,
стараясь успокоиться. Потом я тоже сел.
В течение нескольких минут мы молча глядели друг на друга, словно пара
электронных кукол Карла Круза.
- Вы продолжаете гневаться, Хью... Может, мне понадобятся затычки для ушей?
- произнес наконец я.
Он медленно осушил свой бокал, откашлялся, потом виновато посмотрел на
меня:
- Я вам не нравлюсь, верно, Рик?
- Верно, - согласился я. - Надеюсь, из-за этого вы не страдаете
бессонницей?
- По вашему мнению, из-за того, что эта девчо
...Поділитися у соцмережах